В тебе сражаются две личности, и ни одну ты не хочешь принимать. Одна из прошлого...
Вверх Вниз
» внешности » вакансии » хочу к вам » faq » правила » vk » баннеры
RPG TOPForum-top.ru
+40°C

[fuckingirishbastard]

[лс]

[592-643-649]

[eddy_man_utd]

[690-126-650]

[399-264-515]

[tirantofeven]

[panteleimon-]

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » God says incest is (s)in


God says incest is (s)in

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

http://s4.hostingkartinok.com/uploads/images/2013/07/427a6d40aaa9fe715dbecce602be575f.gifhttp://24.media.tumblr.com/883c1d6ffe1c6edb9efec574848fde99/tumblr_mpgzfbnavc1s1tw84o1_250.gif


Участники: Eams Fitzgerald, Oliver Avery;
Место: параллельная вселенная, дома, пока родителей нет, ололо;
Время: неважно;
Время суток: вечер\ночь;
Погодные условия: неважно;
О флештайме: Оказались мы в параллельной вселенной, где Имс и Оливер внезапно братья-погодки. Им по двадцать лет и кажется, что каждый любит другого. Очень. Сильно.

Отредактировано Eams Fitzgerald (2013-07-31 01:20:52)

+1

2

Сегодня я - он.

http://i2.listal.com/image/4958160/600full-colton-haynes.jpg

Имс довольно много времени проводил вне дома. Он любил компании и любил развлекаться. Еще бы его не окружало внимание, активный, красивый, с хорошим чувством юмора и обаятельный. Девушки вились вокруг него, парни тоже обращали внимание, даже с некой долей зависти. А Имс этим пользовался. Любил показать себя со всех сторон и немного попользовать девушками. Только если совсем чуть-чуть. Он все-таки был воспитанным молодым человеком и знал что такое уважение.
А вообще, ему было интересно, как к этому относится брат. Он, конечно, его любил и у них были более чем хорошие отношения, но ведь нужно и перед Лукасом покичиться? Обычная братская любовь: друзья, но соперники, а иногда и враги. Но в других в семьях мальчики задирались и их растаскивали в разные углы дома, с ними же такого не нужно было делать. Порой, они даже заботились друг о друге. Например, Имс ничего не видел плохого в том, чтобы принести Лукасу лекарства, когда тот болел. Он любил брата.

Родители уехали отдыхать и оставили дом братьям. Мама как всегда раздала указания, а отец взял обещание, что дом останется на месте хотя бы.
-Пааап, нам по двадцать лет уже, - тяжко вздохнул Имс и закатил глаза, а мама дала ему легкий подзатыльник.
-Веди себя нормально, - она поджала губы и взяла свою сумку.

Вот так вот и распрощались. Собственно, Имс и не собирался устраивать никакой патихард непосредственно в доме. Для этого у него есть друзья-приятели, которые пригласили. Поэтому, чтобы увидеть его дома последние три дня Лукасу нужно было очень постараться. Казалось, Имс захаживал домой принять душ, переодеться и снова куда-то сваливал. А он там может заниматься чем хочет. Может, наконец девушку приведет. Издевательски, но с любовью думал брат в очередной раз закрывая дверь дома и направляясь на очередную вечеринку. Казалось, что алкоголь за это время полностью не выветрялся и теперь у него было впечатление, что он смотрит на мир из какой-то параллельной вселенной, все таким странным было. Ну я же не курил ничего! А вот еще бы курил. В последний раз, когда они с друзьями раскурили косяк, всем казалось, что кухня качается и они ее раскачивали. А потом улетели. В космос. Нет, ну правда, именно так все и казалось.
Домой Имс вернулся в районе двух ночи. Зашел он тихо, как всегда, хотя, был объективно не очень трезв. На цыпочках пошел по коридору, а когда прошел мимо комнаты брата, увидел полоску света под дверью. Не спит, ага. Имс тихо постучал в дверь, приоткрыл ее и засунул голову в комнату.
-Хей, не спишь? Можно войти? - он приветливо улыбнулся, протиснул руку вслед голове и махнул еще Лукасу.

+1

3

внешний вид к моменту появления Имса

http://vividstate.files.wordpress.com/2011/10/river-viiperi-by-xevi-muntanc3a9-for-ey-magateen-magazine-3-vividstateorg.gif?w=590&h=390
Только на теле присутствовало одеяло :3

Оливер торчал у себя в комнате. Несмотря на тот факт, что родители собрались куда-то уезжать – у него не было никаких планов никуда уходить, или же наоборот, кого-то приводить в дом. Он хотел насладиться тем, что в кои-то веки останется в одиночестве. Учитывая большие размеры дома – ему было приятно почувствовать себя одному. Не слышать ни чьих голосов, не быть свидетелем чьих-то ссор или чьей-то улыбки. В последнее время он был непричастен ко всему происходящему. Возможно, это заметили родители, или Имс – но никто не подавал никакого виду. Может быть, решили, что парень сам справится со своими проблемами – если таковые у него имеются. А Лукас не знал, вообще, что с ним творится. На него просто напала какая-то меланхолия. Полное нежелание к какой-либо деятельности.
Поэтому, когда родители оставили ключи, дали указания и шум от удаляющегося автомобиля постепенно исчез – парень умиротворился. Спустя какое-то время исчез и Имс, что было вполне предсказуемо. Лукас вышел из своей комнаты и вошел в душевую. Подойдя к зеркалу, он посмотрел на себя. На него смотрело грустное лицо, с несколько взъерошенными волосами (потому что он ещё не расчесывался за день). Серые глаза тоже были полны какой-то печали. Парень попробовал улыбнуться – но на лице не двинулась ни одна мускула. Это было бесполезной попыткой. Но… попытка – не пытка, правда?
Он отказался от мысли принять ванную – это предполагалось сделать вечером, перед сном, который вполне может не придти. Поэтому Оливер приземлился на пол в гостиной около камина и погрузился в мир книг. Он читал какой-то любовный роман, в котором рассказывалось об отношениях между мужчиной и  женщиной, чей возраст добрался отметки тридцать лет. Муж был бывшим известным спортсменом, но «упал», совершив ошибку. И тут же потерял всю свою известность, жена поддержала его. Всю свою жизнь она жила только ради него. И в какой-то определенный момент ей захотелось оживить те чувства, что были когда-то между ними.
В принципе, романы не относились к любимому чтиву парня – он больше любил что-то связанное с волшебством. Фантастика и фэнтези – были его любимым жанром. Правда, научную фантастику он не особо переваривал. Потому что на него нападала вселенская грусть и тоска, когда речь заходила о каких-нибудь супер-пупер научных изобретениях. С одной стороны, он понимал, что это все весьма правдоподобно и вполне возможно. Все это может быть и в реальной жизни – но реальности ему хватало по горло. Лукас хотел чего-то необычного. И он требовал этого от книг, и желал этого в жизни.
Как обычно, когда Оливер читал – время пролетело незаметно. С этой точки зрения, литература несла некоторую опасность – погрузившись в неё, ты не заметишь, как жизнь пролетит мимо тебя. И ты останешься один, сидеть в гостиной у камина, обнявшись с парой толстых книг. К тому же, возможно, посадив зрение – поэтому в очках, с железной оправой и толстыми линзами, из-за которых лицо поразительно изменялось. Причем, далеко не в лучшую сторону.
На часах уже было около одиннадцати вечера. Учитывая то, что парень начал читать книгу приблизительно в два часа дня – для его мозга доза литературы была более чем достаточной. Теперь хотелось отдохнуть. Но нет, не спать, а именно отдохнуть, скинуть все оковы – и расслабиться. В  доме было только одно такое место, где парень мог это себе позволить, а именно – ванная.
Раздевшись, человек скидывает те самые оковы. Погрузившись в горячую воду – он расслабляется. Все гениальное – просто, но не все простое – гениально. Если ещё добавить что-то ароматическое, какой-нибудь гель – то можно спокойно отправляться в нирвану, не задумываясь о том, что когда-то придется возвращаться в этот бренный мир, полный злости, ненависти, лжи, предательств и боли, горечи, вражды. Причем, по мнению Оливера, всего этого негативного было на порядок больше, чем доброго, положительного. Потому что все доброе находится на поверхности, а вся злость – это то, что внутри. Можно сравнить со льдами Арктических морей, сопоставив толщину льда с глубиной воды.
Лукас вошел в ванную. Ноги сразу почувствовали холод кафельной плитки, столь отличимый от другой поверхности во всем доме. Здесь подстерегала опасность поскользнуться после принятия ванны. Интересно, сколько человек в Америке, во всем мире гибло из-за таких несчастных случаев? Поскользнулся в ванне, ударился головой обо что-нибудь – проломил череп и сдох к чертям. А что уж говорить о количестве суицида, который был произведен именно в этом месте. Ванная. Впрочем, Оливер сейчас не собирался ничего с собой делать. Его целью было вымыться, расслабиться. Авось, придет сон, которого нет уже несколько дней. Хотя этого никто не замечал…
Сбросив одежду на пол, парень рассмотрел себя в зеркале, не останавливая свой взгляд, в этот раз, ни на чем: ни на глазах, ни на торсе, ни даже в районе паха. Все оставалось неизменным с того времени, когда он в последний раз находился тут. Не появилось никаких синяков, царапин, следов от укусов – ничего. Мир проходил мимо него. И его это в полной мере удовлетворяло. Хотя раньше он был не таким, раньше в его жизни была любовь. Он любил, был любимым. По крайней мере, ему так казалось. Но в итоге он оказался покинут всеми, кем дорожил. По-прежнему к нему относилась только семья…
Лукас на полную включил вентиль, отрегулировал нужную для себя температуры воды и сразу же лег в ванну, не дожидаясь того, когда она наполнится. Время сейчас принадлежало ему, и он никуда не торопился. Сперва лежать было достаточно холодно, затем тепло стало распространяться по ванной, переходя к самому Оливеру. В какой-то момент вода стала слишком горячей, пришлось чуть-чуть «убавить» горячесть воды. Когда набралось нужное количество – прошло примерно двадцать минут. Чувствовалась практически полная свобода, ограничивали в данный момент только стены и потолок.
Лукас опустил голову под воду, задержав дыхание. Не выныривал в течение практически двух минут. Он не был пловцом, не был спортсменом, просто любил тренировать себя. И задержку дыхания можно было назвать одной из самых полюбившихся ему дисциплин. Ведь это так необычно – почувствовать себя не человеком, а существом, которому воздух не нужен. Пускай и на короткое время, но это все равно выходило за рамки обычного. Парень любил все, что относилось к подобному.
Но вечно торчать в ванной – такой надобности не существовало, тем более вода уже начала остывать. Взглянув на часы, которые стояли рядом с ванной, Лукас несколько удивился – был уже час ночи. Время действительно неслось с большой скоростью, и замедлить его было невозможно. Оно всегда несется с одинаковой скоростью – и она просто сверхвысокая. Это только человеку кажется, что оно имеет разный разгон. Он обманывает сам себя, веря в то, что когда делает что-то скучное – время идет долго. Если же занят чем-то интересным – пролетает незаметно. Это все глупости. Это все странный мозг человека.
Выбравшись из ванной, парень обтерся полотенцем, но не стал натягивать на себя одежду. Время уже было довольно поздним – надо было ложиться в постель. Тем более полное одиночество позволяло ему это сделать – спать голышом. Это то же самое ощущение свободы и какой-то легкой эйфории – контакт чистого обнаженного тела с чистой тканью. Чувство, как будто тебя обложили пушистыми котами. Только отличие в нескольких вещах: одеяло не мурлычет и не мяукает, и если ты поворочаешься – то не пострадает ни один котенок.
Оливер, не торопясь, дошел до своей комнаты. Зайдя, он включил свет и прикрыл дверь, чтобы не создавалось никакого сквозняка. Ведь окно было открыто, впуская в комнату волны свежего воздуха. Только парень опустился на свою любимую кровать, как в доме послышался стук входной двери. Точнее, звук её закрытия. Вероятно, Имс вернулся домой. Скорее всего, в нетрезвом состоянии. Это несколько раздражало Лукаса, он сам пил в очень редких случаях и не любил лицезреть бухие рожи знакомых. Даже если это будет твой родной брат.
Пара мгновений, и дверь в комнату приоткрылась, в комнату заглянуло лицо братца. Для себя Оли отметил, что тот был не сильно пьян. Значит, степень раздражения была несколько меньше, чем обычно. Поэтому, не выражая никаких особенных эмоций, Лукас ответил:
- Как видишь, глаза мои открыты. А спать с открытыми глазами – не является моей особенностью, – в его словах не было никакой раздражимости, но он понимал, что это все звучало довольно грубо. Поэтому, спустя секунду, Оли добавил: - Конечно, заходи. Я все равно не могу уснуть, – как можно более приветливо произнес Оливер. Он любил своего брата, несмотря на свое странное мировоззрение и отношение к людям. Вся семья была для него практически чужими людьми – только к Имсу он испытывал что-то очень теплое. Правда, по отношению к нему, Имс вел себя точно так же, как все остальные…

+1

4

В разной степени опьянения люди начинают чего-то желать. Ну, так обычно бывает. Либо, у них меняется настроение. Если ты немного выпил, то можешь начать веселиться или впасть в тоску. Если ты выпил уже больше до состояния, что при повороте головы, мир начинает немного плыть, ты можешь начать слишком веселиться и делать всякие глупости, либо впадать в еще большую степень грусти. А если ты уже надрался, то ты либо дебоширишь, либо совсем рыдаешь. Имс относился к первой группе людей. Он и так был вполне общительным, улыбчивым и открытым, а когда выпивал он ощущал стойкую потребность в компании. Кстати, именно из-за этой особенности, когда он трезвел, то обнаруживал у себя в телефоне неизвестные номера с названиями "завтра гулять" или "в пятницу вечеринка". Так же ему на следующий день могли звонить и спрашивать, как у него дела. Проблема состояла в том, что он этих людей абсолютно не знал, но уже с ними подружился. В любом случае было очень удобно, когда рядом кто-то оказывался, что бы парень не совершал всякие глупости. Вообще, мало ли с кем он познакомиться? Один раз он так как бы согласился передержать у себя дома енота. Достаточно.
Так вот к чему все это? К тому что в данный момент Имсу требовалось общение, в Имсе просыпались мысли и желания, которые он не мог контролировать не трезвым мозгом. Точнее мог, но они порой вырывались из под контроля. Когда он наконец разглядел брата, то потратил слишком много усилий, чтобы не потерять свою нижнюю челюсть. Нет, он конечно видел брата голым. В детстве. А сейчас только голым по пояс, да и он сам не стеснялся при Лукасе ходить в таком виде: показать-то есть что. А может братец стал бы завидовать? Это же забавно разводить его на какие-то эмоции. Забавно допекать иногда. Но вот в таком виде, как он сейчас увидел Оливера - не видел давно. И нужно признать, то было на что смотреть. Главное не заострять внимание, главное не заострять внимание.
От реплики Олли Имс только недовольно поморщился.
-Ой, какие мы колючие, - недовольно промямлил, открывая дверь шире и входя в комнату. Сначала он повернулся спиной, закрывая дверь и переводя дыхания, вбивая себе в голову, что не нужно на него пялиться. Это просто брат. Просто обнаженный брат. Все. Затем он развернулся к Лукасу, тряхнул головой, от чего челка свалилась на глаза, а он поправил ее обратно. Вот таким иногда забавным и чуть нелепым был Имс. Порой замечательно смешным, чем вызывал умиление у девушек и ловил с этого некий кайф, а через некоторое время это начинало порядком бесить. Он же взрослый парень!
Он подошел к кровати Оливера и сел на ее край, где-то в ногах у него, да еще и полубоком, чтобы не особо засматриваться. В голове летали потрясающе разные мысли. И сами мысли были потрясающими. Ему на минуту показалось, всего лишь на минуту, что он смотрит на Лукаса не как на брата. И глупо было бы отрицать, что Имс этого испугался. Это было слишком странно, необычно. А про правильность таких вообще вообще лучше молчать. А что отрицать, то что Имса привлекали парни? Да сейчас, кажется, бОльшая часть молодежи либо экспериментирует, либо просто бисексуальна. Еще старик Фрейд говорил об этом, а с ним лучше не спорить. Посему влечение к парню для парня было совершенно не удивительным фактом.
-Ты опять весь день дома просидел? - он попытался прервать это неловкое молчание. И получилось, скорее всего, не очень удачно, от чего чуть смутился. - Вообще, что с тобой последнее время происходит? - вопрос звучал довольно озабоченно. Имса действительно волновали изменения в брате, только раньше он скорее всего просто не решался про это спросить. А сейчас... сейчас плевать на все это, в крови алкоголь, за окном ночь, это все располагает. Ко всяким глупостям, ко всяким разговорам и вещам о которых утром потом предпочтут не вспомнить. Гони все эти мысли прочь, Имс, быстрее, скорее.
-Меня правда это беспокоит. Просто никогда про это не говорил. Господи, я же брат, все так и должно быть, - сокрушенно вздохнул Имс и провел ладонью по лицу.

+1

5

Свернутый текст

Я так-то под одеялом был:D ну ладно, хорошо, окей :D

Оливер задумался, почему он особенно относился к Имсу. Ведь тот никаким образом не отличался от всех остальных людей. Он точно так же не обращал никакого внимания и не делал никакого вида, когда его брату было плохо. К примеру, сейчас. Вот он завалился после очередной дискотеки в своей буйной жизни. И наверняка заведет разговор о какой-нибудь брехне, которая не имеет никакого смысла. Но которая обязательно будет астрономически важной для самого Имса. Лукас не знал, почему он любил брата.
Все его мысли наталкивались на какую-то стену, барьер. Он – брат, родной человек. Тем более – им обоим по двадцать лет. Они всегда были рядом, вместе. Как бы там ни было – они поддерживали друг друга. Но это обычно бывало в прежние года, сейчас не находилось этой связи. Куда она потерялась – это вопрос, на который нельзя найти ответ, наверное. Его можно было бы попытаться обнаружить, если вдруг они оба решат обсудить эту тему. Но на такое счастье Лукас не надеялся.
- Прости, я не колючий. Ты же знаешь – я добрый и пушистый, если меня погладить, - усмехнулся Оливер, не имея в своих словах никакого потайного смысла. Он просто говорил, прямо, не задумываясь о том, что не совсем трезвая голова Имса могла услышать в них что-то пошлое или развратное. Подобной мысли вообще не приходило в голову Оли. Он не имел ничего против гомосексуализма. Можно даже признаться – что пробовал несколько раз. Но… брат есть брат. Про инцест парень никогда не думал, да и задумываться не собирался, в принципе.
- Да, просидел дома. Провел день, потратив его на книги и принятие ванной, - достаточно кратко ответил Лукас, не распространяясь на подробности. Конечно, если брат спросит – он расскажет подробнее. Но навряд ли его заинтересует, что именно он читал, и уж точно не задаст подобных вопросов. Поэтому Оли улыбнулся и немного потянулся, дав мышцам немного растянуться.
Тут он услышал тот самый вопрос, который, возможно, так долго ждал, но которого совершенно не ожидал услышать. По крайней мере уж точно не сейчас, не в такой сиутации. По его понятиям – обсуждать подобные темы надо в более серьезной обстановке. Опьянение – далеко не положительная сторона. Поэтому, Олли задумался, не зная, что ответить. Ведь, если честно, он на самом деле не знает, что с ним творится. Быть может, это из-за одиночества? Но это творится с ним и тогда, когда рядом компания…
- Имс, я не знаю, правда, - честно ответил Лукас и поднялся с кровати. Его целью было подойти к окну и прикрыть его. Потому что в комнате становилось прохладно. Видимо, эта ночь выдалась холодной. Возможно, утром даже можно будет обнаружить на траве иней. Но Оли не собирался выяснять ответ на подобную глупую фигню. Сейчас в его голову стали врываться разнообразные мысли, причем совершенно отличных друг от друга тематик. Интересно, алкогольное опьянение может передаваться по воздуху? – допустил себе подобную мысль парень.
Когда Лукас возвращался к кровати от окна, он заметил взгляд Имса на своем члене. Но он не стал придавать этому значения. Вероятно, это вполне естественная реакция. Окунувшись в свою «свободу», он совершенно забыл, что находиться в «таком» виде должно быть несколько постыдно. Но… Пофиг, чего тут стесняться? Все же свои.

+1

6

Имс решил не рассказывать в ответ, как он провел этот день. На самом-то деле он даже счет потерял. Где был день, где была ночь, что он в это время делал. Порой это было даже приятно. Очень даже. А парень все никак не мог понять, почему же ему в голову лезут такие мысли. Он обычно не давал такой реакции на алкоголь.
-А меня правда волнует, что с тобой не так, что с тобой происходит. Я, конечно, раньше не спрашивал и, наверное, это неправильно. Нужно было спросить с самого начала, - теперь ему было даже стыдно, за то что не удосужился поинтересоваться у брата, что такое. Он ведь прекрасно видел его несколько меланхоличное поведение, пофигизм. А еще он чувствовал, что Оливера было бы бесполезно вытаскивать на какую-нибудь вечеринку, чтобы его там растрясти. Он просто не пойдет.
Тут Олли встал и прошел мимо Имса. И как бы тот не пытался спрятать взгляд, скорее всего, это не получилось. Потому что он смотрел далеко не в глаза, даже не на торс брата. Вообще, Имс чувствовал себя настолько странно и стыдливо, будто он был учеником начальной школы, который подглядывает за девочками в переодевалке. Все казалось жутко неправильным. Да не просто казалось, а так и было. Я же взрослый, удовлетворенный парень, в чем проблема?
Вообще, влечение к родственникам даже имело свое название в психологии. Эдипов комплекс, вот. Только там сказано про родителей, хотя, черт его знает. Еще есть про Электру, но это дочь и отец. Почему все эти умные словечки лезут мне в голову именно сейчас? А потому что Имс все пытался отвлечься. Он пытался оправдать себя. Он пытался сдержать себя. А получалось это все с трудом. Точнее, с трудом получалось себя сдерживать, а оправдывать каждый человек может себя прекрасно, потому что постоянно этим занимаемся. Врем сами себе.

Оливер опять шел мимо Имса, от окна к кровати и тут Имс схватил его за запястье, останавливая на месте. Сам не понимал, что делает, перед глазами на секунду даже все поплыло. Он встал рядом с братом, встал почти вплотную к нему, даже ощущая тепло тела Олли через свою кофту. Смотрел прямо ему в глаза, видел это недоумение, тем временем, осознавая, что больше не пьян, что протрезвел в один момент.
-Я волнуюсь за тебя. Потому что ты мой брат. Потому что я... люблю тебя, - наверное, Имс никогда не говорил брату таких слов. А сейчас. Он почувствовал, что это нужно сказать, вот он и сказал. А потом.
Потом все пошло так, будто вокруг все замерло и есть только он и брат. Как в фильмах бывает, как описывают в книгах. Подался вперед и прильнул к губам Оливера. Почувствовал - сделал. Даже не думал о том, как Олли отреагирует на это, что сделает. Имс просто его поцеловал, все так же сжимая рукой запястье парня.
И ему даже понравилось. Сердце забилось сильнее, отдавая в висках и громким стуком в ушах. Ему не хотелось отрываться от брата. И он совершенно не собирался отступать назад, краснеть и говорить "ой, наверное, зря я это сделал, забудь, пожалуйста" вылетать за дверь и стараться не встречаться с братом взглядами. В Имсе проснулась смелость, которая до этого странным образом куда-то делась. Он всегда был раскрепощенным, порой даже не сдержанным. Так где все это было минутой назад? Не суть, главное, что теперь это опять здесь и благодаря этому он делает то, что хотел. Хоть и запретное, хоть то, что всегда порицают. Но делал.

+1

7

Услышав признание в любви, Оливер немного растерялся и замер. В принципе, в этих словах не было ничего особенного, когда они говорятся из уст одного члена семьи, адресуясь другому. Но парень редко их слышал, по крайней мере, от Имса – никогда. Бывали такие моменты, когда далеко в детстве, его ложили спать и мама целовала в лоб, говоря «я люблю тебя, малыш», и прикладывались пожелания к спокойному сну и тому подобное. Но сейчас это было как-то по-особенному, не та ситуация и не тот момент, чтобы улыбнуться и по-простецки ответить, «я тебя тоже люблю, брат». Сейчас вообще, пожалуй, было время не для слов, а для действий.
Но когда Имс решил совершить это действие, Олли опять был удивлен. Все казалось вроде бы вполне логичным, но никак не укладывающимся в голове подростка. Когда их губы соединились в поцелуе – удивлению и даже шоку Оливера не было предела. Лукас не был гомофобом, но и не замечал за собой никакой страсти к однополой любви. Конечно, любовь бесполая и так далее, и все люди по сути своей бисексуальны – но одно дело, если любить какого-то человека, например, друга. А когда эти чувства просыпаются по отношению к брату… Правда, брат – это же намного роднее и ближе, это родная кровь. Это тот человек, который был с тобой рядом с самого раннего детства – поэтому ничего не должно мешать, никаких предрассудков, тому, что они сейчас делали.
До сих пор Оливер был погружен в свои мысли, поэтому стоял, как столб, никак не реагируя на действия Имса, но после этой короткой паузы он попробовал ответить – и это у него получилось. Кажется, сейчас не надо было ничего – только эти губы, это родное лицо перед глазами. Оли обнял брата и сам прижался к нему всем своим телом, чувствуя приятные прикосновения по спине и своим рукам – это Имс начал гладить его, переключив свое внимание с одного только поцелуя. Позволив себе оторваться на несколько секунд от губ брата, Олли произнес: - Черт, я никогда не задумывался об этом… но я тоже тебя люблю, сейчас я это понял, - произнес он с каким-то вздохом, как будто ему в голову пришел ответ на какой-то вопрос, который мучил его на протяжении нескольких последних лет. Его одиночество было резко нарушено, но парень не был против этого. Он доверял своему брату, и верил ему, что тот не предаст и не сделает ничего плохого.
В голове поочередно возникали какие-то нелепые картинки: родители вдруг приезжают домой и застают братьев за их совокуплением; Имс вдруг отталкивает  его, ругает и уходит прочь; Имс освобождается из объятий и произносит, что он просто пьян, и что это все не по-настоящему, - но все это были лишь проделки фантазии, вызванные страхом. Страхом того, что все это вдруг прекратится и станет больно. Больно от разочарований и обиды.
Оливер потянул на себя брата – и они оба упали на кровать, которая, кажется, гостеприимно приняла их в свои владения. Было бы все идеально – но мешала одежда, которая висела на теле Имса, на этом столь неожиданно желанном теле. Поэтому Оливер попытался стягивать кофту со своего брата, но получилось это не с первого раза – пришлось разрывать поцелуй. Под кофтой была футболка, но и она покинула тело Имса. Почувствовав своим торсом торс своего брата, по коже Лукаса пробежала дрожь, вызванная крайним возбуждением.

Отредактировано Oliver Avery (2013-07-15 15:38:29)

+1

8

Как же мысль, что это неправильно свербила сейчас. Она такой дрелью жужжала в голове, но Имс ее тщательно выключал, забрасывал в самый угол. Он не пытался себя оправдать. Он только давал себе возможность смириться с этим и отдаться моменту.
Сначала Имс мысленно, облегченно вздохнул, потому что Олли его не оттолкнул. Да, он не среагировал. Но только в первый момент. Это было вполне нормально. А потом и вообще обнял его. После этого парень позволил себе мягко водить ладонями по телу своего брата. Правда, в этот момент Оливер оторвался от него и на секунду показалось, что он сейчас влепит какой-нибудь хук и пошлет брата далеко и надолго. Выгонит из комнаты и больше не будет даже на него смотреть.   Парень сейчас думал за двоих, причем в разных направлениях. Странным образом, все это происходило молниеносно: он простраивал какие-то варианты развития событий, а потом еще и одергивал себя, заставляя ничего не додумывать, потому что нельзя. Он не знает, что на самом деле в голове у Олли. А знал ли он точно, что у него в голове? Один из тысячи вариантов окажется правильным, вот только какой именно? Частота сердцебиения ощущалось прямо грудной клеткой, на каждом выдохе.
И каким же облегчением было услышать слава брата о том, что он тоже его любит. Любит. Имс катал это слово с разных сторон, растягивал, получая от каждой буквы удовольствие, от осознания смысла.
Он и ранее слышал признания в любви. Но это были девчонки, которых сам он не любил. С ними было круто проводить время, не более. А бедняжки влюблялись, надеялись на что-то большее, чем оказываться у него в постели. Теперь-то Имс все понял. Он понял, что чувствовал. Вот сейчас осознание пришло, рядом с братом, в тот момент, когда он его поцеловал, когда тот ответил.
Оливер потянул Имса за собой, заставляя их упасть на кровать, снова целуя его, уже более раскованно и чувственно. Парень начал уже совершенно ничего не стесняясь, не боясь гладить тело брата, даже несколько властно. Недовольно фыркнул, когда они были вынуждены прервать поцелуй, чтобы избавить его от одежды. Ему казалось, что сам он горячий, особенно, когда прижался торсом к прохладному торсу Олли. Поцелуй не возобновил, а провел кончиком языка по шее, а потом стал покрывать ее поцелуями, поглаживая брата по бедру. Затем склонился над ухом и тихо спросил:
-Ты когда-нибудь был с парнем? - Имс стал чувствовать себя абсолютно свободно. Все оковы спали, весь страх ушел. Ну а чего бояться? Вот он брат, под ним, весь горячий, возбужденный. Такой, каким он хотел его увидеть.
Он мне снился. Теперь я точно понял, кто это был. Интересно, откуда берется запретное желание брата? Запретное, но такое горячее и потрясающе обжигающее. До дрожи возбуждающее и желанное.
Имс обычно был грубоват с девушками. Им такое нравилось, они были довольны. Но сейчас, он совершенно не хотел делать больно брату. Ему хотелось доставить максимальное удовольствие, поэтому касания были довольно нежными, но ощутимыми. Поцелуи дразнящими, но ласковыми. Откуда это во мне берется?

+1

9

Оливер позволил себе полностью отдаться этому неожиданному наваждению, поддерживающемуся стойким желанием – во всех смыслах этого словосочетания. И это было четко видно, ведь он находился без одежды, но это уже нисколько его не смущало. Правда, и до этого не было особого смущения. В отличии от того, что было пару минут назад – сейчас все резко изменилось: тело загорелось желанием, по коже распространялись волны тепла, подобные коротким электрическим разрядам. Почувствовав поцелуи на своей шее и дыхание родного брата – Оливер подумал, что это настоящее счастье. Сейчас ничего не хотелось другого, только бы эти объятия не прекращались. Странно, так резко происходят заскоки в голове – что раз, два – и ты уже бисексуал. И находишься в объятиях своего родного брата.
Услышав вопрос Имса, парню предстояло довольно сильно задуматься над ним. Нет, он считал себя полностью гетеросексуальной личностью, и никогда подобных контактов у него не было, правда бывали в его жизни короткие сближения с друзьями – обнимания, даже поцелуи. Но все это было только по пьяни, и выражалось этим образом чувство дружбы, а не любви, которая разгорелась в данный момент. Поэтому он все-таки не стал мудрить со своим ответом и произнес: - Нет, ты первый, – а мысленно автоматически закончилось: и последний… Затем в голову пришло довольно логичное решение – спросить в ответ: - А ты?
Он считал, что это достаточно важная информация, которую знать было обязательно. Несмотря на тот факт, что сблизились они только сейчас – в душе Олли уже возникло скотское чувство собственности, и ревность ко всем объектам, которые могли хоть как-то «посягать» на его «собственность». Правда, он ещё не совсем осознавал это, иначе он стал бы сам себе противен. Раньше Оливер не допускал себе подобных мыслей, правда, это объяснялось тем, что у него не было такого человека, который бы вызывал эти мысли.
Парень приступил к дальнейшему избавлению Имса от одежды – ведь оставались штаны, а под ними – трусы. Казалось, что брат раз в десять горячее, чем Олли. В мозгу на какой-то момент возникла мысль о том, что у брата появился жар, поднялась температура – это, в принципе, все могло быть на самом деле, но сейчас он почему-то не стал заострять на этом внимание. Казалось, что оба брата сейчас довольны происходящим и никаких омрачающих факторов не существует. Даже никакие мысли о неправильности того, что сейчас творилось.
Оливер перевернулся, подмяв под себя Имса, и стал снимать с того его джинсы. Губы в очередной раз соединились в поцелуе. В голове возникло чувство, что он сейчас вполне способен съесть своего брата, это можно было судить по этим страстным поцелуям, засовывая язык все глубже, прикусывая нижнюю губу. Избавившись от последней одежды, Олли оторвался от губ любимого брата и стал спускаться ниже. Сперва его губы остановились на сосках, затем он стал опускаться ещё ниже. Добравшись до члена своего брата, он уткнулся носом в мошонку и поцеловал в «основание», затем взял в рот головку, и начал с ней играть языком, в это время продолжая водить руками по телу брата.
У него никогда не было подобного опыта, он действовал по наитию. Поэтому где-то возникла тревога, что он делает что-то неправильное. Но вроде никаких претензий от Имса не поступало, поэтому Оливер продолжил доставлять и получать удовольствие.

+1

10

Ну, собственно, тут больше и не напишешь.

О, Имс прекрасно умел ценить отзывчивость тела партнера на его прикосновения и действия. И когда тело брата отозвалось сильным возбуждением, это вызывало неописуемы чувства и в физическом плане и в моральном. По спине пробежали мурашки, а на душе... Стало тепло? Что-то неописуемое это было, что не выразишь словами, но станешь целовать более страстно, с большим желанием и каплей собственничества. Это был его брат. Не по крови, не по родственной связи. А когда Оливер сказал, что он будет первым, то Имс даже довольно усмехнулся. Это значит, что только с ним брату будет хорошо впервые и, хотелось бы думать, что больше ни с кем другим. Он даже почувствовал огромное желание набить рожу тому, кто даже дотронется до Оливера, чтобы знали чей он. А вопрос Олли заставил немного задуматься Имса. Ведь если он скажет честно, то, вполне возможно, заставит как-то негативно реагировать парня... Вдруг, он чувствует такую же ревность, как и он сам? Но все же, лучше ответить честно, чем потом оправдывать и извиняться.
-Спал, - несколько смущенно сказал Имс. Хотя нет, даже не смущенно, а со стыдом в голосе. Странным образом было стыдно перед братом, что у него уже кто-то был. Черт, все-таки очень странные чувства сейчас вызывал Оливер в Имсе. Все это было таким странным.
Олли избавил брата от остатков одежды и все странные мысли буквально выбил из его головы, снова вовлекая в поцелуй. И даже то, что в этот раз поцелуй был немного грубее, Имсу хотелось все больше и больше. Ему так нравилось водить ладонями по телу брата, чувствовать его горячую, сухую кожу, нравилось, как тот кусает его за губы и ласкает языком его язык. Теперь, когда сам Имс был обнажен, он прижимался своим торсом к торсу Олли, немного выгибаясь. Тут брат разорвал поцелуй, чем вызвал недовольное мычание, но тут же парень понял, что поспешил возмущаться: Оливер стал спускаться поцелуями ниже... А затем еще ниже и вот, горячие губы сомкнулись на головке члена и Имс возбужденно, с шумом выдохнул, закусывая нижнюю губу. Казалось, что у Олли уже был какой-то опыт, потому что он довольно ловко ласкал член языком, а затем стал брать глубже, но Имс уже даже не задумывался об этом, потому что не получалось. Он получал удовольствие, а брат уже заставлял его тихо стонать, а потом и подаваться бедрами вперед.
-Чееерт, Оливер, - тихо прорычал парень, сжимая в пальцах простыню. Он молодой парень из тех, кто может долго кувыркаться в постели, но сейчас, когда рядом с ним был брат, настолько желанный, настолько возбуждающий его, Имс просто не мог себя сдерживать и абсолютно не понимал, как Олли на него так влияет.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » God says incest is (s)in