Вверх Вниз
+15°C облачно
Jack
[fuckingirishbastard]
Aaron
[лс]
Oliver
[592-643-649]
Kenny
[eddy_man_utd]
Mary
[690-126-650]
Jax
[416-656-989]
Mike
[tirantofeven]
Claire
[panteleimon-]
Лисса. Мелисса Райдер. Имя мягко фонтанирующее звуками...

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » идеаль...


идеаль...

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

Участники: Henry Hunter + Nola Wilton
Дата: 15.06.2013
Место: приватный кабинет стриптиз клуба.
Погодные условия: после обеденного перерыва.
О флештайме: Нола уже третью ночь проводит в квартире Генри. После обеденного перерыва в понедельник он приглашает ее приехать в стриптиз клуб.

— Как тебе мог понравиться фильм? — в недоумении спросил я. Мне сразу же пришла на ум цитата из «Идеали»  Фредерика Бегбедера:
Когда, я роясь в карманах в поисках презерватива, спросил, как ей мог понравиться «Умирающий зверь» Филипа Рота, она с умным видом ответила: «Мне нравится читать Рота, но я бы ни за что не вышла за него замуж».
В общем, сейчас со мной происходило нечто подобное, что и с Октавом Паранго… Я понял, что несколько поторопился с выводами насчет Нолы.


http://s4.uploads.ru/w2RG1.png

Отредактировано Henry Hunter (2013-08-06 01:34:06)

+1

2

Я помню первую блондинку в своей жизни. У нас были шуры-муры. От них ходили ходуном стены моей студенческой каморки под крышей… И эта стриптизерша, что сейчас медленно раскачивает ягодицами прямо перед моим носом чудовищно на нее похожа. Я опускаю ладонь на ее попу.
— Вы пронзили мое сердце, — говорю я. Она разворачивается ко мне лицом и насмешливо мотает головой, извиваясь в своем красивом танце. Ее тело слишком заманчиво. Первобытные рефлексы берут свое. Мне хочется с ней забыться.
— Вот вы обманщик,— смеется она. Не поверила. Я на ее месте тоже бы не поверил. Правильно!
Возможно, если бы она поверила, то и я поверил…
Вчера я поставил себе фарфоровые виниры. Сегодня у меня болят зубы. Курить противно. Я в завязке. Мне все время хочется улыбаться, чтобы продемонстрировать керамические пластинки окружающим.
С тех пор, как в моей квартире поселилась Нола, я сознательно провожу меньше времени дома. Я все время ищу подходящий момент, чтобы убежать за порог.
Мне не нравится узнавать женщин. Сталкиваться с их недостатками. Узнавать, что кожа у них не такая ровная, какой выглядит  за тональником. Естественный запах тела не такой приятный. Ноги кривые. Осанка ни к черту. Походка далекая от идеальной. Волосы не такие пышные. Рост низкий — мухлюет с каблуками. И все время эти синяки под глазами… Я так долго гонялся за образом идеальной женщины… Я искал ее тщательно… Я побывал в стольких кроватях и подсобках ночных заведений… Чтобы остаться в четвертый раз разведенным (по крайней мере, я близок к этой ступени)… Или узнать, что красивая на первый взгляд обложка фальшивая или ничем не подпитана духовно… Я старался сбежать от Нолы. Я пытался проводить с ней как можно меньше времени, чтобы сталкиваться с ее прототипом, ласкающим слух и зрение, а не с Нолой реальной, которая постепенно мне открывалась.
Не могу сказать почему, мои пальцы сейчас скользят по экрану смартфона … И отчего я набираю текстовое сообщение Ноле Уилтон?

Я жду тебя в «Le Rouge Cabaret». Приватная комната №3.


Стриптизерша-блондинка кружится и кружится надо мной. Ее роскошное тело вращается перед моими глазами и вращается… Мелькает и мелькает официантка с подносом. Не так давно я просил ее принести водку… Окружающее пространство вибрирует. Вращается дискотечный шар… Мелькают разноцветные огоньки во мраке… Блестят мои зубы…

Отредактировано Henry Hunter (2013-07-20 19:43:42)

+1

3

Один раз в месяц я прикидываюсь смертельно больной и пропускаю работу. В действительности почти всегда я чувствую себя прекрасно, просто мне хочется один день посвятить полностью себе. Обычно в этот день я иду в спа и отдаюсь в руки мастеров на различные процедуры - эпиляция, массаж, маникюр, педикюр... словом, весь набор того, после чего я заболеваю нарциссизмом на несколько дней и постоянно смотрюсь в зеркало.
Но сегодня меня не сразила очередная напасть. Последние несколько дней я стойко исполняю свою угрозу - поселилась в квартире Генри Хантера. Правда, мы практически не видимся - кажется, он избегает моего общества. И все же я решила не разыгрывать из себя больную утром на случай, если мы вдруг все-таки пересечемся у него дома. Поэтому я заранее отрепетировала речь, в которой упомяну о нескольких встречах по работе, из-за чего в офисе я сегодня не появлюсь. Мне так и не предоставилось шанса произнести ее - с Генри мы так и не увиделись, я даже не знаю, это из-за того, что он ушел раньше, спал дольше или не появлялся дома вообще. Так что в спа я отправлялась с чистой совестью.
Как следует расслабиться мне так и не удалось. Во-первых, меня постоянно донимал мой мобильный, отчего я даже пожалела, что заряжала его ночью. С помощью хэндсфри я постоянно была на связи и не забывала про работу. В промежутках между звонками я заморачивалась вопросами о том, какого черта Генри постоянно избегает моего общества. Более того - как я додумалась до того, чтобы не просто ляпнуть "Я поживу у тебя пару недель", а действительно приехала домой, собрала некоторые свои вещи и вернулась в апартаменты Генри?!
- Расслабьтесь, вы очень напряжены, - слышу я приятный голос массажистки. Он на выводит меня из размышлений, я расслабляю мышцы на спине. В комнате звучит звук морского прибоя. Я представляю, как гуляю по пляжу...
Я как раз сажусь в кресло перед зеркалом, когда мой телефон вновь оживает, оповещая меня о пришедшем сообщении. "Я жду тебя в «Le Rouge Cabaret». Приватная комната №3." Я хмыкаю, откладываю телефон в сторону и завожу с парикмахером разговор о своем недавнем отдыхе. Не буду отвечать на сообщение. Пусть помучается в неизвестности - приеду я или нет. Хотя, подождите, о чем это я? Генри Хантер вовсе не будет мучиться от этих мыслей. Не приеду - найдет другую компанию. Приеду... да, он точно знает, что я приеду.
Час спустя я покидаю салон и сажусь в свою машину. Я хорошо провела время, у меня отличное настроение и никакой Генри Хантер этого не изменит. Вбиваю в навигатор название бара, завожу мотор и вскоре уже еду в указанном направлении.
Блеск, он назначил мне встречу в стриптиз баре! В понедельник. В разгар дня, - думаю я, зайдя в практически пустой клуб.
- Не подскажите, где у вас находятся приватные комнаты? - спрашиваю я у скучающего бармена. - Меня там ждут, - спешу я добавить.
Бармен машет мне рукой в сторону, я направляюсь туда. Вот и комната номер три. Я открываю дверь и захожу в небольшое помещение. Вижу Генри, расслабленно сидящего на диване, рядом с ним танцовщица, активно крутящая попой. Я на мгновение закатываю глаза и пропускаю официантку к выходу.
- Принесите мне вишневый мохито. Безалкогольный. Он заплатит, - я указываю на Генри. Официантка кивает и уходит.
- Итак, ты прикладываешь усилия, избегая меня в своем же доме, - говорю я, присаживаясь рядом с ним на диване, - но назначаешь мне встречу в стрип-баре. Никак не могу понять правил этой игры. Просветишь, может?

+1

4

Я замечаю ЕЕ присутствие, только тогда, когда она подзывает к себе официантку в сетчатых колготках и заказывает вишневый мохито.
—  Он заплатит, —  говорит Нола. Я поднимаю вверх предплечье и неспешно сгибаю волнообразным движением кончики пальцев.  Этот жест приманивает ЕЕ ближе. Она устраивается рядом со мной на диване. Я неспешно склоняюсь к ней и произношу одними губами:
— Я никогда не плачу за женщин. Такие у меня правила, — и я отстраняюсь — так же неспешно. Стриптизерша извлекает из волос шпильку и кидает на пол. Ее спина изгибается… Мои глаза невольно скользят по попе, едва обтянутой ниткой трусиков-стрингов.
— Я их угощаю,— говорю я, ныряя в трусы стриптизерши вместе с купюрой, которую в них опускаю… Она сжимает ягодицы. Я прикасаюсь ладонью к ее попе и легонько по ней хлопаю.
— Мне очень понравился твой танец. Ты свободна, — я вытягиваю их кошелька несколько купюр ей «на чай» и вновь обращаю лицо к Ноле.
— Итак, ты прикладываешь усилия, избегая меня в своем же доме, — Нола удобнее устраивается на диване и принимается меня «тиранить». Я послушно киваю головой в такт ее словам, чтобы лишний раз не сопротивляться и не нарваться на скандал сейчас, когда мое настроение так хмельно и благоговейно.
— Ты назначаешь мне встречу в стрип-баре. Никак не могу понять правил этой игры. Просветишь, может? — говорит Нола. Я ухватываю ее за запястье и улыбаюсь.
— Потанцуй для меня. Я обнаружил, что мой мозг работает во много раз эффективнее, если красивая девушка для меня покачивает ягодицами, — я обнажаю зубы и невольно опрокидываю взгляд на себя в зеркале. Пожалуй, мне чертовски идут эти виниры. Зубы выглядят по-королевски белыми и прямыми. Мне нужно непременно посетить повторно этот салон «Голливудская улыбка» и закрепить результат, достигнутый ювелиром-стоматологом.

Прости меня, прекрасная. Я запретил себе к тебе привязываться. Твое появление кажется мне изумляющим и ошеломительным. Как будто я не отправлял тебе никакого сообщения на смартфон и не просил о встрече. Я нахожусь в фрустрации. Фрустрация меня не отпускает. Фрустрация меня захватывает в плен! Ты соответствуешь моим всем эстетическим предубеждениям. Я хочу тебя как женщину. Но кроме физиологического влечения нас ничего не должно связывать. Мы полярны. Мы должны быть полярными.


Разве она не понимает, что я пригласил ее на встречу только для того, чтобы забыть? Когда Нолы нет со мной рядом, признаться, я тоскую по ней. И я звонил ей сегодня для того, чтобы немножко пригубить ее пьянящей красоты, а потом с ней проститься.
Не могу дождаться такого момента, когда мы уже наконец-то расстанемся. Я хочу убедиться, что Нола снова будет нести всякие глупости и вновь покажется мне отвратительной малолеткой, лишенной кокетства и чувства прекрасного. Невеждой. Не той манящей красоткой в красном воздушном платье, которую я желал на церемонии вручения наград Сакраменто.
— Я буду преподавать лекции в университете Сакраменто по литературе и философии, — зачем-то говорю я, пригубляя виски.

Отредактировано Henry Hunter (2013-07-21 21:42:56)

+1

5

- Я никогда не плачу за женщин. Такие у меня правила, - я скосила глаза в сторону Генри и не сдержала усмешку. Заплатишь, никуда не денешься.
Девушка продолжает танцевать около Генри. Я старательно отвожу взгляд в сторону, делая вид, что меня интересует интерьер этой комнаты. Признаться, я впервые нахожусь в женском стриптиз-клубе и не знаю, как мне нужно себя вести и реагировать на все происходящее. Однажды я была на мужском стриптизе и там я чувствовала себе более раскрепощенно, сейчас же я несколько смущена. В комнату возвращается официантка с моим мохито на подносе. Теперь мое внимание переключается на содержимое стакана. Я медленно потягиваю свой напиток через трубочку, время от времени искоса посматривая на Генри и танцовщицу. Ей-богу, такое ощущение, что я подросток, который смотрит фильм с родителями, и сейчас на экране затянулась постельная сцена, поэтому приходится старательно отводить взгляд, хотя и страшно любопытно посмотреть на все происходящее.
Вскоре танцовщица уходит, мое напряжение уходит вместе с ней. Надеюсь, никто не заметил, что я тут как на иголках сидела. Я давлю трубочкой вишню на дне стакана и завожу разговор с Генри. Он молчит. Не спорит, не отвечает. Я поворачиваю к нему голову и вижу, что он лишь рассеянно кивает на все мои слова. В этом весь Генри Хантер - он избегает моего общества в офисе, у себя дома, потом зовет в стрип-клуб, чтобы... помолчать. Я вздыхаю. Мне не суждено понять его.
- Потанцуй для меня. Я обнаружил, что мой мозг работает во много раз эффективнее, если красивая девушка для меня покачивает ягодицами, - говорит он мне. Я удивленно вскидываю брови. Вот уж в стриптизерши я не нанималась!
- Тебе дорого обойдется этот танец, - отвечаю я.
Вообще, почему бы и нет? Я только что из спа, где над моим телом хорошенько поработало несколько мастеров; утром я надела недавно купленный комплект белья; двигаться я умею, ритм чувствую. Одно плохо - я слишком трезва для этого, а поскольку опыта в подобных танцах у меня почти нет, то не исключено, что выглядеть это будет скомкано и нелепо. Я поднимаю свой стакан выше и смотрю на остатки мохито. Знала бы - заказала бы хоть алкогольный вариант. Останавливает меня только то, что машину я оставила на платной парковке, значит уехать я должна сегодня на ней, иначе мне придется потратить неприличную сумму за стоянку.
Да к чертям это непонятное смущение! - подумала я, поднимаясь с дивана. В комнате все еще звучит музыка. Я снимаю с себя пиджак и остаюсь в платье. Я откидываю волосы назад, поворачиваюсь к Генри спиной и начинаю двигаться, стараясь все-таки попадать в такт.
- Я буду преподавать лекции в университете Сакраменто по литературе и философии, - слышу я и останавливаюсь, едва поймав нужную волну.
- Серьезно? - почему-то мне сомнительно, что это правда. - Что ж, пожалуй, твои лекции будут интереснее, чем у мистера Гринвера... я посещала его занятия по философии, когда училась, - я уже забыла про танец, но осталась стоять напротив Генри. - С чего ты начнешь? - поинтересовалась я.

+1

6

Она говорит, что этот танец мне дорого обойдется. Я потворно ей киваю головой: «Кто покупает машины без тест-драйва?! Покрути бедрами!».
Нола легонько вращает ягодицами. Я делаю знак официантке, чтобы мне еще принесли немного выпить. Мне хочется опоить и Нолу. Чтобы ее движения стали более раскрепощенными и открытыми… И непроизвольно, в ту самую минуту, когда Нола «втягивается» в танец, неведомая сила тянет меня за язык и я рассказываю ей о том, что стал преподавателем в университете Сакраменто. 
— Давай повысим градус? — спрашиваю я, приманивая Нолу к себе ладонью, когда она замирает в танце и смотрит на меня как-то взволнованно и настороженно.
— Хорошо, давай проведем эксперимент. Я устрою тебе пробный урок прямо сейчас и в эту секунду,— я машинально потираю ладони друг о дружку и располагаюсь удобнее на диванах… Нола на десять лет моложе меня. И, стало быть, в два раза искреннее. С ней еще можно экспериментировать с точки зрения психоанализа…
Мне всегда претила нерешительность Нолы. И то, как она мешкала. Ее реакция. То, что она в самом начале действовала и весьма бурно, а потом обдумывала свои поступки и слова. Я злился отчаянно. Я злился от того, что узнавал в ней себя. Взбалмошного мифомана Хэнка Хантера.
И сейчас, когда мы остались в той комнате, где женщины сдергивают с себя остатки одежды, а мужчины пускают слюну на обнаженные тела, которые, по правилам клуба и самого первозданного стриптиза, никогда не станут для них доступными, я подумал, что мы сможем приспустить с себя маски двух препирающихся взрослых и  поговорить по душам.
Я хочу оголить душу Нолы Уилтон, чтобы проверить, окажут ли мои лекции должное воздействие на студенток.
— Ты можешь разделить понятие успеха на мужское и женское? Каким тебе представляется успех? Какую женщину можно назвать состоявшейся и успешной и почему? — я протягиваю Ноле бокал виски и опускаю свободную руку на ее колено.

Отредактировано Henry Hunter (2013-07-24 00:22:38)

+1

7

Генри мастерски перескакивал с одной темы на другую. Вот и сейчас он упомянул, что будет теперь преподавать в университете, хотя несколько минут назад, его интересовало только то, чтобы кто-нибудь покрутил попой перед ним. Ничего не могу поделать - эта новость меня заинтересовала, я не могла промолчать и сделать вид, что не услышала его слов.
- Хорошо, давай проведем эксперимент. Я устрою тебе пробный урок прямо сейчас и в эту секунду, - говорит мне Генри, когда я спрашиваю его о том, с чего он начнет свои занятия в качестве преподавателя. Его идея кажется мне любопытной, поэтому я пожимаю плечами и киваю, забираясь на диван с ногами.
- Ты можешь разделить понятие успеха на мужское и женское? Каким тебе представляется успех? - с этого вопроса и начинается наш "урок". Задумавшись примерно на минуту, я стала медленно скользить взглядом по стенам комнаты.
- Возможно, тебе мой ответ покажется слишком... не знаю, наивным, наверное. Мне кажется, человека можно назвать успешным, когда его карьера идет в гору, при чем не важно, нравится ему его сфера деятельности или нет, просто он не погряз в ненависти к ней, а прогрессирует в своей деятельности. Когда его деятельность приносит ему хороший доход, когда его ценят его коллеги. И когда у него есть семья, с которой он разделяет свой успех, - говорю я. - И даже не имеет значения, мужчина ты или женщина, мне кажется, в обоих случаях успех определяется одними и теми же составляющими. Другое дело, что мужчины и женщины делают разные акценты. То есть, я думаю, что вы больше акцентируете свое внимание на работе, на своей карьере, в то время как мы больше внимания уделяем семье и дому. Это уже древняя истина. И хоть я и поддерживаю стремление современных женщин построить головокружительную карьеру, но... у меня язык не повернется назвать их успешными, если они разъезжают по миру, чтобы заключить многомиллионные контракты, ходят по разными светским мероприятиям с якобы подружками, а домой заезжают только, чтобы переодеться и поспать, - я снова пожимаю плечами и машинально делаю глоток виски из стакана, который мне дал Генри.
Моя речь кажется мне слишком сумбурной и, возможно, местами не совсем правильной. С этими словами можно не согласится, поспорить. Не сомневаюсь, что именно это и сделает Генри. Но именно так я думаю в данный момент. Спроси он меня об этом лет пять назад и через десять лет, мой ответ наверняка был бы другим.
- Какую женщину можно назвать состоявшейся и успешной и почему? - я невольно улыбнулась и снова пригубила виски. О, это просто! Ответ на этот вопрос я точно знаю.
- Анна Винтур, - говорю я. - Главный редактор американского "Vogue". Она сделала его таким, каким он является уже больше двух десятков лет. Удивительная женщина с прекрасным вкусом и видением моды. Она не боится чего-то нового, смелого - представить миру нового классного дизайнера или нарядить моделей с дредами на голове в костюмы от кутюр, но при этом ее утро всегда начинается одинаково, а прическа не меняется уже четверть века. Она работала в больших печатных изданиях, с разными людьми от моделей до нашего президента, - с восторгом говорила я. - И у нее есть семья, - отмечаю я. - Я никому этого не говорила раньше... в университете я несколько раз писала письма в редакцию "Vogue", хотела там стажироваться. Один раз мне ответили, что у меня есть потенциал, но он пока не соответствует их уровню. Говорят, с Анной Винтур непросто работать. Я набираюсь опыта, работая с тобой, а это, между прочим, тоже непросто. Думаю, этот пункт будет хорошим в моем резюме. Однажды я положу тебе на стол заявление об увольнении и уеду в Нью-Йорк, работать с ней. К тому времени я наберусь и опыта, и связей, интересных мыслей и идей, - с воодушевлением и мечтательным видом говорю я. Мне нравится такая перспектива. Я никогда и никому об этом не рассказывала. Даже не знаю, что заставило меня так разоткровенничаться перед Генри.
- Знаешь, что любопытно? Нам все говорят о важности получения высшего образования. Нет, я не буду спорить, это, безусловно, важно. Наверное... Но есть такие люди, которые многого добились, так и не получив его. Та же Анна Винтур. Макр Цукерберг. Стив Джобс. Билл Гейтс. Им не нужно было высшее образование, чтобы изменить мир. Кто ты по образованию? Какой факультет закончил? - спросила я. Уперевшись коленями в диван и сев на свои пятки, я положила руку на плечо Генри и сосредоточила свой взгляд на его лице.

Отредактировано Nola Wilton (2013-07-25 01:03:35)

+1

8

Взгляд Нолы кажется мне сейчас ужасно рассеянным и задумчивым. Она самозабвенно говорит об успехе, каким он представляет со стороны мужчины и женщины. Я  опускаю на стол блокнот и делаю некоторые пометки. И вся эта сцена: блуждающие глаза Нолы и медитативный транс, в который она то и дело впадает, мой взгляд, преисполненный сосредоточенности, и ручка, которую я прикусываю зубами, обдумывая слова «своей пациентки», неразборчивый подчерк в блокноте, похожий на врачебный… Окружающее пространство и элементы ночного клуба сливаются в атмосфере фильма «Опасный метод».
Нола становится такой же безумной как Кира Найтли, кусающая за руки «своего доктора».
А я  Карлом Юнгом в исполнении Фассбендера.
«Ну, будем рассуждать о сексе, как о слиянии. Потеря себя — да, но потеря себя в другом человеке. Иными словами — разрушение своей личности. И тогда наше эго и механизм самозащиты начнут бороться».
— Успех —  относительное понятие? Его можно измерить? — я выпускаю из губ шариковую ручку.
— Ты говоришь, что успех всегда определяется одними и теми же составляющими. Вот тебе блокнот. Держи, пожалуйста, ручку. Напиши мне формулу успеха. Я хочу разобрать в твоих критериях, — моя ладонь придвигает блокнот к Ноле ближе. Искусанная ручка оказывается в руках Нолы.
Я неотрывно слежу за прикосновениями ручки к бумаге и вслушиваюсь в легкое похрустывание листов... Тем временем Нола Уилтон, моя пациентка, продолжает свои рассуждения об успехе и говорит об Анне Винтур. Редакторе «Вога». Во мне теплится и теплится желание перебить Нолу. На моем лице то и дело даже возникает гримаса возмущения… Я раскрываю ладони, с негодованием слушаю историю кумира Нолы. Анны Винтур.
— Зачем ты хочешь работать в «Воге»? Какая цель всей этой авантюры?— мне кажется, что Нола все еще испытывает юношеские мечты и галлюцинации. Ей нравится образ Анны Винтур. Ей хочется быть причастной к биографии знаменательной личности. Она не знает, зачем это нужно ей по-настоящему.
— Мне кажется, что в твоей голове сейчас хаос. Ты очень любознательная. Ты тянешься к знанием и к информации. Ты не можешь расставить приоритетов, — Нола закидывает пятки на диван и подворачивает ноги под себя. Через несколько секунд я уже ощущаю прикосновение ее ладони к своему плечу… И этот тактильный тактильный контакт я олицетворяю с каналом-проводником, по которому моя энергия скользит к Ноле и наполняет ее…
— У меня есть связи в «Воге». Я могу способствовать получению тобой той лакомой должности. Но, разумеется, мои услуги не будут бесплатными. Я хочу заключить с тобой сделку.  В течение девяноста дней мы будем проводить каждый вечер вот так разговаривая. Формат сократовских диалогов всегда казался мне удобным и привлекательным для использования… Я буду включать диктофон, чтобы запечатлить на пленку каждую деталь нашей беседы. Ты сделаешь для себя какие-то важные выводы и получишь работу мечты, а я проведу для себя важные эксперименты, — я накрываю ладонь Нолы своей ладонью.
—Ты спрашивала меня о высшем образовании. Я считаю, что корочка необходима тем, кто еще не знает, какому делу он хочет посвятить жизнь. Пока ты сомневаешься и совершаешь выбор тебе необходима деятельность, новые знания, вливания энергии… Образовательная индустрия как раз и занимается устройством твоего времени пока ты не готов стать себе сам господином или отдаться в рабство работы в фирме. Я был отчислен из университета из-за скандала с наркотиками. Мне удалось закончить в MIT всего два семестра. Я чувствовал себя обреченным, представляя как мой отец получает вместе с утренней почтой, газетами и завтраком в свой кабинет мой приказ об отчислении, — мне удается слабо и устало улыбнуться Ноле.
— Как ты думаешь, за счет чего спортивные залы получают основной доход?

Отредактировано Henry Hunter (2013-07-27 00:38:11)

+1

9

Генри протягивает мне блокнот и ручку. Просит коротко записать все то, что я наговорила. Сократить всю речь до размеров формулы. Я аккуратно вывожу на бумаге большие буквы:

УСПЕХ=

Я замираю. Смотрю на это слово и не могу заставить себя писать что-то еще. Не вижу в этом какого-либо смысла. Уверена, Генри понял каждое мое слово, но слишком вжился в роль преподавателя. Вот только я уже не студентка и мы не на лекции в аудитории. Мы сидим в приватной комнате стриптиз-бара. Сценарист и пресс-директор. Наши разговоры почти никогда не касаются работы.
Мое настроение резко меняется, когда Генри спрашивает меня, почему я хочу работать в "Vogue", и тут же предлагает свою помощь в том, чтобы я действительно там оказалась. Я уже не такая воодушевленная. Такое чувство, будто минуту назад я еще была пьяна, а потом резко протрезвела. Я одним махом выпила весь виски, что был в моем стакане, и поморщилась - это не мой напиток, да и вообще я хочу отказаться от алкоголя, от него я вечно попадаю во всякие неприятности. Теперь я сижу на диване, опустив ноги на пол и положив на них руки.
- У тебя есть мечта? Или мечта, которая исполнилась? Что ты почувствовал, когда твоя первая книга вдруг стала бестселлером? - спросила я Генри. - Я всегда о чем-то мечтаю, - продолжила я после некоторой паузы. - Говорят, это свойственно рожденным под созвездием Рыб. Но знаешь, что интересно? Почти все мои мечты проваливаются, - я усмехнулась. - Подростком я очень хотела стать фотографом. Ездить по миру, устраивать выставки. У меня не было такой возможности. Я мечтала учиться в Лиге Плюща. Когда я переступила порог Принстонского университета, я почувствовала себя самой счастливой. Мне пришлось уехать оттуда после первого семестра. Я всегда мечтала о своей семье, с мужем и детьми. У меня этого никогда не было, всегда были только я и мама. Я рано вышла замуж, но жена из меня получилась так себе, а с детьми... я не хотела в девятнадцать все прелести материнства. Не готова была. Потом мне хотелось просто нормальной жизни, чтобы обо мне заботились, пылинки сдували и мне бы не приходилось целый год копить деньги для того, чтобы отдохнуть заграницей. И это тоже у меня было, пока быстро не надоело, потому что мне захотелось тоже чувствовать что-то к человеку, который заботится обо мне, - я покачала головой. - Работа в "Vogue" - эта мечта, которую я очень хочу исполнить. Но я хочу приложить в этому все усилия, чтобы не вылететь оттуда через месяц. Я не хочу, чтобы эта мечта разрушилась также легко, как и все остальные, потому что в моей голове "творится хаос". Поверь, я очень ценю твое предложение. Но мне хочется, чтобы меня пригласили на собеседование, потому что их впечатлило мое резюме, мои идеи, мои мысли, мое отношение к этому журналу. Я хочу, чтобы Анна Винтур, после собеседования со мной, без раздумий сказала, что именно такую сотрудницу они и искали. Я хочу, чтобы это стало моей заслугой, даже если я и провалюсь. Мне не нужны подобные одолжения. Поэтому, если ты действительно хочешь мне в этом помочь, тогда просто разреши мне и дальше работать над твоим сериалом и набираться опыта. Это лучшее, что ты можешь сделать в этой ситуации.
Теперь я чувствую опустошение. Моя мечта больше не является самой сокровенной мыслью в моей голове. Теперь меня не покидает предчувствие того, что она никогда не исполнится или исполнится, но не будет вечной, как и все, о чем я мечтала раньше. Никогда не говори о своих мечтах.
- Но я не против таких разговоров. Только не в таких местах. Я... меня немного смущает то, что даже официантка, постоянно заходящая сюда, не заморочилась в количеством одежды, - признаюсь я. - И тебе придется придумать мне другую награду за мое согласие, - я еле заметно улыбнулась. - Что у нас дальше по лекции?
- Как ты думаешь, за счет чего спортивные залы получают основной доход?
- Вини во всем "Vogue" и другие модные журналы, на обложках и страницах которых появляются фотографии исключительно стройных девушек. Туда же можно отнести кино и сериалы, где большая часть актрис - худенькие. Плюс сложившийся стереотип о том, что мужчинам нравятся худышки. Вот все женщины и бегут менять свою фигуру. Что до мужчин... Опять же - надо нравится противоположному полу. Не всем девушкам нравятся "дохлики" или "пивное брюшко". Все хотят красивую фигуру, чтобы нравиться другим. И только потом речь заходит о собственном здоровье, о том, что заниматься спортом полезно.

+1

10

— Я желал стать писателем когда вырасту. В этом и заключалась моя мечта,— я преподношу к губам стакан виски и неспешно осушаю его.
— Других желаний у меня никогда не было. Разве что мне хотелось однажды обнаружить в свой постели Клаудию Шиффер. В средней школе я частенько прятал под матрасом глянцевые журналы… «Плейбой», который покупал отец, или те, что читала мама в гостиной. Фотографии Клаудии Шиффер стали особенно вдохновляющими... Для рукоблудства, — я расслабляю галстук и откидываюсь сильнее на спинке кожаного дивана. Как-то слишком стремительно мы меняемся с Нолой ролями…
— Что ты почувствовал, когда твоя первая книга вдруг стала бестселлером? — исподтишка спрашивает она.
— Опустошение. Мне не понравилось, что такие штуки как популярность сваливаются так спонтанно и просто. Хочешь еще виски? — я прищуриваюсь, «подплескивая» в бокал Нолы еще виски…
Я пытаюсь вернуться в свое прошлое.
Я пытаюсь вспомнить того Генри, которым мне довелось быть когда-то на заре своей популярности.
Наверное, я был обколот.
Мои воспоминания остались слишком обрывочными и сумбурными.
Помню, что я был однажды женатым. Моя привязанность к этому браку была романтичной и безнадежной. Я ревновал свою жену к ее славе сильнее, чем к поклонникам. От этого я пристрастился к бутылке. Я растворил свою память в дешевой выпивке... Я заблудился в лабиринтах баров.
Моя популярность стала слишком стихийной. Я проснулся в ванной комнате, лежа на кафеле в обнимку с бутылкой, от звонка издателя. «О тебе говорят. Мы выстрелили» — кажется, сказал он. Я отключил трубку и разлегся на том самом кафеле, чтобы проспаться.
Слава — не то, чего я ожидал. Не то, к чему я стремился.
Представляете, скрежете вы карандашом по бумаге или щелкаете по клавишам ноутбука… Строчите что-то вроде исповеди. Ведете внутреннюю беседу, перевариваете событие из прошлого и вчерашнюю ночь в баре… А вам платят за это по тройной таксе самой дорогой в квартале проститутки. И деньги льются от того, что вы делаете, то к чему пристрастились и без чего не можете чувствовать себя живыми по-настоящему.
Я все глубже погружаюсь в свое прошлое… Я ныряю. Ныряю… Ныряю! А Нола продолжает говорить... С его губ слетают и слетают слова...
Нола Уилтон похожа на взбалмошного ребенка. Самодурного и несерьезного. Мечтательного и слишком оторванного от реальности. Я думаю, что она стала такой оттого, что в жизни ей все достается слишком легко.
Она настолько самонадеянна, что отказывается от моей помощи с Анной Винтур и издательством «Вога»! И замечательно! Я испытываю значительное облечение.... Признаться, я не знаю никакой Анны Винтур, но мне нравится до боли раздавать красивым девушкам пустые обещания. Нола, я снова солгал тебе для повышения собственной значимости.
— Ты так и не ответила на мой вопрос. Зачем тебе нужно работать на Анну Винтур? Почему ты считаешь себя достойной такой должности? —   я выдерживаю паузу и вновь прищуриваю глаза, смакуя в горле виски...
— И какие у тебя предположения? Почему мои мечты сбываются, а твои нет? — говорю я и невольно обнажаю зубы в улыбке.
Жестом я подзываю официантку и прошу принести счет.
— Спортивные залы живут за счет того, что большинство обладателей абонементов в них никогда не появляются. Мечтатели покупают клубные карты и каждый день говорят себе потом: «У меня не было такой возможности. Время на хвост наступает. Пойду в качалку на следующей неделе».

Отредактировано Henry Hunter (2013-07-29 22:44:06)

+1

11

- Тебе не нравится известность? - удивленно переспросила я. Вот так новость! Я-то думала, что он тащится от этого.
- Я была уверена, что слава доставляет тебе истинное удовольствие, играет на руку. Ну, знаешь, девушек в постель легче затащить. То есть, ты и без громкого имени можешь это запросто сделать... - даже если девушка этого и не хочет, но озвучивать эту мысль мне не стоит. - Но ведь, упомянув, что ты Генри Хантер, все становится значительно проще... Давно, кстати, хотела спроси: по какому принципу ты делишь женщин на любовниц-на-одну-ночь и на тех, кто в итоге становится твоей женой? Как ты выбираешь последних, например? Ведь ясно как божий день - здесь дело не в любви.
Я знакома с нынешней женой Генри. Пусть и совсем немного. Но в моей голове все равно не укладывается - как случилось, что они сошлись и поженились? Миф про то, что "противоположности притягиваются" на самом деле - правда? Или тут имеет место быть воплощение фильма "Однажды в Вегасе" в реальной жизни? Интересно, Генри изводит ее так же, как и меня? А она не подает на развод, потому что пылает сильными чувствами к нему? Вау, эти размышления так затягивают!
- Так вот, о ненавистной тобой известности, - возвращаюсь я к другой теме. - Кажется, я скоро войду в Топ-3 твоих врагов и ты станешь избегать меня с двойным усилием, - я хмыкнула и повертела в руках вновь наполненный виски стакан. - У сериала уже назначена дата выхода. Это будет в начале сентября. Сейчас готовится большое мероприятие в Лос-Анджелесе для критиков и журналистов. Мы покажем им пилотную серию. Также проведем конференцию с исполнителями главных ролей и создателями сериала. С тобой лично уже хотят пообщаться очень многие журналисты. К концу лета интерес к твоей персоне сильно возрастет. Готовься к повышенному вниманию, - я усмехнулась и сделала очередной глоток виски, попутно жалея, что сегодня совсем не ела - алкоголь начинает ударять мне в голову.
- Скоро тебя начнут преследовать горе-папарацци. Пара школьниц, студентов и несколько "отчаянных домохозяек" будут "случайно" оказываться около твоего дома, ресторана, где ты обедал, отеля, где ты остановился на ночь, заправки, химчистки... где угодно, куда я их отправлю! Их задача - сделать хороший и любопытный снимок тебя, с кем бы ты ни был, а потом отправить эти фото мне, чтобы я их продала каким-нибудь изданиям. Знаешь, сколько стоит твое фото на восьмипиксельную камеру телефона? Около десяти долларов. Цена может вырасти, если это действительно интересный снимок. Это то, сколько я плачу этим "фотографам". А знаешь, сколько может заплатить "Hello" за снимок тебя, обнимающего какую-нибудь симпатичную брюнетку в знак приветствия? Тысячу долларов. Вот так я зарабатываю для тебя те деньги, которые ты потом засовываешь стриптизершам в трусики. И ты отказываешься даже заплатить за мой напиток, - я достаю из сумки сложенную пополам двадцатку и быстрым движением руки сую ее во внешний карман пиджака Генри. Устав сидеть на месте, я встала и прошлась по маленькой комнатке, после чего забралась на некое подобие маленькой сцены с торчащим из нее шестом.
- И какие у тебя предположения? Почему мои мечты сбываются, а твои нет? - спрашивает меня Генри.
- Но мои мечты сбываются, - возражаю я, хватаюсь ладонью за шест и вращаюсь вокруг него пару раз. - Просто не совсем так, как я задумала изначально, - я улыбнулась. - Может я просто неправильно формулирую мечту? Не "учиться в университете Лиги Плюща", а "закончить университет Лиги Плюща". Или может они исполнятся позже и не совсем у меня? Возможно, кто-то из моих детей закончит Принстон или Йель, а другой станет успешным фотографом. А Нола Уилтон станет новой Анной Винтур. Осталось только научиться играть в теннис и вставать в пять утра, - я засмеялась и села на край сцены, вцепившись в нее руками и опустив ноги на пол.
- Поверь, Генри, если бы я чувствовала, что уже созрела работать на Анну Винтур и "Vogue" в целом, я бы уже была в Нью-Йорке и делала все возможное, чтобы получить эту должность, - я покачала головой в знак подтверждения своих слов. - Мне тоже хочется быть причастной к тому, как творится современная история моды. Мне хочется познакомиться и работать с теми людьми, которые работают с и на "Vogue". Мне хочется работать с женщиной, которая в свои шестьдесят три года все еще молода душой, которой одни восхищаются, а другие ненавидят. Хочу у нее вести дела дела так же успешно. Но это все в будущем. Сейчас я вполне довольна той работой, что у меня есть. Быть причастной к миру кино мне тоже нравится.
Я чувствую опьянение. Проклятый Генри Хантер так легко опоил меня! Чертов змей-искуситель! Мне хочется выйти на улицу и проветриться. Генри зовет официантку и просит у нее счет. Скорее всего, как только он расплатится, тут же отправиться вновь меня избегать. Пожалуй, я тоже не буду больше сегодня попадаться ему на глаза, чтобы, чего доброго, не ляпнуть снова лишнего или, что еще хуже, опять не поскандалить с ним и попытаться убить...
- В тебе что-то изменилось, - задумчиво говорю я после минутного рассматривания Генри. - Но никак не могу уловить, что именно. Может ты достал свой абонемент и пошел в спортивный зал?

+1

12

— И почему, позволь спросить, ты сделала такой вывод? — я поднял удивленный взгляд на Нолу Уилтон. Все-таки она была безумно красивой. И безумно иррациональной. В ней была щемящая нотка. Я снисходительно улыбнулся и выдержал паузу, чтобы дать ей возможность исправиться.
— Слава — лучшая куртизанка из всех, что мне довелось встречать. Я олицетворяю ее своей истинной женой и женщиной. Мне даже сложно выразить словами сейчас все то, что вертится у меня на уме… Понимаешь, с ней бывает так плохо, что хочется преподнести к виску браунинг… И без нее так невыносимо плохо... Душераздирающе плохо! Вопиюще неправильно… Она стала уже постоянной составляющей моей жизни. Мы настолько сжились друг с другом, что я без нее себя уже не представляю,— наконец произнес я, задумчиво разглядывая шест и спрятанную за ним картину, изображающую танцовщицу-топлес.
Длинные разноцветные прожекторы ощупывали потолок, покачиваясь то в одну сторону, то в другую… И в моем голове промелькнула таким же прожектором фраза из журнала The Times: «Генри Хантер один из тех писателей, чьи книги вызывают буквально физическое привыкание»… Мои губы растянулись в нежной улыбке. Я смотрел прямо перед собой, весь уйдя во всепоглощающие размышления о славе. «Траекторию этого писателя предсказать невозможно».
Нола вновь принялась говорить. Ее слова вывели меня из состояния легкого оцепенения. Я испытал такое чувство словно, несколько минут назад мне довелось лежать в позе шавасана в полутьме и расслабляться, а теперь включился свет…
— Ты смотрела «Римские приключения» Вуди Аллена? — спросил я, нахмурившись и медленно поднимаясь на ноги. Нола тот час же спросила меня о женщинах. Согласно ее гипотезе, слава помогала «примагничивать» в мою постель больше любовниц..
— Пожалуй, я не могу сейчас оценить степень твоей правоты. Женщине важна легенда, а не то, кем я являюсь на самом деле. Ради одного эротического приключения с наследником какой-нибудь именитой фамилии  она создаст в своей голове любую достоверную иллюзию, чтобы поддаться мне, — в задумчивости я опустил руку на спинку дивана и наморщил лоб.
— Мне не нравится то, что доступно. Я люблю охоту. Следовательно, слава все-таки уменьшает списки моих потенциальных завоеваний.
— Давно, кстати, хотела спроси: по какому принципу ты делишь женщин на любовниц-на-одну-ночь и на тех, кто в итоге становится твоей женой? Как ты выбираешь последних, например? Ведь ясно как божий день - здесь дело не в любви,— с любопытством спросила она. Машинально я откинул голову назад и раскатисто рассмеялся. Мне потребовались несколько мгновений тишины и пара глотков виски, чтобы прийти в себя и продолжить говорить.
— И почему же дело не в любви?— с задором ответил я и вновь уселся на тот самый диван с кожаной обивкой.
Нола вихреобразно сменила тему. Я повиновался ей и не стал возражать. Она стала рассказывать мне о сериале. Я слушал ее безучастно, не выказывая и малейшего интереса к съемкам. У стороннего наблюдателя могло бы даже создаться впечатление, что судьба сериала меня и вовсе не волновала в эту секунду.
— Знаешь, сколько стоит твое фото на восьмипиксельную камеру телефона? — инерционно я подхватил ее последнюю фразу губами и повторил, спрашивая Нолу движением глаз: «И сколько?». Она ответила что-то. Я снова погрузился в свои мысли. И не услышал.
— Вот так я зарабатываю для тебя те деньги, которые ты потом засовываешь стриптизершам в трусики. И ты отказываешься даже заплатить за мой напиток, — наконец, сказала она. Я настороженно поднял голову и изумленно посмотрел на Нолу.
— Несколько дней назад, когда я выгуливал в парке собаку, то со мной приключился казус… Собака присела на газоне творить свои черные вонючие делишки… А я принялся хлопать ладонями по карманам в поисках бумажного пакета… И обнаружил, что забыл все необходимые приспособления дома. Мне не оставалось ничего другого как выкинуть в урну дерьмецо той самой собачки, обернутое в пятидесятидолларовую купюру… — не знаю почему, но я старался произнести эти слова как можно четче…
— Если я поцелую тебя сейчас, то заработаю 1000 баксов?— с удивлением переспросил я. Нола быстро протянула ко мне руку и опустила в карман моего пиджака двадцатку… Мне стало противно. Я постарался не выдать свое разочарование и принялся теребить запонки, подаренные мне Кэтрин. Кэтрин всегда умело выбирала запонки…
А Нола подходила к шесту. Я краем глаза заметил, как напряглись ее мышцы, когда она схватилась руками за пилон. Несмотря ни на что вид у меня был обиженный. Я насупил губы, сморщил лоб, нахмурившись, и следил и следил за шестом…
Нола Уилтон кружилась и кружилась возле пилона, размышляя вслух о мечтах и Лиге Плюща. Я сидел на диване, ссутулившийся и хмурый. И в этот момент мне стало отчетливо известно, почему Нола так сильно притягивала меня! Она была оптимисткой. Я не нашел в ее словах ничего правдоподобного… Того, с чем я мог бы согласиться. Но каждая ее отдельная мысль  была преисполнена величайшим оптимизмом. Я невольно облокотился на спинку дивана и усмехнулся. Помнится, и я однажды вынес при первом своем прочтении книги «Атлант расправил плечи» Айн Рэнд привычку курить…
В Ноле Уилтон было что-то по-ребячески задорное. Она была наивной. И в то же время эта наивность подкупала меня. Что значила одна лишь только фраза «созреть до Анны Винтур»! Я едва ли смог сдержаться и не сказать Ноле: «И ты созреешь до того момента, что превратишься в сухофрукт». Но я кивал в такт ее словам, наблюдая за тем, как она усаживается на край сцены и как сжимаются в этот момент ее ягодицы.
— Мне кажется, ты не можешь отличить первостепенное от второстепенного. Как бы тебе объяснить… Ты используешь инструменты достижения какой-то цели, но не саму цель. Ты не понимаешь, к чему все идет. Ты просто реактивно плывешь,— мягко ответил я, принимая из рук официантки счет… Почему-то под воздействием виски я возомнил себя экспертом. «Генри Хантер эксперт». Я расхохотался. И даже поварился ничком на диван. Минуты две я смеялся громко и с удовольствием. Признаться, я всегда так заразительно хохотал лишь наедине с самим собой, когда мне доводилось перечитывать абзац из только что написанной главы и понимать, что это все придется удалить.
— Я уезжаю на следующей неделе. Хочу предпринять еще одну попытку наладить отношения с женой. Съемки начнутся без меня, —   с улыбкой сказал я и перекатился к краю дивана, свесился и стянул со стола свой стакан.
— Ты будешь танцевать?

Отредактировано Henry Hunter (2013-08-04 10:59:01)

+1

13

Генри опровергает свою первую мысль и мои слова. Говорит, что любит славу, едва ли не боготворит ее. Я плотнее сжимаю губы, чтобы не то что не рассмеяться, но даже не улыбнуться. Генри Хантер - типичный небожитель. Однажды он проснулся на вершине Олимпа. Люди внизу ему рукоплескали. Покажите мне того человека, кому бы не понравилось, что его труд так массово оценили! Вчера ты был никем, а сегодня все хотят знать, какой хлеб ты ешь на завтрак и какие трусы предпочитаешь носить. В первое время у всех крышу сносит от восторга - "Столько внимания! И все это мне одному?" Позже уже появляются те, кто устает от этого... но все равно не спешат про менять свою славу на давно забытую спокойную жизнь. Генри был одним из тех, кто небрежно отмахивался и говорил, что терпеть не может быть популярным, но в действительности придет в ярость, когда она угаснет. За свою недолгую карьеру журналиста я нередко встречала таких людей.
- Ты смотрела «Римские приключения» Вуди Аллена?
- Конечно, - ответила я таким тоном, мол, ты за кого меня принимаешь, разумеется я смотрела его! Более того, именно о Леопольдо Писанелло, одном из героев этого фильма, я подумала, когда Генри заговорил о славе.
- Мне не нравится то, что доступно. Я люблю охоту. Следовательно, слава все-таки уменьшает списки моих потенциальных завоеваний.
- Хочешь сказать, прежде чем затащить девушку в постель, ты хочешь "поохотиться" за ней? Добиться ее? - я захохотала. Смеялась и смеялась. Он действительно повеселил меня. - Не в обиду будет сказано, Генри, но ты совсем не похож на того парня, который старается завоевать расположение девушки, чтобы потом банально покувыркаться с ней, - сказала я, отсмеявшись. - К тому же, ты не всегда так действуешь. Иногда ты просто давишь на жалость, а потом тащишь в постель, - теперь я перестала даже улыбаться, на секунду вспомнив нашу первую встречу. И несколько последующих.
- И почему же дело не в любви? - спрашивает меня Генри, когда я выражаю свое недоверие к тому, что женится он по любви.
- Видишь ли, я свято верю в то, что любовь, настоящую, можно испытать раз, два за всю жизнь. Такую, когда тебе хочется всецело отдаться человеку. Такую, когда любая твоя эмоция находится на грани фола. Такую, когда ты все отдашь за то, чтобы быть с тем, кого ты любишь. И такое по-настоящему можно испытать раз или два раза в жизни. А не четыре раза за последние десять лет... - отвечаю я ему. - Уверена, ты способен любить. Но почти наверняка ни разу не испытывал этого в жизни.
Я выдержала паузу, после чего заговорила о папарацци и том, как они связаны с моей работой и пополнением банковского счета. Я видела, что он особо меня не слушает. Сейчас Генри был похож на прозорливого ученика, не желающего слушать то, что говорит учительница, ему интереснее вертеться попой на стуле и считать ворон за окном. И все же на некоторые мои фразы он обращал свое внимание. На мое упоминание финансовой стороны, например. Даже рассказал мне историю о своей прогулке с собакой. Забавно, я даже не знала, что у Генри есть собака.
- Если я поцелую тебя сейчас, то заработаю 1000 баксов? - я усмехнулась.
- Поцелуй может стоить дороже, - я пожимаю плечами. - Но ты не заработаешь этих денег. Во-первых, ты получаешь с этого только какой-то процент, остальная часть суммы идет на мою дальнейшую работу. А во-вторых, кто тебе заплатит сейчас, если ты меня поцелуешь? Здесь некому делать фото, некому его продавать. Так что извини, - я развожу руки в стороны.
- Мне кажется, ты не можешь отличить первостепенное от второстепенного. Как бы тебе объяснить… Ты используешь инструменты достижения какой-то цели, но не саму цель. Ты не понимаешь, к чему все идет. Ты просто реактивно плывешь, - я фыркаю. Кем возомнил себя Генри Хантер, раз решил, что может осуждать меня за недостиженные цели?!
- Зато у меня одна цель сменяет другую. Одна мечта следует за другой. Я не останавливаюсь после неудачи или первой и единственной победы. Пусть я не отличаю "первостепенное" от "второстепенного", беспорядочно и нелогично следую по ошибочной дороге, но так или иначе я прихожу к исполнению своей мечты, а не питаюсь гордостью за то, что когда-то получила желаемое, - парирую я его слова с чуть более резкой интонацией в голосе, чем хотелось.
Ни с того, ни с сего Генри вдруг начинает смеяться. Не понимаю, что с ним происходит, но смеется он заразительно. Я усмехнулась, недоуменно глядя на него, и покачала головой. А потом он вдруг говорит то, что совсем стерло улыбку с моего лица:
- Я уезжаю на следующей неделе. Хочу предпринять еще одну попытку наладить отношения с женой.
- Оу, - отвечаю я и тут же начинаю мысленно корить себя за это.
Оу?! ОУ??? Он говорит, что уедет с другой женщиной, с женой, и не просто уезжает, но и хочет этого, а все, что ты можешь сказать - ОУ?! Нет, ты точно ненормальная, Нола Уилтон!
- Что ж... эээ... думаю, это правильное решение. Осознанное... и взвешенное, - сбивчиво говорю я и встаю на ноги. - В таком случае, я поеду заберу свои вещи из твоей квартиры. Твоя жена... знаешь, она здорово умеет обращаться в пистолетом. Не убьет, конечно, но мне не хотелось бы хромать до конца жизни или звенеть в аэропорту из-за пластины в руке или застрявшей в груди пули, - я хмыкнула. - Не стоит нам с ней встречаться в твоей квартире... снова.
Я хватаю с дивана свой пиджак и сумку и чуть ли не бегом покидаю приватную комнату номер три. Не просто ненормальная, но еще и слабохарактерная трусиха, не способная ни за что и ни за кого бороться, - звучит голос в моей голове. - Беги-беги, ты ведь всегда так делаешь! Я замираю на месте около бара. Потом также резко, как ушла, разворачиваюсь и возвращаюсь в приватную комнату.
- Ненавижу тебя, - кричу я, беру пустой стакан и кидаю его в сторону Генри, но он летит мимо и разбивается о стену. - Ты подлец и мерзавец! Пусть твоя жена пошлет тебя ко всем чертям! Если она достаточно умна, именно так она поступит! Ни одна нормальная женщина не простит своему мужу год отсутствия. Ни одна не подпустит его к себе так близко снова! Ты всех мучаешь! Меня! Дану! Своих бывших жен ты тоже мучил! Господи, какой же дурой я была! - я запускаю руку себе в волосы и нервно смеюсь. - И вот из-за этого мужчины, я сделала с собой это, - резким движением я снимаю с левого запястья часы и демонстрирую Генри свой шрам от ножа. - Ты питаешь напрасные иллюзии о том, что тебе удастся спасти этот брак. Надеюсь... Нет, не так. ЖЕЛАЮ тебе, чтобы твоя жена, вместо прощения, отомстила бы тебе как следует! За все твои действия. За всех нас, кто имел глупость попасть в твои сети, - я улыбаюсь ему напоследок и в этот раз окончательно покидаю комнату и клуб.
Я бегу к своей машине, по пути доставая из сумки ключи. Роняю их и едва не падаю, пытаясь поднять их, не останавливаясь. Наконец я оказываюсь сидящей в салоне своего автомобиля. Несколько раз со злостью бью ладонями по рулю. Смотрю на себя в зеркало заднего вида. Раскрасневшиеся щеки от бега, алкоголя и злости. Очень хочется пить, я слишком много кричала. Сейчас немного успокоюсь и поеду.

+1

14

Она смотрела «Римские каникулы»?!
Я точно не ослышался?
Помню, что мне довелось посмотреть этот фильм в компании своей знакомой серфингистки. Она говорила со мной о Керуаке. И речь ее была так вдохновенна, что я посчитал ее лучшим эскортом для «Римских каникул». Она сидела в зале, наматывая на указательный залец свои белокурые волосы и с какой-то невыносимой печалью смотрела на меня.
— Мне очень понравился сюжет с Говардом Рорком,— сказал я, когда мы выходили из кинотеатра.
— А мне фильм показался очень тоскливым. Не знаю, чему ты так радовался. Пожалуй, это далеко не лучшая работа Вуди Аллена, — она держала меня за руку. И в эту секунду ее ладонь мне показалась как-то скользкой и холодной...
— Ты не читала «Источник»?
Она отрицательно мотанула головой. Я поджал губы. Здесь было нечему удивляться. Ей не понравился фильм. Она не поняла его. Она не была знакома с первоисточником и не поняла ссылок.  Она скучала…
И как же возможно, что
Нола Уилтон смотрела «Римские каникулы»?
— Как тебе мог понравиться фильм? — в недоумении спросил я. Мне сразу же пришла на ум цитата из «Идеали»  Фредерика Бегбедера:
Когда, я роясь в карманах в поисках презерватива, спросил, как ей мог понравиться «Умирающий зверь» Филипа Рота, она с умным видом ответила: «Мне нравится читать Рота, но я бы ни за что не вышла за него замуж».
В общем, сейчас со мной происходило нечто подобное, что и с Октавом Паранго… Я понял, что несколько поторопился с выводами насчет Нолы. Мне всегда представлялось правильным делить женщин на несколько типов:
1) Мустанги, Камаро, Доджи (представительницы слабого пола, не обделенные красотой и стилем)
2) Пикапы (женщины, которых я воспринимаю, как достойных собеседниц, но с кем бы мне не хотелось оказаться в одной постели)
3) Японский автопром: мазды и хонды (вариант для бедных, без комментариев).
Я был испуган. Нола постепенно переезжала из категории Мустангов к Пикапам. Хотел ли я ее еще как самец? Были ли Нола Уилтон обделена интеллектом? Почему она была так красива.
Мне оставалось только выжидать, что мои представления о системе классификации женщин оправдаются. Иначе картина мира Генри Хантера нуждалась бы в повторном пересмотре... Я ожидал ее ответа на свой вопрос с небывалым любопытством.
— Хочешь сказать, прежде чем затащить девушку в постель, ты хочешь "поохотиться" за ней?
Я обернулся лицом к своему Мустангу(?).
— Возможно, во мне спрятан такой же садист как и в Роберте Хансене. Только я своих жертв не убиваю. Я их оставляю,— я покорно кивнул.
— Половой акт лишь приятное дополнение какой-то большой гонки.
— Иногда ты просто давишь на жалость, а потом тащишь в постель, — я насупился и вновь ссутулил плечи.
— Мне очень обидно, что у тебя сложилось такое мнение,— Мустанг смеялся. Мне хотелось раздавить его хохот Пикапом.
И мы снова возвращались к истории моего четвертого брака. Нола считала, что каждый человек может испытать истинную любовь однажды или дважды за всю жизнь. Разумеется, я не мог с ней согласиться.
— Буддисты верят, что у каждого из нас семь половинок. Я был женат всего четыре раза. Твоя теория ничего не опровергает и не доказывает. Ты говоришь это исходя из личного опыта… И невольно косишь меня под свою гребенку… Кстати, говоря о браке… Разве твои штампы в паспорте были поставлены не по любви?— и тут мне показалось, словно я заблуждаюсь. И Нола Уилтон заблуждается. Я ведь любил однажды?
Нола перебила мои романтические размышления. Она вновь заговорила о работе и о деньгах. Я спросил Нолу: «Если я тебя сейчас поцелую, то мне много заплатят? ».
— Здесь некому делать фото, некому его продавать. Так что извини.
— А сколько будет стоить sex tape? У меня сохранилась одна запись из больницы…— Нола Уилтон несомненно не разбиралась в аспектах платной любви. Она лишь научилась продавать снимки папарацци в журналы…
Я злился. Слова Нолы Уилтон выводили меня из равновесия. Меня раздражала наша перепалка. Я жалел, что пригласил эту девчонку в приватную комнату. Она не соглашалась с моими моральными убеждениями. Я не мог этого так просто снести. Поэтому мне показалось лучшим решением попрощаться с ней…
Стоило мне только упомянуть о Дане и услышать это протяжное «оу»… Я достиг цели. Нола стремительно покинула приватную комнату. Я остался в одиночестве. И даже подумал о том, что мне не мешало бы снова пригласить танцовщицу топлес и подлить в свой стакан виски… Как Нола Уилтон вновь оказалась в дверях…
Все происходило как в замедленной съемке. Она кричала. Швыряла стаканы. Разлетались осколки. Мелькали прожекторы. Она вновь осуждала меня. Я снова принял ее истерический всплеск за признания в чем-то больше чем в неприязни…
Я был в замешательстве и не знал, как поступить. Не успел я даже шелохнуться с места, как Нола Уилтон растворилась... И я услышал стук удаляющихся шагов в коридоре и облегченно вздохнул…
В приватной комнате появилась танцощица-топлес… А я взглянул на нее безумными и ожесточенными глазами… Не знаю, отчего я оттолкнул ее в сторону и швырнул несколько смятых купюр на пол… Почему я понесся по коридору вон из храма разврата на стоянку…
Нола заводила машину. С яростью я постучал по стеклу ладонью.
— Я обманул тебя. Ты глупая и взбалмошная девчонка. Ты не можешь быть хорошим пресс-директором… Ты слишком импульсивна… И что я должен делать? Что я должен делать по-твоему, когда мой четвертый брак рушится и Дана хочет собрать документы для начала бракоразводного процесса? — я стучал и стучал по стеклу как умалишенный.
— Выходи прямо сейчас. Выходи, — быстрыми шагами я обогнул автомобиль и встал возле капота.
— Я сказал тебе: ВЫХОДИ!

Отредактировано Henry Hunter (2013-08-06 01:14:55)

+1

15

- Как тебе мог понравиться фильм? - может мне показалось, но в голосе Генри прозвучали оскорбительные нотки, словно я сказала, что мне не понравилась его новая книга. Так мы перешли к обсуждению последнего фильма Вуди Аллена.
- Почему он должен был мне не понравиться? - удивилась я. Этот фильм открыл для меня удивительную форму наслаждения - ходить в кино одной, полностью погружаться в события на экране и не отвлекаться на комментарии с подружкой.
- Мне нравится то, как он показывает Рим - разные места, улицы и достопримечательности. Никто раньше не мог так заинтересовать меня этим городом. К тому же, он сделал фильм, скажем так, нетипичный - половина на английском языке, половина на итальянском, несколько сюжетных историй, которые переплетаются между собой. У него самые обычные люди - офисные клерки, архитекторы, искусствоведы, пенсионеры - становятся как никогда интересными! Сам Вуди получился чертовски забавным! Персонажи, не стоящие на месте. Меняющиеся. Идущие на риск даже. Не знаю, как этот фильм мог тебе не понравиться.
Несомненно, наши взгляды и вкусы с Генри никогда не пересекутся и всегда будут предметами для споров и обсуждений. В Марокко поздним вечером я могла сказать: "Стало прохладно, может останемся в помещении?", на что Генри отвечал: "Глупости! Еще довольно тепло. Поужинаем на террасе." Словом, я уверена, что никогда и ни в чем у нас не будет одинакового мнения. Впрочем, не исключено, что эти споры - лишь повод повредничать.
- Мне очень обидно, что у тебя сложилось такое мнение, - сейчас он и вправду выглядел обиженно.
- Это не мнение. Это жизненное наблюдение, - ответила я ему.
- Буддисты верят, что у каждого из нас семь половинок. Я был женат всего четыре раза.
- Ты не буддист. Ты пьяница, которому свойственно причислять себя к ним, находясь в опьянении.
- Кстати, говоря о браке… Разве твои штампы в паспорте были поставлены не по любви? - он не может так просто заводить разговоры о моих замужествах! Я не люблю об этом говорить. Но, так или иначе, сама ведь завела этот разговор.
- Однажды, - киваю я и допиваю свой виски, желая тем самым показать, что продолжать этот разговор я не хочу.
От обсуждений любви и браков мы перешли к более насущной и реальной теме - деньги. Деньги, которые можно заработать, показав на камеру любовь, привязанность, страсть. Главное вовремя это заснять и найти заинтересованных покупателей. И уже на следующий день ты будешь в шоколаде.
- А сколько будет стоить sex tape? У меня сохранилась одна запись из больницы… - я уже хотела выдвинуть свое предположение, как вдруг поняла, о каком видео говорит Генри. Мое лицо тут же стало обеспокоенным. Это в мои планы не входит! Мало того, что он снимал это, так теперь еще хочет, чтобы кто-то это увидел! Еще чего!
- Вперед, - говорю я, улыбнувшись кончиками губ. - Я и вправду смогу неплохо заработать на этом, когда засужу тебя за несогласованное распространение подобного видео с моим участием.
Генри начинает меня страшно раздражать. Мне надо либо уйти, либо выпить еще. И вот он сам решает за меня, что я должна сделать. Он говорит о своей жене. Я кричу и бью стаканы. А потом ухожу...

В машине почти нечем дышать, воздух тут круто нагрелся на солнце. Я поворачиваю ключ в зажигании, включаю кондиционер, откидываюсь на сиденье и закрываю глаза. У меня все еще колотится сердце, а в ушах стоит звон от собственного крика. А как все славно начиналось! С беседы об успехе... И чем все закончилось? Как всегда скандалом и разбитой посудой...
- Я обманул тебя, - от внезапного стука по стеклу я испугалась и чуть не подпрыгнула на месте. Открыв глаза, я увидела Генри. - Ты глупая и взбалмошная девчонка. Ты не можешь быть хорошим пресс-директором… Ты слишком импульсивна… - я устало закатила глаза и вздохнула. Где-то я уже это слышала... - И что я должен делать? Что я должен делать по-твоему, когда мой четвертый брак рушится и Дана хочет собрать документы для начала бракоразводного процесса? - Генри продолжал кричать и стучать по стеклу автомобиля. В какой-то момент мне даже показалось, что он его и вовсе разобьет. Надо уезжать от греха подальше. Я завела мотор и уже хотела отпускать педаль сцепления, как увидела перед капотом Генри. Испугавшись, я резко убрала ногу с педали, машина дернулась и заглохла. Я открываю окно и кричу:
- Хэнк, уйди с дороги! Сейчас же уйди с дороги или, клянусь Богом, я перееду тебя! - Генри Хантер станет моей первой жертвой и, несомненно, лучшим трофеем.
- Выходи прямо сейчас. Выходи, - кричит он мне. Вот еще! Бросила все и побежала, ага! Я снова завела мотор и несколько раз просигналила. - Я сказал тебе: ВЫХОДИ! - продолжает надрываться Генри, не спеша уйти с дороги. Я психую, выключаю зажигание и выхожу из машины.
- Ну что? Что тебе еще от меня нужно?! ЧТО?! - кричу я. - Ты же оставляешь всех. Так оставь наконец меня! Слабо? Почему ты вспомнил о своей жене только спустя полгода после возвращения? Где была твоя жена, когда у тебя были проблемы в семье? Где она была, когда ты попал в больницу? Почему всегда рядом оказываюсь я, а не она? Почему ты решаешь жить в моей квартире, а не в ее? Почему ты звонишь мне и просишь приехать? И почему при этом ее ты чуть ли не боготворишь, а меня постоянно смешиваешь с грязью? - продолжаю вещать я на всю улицу, привлекая внимание редких прохожих. Жаль, я не предусмотрела эту ситуацию и никого сюда не подослала. Эту историю можно было бы хорошо продать.
- Тебе так нужна жена? - мой голос заметно стих после паузы. - Тогда садись в машину, я сама тебя отвезу к ней. Если это именно то, чего ты хочешь. Но с одним условием: после этого наше общение скатывается исключительно до рабочего. Мы общаемся в понедельника по пятницу с девяти утра до шести вечера, говорим только о работе. Никаких посторонних тем, физического контакта и встреч вне офиса.

Отредактировано Nola Wilton (2013-08-07 16:12:31)

+1

16

— Не понимаю, на основе чего ты сделала вывод о том, что фильм мне не понравился, — привычка Нолы делать выводы молниеносно, буквально по щелчку пальцев, в отсутствии всяческих фактов и аргументов, меня порядком раздражала.
Я снисходительно улыбнулся. Разговор наш не вязался. Мне даже начало казаться дурной идеей сама затея приглашать Нолу к себе в те минуты, когда мне хотелось пофилософствовать вслух или поделиться какими-то наблюдениями.
— Я большой поклонник творчества Вуди Аллена. Его юмор представляется мне очень изящным, — я подхватил со стола стакан и принялся вращать его в ладонях. Мне было сложно скрывать досаду. Я не мог понять, почему Нола Уилтон привлекает меня лишь моментами. Сейчас она вызывала во мне отторжение. Мне хотелось снова сказать ей: «Ты уволена». Я вращал стакан то и дело обращая пространственный взгляд к Ноле: «Уходи, уходи, пока я не сделал ничего дурного. Отчего ты медлишь?».
Голос Нолы сейчас казался мне оглушительным. Как будто она включила рупор, мощный радиоприемник или колонки. Она называла меня псевдобуддистом, пьяницей… Затем она рассказывала мне о своем браке, заключенным по любви. Надо мной снова нависла фигура Ричарда Хэмильтона. Его образ был могущественным и очень зловещим. На потолке крутились прожекторы. Их лучи то и дело сталкивались друг с другом, словно вырисовывая в такт музыкальным ритмам профиль Ричарда Хэмильтона. Я закусил зубами электронную сигарету точь-в-точь как Тинто Брасса сигару в своих эротических фильмах, как все большие боссы в фильмах про мафию… И я зачем-то ляпнул про эту запись, сохранившуюся в памяти моего телефона. Sex tape. Я шантажировал Нолу Уилтон публикацией.
— Я и вправду смогу неплохо заработать на этом, когда засужу тебя за несогласованное распространение подобного видео с моим участием, — я улыбнулся, порядком кривляясь, и небрежно кивнул. В моих винирах блестела электронная сигарета. Я зажал ее пальцами, поднялся со своего места и отвесил Ноле поклон. Это был мой прощальный поклон по первоначальному замыслу…
Она исчезала в дверях. Я вновь погрузился в кресло и принялся курить электронную сигарету… В приватную комнату вошла прекрасная танцовщица топлес...
Не знаю, от чего я вскочил с места, отталкивая в сторону стриптизершу… Зачем побежал на стоянку… Почему начал яростно колотить ладонями по стеклу автомобиля Нолы… И отчего встал перед капотом, тем самым преграждая ей путь к отступлению.
Сейчас мне начинает казаться, что это могло произойти от того, что я искал в этой девчонке ту Нолу Уилтон, которую встретил на церемонии. Женственную. Грациозную. Понимающую. Близкую мне по духу. Недоступную. Неприступную. Идеал, который я сам создал в своем воображении и какой запомнил ее в ту минуту.
—  Ну что? Что тебе еще от меня нужно?! ЧТО?! —  кричала она, выскальзывая из салона автомобиля на стоянку.
— И почему при этом ее ты чуть ли не боготворишь, а меня постоянно смешиваешь с грязью?
Я стоял напротив нее. Буквально в полуметре. Я видел, как развиваются на ветру ее волосы. Как меняется ее лицо, когда она свирепствует. Я пытался вновь почувствовать то, что испытал в квартире, когда Нола пронзила ножом мою руку…
Нола фурия. Нола роскошная и недостижимая женщина в красном платье на церемонии. Нола безумная. Нола Градива? Нола безудержная… Нола пылающая от страсти. Нола с обрезанными крыльями… Перед моими глазами мелькали ее образы. И я никак не мог совместить их в одном человеке, притягивающим и отталкивающим меня одновременно.
—  Тебе так нужна жена?  Тогда садись в машину, я сама тебя отвезу к ней. Если это именно то, чего ты хочешь. Но с одним условием: после этого наше общение скатывается исключительно до рабочего. Мы общаемся c понедельника по пятницу с девяти утра до шести вечера, говорим только о работе. Никаких посторонних тем, физического контакта и встреч вне офиса.
—  Для того, чтобы показывать яйца, их в самом начале нужно отрастить. Не пытайся мериться со мной тем,  чего у тебя нет в силу физиологических особенностей, — со злостью прошипел я. И все-таки меня раздражала манера Нолы Уитон натягивать на себя яйца. Она теряла свою женственность в попытке взять ситуацию в свои руки.
— Ты девчонка. Другая роль у женщины. Другая... Жизненный опыт нужен для того, чтобы извлекать из него уроки. А ты остаешься такой, какой была до своих трех проклятых браков, — приглушенно ответил я, разводя в сторону руки: «Мне сказать тебе больше нечего. И ответить нечего». 
Что ж, я повернулся к Ноле Уилтон спиной и побрел в сторону клуба по автомобильной стоянке.

Отредактировано Henry Hunter (2013-08-21 19:31:13)

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » идеаль...