Вверх Вниз
+15°C облачно
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
- Тяжёлый день, да? - Как бы все-таки хотелось, чтобы день и в правду выдался просто тяжелым.

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Don`t cry, mercy


Don`t cry, mercy

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Участники:
Jonathan Lectеr & Max Brown
Место:
Приемные покои мистера Лектера.
Время:
Примерно неделю назад, июль 2013 года.
Время суток:
12.00 p.m.
Погодные условия:
Все тучки испугались солнышка, очень жарко.
О флештайме:
Медленный вдох, шумный выдох, Вы можете расслабиться, здесь Вас никто не тронет. Рассказ о том, как молодой Макс заглянул на прием к мистеру Лектеру. Кто-то девушек насилует, а кто-то людей подает на стол, в красивом, сервированном виде.

+2

2

Давайте все сойдем с ума.
Сегодня ты, а завтра я.

Прошел уже почти месяц, но мысль о той ночи не давала мне покоя. У меня было два варианта – начать курить или выговорится. Я не мог и не хотел так долго держать в себе эмоции, разговор был мне так же необходим, как глоток свежего воздуха.
Словно загнанный зверь, я уже четверть часа метался по спальне отца, разыскивая его записную книгу. Однажды он прибегал к услугам известного в наших кругах психиатра. Его звали Джонатан. Джонатан Лектер и это имя врезалось в мою память на несколько лет. Отец даже произносил его по особенному, наполняя каждый звук разными чувствами – доверием, уважением, восхищением. Мало кто был удостоен чести слышать в свой адрес такие слова от мистера Брауна.
Сам же я никогда не посещал психологов, психиатров, психоаналитиков и терапевтов, считая походы к ним пустой тратой времени.
Я был самостоятельной единицей общества и долгое время мне казалось, что любая проблема по зубам моей пылкой натуре.
Но май меня подкосил, свадьба, Метью – я сорвался, запутался и казалось, сошел с ума. Ее глаза, наполненные слезами, моя дикая, бесконтрольная страсть, неуправляемый гнев и желание – все перемешалось.
Никогда не думал о том, что способен причинить человеку физическую боль, но тогда что-то словно щелкнуло, меня на крыло и я перестал контролировать свои эмоции.
Я хотел разобраться в причинах своего поведения, в себе. А вдруг я опасен для общества? Вряд ли, но сейчас в моей голове гуляли самые невероятные и нелогичные мысли, я казался себе чудовищем, недостойным прощения.
Потертая книжонка попадается мне на глаза, я трясущимися руками, словно школьник, собирающийся украсть результаты контрольной, принялся искать его номер, быстро перелистывая страницы. Ламберт, Лектер, Лестер, Ломас… пальце хаотично скачут по чернильным рядам. Лектер, вот же он. Джонатан Лектер и его номер по правую сторону от имени. Надеюсь, он еще не утратил своей актуальности.
Попасть на прием к этому человеку оказалось непросто, тем более учитывая то, что я никогда не стоял на учете в психиатрической клинике, в моей истории болезни не было провокационных отметок врачей и со стороны в подобного рода помощи я не нуждался.
Мне было плевать, я бы согласился на психолога или любого другого мозгоправа, лишь бы этот человек внушал доверие.
Меня всегда умиляли кокетливые леди, которые на вопрос «А кем вы работаете?» отвечали с гордо поднятой головой «Я – практикующий психолог». Я бы пошел к такой чисто посмеяться, но сейчас мне нужен был реальный специалист.
Иногда моя фамилия играла мне на руку, я смог записаться на  двадцатое июля.

Сегодня я изменил своим привычкам и поехал на автомобиле, я волновался и совершенно не знал, как себя вести, что говорить и куда девать руки. Готов ли я втянуться в это приключение и нужно ли оно мне?
Я бы мог передумать и сбежать, дальше продолжать истязать себя сомнениями, но отступать не в моих правилах.
Говорят, в жизни нужно попробовать все, не убьет же он меня и не съест, в конце то концов (длинная ироничная пауза). Мне казалось, после того, как кто-то узнает все о самых глазных сторонах твоей души, остается ощущение, словно тебя выпотрошили и часть сокровенного присвоили себе.

Чем ближе я приближался к двери кабинета, тем более странные вопросы возникали в моей голове: надо ли представляться, или он уже знает, какой пациент зайдет в следующую минуту, как сидеть, смотреть ли ему в глаза и быть ли с ним до конца откровенным?
Легкий стук в дверь, на губах – едкая, пропитанная сарказмом ухмылка, моя любимая защитная реакция аля у жизнь удалась.
- Можно? – Прохожу вглубь со вкусом обставленной комнаты, садясь на светлую кушетку. Слежу за позой, стараюсь, чтобы она выглядела как можно более непринужденной.
Воцаряется тишина, за которой по всем законам классического жанра должна последовать фраза: «Что Вас беспокоит?», а затем «Вы хотите об этом поговорить?». Усмехаюсь, отрывая взгляд от пола и поднимая его на лицо доктора.
- Добрый день, мистер Лектер. – Вот тут мне показалось, что я оступился первый раз, наверно, стоит обращаться к нему «доктор Лектер». Впрочем, какая разница, будем разбираться по ходу пьесы.

+3

3

And I feel like I'm being eaten
By a thousand million shivering furry holes
And I know that in the morning I will wake up
In the shivering cold

Буквально вчера был в больнице, я частенько туда хожу, чтобы посмотреть на работу своих коллег. Вот иногда думаешь, вроде, люди с глубоким уровнем проработанности, а хоть прямо сейчас сажай в кресло пациента. Наверное, я просто так все вокруг себя расставил, что вижу только больных. Ведь все люди – больны, как морально, так и физически. Но никто не хочет лечиться, вроде, если тебя послали к психологу, то ты уже псих. А если тебя направили к психиатру, то вообще «пиши, пропала».
Тем более, кто такие психи? Психи – это больные люди, которые страдают. Они мучаются, я вижу по их лицам, как это больно. Полно различных болезней, а какой спектр синдромов, что уж там говорить про симптомы. Мы каждый день берем на себя ответственность за смерть какого-нибудь человека. Наверное, самое тяжелое, когда они просят себя убить, но я уже привык.
Я убиваю даже тогда, когда меня просят об обратном, и мне уже все равно. Я не убиваю ради денег, я не убиваю ради власти, я даже ради удовольствия не убиваю. Я убиваю ради пропитания, наверное, это звучит смешно. Я привык к тому, что в моем рационе есть человеческие органы, но я беру только здоровых людей, а таких сейчас осталось уже мало.
Вечером мне позвонила секретарша, сообщила о том, что на прием записался некий мистер Браун. И тут я на какое-то время задумался, ведь фамилия знакомая. Кажется, кто-то из этой семьи у меня уже был, просто я вычеркиваю людей из памяти. Это все эффект Зейгарник, завершенные действия забываются быстрее, чем незавершенные. Значит, помог, а это уже плюс, тогда не понимаю, кто ко мне собирается придти.
Ну, не мое дело судить о том, кто собирается придти. Мое дело вообще маленькие: выслушать, проанализировать и дать волшебный пинок. Это если судить по-простому, как все психологи делают,  ладно, оставим, посмотрим, с чем придет человек.
Частно я практикую уже очень давно, поэтому и живу в двухэтажной квартире. В одной части, на втором этаже, живу я, а принимаю пациентов на первом этаже. И всегда так интересно наблюдать за теми, кто приходит ко мне. Я иногда встречаю их, глядя сверху вниз, так легче рассматривать.
И сегодня, я стоял на втором этаже, рассматривал книги, которые накопил за такой большой промежуток времени. Здесь хранилась даже та книга, которую я когда-то впервые взял в руки. Она была простенькая, дешевая, классическая, но для меня она была всем. Благодаря этой книге я научился читать, писать, считать и мысли, конечно, не так, как я сейчас это делаю, но хоть что-то.
Дверь за моей спиной открылась, я замер, услышав мужской голос. Парень, не дождавшись моего ответа, прошел в приемную. Я слышал, как он шагает к кушетке, а как только юноша на нее приземлился, я прокашлялся, одергивая подолы пиджака. Развернувшись на каблуках, я посмотрел на своего гостя, да, это будет очень интересная работа.
- Здравствуйте, мистер Браун. Надеюсь, Вы не заблудились, пока добирались. Некоторые клиенты жалуются, что я неудобно устроился, - на моих губах появилась легкая улыбка.
Самоуверенный такой юнец, ничего, и не таких я на стол подавал. Не стоит здесь торопиться, нужно расслабить клиента, чтобы он почувствовал себя, как дома. Чтобы смог даже заплакать, если это понадобиться. Я еще некоторое время простоял на втором этаже, потом подошел к лестнице, которая вела вниз. Аккуратно спустившись, я подошел к креслу, которое стояло рядом с кушеткой.
- Вы сильно напряжены, первый раз на приеме? – я удобно разместился на законном месте, закинув ногу на ногу, вцепившись взглядом в лицо своего пациента. – Не волнуйтесь, я не кусаюсь.
И я никогда не смеюсь над этой шуткой, даже, когда ее сам произношу. Теперь мне придется отключиться ненадолго, чтобы почувствовать. Тяжелая судьба у всех людей, которые связаны с психологией, но я уже привык. Я люблю чувствовать людей, я чувствую свое превосходство над ними, я могу управлять. Поэтому сейчас я расслабился, все еще глядя на своего клиента, медленно вдохнул, а потом так же медленно выдохнул. Напряжен, безумно напряжен, я дернул плечами, но подавал себя нейтрально.
- Желаете что-нибудь выпить? Кофе, чай?
Я ведь знаю, чего они всегда ждут, какой фразы, но я так не работаю. Люди слишком агрессивны, они всегда настроены против тех, кто хочет помочь. Поэтому нужно просто разбавить ситуацию, я заставлю его расслабиться. Тем более, все мы знаем, что нельзя проскакивать стадию преконтакта.

+2

4

Я ничего не жду, не чувствую, не верю,
Только себе, только себе.

Пока доктора Лектера не было в поле моего зрения, я имел возможность украдкой осмотреть обстановку в кабинете. Мне здесь нравилось, все было выполнено в темных тона, к тому же изящный, благородный стиль барокко способствовал эмоциональному успокоению.
Наконец, Джонатан спустился, и когда он сначала встал за моей спиной, я почувствовал, как по ней пробежали неприятные мурашки, не люблю, когда кто-то неожиданно появляется, а я не имею возможности сиюминутно увидеть его лица. Но очень быстро ситуация исправилась, Лектер обошел кушетку, устраиваясь напротив меня. Теперь мы оба видели друг друга очень хорошо, наши лица были открыты, а взгляд прямолинеен.
Дорога? Вас правда интересует, удобно ли мне было добираться? Не буду лукавить и скажу, как есть.
- И они были правы, Вы очень неудобно расположились. Ничего, что я так откровенен? Я за этим сюда и пожаловал. Но кому надо, тот найдет, верно?
Пока я ехал, ни разу не подумал о том, что мистеру Лектеру стоит сменить место жительства. С какой радости он должен прогибаться под окружающий мир? Пациентам надо – они едут, и нечего стенать о ничтожных неудобствах.
- У Вас уютно. – Зачем-то добавил я, может быть для того, чтобы сгладить свой агрессивный тон и показать – я настроен миролюбиво, никто меня за уши не тянул и кандалами не приковывал к этому дому. Я пришел сам, я нахожусь в статусе гостя и вести себя надо подобающее, упрятав свой едкий злословный тон на пару часов в недосягаемое место.
- Не сказал бы, что сильно, да, первый раз. А что, так заметно? Людям свойственно волноваться, когда они что-то делают впервые, так что это не более чем рядовое волнение. Не переживайте, со мной вообще очень легко найти общий язык, - скрещиваю руки на груди, ловя себя на мысли о том, что я слишком много болтаю. Это мой известный бич – не закрывать рот там где надо и не надо.
– Для людоеда Вы выглядите слишком безобидно, - смеюсь, и мой громкий низкий смех разноситься и эхом раскатывается по стенам, это нервное. Мне хочется скорее уже перейти в «официальной части» нашего разговора.
- Спасибо, я выпил чашку чая на парковке. Как мне к Вам обращаться? И да, меня еще кое-что волнует. – Уже более спокойным тоном подмечаю я, придвигаясь к столу и облокачиваясьь на него.
- Как протоколируются встречи? Мне бы не хотелось, чтобы мои друзья или родные узнали о наших  беседах. – Слышал о том, что некоторые психологические центры снимают сеаны на видео пленку, понятия не имаю, правда, зачем. Сидят потом, пересматривают, анализируют и… ржут. Точно, вот думаю, покину я этот дом и Джонатан тоже надо мной посмеется. Что для чужих мои проблемы?
Ведь «чужие драмы всегда невыносимо банальны», но только мы упорно избегаем близких и тащимся изливать души незнакомцам. Еще и деньги за это платим немалые.
- Вы считаете себя достаточно квалифицированным специалистом для того, чтобы разбираться даже с самыми неожиданными проблемами? – А я великосветское хамло.
- Может быть я убил человека? – Хитрый прищур. Я пока что, тьфу-тьфу, никого не убивал, но изнасилование несовершеннолетней девчонки тоже подсудное дело.
- А у вас есть жена? Дети? – Не лишним будет убедиться в полнейшей конфидициальности нашего разговора, идти на эшафот в свои двадцать пять я не спешил, да и греть госточки на зоне тоже не хотелось.
Тяжелый вздох, мне надоело ерничать и я замолкаю.
- Простите, если я веду себя слишком грубо, я пришел в к Вам за помощью. – Складываю руки в замок и устремляю взгляд на полированную поверхность стола.
- С чего нужно начать? Что делать и говорить?  Мне стоит рассказать о себе и о своем детстве? Слышал, многие работают именно так. А какие нетрадиционные методы Вы используете? – Честно, я бы разрешил попробовать на себе все, что угодно, если после этого я гарантированно останусь в живых, даже гипноз.
- Отец всегда очень хорошо о Вас отзывался, я бы сказал с упоением и неподдельным уважением, значит, я могу Вам доверять, - мысли скачут быстрее молекул в накаленном воздухе, я чего-то жду, наверно. когда этот фокусник сделает жест рукой и заверит меня, что волноваться не о чем, что я слишком много думаю о ненужных вещах.

+2

5

Сложно почувствовать этого клиента, он закрыт, а прикрывается агрессией. Это понятно, для сегодняшнего образа жизни – это нормально, хотя раньше люди жили совершенно по-другому. Были открыты все двери, никто не воровал, не убивал и не насиловал. Раньше редко встречались убийцы, но они были профессионалами, потому что сложно было разгадать чистую работу. Убийство приравнивалось к искусству, а сейчас любой чуть пьяный человек может схватиться за нож, чтобы потом сесть за убийство своей семьи. Это глупо, я не понимаю современный народ, да и болеют они чаще.
Я внимательно прислушивался, приглядывался к своему гостю, никак не реагируя на его высказывания. Очень сильно волнуется, я буквально чувствую на языке это напряжение. Был бы я другим человеком, то предложил бы ему прилечь, а еще лучше – сделать массаж. Он всегда расслабляет, но я предоставляю миру немного другие услуги. Облизнув пересохшие губы кончиком языка, я улыбнулся на шутку про «людоеда», сколько лет играю, а никак не могу выйти из роли.
Слишком много думает, постоянно анализирует, чтобы быть на шаг впереди. Это похвально, но иногда сознание может создать картинку, иллюзию, а сердце мы не слышим. Мы стараемся подавить в себе все животные рефлексы, мы ведь люди, мы ведь не можем пасть так низко. А иногда нужно, это особенно помогает в общение. Мы всегда можем заставить свой организм работать на благо самосохранения, но в тот же момент, пускаем в действие свои ориентировочные способности.
- Обращайтесь ко мне доктор Лектер, мистер Браун, и наша встреча абсолютно конфиденциальна, профессиональная этика, сами понимаете. Если хотите, то после сеанса подпишем с Вами формальный договор о неразглашении, конечно, если Вы сами никому не захотите рассказать про нашу встречу, - я говорил медленно, тихо, мой монотонный голос всегда действует на людей успокаивающе.
Я сидел неподвижно, в тот момент, когда молодой человек начал ерзать. Понятно, что ему не комфортно, страшно, все мои пациенты потом признаются в том, что им бы хотелось, чтобы рядом сидела мамочка. Да, хороший такой ресурс, почему-то взрослые постоянно забывают о том, что они взрослые.
- Я мог представить документы, которые будут подтверждать определенный уровень моей квалификации. Смотря, о чем Вы пришли сюда поговорить, если об убийстве, то мне придется вызвать полицию. Вы же понимаете, что у меня нет выписки из клиники о том, что ко мне пришел адекватный человек, - обожаю, когда клиенты пытаются меня проверять, пытаются меня столкнуть с устойчивой позиции.
В такие моменты они мне напоминают маленьких детей, которым прошепчешь на ушко «бу», и они рассыпаются в разные стороны. Хотя, да, мои пациенты – это маленькие дети, но только в душе. Их тело вполне уже себе сформировалось, но где-то очень глубоко сидит малыш, который буквально слезно молит о помощи.
- Ничего страшного, я понимаю, что Вы нервничаете, защита – это вполне нормальная реакция на стресс, - я наконец-то коротко улыбнулся, потому что мой клиент все-таки решил расслабиться.
А вот затронутая тема про «жену и детей» меня поддела, но я не стал подавать виду. И приспустил вопрос мимо ушей, действительно, мы здесь собрались, чтобы проблемы мистера Брауна разбирать, а не мои. Хотя, я совершенно не жалею о том, что у меня никому нет. Мы рождаемся в одиночестве, и умираем так же.
- Мистер Браун, в моей профессии не существует шаблонов, потому что каждый человек индивидуален, - я легко пожал плечами. – И это полностью Ваше время, поэтому мы будем говорить о Ваших проблемах. Мне лестно, что Ваш отец так тепло обо мне отзывается, но мне почему-то кажется, что Вы здесь не ради этого сидите.
Я прищурился, внимательно смотря на человека, который уже практически сложился в позу эмбриона. Как же сильно он хотел от меня закрыться, но это и понятно – страшно. Нельзя передать ребенку свой опыт, когда родители говорят: « не делай этого, я когда-то сам на этом обжегся», то просто сотрясают воздух словами. Ребенку самому нужно попробовать, ему нужно воткнуть два пальца в розетку, ему нужно лизнуть металл зимой, ему нужно перебороть себя, чтобы я смог помочь. Тишина затянулась, я поменял позу, поменяв ноги местами.
- Хорошо, давайте тогда поговорим о том, что у Вас было на этой неделе. Может, Вы проживали какие-нибудь стрессы? Работа, личная жизнь, родительская семья, - я постарался сделать голос мягче, чтобы мистер Браун совсем в себя не ушел. – Но, если Вы не хотите терять время в пустую болтовню, и пришли ко мне с уже готовым запросом, то я Вас внимательно слушаю.
Я сглотнул, облизнув пересохшие губы, потому что все отлично чувствовал. Я чувствовал, что проблема крутиться у парня на языке, ведь он заговорил про убийство. Но он бы сидел весь на иголках, если бы реально убил. Значит, что-то менее преступное, но не менее тревожащее.
- Вы просили меня про жену и детей, у Вас какие-то проблемы в личной жизни? – клиента нужно всегда аккуратно подталкивать, потому что на меня уже один раз нападали.
Люди очень агрессивные, защита, все понятно, у меня даже в тумбочке лежит пистолет. А на кухне у меня уже заготовлен ужин, поэтому, если парень продолжит вести себя, как ребенок, то я назначу ему еще несколько встреч. Жалко, я не люблю все эти тактильные прикосновения, ведь некоторые мои коллеги даже лезут к своим клиентам обниматься. Но это как-то низко, поэтому я спокойно сидел на месте, выжидающе глядя на юношу.

+1

6

О таком не говорят, право, всегда считал походы ко врачам унизительным для себя, словно в эти моменты ты обнажен и твою душу выворачивают на изнанку, выскребают чувства, заставляя говорить о том, о чем в привычный день ты бы и не подумал повествовать.
Вкрадчивый, спокойный голос врача внушал мне доверие, не даром же говорят, что профессионалы такого ранга лечат только словом, только взглядом, внушать доверие и расслаблять людей своим присутствием не просто их работа, это дар.
Мне стало уютно и спокойно, я почувствовал, как по венам разливается приятное тепло, словно тебя угостили чашечкой кофе и дали плед. Но я рано поспешил доверяться этому мужчине, потому что следующие его слова вызвали во мне спазм напряжения.
- А если не об убийстве, но о другом противоправном поступке? Поймите, я пришел к Вам не для того, чтобы Вы вызвали копов и упрятали меня за решетку, это могут сделать и другие, в вот выслушать, понять и дать совет не может больше никто. Это же Вам больше по душе, чем вершить правосудие над преступниками? - Я снова выпустил колючки, ожидая ответа от Лектера.
Если его род деятельности не позволяет молчать о нарушении закона, то я лучше поживу со сдвигами психики, но на свободе, чем буду мотать срок на зоне с чистой совестью. Как знать, может быть добровольное признание в участке мне бы тоже помогло, но пока я искал более безопасные пути решения проблемы.
- Тут и не надо иметь диплом врача, чтобы заметить - дайте мне по голове за мое неприкрытое хамство.
– Ничего, думаю, через пару минут это пройдет. – Может мне самому для себя поработать внештатным психиатром?
- Во многом я тут благодаря ему, раз мой отец доверял Вам, значит, это могу сделать и я, - с каждой секундой, проведенной в кабинете доктора, уверенность моя становилась все более шаткой и хрупкой, словно вот-вот, еще пара минут и я передумаю. Можно сказать, что я уже передумал, просто моя природная упертость никогда не позволит сделать шага назад, если я взялся за дело. Если я вляпался в историю, я доведу все до конца, не важно, хорошего или плохого, но конец будет.
- На этой неделе, как и во многие предыдущие было все как обычно, я встаю, пол дня бездельничаю, днем еду на работу, затем, около одиннадцати вечера я отправляюсь в бар неподалеку от работы вместе с друзьями. Знаете, моя жизнь весьма посредственна. Часто я хожу на какие-либо премьеры фильмов и другие публичные мероприятия, как все перманентно ругаюсь с родителями, встречаюсь с замечательной красивой женщиной.
Все как у всех,
- я понимал, что пора бы перейти к главному, потому что пока моей жизни многие могли бы только позавидовать, ведь я живу в свое удовольствие, хожу на любимую работу и не имею очевидных проблем.
- Ваша жена и дети не имеют ничего общего с моей проблемой, хотя да, все вертится во круг жены. Все так сложно, что даже не знаю, с чего начать. – Была не была, начну с самого начала.
– Знаете, говорят, что чужие драмы всегда невыносимо банальны, так что вряд ли Вы услышите что-то, чего не слышали до меня, моя история банальна до безобразия и все же именно она не дает мне покоя. - Я прикрыл глаза, восстанавливая в памяти события давно минувших лет, когда я, будучи еще совсем молодым парнем студенческого возраста, приходил в дом Стоунов, в основном мои визиты носили официальных характер или же я навещал свою подругу Мелроуз, родную сестру Скарлетт. Мелроуз всего на два года младше меня, мы сдружились сразу, как наши семьи завязали тесное общение. Меня умиляла ее нереальная простота и невинность, ее доброта и скромность, но я приходил к ней в дом не за общением. Еще больше меня влекла ее младшая сестра Скарлетт, которой тогда было всего шестнадцать лет, а может быть и того меньше. Она никогда не обращала на меня особого внимания, кроме привет и как дела ничего не спрашивала. Она была не сказать чтобы тихой, но всегда одиночество предпочитала обществу друзей, я часто видел ее с книгами или помогающей по дому родителям.
Карьера Мелроуз тем временем шла в гору, она училась в на престижном факультете и Стоуны много денег вложили в нее и ее будущую блестящую карьеру, как говорил отец Стоунов. На младшую дочь они не обращали внимания, а я вот обращал, правда Скарлетт не понимала моих шуток и не особо реагировала на мои попытки с ней заговорить.
Со временем это прошло. Я успел пожить с Джесси, через мою постель прошло много разных женщин, и я ушел в так называемых отрыв, наше общение со Скар сошло на нет, хотя мы по прежнему виделись на семейных приемах.
Уже больше полугода я жил к Мирандой, во всех смыслах замечательной и удобной девушкой. И жить бы нам не тужить, как в один прекрасный день в город возвращается моя старшая сестра Нарцисса. Ей нужна немалые деньги для расширения бизнеса, и Брауны понимают, что их единственный способ быстро и хорошо « подзаработать» - это породниться со Стоунами. Отцы семей очень быстро построили планы на счет будущего ресторанного бизнеса, и главными пешками в игре были мы, их дети. Я должен был жениться на одной из сестре Стоун, и ни одна из них не была бы в восторге от этой свадьбы.
И логичным бы было выбрать Мелроуз, с которой я был по дружески близок с самого детства, но я выбираю Скарлетт, о чувствах к которой никто не догадывался. Все были в шоке, включая саму Скар. Но решение принято, наши адвокаты и доверенные лица подписали брачный контракт.
- Года три назад я был влюблен в одну девушку, он на семь лет младше меня. Так повернулась жизнь, что она стала моей женой, можно сказать, что это брак по расчету, - о Мире я решил не упоминать, так как к делу ее персона не имеет отношения.
– В нашу брачную ночь я ее изнасиловал, конечно, я был пьян, но вполне четко осознавал все, что делаю и тем не менее мне хотелось это сделать, не смотря на то, что она умоляла не трогать ее.
Мне кажется, я люблю ее до сих пор, или заново, только если это любовь, почему все получилось так? Я не хотел ее обидеть, и вряд ли она меня простит. К тому же я не расстался с женщиной, с которой живу, и она, моя жена Метью,  считает, что у нас все хорошо.
Что-то я так запутался в своей жизни, что мне о ней даже думать лень, потому что когда я начинаю распутывать этот клубок, то все становится еще более непонятно. Как мне избавится от чувства вины перед ней и понять, чего я действительно хочу?
Потому что у меня стойкое чувство, что жизнь проходит мимо меня, ускользает, словно песок сквозь пальцы.
Понимаю, что моя рассказ малоинформативен и суховат, но я не знаю, как объяснить более красочно все то, что творится у меня на душе. Может быть у вас есть какие-то методики?

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Don`t cry, mercy