полезные ссылки
лучший пост от сиенны роудс
Томас близко, в груди что-то горит. Дыхание перехватывает от замирающих напротив губ, правая рука настойчиво просит большего, то сжимая, то отпуская плоть... читать далее
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 17°C
jack /

[telegram: cavalcanti_sun]
aaron /

[telegram: wtf_deer]
billie /

[telegram: kellzyaba]
mary /

[лс]
tadeusz /

[telegram: silt_strider]
amelia /

[telegram: potos_flavus]
jaden /

[лс]
darcy /

[telegram: semilunaris]
edo /

[telegram: katrinelist]
eva /

[telegram: pratoria]
siri

[telegram: mashizinga]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » The roof is on fire


The roof is on fire

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

ШКОЛА САКРАМЕНТО | май 2019

Theodore Johnson & Francis Day
http://sg.uploads.ru/t/mEBxR.jpg

Бесконечно можно смотреть на три вещи: на воду, падающие звезды и как горит твоя школа

Отредактировано Francis Day (2019-12-06 18:39:13)

+1

2

В школьном автобусе жутко душно и жутко пахнет чем-то жирным, ты не можешь понять чем. Учитель, слоняющийся по салону, тоже не может понять чем, он ходит и довязывается до вас, заставляя выворачивать карманы и открывать сумки. Типа вы живыми не доедете, если что-нибудь срочно не сделать с этим запахом. Идея открыть окно – ну, хотя бы одно – учителя почему-то не посещает. Потому что вы вывалитесь в это окно? Стремление вас обезопасить доходит порой до идиотизма. Ну, правда. Со скучающим видом облокачиваешься на дребезжащее стекло, это только в фильмах они все так романтично прислоняются к стеклу, смотрят вдаль и вот это вот всё. В реале же стекло дребезжит, голова дребезжит, но ты упорно продолжаешь так ехать, потому что упрямость – это вот  именно та самая твоя дурацкая черта, которая так бесит Энди.

Энди вообще очень многое в тебе бесит, впрочем, тебя в ней бесит не меньше. Вы, как два цепных пса, никак не можете научиться жить мирно. Хотя… Ну, может вам обоим так нравится, кто знает, кто знает. Вот ты не знаешь и не особенно хочешь узнать. Милые уютные домашние скандалы из-за какой-нибудь мелочи – это ведь так по-семейному. В интернате у тебя такого не было, там… Там вы были просто соседями по комнате, вас не связывало ничего, кроме одного класса и способности не натыкаться на мебель. Дома на мебель ты натыкаешься постоянно, она вечно у тебя под ногами, ты никак не можешь объяснить родственникам, что вещи нужно ставить на место. У них ведь есть своё место, почему они стоят где попало? Ты не зануда, просто, ну, разве так сложно?!

И разве так сложно заткнуться хотя бы на пять дурацких минут? Твой сосед болтает без остановки вот уже двадцать минут, хотя по ощущениям весь час. Это его так ваша поездка взбодрила или что? Не то чтобы вас редко куда-то вывозят… Ну, в соседние школы вы ездите довольно редко, в основном ради каких-нибудь там итоговых экзаменов, вам организуют там отдельный кабинет, подготавливают материалы, все дела. А тут, надо же, даже не ради экзамена. Ты, правда, не совсем понял, зачем вас туда везут. То ли там кто-то очень умный будет рассказывать что-то такое же умное, то ли приедет какой-то важный человек в костюме за пару тысяч долларов, то ли случится что-то ещё, в любом случае, идти на это чрезвычайно важное мероприятие ты не собираешься. У тебя в кармане есть пачка Marlboro и зажигалка, что еще нужно, чтобы интересно провести время в собственной компании? Тебе – больше ничего.

Вы вываливаетесь из автобуса где-то в половине одиннадцатого. Что там так жутко воняло, учитель так и не нашёл. И теперь вам всем кажется, что вы пропитались этим противным запахом, хотя на самом деле – нет. Ты закидываешь на плечо сумку, треплешь аккуратно уложенные волосы и расстегиваешь воротничок рубашки. Учитель выстраивает вас в подобие какой-то шеренги, чтобы вы совершенно случайно не потерялись в чужой школе. Он, конечно, знает, что вы всё равно потеряетесь и вообще разбредетесь уже через пять минут после того, как войдете в двери. Потому что вы всегда так делаете, вне зависимости от того, какой степени важности планируется мероприятие. В лучшем случае в зале сидит человек десять-пятнадцать, в худшем – еле-еле загоняют туда пятерых, которые не умеют играть в прятки.

Пропускаешь мимо ушей всё, что вам вдохновенно рассказывают, морщишь нос и суешь в карманы руки. Где-то в этой школе должна быть Эппл (ну, наверное, в этой), если бы ты знал заранее, что вы поедете сюда, ты бы с ней договорился… Но теперь уже поздно, телефон валяется где-то на дне рюкзака вместе с потраченной плиткой шоколадки (слегка опасное соседство, но когда тебя это останавливало). Надеешься, что тебе в любом случае повезет – ты не ирландец, конечно, но удача с тобой была всегда (хотя, кто знает, что намешано в крови твоего отца, у которого ты даже имени не знаешь). Вас дружным строем, как первоклашек, заводят в большую и громкую школу. Вы попадает аккурат на перемену – скоро начнётся чрезвычайно важное мероприятие, все ученики высыпали в коридор, чтобы запихать в шкафчики вещи, найти друзей и выяснить, в какую сторону лучше линять. Ты прислушиваешься к происходящему, поправляешь на носу тёмные очки и радостно улыбаешься, когда осознаешь, что часть потока учеников двигается влево, а вовсе не прямо, как предписано вам.

Сматываешься из стройного ряда одноклассников быстро и незаметно. Тебе повезло – ты стоял не сразу за спиной у учителя. Вливаешься в разноголосый поток учеников местной школы и ждёшь, когда он куда-нибудь тебя вынесет. Тебе, в общем-то, всё равно куда, лишь бы не в актовый зал, куда вас всех ведут. Ты совершенно не боишься незнакомых мест и вполне способен ориентироваться, правда, у тебя часто случаются проблемы с закрытыми дверями и дверями в принципе, но в целом… В целом, нет, не страшно и всё хорошо. Прислушиваешься к чужим разговорам, улавливая общий мотив. Идёте вы действительно в противоположную от актового зала сторону. Вам навстречу тянутся другие ученики, они как раз – как хорошие детишки – стремятся попасть на мероприятие. В этой школе всё отличается от вашей – у вас, например, на каждом шагу шрифт Брайля, здесь его вряд ли где-то вообще найдешь. А ещё у вас на каждом шагу дежурные по коридору учителя и воспитатели, при всём желании слинять откуда-то не получится. Найдут. И приведут. И заставят слушать, хотя, конечно, это сложно сделать, но вашим учителям это как-то удается. Магия, наверное.

Шагаешь по коридору и вылетаешь аккурат на какую-то то ли потасовку, то ли просто непонятную ссору. Ясно только одно: отсюда нужно куда-то очень быстро ретироваться, а ты понятия не имеешь куда. Местные ученики тормозят, наблюдая за интересным зрелищем, достаются телефоны и пытаются даже снимать, чтобы потом пустить видео в интернет. Ты же, чувствуя приближение учителя – это неминуемо, у учителей нюх на драки в стенах школы, выхватываешь из толпы какого-то ученика, ну, он просто оказался с тобой рядом, судя по голосу – парень и где-то рядом с тобой по возрасту, если вообще не ровесник. – Если сейчас здесь появится учитель, нас всех заставят идти на это чрезвычайно важное мероприятие. Тебе туда хочется? Мне – нет, - вытаскиваешь его вместе с собой из толпы, вдвоем пробиваться всегда легче. – Пошли куда-нибудь, ну… вот сюда, - безошибочно угадываешь дверь и заходишь в кабинет. Класс химии, кажется. Первый попавшийся кабинет на вашем пути. Надеешься, что здесь пусто. Ну, раз на вас никто не…. то пусто? – Прости, что я тебя так дёрнул, может быть, ты правда хотел послушать … Ну, вот то, куда нас всех ведут. Просто это всё так скучно и занудно и вообще… Меня зовут Тедди, а тебя? – почему-то тебе даже в голову не приходит, что этот паренек может быть отличником боевой и политической, хорошим мальчиком и вот это вот всё. Ну, тебе же обычно везёт, да?

+1

3

Руки пахли сигаретами. Такой неприятный запах, но он побочный эффект, небольшая плата за то, что ты выглядишь крутым и взрослым. Френсис себя ребенком не считал, как и каждый парень в 14 лет. Он уже познал мир, он уже знает, чего хочет, и он всегда прав. Любой человек старше 18 – это динозавр, с которым не о чем говорить и который не успевает за ритмом жизни подростков, за всеми изменениями, что происходят в мире. Единственное исключение – это Итан, но у брата своя жизнь, он вряд ли поймет хоть что-то из того, что гложет Дея-самого-младшего уже давно. Когда ты слишком юн, в минуты стресса предпочитаешь творить глупости, например, вместо уроков – курить за школой, вместо домашнего задания – идти на вечеринку к таким же безбашенным идиотом. Френсис даже каким-то образом умудрился раздобыть документы о том, что ему уже есть 21, но в первом же магазине грозились вызвать полицию и его родителей, потому что как ни крути, мордашка его не тянула даже на 16. Приходилось перебиваться тем, что доставали другие, и приплачивать за это сверху. Благо, что родители не скупились, оставляя на карманные расходы достаточно денег, чтобы их сын мог себе ни в чем не отказывать. Контролировать его поведение, посещаемость, состояние – все это лишнее, когда ты настолько прославленный врач, что тебе предлагают одну за другой благотворительные программы, вечера, гуманитарные миссии. Спасение людей куда важнее того, ходил в этом месяце ребенок в школе или нет. На родительские собрания всегда ходил Итан, если был в городе, отвлекать Деев от их важной работы, от которой зависят судьбы сотен-тысяч-миллионов людей – это кощунство.

Хорошо хотя бы старший ребенок пошел по их стопам, радость и гордость, не то что младший – побочный продукт, без выдающихся способностей. Френсис часто замечал, как отец сморит на Итана, на своего приемного сына, с такой гордостью и любовью, какой никогда не одаривал свое кровное дитя. У него не было навыков или желания общаться с тем, кто его интересы не разделяет, и родство уже не играло роли. Иногда Нэнси думал, что его родители жалеют о том, что решились вписать в свой плотный график жизни рождение еще одного сына. Итана было вполне достаточно – он воплощал их мечты, их стремления, был достойным продолжателем фамилии. А Френсис – это просто Френсис, радуйся, что не в интернате.
Сегодня каким-то чудом он оказался в школе, вернее чудом было очень важное мероприятие, посещение которого было обязательным. Сбежать еще можно было, если подумать, главное, чтобы не поймали. Но времени оставалось мало, а идти особо некуда. Опять слоняться по улице без дела?

Но драка в коридоре изменила планы многих, не только Френсиса: мордобой был отличным, и школьники останавливались, чтобы посмотреть и снять на телефон особенно эпичные моменты всего происходящего. Достать свой парнишка не успел, так как какой-то парень выхватил его из толпы за локоть, утаскивая за собой, совершенно не обращая внимание на абсурдность всего происходящего.

- Он уже бежит, и сейчас будет загонять всех, давай, пошевеливайся. – Незнакомец был прав, надо будет отсидеться где-то, чтобы и как свидетелей драки не привлекли, и улизнуть со скучного мероприятия. Они зашли в кабинет химии, совершенно пустой, покинутый и просторный. Отличное место, чтобы скрасить пару часов. – Френсис. Меня зовут Френсис. Никаких сокращений, понял? И часто ты, Тедди, прогуливаешь занятия? – Подросток улыбался, рассматривая теперь уже знакомца: постарше него, года на два, но не вполне обычный. - Ты что, слепой? – Чувство такта еще не отросло, поэтому Дей даже не подумал о том, что может обидеть этим своим замечанием.

+1

4

Удивительно-восхитительно. Нет. Впрочем, у тебя был план, как превратить этот скучный и унылый день на чужой территории во что-нибудь действительно увлекательное. Энди бы не одобрила. И половина учителей – тоже. Если бы ты спрашивал их мнение, то умер бы от скуки где-то пару-тройку лет назад. Скучать ты не любил и, в общем-то, был вполне себе весёлым парнем, способным придумать развлечение для себя и своего ближнего. Не суть важно, кого конкретно ты сегодня считал своим ближним. Общаться с людьми у тебя всегда получалось не очень, но каким-то чудным образом напарников по приключениям ты находил быстро и без особых проблем. Магия объясняется довольно просто: если тебе что-то надо, ты это достанешь. Пути доставания тебя не волнуют от слова совсем. Однажды ты очень плохо кончишь с этим своим талантом находить приключения на свою голову, но это будет когда-нибудь однажды. А потому об этом ты предпочитаешь не думать.

- Понял, - киваешь пареньку с длинным именем Френсис. Ты вообще очень понятливый, когда даешь себе труда таким быть. Но загон Френсиса из-за имени ты действительно понимаешь. Ты бы тоже предпочёл, чтобы тебя звали полным именем, если бы родители нарекли тебя Френсис. Хорошо, что ты Тедди. Просто Тедди. Никакого Теодора, это слишком серьёзно и ты пока не готов к такой ответственности. Однако Энди каждый раз упорно поливает тебя Теодор [возможно, именно поэтому ты так сопротивляешься, когда тебя зовут этим именем]. Зови она тебя Тедди, ты бы, наверное, упирался, чтобы называли хоть по фамилии, лишь бы не Тедди. Сложно быть тобой, знаешь. – Ну… родителей ещё в школу из-за этого не вызывали, - впрочем, не вызывали их из-за того, что предпочитали не выносить сор из избы. Воспитатели сами решали проблему вашего отсутствия на уроках. Они проводили воспитательные беседы и нудили, нудили, нудили. После этого где-то примерно неделю вы брали на себя труд появляться в кабинетах. А потом снова расслаблялись и весело проводили время за пределами класса. – А ты? – что, неужели хороший-мальчик-из-хорошей-семьи? Ой, да ну.

- Ага, есть такое, - суешь руки в карманы штанов и улыбаешься. – Я таким родился, не переживай я… - и в этот самый момент что-то с грохотом падает рядом с тобой. Ой, как неловко получилось. – Я обычно хорошо ориентируюсь, черт… Это что-то важное рухнуло сейчас? – вроде острее химией не запахло. Виновато трёшь нос и с опаской сдвигаешься в сторону. Тебе бы куда-нибудь встать так, чтобы не разнести тут всё к чертовой матери. Будет слегка очень сильно неловко, если твоими стараниями со школой что-нибудь случится. Впрочем, расстроятся разве что учителя и ботаники. И то на счёт ботаников ты бы не был так уверен.

За пределами класса шум усиливается, видимо, учитель всё-таки настиг провинившихся. Вам остаётся только надеяться, что его руки до вас не дотянутся. Сидеть в актовом зале и слушать чье-то занудство тебе совсем – с о в с е м – не хочется. Сегодня у тебя удивительно хорошее настроение, ты встал с той ноги и даже выспался, и, в общем, планировал сохранить это хорошее настроение до конца дня. Может даже удастся вытащить из дома Эппл, клятвенно пообещав, что с сочинением ты ей поможешь. Продиктуешь его хоть целиком, если она избавит тебя от родственников в полном составе. Кажется, ты их не очень любишь. Впрочем, это взаимно.

- Нам бы отсюда куда-нибудь уйти, а то это, я и класс химии – это может плохо закончиться, - весело смеешься, звякая какими-то пробирками. Предполагаешь, что в кабинете химии вполне может храниться что-то огнеопасное и в принципе опасное. Это же только у вас химия была исключительно теоретической, никому бы и в голову не пришло дать слепым детям в руки пробирки. Вы умудряетесь вполне безопасные вещи превратить в машину для убийства всех, кто попадется ей на пути, что уж говорить про то, что угроза от природы… - А ваще, у вас тут есть место, где можно покурить и не спалиться? – потому что ты слегка заметный. У тебя на лице крупными буквами написано, что ты – не из этой школы. Тёмные очки, конечно, можно снять, хотя в них ты выглядишь круто, они нехило так прибавляют тебе возраста, и ты можешь даже сойти за серьёзного взрослого молодого человека. Но без них ты всё равно останешься заметным. Тебе не повезло, глаза у тебя мутные и привлекают внимание. Ну, что ж, зато повезло в другом!

- Ты сам куришь, не? – у вас, вроде как, тут знакомство и всё такое. Френсис кажется тебе ничего таким парнем, он не настаивает, чтобы вы шли на это чрезвычайно важное мероприятие, и не бросил тебя в одиночестве в незнакомой школе посреди незнакомых учеников. Если бы ты остался один, ты бы… Ну, план, что делать в такой ситуации, ты не придумал. Ты изначально собирался выцепить кого-нибудь местного, и тебе повезло – ты напоролся на Френсиса. И смотри, даже не смеешься над его именем, которое – совсем чуть-чуть – похоже на девчоночье, особенно в сокращенном состоянии. Впрочем, не тебе смеяться, ты встречаешься с девочкой, которую зовут Яблоко. Да и, какая разница, какое там имя придумали родители с хорошей фантазией, если человек хороший! – Как ты думаешь, оно там в коридоре рассосалось?

+1

5

Нарушать все мыслимые и немыслимые школьные правила как смысл жизни. Примерный ученик, гордость родителей, парень, которого ждет великое будущее – все это точно не Френсиса, и он как будто всеми своими поступками загонял себя все глубже и глубже. К концу года велик шанс того, что экзамены он не сдаст и снова отправится просиживать штаны в 9 классе. Впрочем, скорее прогуливать занятия, чем просиживать штаны – учителя уже откровенно замучились писать записки его родителям. Все табели и записки сжигались в пепельнице, от которой Дей-младший прикуривал, сидя в своей комнате. Приходилось выдыхать дым в окно, чтобы занавески и постельное белье не пропахли табаков. Хотя, разницы никакой – родители, слишком поглощенные спасением других, не особенно вникали в жизнь своего сына, не интересовались его успехами (вернее не-успехами), успевая лишь вставить ремарку о том, что Итан опять получил какую-то грамоту, опять отмечен как самый перспективный хирург и он сумеет продолжить семейную традицию. А Френсис, он как бракованный плод на крепком дереве, слишком низко выросший от земли, отчего ему не хватало солнца и тепло. Когда тебе 14, легко убедить себя в том, что тебе не нужны родители и внимание, а сам ты достаточно взрослый для того, чтобы заниматься сексом, пить алкоголь и курить не только табак с ребятами постарше.

Новый знакомый понятливо кивнул на имя, вряд ли понимая, как важно иметь его достаточно красивым и «взрослым». Мама придумывала слишком слащавые сокращения вроде «Френни», от которых откровенно тошнило, и единственный человек, которому было позволено называть Френсиса не Френсисом – был старший брат. «Нэнси» из его уст звучало нежно и заботливо, так мягко и трогательно, что ломало все барьеры и сглаживало торчащие во все стороны колючки.

- Родителей редко вызывают, даже если в школе не появляешься неделями, уж я-то это точно знаю. – Дей подмигнул и рассмеялся, делая беззаботный вид. Смех обрывается лишь тогда, когда Тедди что-то свалил рядом с собой: металлические держатель для колб укатился куда-то под дальнюю парту, сотрясая на своем пути пол. Лезть за ним не хотелось, путь там и лежит, ожидая момента, когда кто-то при инвентаризации хватится. Или не хватится, смотря кто будет пересчитывать.

- Не, просто металлическая хрень укатилась, не бойся, реактивов тут не наблюдается, их обычно хорошо прячут. Чтобы особые умники не соорудили бомбу и не сорвали уроки. И зачем уходить? Тут тихо и нас еще долго никто не хватится! – Френсису не хотелось покидать убежище, когда снаружи было так шумно: рокот напоминал шум прибоя, и невозможно было различить отдельные слова, только массу одновременно говорящей школоты и визгливый женский смех.

Дей достал пачку сигарет, в которой лежала зажигалка с черепами, и прокручивал ее в руке. – Чем тебе не нравится покурить здесь? Сейчас изнутри закроемся и можно будет подымить прямо в окно, пока там снаружи все еще есть шанс быть сцапанными дежурными. Сегодня опять всех будут распекать за плохую явку, но пошло оно все нахуй. – Паренек улыбнулся, закрывая изнутри дверь на щеколду и распахивая одно из хлипких окон. По идее рама должна выдерживать вес ученика и не проваливаться, но что-то Френсис сомневался, что его это рассохшееся дерево выдержит. Или Тедди.

- Пока не рассосалось, держи. – Дей положил руку своего нового знакомого на открытую пачку, давая тому самому вытащить сигарету. Прикурить он ему поможет, так что щелчок зажигалки раздался совсем близко от лица. Курить в кабинете химии не самая безопасная вещь на свете, но не выходить же ради этого в коридор?

+1

6

Новое место – новый человек. И не то чтобы это аксиома, но тебе нравится втаскивать в свою жизнь людей, связанных с тобой каким-нибудь странным образом. Так у тебя появилась знакомая девочка в кафе, куда ты зашёл за пончиками в сахарной пудре; в спортзале – ну, там ты оказался по ошибке, просто мимо проходил; в магазине с пластинками; в курилке на втором этаже какого-то офиса – что ж, там тебя тоже не должно было быть, но ты ждал бабушку и как-то оно само так вышло… И вот сейчас – Френсис. По идее вы никаким образом не должны были познакомиться. Разные школы, разные районы – скорее всего, разные увлечения, да и в целом всё разное. Но судьба вас столкнула, в буквальном смысле столкнула и теперь вы знакомы. Удивительно! Нет, правда, тебя всегда поражало это волшебство – вот вы ходите по одним улицам, не пересекаясь, не зная друг друга, и в какой-то момент входите в жизнь друг друга. На пару минут, часов, дней или даже лет. А можете… можете так никогда и не встретиться, оставаясь друг для друга всего лишь случайными прохожими. Надо бы поразмыслить над этим. Или нет. Скорее всего – нет.

- В нашей школе вообще в принципе ничего важного и опасного не наблюдается, - краткий экскурс в школу для детей с патологией зрения. – Химия у нас исключительно воображаемая, - морщишь нос, демонстрируя своё отношение к технике безопасности. Вы, конечно, умудрялись находить всякие крутые и опасные штуки, пока ты жил в общежитии, но до развлечений доходило редко – у учителей был нюх на запрещенные вещи в спальнях. Очень быстро у вас всё отбирали и занимали какой-нибудь бесполезной и занудной вещью. Например, сочинением на тему «что означает выражение "техника безопасности написана кровью"». Все вы знали, что оно означает, но в пятнадцать лет как-то не думаешь об опасности и с удовольствием развлекаешься с найденными в заначке учителя химии реактивами.

- Да, давай здесь, я просто подумал… Ну, кабинет химии, техника безопасности, все дела, - и ты – ходячая катастрофа. Честно. Рядом с тобой вечно что-то ломается, рушится, загорается и вот это вот всё. Ты не видишь и это достаточное оправдание для всякой хуйни, происходящей вокруг тебя. Но раз Френсис уверен и в целом сможет приглядеть, чтобы ничего не случилось, то хорошо. А если что-нибудь всё-таки случится, то, ну что ж… Это не твоя школа, а он, вроде как, особо трепетной любви к ней не испытывает. Как и большинство школьников по всему миру. – О, нас тоже будут распекать и кого-то, возможно, даже накажут, - ухмыляешься, потому что накажут явно не тебя. И не потому что ты какой-то там особенный – просто трудно наказывать того, кому эти наказания в никуда. Ты не игнорируешь, нет, честно отсиживаешь положенные часы наказания и даже вот эти вот все сочинения пишешь, но муками совести не страдаешь. А все ведь знают, что самое главное в наказании – вызвать муки совести и заставить вас проникнуться идеями.

Берёшь в руки пачку, вытаскиваешь сигарету. Привычно облизываешь губы и суешь сигарету в рот. Френсис тебе её поджигает, кажется, даже особо не задумываясь. Блаженно затягиваешься, наполняя лёгкие сизым дымом. Когда-нибудь – непременно – ты скончаешься от рака лёгких, но это будет так сильно не скоро, что ты предпочитаешь об этом не думать. Вообще ты о чертовски многом в этой жизни стараешься не думать – как будто из чувства противоречия. Ведь Энди думает буквально обо всём. Включая о том, чем ты будешь заниматься через десять лет и что завтракать, если вдруг – господи прости – твой любимый хлеб перестанут печь в местечковой пекарне. Ты не совсем понимаешь, зачем зря нагружать мозг, он же всё-таки один, но ладно. Если кому-то нравится думать много и о каждой мелочи, то пусть, каждый развлекается так, как умеет.

Через открытое окно попадает свежий воздух, он весело играет с твоими волосами, закрученными в тугие кудряшки – это типа должно быть мило, но тебя раздражает, надо подстричься. Хорошо. Наслаждаешься жизнью и тем, что отсутствуешь в душном актовом зале, где какой-нибудь зануда сейчас вещает со сцены чрезвычайно важную информацию, которая вам жизненно необходима. Выдыхаешь сизый дым в воздух и улыбаешься. Как простое покурить удивительно роднит двух незнакомых людей – вот Френсиса незнакомым человеком ты уже не чувствуешь. – Классно, что мы никуда не пошли, - в кабинете тихо, спокойно и никто не пинает стул. – И чем ты обычно занимаешься, Френсис? Ну, увлечения там и вот это вот всё? – явно не тем же, чем и ты. Впрочем… Ты бы не отказался от какой-нибудь подвижной командной игры или компьютера, но с твоим зрением немного сложно. У компьютера, конечно, существует специальная штука, которая озвучивает текст и специальная клавиатура с брайлем, однако в игрушки уже не поиграешь, в социальных сетях особенно не позалипаешь… Чем там ещё занимаются другие люди… К тому же три раза в неделю ты обязан быть в психологическом центре /до сих пор не можешь перестать очень громко закатывать глаза, вспоминая о сеансах, прости господи/. – А музыка какая тебе нравится? – у тебя где-то плеер с собой был… и шоколадка, точно! Но шоколадка – это потом, не сейчас. – А химия тебе нравится? – вы вроде как знакомитесь же, да? – Я вот химию не люблю. Ну, скучно. Сплошь теория и учитель, который сам засыпает от своих увлекательных рассказов. Самый адекватный предмет в школе – литература, можно даже поспорить прямо на уроке, - правда, на литературе ты появляешься так же редко, как и на уроке химии… Но литература как-то, да, интереснее. Не пропускаешь ты только уроки математики, говорят, у тебя даже способности /по сути, ты ходишь, потому что математику ведёт директор, трудно у него пропускать/.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » The roof is on fire


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно