Вверх Вниз
+32°C солнце
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Lola
[399-264-515]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
Ты помнишь, что чувствовал в этот самый момент. В ту самую секунду, когда...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Американская невестка


Американская невестка

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Участники: Moira Thompson, Walter Cowan

присутствуют в качестве НПС

Глэдис Коэн - мать семейства, 80 лет.
Тереза Дауйер – старшая сестра Уолтера, 58 лет. Преподаватель в колледже.
Уильям Дуайер – её муж, 60 лет. Владелец магазина электротехники.
Кейтлин Ишервуд – их дочь, 28 лет. Владелица свадебного салона в Лондоне.
Лукас Ишервуд – муж Кейтлин, 35 лет. Банкир.
Дуглас Ишервуд – сын Кейтлин и её мужа, 5 лет.
Томас Ишервуд – сын Кейтлин и её мужа, 2 года.
Карлин О’Донэлл – старшая сестра Уолтера, 54 года. Школьный психолог.
Брюс О’Донэлл – муж Карлин, 50 лет. Офисный работник.
Джейден О’Донэлл – сын Карлин и её мужа, 24 года. Программист.
Джейла О’Донэлл – дочь Карлин и её мужа, 24 года. Вольный художник.

Место: Бэллимена, Великобритания. Дом семьи Коэн.
Время: 4 мая 2013
Время суток: день
Погодные условия: прохладно, но безоблачно, температура ~10 градусов Цельсия
О флештайме: прошло уже полгода со свадьбы Мойры и Уолтера, а их родственники до сих пор не знакомы с избранниками своих детей. Родные Уолтера всё же смогли уговорить его на встречу с его молодой супругой, и вот мистер и миссис Коэн наконец посетили Северную Ирландию.

Отредактировано Walter Cowan (2013-07-14 22:46:25)

+1

2

Уже почти целую неделю дом, некогда бывший для Уолтера родным, превратился для него в какое-то подобие пыточной камеры. Если раньше он всегда чувствовал себя в стенах дома, в котором прошла вся его юность, уютно, и буквально каждая мелочь приносила ему умиротворение и чувство защищённости, ощущение, что у него под ногами твёрдая земля, и всё в мире вечно, то теперь Уолтер чувствовал себя не в своей тарелке. Так, наверное, чувствуют себя герои нелепых американских комедий, которые при каких-либо нелепых обстоятельствах оказались обнажёнными перед большой аудиторией. Да, Уолтер, пожалуй, именно так себя и чувствовал - обнажённым, пусть и не буквально. Казалось, каждый из присутствующих здесь родственников пытался бесцеремонно влезть ему в душу и покопаться там, как следует. И в душу к Мойре заодно. Уолтер, конечно, предполагал, что родные не воспримут его избранницу с распростёртыми объятиями, чего стоит первая реакция мамы, когда она узнала о женитьбе единственного сына ("На ком ты женился? На телеведущей?!"), но чтобы всё было так... Впрочем, чего он ожидал? Уолтер четыре с лишним десятилетия был убеждённым холостяком, и никто из его предыдущих избранниц не вызывал у него и мысли о том, чтобы связать себя с кем-нибудь из них узами брака, хотя родня в некоторых случаях рьяно пыталась убедить его, дескать, годы идут, стакан воды в старости, бла-бла-бла, и женщина хорошая. И вот он снова всех удивил. Причём удивил, судя по всему, неприятно. Было тому четыре причины: возраст, профессия, национальность, характер - всё это якобы указывало на ветреность Мойры. Железные аргументы, нечего сказать.
Ну, и самым раздражающим была всеобщая претензия: "Почему ты не женился на Эмили? Она же развелась!" Нет, Уолтер, конечно, безмерно уважал свою подругу и любил её, но исключительно как сестру, даже в большей степени, чем своих родных сестёр. А какой идиот женится на сестре? Потому на все подобные выпады Уолтеру хотелось лишь огрызаться, что он и делал в свойственной ему язвительной манере. На грубого брата уже успели обидеться обе сестры, причём несколько раз каждая, обе объявляли ему бойкот, который отменялся уже спустя несколько часов, и Уолтеру оставалось лишь вздыхать. В конце концов, это его жизнь и его выбор, который они обязаны уважать, а если не уважать, то хотя бы принять без лишних разговоров и сделать вид, что счастливы. Уолтер же ничего не говорил, когда сёстры выходили замуж, хотя мужья обеих ему не нравились совершенно, что бесхребетный Брюс, что Уильям с его манерой строить из себя интеллигента. Интересно, Эллен, будь она здесь, тоже капала бы брату на мозг? "Она молодая и ветреная, года не пройдёт, как вы разведётесь" или "Чем она тебя опоила?" На последний вопрос Уолтер пафосно отвечал: "Любовью", чем заставлял сестёр скрипеть зубами. Да-а, если и дальше так дело пойдёт, то к Терезе и Карлин их брат начнёт испытывать отвращение, потому что сил терпеть их пренебрежение оставалось всё меньше и меньше.
Бедная Мойра ощущала это отношение к ней, само собой. И переживала, хотя и старалась держаться уверенно. Уолтер хотел помочь ей, но не знал, чем здесь можно помочь. Слова на сестёр не действовали, а иного способа воздействия Коэн пока не видел. Дурная, наверное, была мысль вообще сюда лететь. Хотя, родным так хотелось посмотреть на ту героиню, что приструнила Уолтера-перекати-поле, что, пожалуй, если бы молодожёны сами не явились на смотры, то вся семья в один прекрасный день оказалась бы на пороге их дома.
Видимо, чтобы хоть как-то улучшить отношение к ней, Мойра с самого утра торчит на кухне, суетясь над семейным обедом. У супруги был настоящий дар к готовке - если Уолтер всегда строго следует рецепту, то у Мойра действует интуитивно, и получается у неё не хуже, чем у её мужа, а иногда даже многим лучше. Одно "но" - готовить она совершенно не любит, а тут вдруг сама вызвалась. Уолтеру даже показалось, что это был жест отчаяния, и он ещё больше стал злиться на свою семью. Как же им нравится всё усложнять. Радовал только тот факт, что мама, кажется, смирилась с выбором сына и возражать не собирается: если он считает, что будет счастлив рядом с этой женщиной, то и чёрт с ним. Если бы все остальные пришли к такому же выводу...
Тереза, Карлин и их дочери суетились над сервировкой стола, вокруг них носились Дуглас и Томас - самые младшие из присутствующих на обеде, внуки Терезы, а остальные расположились в гостиной. Уолтер занял кресло, стоявшее как-то поодаль от остальных кресел и дивана, и даже не пытался вслушиваться в болтовню, которую развели Брюс и Уильям. Разговаривать с ними было особо не о чем, да и желания тоже не было. Им и без того друг с другом интересно, судя по всему. Сидевший почти напротив Уолтера Лукас, зять Терезы, и вовсе откровенно скучал. Что ж, пожалуй, из всех тех, кто находился сейчас в гостиной, он меньше всех раздражал Коэна. Семейство его тоже невзлюбило, но банкиру, судя по всему, было на это глубоко плевать. Что ж, позиция крайне правильная.
- Ты работаешь сейчас над чем-нибудь, Уолтер? - вырвал писателя из задумчивости голос Уильяма, и Коэн перевёл взгляд на супруга Терезы. Оба зятя взирали на Уолтера с вежливым интересом, отчего мужчине захотелось поскорее куда-нибудь уйти, лишь бы отстали.
- Работаю, - сухо ответил он, снова возвращаясь к изучению противоположной ему стены. Как оказалось, занятие для этой обстановки довольно интересное.
- Над чем? - не унимался любопытный Уильям, и Уолтер невольно вздохнул.
Как будто тебе интересно, - мысленно фыркнул писатель, но вслух лишь коротко сказал:
- Над книгой.
Наверное, другой на месте Уильяма быстро бы понял, что Коэн явно не расположен к разговору, потому быстро бы замял эту бессмысленную попытку его разболтать. Другой, может быть, замял бы. Но мистер Дуайер был либо слишком глуп, либо очень уж хотел расположить Уолтера к себе, проявив интерес к его работе. Если так, то путь к расположению он выбрал в корне неверный, особенно если учесть, что Коэн в последнее время находится не в лучшем расположении духа.
- Это понятно, - мягко улыбнулся Уильям. - Но какова основная идея?
Уолтер поджал губы. Он терпеть не мог, когда кто-то лез к нему расспросами о сюжете новой книги. Напишет - прочитаете, в чём проблема-то? 
- Основная идея? - переспросил писатель таким тоном, который заставил бы заткнуться любого, кто более-менее знает характер Уолтера. Ничего хорошего этот тон не сулил, но откуда Уильяму знать брата своей супруги хотя бы "более-менее"?
- Да, - активно закивал мужчина, явно обрадованный тем, что наконец-то смог втянуть Уолтера в беседу.
Коэн выпрямился в кресле, подался вперёд и оперся локтями о свои колени.
- Ну, там один очень любопытный человек в силу своей болезненной любознательности вечно совал нос туда, куда ему не следовало соваться вовсе.
Уильям и Брюс, кажется, были ошарашены, зато послышавшийся со стороны Лукаса смешок явно говорил о том, что шпильку в сторону его тестя он оценил. Коэн уже придумал продолжение к этому выпаду и едва не добавил: "Потому что этот человек ничего не смыслил там, куда совался", но не успел.
- Уолтер! - донёсся со стороны двери суровый голос Терезы, и все тут же перевели на неё взгляд. Миссис Дуайер взирала на своего брата так, словно он как минимум кого-нибудь убил.
- Понеслась душа в рай... - выдохнул Уолтер, снова откидываясь на спинку кресла, и постарался морально подготовиться к выволочке, чтобы не сорваться. Если сестра сейчас на него обозлится, то и Мойре наверняка достанется, а ей и без того трудно.
- Это было очень грубо, между прочим, - меж тем защищала Тереза мужа, скрестив руки на груди. А он сам за себя постоять не может?
- Равно как и спрашивать писателя о ещё незаконченной книге, - произнёс Уолтер, переводя взгляд со стены на сестру. Всем своим видом она как бы говорила: "Ну что за дурак у меня брат?"
- Уильям пытается поддержать беседу, а ты так недостойно себя ведёшь.
Коэн медленно вдохнул и так же медленно выдохнул. Спокойно.
- Я не против светской беседы, но не трогайте мои книги, всеми богами заклинаю. Особенно те, которые ещё в работе.
Теперь в глазах Терезы читалось: "Это твоя американка так дурно на тебя влияет". Как будто он всегда был пай-мальчиком, а тут вдруг испортился. Уолтер снова вздохнул, отвёл взгляд и случайно зацепился им за Лукаса. Мужчина, едва сдерживая улыбку, украдкой показал Коэну большой палец. Хоть кто-то здесь на его стороне.
- Стол накрыт, скоро подадут ужин, - произнесла Тереза, уже разворачиваясь, чтобы снова скрыться за дверью. - Идёмте в столовую.
Уолтер подождал, пока все поднимутся и доплетутся до выхода, чтобы выйти последним. На душе у него было неспокойно, какое-то нехорошее предчувствие, от которого мужчина никак не мог отделаться. Только бы это предчувствием и осталось...
Войдя в столовую, Уолтер чуть не был сбит несущимися куда-то мальчишками, которых их мать тщетно пыталась успокоить и усадить за стол. От двух этих маленьких людей было столько шума, сколько не производили все взрослые разом, и Коэн обречённо вздохнул. Нет, пора домой, обратно в солнечную Калифорнию, в их уютный, полный спокойствия и тишины дом, где будут только они с Мойрой. Ну, и Хильди ещё. Представив эту идиллию, Уолтер немного успокоился и опустился на один из стульев. Да, хватит с них этого дурдома, завтра же надо брать билеты до Сакраменто.

Отредактировано Walter Cowan (2013-07-16 20:58:02)

+1

3

Пирог допекался, бутерброды и рыба с чипсами ждали своего часа, Мойра одиноко стояла посреди кухни и нетерпеливо топала ногой, ожидая одной лишь ей известной секунды до полной готовности корниш пасти. Если это не сработает, она умывает руки, ибо тогда сможет считать, что сделала все, что только могла. Если путь к сердцу мужчины лежит через желудок, то, возможно, до сердец его родственников можно добраться похожей дорогой? По крайней мере, уже такие мысли посещали Мойру спустя неделю после приезда в Англию. В эту. Чертову. Англию.
От ненависти к этой прекрасной стране, Мойра сжала в кулак фартук, но из забвения ее вывел топот детских ног и следом на кухню вбежали... Мойре надоело разбираться, кто кем ей приходится, ибо в родственных связях была не сильна. Но смутно догадывалась, что Дуглас с Томасом - ее внучатые племянники или что-то вроде того. В неполные тридцать два года осознавать это было странно, если даже не дико. Но мелкотня ей нравилась, поэтому Мойра по-тихому вручила им пару бутербродов, взяв слово, что они так же по-тихому съедят их в укромном месте, не сказав никому об этом.
В глубине души, Мойра чувствовала, что ее старания напрасны. Карлин и Тереза наверняка будут воротить носы от ее готовки, а, так как балом правят именно они, за ними последуют и остальные. Впрочем, в той же мере, в какой их реакция злила Мойру, она ее и веселила. Если следовать этой логике, то сегодняший обед обещал стать самым веселым в ее жизни.
- Миссис Коэн, - заглянула, на этот раз, Джейла, - все спрашивают, долго ли еще ждать?
Показательно закатив глаза и театрально вздохнув, Мойра повернулась к Джейле с уже заготовленной приторной улыбкой, одинаковой для всех присутствующих в этом доме. Кроме Уолтера, конечно. Она уже сто раз просила не называть ее "миссис Коэн". Но, видимо, поняв, как ее это раздражает, родственнички стали употреблять это сочетание еще чаще. Джейла, может, не имела особого умысла, а делала так по инерции, но от этого раздражала Мойру не меньше. Потому что, если это было правдой, то мозгами девушка явно не отличилась.
- Я не засекала, - как можно спокойнее ответила Мойра. Пусть еще помучаются. В конце концов, обед их точно расстроит. Так почему бы не оттянуть этот тяжкий для всех момент еще на пару минут?
Но Джейла, видимо, не хотела возвращаться к своим с таким ответом и все еще топталась в дверях. Растеряв вместе с терпением остатки всякой любезности, Мойра, тем не менее, произнесла слова ужасно дружелюбным тоном:
- Если ты будешь дальше здесь стоять, от этого он, - обеими руками Мойра указала на духовку, - быстрей не испечется, - поджав губы, она оценивающе посмотрела на девушку. - Впрочем, можешь пока отнести рыбу к столу.
Кивком указав на блюдо, в котором искусно была уложена рыба с картофелем, Мойра решила, что пора бы вытаскивать пирог. Из духовки пахнуло жаром. Ну а когда Мойра смогла избавиться от рукавиц и осмотреть творение кулинарии, то осталась им довольна. По крайней мере, внешне пирог выглядел очень аппетитно. В целом, выходил довольно сытный обед. По крайней мере, сама Мойра с удовольствием попробовала бы каждое из приготовленных ею блюд, хотя обычно не признавала собственную готовку. Сняв фартук, она задержалась на кухне. Бутерброды могут остаться здесь и ждать своего часа. Ну или кто-то поможет их отнести... В столовой, надо полагать, уже уселось все семейство. И сейчас будет ее фееричное появление с ароматным обедом в руках. В последний раз Мойра волновалась так на выпускном экзамене по химии. И она считала, что химия была этого достойна, в отличие от большинства присутствующих в этом доме. Ей хотелось раствориться. Или сбежать. В одну секунду Мойра успела проклясть и себя, и свою идею. Ну что за бредовая мысль - достучаться до Терезы и Карлин таким нехитрым способом. Да испеки она хоть трехъярусный торт, те поморщат носиками (Мойра отлично представила себе это) и скажут что-то вроде: "Фи, какая вульгарность". Другого от них ждать не приходилось.
Однако, мысль сбежать все укреплялась в голове Мойры (раствориться она, к сожалению, не могла). В конце концов, она даже сделала шаг в сторону двери, оставив пирог на столе, как на кухню снова заглянула Джейла.
- Все уже ждут. Бутерброды я отнесу, - вызвалась отважная волонтерша, которая, очевидно, была одной из немногих, кто не брезговал разговаривать с Мойрой. Та в ответ лишь пожала плечами. Хочешь, пожалуйста. Только вот сбежать Мойре уже не удастся. А жаль.
Обреченно взохнув, Мойра взяла в руки большую тарелку с огромным пирогом и отправилась в столовую, безуспешно пытаясь унять трясущиеся коленки. В конце концов, она же не объявляет сейчас всему миру о поимке Усамы Бен Ладена. Это всего лишь обычный обед. Семейный обед.
Замерев у порога столовой, Мойра в очередной раз вздохнула, пытаясь унять волнение, и нацепила дежурную обаятельную улыбка, которая наверняка ни на кого не подействует. Это в лучшем случае. Карлин наверняка от одного вида Мойры уже, наверное, тошнит.
- А вот и корниш, - бодро объявила она собравшимся и уже усевшимся гостям, обращаясь, главным образом, к Уолтеру. Одно его присутствие уже оказывало ей поддержку.
- Мы уже думали, что не дождемся. Обед должен был начаться полчаса назад... - выдохнула Тереза, а Мойра подумала, в чем заключается ее занудство - в возрасте, национальности или случайном раскладе хромосом?
- А мы куда-то опаздываем? - с улыбкой спросила Мойра, оглянувшись на остальных. Ну что за бредовое замечание.
Торжественно опустив тарелку в центр стола, Мойра замялась, думая, с кого начать круг. Чувствуя, что собрала на себе все взгляды, которые находились в этой комнате, она впервые ощущала себя неловко от всеобщего внимания. Решив, что лучше все-таки пойти от Глэдис, сидевшей справа от Уолтера, Мойра положила на ее тарелку отрезанный кусок. Следом настала очередь и Уолтера. Ну а дальше... С какой стати слева от Мойры усадили Карлин?!
- Благодарю, мне не надо, - быстро разрешила она сомнения невестки. Мойра сначала даже испытала облегчение и едва не перешла к следующему, как до нее, наконец, дошло.
- В смысле? Вы на диете?
- Нет, - с вызовом ответила Карлин. Будто вопрос Мойры был намеком на то, что ей пора худеть. Мойра же категорически отказывалась понимать, что происходит.
- Вы не любите корниш?
- Очень даже люблю.
- Хотите рыбу?
- Рыбу я тоже не буду.
У Мойры даже опустились руки. Поставив пирог и лопатку, которой его поддевала, на стол, она недоуменно взирала на Карлин. Чего она добивается? То, что пирог придется ей не по вкусу, было ожидаемо. Но как она может оценить его вкус, даже не попробовав?
- Вы не хотите есть?
- Хочу.
Карлин взглянула на Терезу. Мойра последовала ее примеру. Тереза смотрела на сестру одобрительно, из чего Мойра решила, что эта своеобразная забастовка - часть какого-то плана. К данному моменту это поняли все, даже маленький Томас, который и не понимал, за что все так не любят тетю Мойру. Некоторые смотрели на дам с недовольством. В конце концов, отклонившийся от расписания обед пробудил у многих голод. А тут уже не до старых обид. Все хотят есть - зачем устраивать сцены? Тем более, Карлин сама призналась, что тоже не прочь чего нибудь отведать.
Повернувшись к Уолтеру с глазами, полными мольбы о хотя бы каком-то пояснении, Мойра поняла, что для него это тоже сюрприз. Ах, бедный Уолтер, как тяжело быть ему меж двух огней... И против таких сестер не попрешь... Впрочем, почему бы не попытаться? Мойра старательно строила из себя прилежную жену всю последнюю неделю и не добилась никакого результата. Стоит ли дальше разыгрывать комедию?
Приняв решение, Мойра даже расслабилась. Волнение ушло, а улыбка стала более естественной. Ну-ну, чего бы еще эти две сестренки не задумали, Мойра больше не станет молча сносить обиду.
- Но еще есть только бутерброды... - продолжая показывать недоумение, потерянно ответила Мойра. Знающий человек увидел бы сейчас в ее глазах все круги ада... но куда там Карлин до проницательности...
- Я их тоже не буду, - уже почти по слогам объясняла она Мойре, как умственноотсталой. - Вот это не корниш.
- Вы это по запаху определили?
- Как оказалось, я не зря заглядывала на кухню. Уж не знаю, чего вы туда намешали - но это уже не корниш.
- Ага. А это не рыба с чипсами?
- Нет.
- Что же я туда намешала? - уже увереннее спросила Мойра, уперев руки в бока. Другой бы задумался, но не Карлин.
- Картофель пережарен.
- Угу. Тереза? Вы того же мнения?
- Абсолютно, - довольно подтвердила Тереза. Такой довольной Мойра не видела ее никогда. Видимо, у сестер просто грандиозный план по унижению невестки. Что ж, надо разбавить его импровизацией.
- Кейтлин? Уильям? Джейдан? Брюс? - обратилась ко всем по очереди Мойра, но в ответ ей было лишь нерешительное покачивание головой, а от Кейтлин и вовсе категоричный отказ. Едва не задохнувшись от возмущения, Мойра снова взглянула на Уолтера, уже заранее извиняясь за то, что сейчас натворит.
- Раз так, ладно, - не показала она своего растройства. Не понятно, на что рассчитывали эти голодные люди, отказываясь ото всего обеда. На чудо? Или на то, что все-таки доедят остатки, убранные в холодильник? Незаметно для всех. Не признавая, что они все-таки ели то, что было приготовлено ее руками. Да в этих людях нет ни капли жалости. А в нескольких оставшихся - ни капли воли. Ладно. Ребятню она накормила, а остальные обойдутся.
Положив еще один кусок себе, Мойра аккуратно взяла тарелку с пирогом в руки, подошла к ближайшему окну, открыла его одной рукой и выглянула на улицу. Ну вдруг кто-то сейчас роется в цветах под окном. Но никого не было, и Мойра с чистой совестью вытряхнула пирог в окно.
Теперь ее улыбка превратилась в торжествующую. Отставив тарелку на ближайшую тумбу, она показательно отряхнула руки, наслаждаясь произведенным эффектом. И сейчас уже не было жалко половины дня, потраченной на стояние у плиты. Даже не было жалко пирога. По крайней мере, свою часть Мойра получила.
- Подберите челюсть, Уильям.
Со стороны Брюса раздался смешок. Видимо, решил реабилитироваться.
- А я только хотел попросить кусочек...
- О, для этого, Брюс, вы должны наконец-то стать мужчиной, а не простым подкаблучником.
Настал черед задыхаться от возмущения Карлин. Оценивая их реакцию, Мойра подумала, что они теперь ждут от нее ножа в спину, если не большее. Будто выяснилось, что она живет со справкой из психушки. Когда Мойра вернулась к столу, многие даже отстранились от нее, будто она могла следующее блюдо запустить кому-нибудь в лицо. Что ж, могла бы, но это было бы уже слишком...
Абсолютно довольная собой, Мойра села  на свое место, перед этим положив руку на плечо мужа, и придвинула к себе блюдо с рыбой. Бутерброды... черт с ними. Кто хочет - пусть ест, а то до ужина не протянут. Ну а рыба - ни-ни. Сами от нее отказались.
В гробовой тишине стучал о тарелку ее нож, пока она отрезала кусочек корниша от своей порции. Что ж, было вкусно. Мойра не представляла, каким должен был бы быть настоящий английский пирог, но такой она была готова съесть целиком. Расправившись под всю ту же тишину с половиной своей порции, Мойра якобы только что обратила внимание на остальных.
- Ну, что же вы не едите? Ах, да, - как бы вспомнила она. - Такие бутерброды вы тоже не будете. А, Лукас, простите! Вас я лишила пирога, но от рыбы вы, надеюсь, не откажетесь? Только учтите, я все прекрасно понимаю с первого раза. Повторно предлагать не буду.
- Да, пирог жаль, но я с удовольствием попробую рыбу, - ответил Лукас, похоже, единственный союзник Мойры, кроме, конечно, Уолтера. И, разве что, Глэдис, но она не в счет. Просто из уважения к ее почтенному возрасту, Мойра не стала бы объявлять ей войну. В общем, Лукас заслужил свою порцию. Не могла Мойра и обойти стороной детей.
- Я могу и ужин приготовить, если вам придется по вкусу, - уже открыто угрожала она, поглядывая, в основном, на своих золовок, а обращаясь к тем, кто мог оценить плоды ее стараний. - Но, наверное, оставшуюся рыбу мне тоже можно отправить на улицу? - и Мойра отодвинула стул, как бы собираясь вставать, но передумала. - Шучу. Это лишнее, пожалуй. Ее уже отправлю в мусорку, так будет лучше. Правда, Уолтер?
Но постепенно дикая радость нашкодившего ребенка оставляла Мойру, уступая место отчаянию. Ни с кем она так не помирилась, а лишь испортила отношения окончательно. Сестры будут еще больше давить на Уолтера, считая Мойру сумасшедшей... А все попытки примирения можно уже отбросить за ненадобностью. Мойре снова стало жаль мужа. В глубине души ее поселились сомнения - что, если в противостоянии семья-любовь, он выберет семью? Что ж, отчасти Мойра бы даже поняла его, но все-таки осознавала, что это просто невозможно.
- Одного я понять не могу, - не выдержала Мойра, отложив нож с вилкой в сторону. - Сколько здесь находится взрослых людей, способных мыслить самостоятельно? Неужели вы все считаете меня абсолютной дрянью, о которую можно вытирать ноги? Надеюсь, что нет. Так почему же позволяете этим с... - Мойра осеклась, - сестрам моего любимого мужа управлять всеми вами? Черт возьми, да я видела, как вы облизывались, и все промолчали! Если глупые принципы для вас превыше чувства голода... То мы явно с вами не поладим.

+1

4

Никому не нравится чувствовать себя не в своей тарелке, и довольно странно ощущать себя лишним в кругу собственной семьи. Пока все рассаживались, Уолтер обводил присутствующих взглядом и понимал, что Мойра, которую он знает только второй год, смогла стать для него семьёй в большей степени, чем все те люди, которых он знает с тех самых пор, как вошёл в разум. Так не должно быть, всё же, несмотря на то, что семья, в которой ты вырос, и семья, которую ты создал, - совершенно разные миры, каждый из них по-своему хорош и дорог, но сёстры постарались на славу. Всего несколько дней прошло, а они уже убедили своего брата, что в своей собственной семье ему находиться куда приятнее. Что ж, грустно, но ничего не поделаешь. Судя по всему, Тереза и Карлин прониклись к невестке такой нелюбовью, что ничем её не вытравишь. Неприятно. Даже злит.
Осознав, что снова заводится, Уолтер глубоко вздохнул, отгоняя нахлынувшее раздражение, и в этот момент появилась Джейла с первым блюдом. Будто бы почувствовав важность момента, мужчина выпрямился на стуле, покосившись на ту дверь, из которой появилась племянница, но Мойра не вышла вслед за ней, и Уолтер перевёл взгляд на блюдо в руках Джейлы. Что ж, рыба с чипсами выглядит аппетитно, и аромат от неё исходит не хуже, видимо, талант Мойры и в этот раз не подвёл свою хозяйку, что вселяло в душу определённую надежду. Британская кухня - далеко не самая изысканная в мире, а потому сомневаться в успехе супруги не приходилось. Кто знает, может, сёстры хоть немного оттают? Плохая жена в их понимании по определению не могла хорошо готовить, так что, возможно, вся эта затея с обедом возымеет определённый эффект. Хотя... Эти две пожилые фурии вряд ли так легко сдадутся.
Заметив вошедшую хранительницу очага, Уолтер тут же встал на ноги и отодвинул стул по правую руку от него, помогая матери сесть. Она благодарно улыбнулась, и Уолтер невольно улыбнулся в ответ. На душе стало немного легче.
Возвращаясь на место, мужчина намеренно проигнорировал садящуюся Карлин. Как говорится, любезностью на любезность. Сестра чопорно поджала губы, но промолчала, а Уолтер ухмыльнулся, прикрыв рот ладонью, якобы потирая щёку. Он как будто вернулся в детство, когда каждый из младших Коэнов пакостил друг другу исподтишка, как, наверное, часто бывает среди детей. Только сейчас подобное как-то не по возрасту. И кто всё это начал? Старшие сёстры, которые всегда кичились тем, что они взрослые.
Джейла снова появилась из кухни, на этот раз с бутербродами, а немного погодя в столовую вошла и Мойра. Уолтер снова выпрямился и улыбнулся жене. Она наверняка сейчас волнуется, и любая поддержка, пусть даже самая малая в виде простой улыбки будет очень кстати.
- Мы уже думали, что не дождемся. Обед должен был начаться полчаса назад...
Уолтер покосился на Терезу, затем возвёл глаза к потолку. Оголодала, посмотрите на неё, кожа да кости. Сколько же можно придираться по любой мелочи? Если Уолтера это уже порядком достало, то каково же Мойре?
Стараясь не отвлекаться ни на кого и ни на что, мужчина целиком посвятил своё внимание жене, проследил за тем, как она положила кусок корниша в тарелку матери, благодарно кивнул и снова улыбнулся Мойре, когда другой кусок оказался в его тарелке. От пирога исходил бесподобный аромат свежей выпечки, и это придало ещё немного уверенности, которая мгновенно сошла на нет, едва Карлин отказалась от своей порции. Сдвинув брови, Уолтер откинулся на спинку стула, чтобы удобнее было смотреть на сестру за спиной у Мойры. Разворачивающийся далее диалог вызвал у мужчины стойкое желание размазать оставшийся корниш по голове Карлин, и лишь нелепость этой мысли удерживала Уолтера от претворения её в жизнь. Карлин переглядывалась с Терезой, обе выглядели такими довольными, что их брат едва не скрипнул зубами от вновь нахлынувшего раздражения. Что они устроили, чёрт возьми? Это что, протест? Мойра выглядела такой потерянной, какой Уолтер никогда её ещё не видел, и от возникшей невыносимой жалости оттого, что супруга незаслуженно страдает от этой нелепой холодной войны, захотелось стукнуть кулаком по столу и сказать наконец: "Хватит!" И для большей наглядности разбить что-нибудь об пол. Тот факт, что остальные, судя по всему, поддерживали Терезу и Карлин, заставил Уолтера шумно вздохнуть, чтобы хоть как-то справиться с разгорающейся в душе злобой. Что за детский сад! Всё, надоели. Хватит этого цирка, довольно. Пусть они наплевательски относятся к Уолтеру, но плевать в душу Мойре он не позволит. Увезёт жену обратно в Сакраменто и ноги его не будет больше в этом доме, если здесь присутствует кто-то, кроме матери.
Он едва действительно не стукнул кулаком по столу, даже сжал пальцы и набрал в лёгкие воздуха, чтобы уже родившаяся в голове гневная речь звучала как можно громче, но Мойра вдруг направилась к ближайшему окну, и гнев немного разбавился удивлением. Когда жена вытряхнула пирог прямо на цветочную клумбу, Уолтер и думать забыл о том, что секунду назад он вообще-то злился. Удивление поглотило все остальные эмоции, продлилось несколько секунд и сменилось неожиданным весельем. Нет, он, конечно, знал, что Мойре, как говорится, палец в рот не клади... но такого исхода он точно не ожидал.
Пока все пребывали в шоке, Уолтер старался подавить смех, но от улыбки всё же не удержался. Замечание Мойры в адрес Брюса только усилило желание засмеяться, и Коэн улыбнулся шире. Когда на его плечо легла ладонь супруги, он накрыл её своей ладонью и посмотрел на Мойру, совершенно позабыв и о раздражении, которое вызывали почти все здесь присутствующие, и о желании сейчас же собрать все вещи и уехать домой. Он буквально кожей ощущал витающее в воздухе далеко не приятное удивление, но оно не вызывало прежней злости. Если они с Мойрой в скором времени отправятся домой, то этот обед станет для визита прекрасным завершением. Жирной такой точкой, даже восклицательным знаком.
Не обращая внимания на взгляды тех, кому еды не досталось, Уолтер взял приборы в руки и принялся за корниш, предварительно разлив сок по стаканам тех, кто не пошёл на поводу у Терезы и Карлин. Не оставлять же себя без обеда из-за идиотов, вздумавших поиграть в забастовку. На что они надеялись, интересно? Впрочем, плевать. Уолтеру теперь даже не хотелось в это лезть, вся эта глупая игра порядком потрепала нервы им с Мойрой, хватит переживать из-за ерунды. Да, теперь всё казалось ему ерундой. Какая разница, как восприняла Мойру семья? Если они надеются, что их неодобрение как-то повлияет на их брак, то остаётся только из разочаровать. Что ж, не впервой.
Корниш оказался действительно прекрасным на вкус, ничуть не хуже, чем в своё время готовила мама, равно как и рыба с картофелем. Мойра всегда прекрасно готовила, и все из-за каких-то идиотских принципов лишили себя очень вкусного обеда. Когда супруга выдала мысль насчёт того, что рыбу лучше отправить в мусорку, Уолтер снова не удержался от улыбки.
- Да, лучше в мусорку, - произнёс он, ощутив, как взгляды тут же приковались к нему, но не обратил на них внимания. - Думаю, с цветов хватит и пирога.
Слева донёсся раздражённый вздох Карлин. Как это они с Терезой ещё не разразились гневными тирадами на тему того, насколько Мойра неподобающе себя ведёт, и какой же Уолтер идиот, если любит эту женщину?
- И я был бы совершенно не против ужина, приготовленного тобой, но ты и без того провела на кухне полдня. Пусть знатоки за дело возьмутся, уж они-то и в корниш что надо намешают, и картофель не пережарят, - мужчина снова откинулся на спинку стула и посмотрел на сестру. - Верно, Карлин?
Та снова раздражённо вздохнула и сцепила зубы, посмотрев на Терезу в поисках поддержки. Старшая сестра выглядела не менее раздражённой, что безмерно грело Уолтеру душу. Они целую неделю измывались над братом и его женой, пора отыграться.
Коэн посмотрел на Мойру, когда она снова заговорила, пытаясь достучаться до совести золовок и всех присутствующих, кто их поддерживал, и, отложив приборы в сторону, положил ладонь жене на плечо. Слова её, конечно, уйдут в пустоту, но она хотя бы выговорится. Что ж, Уолтеру тоже есть, что сказать.
- Не переживай, милая, - произнёс он и коснулся губами щеки Мойры. - Всё получилось очень вкусно, а на идиотов принято не обижаться. Их самих природа обидела.
Воздух будто бы раскалился в одно мгновение от вновь возникшей в нём злости. Исходила она по большей части от сестёр, но и остальных особо не понравилось быть названными "обиженными природой".
- Ты потакаешь её выходкам? - прошипела Тереза, сузив глаза, и на ум сама собой пришла ассоциация с мерзкой ползучей тварью. Очень уж сестрица была сейчас похожа на змею.
- Как и твой муж потакает твоим, - пожал плечами Уолтер и посмотрел на Уильяма. - Верно, Уил?
Дуайер нервно сглотнул, поймав взгляд шурина. Коэн, конечно, улыбался, зато во взгляд вложил всё то пренебрежение, которое упорно вызывали у него все "протестующие".
- Я не понимаю, о чём ты говоришь, - как-то совсем неубедительно произнёс Уильям, на что Уолтер фыркнул.
- О, я думаю, прекрасно понимаешь. В противном случае, кусок того корниша - прекрасного, кстати - лежал бы сейчас в твоей тарелке, а не покоился на цветочной клумбе.
Дауйер явно смутился и, не выдержав, отвёл взгляд. Уолтер тяжело вздохнул и посмотрел на сестёр. Он не был ни зол на них, ни обижен, но накопленные за всё время пребывания в Ирландии вырывались сами собой.
- Вы двое развели какую-то странную деятельность, надеясь не понятно на что. Чего вы добиваетесь? Думаете, я, глядя на ваши потуги, разведусь с женой? Или она от меня сбежит, узрев, какие у меня "чудесные" сёстры? Мало того, что вы проявляете к Мойре неуважение, чего она совершенно не заслужила, вы проявляете неуважение и ко мне. Хотя, не берусь, конечно, утверждать, что я этого не заслужил, но в таком случае могли бы следовать элементарным правилам приличия, а не нападать на человека, которого вы совершенно не знаете, не понятно за что. Нас родители, вроде бы, одинаково воспитывали, но я почему-то не объявлял войну вашим тогда ещё женихам, когда ты, - Уолтер указал на Терезу, - выходила замуж за кичливого паренька из закусочной, а ты, - на этот раз палец был направлен на Карлин, - за бесхребетного и уже тогда плешивого дантиста, у которого был ребёнок от первого брака. Вы действуете исподтишка и ведёте себя как девчонки, а не как женщины, у одной из которых уже внуки есть, кстати.
"Кичливый паренёк" и "бесхребетный дантист" взирали на шурина так, будто он влепил обоим от души по пощёчине. Что ж, если сегодня день откровений, то придётся им мириться с тем, что Уолтер, оказывается, их не одобряет. Жёны Уильяма и Брюса в свою очередь пытались взглядами испепелить брата на месте, и, воспользовавшись тем, что их праведный гнев ещё не вырвался наружу, Коэн повернулся к матери.
- Мама, как тебе корниш?
Женщина, явно с ужасом наблюдавшая за происходящим, кажется, не ожидала, что о ней сейчас вообще вспомнят. Несколько мгновений она молча смотрела перед собой, потом перевела взгляд на Уолтера, мельком глянула на Карлин и Терезу, как бы оценивая ситуацию, и, видимо, решила сказать то, что действительно думает:
- Чудесный.
- А рыба?
- Вполне съедобная.
- И хуже от еды тебе не стало, правда?
- Нет, всё в порядке.
Тот факт, что мама не пошла на поводу у дочерей, заставил Уолтера облегчённо вздохнуть. Хоть кто-то из родных на их с Мойрой стороне.
Кто там ещё был удостоен отведать блюд? Коэн обвёл взглядом присутствующих и остановился на молодом семействе Ишервуд.
- Лукас? - обратился он к банкиру, а тот будто бы только и ждал, пока его спросят.
- Всё очень вкусно, у Мойры определённо талант к готовке, - с готовностью ответил мужчина, благодарно кивнув. Кейтлин воззрилась на мужа с каким-то ужасом, будто за произнсённые им слова её мать и тётка тут же набросятся на несчастного и растерзают в клочья. Впрочем, те действительно смотрели гарпиями, но Лукасу, впрочем, было не привыкать. - И чувствую я себя ничуть не хуже, чем до обеда, - Ишервуд посмотрел на старшего сына и наклонился так, чтобы удобнее было смотреть ему в глаза. - Дуг, как тебе рыбка, которую приготовила тётя Мойра?
- Вкусно, - ответил мальчик, и его отец тут же выпрямился, с торжествующей улыбкой окинув взглядом всех, кто собрался за столом, мол, вот, ещё один довольный и сытый.
- Надо же, никто не отравился! - воскликнул Уолтер в притворном удивлении. - Никак чудо, а?
- Сколько грязи из тебя вылилось, - с презрением произнесла Тереза и отвернулась, всем своим видом как бы говоря "ты мне отвратителен".
- Не меньше, чем из тебя за эту неделю, Тереза, - отмахнулся Коэн. - Напомни, не ты ли от меня ещё год назад требовала жену? "Годы идут, а ты всё не женат" - не твои ли это слова?
Совершенно неожиданно миссис Дуайер хлопнула ладонью по столу. Многие заметно вздрогнули, Уолтер лишь удивлённо вскинул брови. Это что-то новенькое. Любопытно, что же за этим последует?
- Я думала, ты женишься на нормальной женщине, а не... - Тереза вдруг осеклась, но её взгляд, направленный на брата, был весьма красноречивым. Что ж, правильно с её стороны было замолчать. Если бы она произнесла всё то, что можно было прочитать в её взгляде, Уолтер бы точно мгновенно сорвался, а пока... Пока он просто снова ощутил накатившую злость.
- Ну? - предельно спокойно подтолкнул Коэн сестру, но в голосе звенел металл. Если она сейчас скажет хоть одно гадкое слово в адрес Мойры... Уолтер ещё не представлял, что выкинет его сознание, но точно знал, что мало Терезе не покажется. Видит Бог, он сдерживался, как мог, но это не лезет уже ни в какие рамки. - Что же ты замолчала? На ком я женился?
Тереза тяжело дышала, продолжая сверлить брата взглядом, но по-прежнему не решалась продолжить. Очевидно, боялась сказать лишнего, а уж она-то знала, что бывает, если действительно вывести Уолтера из себя.
- Впрочем, нет, не продолжай, - произнёс мужчина, отмахнувшись. - Не хочу ни слова от тебя слышать. И от всех вас, - он рукой обвёл ту часть стола, где сидели принципиальные идиоты. - Всё равно ничего умного вы не скажете.
- Это уж точно, - буркнул Лукас как бы себе под нос, но, само собой, его услышали все. Внимание тут же оказалось приковано к нему, а мужчина в свою очередь делал вид, что ничего особенного не сказал.
- Лукас! - больше изумлённо, нежели озлобленно выдала Кейтлин, вновь посмотрев на мужа с ужасом.
- Что? - с непониманием спросил он и пожал плечами. - Если бы моя семья так вот против тебя ополчилась, я бы тоже встал на твою сторону.
Вздохнув, Уолтер ухмыльнулся, мысленно поблагодарив Лукаса за поддержку, протянул руку к Мойре и взял её ладонь в свою. На неё совершенно ни за что вылили столько грязи, и хотелось скорее увести её отсюда, а ещё лучше сейчас же улететь домой в Америку.
- Думаю, в этом доме нам больше делать нечего, - произнёс Коэн, посмотрев на супругу. Ему самому уже совершенно не хотелось здесь оставаться ни на минуту дольше, чем потребуется для сбора вещей.

Отредактировано Walter Cowan (2013-07-31 23:38:02)

+1

5

Мойра бы прекрасно поняла Уолтера, если бы он принялся сейчас успокаивать ее, пытаясь хоть как-то наладить хрупкий мир в этой столовой, хотя бы на время обеда. И как же она была рада, когда он вступился за нее. Было безумно приятно как то, что он почти по-шекспировски решил пойти против семьи, так и то, что Уолтер поставил на место своих сестер. По крайней мере, попытался это сделать. Даже странно, что эти чинные английские леди в присутствии Мойры перестали чтить правила приличия, гостеприимства и хорошего тона, и даже голос брата не мог их заставить свернуть с намеченного пути. Разговор пошел в открытую, и Мойра теперь даже не надеялась на то, что кто-то хотя бы сделает вид, что более-менее дружелюбно относится к новоявленной родственнице. У Мойры напрашивалось сравнение этой семьи со змеиным гнездом, пусть то не в обиду будет Уолтеру. Каким чудом в этом храме желчи уцелели нормальные люди вроде Лукаса, Мойра понять не могла. Но боялась того, что, если она проведет здесь еще хотя бы день, то заразится от Карлин и Терезы ужасным характером. Как только такая милая Глэдис смогла воспитать дочерей фуриями? Еще одна загадка человеческой природы.
Но через секунду Мойра почувствовала, что переходит какую-то грань, за которой стоят дела исключительно семейные. Особенно когда Уолтер заговорил о Уиле и Брюсе. Она даже думала перебить его, чтобы он перестал усугублять и без того враждебную атмосферу, но вскоре поняла, что враждебнее уже не куда. Так что, пусть выскажется. Может быть, это как-то повлияет на Терезу и Карлин. Поэтому на время этих слов она потупила взгляд, взяла вилку и стала водить ей по тарелке, стараясь не скрипеть, всем своим видом показывая, что она вообще не здесь и всего этого не слышала. Пусть она взаимно невзлюбила золовок, но все-таки присутствовать при разборе их партий Мойра не хотела. Она и так достаточно замаралась в их обществе. Боже мой, это ли та самая телеведущая Томпсон сидит тут, молчит и не знает, куда себя деть? Да еще еле-еле произносит слова благодарности в ответ на похвалу. Пожалуй, торжества Мойре хватило бы еще лишь на то, чтобы с гордо поднятой головой ретироваться и через несколько часов уже быть на пути в Сакраменто. Если бы не...
- Я думала, ты женишься на нормальной женщине, а не...
О, да, это было уже интересно. Мойрой целиком завладело любопытство. Ей интересно было, кем ее действительно считает Тереза (и, похоже, не только она) и вообще хорошо бы было выяснить грань цензурной лексики для миссис Дуайер. Особенно, если она первой ее переступит. Тогда Мойре уже не чего опасаться, она может покрыть многоэтажной конструкцией кого угодно в этой комнате, не думая о том, что перегнула палку. Да, это было бы как минимум занимательно.
И как жаль, что Уолтер ее прервал. Мойра даже вздохнула от досады. Нет, ей все-таки надо это узнать.
- Пожалуй, ты прав, - поддакнула она Уолтеру. - Миссис Коэн, Лукас, Дуглас, Том, это ни в коем случае не ваша вина, - решила уточнить Мойра, приложив ладонь к груди, показывая, что говорит она искренне. - Но мне все же интересно, если я не "нормальная женщина", то кто же?
Откровенно издевательски улыбнувшись, Мойра повернулась к Терезе. Ах, какое неловкое положение. Но слово - не воробей... Любопытно, как выкрутится Тереза? А если выскажет то, что думает - так даже будет еще лучше. Ну, правда, Мойра не любила, когда кто-то чего-то не договаривал. Особенно, если уже заикнулся об этом.
- А, Тереза? - подтолкнула она золовку к ответу, а то еще долго будет собирать волю в кулак. Машинально Мойра сжимала в руке ладонь Уолтера, которую так и не решалась отпустить. Просто знать, что Уолтер рядом и никуда не денется - это уже ее успокаивало и придавало ей моральных сил. Кроме него, она ни на кого не могла положиться в этом чужом доме и чужой стране. И как же она была благодарна ему за то, что он не оставил ее в такой ситуации водиночку сражаться с его сестрами.
- Американка, - прошипела Тереза, с презрением смерив взглядом невестку. Мойра, по-правде говоря, ожидала куда большего. Очевидно, под этим словом Тереза имела ввиду совсем другое, и это понял почти каждый из присутствующих. Вроде, и отвечать, в общем-то, не на что, но прозвучало это чрезвычайно оскорбительно. Уолтер наверняка это тоже почувствовал. На этот раз Мойра не была возмущена, но все-таки интересно, с каких это пор ее национальность стала синонимом слова "шлюха"? По крайней мере, Тереза думала именно об этом. И вообще, разве Мойра давала повод так судить о ней? Вроде, к чужим мужьям она не приставала. Даже не флиртовала. Ужас.
- Да это уже попахивает нацизмом, - вскинула брови Мойра, как бы удивляясь тому, что обнаружила его признаки в этой семье. - Так я только этим провинилась?
- Вам не понять! - вступилась за сестру Карлин, а Мойра только крепче сжала руку мужа.
- Куда мне, с моими американскими мозгами... - уже мрачнее ответила она. - Просветите, пожалуйста, Карлин.
Карлин скривилась так, что, казалось, на месте Мойры был какой-то скользкий слизняк, при этом она не могла найти подходящих слов, чтобы описать то, что ее невестка не могла никак понять.
- Или я что-то упустила и Великобритания до сих пор воюет с янками?
Было немного обидно за свою страну, но совсем чуть-чуть, ведь к Америке, конечно, дискуссия относилась в самой меньшей степени.
- Или же вы обе - само воплощение такта и изысканности, подстать английским леди, чтобы что-то высказывать мне? Я этого не заметила, ибо все это время вы показывали себя с самой неприглядной своей стороны.
- Что?! - округлила глаза Тереза. Видимо, удивившись наглости Мойры. Да, она могла быть сумасшедшей, чтобы выбросить в окно пирог, но говорить о их бестактности Мойра, видимо, не имела права ни при каких обстоятельствах.
- А то, Тереза, что вы с сестрой - просто две мерзких старых карги, которые неприкрыто мне завидуют, - с удовольствием выговорила Мойра, подчеркнув каждое слово.
Теперь челюсть отвисла у всех, кроме, пожалуй, Уолтера. Первой, как ни странно, очнулась Кейтлин. Видимо, потому, что она не могла назвать себя старой, а Мойра не называла ее каргой.
- Мама! - в растерянности она повернулась к отцу. - Папа! Почему ты позволяешь ей...
- Тише, Кет, - цикнул на жену Лукас, откровенно забавлявшийся всем происходящим. - Это не твое сражение, лучше не ввязывайся.
- Верно, Кейтлин, лучше не ввязывайся, - заметила Мойра. Если ее сейчас никто не остановит, то, разбушевавшись, она тут наговорит многое... - У твоего отца же хватает трусости не встревать в диалог. Итак, дамы. Мира предлагать я не буду, потому что это утопия. А потому...
- Хватит! - заставила вздрогнуть всех Кэт, хлопнув ладонью по столу, от чего зазвенели ложки, лежащие в тарелках. - Оскорблений в собственном доме мы не потерпим.
- Значит, вам можно, а мне нельзя?! - вот теперь Мойра совершенно точно начала выходить из себя. Лучше никому не пытаться ее заткнуть. По крайней мере, в такой момент.
- Да было бы чему завидовать, - заметила Тереза, презрения в ее взгляде не поубавилось.
- Вот как? Допустим. Но вы, вместо того, чтобы пожелать брату счастья и отпустить с миром, уважая его выбор, играете тут какую-то на редкость отвратительную комедию. Уже тошнит от ваших выходок и ваших лиц. Не хочу участвовать в этом дальше, - следом за этими словами Мойра бросила вилку на тарелку. Та со звоном отлетела дальше, поскакала по столу, остановившись уже ближе к Терезе. - Хуже всего то, что ваша совесть сейчас, по-видимому, молчит. Это, похоже, маразм, ибо достучаться до вас за неделю ни я, ни Уолтер так и не смогли. Прискорбно это говорить, но подлечиться вам не мешало бы.
- Как и тебе! - внезапно ответил Джейжен. Вот тут Мойра искренне удивилась и перевела взгляд на него.
- Цыпленок научился пищать? Поздравляю! Еще чуть-чуть, и сможет полноценно кудахтать. Подстать матери и тетке.
Наконец, отустив руку Уолтера, Мойра оперлась о стол, чтобы лишний раз по тому стукнуть, и поднялась на ноги. Взглянув на рыбу, Мойра уже было начала придумывать ей хорошее применение, размышляя над тем, в кого бы ей запустить, но все же отказалась от это мысли, исключительно ради Уолтера. Вот у кого она будет просить прощения. И у Глэдис, конечно. А эти две сестрички пусть хоть замаринуются в собственной желчи, снова и снова вспоминая то, что Мойра им наговорила. Удовлетворения она не чувствовала, но считала, что поступила правильно, ибо терпеть этот семейный беспредел больше не было никаких сил. А Тереза и Карлин... что ж, сами нарвались. А остальным не стоило им поддакивать. Лукасу, наверное, потом достанется, за то что родню не поддержал. Кстати, следовало все же отметить редкостное единодушие и удивительные организаторские способности.
- Наверное, было ошибкой приезжать сюда. Хотя, почему "наверное"?
- Сядьте, - отозвалась Тереза.
- Ну уж нет, командуйте, кем хотите, но не мной. Или Вы это еще не уяснили?
Мойра перевела взгляд на рыбу. Какой соблазн... Но нет, до такого она не опустится.

0

6

Игры нет, тема в Архив.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Американская невестка