внешности
вакансии
хочу к вам
faq
правила
кого спросить?
вктелеграм
лучший пост:
тео джей марино
То что сейчас происходило было похоже больше на страшный сон, чем на реальность... читать далее
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 33°C
jack

[telegram: cavalcanti_sun]
aaron

[telegram: wtf_deer]
billie

[telegram: kellzyaba]
mary

[лс]
tadeusz

[telegram: silt_strider]
amelia

[telegram: potos_flavus]
anton

[telegram: razumovsky_blya]
darcy

[telegram: semilunaris]
edo

[telegram: katrinelist]
eva

[telegram: pratoria]
siri

[telegram: mashizinga]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » решение проблемы


решение проблемы

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

18/01/2019
eva & aaron & david & agata
https://i.imgur.com/rBubR0C.gif https://i.imgur.com/OOUiEeY.gif https://i.imgur.com/Yax94rB.gif https://i.imgur.com/F6aRI3z.gif
оказывается, если забить на проблему
и постараться сделать вид, что её не существует,
она никуда не исчезнет. кто бы мог подумать?

[AVA]http://s8.uploads.ru/t/wqoaY.png[/AVA][NIC]Eva White[/NIC][STA]love it if we made it[/STA][SGN]https://i.imgur.com/xBycqSr.gif https://i.imgur.com/trqMcLk.gif
ав от simpasy
[/SGN][LZ1]ЕВА УАЙТ, 13 y.o.
profession: школьница;
[/LZ1][pla].[/pla]

+4

2

[NIC]Aaron Tarantino[/NIC][STA]говорят мы бяки-буки[/STA][PLA] [/PLA][AVA]http://sg.uploads.ru/Eh3C0.gif[/AVA][LZ1]ААРОН ТАРАНТИНО, 13y.o.
profession: школьник
[/LZ1][SGN]http://s5.uploads.ru/2wjEf.gif[/SGN]

Прошло 22 дня с того момента, как Ева сказала мне, что беременна. Прошло 89 дней со дня, как мы с Евой, позабыв и забив на контрацептивы, занимались сексом. 89 дней как она беременна. До сих пор беременна... Я ничего не смог сделать, чтобы это прервать. Обещал Еве, что решу, но найти взрослого человека, имеющего достаточную степень моего доверия в этом вопросе (настолько, чтобы не донес родителям) оказалось нелегко. Конечно, я не прям так чтобы каждый день искал и бегал как угорелый. Ну, сами понимаете, уроки, каникулы... Хотелось и с друзьями потусить, пока в Сакраменто была зима. В конце концов, кто беременный? Не я. Значит, пусть бы Уайт пошевелилась, а не отращивала живот, пожирая маринованные огурцы.
Как описать наши с ней отношения после случившегося? Однозначно, мы не пытались быть парой. И я не носил ее рюкзак. Я до последнего дня надеялся, что положение измениться, что на перемене ко мне подойдет Ева и скажет, что "отбой, уже не беременна". Но этого не происходило. И тянуть более нельзя было.
Мои уроки закончились раньше и я ждал еще час Уайт после школы, чтобы проводить ее до дома и вновь вернуться к проблеме. Прозвенел звонок. Вижу как она выходит из главного входа вместе с парой девчонок. Какой-то парень пробегает мимо нее, дергая за плечо и с нахально-заигрывающей улыбкой мчит дальше не глядя вперед.
Бля, что за гандон на нее залип? Совсем уебок что ли? Она беременна то! Я возмущенно встал на пути следования пацана, вытягивая ногу в сторону и подставляя ему подножку. Естественно, ушлепок споткнулся и едва не сделал сальто через голову, но помешал асфальт, которым он встретился носом.
- Ты что, охуел? - встал парень на ноги, вытирая кровь, которая без замедления хлынула из носа.
- Что? - начал бычить я, с готовностью скидывая рюкзак на землю. Мальчуган тут же дал заднюю, хмыкая носом, вбирая в себя кровь и, мотнув головой, побрел к остановке школьного автобуса.
- Что за хуй тебя трогал? - подошел к девчонке, игнорируя ее одноклассниц. Впрочем, вопрос о парне меня не особо уже интересовал. Я по другой теме ждал целый час Еву.
- Потрещать надо - беру девчонку за руку, останавливая ее ход. Давая понять, что на желтом автобусе до дома мы не поедем.
- Ой, ну все с вами ясно - подружки, закатив глаза, распрощались и пошли своей дорогой, наверняка, строя догадки о наших недоотношений.
Я подождал, когда все выпущенные на свободу школьники рассосутся и вокруг нас никого не останется.
- Пешком? Давай свой рюкзак - так как разговор у нас длинный, то пройтись пешком несколько километров нам будет полезным. Я сдернул с плеча Уайт рюкзак, закидывая на свое.
- Короче, тут это... - ух, как начать то... Тяну время, доставая сигарету и пихая в рот. Делаю вид, что не могу одновременно вести диалог и закуривать. Но вот, чиркнув зажигалкой и выпустив дым, появилась нужная пауза, которую пора заполнить словами.
- У меня не получилось найти чела, который поможет с твоей проблемой. А у тебя там что как? Без изменений? - я надеялся на что угодно: на выкидышь, на аборт, который она успела сделать, на... блять, да на любое чудо!

Отредактировано Agata Tarantino (2019-01-15 13:31:21)

+5

3

Жалела ли я о том, что рассказала о своей беременности Аарону? Нет, ничуть. В книжках часто пишут, что человеку тяжело справляться со своими проблемами самостоятельно. Именно поэтому так важны семьи и друзья, потому что с ними можно... как там было написано..? А, разделить бремя, во. Однако разделить это самое бремя с отцом я не могла, друзьям рассказать было как-то стыдно, оставался один единственный вариант - виновник всего происходящего, Аарон. И да, я действительно чувствовала себя после того дня чуть лучше. Аарон пообещал, что разберётся с проблемой, что-нибудь придумает, кого-нибудь найдёт. А я так устала переживать из-за этого дурацкого пуза, вместе с ребёнком, что только и рада была переложить ношу ответственности на кого-то другого, да и успокоиться наконец.
Три недели пролетели незаметно. Я стала меньше плакать, лучше спать. Переживала, конечно, и каждое утро подолгу разглядывала живот, пытаясь заметить изменения. Однако пронизывающее до глубины души чувство страха больше не беспокоило, и это не могло не радовать. Всё еще тошнило по утрам, иногда ни с того ни с сего кружилась голова, и отпрашиваться с уроков, чтобы сбегать в туалет, приходилось чуть чаще. Но я старалась не обращать на это внимание, грустно было только на каникулах, когда ребята пили, курили, а я, по какой-то неизвестной даже для меня причине, ничего этого не делала. Вроде бы, это всё было не важно. Оно не могло пострадать от никотина или алкоголя, потому что я не собиралась рожать. Но я всё-равно не могла ничего такого делать, пока оно оставалось внутри. 11 неделя беременности, 12 неделя беременности. Ваш малыш по размерам словно лайм. А потом, ваш малыш по размерам словно лимон. В свободное время я иногда заходила в продуктовый магазин и разглядывала фрукты, эти самые лаймы, да лимоны. Так странно... ребёнок - хотя мне комфортнее было называть его "оно" или "это" - и уже такой большой. Прямо как фрукт!

Однако большую часть я ни о чём таком не думала, жизнь была насыщенной, то погулять, то поучиться. Домашние дела, в конце концов, никто не отменял. Я выхожу из школы и закатываю глаза, когда Луи дергает меня за плечо. Мы в последнее время как-то больше стали общаться, на математике сидели вместе, и пару раз я даже давала ему списывать, просто так, не ища какой-то выгоды в ответ.
Да, закатываю глаза, но затем не могу сдержать улыбку. Когда же поворачиваю голову, вижу Аарона, который в упор смотрит на Луи, улыбка с моего лица сползает так, будто её и не было никогда. Смотрю на мальчишек как-то растерянно и опускаю глаза в пол, когда Луи падает и разбивает нос. С одной стороны, мне его очень жаль. С другой... странным образом, мне очень приятно. Особенно, когда после этого всего ко мне подходит Аарон.
— Да это так, никто... — бурчу почти обиженно, опуская глаза в пол. А затем машу подругам на прощание ладошкой, и снова думаю о том, что это как-то... приятно, что ли. Мальчишки любят драться, в этом нет ничего удивительно. Но в школе почти нет таких, с кем остальные бы побаивались вступать в драку. Останавливаюсь рядом с ним, и плечи расправляются как-то сами собой, пока я ловлю на себе взгляды одноклассниц и одноклассников.

Вот только... я не уверена, что рада видеть Аарона. Он явно хочет серьезно поговорить, наверное, всё-таки кого-то нашёл. Думаю о том, что скоро придётся лечь на операционный стол, чтобы сделали аборт, и желудок от ужаса сворачивается в узел.
— Да, пошли, — произношу несколько удрученно и как-то даже испуганно. Он забирает у меня рюкзак очень кстати. Мне неуютно, снова накатывает страх, и я кладу ладони на собственные локти, как будто обнимаю себя, в бессознательном заветном жесте. Мы совсем чуть-чуть отходим от школы, а потом Аарон... Эм. Простите, что?
Я аж останавливаюсь, потому что уровень возмущения в крови резко поднимается с нуля до критической отметки.
— Ты... что? Серьезно?? Но ты же обещал! — я почти кричу, и пожилая женщина, прогуливающаяся по дорожке рядом, смотрит на нас как-то неодобрительно. Я решаю понизить голос, но раздражение, естественно, никуда не девается. Я делаю шаг вперед и ударяю Аарона ладонью по плечу, не сильно, но достаточно чувствительно. Ещё раз ударяю, и ещё, ладонь начинает болеть.
— Да прошло же целых три недели, как это ты не получилось?! Что же ты молчал всё это время, ты в курсе вообще, что... — вот тут голос приходится понизить ещё сильнее, до злобного шепота. — Что аборт можно делать только до какого-то определенного срока. А потом всё, баста, никаких абортов. Хочешь, не хочешь, рожай и всё тут! А что, если уже поздно! — наверное, рассказывать о том, что я всё еще беременна, "чуда" не случилось, не имеет смысла. Вроде как и так всё понятно... Ух, прям его счастье, что рюкзак у меня забрал. Им бы колотить было гораздо удобнее!
[AVA]http://s8.uploads.ru/t/wqoaY.png[/AVA][NIC]Eva White[/NIC][STA]love it if we made it[/STA][SGN]https://i.imgur.com/xBycqSr.gif https://i.imgur.com/trqMcLk.gif
ав от simpasy
[/SGN][LZ1]ЕВА УАЙТ, 13 y.o.
profession: школьница;
[/LZ1][pla].[/pla]

+5

4

[NIC]Aaron Tarantino[/NIC][STA]говорят мы бяки-буки[/STA][PLA] [/PLA][AVA]http://sg.uploads.ru/Eh3C0.gif[/AVA][LZ1]ААРОН ТАРАНТИНО, 13y.o.
profession: школьник
[/LZ1][SGN]http://s5.uploads.ru/2wjEf.gif[/SGN]

Ева идет рядом, внимает моим словам. Она выглядит неуверенной и словно (или так и есть) чего-то боится. Мне кажется ее поведение кардинально меняется, когда я оказываюсь рядом. Еще бы! Ведь я как ходячее напоминание того, что с ней происходят изменения. Напоминание о том, что мы совершили ошибку. И я не знаю как все исправить. Вариант не подходить к ней вовсе не канает, ведь от этого живот и жизнь в нем сами собой не рассосутся. И мне становиться очень стыдно, что я ничего не смог сделать. На меня была возложена обязанность, а я не справился. И не покидает мысль, что если бы я хотя бы чуть больше постарался, действительно бы поговорил с кем-то, мой диалог с Евой был бы сегодня в ином ключе. Но за три недели я не нашел того, кому бы смог рассказать о случившемся. Давиду? Нет, этот хрен сразу бы отослал к матери, аргументируя тем, что такие вещи я должен решать с ней и вообще он тут не причем. Матери? Нет, это крайняя и последняя мера, после которой последует жесткое наказание. Тетки Елене по линии Давида? Та хоть и была женщиной прикольной, но со своими заморочками. Мне кажется ей было чем забивать голову, помимо беременности незнакомой девчонки от неродного племянника. Рассказать отцу? Этот наркоманов дебил после очередной дозы и не вспомнит нашего разговора...
Были у меня и другие друзья, например чета Монтанелли, но в связи с холодностью отношений за последний год, я решил не подходить к ним. А может и не хотел. Может что-то внутри подсказывало, что первым узнавшим должна быть мама? Только что-то я затянул с правдой. И, естественно, Уайт не понравился мой ответ. Девчонка начала ругаться. Я вслед за ней оглядываюсь по сторонам. Затем она начинает меня колотить!
- Эй! Ты чего?! - возмущаюсь, прикрываясь от ее ударов. Думал, что парой тычков она ограничиться, но нет, похоже, Еву понесло.
- Угомонись - несмотря на возмущения обнимаю ее одной рукой за плечо, разворачивая к дороге, чтобы продолжить путь.
- Думаешь так просто найти взрослого, который не проговориться родакам, да еще и организует аборт несовершеннолетней? Бля, да, как минимум, бабло нужно. А это тоже не просто. Я искал. Реально. Но не могу же я подходить к каждому другу семьи и спрашивать "Эй, чувак, там моя телка залетела. Ей 13, подсобишь абортом?". Ты таких действий от меня ждала? И как скоро, думаешь, о такой истории все узнают? - я выдерживаю паузу, чтобы до школьницы дошли сказанное мной и заданные риторические вопросы.
Мы молча идем по улице доходя до автобусной остановке общественного транспорта, что располагалась метров в трехстах от школы.
- Поедем сейчас ко мне. Расскажем все маме. Другого варианта у нас нет. И этот мне кажется не самым худшим. Ну даст она пизды нам, карманных лишит. Может на домашний арест посадит, но это не самое худшее по сравнению с тем, что может ждать нас через, эээ, шесть месяцев. А насчет бати своего не беспокойся, убедим ее не рассказывать. - я как раз докуриваю сигарету и кидаю ее под ноги, когда приезжает автобус. Расплачиваюсь за себя и за Еву, занимая с ней места в самом конце транспорта.
- Самое худшее, что может ждать меня, это отправят снова в интернат. Я даже более чем уверен, что она так поступит. Но наверное это лучше, чем воспитывать пиздюка. - кошусь на ее живот, но снова не замечаю разницы. Мне кажется, что Ева беременна уже вечность, но пузо все еще не растет. Хотя для нас это, естественно, большой плюс.
- Вообще думала ну над... - киваю на пузо - О пиздюке думала? Типа там себя представляла с ним? Или ваще никак? На самом деле это дерьмо полное, когда мелкая девчонка нянчиться с ребенком, и этот ребенок ей не брат и не сестра. Но вдруг у тебя там материнские чувства играют... - путь наш был в пять остановок, так что время поговорить было. Почему я завел тему ребенка? Ведь мог бы спросить про ее любимый фильм или видела ли она новых "Мстителей". Но мне казалось, что Еве надо было с кем-то обсудить ту хуйню, которая творилась с ней. А учитывая, что кроме меня в дела никто не был посвящен... Я готов был на протяжении пяти остановок быть ее жилеткой.

Отредактировано Agata Tarantino (2019-01-16 16:15:40)

+4

5

— Я не знаю, сложно или не сложно, но ты обещал! — вот так звучит моя последняя возмущенная фраза, а потом я опускаю глаза в пол и чувствую, как на смену злости приходит всепоглощающая грусть, граничащая с отчаянием. В глубине души, я и сама понимаю, что сама виновата. Просто... намного проще было надеяться на кого-то другого, а самой жить, как жилось, будто ничего страшного не случилось. Нужно самой пытаться решать свои проблемы, надеяться только на себя, крутиться, вертеться, но... пока я понимаю это очень смутно, и всё-таки очень сильно хочется снизу вверх смотреть на кого-то более сильного и надежного.
— Интересно, как много денег нужно... В смысле, я смотрела на сайтах, много. Но мне кажется, если делать нелегально, то будет ещё дороже. Ну, типа, доплата за неразглашение, — рассуждаю вслух, хотя прекрасно понимаю: в этом во всем нет никакого смысла. Я не смогу заработать нужную сумму денег, даже если решу все чертовы контрольные всей школы за целый год. Да у моих знакомых, у всех вместе, и денег-то столько нет, чтобы хватило оплатить услуги врача. Я кладу ладонь на живот, под футболкой, и морщусь: за три недели я почти успела забыть ощущение тошнотворного страха, застревающего в горле и мешающего дышать. И вот, оно снова возвращается.
Смешно, но несмотря на то, что я жутко переживаю, я всё-таки умудряюсь думать о чём-то еще, кроме пуза, предстоящего аборта и возможного гнева отца, который, если обрушится, мало никому не покажется. Аарон поясняет ситуацию, а я мысленно цепляюсь за его "моя тёлка", и губы сами собой растягиваются в ухмылке. Вот оно как, да? Расскажу Анжеле, она охренеет. Её Марк никогда её так не называл, а ей очень хочется быть "его тёлкой". Хотя, с другой стороны, Анжела не беременила от Марка, а может, это всё меняет?

Радуюсь я не долго. Аарон продолжает говорить, и вот мне уже хочется треснуть его рюкзаком снова.
— Нет, мы не можем рассказать твоей маме! Она же тут же позвонит моему папе, а он меня убьёт, серьезно! — вот теперь мне по-настоящему страшно, перспектива рассказать о беременности отцу пугает меня даже сильнее, чем сама беременность, материнство и все эти жуткие, серьезные последствия. Словосочетание "шесть месяцев" застревает в голове, и я не могу ничего больше сказать. Только сижу на скамеечке, на автобусной остановке, и рассматриваю свои ладони. Шесть месяцев. Всего полгода. Кажется, июнь? Да, июнь. Господи... Почему, если думать, что летом начнутся каникулы, оно такое далекое? Но в то же время, если думать, что летом придётся рожать, кажется, что оно наступит практически завтра.

— Это значит, ты не будешь больше приезжать? — интересуюсь уже в автобусе. Чем дальше мы отъезжает от школы, и чем ближе дом Аарона, тем более грустной и подавленной я выгляжу. Кажется, что кто-то медленно, но верно высасывает из меня сантиметры роста, чтобы я казалась ещё более маленькой и незаметной.
Поджимаю губы и смотрю на Аарона, не понимая, что он хочет от меня услышать. Он только что озвучил, что девчонка, которая нянчится с ребёнком - "дерьмое полное", а теперь ожидает, что есть и есть какие-то материнские чувства, то я их озвучу? Нет, конечно. Слава Богу, я ничего не чувствую к этому. Вроде бы...
— Нет, конечно, не думала, — отвечаю даже как-то слишком уверенно, любой взрослый, услышав меня со стороны, почувствовал бы фальшь. А впрочем, что-то чувствовать совершенно не обязательно, потому что я уже следующей фразой противоречу сама себе: — Только читала, что на моём сроке ребёнок уже размером с лимон. Представляешь..? Наш ребёнок вот такой, — я растопыриваю большой палец и указательный, чтобы показать ему, и смотрю на мальчику искоса, немного робко, как будто опасаюсь его реакции. Затем вспоминаю, что он говорил на улице, и улыбаюсь. Наклоняюсь, чтобы пихнуть его в плечо: — А ты правда считаешь меня своей тёлкой?

Автобус сегодня едет как-то намного быстрее, чем обычно. Я и опомниться не успеваю, как мы подъезжаем к нужном остановке. Мне пиздец как страшно, и я сама толком не замечаю, как цепляюсь ладонью за ладонь Аарона. До его дома осталось идти - совсем ничего. Я вдруг начинаю упираться, останавливаюсь, всё так же крепко вцепившись в его руку.
— Давай не пойдём? Ну пожалуйста, я боюсь, и не хочу... Может мы что-то другое придумаем? Ну должны же быть варианты, я уверена, мы ещё не всё попробовали. Пожалуйста, давай не будем рассказывать родителям, — ну вот, приехали, начинаю рыдать.[AVA]http://s8.uploads.ru/t/wqoaY.png[/AVA][NIC]Eva White[/NIC][STA]love it if we made it[/STA][SGN]https://i.imgur.com/xBycqSr.gif https://i.imgur.com/trqMcLk.gif
ав от simpasy
[/SGN][LZ1]ЕВА УАЙТ, 13 y.o.
profession: школьница;
[/LZ1][pla].[/pla]

+5

6

[NIC]Aaron Tarantino[/NIC][STA]говорят мы бяки-буки[/STA][PLA] [/PLA][AVA]http://sg.uploads.ru/Eh3C0.gif[/AVA][LZ1]ААРОН ТАРАНТИНО, 13y.o.
profession: школьник
[/LZ1][SGN]http://s5.uploads.ru/2wjEf.gif[/SGN]

Подруга дает заднюю в моем предложении рассказать все матери. Я понимаю ее панику и страх, и разделяю. Но у нас нет времени на поиск иных вариантов. Мы не можем себе позволить ждать еще месяц или два. И под "мы" действительно имею нас двоих. Потому что раз уж я ввязался во все это, поддержал Еву и обещал ей, как минимум, поддержку, то бросать ее сейчас было бы очень некрасиво. Хотя, признаться, некрасивые поступки - это мое кредо, во всей этой ошибке сыграло роль еще то, что Уайт знает где я живу и мы учимся в одной школе. То есть у меня не получится, сталкиваясь с ее животом на переменах, делать вид, что не причем. Так что не вижу смысла отсиживаться в стороне, если без меня Ева не сможет решить проблему, а только втянет в нее еще больше.
- Перестань. - не могу больше ее утешать и слушать нытье, поэтому прерываю ее тираду довольно резко и агрессивно. - А когда и кому ты хочешь сказать? Когда уже начнешь рожать? Да, моя мама тот еще монстр, но бить-то она нас не станет... Но одно я знаю точно: она сможет нам помочь. Она всегда все разруливает. Может следовало сказать ей раньше. - я накрываю руку Евы своей ладонью и отворачиваюсь к окну. Насчет будем ли мы видеться после того, как наша тайна вскроется не могу дать ей ответа. Мне кажется, что я не с кем не буду больше видеться... Хотя когда какие-то рамки или запреты меня останавливали? Я мотался 2 часа на рейсовом автобусе из Сан-Францсико, чтобы потусить со школьными друзьями, так что и в этот раз что-то придумаю.
- Если меня не отошлют в какую-нибудь Швейцарию или Англию, то я постараюсь забегать в гости к тебе как можно чаще. - и тут я задумался, переводя взгляд на девчонку - А ты реально хочешь со мной мутить после всего этого дерьма? - киваю на пузо. - Ну то есть я стал причиной появившейся проблемы. Обычно таких посылают на хуй. - вопрочем, я был не против остаться рядом. Ева не была глупой или занудой, мне нравилось с ней общаться и тусоваться. А что еще надо требовать от тринадцатилетней подружки?
— Только читала, что на моём сроке ребёнок уже размером с лимон. Представляешь..? Наш ребёнок вот такой. - когда она сказала "наш ребенок" меня передернуло. Я не так давно начал осознавать и признавать всю степень ответственности, но воспринимать растущий живот нашим ребенком для меня до сих пор дико. И вряд ли я когда-либо смогу это изменить. разве что лет через пять... или десять... А до тех пор при таких фразах у меня всплывают в голове фотографии и видеоролики с ютуба, которые я успел просмотреть, когда искал ответы на запрос "беременна в 13. что делать". Так что я попытался пропустить мимо ушей слова Уайт. Нет, ребенок никогда не будет наш. Даже если не срастется с абортом, мы его отдадим. Есть тысячи семей, которые не могут иметь своих детей и хотят взять на усыновление младенца прямо из роддома. И надеюсь, что та семья, которую мы найдем, будет за несколько штатов от нас. Чтобы ничего более не напоминало мне о свершенной ошибке.
- Лимон. - я провожу ладонью по волосам - Пусть он останется Лимоном. Мне это легче принимать, чем наш ребенок. Договорились? - черт, да мне даже не интересно как он там развивается и толкается уже или еще он... мне не интересны его размеры и какие органы уже сформировались. Зачем я только сам завел этот разговор? Однозначно ради нее.
Поднимаю взгляд на Еву и нелепо улыбаюсь ей, не медля с ответом - Да, ты моя герлфренда. Думаю, я доказал, что тут ваще без вариантов. - есть у взрослых прикол, что, мол, раз обрюхатил, то женщина считается его. У нас, к сожалению, сработал тот же принцип.
Наша остановка. Мы выходим из автобуса, оказываясь в знакомом и чрезмерно ухоженном районе. Никогда не замечал, что все газоны и лужайки у каждого дома ровно выстрижены, кусты имеют аккуратную форму, а автомобили припаркованы на своих парковочных местах. Здесь слишком идеально для нас. И как моей матери не приторно тут жить? Она ведь и сама не вписывается во всю эту обстановку. Попытка слиться с окружением не удается. И скоро мы с Уайт станем тому доказательством... Но тут девчонка дает заднюю.
- Нет, нет, нет - начиню протестовать я, хватая ее за руку - Ты не можешь. Уже поздно давить по тормозам, понимаешь? - беру ее крепко за плечи, заставляя посмотреть на меня: - Подними глаза. Ну же. Слушай, мы не станем ждать еще три месяца. Мы все расскажем сегодня. А от папаши я тебя уберегу. Он тебя будет бить, если узнает? Давай так. Если все сегодня пойдет по пизде, ты мы с тобой сбежим. - куда, к кому, зачем и что там будет делать, ответов не было. Но я не имел никакого понятия как сейчас успокоить Еву и убедить зайти ко мне домой.
- Вот что. Говорить буду я. Скажу, что воспользовался тобой. Ты была пьяна и поддалась моим уговорам. Только главное не бери роль жертвы, это граничит с насилием и может дойти до судебных разборок. - я снова взял Еву за руку и повел в дом.
Не думал, что в дневное время мама будет дома. Надеялся, что у нас есть еще пара часов, чтобы перекусить, посидеть, выдохнуть, собраться с мыслями, но... она была дома. Ладно, может и к лучшему, ведь перед смертью не надышишься.
- Мам! Я пришел. Я не один - кричу из прихожей, чтобы, в случае если она там занимается чем-то, граничащим с законом, закончила свои дела.

+5

7

Поворачиваю голову и смотрю куда-то в окно. Мимо пролетают многочисленные, ухоженные деревья, глаза режет от яркости зелени политых лужаек, и дома все, как на подбор, будто листаешь страницы какого-то модного журнала, но в реальной жизни. Вот только... Я всего этого не вижу. Взгляд не цепляется ни за деревья, ни за дома, ни за что другое, потому что я изо всех сил пытаюсь сохранить нейтральное выражение на лице и не показать, что вообще-то он меня обидел.
Я заметила. Как его передёрнуло, как нервозно забегал взгляд. Конечно, я никогда не рассчитывала на то, что рожу ребёнка и из нас с Аароном получится счастливая семья. Если честно, я вообще не знаю, на что я рассчитывала. И зачем сказала "наш" ребёнок, теперь приходится жалеть и кусать губы, чтобы как-то сосредоточиться и не поменяться особо в лице. Никакой это не ребёнок, Ева. Оно. Это. Только так. Брось называть его ребёнком, ты же не собираешься становиться матерью, ну в самом деле. Ева, тебе тринадцать лет, ало! Всё это прекрасно понимаю, злюсь сама на себя, за ворох неразборчивых, спутанных мыслей в голове. Но всё-равно почему-то расстраиваюсь чуть ли не до слёз. Приходится постараться, чтобы в конце концов отвернуть от окна и улыбнуться:
— Не знаю, Аарон. Просто я как-то... привыкла к тебе, наверное, — я скептически вскидываю бровь и ухмыляюсь: — Ты серьезно что ли? Думаешь, что я сейчас прям вот тут возьму и начну рассказывать, что хочу с тобой мутить? Пф! — фыркаю и задрав нос, снова отворачиваюсь к окну: — Вот ещё! Размечтался.
И всё-таки это приятно. Быть гёрлфрендой. Наверное... Сама толком ничего не могу понять, в голове всё какое-то слишком путаное. Только и остаётся в итоге добавить: — Договорились, — я вдруг вспоминаю, что ребёнка какой-то голливудской актрисы зовут, как фрукт. Яблоко, вроде бы? Интересно, насколько та девочка ненавидит своё имя. И насколько обозлился бы ребёнок, если бы его назвали Лимон. Блин... Снова кусаю губы. Надо попытаться перестать об этом думать. Скоро всё закончится.

Скоро всё закончится. Да, именно так я заставляю себя думать, когда растираю мокрые, солёные следы по щекам, выслушивая Аарона, который уговаривает всё-таки пойти к его маме. Поджимаю губы, потому что ни за что, никогда и никому не признаюсь, что отец поднимает на меня руку. Он же не слишком часто... И не слишком сильно. Ничего страшного. И уж точно недостаточно страшно, чтобы кому-то жаловаться. Однако я киваю, не слишком уверенно, потому что мысль о том, что придётся сбежать из дому - страшная до такой степени, что становится дурно.
— Это как-то мерзко... Почему нельзя сказать правду? Что мы ебланы, которые не подумали головой... Ну или там... Мы не знали. Так получилось, — интересуюсь у него, но снова не слишком уверенно. Не нравится мне роль жертвы. И выглядеть так, как будто кто-то мной воспользовался, тоже не нравится. В конце концов, папа учил меня защищаться, если бы мной кто-то попытался воспользоваться, получил бы в глаз! В общем, да, не очень мне нравится такая мысль, уязвлённая гордость вонзает в меня свои острые зубки, но... не надолго.

Мы заходим в дом, и я сильно-сильно сжимаю руку Аарона. Мне вдруг становится так страшно, что к горлу подкатывает неприятный комок. Делаю глубокий вдох, пытаясь его проглотить, ещё, и ещё. — Блять... — шепчу чуть слышно, так, что расслышать могу я и едва-едва Аарон. — Блять, блять, блять, — а вот это уже больше похоже на испуганные стоны. Как раз в этот момент мы проходим мимо зеркала, и я невольно цепляюсь взглядом за собственное отражение. Белая, как лист бумаги. И глаза огромные, испуганные, покрасневшие от слёз. М-да уж...[AVA]http://s8.uploads.ru/t/wqoaY.png[/AVA][NIC]Eva White[/NIC][STA]love it if we made it[/STA][SGN]https://i.imgur.com/xBycqSr.gif https://i.imgur.com/trqMcLk.gif
ав от simpasy
[/SGN][LZ1]ЕВА УАЙТ, 13 y.o.
profession: школьница;
[/LZ1][pla].[/pla]

+3

8

[NIC]Aaron Tarantino[/NIC][STA]говорят мы бяки-буки[/STA][PLA] [/PLA][AVA]https://i.imgur.com/yB7AJx3.png[/AVA][LZ1]ААРОН ТАРАНТИНО, 13y.o.
profession: школьник
[/LZ1][SGN]http://s5.uploads.ru/2wjEf.gif[/SGN]

Может стоило порепетировать? Составить план действий, накидать возможные фразы? Да и вообще, прийти к единому шаблону, прежде чем ехать ко мне домой. Только тогда бы у Евы был шанс сбежать, убедить меня повеременить. Она бы нашла отмазку ничего не сообщать и в этот раз. Но я не знал как долго нам можно еще тянуть.
— Это как-то мерзко... Почему нельзя сказать правду? Что мы ебланы, которые не подумали головой... Ну или там... Мы не знали. Так получилось. - ей явно не нравиться моя идея, в которой я беру все на себя. Окей. Торможу перед дверью и перевожу взгляд на блондинку.
- Хорошо. Я скажу, что это ты ко мне приставала. Так больше нравиться? - огрызаюсь. Почему нельзя просто принять мой план? Ведь у Уайт их все равно никогда нет. За все... сколько (?) три месяца она ничего дельного не предложила, все решал и думал я. Правда, по итогу, ничего не сообразил и проблему не разрулил, но хотя бы пытался!
- Скажем, что мы сами так хотели - исправляюсь. Пусть будет по ее. Скажем правду. Вряд ли нас это сильно спасет. - Идем - и мы идем. Я чувствую как подруга еще сильнее сжимает мою руку и я делаю тоже самое в ответ, чтобы поддержать ее и показать тем самым "эй, не бойся".
Переживаю ли я? О, да. И пока мы входим в дом, скидываем обувь в прихожей и проходим дальше в гостиную мой мозг активно старается выработать хоть одну фразу, с которой надо начать. Старается, старается, и... ничего не выходит. Пустота. Кромешная пустота. И в тоже время во мне нет страха, присутствует тревога, но не боязнь. Я уже принял то, что после сегодняшнего мне пиздец, но у меня был все еще запасной план в виде Давида, у которого пару дней назад удалось заручиться поддержкой. Правда, мамкин муж не знал какую поддержку надо будет мне оказать, но надеюсь он не даст заднюю, послав к чертям все договоренности прошедшего мужского разговора.
- Уф - я выдыхаю, заставая маму в гостиной за ноутбуком.
- Привет, ма. Это Ева, эм... моя девчонка - так, с первой частью я справился. Точки над ё расставлены. - Ты не занята, да? Нам тут надо сообщить важную инфу. Короче... Бля - я провожу ладонью по волосам. Все, похуй, надо говорить, хватит себе подушку взбивать, все равно больно падать будет.
- В общем, она залетела от меня. Ваще не в курсах как так вышло. Вернее, в курсах, но это не должно было быть так. Мы же типа не какие-нибудь там извращенцы. Просто это было на вечеринке. Там такая атмосфера... романтическая... - что я несу? Это точно я говорю? И самое обидно, что мне не заткнуться. Вот я смотрю как мать охуевает от моего рассказа, как ее зрачки расширяются, а брови хмурятся, но мне не замолчать.
- И там было бухло. Мы не сильно много, но выпили, куда ж без этого? И, короче,.. Бля, ну секс в нашем возрасте это же нормально, да? Не слишком рано-то. Но кто ж знал, что так получиться! - развожу руками растерянно, отпуская ладонь Уайт.
Осталось теперь принять наказание и, самое главное, дождаться решения. И это, пожалуй, для меня будет уроком на всю жизнь. Для Евы, думаю, тоже. Однозначно, что та ночь сделала нас старше не только в физическом плане.

+3

9

Пятница день. Сегодня было немного свободного времени, достаточного, чтобы побыть несколько часов одной, насладиться тишиной и спокойствием, которого в этом доме не хватало. А заодно переделать мелкие домашние дела, а заодно позаботиться о предстоящей деловой поездке в Косово - купить билеты, забронировать отель - через две недели я должна буду порядка двенадцати часов отсиживать зад, чтобы в конечном итоге оказаться в Косово, на переговорах об оружейных поставках. Сделка сулит очень крупная и выигрышная. Помимо вооружения будут обсуждаться и другие предложения, за которых в ответе Ринальди и Юль. Летим в сопровождении албанца, старого товарища, Лазаря. Дело серьезное и требует тщательной подготовки. Хотя писать речь заранее не в моей манере, но обеспечить себе минимум подозрения от всех заинтересованных структур, в моих же интересах.
- Мам! Я пришел. Я не один - послышался голос сына. Я как раз заканчивала оплату билетов и ждала подтверждения на е-маил.
- Отлично. - крикнула я, после чего увидела ту, с кем был Аарон. Признаться, я ожидала, что подросток, как обычно, пригласил в гости кого-то из своих друзей, но это оказалась не так. Девчонку дома, приведенную Роном, я видела впервые. И прежде чем сын успел открыть рот даже порадовалась за него, отмечая, что смотрятся вместе они достаточно органично. И может это светловолосое чудо сможет немного приструнить дерзкий нрав испанца? Но нет... это светловолосое чудовище, как оказалось чуть позже, втянуло моего ребенка в свою яму!
Я слушала рассказ Рона и, казалось бы, на глазах седела. Какой секс? Какая беременность? Это происходит наяву? Ах ты, малолетка белобрысая! И, видят боги, была бы она постраше, я бы выдергала ей все косы за то, что удумала беременеть когда не просят!
Аарон говорил довольно импульсивно, нервно, проскакивал мат, но это простительно, потому что я тоже хотела материться. Скажу больше, кроме гнусных выражений у меня на языке ничего не крутилось. И была только одна надежда, что этот бред останется в разделе бреда - то, что детки, не разобравшись, думают, что заделали ребеночка. Ладно, за секс в раннем возрасте буду раздавать пиздюлей позже, а сейчас надо узнать на чем основаны их предположения.
- Стоп. - поднимаю руку - Во-первых, нет, секс в вашем возрасте НЕ нормально. Скажи мне, Ева, ты перед всеми раздвигаешь ноги на вечеринках с алкоголем? Какая по счету это у тебя подобная тусовка? - я принижала ее, желая заставить чувствовать себя ниже плинтуса, ниже сраной букашки. Но потом, взглянув еще раз на затюканный вид девочки понимаю, что она и так, похоже, напереживалась. Это конечно, ее не оправдывает и думать о содеянном надо до, а не после.
- Во-вторых, ты уверена, что беременна?.. Раз уж вы пришли ко мне с откровениями, то дело дрянь? Или вы просто переспали и поддались панике? Как давно это было? О предохранении спрашивать, полагаю, бессмысленно?
Почему эти дети так глупы? Почему стараются в столь юном возрасте попробовать все, что можно, не откладывая на будущее, когда ко всем плотским утехам придешь со всей долей осознания? И ведь с каждым последующим поколением такие оплошности в виде алкоголя, курения, секса становятся у детей все раньше и раньше. Нет, в качестве утешения можно обратиться за опытом к племенам Африки, которые рожают в 11-12 лет, но тогда может тоже откажемся от гаджетов и начнем бегать в набедренной повязке и бусиках на голые титьки?

+4

10

Выражение лица даже не меняется, когда Аарон начинает огрызаться. Я просто смотрю на него, пожимаю плечами, и не могу избавиться от мысли о том, что очень сильно хочу, чтобы всё закончилось. Да, последние несколько недель я почти не думала о беременности, но только лишь потому, что до этого я думала о ней слишком усиленно. И в целом, последние два месяца были слишком долгими и слишком тяжелыми. Пока Аарон не видит, я бросаю на него немного обиженный взгляд, легко ему сейчас язвить и быть таким крутым, и всерешающим, когда он знает обо всем всего три недели. Между прочим, я знаю о беременности раньше, и всё это время не переставала переживать. Посмотрела бы я на него, если бы он оказался на моём месте.
Вскипающее возмущение помогает собраться с силами и придаёт уверенности. Совсем чуть-чуть, но в нашем положении, даже крохотулечка уверенности - уже что-то. И всё же... эта крохотулечка испаряется, как только Аарон начинает говорить.
— Здравствуйте, — заставляю себя выдавить, как можно вежливее. Не знаю зачем. Как будто бы одно несчастное, вежливое приветствие как-то может расположить ко мне. Но кого я обманываю? Никакие, даже самые вежливые жесты, будут забыты после того, что расскажет Аарон.

Я стою чуть позади Аарона и как будто бы боюсь подойти ближе. Он ещё не приступил к сути разговора, а я уже выгляжу виноватой, невольно опускаю глаза в пол, когда чувствую, как взгляд женщины скользит по мне. В любой другой ситуации я бы наверняка задумалась о том, как круто иметь настоящую маму, с которой можно поговорить и поделиться чем-нибудь. Но прямо сейчас в этом направлении как-то не думается. Более того, кажется, что двое родителей - вдвое больше проблем в такой ситуации.
Сердце пропускает такт и с разбегу сигает в область пяток. Ну, или, по-крайней мере, ощущается это именно так, когда Рон произносит заветное "залетела". Заставляю себя поднять глаза, но то, что я вижу, меня совсем не радует: лицо женщины стремительно теряет выражение дружелюбности, можно в буквальном смысле разглядеть, как над её головой собирается туча.
А Аарон всё говорит и говорит. Я поворачиваю голову и смотрю на него, внимательно, не отводя взгляда. Заткнись, Аарон. Конечно, я этого не скажу, только подумаю. Какая к черту романтическая атмосфера... Я немного округляю глаза, понимая, что он делает только хуже, но... Рон продолжает говорить. Морщусь от слова "секс" произнесённого вслух, после него ещё сильнее хочется провалиться под землю.

Я удивлена. Даже очень. Поворачиваю и гляжу на женщину удивлённо-растерянно, последнее, чего я ожидала, что меня сейчас начнут обвинять в шлюшизме. Хмурюсь и поджимаю губы, жутко хочется что-нибудь сказать в ответ. Был бы мой папа, обязательно бы ответила. Например "не твоё дело". Или "не разговаривай со мной в таком тоне". Вообще, придумать можно что угодно, когда я обижена или раздражена, слова вылетают скорее, чем я успеваю подумать. Но меня вдруг поражает следующая, простая и понятная мысль: так выглядят в глазах взрослых людей девочки, которые беременят в тринадцать лет. Так, и никак иначе. Да что там взрослые... Если бы я узнала, что кто-то из моих одноклассниц ходит с пузом, тоже бы решила, что шлюха. Потому что никто из нас не осудит за секс в тринадцать, наоборот, это вроде как круто, как взрослые. А вот взрослые последствия секса - это уже стыдно и очень плохо. Я снова опускаю глаза в пол, больше всего на свете мечтая провалиться под землю. Не хочу вот так... Не хочу, чтобы постоянно обижали, обзывали, пытались унизить. Как долго это всё будет продолжаться?? Я не собиралась плакать при маме Аарона, это как-то стыдно, но в итоге не могу сдержаться. Сколько бы слёз не было выплакано, каждый раз оказывается, что есть ещё, как будто в голове какой-то невероятный, нескончаемый сосуд.
— Я сд... — голос вдруг меня подводит, я то ли икаю, то ли ойкаю, в общем, издаю какой-то странный звук. Приходится сделать глубокий вдох и попытаться заговорить снова: — Я сделала тест на беременность. Несколько раз, и все показали две полоски. Это точно, ошибки быть не может, мы еще потом с Аароном... делали. Тест... Я думаю, прошло около двух месяцев, с тех пор как мы... ну... с вечеринки, — сама не знаю, зачем вру. Прекрасно знаю, что прошло почти ровно 3 месяца, но почему-то эти три месяца кажутся невероятно страшными. Что-то я про беременность читала, что-то в голове отложилось, и теперь я нутром чувствую: три месяца беременности - худшая новость, чем два месяца беременности. А худшую новость мне рассказывать страшно.
[AVA]http://s8.uploads.ru/t/wqoaY.png[/AVA][NIC]Eva White[/NIC][STA]love it if we made it[/STA][SGN]https://i.imgur.com/xBycqSr.gif https://i.imgur.com/trqMcLk.gif
ав от simpasy
[/SGN][LZ1]ЕВА УАЙТ, 13 y.o.
profession: школьница;
[/LZ1][pla].[/pla]

+4

11

[NIC]Aaron Tarantino[/NIC][STA]говорят мы бяки-буки[/STA][PLA] [/PLA][AVA]https://i.imgur.com/yB7AJx3.png[/AVA][LZ1]ААРОН ТАРАНТИНО, 13y.o.
profession: школьник
[/LZ1][SGN]http://s5.uploads.ru/2wjEf.gif[/SGN]

Реакция мамы, в принципе, была адекватной, была такой, которую я мог вытерпеть. Она не стала орать, не стала нас прогонять, не пыталась сбежать сама. Да, она говорила резко и весьма обидные вещи в адрес Евы, но в то же время задавала и здравые вопросы.
Но вот моя подруга не выдержала такого напора. Я оборачиваюсь к ней и вижу как дрожат ее губы. У нее не сразу получается выдавить из себя слова, слезы этому мешают. И мне сразу захотелось вступиться за нее. Это вообще не справедливо винить во всем ее! Словно это она захотела залететь. Я ведь тоже там был и участвовал, и несу такую же, если не больше, ответственность. Отличие лишь в том, что не во мне растет жизнь с каждым днем, и не мне потом придется в физическом плане пожимать плоды последствий.
- Да, тесты мы делали. И у нее же, это, типа задержка. Значит, беременна. Мы не врем. И думали, что все обойдется, что мы панику поднимаем зря... - подхватываю рассказ вслед за Уайт.
Она соврала о сроке, стоит ли мне поддержать ее в этом или сказать правду? Ведь это все равно всплывет, когда дело дойдет до врачей. Я понимаю, что Ева боится очередных обвинений и на этот раз в духе "вы должны были сказать раньше". Я тоже, по правде, боюсь. Только есть ли разница когда на тебя наедут: сейчас или в кабинете гинеколога? Может даже наоборот, пусть мама выльет весь свой негатив на нас сегодня, а дальше, имея всю информацию, просто будет расхлебывать нашу кашу.
Оборачиваюсь к девчонке и, чтобы успокоить ее, беру за руку. Лучшем решением было бы сейчас обнять ее, но не могу решиться на этот жест под суровым взглядом матери.
- Прошло три месяца - поправляю Еву. - Это было, эээ, двадцать первого октября. Или двадцатого. Или двадцать седьмого... Но это точно была суббота. - не знаю должен ли я четко помнить ту заветную ночь, это вроде обязанность девчонок придавать значение датам. Я уверен, что Ева знает наверняка когда это случилось, тот день должен в ее календаре обведен в черный кружок.
- А вообще... Это же обязанность родителей рассказать детям о половом созревании и о мерах предохранения. Нам то от куда знать, что от первого раза бывают дети, м? Но у тебя же никогда нет времени на меня. Ты же всегда считала, что я слишком мелкий для всего этого. А мне уже почти четырнадцать! Так что здесь есть и твоя вина в том, что это произошло. Потому что надо нести ответственность за воспитание ребенка, а не забить хуй и думать, что ему все расскажут друзья-одноклассники или айфоновская Сири. - я не пыталась переложить всецело вину на мать, но ведь и правда у нас с ней никогда не было серьезных разговоров. Например, о вреде курения или о том откуда берутся дети.
Не знаю долетают ли мои последние слова до матери, потому что она, как услышала дату, схватилась за телефон и, похоже, что высчитывала срок. Я замер, сглатывая ком в горле и готовясь к новой волне, от которой придется отбиваться.

- Три месяца назад... двенадцать недель. Черт, вы молчали двенадцать гребанных недель?! О чем вы думали? Что оно рассосется само собой? Или что сотый тест покажет иной результат? Я хочу знать чем вы полагались, когда скрывали о беременности ТАК долго? - она была в гневе. Ее голос раздраженный и холодный, наполненный злостью. И теперь даже я боюсь сказать хоть слово. Ищу ответы на вопросы, ищу оправдания, но не могу связать мысли воедино. Затем снова перевожу взгляд на Еву, переживая за нее, за то, что она может впасть в неконтролируемую истерику.
- Да мы... - невнятно начинаю я борясь с неприятной сухостью в горле - Мы не сразу поняли во что вляпались - пожалуй, утаю тот факт, что Уайт мне в принципе сказала не так давно. Иначе это сулит еще ворохом обвинений в сторону моей подруги.
- Бля, мы первые пару месяцев даже не думали, что это беременность. Ева грешила на гормональный сбой, ну там... как это называется... женское взросление. А потом, когда сделали дохуя тестов, то просто боялись. И боялись не зря! Ты же так орешь! - мой голос неуверенно сник. Глаза бегают по комнате, избегая встреч с матерью. Мне кажется, я еще никогда не был так забит, подавлен и напуган от разговора с мамой. Впрочем, я никогда и не оказывался в таком дермище. Даже когда по случайности устроил пожар в школе и там погиб парень, мне не было столь... стыдно... Да, определенно, теперь я знаю каково на вкус чувство вины. Вина перед мамой за ложь и утаивание правды, вина перед Евой за все. За то, что познакомились, за то, что я подкатил к ней, за то, что она мне понравилась. За то, что не звонил ей, да и вообще не думал о ее существовании. Ведь если бы мы поддерживали связь, то ее признание наступило бы раньше. Но она пыталась справиться со всем сама, прогибаясь под тяжестью тайны и ответственности за нашу слабость.

+4

12

Сегодня хороший день.
И последняя неделя хорошая. Ну, относительно.
После того семейного ужина страсти немного улеглись, и даже Аарон время от времени пытался выглядеть дружелюбно. Должен признать, не всегда у него это получалось, но я был польщен хотя бы скудными стараниями, направленными в мою сторону. Сам я, к слову, тоже стал немного благосклонней к парнишке и даже несколько раз задумался о том, что футбольный матч теперь это не такая уж и несбыточная мечта. Ладно, не совсем мечта, хотя, по правде, я всегда мечтал о сыне. А он вот здесь такой кудрявый и даже чем-то похожий на меня. Ну на самом-то деле. Может, глазами? Или характером? Я ведь тоже тот ещё проблемный тип.
И тем не менее проблем пока на горизонте не предвиделось ни с какого фронта.
Подходящий день для того, чтобы пригласить Тату в ресторан, да? Отпраздновать нашу маленькую победу над обстоятельствами.
Именно с такими мыслями я и возвращаюсь домой пораньше, вот только уже буквально с порога понимаю, что хороший день дает трещину. В семейном гнездышке не спокойно, но пока я ещё не понимаю, что случилось. Неужели Аарон снова позволил себе неподобающее поведение с матерью?
Спешу на кухню, по дороге прислушиваясь к разговору, чтобы явиться, так сказать, в полной боевой готовности и сразу с обвинениями. Только вот обвинять придётся... в беременности? Что? Опять кто-то заделал ребенка?
Нет, сначала я слышу возмущенный голос супруги по поводу того, что "они молчали столько времени". Стоп, кто "они"? Вообще ничего не понимаю. Ну точнее здравый смысл на заднем фоне маячит мне догадками, но я упорно отказываюсь в них верить, пока не спустя мгновение не слышу всё собственными ушами. Агата хочет знать, чем они  думали, когда скрывали беременность так долго? Вероятно, она не сама с собой говорит. И вряд ли у нас неожиданно появились далекие родственники, нуждающиеся в опеке и воспитании. Единственный такой родственник, которого я знал, назывался Аарон. Его я и вижу, когда захожу на кухню. Рядом с ним ещё топчется белобрысая девчонка. На вид ей тоже не больше тринадцати. А поскольку глаза заплаканны, я понимаю, что вот она - вторая часть того самого "они".
Моё появление на кухне заставляет всех замолчать и посмотреть на меня, ожидая, наверное, ожидая хоть какой-нибудь реакции, чтобы понять, что я слышал. А я ведь слышал уже всё, что нужно. Но вот как себя повести ещё пока не придумал. Понимаю, что роль плохого копа взяла на себя жена. Не знаю, сколько уже длится этот разговор, но, кажется, долго, судя по подавленному настроению в комнате. Вот только роль хорошего копа это тоже не для меня. И правда, неужели я должен погладить этих двух по головам за то, что не умеют пользоваться презервативами. Точно нет!
Так что же делать? Я бы хотел воспользоваться своим опытом в общении с маленькими людьми, но, очевидно, он у меня был довольно скудный, так что придётся импровизировать. - Как я понимаю, кое-кто на этой кухне в тринадцать лет решил, что он уже достаточно взрослый, чтобы заняться сексом. И, вероятно, не подумал, что от секса бывают дети? - переспрашиваю я пока спокойно, потому что "а вдруг" я что-то не так понял. Но, чёрт подери, что здесь можно было понять "не так"? Поэтому... - Я вижу здесь только одно решение - аборт. Не думаю, что вы двое уже готовы стать родителями. Не так ли? - я подхожу ближе к Агате - не то, чтобы успокоить себя, не то, чтобы её. Видимо, у нас двоих не хватает опыта для решения подобных проблем. Хотя к ним разве можно подготовиться? - А твои родители знают? - киваю девчонке. Хотя на самом деле сдерживать эмоции с каждым мгновением становится всё труднее. Да вот только делу вряд ли поможешь эмоциями, и ругать этих двоих явно поздно.
Чёрт подери!
А был же такой хороший день.

+3

13

Я вскидываю на Аарона глаза почти обиженно, когда он поправляет и говорит правду. Кусаю губы, ну вот теперь я не только щлюха, но и врунья, отличное знакомство, лучше не придумаешь. Мальчик берёт меня за руку, но это едва ли помогает. Я как-то привыкла ощущать себя самостоятельной единицей, вечно была сама по себе, а теперь в голове попросту не укладывалось, что хотя бы в вопросе беременности я превратилось в мы. Мне попросту не хотелось этого осознавать. А может, в глубине души я всё-таки понимала, что нет никакого мы. Потому что я - та, на кого выливаются помои и обзывательства, я - блюю по утрам и плохо себя чувствую, и опять же, я - та, кому придётся рожать, в случае чего. Но я всё-таки всё еще надеюсь, что всё обойдётся...
Делаю шаг назад, когда Аарон начинает обвинять мать в том, что она не рассказала ему о защищенном сексе. Молчу, и не знаю толком, что думаю по этому поводу. В смысле... Не может быть такого, чтобы он не знал о презиках, нам же не по восемь лет. Я вот - знала, но просто не подумала, решила, что ничего страшного от одного раза не произойдет, и вообще, подростковые беременности - то, что случается с другими девочками, действительно шлюхами, вроде Джесс. А я бы отличницей, любимицей учителей, дочкой учителя, в конце концов. Такие не беремянят, и всё же... Как-то всё сложилось не удачно.
Аарон начинает меня оправдывать, но не справляется, так что я решаюсь заговорить:
— Я была не уверена и не знала, что делать. Ну типа... Может я съела что-то не то, или не знаю, тест неправильный. Поэтому я ждала, и да, надеялась, что рассосётся само собой, — последнее произношу с надрывом, в голосе чувствуется вызов, потому что это бесит, когда взрослые думают, будто они самые умные на свете. Если я никому ничего не говорила, на то были, блин, причины. И очень веские.

Вздрагиваю, когда на кухне появляется ещё один человек. Комната погружается в неловкое молчание, я чувствую слабость, жуткую усталость, от рыданий начинает болеть голова, а ещё мне очень сильно хочется сесть. Однако я всего лишь переступаю с ноги на ногу и вздыхаю, думая о том, что проблемы прибавляются с каждой секундой. Потому что, да, чем больше взрослых - тем больше проблем.
— Мы не планировали становиться родителями... В смысле... Черт, да меня же в школе затравят, учителя будут смотреть косо, одноклассники будут ржать издеваться. Никто не хочет быть мамой в тринадцать лет, — чувствую, как в грудной клетке что-то жжется, ненавижу, что мне приходится произносить всё это вслух. Каждый раз, когда всплывает вопрос о моей беременности, чувствую себя жалкой и униженной, ещё хуже становится, когда мне приходится вслух произносить вещи, которые меня унижают.
— Но аборт это же деньги... — мы плавно подходим к самому болезненному вопросу, всё это время я переводила взгляд с мамы Аарона на, видимо, папу, а теперь вновь опускаю глаза. — Нет, я не могу папе рассказать... Он меня убьет. Я... мы надеялись, что можно не рассказывать ему, ну просто как-то быстренько сделать аборт, да и всё...
[AVA]http://s8.uploads.ru/t/wqoaY.png[/AVA][NIC]Eva White[/NIC][STA]love it if we made it[/STA][SGN]https://i.imgur.com/xBycqSr.gif https://i.imgur.com/trqMcLk.gif
ав от simpasy
[/SGN][LZ1]ЕВА УАЙТ, 13 y.o.
profession: школьница;
[/LZ1][pla].[/pla]

+2

14

Кого не хватало в этой битве с безответственными подростками, так Давида. И он появился без предупреждения, сходу влетая в бурный разговор. Несмотря на то, что наша с ним точка зрения была единая, да и единая со всеми - надо делать аборт, присутствие супруга казалось мне сейчас лишним. Он слишком агрессивно настроен и способен запугать и без того нервных детей. Ха! Детей. Они, получается, давно уже и не дети. Как жаль, что одновременно с началом половой жизни не прибавляется мозгов. Потому что этим двоим не помешало бы килограмма два.
Может я съела что-то не то, или не знаю, тест неправильный. Поэтому я ждала, и да, надеялась, что рассосётся само собой - или килограмма три... Мне только и оставалось, что опустить глаза в тихом ужасе. Рассосется сама собой? Отравилась?
Несмотря на то, что во мне еще бушует гроза из злости и презрения, на языке ничего не остается. Можно сколько угодно кричать о том, что они совершили чрезмерную тупость, но ситуацию это не изменит. Хотя, поверьте, словарного запаса у меня хватит, чтобы вести диалог в одну сторону до завтрашнего утра. Но, пожалуй, продолжу его, когда Ева уедет домой. Мне есть что сказать Аарону наедине.
— Но аборт это же деньги...
- А вы разве не за этим пришли? За то, чтобы мы оплатили тебе аборт. - иначе бы подростки давно решили проблему с помощью своих карманных денег. - Деньги - решаемо. А вот в остальном надо обсуждать с врачом. Я попробую записать тебя к гинекологу как можно скорее. И поеду с тобой, раз уж ты просишь не говорить твоим родителям. - в этой ситуации я могла понять Уайт. Мне почему-то в свое время не пришло в голову обратиться за помощью к родителям Декстера. Они бы поддержали меня в отличии от собственной матери. Но как знать как бы тогда сложилась моя жизнь. Вероятно, вышла бы замуж за Кортеса, так и осталась в Испании. И, естественно, никогда бы не встретила Давида. Жизнь развивалась бы по совсем иному сценарию. Настолько отличному, что я даже не испытываю сожаления о прошлом. Это просто иная вселенная, иная я.
- Все. Скройтесь с глаз моих. Только без глупостей, ага?
- Всмысле без секса? - переспросил Аарон, у которого, несмотря на патовую ситуацию, еще оставались силы и настроение шутить. - Мы будем в комнате. Поиграем в... эээ... симс. Создадим пиздюка и будем страдать над тем как же трудно растить его. - я хотела попросить в своейственно-истиричной манере Рона быть серьезнее, но он, быстро направился в свою комнату, уводя за собой заплаканную девчонку.
А мне только и оставалось, что громко вздохнуть и потянуться к дверце бара - Нда. Такую информацию трезвой я не могу переваривать. Это просто ужасно! Когда все закончиться стоит отправить Аарона снова в академию Сан-Франциско. Или поискать иной вариант? Чтобы и на выходных дети были задействованы? Тогда Рон не сможет приезжать домой. Можно отправить его и подальше, в Чикаго или в Вашингтон... - размышляла я над наказанием для сына. Признать, пока он учился в сотни километрах от Сакраменто мне было спокойнее. я не думала о том, что ему может кто-то навредить. Не дергалась от звонков директора на мобильный и мне не приходилось названивать по вечерам, чтобы загнать испанца после школы домой. Я просто занималась своим бизнесом и собой.
- Или у тебя есть другой вариант наказания? Давай, не сдерживай себя, ты же знаешь толк в пытках! - подстегивала я супруга, запивая слова чистым мартини. Хотя в такую погоду лучше бы зашел глинтвейн, приготовленный и распитый вчера. Но вчера я еще не знала всей тяжести проблемы и могла наслаждаться горячим новогодним напитком, расслабляясь на диване. Сейчас же мне просто хотелось выпить. Повысить градус. Когда дети ушли я наконец могла позволить себе отдаться истерике и стрессу в объятия.

Отредактировано Agata Tarantino (2019-02-08 12:02:13)

+1

15

Эта ситуация была бы смешной, если бы не была столь плачевной.
Двое маленьких детей решили завести себе третьего. И ладно бы - решили, потому что по факту - просто завели.
И сейчас просто стоят на кухне, хлопают своими огромными оленьими глазами и не знают, что делать.
А кто знает, дорогие мои?! Я вон со своим отцовством разобраться не могу - а здесь ещё с чьим-то.
И тем не менее ситуация не терпит быть отложенной в дальний ящик. Потому что кое-кто и так уже слишком долго её откладывал.
Агата, к счастью, держится лучше моего. Ну так, по крайне мере, кажется, что ошибочно трактуется Аароном как предрасположенность к благоприятному исходу. Парень даже отпускает неловкую шутку, прежде, чем они с подружкой поднимаются к себе в комнату, оставляя нас с Татой наедине. Жена тут же достает бутылку мартини и плескает себе немного в бокал, но потом думает и добавляет до полного. За этим действом я наблюдаю со снисходительным блаженством, на мгновение забыв, чем вызвана такая реакция, но меня быстро спускают на землю необходимостью решения проблем более насущных.
- Когда все закончиться стоит отправить Аарона снова в академию Сан-Франциско, - и тут во мне, словно что-то щелкает. Я по принуждению вспоминаю наш разговор с мальчиком недельной давности. Сглатываю, потому что на самом деле надеялся, что вопрос в ближайшем времени не всплывет. Ведь кто знает, как Агата отнесется к такому значительному вмешательству мною в воспитание её сына. - Я думаю, с этим не стоит спешить, - стараюсь выглядеть непринужденно, а поэтому тоже достаю себе из бара бутылку джина. Отлично. Можно спрятать смятение в бокале. - Мне кажется, атмосфера в семье только начала налаживаться, а так мы рискуем усугубить её окончательно, - насколько вообще сейчас странно слышать от меня такие слова? Нет бы радоваться, что у нас с Татой появиться возможность снова остаться вдвоём и горя не знать -  я вдруг неожиданно принимаю позицию категорически противоположную той, которую занимал в предыдущий раз. - Тем более Рон ведь не сможет находится в интернате вечно, правда? И мы не сможем уберечь его от всех ошибок в жизни. Хотя, эта ситуация, как минимум, надеюсь, научит его использовать презерватив во время секса. Во всём есть свои плюсы, - невольно прыскаю со смеха, но тут же ловлю на себе недовольный взгляд супруги. - Ладно, прости. Просто я на самом деле думаю, что сейчас не самое лучшее время для таких категорических решений. Не стоит принимать их на эмоциях, - подначиванья Тарантино по поводу пыток я пропускаю мимо ушей. Ну потому что какое здесь, блять, наказание? Лишить карманных денег? Запретить играть в компьютер? Да и вообще... Глупо наказывать за беременность. Только не за неё. Это ведь не плохая оценка. С плохой оценкой не придётся провести всю жизнь. Ладно, с этим, надеюсь, тоже не придётся, но всё же... Всё же смысла в наказании я не вижу.
Надеюсь, Агата тоже это поймёт.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » решение проблемы


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно