внешностивакансиихочу к вамfaqправилакого спросить?вктелеграм
лучший пост:
северина дюмортье
считать падение невесомых звезд и собственные тяжелые. собственные — они впитывались в тебя сладострастным искушением, смертельным ядом; падения собственного духа... читать далее
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 23°C
jack

[telegram: cavalcanti_sun]
aaron

[telegram: wtf_deer]
billie

[telegram: kellzyaba]
mary

[лс]
tadeusz

[telegram: silt_strider]
amelia

[telegram: potos_flavus]
anton

[telegram: razumovsky_blya]
darcy

[telegram: semilunaris]
edo

[telegram: katrinelist]
eva

[telegram: pratoria]
siri

[telegram: mashizinga]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » The Princess, The Dragon and The Chessboard


The Princess, The Dragon and The Chessboard

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

Сакраменто | Октябрь 2020

Catharina Dawson & Guido Montanelli
https://funkyimg.com/i/34gHi.jpg https://funkyimg.com/i/34gHj.jpg

https://www.thechesswebsite.com/wp-content/uploads/2012/07/dragon-variation-big.jpg

Lightning hits the house of wax
Poets spill out on the street
To set alight the incomplete
Remainders of the future

Отредактировано Guido Montanelli (2020-04-25 17:50:36)

+1

2

[AVA] https://em.wattpad.com/f502d11bbd563ac39c21262c353fc8f2ea950ff3/68747470733a2f2f73332e616d617a6f6e6177732e636f6d2f776174747061642d6d656469612d736572766963652f53746f7279496d6167652f71653539465a666e4443707467513d3d2d3635333738323937392e313536363730666432653066333935373438363236353134313839342e676966

[/AVA]
[NIC] Friedrich Ankersmit[/NIC]
[STA]Gott hat uns verlassen.[/STA]
[SGN].[/SGN]
[LZ1]Фридрих Анкерсмит,26 y.o.
profession: член партии <Форум за демократию>
[/LZ1]

Радикалы

https://em.wattpad.com/cea308149f3fe958c11dde17c40e3e384db6cd48/68747470733a2f2f73332e616d617a6f6e6177732e636f6d2f776174747061642d6d656469612d736572766963652f53746f7279496d6167652f434839796b6958414e4d564f38673d3d2d3435373832313233302e313535353666643537396364636231643434363033323339373031342e676966 Имя: Фридрих Анкерсмит
Нация: Голландец
Информация: -Сын главы партии <Форум за демократию>
-Лидер по плану, убийство Катарины-Амалии.

https://thumbs.gfycat.com/EllipticalGrizzledGyrfalcon-max-1mb.gif Имя: Альбрехт Стен
Нация: Голландец
Информация: -Член партии <Форум за демократию>
-лучший друг Фридриха.

https://i.pinimg.com/originals/94/bb/1a/94bb1aee4149bffb43a54d1db1ebeb30.gif Имя:Генрих
Нация: Немец
Информация: -Член партии <Национал-демократическая партия Германии>
-знакомый Фридриха.

https://66.media.tumblr.com/72a4217b52f78b2bfe7e418ac1d71e63/tumblr_n1vyj3bQdN1ro8niuo7_250.gif Имя:Рудольф
Нация: Немец
Информация: -Член партии <Альтернатива для Германии>
-знакомый Фридриха.

Имя: Хендрик  Анкерсмит
Нация: Голландец
Информация: -Глава  партии <Форум за демократию>
-В данный момент находится  в Нидерландах. Помог сыну с планом.

Имя: Беатрис фон Шторх
Нация: Немка
Информация: -Вице-председатель партии <Альтернатива для Германии>
-В данный момент находится  в Германии.
-Относится к немецким аристократам.
-Помогла Фридриху материально.

-Волнуешься?- тихо проговорил Альбрехт. Он знал своего друга как свои пять пальцев, ведь они с детства были вместе, ходили в одну и ту же школу, затем пошли вместе в армию. Эти двое были как братья, которых не возможно было разлучить. Даже когда Фридрих рассказал о своём плане, Альбрехт сразу поддержал его, хотя знал, что это безумие. Фридрих Анкерсмит, тоже прекрасно понимал, что подобный план, может в любое момент пойти наперекосяк. Он прекрасно понимал, что после такого никогда не сможет вернуться на родину, даже в Европу не сможет. Наверное каждый бы спросил, стоит ли этой план,  такой жертвы?  Стоит.
Фридрих с детства пытался быть прекрасным сыном, учеником и солдатом, который отдаст жизнь за свою родину, партию и нацию. Он никогда не сомневался в словах своего отца, блондин всегда верил ему. Верил в то, что отец герой, который пытался спасти страну от мигрантов. Он хотел быть похожим на своего отца и также спасти страну  от мигрантов и предателей. С раннего возраста ему твердили, что предателей, которые встали на сторону мигрантов, нужно наказывать. Ведь они предали  родину,  предали свою нацию, таким людям не позволено жить в нашем обществе, их нужно было  истреблять.
Возможно кто-то подумает, что блондин ненормальный, который давным-давно должен был лежать в психической больнице. Возможно со стороны так казалось, но не в его партии. Именно там он чувствовал себя хорошо, он знал, что он не один, что люди в этой партии, его семья, которую он не мог  подвести. Они всегда в него верили и знали, что он станет героем страны. Так вот, этот день настал, именно сегодня он отдаст свой долг, пожертвует свободой, а может даже жизнью для этой миссии. Фрид должен был убить её, предательницу, которая предала всю страну, и как такая может стать королевой их страны. Одна мысль о ней, вызывала ненависть и презрение. Хотя  было и так ясно в кого она такая. Как говорится, яблоко от яблони недалеко падает. Ее отец, наш король Виллем-Александр, женился на аргентинке. Тем самым разбил традицию, тем самым предал страну, историю и нацию. Была надежда на дочь, которая поймёт ошибку отца и выберет в мужья голландца или немца, но нет, она повторила ошибку. Эта девушка вышла замуж за американца, у которого не было ни титула, ни манер этикета.  Он не знал  нидерландского,  немецкого и также  историю их страны. Он был позором. Как парламент мог допустить их брак?
Как только он думал об этом, его кровь закипала от ненависти.Когда он видел их по телевизору или на мероприятиях, он еле сдерживал себя, хотя мысленно убивал их. Затем у них родился сын, который стал наследником трона Нидерландов. Фридрих желал им всем смерти, жестокой и мучительной смерти, даже этому ребёнку, в котором текла американская кровь.
Так вот, для этой миссии, ему пришлось приехать на родину врага. Мистера Анкерсмит все раздражало, но он пытался сосредоточиться на своём плане, тем самым забыть обо всем, что он тут видел и слышал.  Все шло по плану, и это делало его счастливым.
-Немного,-ответил Фрид.  Его людям удалось проследить за наследницей, выманить охранника, убить его и добраться тем самым до Катарины.  Он сидел в машине, а затем отправился в приют, где он должен был убрать улики, чтобы никто не вышел бы на их след. Труп охранника и тело девушки было помещено в грузовик, видео с камер было удалено, а телефон пленницы был помещён в карман Фрида. Он должен был писать от ее имени, сообщения, чтобы никто не заметил пропажи. Когда время придёт, все должны будут эпично узнать о смерти Катарины- Амалии.

Отредактировано Catharina Dawson (2020-04-27 15:58:19)

+1

3

Поездка  в Сакраменто всегда была радостным событием. Особенно когда Ката так долго не была здесь, почти что год. Ведь после рождения Артура у нее почти не было времени. Так еще постоянные скандалы отца и мужа, потом кома на пять месяцев, еще  вирус, потом побег, в конечном итоге, можно сказать, что год был не лёгким.  Поэтому Доусон нужно было прийти в себя, проверить приют и побыть одной, хотя бы на одну неделю. Роберт не хотел отпускать жену, ибо знал, что она магнит для неприятностей, но девушка смогла его уговорить. Он остался в Нидерландах с Артуром и с королевской семьей.  После побега, они сумели поговорить по душам и решить проблемы. Теперь они больше не живут в замке с родителями Катарины, теперь у них был свой дом. Все были счастливы, но счастье продлилось  не долго.
Прилетев в Сакраменто блондинка остановилась в квартире Роберта, именно тут они жили, когда Катарина сбежала из королевства. С этой квартирой было связанно много воспоминаний. Только к сожалению  в данный момент у нее не было времени на воспоминания, ей нужно было найти свою подругу. Дарси Смит, была близкой подругой Катарины, которая следила за приютом, Ката доверяла ей и поэтому доверила ей такую дорогую вещь как приют. Мисс Смит никогда не подводила свою подругу, поэтому Ката удивилась, когда та отключила телефон и не отвечала на сообщения в соцсетях. У Доусон было плохое чувство, которое никогда ее не подводило. Принцесса решила проверить подругу, поэтому девушка отправилась поздним вечером в приют. Катарина-Амалия хотела проверить документы, чтобы быть уверенной, что Дарси не обманывает ее.  Перед тем как отправиться в приют, девушка поговорила с Робертом и с Артуром, и убедила первого, что идёт спать. Ката не любила врать, особенно когда дело касалась Роберта,но иногда не возможно было сказать правду. Ведь Катарина прекрасно знала, что если она расскажет о проблеме, то муж тут же приедет за ней. -Он, и так многое пережил.Я справлюсь сама, -подумала Ката и с этими мыслями, отправилась к входу приюта. Доусон даже не заметила машину,которая все это время следила за ней.  В последнее время девушка мало чего замечала, ибо все время была в своих мыслях.
Через охрану девушка прошла быстро, затем она отправилась в свой кабинет. На столе лежали письма и разные бумаги,было ясно, что Дарси забросила приют и Кате  будет нужно найти другого человека, который будет следить за приютом. Девушка села за свой любимый стол и начала заниматься делами приюта. Прошло пару часов, один из охранников ушёл домой, остался только один. Ката все ещё сидела в своём кабинете и разбирала бумаги. Она узнала многое новое о своей подруге, хотя после такого, они точно больше не подруги. Дарси Смит заложила приют, каким-то людям. Доусон ничего не понимала, ей нужно было срочно связаться с мошенницей.
Вдруг блондинка услышала шум, и ее любопытство сыграло большую роль. Девушка пошла проверить все ли в порядке.  В коридоре Рина не увидела никого. Может ей показалось? Наверное принцесса просто устала и просто хотела спать. Доусон собиралась забрать свои вещи из бюро и отправится домой. Ей нужно было выспаться и с новыми мыслями вернутся сюда. Только этому плану не суждено было сбыться.
Девушка положила свою руку на дверную ручку, как вдруг почувствовала чужое дыхание, а через пару секунд удар по голове чем то очень тяжёлым. После удара наступила темнота и холод, это последнее, что ощутила наследница.

Отредактировано Catharina Dawson (2020-04-30 16:02:12)

+1

4

Эпидемия нанесла свой удар по бизнесу, многие заведения и предприятия закрывались и ликвидировались, некоторые владельцы готовы были продать разорившееся дело хоть за что-то, чтобы не пойти по миру окончательно, вот только сложность и в том, что платёжеспособных покупателей тоже оставалось не так уж и много, а из тех, кто остался - не все готовы были рискнуть связаться с утратившими доход заведениями, которые, вероятно, больше уже не окупятся, - как не все были готовы и выдерживать ту конкуренцию, которая возникает после снятия карантинных мер, вероятно. Большой праздник - он же и большая нагрузка на развлекательный бизнес и сферу услуг, находящихся в замороженном состоянии слишком долго. А что бывает с куском льда, если по нему ударить достаточно сильно, или кинуть куда-нибудь? Он разбивается, верно. Гвидо, почти никогда за свою долгой жизнь не видевший ни снега, ни льда, предчувствует тот ледоход, который будет переживать планета. Неестественного в этом ничего нет, впрочем - реки оттаивают после каждой зимы.
А если ураган повалит яблоню, только и остаётся, что подобрать с земли те последние плоды, которые она успела дать. Монтанелли нужен был легальный бизнес, и для него вся эта ситуация была возможностью вложиться. Не очень стабильной, и не очень быстрой, может быть, но это было лучшей возможностью. Всем нужно пытаться как-то оставаться на плаву. Особенно среди дрейфующих льдин. Сегодняшняя ночь и напоминала сбор яблок - как и три предыдущих ночи, и вся неделя грозила быть такой же: поездки по городу, из точки в точку, одна за другой, встречи и подписание договоров, - процесс монотонный, даже скучный, гораздо интереснее и динамичнее было то, что к нему приводило - вот там имели место быть совершенно другие переговоры. Сейчас Гвидо ощущал себя словно крестьянин, собравшийся усеять поле: только вместо семян - деньги; чёрная наличность, которую и нужно было отмыть. Он почти ни у кого не выкупал дела целиком, по большей части - просто входя в долю, около 25-30 процентов, иногда - 35; бары, рестораны, частные магазинчики, все те, до кого государству дела особого не было. Будто пытаешься оживить землю, где раньше был лес, унесённый большим пожаром. Сажаешь в поле, обогащённом пеплом.
Приют для животных должен был быть просто очередной остановкой на этом маршруте. Дарси Смит, управляющая приютом, оказалась готова продать Монтанелли долю в бизнесе, и деньги пустить на развитие бизнеса - восстановление его, наверное, так будет вернее сказать; впрочем, он не планировал влезать в то, каким образом Дарси продолжала бы вести свои дела, если бы его вложение помогло бы сохранить приют, то тем лучше. Дело даже не в том, как быстро оно окупится, подобные заведения и существуют больше для имиджа, нежели ради прибыли - а Гвидо определённо не помешало бы и что-нибудь, что облагородило бы его фамилию. Что-то, что отличало бы его от обычного бандита в глазах общественности. И в глазах собственных детей, пожалуй... Дольфо из ребёнка превращался в юношу, Виттория и Джованни подрастали и начинали больше видеть вокруг себя, понимать больше, - а вокруг них был мир их отца, в котором их всюду сопровождали вооружённые люди, в котором постоянно были готовы к обороне от врагов и искали врагов всегда и всюду, в котором было слишком много жестокости, - и в этой жестокости можно было потерять не только детство. В мире насилия и боли - легче всего научиться насилию и боли. Легче всего научить именно этому. И хоть Гвидо твёрдо знал, что младшие Монтанелли научиться этому должны, это было далеко не всем, чему бы он хотел научить своих детей.
Чёрный "Хаммер" вынырнул из ночной темноты, припарковавшись у парадного входа в приют. Гвидо всегда нравилось заниматься подобной размеренной деятельностью именно по ночам, когда было тихо, когда на дорогах не было и тени от автомобильных пробок, а на тротуарах почти не было прохожих, и казалось, даже воздух был тише; а ночное звёздное небо навевало воспоминания о всех тех делах, которые он совершил под их светом раньше - каких-то, когда был намного моложе, каких-то, от которых слышит эхо до сих пор. Сейчас же, когда весь остальной мир спал, он твёрдо знал, что кроме него - не спят и те, кто ждёт его подписи на документах, ждёт его денег: и это было ещё одним аспектом, который объединял его и его будущих партнёров. Хотя приятно, наверное, это было только ему... Монтанелли повернул голову направо, разглядывая несколько кейсов рядом - сложенных на заднем сидении автомобиля: сумки, чемоданчики и кейсы были верными спутниками этих последних ночей - каждый содержал конкретную денежную сумму и конкретный набор документов; каждый был специально простикерован, неся на себя название фирмы, которую Гвидо посещал, и имя её владельца - чтобы было возможно ничего не перепутать, и действовать чётко и быстро. Подобные дипломаты помощники Монтанелли готовили ранним утром, после того, как объезды завершались - день и вечер они лежали, в одиннадцать часов - Гвидо выдвигался вновь. С ним всегда было двое сопровождающих. Сегодня передние сидения внедорожника занимали Алекс Мескана и его племянник, Нико. Тяжёлая передняя пассажирская дверца хлопнула, разрывая ночную темноту, - автомобиль чуть качнуло, когда грузный Алекс выбрался наружу. Взяв нужный чемоданчик, Гвидо тоже покинул автомобиль. Нико остался ждать с автомобилем. Машину, зачастую, даже не глушили - Монтанелли быстро возвращался назад. С учётом того, сколько горючего потребляет "Хаммер" - заправочная станция была конечной точкой каждого их маршрута.
Можно было бы ожидать, что встревоженные животные поднимут шум - но вот что показалось странным, внутри никого не было, клетки был пустыми, - учитывая, о каком месте шла речь, это должно было бы сообщить о человеческой доброе, об отсутствии брошенных, но, как ни странно, их необитаемый ряд сейчас наводил тоску, а тишина - тревогу. Ручка оказавшейся незакрытой двери, поддавшись слишком легко, оставила на ладони впечатление того, что рукоятка пистолета в ней была бы более уместной.
- Эй! Мисс Смит!.. - Гвидо подал голос, нарушив слишком тяжёлую тишину. Алекс вытащил из кармана мобильный телефон, включив фонарик, - нужно было бы найти выключатель, но сейчас два гангстера замешкались на пороге приюта, молчаливо раздумывая, стоит ли им вообще двигаться дальше. Имя управляющей приюта, высказанное вслух, должно было бы дать ответ на этот вопрос; но вместо этого послышался лишь какой-то шорох; и полоска света из-под двери кабинета на секунду перекрылась чьей-то тенью, будто кто-то прошёл мимо двери, встав рядом с ней. Но никто не открыл. Алекс и Гвидо переглянулись друг с другом. - Мисс Смит, Вы там?.. - они почувствовали неладное. Неладным тут прямо веяло. Мескана убрал телефон и вытащил пистолет, одновременно сделав шаг вправо - закрывая Гвидо своим телом; ладонь Монтанелли тоже нырнула под полу пиджака, нащупывая рукоять "Глока". Он начал отступать назад к входной двери.
Дверь кабинета с грохотом распахнулась, сделав луч кабинетного света гораздо светлей - но одновременно выпустив и чёрную тень, человеческий силуэт. Гвидо не успел его разглядеть как следует. Напряжённое спокойствие помещения оказалось окончательно разрушено в миг, а темноту его, словно вспышки молнии в вечернем небе, осветили две последующие вспышки, - гром не заставил себя долго ждать... выстрелив в их сторону дважды, силуэт поспешил к задней двери; Алекс выстрелил ему вслед, но тоже промахнулся, пуля чиркнула по перекладинам одной из клеток и отрикошетила в пол. Снаружи, с задней площадки приюта, послышался звук заводящегося мотора и чья-то торопливая речь - говорили, кажется, не по-английски, но Гвидо не был уверен. Выбежав наружу, они поспешили к "Хаммеру"; когда они забирались в салон - с задней площадки приюта, резко взвизгнув шинами, выехал грузовик. С переднего сидения кто-то высунулся, выстрелив во внедорожник несколько раз, - и автомобиль унёсся прочь, набирая обороты.
- Что за хрень?.. - переспрашивает Нико ошеломлённо.
- Cavolo... Тебя не задело, Алекс?.. - чемоданчик небрежно летит к остальным, и весь чёткий строй и порядок на заднем сидении нарушается, как фигура при игре в городки, кейсы падают на пол машины со стуком. Вопрос Нико не вызвал реакции, просто потому что было не до неё, хотя был довольно правильным в основе своей. Что это было? Засадой? Не похоже - тогда действовали бы более обстоятельно. Выждали бы их с Алексом в кабинете, затем убили бы там. Или поджидали бы сразу на входе. А их, очевидно, не ждали - они спугнули кого-то... грабителей? Но кому придёт в голову ограбить приют для животных?
- Давай за ними.

Внешний вид + шляпа

Алекс Мескана

Нико Пиглионика

Отредактировано Guido Montanelli (2020-05-01 00:12:36)

+1

5

[LZ1]Фридрих Анкерсмит,26 y.o.
profession: член партии <Форум за демократию>
[/LZ1]
[AVA] https://em.wattpad.com/f502d11bbd563ac39c21262c353fc8f2ea950ff3/68747470733a2f2f73332e616d617a6f6e6177732e636f6d2f776174747061642d6d656469612d736572766963652f53746f7279496d6167652f71653539465a666e4443707467513d3d2d3635333738323937392e313536363730666432653066333935373438363236353134313839342e676966

[/AVA]
[NIC] Friedrich Ankersmit[/NIC]
[STA]Gott hat uns verlassen.[/STA]
[SGN].[/SGN]
Удар по голове девушки, и вот ее тело лежало на холодном полу этого приюта.   Он не мог не насладиться этим моментом, ведь он ждал его так долго. Он помнил первую встречу с этой блондинкой, хотя вряд ли она его запомнила. Виллем-Александр и его дочь были на мероприятии в честь королевской армии, именно так мужчина увидел ее, предательницу страны и нации. Он смотрел на нее с презрением, ведь он был лучше ее, он чистокровный голландец, который никогда не покинул бы свою родину и не пустил бы в семью чужака. Этими мыслями мужчина вызвал у себя злость и ненависть, он уже был готов убить ее. Но нет, Рудольф во время остановил, ведь нужно было помучить предательницу, а затем жестоко убить. Было пару вариантов, Фриду нравились все,поэтому он пока не выбрал. Рудольф поднял тело блондинки и отнёс его в грузовик, а Альбрехт убрал улики. В это время Фрид зашёл в её кабинет, он не отличался ничем особенным. Единственное, что заметил Фридрих, это нидерландский флаг на стене. -Как она посмела повесить наш флаг в этом месте,-злость охватила разум мужчины и он со всей силы сорвал этой флаг. Он не понимал, как можно было уехать из Нидерландов, с родины, особенно если ты будущая королева страны. Сразу было видно, что мать и отец не воспитали дочь, хотя чему может научить аргентинка, танго? Ей нужен был жестокий режим, в суровых условиях, только тогда бы она поняла, что такое родина. Он помнил своё суровое детство и всю ту жестокость, которую он испытал на своем теле. Он прекрасно помнил, как отец заставлял петь гимн страны, а если Фрид путал или забывал слова, то отец бил его, заставлял полуголым стоять на холоде по ночам. Когда он получал плохие оценки, отец запирал его в подвале и оставлял без еды, пока Фрид не поймёт ошибку. Когда Фридриху исполнилось десять, отец подарил ему книгу, она была не обычной и ее было не так уж легко достать, но отец купил и подарил своему старшему сыну. Книга, которая была написана самим Гитлером, <<Mein Kampf>>.  Фридрих читал эту книгу каждый день и понимал, как важна нация и родина.
Мужчина отошёл от своих мыслей и вернулся в реальность. В данным момент не было времени на воспоминания из детства. В данный момент нужно было действовать. Блондин взял телефон Катарины и увидел заставку телефона, на ней был ребёнком,ее и Роберта ребёнок. Он собирался и его убить, но к сожалению даже тогда он не успокоиться, ибо Катарина была не единственной предательницей страны.
Положив телефон в карман, мужчина собирался покинуть кабинет, ведь на заднем выходе  его ждал Рудольф, остальные уже находились в грузовике. Вдруг ему послышались шаги, а затем чей тот голос. Это был английский,мужчина был в этом уверен на все сто, хотя ничего неожиданного, ибо они в Америке. Мужчина достал пистолет, который он приобрёл в местном магазине, единственный плюс в этой стране, оружие без какой-либо бумаги. Дверь распахнулась, на горизонте появились мужчины, которых Фрид никогда  раньше не видел. Он выстрел в них, но промахнулся, затем он попробовал еще раз, но он снова промахнулся.  -Чёрт, -подумал мужчина и воспользовался задней  дверью. Им нужно было смыться, пока эти люди не вызвали полицию. Затем один из мужчин попытался выстрелить в  Анкерсмит, но ничего не вышло.
-Беги,-крикнул на немецком Фрид, а затем они оба побежали к грузовику. -У нас гости,-проговорил мужчина и блондины сели в грузовик. Им нужно было отстать от этих людей, пока это было возможно. Генрих был за рулём, он отлично вёл машину, поэтому он сразу же взял на себя роль водителя. Грузовик отправился с большой скоростью в путь, Фридрих заметил чёрный Хаммер, который поехал за ними. -Они за нами, быстрей,- проговорил мужчина и открыл окно. Он несколько раз выстрелил в машину, надеясь, что они остановятся. В тоже время Генрих набирал скорость и пытался улизнуть от этой машины. В начале было 130, затем 150, а потом скорость дошла до 190, на большее этот грузовик  был не способен. - Кто это был? -спросил мистер Стен, он предполагал, что люди в машине, были охранниками королевской семьи. Хотя все было продумано и они были уверены, что Катарина приехала в Сакраменто без охраны. Может быть она все знала и специально устроило все это. -Не,знаю, но они явно местные,-сухо проговорил Фрид, смотря в зеркало, надеясь, что чёрный Хаммер отстанет от них. -Видимо мы не единственные, кто хочешь убить Амалию,- добавил Рудольф.  Не уже ли у этой принцессы было столько врагов? Что она еще скрывала ото всей страны?
  Генрих ехал по дорогам Сакраменто, не обращая внимания не на светофор, не на людей, еще немного и к ним прицепится полиция. Они стремились выехать из города, ибо за городом находилось их заброшенное помещения. -Ты успеешь! Зелёный,- Генрих смог проехать, а затем засветился красный и на перекрёстке  выехала машина, и этим задержала чёрного Хаммера и радикалом удалось смыться. Хотя, это только они думали, но они представить не могли, даже не подозревали, что люди в той машине, знали этот город намного лучше них. Они спокойно проехали оставшуюся дорогу, не замечая слежку, может дело было в тёмных дорогах, на которых ничего не было видно.
Наконец-то им удалось доехать до склада, который находился  недалеко от леса. Они специально нашли этот склад и если честно он прекрасно подходил под их планы. Тёмные коридоры, холодные комнаты, повсюду крысы и мыши, и  еще запах трупов, которые лежали в подвале. -Прекрасное место,-подумал Фридрих и ехидно улыбнулся.Они остановились возле ворот, Альбрехт и Рудольф взяли тело девушки и отправились на склад. Фридрих пошёл за ними, а Генрих должен был поехать в лес и избавится от трупа охранника. Генрих уехал, а мужчины зашли в здание. -Ты знаешь наш план, действуй, - проговорил Фрид и прошёл в свой "кабинет". Рудольф остался при выходе, он должен был следить за безопасностью, а Альбрехт с телом Катарины отправился в ванную. Там ее ждала первая пытка.

Отредактировано Catharina Dawson (2020-05-07 14:52:28)

+1

6

Мотор "Хаммера" надрывно ревел, демонстрируя всю свою мощь, словно сторожевой зверь, наконец спущенный со своей цепи и получивший возможность проявить себя во всей своей силе и верности - любимый автомобиль Гвидо Монтанелли, используемый им уже много лет, представлял собой махину не хуже армейского джипа, нёс на своём корпусе слой брони, и вполне мог бы использоваться в качестве военной машины, но большую часть своего времени выполнял функции скорее конвойного средства передвижения, направленный главным образом на безопасность Гвидо в дороге, и свойства его держались хотя и в готовом, но не использованном состоянии: сегодня был один из тех немногих моментов, когда возникла действительная необходимость их проявить: пистолетные пули, если и попали в корпус, не нанесли никаких серьёзных повреждений обшивке, - оставшись, вероятно, где-то позади, на асфальте проезжей части или тротуарном бетоне отработавшими своё кусочками свинца; поломанные металлические зубы, так и не достигшие своей цели...
- Дарси не отвечает. - Гвидо попробовал набрать номер Смит, но на том конце провода шли лишь длинные гудки - раз сигнал проходил, то и аппарат оставался включенным; возможно, управляющая приютом была ещё внутри? Просто без сознания, а возможно, даже мёртвая. Вряд ли те, кто сидел в грузовике, забрали мобильник себе - в этом случае, они бы, скорее всего, отключили бы его первым делом. Монтанелли бы на их месте так и сделал - телефон можно отследить; забавно, что по нынешним временам чем он дороже - тем, похоже, это сделать легче. Именно поэтому Гвидо вообще старался поменьше пользоваться мобильным, совершая только те звонки, что были проверены и легальны, не связаны с чем-то преступным - остальные указания по телефону он предпочитал отдавать через третьи лица: - Алекс, отправь в приют кого-нибудь - пусть выяснит, что там произошло.
Может быть, Дарси была нужна помощь, или смогла бы рассказать больше про тех, кто пришёл туда раньше них. Они с Месканой увидели только одного, - но почему-то казалось, что их было больше: вряд ли какой-то одинокий грабитель стал бы использовать целый грузовик для своего дела, куда больше подошёл бы манёвренный легковой автомобиль или мотоцикл, позволивший бы быстро скрыться с места преступления - грузовик же был не очень манёврен и даже для двоих слишком велик, если только вывезти из приюта не собирались что-то габаритное. Но что там могло бы быть крупного и ценного одновременно? Партия животных, ввезённых в страну контрабандой?.. Гвидо почти не сводил взгляд с кузова, мелькавшего перед ними вдали, словно это пристальное внимание могло бы дать ответ на его вопрос. На самом деле, просто старался запомнить его получше - разглядеть номер, если получится.
- И сообщи кому-нибудь наши координаты, пусть нас подстрахуют. - ещё одна-две машины не помешают, на случай непредвиденных обстоятельств - кто знает, может быть, и этих, в грузовике, кто-нибудь прикрывает, или в кузове они везут оружие посерьёзнее.
- А может, ну их - пусть едут?.. - переспрашивает Алекс, оглянувшись на Гвидо; ещё один взгляд дарует Нико через центральное зеркало заднего вида, но быстро возвращает его обратно на дорогу. Мескана был неспешен и рассудителен, подобные незапланированные приключения были ему не совсем по нраву, он предпочёл бы отступить, сгруппироваться и затем нанести удар, если бы в этом была необходимость; его племянник - напротив, всегда был жаден до каких-то активных действий, и сейчас, наблюдая возможность проявить себя, упустить её он не хотел. Нестись куда-то, очертя голову - это было вполне в его привычках.
- Нет. Они ведут какую-то деятельность на нашей территории, они вломились в заведение человека, с которым у нас взаимные обязательства, они стреляли в нас - я хочу понять, что происходит. - Монтанелли снова вытаскивает мобильник, собираясь обзвонить всех, кого они не успели объехать сегодня - и вряд ли успеют, неправильно заставлять их ждать впустую, тем более по ночам. Будет завтра, будет ещё другая ночь, другая возможность подписать всё то, что уже подготовлено - а вот если они упустят этот грузовик сейчас, уже нет такой уверенности, что предоставится ещё шанс его найти. К тому же, теперь не могло быть уверенности и в том, не поджидают ли его подобные сюрпризы по какому-нибудь ещё из нужных им адресов...
Они не рискнули приблизиться к грузовику на по-настоящему короткое расстояние, опасаясь оказаться сброшенными с дороги - машина преследуемых всё-таки была внушительнее по своему весу, оттеснить их к обочине получилось бы едва ли; Нико просто включил дальний свет фар, чтобы хотя бы исключить для его пассажиров возможность хорошего заднего обзора, заставляя бликовать зеркала заднего вида. Но в конечном итоге расстояние и сыграло против них, когда на очередном перекрёстке грузовик проскочил на зелёный, а "Хаммер" прорваться не успел - и выехав на дорогу, едва не въехал в автомобиль, вылетевший с правой стороны. Ударив по тормозам, Нико отвернул в сторону, отправив автомобиль в занос, выехав задней частью на тротуар, качнувшись, и едва не задев крыльцо одного из домов; теперь уже оконные стёкла выдали перелив в ярком свете фар, словно гирлянда на новогодней ёлке. Пассажиров мотнуло, кейсы снова загремели, ещё больше расстредотачиваясь по салону. Мотор не заглох, но теперь та тишина, с которой он работал, казалась резкой и ошеломляющей - такой же, впрочем, как и совершённый манёвр. Дыхание перехватило, но оправился от шока Гвидо достаточно быстро.
- Vaffanculo... - он выругался себе под нос, кинув взгляд в сторону автомобиля, с которым они чуть не столкнулись. - Набери Мака. Далеко он?..

Когда "Хаммер" вернулся на дорогу, преследуемой машины уже не было видно, но Монтанелли успел запомнить его номер и символику на борту кузова, - самым сложным было обнаружить грузовой автомобиль в ночи, по крайней мере - сделав это достаточно быстро. Гвидо не сомневался, что он смог бы выяснить по номерному знаку, кому автомобиль принадлежит, или кому сдан в прокат, - но всё это днём, к тому времени машину могли бы не только укрыть, но и попросту бросить либо уничтожить. И если уж решили действовать сразу - стоило доводить дело до конца.
Не слишком приметный "Шевроле" сел на хвост членам европейской радикальной партии немного погодя, завернув за ними через два перекрёстка, вынырнув почти что перед их носом - благо, что грузовых автомобилей в городской черте ездило не так уж и много, а многие из их маршрутов, или фирм, которые они представляли, людям Монтанелли были известны; не так сложно было и догадаться, что поведут грузовик к выезду из города - спрятать его в центре было бы непросто. "Хаммер" тоже продолжал преследование, но двигаясь теперь незримо для преследуемых - по параллельным улицам; через телефон Нико (чтоб не пропустить входящих звонков) Алекс теперь постоянно держал связь с водителем "Шевроле", отслеживая как его передвижение, так и перемещение грузовика. Они с Маком даже включили объектив на телефонах, поэтому за лобовым стеклом второй машины Гвидо мог даже наблюдать своими глазами. Время, проведённое им на винограднике в период изоляции, не было потрачено впустую - Монтанелли немного подтянул свои навыки обращения с техникой.  Что было даже ещё важнее, научился распознавать моменты, когда эти навыки применять стоило.

Бертоло "Бадди" Мескана

Подъезжая к приюту, Бадди существенно сбавил ход своего "Крайслера" - не хватало только нарваться на полицию; впрочем, полицейские сирены всегда бывает видно издалека, а растревоженный райончик, похоже, мирно уснул, даже если кто-то и услышал выстрелы, то полицию отчего-то предпочёл не вызывать, и Бадди спокойно припарковал машину, сам того не зная, на то самое место, которое занимал "Хаммер" немного ранее. Дядя объяснил всю ситуацию, так что из салона парень выбрался уже подготовленным - не только с пистолетом наготове, но и с фонариком в руке; включив его сразу же - и заметив, как в луче фонаря блеснуло что-то на земле. Присмотревшись, увидел - что это был кусочек металла: человеку, не знакомому с оружейной темой, даже затрудительно было бы узнать в нём отстрелянную пулю. Больше было похоже, что кто-то выплюнул жевательную резинку на тротуар... на всякий случай осветив пространство перед приютом, пройдя лучом фонаря по его окнам и стенам, Бадди двинулся внутрь. Перед тем, как войти внутрь - вытащил пистолет...
Но ни оружие, ни фонарь, ему не понадобились. Свет в кабинете так и остался невыключённым, и теперь настежь распахнутая дверь, покосившаяся - слегка деформированная после удара, нанесённого по ней Фридрихом, - позволяла ему проникать через проём, освещая внутреннее помещение в достаточной степени - а отыскав выключатель, Бадди окончательно избавился от мешавшей темноты. Самыми тёмными местами во всём приюте остались пулевые следы, подобные вещи склонны сразу бросаться в глаза, - и даже пугать некоторых людей, наводя мысли о чём-то ужасном. Но на самом деле, темнота Бадди волновала больше. Он выключил фонарь, свет которого был уже бесполезен, но продолжил держать его в руке - в случае чего, увесистый инструмент смог бы сыграть роль ударного оружия. К тому же, он ещё не всё осмотрел, и потому не был уверен на сто процентов, что внутри никого не осталось - потому, только заглянув в кабинет, он сначала двинулся дальше. Осмотрел остальные помещения, вышел на заднюю площадку, откуда выехал грузовик, оглядев и её тоже - а когда возвращался назад, приостановился и принюхался: в коридорчке, ведущем к задней двери, отчётливо пахло моющим средством, - и пространство до выхода выглядело действительно так, словно его вымыли только что; но вот об остальной части помещения нельзя было сказать того же самого... лишь затем парень вернулся в кабинет, где, видимо, и происходила основная деятельность. Сразу бросался в глаза лёгкий беспорядок на столе - не из тех, что можно назвать "бардаком", но в том смысле, будто кто-то за столом работал только что. Привлекал внимание так же и пустой сейф, открытый, ключи всё ещё торчали из скважины. Положив на стол фонарь, Бадди достал мобильный:
- Дядя, это я. Здесь никого, только сейф открыт и документы по столу разбросаны. И кто-то явно коридор отмывал как раз перед вашим приездом, до сих пор пахнет.
- Хорошо. Забери пули, если это возможно, и уходи оттуда.
Недовольно попыхтев, Бадди оглянулся по сторонам. Если придётся вытаскивать пули из стен - придётся позаимствовать плоскогубцы, или ещё что-нибудь, у владельцев заведения... интересно, а перекусить у них тут ничего не было? Нервная обстановка пробуждала у парня аппетит.

Гвидо набрал Дарси ещё раз, но череда длинных гудков снова не дала результата. Не вовлекаясь в разговор Алекса с племянником, он слышал, что Бадди сказал, - и выводы свои сделал: обычно, если помещение убирают, то убирают полностью - а если кто-то отмывает пол частично, это означает, что кто-то заметает следы. Кровь, скорее всего. Если воруешь что-то, что способно оставлять следы грязи, - смазки, бензина, масла, или пищевые какие-то следы, - убирать за собой тебе вряд ли придёт в голову.
- Моё предположение - это Смит там, у них. - убрав мобильник в карман, Гвидо указал на здание склада. Похитители, возможно, выбрали именно помещение из-за того, что забор вокруг был высоким, образовывая собой бетонную стену, и сохранился достаточно целостно, чтобы оставаться непроницаемым для взглядов с дороги. На самом деле, это стало их ошибкой. Они сами лишились возможности видеть, что происходит на дороге. И не видели их, расположившихся в пятидесяти метрах.
Грузовой автомобиль уехал дальше, даже не став заезжать на территорию склада, Мак поехал вслед за ним, только передав остальным, что увидел - на склад вошли трое человек, несли что-то, - похоже было на тело, но он не разглядел лучше. Выходило, что на складе было, как минимум, трое. И Дарси - или кто бы ни был в их руках, - скорее всего, была ещё жива: сложно придумать причину, по которой на заброшенный склад за городом нужно было бы везти покойника, - более вероятно, что от взглядов случайных свидетелей хотели укрыть что-нибудь ещё более отвратительное, чем смерть. Пытки, возможно. Или даже сексуальные, а может и какие-то другие, извращения...

Мак Иннаморато

Грузовик не так уж далеко уехал, команда даже не успела принять какое-то окончательное решение о том, что с ним делать - можно было бы ожидать, что он доберётся до какого-то ещё помещения, но он свернул на колею, ведущую к лесной опушке. Мак припарковал автомобиль у обочины, слежку решив продолжить на ногах - едва ли на машине он уедет слишком глубоко в лес, но на узкой колее хвост заметят точно, а вот одному человеку больше шансов укрыться. Забрав пистолет из бардачка, Мак двинулся дальше, стараясь следовать с краю от колеи - хотя бы под частичным прикрытием высокой травы; грузовик было тяжело потерять из виду, особенно до тех пор, пока его мотор работал и можно было ориентироваться на свет габаритных огней. Конечно, передвигаться на нём - было быстрей, чем пешком, потому Мак слегка запоздал, и Генрих уже вытащил труп из кузова, потащил его закапывать. Оставалось идти по следу, которые оставляло тело на земле, - неглубокой борозде, характерной для чего-то, что волокут по земле; иногда сопровождаемые влажными пятнами с правой стороны. Видно было плохо, а подсвечивать себе дорогу преследователь опасался, чтобы не оказаться раскрытым раньше времени, впрочем, этого и не требовалось, пока можно было ориентироваться и на слух - растревоженные присутствием людей и смерти, ночные животные попрятались. Вокруг было очень тихо, и потому шорох доносился отчётливо до оскорбительного. Мак догнал Генриха уже у ямы, - видимо, приготовленной радикалами заранее, даже лопата была уже там. Сбросив труп в яму и устало выдохнув, мужчина потянулся за ней, но преследователь не дал ему этого сделать:
- Привет, мать твою. Руки поднял!.. - дуло револьвера коснулось затылка Генриха, боёк издал характерный щелчок, сообщая о том, что механизм оказался взведён. Левая ладонь коснулась спины немца, разыскивая его оружие - а когда его рукоятка была обнаружена, второе дуло тоже оказалось направлено на него. - Ты кто такой? - Мак не получил чётких указаний, а теперь обе его руки были заняты стволами, а внимание стоило уделять тому, кому он взял на прицел - так что и вариант сделать звонок отпадал; по крайней мере временно. Потому приходилось импровизировать. - А это - кто такой? - кивнул на яму, где мужик в сине-чёрной униформе, собравшей, к тому же, всю грязь отсюда до лесной опушке, скорчился в неестественной позе. У Мака не было проблем с тем, чтобы причинить встречному боль или даже уложить его в эту же яму, если придётся, и дело не в чувстве справедливости - просто у него были совершенно другие планы на эту ночь. Звонок Алекса поднял его из-за игорного стола, в тот момент, когда ему шла карта. И благодаря Генриху он, вероятно, вернётся теперь к жене и ребёнку только под утро - и ночная прогулка по лесу настроения тоже не добавляла.

+1

7

[LZ1]Фридрих Анкерсмит,26 y.o.
profession: член партии <Форум за демократию>
[/LZ1]
[AVA] https://em.wattpad.com/f502d11bbd563ac39c21262c353fc8f2ea950ff3/68747470733a2f2f73332e616d617a6f6e6177732e636f6d2f776174747061642d6d656469612d736572766963652f53746f7279496d6167652f71653539465a666e4443707467513d3d2d3635333738323937392e313536363730666432653066333935373438363236353134313839342e676966

[/AVA]
[NIC] Friedrich Ankersmit[/NIC]
[STA]Gott hat uns verlassen.[/STA]
[SGN].[/SGN]

От Генриха:

Закапывать трупы, было дело не из самых приятных. Хотя очень необычным, ведь не каждый вечер выпадает такая возможность. Генриху нравилось новые задания, ибо тем самым он набирал опыт. Генрих был новичком в таких делах, поэтому для него все было в первой. Новые знакомые, новые задания, новые приключения, все было очень интересно, особенно когда все это должно было пойти на пользу нации. Генри никогда не задал себе вопроса, а правильно ли он поступает? Разве можно было лишать человека жизни, только потому что он не той же  нации как ты. Генрих просто верил в то, что он герой, который должен спасти Европу от мигрантов.  Ради этого он был готов, отдать все, даже  свою жизнь.
Генрих притащил труп к яме, это был первый труп за последние дни, который он будет закапывать. Остальные тела находились в подвале, к сожалению руки до них не доходили, хотя нужно было действовать, пока по всему складу не распространился запах гниения.  Просто у Генри не было времени, ибо они должны были разрабатывать план по похищению Катарины-Амалии, поэтому все остальное было на втором плане.   
Все шло  бы по плану, если не Дарси Смит, по вине этой девушки, их план провалился. Хотя они  даже не подозревали об этом. Генрих не подозревал, что кто-то следил за ним в этом лесу и что за участь ждала его этой ночью. Он сбросил труп охранника в яму и уже собирался взять лопату, как вдруг  услышал голос. Голос, не был знакомым, этот человек был местным, ибо говорил отлично на английском. Если он был бы  из охранников королевской семьи, то он бы заговорил на нидерландском. К сожалению он не мог распознать мужчину по голосу, Генри также не мог увидеть лицо нового врага. Блондин поднял руки, он не мог поступить по другому, ибо у нового врага был револьвер. Затем его ладонь коснулось спины мужчины.-Чёрт,-подумал мужчина, он нашёл оружие Генриха. Хотя у немца было еще одно оружие, которое лежало в безопасном месте. Это был нож, который он унаследовал от своего дела. Генрих всегда носил его собой и никогда не расставался с этой вещью, которая находилась в правом кармане брюк. На вопрос мужчины Генрих ехидно засмеялся, а затем ответил на немецком языке. - Не думал я, что умру на чужой территории. Но родина этого стоит. Я пожертвую своей жизнью , ради благо моего народа, ради благо Европы.
Генрих снова ехидно улыбнулся, затем он со всей силой стукнул своей ногой,ногу своего врага,и тем самым отвлёк его на пару секунд. Генрих взял нож из своего кармана и хотел использовать его на Маке, но тот оказался сильнее и быстрее.

От Альбрехта
Он прекрасно знал на что шёл, он знал, что не вернётся домой, не увидит семью. Ему придётся прятаться в другой стране, только вопрос в какой? У него было пару идей, но пока он не хотел об этом думать. Он не мог представить как больше не вернётся в Лейден, не увидит маленькие домики, множество мостов и конечно же каналы. И ради чего, ради нее? Этот план был безумен, но что было поделать, он должен был спасти свою страну. Он должен был отомстить.
Мужчина зашёл в ванную комнату, в которой стояла старая ванная, видимо раньше в ней мылись рабочие, которым приходилось оставаться на складе пару дней. Брюнет положил тело блондинки на кафельный пол, а сам мужчина отправился в соседнею комнату, где стоял холодильник.  Мужчина достал из холодильника два пакета льда, в которых было по пять  килограммов. С этими пакетами голландец отправился в ванную комнату. Когда он вернулся, то тело девушки все еще лежало на полу, видимо после удара кирпичом, человек не сразу отходит. В начале он налил холодную воду, потом высыпал лёд в ванную,а затем сел на корточки перед Катой. Он пару раз ударил ее по лицу, чтобы та очнулась. Ему нравилось издеваться на заложниками, особенно когда они заслужили насилие.
Прошло пару минут и девушка начала приходить в себя. -Привет,-на нидерландском проговорил мужчина и взял ее тело снова на руки. Он подошёл к ванне и сбросил ее тело в холодную воду. Девушка брыкалась и пыталась освободиться, но ничего не получалось. Альбрехт был слишком сильным, а Катарина слишком слабой. Мужчина держал девушку под водой, не давая ей вернуться   на поверхность. -Это тебе за Нидерланды. Это тебе за предательство, неблагодарная,- мужчина повторял данные слова и со всей силы держал девушку. Блондинка брыкалась, но это ей не помогало,  Альбрехт только усиливал свою силу. Вдруг в ванную комнату зашёл Фридрих. Как только он зашёл, Альбрехт отпустил девушку. Брюнет вытащил блондинку из воды и бросил со всей силы на пол. Катарина кашляла и даже задыхалась, у нее также не был сил сопротивляться. -Она твоя,- проговорил Стен и отошёл от принцессы. У Фридриха в руках был скальпель и он не мог дождаться к его применению.

Отредактировано Catharina Dawson (2020-05-07 16:32:26)

+1

8

Мачедоне "Мак" Иннаморато

Вечер обещал быть таким приятным и спокойным, дела на этой неделе шли так хорошо, как давно уже не было, даже дома всё как-то налаживалось, жена была довольна и счастлива, что он возвращался домой хотя и засветло, но регулярно, не воняя при этом порохом и собрав на себя всю грязь и кровь, через которую прошёл в этот день, - может, немного выпимши, но зато не побитый, и явно никого тоже не бивший... Внезапно приходишь в себя в лесной чаще, у ямы, в которой лежит покойник, - и яма вырыта заранее, а вот покойник, судя по всему, ещё свежий, - целишься в какого-то мужика из его же собственного пистолета, а он ещё и отвечает тебе на языке, на котором ты не говоришь - и единственное, что ты понимаешь, что находишься посреди чёрт знает чего, сразу в нескольких смыслах этого слова; а как только перешагнёшь порог дома - конец придёт чистоте полов, потому что ноги в лесной грязи чуть не по колено, и первым направлением после того, как снимешь ботинки, будет почётное место стиральной машины, а не собственная спальня, иначе можешь перемарать и всё остальное вокруг. Палец на курке напрягается от одной только злости. А чёртов иностранец ничего не предпринимает для того, чтобы понизить её уровень...
- Что ты брешешь там, говнюк? - а немецкая речь начинает напоминать лай. А когда лают собаки - это обычно означает признак тревоги. Если даже не конкретный её сигнал... Мак не был уверен, что водитель злополучного грузовика его понимает, но планировал хотя бы попробовать выбить из него ответы на вопросы, которые только что задал, уже даже замахнулся правой рукой, собираясь дать ему пистолетом по голове, но, внезапно почувствовав резкую боль в правой ноге, накренился в сторону и упал. Ругательство оказалось прервано ударом об землю, но щедро компенсировалось непроизвольным выстрелом - палец на курке чужого пистолета дёрнулся, постав пулю в ствол ближайшего дерева. Сквозь эхо хлопка можно было расслышать какой-то странный, ещё более чужеродный, чем немецкая речь в центре Калифорнии, звук - похоже, они потревожили какую-то ночную птицу.
Мак совершил ошибку. Первым делом после того, как он разоружил человека, стоявшего перед ним, - ему стоило бы заставить его встать на колени, и это вполне предотвратило бы то, что случилось: и для предотвращения таких вот случаев как раз и действуют правила произведения полицейских захватов. Определённо, они могли бы сохранить и чистоту его костюма тоже. Но, разумеется, мистер Иннаморато не проходил курса Академии, и вообще предпочёл бы держаться от места, где скапливается столько полицейских, как можно дальше...
А выстрел мог бы стать фатальным, окажись угол падения другим - развернув руку по-другому, или даже потянувшись к источнику боли, как инстинктивно обычно и происходит, Мак вполне мог подстрелить и себя самого. Повезло, что этого не случилось. И вместо того, чтобы искалечить, громкий хлопок, напротив, поспособствовал выводу парня из кратковременного оцепенения - затем наличие реакции подправило недостаток выучки, что и уберегло гангстера от перспективы оказаться в этой же яме с ножевым или несколькими. Выставив обе руки вперёд, Мак спустил оба курка разом, и затем продолжил нажимать на спусковые крючки, снова и снова, до тех пор, пока оружие вместо выстрела не донесло до его слуха щелчок. В револьвере патроны кончились; в магазине пистолета - осталась, должно быть, примерно половина боезапаса. Большинство пуль прошли мимо цели, задев ветви окрестных деревьев, но той дозы свинца, что принял немецкий националист, оказалось вполне достаточно для того, чтобы исполнить его желание погибнуть за свою страну и свои идеалы. Генрих отступил на полтора неловких шага назад, замер на секунду, вскинув голову к ночному небу, проглядывающему сквозь древесные кроны, но звёзд уже не увидел; умерев за те несколько мгновений перед тем, что, потеряв равновесие, упал на спину, чуть не скатившись в яму. Нож, выпав из его руки, воткнулся лезвием в мягкую почву. Встав с земли, медленно подойдя к поверженному противнику, продолжая сжимать оба ствола в руках - Мак убедился, что он мёртв. И только затем опустил взгляд вниз, в свете звёзд и месяца наблюдая, во что превратился его костюм: пиджак и штанины брюк сзади были измараны во влажной земле, он даже через ткань это мог почувствовать - спереди же на лацканах и футболки стали видны темноватые пятна неправильной формы. Иннаморато знал о крови достаточно, чтобы узнать её следы:
- Ах ты мразь такая, а... - измаравший его напоследок своей кровью, истинный ариец получает вдогонку своей кончине несколько пинков; которые, впрочем, возвращаются той болью, что он причинил ранее - Мак подпрыгнул пару раз на здоровой ноге, пытаясь её унять: - Сука!..

Гвидо, Алекс и Нико

Гвидо внимательно вглядывался в блочный забор, окружавший территорию склада изучая буквально каждый его сантиметр - насколько расстояние до неё позволяло, по крайней мере, - а затем, нацепив на нос очки, повторил процесс от начала и до конца: он пытался идентифицировать какую-либо брешь, слабое место; возможно, щель, достаточно широкую, чтобы они просочились - даже Алекс, желательно. Ожидая каких-то новостей от Мака или остальных, команда перевела мобильники на беззвучный режим. Переговаривались тоже шёпотом, на всякий случай, - Монтанелли, впрочем, приказал остальным вообще помалкивать, если не будет что-то важное, что сказать. Ночь была очень ясная и тихая, особенно для осени - и потому, даже просто прислушиваясь, возможно было услышать, что происходит на складе; во всяком случае, он надеялся бы услышать.
- Может, ворота вынесем? Хаммер достаточно тяжёлый. - Нико разработал свой план штурма; пистолет-пулемёт, находившийся под сидением всё это время, и теперь лежавший у него на коленях, матовым блеском своего покрытия сообщал о готовности его реализовать; Пиглионика обожал это оружие так сильно, что даже имя собственное ему дал - "мистер Спич".
- А передок чинить ему потом сам будешь? - протянул в ответ Гвидо, продолжая внимательное созерцание плотной бетонной стены. - Мы не знаем, сколько их там. Может, полсотни. - хотя это было сомнительно. Большое количество человек создаёт пропорциональное количество шума, - если только все не спят в повалку, конечно, но будь их там по-настоящему много - было бы логично выставить и патрули или часовых. Да и сколько нужно человек, чтобы охранять одну девчонку?.. Впрочем, быть может, девушка там была не одна.
- Мак звонит. - дисплей Алекса включается, и он спешит его приложить к уху, чтобы он опять потух и разговор бы начался. Световые сигналы на складе могли заметить так же запросто, как и шумовые. И потому ставить на громкую связь было не вариантом... сняв шляпу, Гвидо придвинулся к Мескане, почти коснувшись своим ухом его мобильного:

Мачедоне "Мак" Иннаморато

- Тут какая-то полная хрень происходит. - обыскав карманы Генриха, Мак всё их содержимое выложил на земле, выстроив в ряд, - а в ещё одну такую же шеренгу разложил и личные вещи убитого охранника. Из всей этой кучи предметов он облюбовал только нож - и, держа телефон правой рукой, вертел его левой, разглядывая то его лезвие, то его резную рукоятку, на ней была изображена свастика, а на гарде был выгровиран орёл, раскинувший крылья, - вещица явно не новая, но в отличном состоянии. Была столь же изящной, сколь и опасной. - В грузовике был, что называется, особый груз. Из тех, что без присмотра не оставишь. Скоропортящийся. - перевернув нож в ладони, парень осмотрел тыльную его сторону. Думая о том, что стоит показать его дочери Гвидо, на экспертизу - убедиться, что не подделка, - Мак уже собирался оставить нож себе себе, как трофей. - На него даже накладные есть. Но с перевозчиком разговор как-то не задался, - он ушёл. Поэтому теперь груза ещё больше, а маршрут не завершён.

Гвидо, Алекс и Нико

Иными словами, в грузовике был покойник, а какой у покойников "маршрут" - это всем известно. Вот только довезти труп до конечной точки этого маршрута, то есть, избавиться от тела, не удалось, Мак убил самого водителя - почему именно так получилось, заметил ли он слежку, или что-то ещё случилось, лучше выяснить позже, когда они увидятся лично; разговор и без того не носил характер телефонного. Единственное, что Гвидо не уловил - какие такие "накладные" его человек имел в виду. Хуже всего было то, что водитель грузовика уже не скажет ни о том, что было на складе, или кто был, ни о том, какого сопротивления можно ожидать тому, кто рискнёт туда вломиться.
- Телефон? - тихо переспрашивает Гвидо.
- Телефон перевозчик оставил?
- Там ни слова по-английски. Какая-то иностранная фирма. - слышится шуршание (Мак перебрался к вещам охранника приюта и взял его водительское удостоверение). - Груз наш, фирма - иностранная.
- Вот что, - Нико, оставайся здесь; Алекс, мы с тобой поедем к нему. Ему лучше убраться оттуда, но грузовик тоже лучше перегнать. Я, кажется, кое-что придумал...

План Монтанелли был в основе своей несложен: обитатели склада сами должны пустить свой грузовик внутрь, когда он вернётся, если задачей встреченного ведомым Маком немца было только избавиться от тела в лесу; а если даже и нет - дверь всё равно должны открыть, хотя бы чтобы просто разобраться в ситуации. Классический метод, который впервые и навеки был запечатлён на страницах истории, как "Троянский конь"... автомобили Мака и Гвидо припарковали примерно в километре от склада, чтобы не вызывать лишних подозрений; сам Мак теперь пилотировал автомобиль, - для большего сходства своего силуэта с похитителем ему даже пришлось напялить его куртку, - а Алекс и Гвидо скрывались в кузове, и по пути пытались изучать мобильный телефон Генриха. Это немного что давало, с учётом того, что ни один из них не говорил ни по-немецки, ни по-голландски - однако, удалось выяснить, что контактировал националист в последнее время только с тремя другими номерами; в записной книжке они сопровождались фотографиями, к тому же - потому можно сказать, что Монтанелли теперь знал лица тех, с кем придётся встретиться. 
Нико изменил свою дислокацию таким образом, чтобы продолжать иметь возможность наблюдать за складом, хотя бы издалека, но чтобы его можно было подобрать по дороге; он устроился в просторной кабине, на пассажирском сидении - так, чтобы не было видно со стороны лобового стекла, что в машине кроме водителя ещё кто-то есть, - и должен был подстраховать Мака, покинув машину вслед за ним. Позади мощного света фар в салоне становилось будто бы ещё темнее, и притом, что водитель имел возможность рассмотреть, что происходит за забором, уже при въезде - были неплохие шансы и на то, что его не разглядят достаточно быстро, чтобы успеть дать задний ход, в случае чего.
Остановив машину перед въездом, Мак дважды нажимает на клаксон. Гвидо припомнил, что, когда Дарси привезли сюда - дверь грузовику не открывал вообще никто, парни просто вылезли из кабины и пронесли тела внутрь - часовых не было... что создавало бОльшую вероятность того, что их там и есть всего трое; впрочем, даже трое человек - представляли опасность, к тому же, не было известно, вооружены ли они и насколько хорошо. Автомат, который возил с собой Нико, мог бы сейчас сослужить хорошую службу.

Приложение 1: трофей Мака
Приложение 2: автомат Нико

Отредактировано Guido Montanelli (2020-05-07 20:30:16)

+1

9

Кошмары преследовали Катарину почти что каждую ночь. После свадьбы подруги девушка долго не могла спать, ей все время казалось, что в доме кто-то есть, что кто-то хочет ее убить. Затем ее чуть не убил какой-то маньяк, который только ранел девушку в руку, полиция к сожалению  не нашла его.  Это еще больше ужасало. Затем родственница Роберта хотела избавиться от Каты, а теперь еще какие-то радикалы. Ката никогда не была плохим человеком, девушка всегда помогала людям и хорошо относилась к животным, но ее все равно хотели убить. Откуда в людях было столько ненависти? Чем Катарина, им не угодила ? Хотя в этом мире никогда не возможно всем угодить. Всегда найдётся человек, который будет критиковать или будет не довольным, поведением принцессы.
Голубоглазая почувствовала удары на своим щеках. Доусон стала приходить в себя после ударов. Голова очень сильно болела, в глазах было все темно, единственное, что чувствовала принцесса, это был холод и боль.   Эти чувства девушка не раз испытывала, ибо ее не раз похищали.
Ей послышался знакомый язык, это был ее родной нидерландский. Девушка не могла понять, что тут происходит и кто это такой? Блондинка не понимала, что говорит мужчина, ибо боль заглушала речь молодого человека. -Что?- единственное, что проговорила Амалия, хотя вряд ли Альбрехт услышал это тихое шептание. Катарина не успела  открыть глаза, как вдруг ее кто-то взял на руки. Блондинка надеялась на спасение, но это была лишь очередная пытка.
Девушка не могла понять, что именно происходит и кто эти люди. Мужчина бросил Амалию в ледяную воду. Блондинка снова почувствовала удар, а затем холод, который пробирал до самых костей. Мистер Стен погрузил принцессу под воду, не давая возможности подняться на поверхность. Катарина чувствовала бездыханность и беспомощность. Холодная вода атрофировала мускулы и девушка не могла нормально двигаться.  Все равно Доусон пыталась выбраться,хотя это было не лёгким делом. Блондинка брыкалась, пыталась убрать руки мужчины, но все было бесполезно. Он был слишком сильным, а у нее не хватало сил сопротивляться. Альбрехт пытался оставить ее как можно дольше под водой. Ноги принцессы онемели после такой процедуры.
  Вдруг зашёл Фрид и исправил происходящее, мистер Стен решил отпустить девушку. Катарина почувствовала облегчение, мужчина на миг убрал свои руки, девушка выплыла на поверхность и смогла почувствовать воздух. К сожалению она не могла нормально открыть глаза, но она слышала родной язык. Ката не успела что-то  сказать, как Альбрехт снова взял ее на руки, а затем со всей силой повалил на пол.   Кате не хватало воздуха, а также девушка не переставала кашлять, ибо  слишком много воды  наглоталась. Затем она почувствовала, что Стен стал держать ее руки, а Фрид сел на ноги, чтобы девушка не смогла брыкаться.- Что вы делаете? - проговорила на нидерландском принцесса, но никто на этот вопрос не ответил.
Анкерсмит достал скальпель и приблизелся  к лицу заложницы. -До тебя, мы добрались, затем мы доберёмся до твоего мужа и сына, предательница.-С этими словами мужчина начал проводить скальпелем по руке молодой девушки. На кожи молодой принцессы мужчина написал <<предательница>>. Катарина кричала, пыталась освободиться, но все было в пустую. Хотя вдруг в коридоре послышался шум. Фрид был уверен, что услышал выстрелы. Альбрехт отпустил руки принцессы, вытащил свой пистолет и отправился проверить Рудольфа, который стоял на страже.
  Блондинка чувствовала как проникал скальпель под ее кожу, как больно это было. Доусон кричала, как только могла, но этого было не достаточно и кто бы ее услышал? Наверное никто, ведь этот склад находился далеко от города и сюда никто не ходил гулять.
Теперь они остались одни, Фридрих и Катарина, этого момента Фрид ждал очень долго. Теперь он сможет делать все что пожелает с девушкой, которая лежала на полу,  полумёртвая. Он разорвал блузку принцессы, а затем провёл скальпелем по кожи живота Доусон. Фрид собирался расчленить тело девушки и эти фотографии послать королю и его зятю. Будет отличное завершение 2020 года для Европы.

Отредактировано Catharina Dawson (2020-06-09 01:00:55)

+1

10

По дороге Гвидо всё пытался понять ту картинку, что составлялась перед ним, глядя в лицо охраннику - мёртвые тела тоже находились в кузове, гангстеры решили взять забрать их с собой, чтобы не пришлось делать второй заход, так что гражданин Германии и мужчина в форменной голубой рубашке были их спутниками, и уже эти элементы олицетворяли довольно многое, но это вызывало больше вопросов, чем ответов. Всё, что было ему очевидно пока - что охранника убили сзади, закололи чем-то острым, возможно - тем же самым ножом, который достался Маку, - в таких вещах Монтанелли всегда понимал неплохо. Но сколь бы безошибочен ни был ответ на вопрос "как", на вопрос "почему" это ответа не давало. По внешнему виду убитого парня, он мог бы заключить, что он принадлежит к какой-нибудь нацисткой банде, представители которых встречались на его пути время от времени, но те, перенимая символику и часть идеологии "Третьего рейха", не стремились подражать Гитлеру в его родном языке - немецкий язык, немецкие документы, всё это здорово усложняло: парень не был очередной белой швалью, пытавшегося взвалить на мир вокруг вес вины за собственное ничтожество, эти гости были организованы. Происходило что-то крупное.
Тяжёлые металлические ворота отворились с резким скрипом - эта их особенность была кстати, тем, кто находился в кузове, этот звук уже сам по себе сообщил о том, что их обман сработал, обитатели склада действительно собирались безропотно пустить внутрь знакомую им машину. И вместе с тем, как мотор её снова сменил холостые обороты на ход первой передачи, Гвидо напрягся, приподняв пистолет, сжав его поудобнее. Размышлять было уже поздно, разбираться придётся потом. Возможно, впрочем, какие-то ответы они получат уже сейчас...
Включив дальний свет, чтобы осветить внутреннюю площадку как можно ярче, Мак производит два стука по задней стенке кабины, которые были слышны и в кузове: сигнал, обговорённый чуть ранее, перед выездом - два долгих стука значили, что он не видит никого во дворе, и можно было бы не ожидать серьёзного сопротивления; наличие же потенциальной угрозы обозначались бы краткими ударами, столько, сколько было бы человек на площадке, не считая того, что открыл им ворота. Но стука было всего два, и долгих, размеренных.
- Ну что, готов? Как в старые-добрые... - шепчет Гвидо Алексу, перебираясь к выходу, занимая место у правой стенки кузова - Мескана устроился напротив, у правой. Договорились на счёт два; пальцами левой руки Монтанелли показывает - раз, два... и двери кузова резко распахиваются, закрывавший ворота Рудольф успевает лишь оглянуться перед тем, как получает рукояткой пистолета по лицу, Алекс одним ударом умудрился раздробить ему переносицу - а Гвидо даёт подножку, заставляя уткнуться в землю сломанным носом. К ней же Алекс прижимает подошвой ботинка его правое запястье, чтобы тот не достал оружие - молодые люди, тем временем, покинули кабину, оставив двери открытыми - и с оружием наготове разбежались в разные стороны, обследуя двор. Лишь окончательно убедившись в том, что, кроме того, что был в руках Мотанелли и Алекса, на площадке больше никого нет, они заняли позицию у входа на склад: Мак - рядом, чтобы входная дверь его прикрывала, а Нико - чуть в стороне, по углом, держа эту дверь на прицеле своего автомата.
И когда всё временно затихло, более-менее, исключая пыхтение травмированного Рудольфа, до четвёрки вдруг донеслись женские крики... и это были крики боли, Гвидо мог бы сказать почти с уверенностью; так не вопят жертвы изнасилования, так кричат те, кто испытывает физическую боль. Новость так себе, но - она тоже имела и положительную сторону: Дарси была ещё жива. И как правило, тот, кто хочет, чтобы его жертва испытывала боль - не заинтересован в её смерти, по крайней мере, не в первую очередь. Покойники, как известно, боли не чувствуют.
- Сколько вас здесь? - изъяв у Рудольфа оружие, Гвидо отправил его в карман пиджака - пистолетная рукоятка так и торчала из кармана, на вид слегка небрежно, но так ствол было бы удобней выхватить, если бы пришлось его задействовать. Сейчас вполне хватало и того, что у их с Алексом было при себе. Говоря по правде, вполне должно было хватить и того, что один Мескана держал его на прицеле - но в подобной ситуации Гвидо чувствовал себя увереннее, когда держал в руке собственный Глок. - Не вздумай заорать мне! А то мой друг тебе мозги вышибет. Сколько вас здесь, bastardo?..
Ещё можно понять, - логически, во всяком случае, - когда девушку похищает какой-то одиночка, у которого не всё в порядке с головой, для некоторых из маньяков этот извращённый способ выражать свою любовь или сексуальное влечение остаётся единственным возможным, Монтанелли таких видел. Есть и те, даже и до сих пор, наверное, кто ворует свою невесту у её семьи, - здесь тоже речь идёт о любви... отчаявшийся родитель может сбежать от другого родителя вместе с общим ребёнком и детьми, и скрываться где-то, от него и от закона, против которого пошёл - это преступление тоже можно объяснить любовью. Но когда в похищение вовлечено больше одного исполнителя - речь уже не идёт о любви, это уже, так или иначе, бизнес. Простейшие основы киднеппинга можно, в общем-то, свести к этому.
Но коллектив людей - хотя бы предполагается, что это должен быть слаженный механизм, со своими выполняемыми процессами; человек же сам по себе - может выкинуть что-то неординарное, неожиданное и глупое. Сложно ли сказать теперь, было ли действие Рудольфа ошибкой, или оно было выверенным, установленным когда-то заранее; или, может быть, каким-то спонтанным решением, желанием предупредить своих друзей об опасности; может быть, он даже не понял того, что Гвидо спрашивал, и самый распространённый в Европе и мире язык миновал его забитую идеологиями голову стороной - но, так или иначе, он не послушался слов старого гангстера: он закричал что-то, на немецком, во всю силу своих лёгких - насколько было возможно с перебитым носом, конечно.  Если бы он этого не сделал, возможно, и остался бы жив. Но Алекс не дал шанса даже закончить этот зов, просто спустив курок. Немец так и испустил дух, с широко открытым ртом; вошедшая в затылок, пуля вышла через лицо, окончательно разворотив то, что осталось от носа, и выгрызла в покрытии площадки небольшую ямку. Сквозь эхо после резкого хлопка слышно, как об это же покрытие мелодично звенит упавшая гильза.
- Зачем? Он мог и объяснить что-нибудь. - мог даже провести их внутрь. В конце концов, можно было бы даже спрятаться за ним, как за живым щитом, просто пустив его вперёд... Гвидо опускает пистолет, перехватывая его двумя руками - и переглядывается с Нико и Маком; они с Нико кивают друг другу, и автоматчик снова отворачивается к двери.
- Так он же заорал. - Алекс разводит своими широкими руками в оправдательном жесте. Монтанелли пообещал, что ему вышибут мозги - вот он и сдержал его обещание. - Внутри ещё двое, как минимум - пусть вот они что-нибудь и объяснят...
Серия выстрелов, сопровождаемая задорным возгласом Нико, сообщила о том, что остался уже только один - Альбрехт, пошедший проверить, что происходит, открыл дверь - и сразу же встретил короткую очередь, вероятно, даже не успевший понять, что случилось. Нельзя было сказать этого наверняка, впрочем - из дверного проёма торчали теперь только его ноги, а тело, было ли оно уже мёртвым или ещё нет, скрылось в полумраке помещения.
- Нико, ты дебил? Я же тут рядом стоял! - возмутился Мак, экспрессивно взмахнув рукой с пистолетом.
- А ты не стой рядом!.. И вообще, даже близко не было! - Пиглионика отозвался не менее громко. Парни раззадорились, словно дети, играющие в войнушку - Нико так и вовсе явно испытывал внутренний восторг от того, что наконец-то применил свою любимую пушку, - вот только стреляли-то тут совершенно не понарошку, и более того, бой ещё был не закончен. И Гвидо поспешил окликнуть своих арахаровцев, пока они не увлеклись спором, и чего хорошего, постреляли бы ещё и друг друга:
- Basta! Замолкните оба!.. - приподняв левый кулак над головой, Монтанелли выразительно постучал по лбу. Мало того, что громкие споры делают людей невнимательными - их крики ещё и сообщают противникам об их количестве, а заодно и местоположении тоже - если кто не верит на слово тому, что спор посреди перестрелки затевать не стоит, вот ответ на вопрос, почему. Рысью перебежав ближе к Нико, Гвидо обвёл взглядом стену здания, пытаясь оценить возможность обойти их, вылезти в окно, или чего-то в этом духе... - Нико, иди вперёд. Убедись, что этот - действительно мёртв. Алекс, останься снаружи, на всякий случай.
Ведомая автоматчиком, троица двинулась внутрь; перед тем, как двинуться дальше от дверного проёма, Нико присел у тела Альбрехта, поднеся ладонь к его ноздрям - и, не ощутив дыхания, последовал дальше. На всякий случай, Гвидо, замыкавший команду, перепроверил, коснувшись сонной артерии, но пульса действительно не было - и волноваться о том, что им в спину полетят пули, уже было не нужно.
- Здесь воняет чем-то. - отпустил Мак тихий комментарий.
- Мертвичиной здесь воняет. Где-то поблизости покойник разлагается - возможно даже, не один. - мрачно поясняет Монтанелли. Он слишком много знал о смерти, чтобы не распознавать её запах... и в том, что он был недостаточно силён, местный упрекнуть точно нельзя было - и несмотря на то, что Дарси была жива, какие-то трупы здесь определённо присутствовали. Ещё трупы... что всё-таки здесь происходит? Самое худшее в фильмах ужасов - это когда ты хочешь сделать паузу, но понимаешь, что находишься не перед экраном. И вместо рекламной паузы больше шансов услышать крик - впрочем, после того, как они услышали крики снова, они уже лучше знали, куда нужно идти... нужно было бы быть глухим, чтобы здесь ошибиться. У дверей, ведущих в местную ванную, крики становились оглушительными.
- Нико, никаких очередей сейчас - переключи свою пилу в одиночный режим. Не хватало, чтобы ты Дарси тоже задел. - понизив голос, произносит Монтанелли. Неизвестно, в каком она состоянии - орёт девочка так, словно её режут, и ох, хотел бы Гвидо сейчас, чтобы это было просто метафорой, но жизнь, как показывает практика, не настолько добра.
- Так, может, я первым пойду? - выступает Мак с предложением.
- Нет, ты дверь откроешь и подстрахуешь Нико. - возражает Гвидо. В чём Нико не откажешь - так это в стрельбе, Мак пошёл бы первым, если бы проводил на стрельбище столько же времени, как его безбашенный кузен. Но даже на сегодняшний день, в том случае в лесу, у Иннаморато было больше беспорядочности. - Ну, на счёт два... Раз, два.
Дверь с грохотом распахивается...

ost

+1

11

[LZ1]Фридрих Анкерсмит,26 y.o.
profession: член партии <Форум за демократию>
[/LZ1]
[AVA] https://em.wattpad.com/f502d11bbd563ac39c21262c353fc8f2ea950ff3/68747470733a2f2f73332e616d617a6f6e6177732e636f6d2f776174747061642d6d656469612d736572766963652f53746f7279496d6167652f71653539465a666e4443707467513d3d2d3635333738323937392e313536363730666432653066333935373438363236353134313839342e676966

[/AVA]
[NIC] Friedrich Ankersmit[/NIC]
[STA]Gott hat uns verlassen.[/STA]
[SGN].[/SGN]

Темнота скрывала так много тайн. Никогда не возможно было знать на все сто процентов, что тебя ждёт за этим поворотом, за той дверью. Фрид никогда не давал виду, что тоже немного боялся  темноты. Особенно когда не стала матери Фридриха, он еще больше побаивался темноты, ибо не было никого, кто мог бы спасти его. Смерть матери мальчик перенёс болезненно, он также никогда не говорил о ней не с братом, не с отцом. Он часто задавал себе вопрос, стал ли бы он таким, если его мать не покинула его? Вряд ли бы она хотела, чтобы ее сын стал врагом народа, убийцей будущей королевы.
Анкерсмит давным давно принял своё призвание, он верил в то, что сам Бог его избрал для этой миссии. Он должен был выполнить это задание, он должен был спасти королевство от предателей.
Когда Альбрехт взял пистолет и отправился к Рудольфу, Анкерсмит посмотрел на него и попытался запомнить. На душе было такое чувство, что это в последний раз. Хотя с другой стороны ему казалось, что он просто преувеличивает и у Рудольфа все  в порядке, а Альбрехт вернётся обратно живой и невредимый. Альбрехрт, был больше чем другом, он был братом. Он был тем, за кого Фридрих готов был отдать жизнь. Анкерсмит знал, что они находились на задание, а это обозначало бой, жертвы и возможная смерть. Почти как на войне. Анкерсмит часто вспоминал время в армии, ведь эта часть жизни,тоже его изменила.Наверное в худшую сторону. Он превратился в такого же тирана как его отец. У отца Фридриха было много секретов, о которых мало кто знал. Если бы король или парламент узнает обо всем, то старшего  Анкерсмита ждёт тюрьма.
Фридрих был занят делом, он был уверен,что Альбрехту и Рудольфу помощь не нужна. Поэтому он продолжал заниматься своим делом, не замечая ничего вокруг. Фридрих уже был готов убить ее, оставалось пару секунд. Мужчина проводил скальпелем по кожи девушки, наслаждаясь этим зрелищем. Блондину нравилось, когда она кричала, когда ее никто не слышал, когда она не могла освободиться. Ему нравилось быть, тем, кто лишит ее жизни.
  Вдруг  ему  показалось странным, что  Альбрехт и Рудольф так и не вернулись, а за дверью послышались странные шаги и голоса. Это были точно не друзья Фрида, эти люди говорили по английски. -Может быть друзья твоего муженька,-проговорил на нидерландском мужчина. Он положил свою ладонь на рот  девушки и тихо проговорил:- закричишь, умрёшь. Твой сын останется без матери.- это быстро повлияло на блондинку, она сразу же замолчала. В этой ванной был еще один вход, который вёл в раздевалку. Он схватил девушку за волосы и поднял. Катарина еле еле стояла, ноги ее не держали. Фрид открыл дверь в раздевалку и толкнул девушку туда. Блондинка упала на пол, в этот момент, дверь ванны распахнулась.  Фрид достал пистолет и начал стрелять.- Уходите по хорошему. Вы не получите ее живой,- крикнул мужчина на английском и начал стрелять в Нико и Мака.  Затем он захлопнул дверь раздевалки и схватил девушку, которая лежала на полу. Он поднял ее, прикрыл свое тело ее телом, и направил пистолет к ее виску. -Тебе конец,-проговорил блондин.  Он воспользовался другой дверью и вышел  в коридор. Ему нужен был грузовик, ему нужно было уйти с этого места. - Вы отпустите меня,- крикнул мужчина,- а я вас не трону. Вы люди Роберта?- проговорил Фрид. -Если да, то передайте этому ублюдку, что я  его грохну.

Отредактировано Catharina Dawson (2020-06-09 01:14:25)

+1

12

...две пули влетают в противоположную стену, заставляя штукатурку осыпаться из получившихся отверстий, почти педантично, аккуратно, как сыпется песок в песочных часах; отсвет пороховых вспышек причудливо сыграли на фоне полумрачного освещения в коридоре, осветив на миг чуть ярче эту самую стену. Ещё пара пуль влетело в кафельную стену душевой, а одна, как минимум, подняла небольшой фейерверк из керамического крошева, попав рядом с дверным косяком, - которым едва не обсыпало Нико, собравшегося было ворваться в дверной проём, после того, как Мак выбил дверь, но отступившего, и теперь снова вжавшегося плечом в стену. Гвидо понял, что голоса внутри ванной комнаты затихли как раз тогда, когда они подошли к дверному проёму, - кажется, они раскрыли себя, и находившийся внутри уже ждал их, успел подготовиться к их появлению, - насколько мог это сделать в сложившейся ситуации, конечно; этот иностранец был либо отчаянно смел, либо ещё надеялся на что-то... надежда, впрочем, это то, что остаётся, даже когда умирает всё остальное - и явление она такое живучее отчасти и потому, что является довольно всеядной: адреналин для неё - пища довольно питательная. Голос, окликнувший их из-за двери перед тем, как находившийся внутри выстрелил ещё раз, носил очень жёсткий и слышимый акцент, но это не было каким-то откровением, произношение просто принято было за немецкое.
- Девчонки там нет. Но есть ещё одна дверь... - сообщает Нико, что успел разглядеть за ту долю секунды, в течение которой у него был, как называется это в учебниках по тактике, "зрительный контакт". Гвидо недовольно сжимает зубы. Стоило бы предугадать, что помещение может оказаться сквозным...
- Оружие. Что у него за ствол, не разглядел? - что ещё возможно было предугадать, так в какой момент у противника закончатся патроны - он выстрелил уже пять раз, и если продолжить этот счёт, была неплохая вероятность подловить тот момент, когда он перестанет быть опасным. Хотя бы временно, пока не сменит магазин, - и даже если у него есть запасное оружие, ему понадобится для начала взять его в руки, это краткое мгновение, но есть возможность успеть... но чтобы правильно рассчитать этот момент - необходимо было бы знать, какой модели у него пистолет.
- Не успел. - сокрушённо ворчит Нико, мотнув головой. Диалог прерывает донёсшийся до слуха хлопок двери, - немец пытался смыться, что, в общем-то, было ходом вполне логичным, с его точки зрения это лучше, чем ждать, пока его окружат в этом проходном пространстве. Однако, это же означало, что ему придётся целиться в движении, или даже вовсе может прийти в голову повернуться спиной. И Нико пускается за Фридом, Мак вбегает в душевую следом, - Гвидо собирается последовать за ними, но тут распахивается ещё одна дверь впереди - и он вдруг оказывается лицом к лицу с молодым человеком, прикрывавшимся абсолютно обнажённым телом девушки; с этого расстояния было тяжело разглядеть черты лица, или даже характер порезов, но, исходя из того количеству крови, что заливало кожу, сомнений в том, чьи крики они с парнями слышали, не оставалось никаких. Жертва иностранца, кажется, уже была едва живой...
- Люди кого?.. - Монтанелли тут же берёт Фридриха на прицел, но тут слишком темно, и слишком далеко, чтобы он мог сделать уверенный выстрел, - очки помогали скорректировать садящееся к старости зрение, но этого всё равно не было достаточно сейчас; всё, что Гвидо мог сделать - это пытаться держать захватчика в поле зрения и стараться ловить его движения, ожидая, пока подоспеют его более молодые товарищи. - Давай будем благоразумны. Ты остался один, а нас тут трое, - Монтанелли предусмотрительно не стал сообщать о том, что ещё четвёртый, Алекс, остался снаружи у грузовика - он мог бы обойти Фридриха сзади, или встретил бы, когда тот вышел бы во двор... - и даже если ты её убьёшь, у тебя нет шансов уйти отсюда живым. - Фридрих начал медленно отступать к двери, продолжая прикрываться девушкой, передавливая её горло локтевым изгибом, выставив дуло пистолета в сторону Монтанелли, их движение оставляло тонкую кровавую полоску на полу, различимую даже в этом скудном освещении. Обнадёживало, что девушка ещё была жива, хотя и едва волочилась, практически вися на его руке. Страшно подумать было, что ей пришлось пережить, но в данной ситуации страх - плохой помощник; и Гвидо предпочитал его обращать в злобу, в тихую ярость, которая заставляла работать голову лучше. Он начал следовать за Фридом, шаг в шаг, но свои старался делать немного шире - чтобы сокращать расстояние между ними, но делать это постепенно, не спровоцировав его. Нико и Мак появляются из дверного проёма, оказавшись к нему ближе, - Мак проходит чуть дальше, встав у правой стены, Нико остаётся у левой; Гвидо приходится сместиться к центру, чтобы продолжать видеть тандем немца и его "живого щита"...
- Отпусти её, придурок, - и мы сохраним тебе жизнь! - высказывая это встречное предложение, на самом деле Монтанелли по большей части просто тянет время, и пытается заставить Фридриха отвлечься, подставиться. Он не против сдержать своё обещание, но когда доходит до таких уравнений, когда пистолетные дула начинают целиться в твою сторону, особенно сквозь невинные жизни, весь ключ в нужном его результате - в переменных, но баланс нарушить очень легко. - Брось оружие!..
- Я бы на твоём месте послушал мистера Монтанелли, кусок дерьма. - ствол пистолета грубо утыкается в блондинистый затылок Фридриха. Мощная фигура Алекса вырастает позади них с Катариной.

+1

13

[LZ1]Фридрих Анкерсмит,26 y.o.
profession: член партии <Форум за демократию>
[/LZ1]
[AVA] https://em.wattpad.com/f502d11bbd563ac39c21262c353fc8f2ea950ff3/68747470733a2f2f73332e616d617a6f6e6177732e636f6d2f776174747061642d6d656469612d736572766963652f53746f7279496d6167652f71653539465a666e4443707467513d3d2d3635333738323937392e313536363730666432653066333935373438363236353134313839342e676966

[/AVA]
[NIC] Friedrich Ankersmit[/NIC]
[STA]Gott hat uns verlassen.[/STA]
[SGN].[/SGN]

Так долго идти к цели, чтобы за какие-то минуты все испоганить. Фрид помнит как долго готовился к этому моменту. Сколько времени было потрачено, столько сил вложено, не только его, но и всей группы. В данный момент вся ответственность легла на его плечи и он должен был закончить, то что они начали. Все шло по плану, все должно было закончить в той самой комнате, которая была позади тех мужчин. Они должны были после миссии отправиться в Южную Америку, где их никто не должен был найти,где они смогут спрятаться от правительства Нидерландов и Интерпола.  Только их план провалился в тот момент, когда за ними погнались вот эти ребята. Анкерсмит никогда их не видел и он даже не подозревал кто эти люди и для чего им нужна Катарина. Они не знали Роберта или претворялись, что не знают, все было очень запутано. -Она предательница, она должна умереть. Она предала свою родную страну, а мы таких не прощаем, - проговорил блондин на английском языке. Он пытался убедить мужчин,что поступает верно, они должны были ему поверить. Как когда-то его отец убедил его и Альбрехта,что они поступают верно. Отец убедил,что убийство наследницы, поможет стране и ему поверили. Хотя Анкерсмит всегда верил своему отцу и тот никогда не сомневался в словах старшего Анкерсмита. -Я должен, это мой долг перед Нидерландами, перед моими предками,-он потихоньку двигался к выходу, пытаясь выбраться наружу и сбежать с девушкой, а затем убить ее и сам уехать в Колумбию или Бразилию. Он был уверен в том,что его друзья мертвы,ибо если они были бы живы, то давно бы всех тут поубивали.  Мужчина пытался не думать о своих падших друзьях, которые погибли как герои, в этот момент ему нужно было сосредоточится на своём побеге.
Блондин заметил, что мужчина в середине начал приближаться  к нему и к Катарине, это его пугало. Он боялся проиграть, боялся,что не выполнит   долг перед страной. -Я хочу, я должен выполнить это задания, я должен убить ее. Я должен освободить королевский дом от таких как вы,-  сказав эти слова, мужчина с презрением посмотрел на своих противников, а еще  после этих слов, Фридрих плюнул в сторону Гвидо. Он держал пистолет перед виском блондинки, не решаясь выстрелить. Принцесса была его щитом,его билетом за пределами этого дома. Он верил,что дойдёт до этой двери и сможет выбраться из этой берлоги с трупами. Все было бы намного легче, если бы не этот груз. Ката почти не шевелилась, блондинка еле стояла и поэтому было не так легко удерживать ее одной рукой, а в другой держать пистолет.
Он был так близко к выходу, не замечая вокруг себя ничего. Фридрих не заметил мужчину заде себя, а когда он услышал голос Алекса,было уже слишком поздно. У него не было шанса выиграть этот бой. Он  должен был сдаться, должен был признать поражения,но Фрид не смог этого сделать. Сначала  ствол Алекса оказался возле виска мужчины. Блондину пришлось отпустить девушку и та упала на холодный пол. Фрид со своей силой захотел развернуться,чтобы выстрелить в Алекса, но у него не получилось. Он почувствовал сильный удар по голове и  именно этот удар вырубил его. Он упал рядом с принцессой, удар был не смертельным. Оружие мужчины отлетело от Анкерсмита на не большое расстояния.
Блондинка была еще в сознание, но ей было очень плохо, единственное, что она смогла сказать , это было спасибо,на большое ей не хватило сил. Ей было очень холодно и поэтому голубоглазая  дрожала. Принцесса не знала этих людей, но девушка все равно доверяла им,ибо они спасли ей жизнь. Без них,она была бы мертва.

Отредактировано Catharina Dawson (2021-03-17 19:17:31)

+1

14

Удар Алекса поставил точку в очередной главе, но от своего завершения история была ещё далеко. Воцарившаяся внезапно среди гулкого заброшенного пространства, после всех криков и выстрелов, такая звенящая, зловещая, тишина преподносила закономерный вопрос о том, что дальше - что будет дальше, что нужно делать дальше, как понимать всё то, что пытался им сообщить противник на своём ломаном английском. Стоило ли воспринимать это, как несовершенство его знание языка, - или как бредни сумасшедшего? Впрочем, если тут и имело место умопомрачение, то оно явно было коллективным; и один маньяк - для мира это слишком, но в своём эквиваленте, если их бывает по двое, то ещё куда не шло; перед ними же было четверо, - причём четверо иностранцев, относительно неплохо подготовленных. Так что то, что можно было принять за обычное (если тут подходит это слово, "обычное") садистское издевательство, за убийство, - на самом деле было глубже, они оказались посреди чего-то серьёзного... но вот чего именно? Что это за девушка? И кто такой этот Роберт?..
Опустив пистолет, Гвидо спешит к девушке. Главная опасность миновала, но ей всё ещё нужна помощь, и возможно, даже чуть более, чем просто медицинская - можно только представить, что могли с ней сделать эти немецкие ублюдки, но Монтанелли этого предпочитает не делать только ради того, чтобы не провоцировать приступ тошноты; для пустых фантазий в любом случае не время и не место. Он снимает с себя пиджак, пытаясь укутать девушку в него. Её кожа изрезана, а на руке - вырезано какое-то слово, но его он не понимает. Догадывается, что что-то не слишком приятное... но куда более неприятно то, что порезы ещё кровоточат. И даже если для жизни они и не опасны сами по себе - тут слишком грязно, чтобы даже можно было бы исключить риск заражения или чего-то подобного. Раны нужно было обработать. 
- Мак, подгони машину. - Гвидо подхватывает Катарину на руки. Ощущая её дрожь... стоило бы найти и что-нибудь такое, что помогло бы ей согреться, - кажется, она слишком долго провела в таком виде и состоянии, в компании холодной ванны; несмотря даже на ещё тёплые осенние ночи Калифорнии, температура, как в морге, здоровью пользы никому не делает. Холод её тела чувствовался даже сквозь ткань пиджака. Его тоже можно было бы назвать мертвенным, если бы не дрожь. Покойников-то уже не пугает холод... - Как Вас зовут? - задаёт он ей вопрос, попутно с тем, как выносит из здания. Его люди заканчивают всё остальное: подобрали пушку Фридриха, связали его самого - за неимением верёвки, стянув ему запястья сзади ремнём Нико; слышна приглушенная шутка о том, как с него штаны теперь упадут - и немного менее сальный отзыв на неё... - У Вас есть родные в городе, нужно кого-нибудь оповестить о случившемся?.. - или стоило бы сразу отвезти её в больницу?.. Пожалуй, не лишним было бы найти и какую-нибудь одежду; пиджак, в который он её укутал, годится только как временное решение, - прикроет наготу, но уж точно не заменит обувь...
"Хаммер" резво въезжает на территорию склада, подняв с земли небольшой столб пыли, - он остался бы вовсе невидимым, если бы не мягкий лунный свет. Который заставляет всё выглядеть даже ещё более жутким, впрочем... Мак, выпрыгивая из автомобиля, открывает заднюю дверцу, давая Гвидо возможность уложить Катарину туда.
- Включи печку. И аптечку вытащи... - его не слишком смущает то, в каком состоянии его новая знакомая - он в своей жизни видел людей, вскрытых и куда хуже (правда, большинство из таких были уже мертвы), и уж точно он слишком стар, чтобы смущаться женской наготы, - так что Монтанелли разглядывает её довольно беззастенчиво, но это потому, что хочет как можно более правильно оценить нанесённый ей ущерб, обработать раны как следует. Нужны ли зашивать какие-то из порезов?.. Это он тоже сделать в состоянии. В аптечках, которые он формирует, есть всё для этого необходимое - он так и не закончил учиться на доктора в своё время, но хотя бы начинал не зря... Однако, даже при наличии хирургических нитей, - у аптечки этой есть другой недостаток: она не имеет в себе ничего, что помогло бы Катарине согреться.
- Алекс, у тебя фляжка при себе?.. - Алекс и Нико как раз волокут Фридриха. Парень уже пришёл в сознание, но по его виску расплывается кровавая отметина - след от рукоятки. И, судя по нескольким другим схожим следам на лице, сломанному носу, разбитым губам, - ребята ему добавили ещё немного. Возможно, он сопротивлялся. Или просто снова выкрикивал какую-нибудь сепаратисткую чушь - Мескана такое плохо переваривал, Нико же мог разозлиться вообще по любому поводу; так что - немудрено... - Дай. - а ещё у Алекса всегда была при себе фляжка с чем-нибудь крепким - коньяком, виски, ещё чем-нибудь. И сейчас был тот момент, когда она действительно пригодилась бы: - Выпейте. - обращается он к Катарине, поднося горлышко к её губам. Так будет легче согреться - так же алкоголь и притупит боль тоже... хотелось бы верить, что девушка сейчас испытывает только физический вид боли, но когда в уравнении помимо обнажённой девушки присутствуют четверо молодых парней, которые считают, что им всё дозволено, - арифметика кажется довольно простой. Гвидо опасается худшего.
- Босс, а этого куда?.. - Нико и Алекс, коротко посовещавшись между собой, обращаются к Монтанелли за конченым решением.
- В кузов запихните... к остальным. - отзывается тот, чуть повернув голову. "Клеймо", которое оставил Фридрих на предплечье девушки, скрывается за свежей повязкой. В салоне пахнет перекисью... но на фоне всего остального, ему этот её медицинско-кислый привкус даже приятен.

+1

15

Ката лежала на полу и еле еле шевелилась. Она не понимала,что происходит вокруг нее, единственное что было ясно, опасность миновала. Девушка не понимала, где находиться и что вообще происходило последние пару часов. Единственное,что она помнила,это испытание и лица тех мужчин,которые напали на нее. Они были не местными, они были нидерландцами, что обозначало, что они следили за нее, все это время следили. Катарина была очень упрямой и гордой девушкой, поэтому блондинка часто отказывалась от охраны,когда ездила в Сакраменто. Девушка считала, что сама справиться, ведь она не маленькая девочка, а девушка, которая умеет постоять за себя. Оказалось,что Ката была  не права и за ней все время должна ходить охрана,ведь без нее,Доусон попадает в такие ситуации как сегодняшнее приключение. 
-Катарина,-тихо проговорила Доусон. Блондинка не стала говорить свое полное имя и фамилию, она не знала кто эти люди и чего они хотят. Ей было достаточно одной группы со странностями. Блондинка была не в состоянии спрашивать,кто они такие и как их зовут. Она и так еле -еле отвечала на вопросы мужчины.
Мужчина взял девушку и вышел с ней на улицу. Ей было очень сложно дышать, было такое чувство как будто ее душили. Кроме этого, холод не давал ей отключиться. Было так холодно,как будто на улице была зима. Ей хотелось ощутить тепло,но это было не возможно, по крайне  мере в данный момент.
-Мой телефон,-об этом Ката никогда не забывала, ведь блондинка знала, что если что-то случиться, она сразу же позвонит старым друзьям в полиции. -Где он? Он у вас?- тихо спросила принцесса, ей было тяжело говорить, но она пыталась из-за всех сил.
Гвидо затронул не самую лучшую тему, от этого вопроса у Катарины началась не большая паника. -Никто не должен знать, никто. Мой муж не должен об этом узнать. Прошу вас,не надо ехать в больницу, там люди моего мужа. Он узнает,если мы поедем туда,- проговорила принцесса, в ее голосе можно было почувствовать панику. Она представила  в каком бешенстве будет Роберт, если узнает об этом. Он тогда точно никогда больше не отпустить Кату не на шаг, а еще он будет чувствовать себя виноватым. Хотя это не его вина, не вина Каты. Эти придурки больные и им нужна медицинская помощь, они пугают народ, пытаются доказать, что их нация лучшая, считают что другие хуже, чем они. Хотя они не понимают, что своими действиями отталкивают свой народ.
Девушка слышала звуки машины, затем голоса других мужчин. Она не могла долго концентрироваться на все эти звуки, ибо сильная боль по всему телу не давала ей думать не о чём другом. Блондинка только заметила, что мужчина положил ее в машину. Доусон пыталась укутаться в пиджак, но даже он не помогал. Ей было очень холодно, блондинка уже ног не чувствовала.
Мужчина потянул фляжку, девушка думала,что там вода,но нет, там был алкоголь. Катарина давно не пила крепкие напитки,она даже забыла их вкус. Сделав глоток, Доусон начала кашлять,девушка почувствовала не приятный вкус алкоголя, от которого её стало немного тошнить. Один плюс, алкоголь и правда немного согревал, поэтому ей пришлось сделать еще пару глотков. - Спасибо,- проговорила Катарина-Амалия. Девушка была от всей души благодарна этим людям за спасения  и готова была отблагодарить любой суммой денег. Без них, она давно была бы на том свете и Артуру пришлось бы расти без матери.
Катарина посмотрела на свою повязку, она надеялась, что эта рана заживёт,она не могла допустить, чтобы кто-то узнал об этом вечере. Катарина-Амалия посмотрела под повязку и на руке стаяло слово <предательница>. Ката никогда не была предательницей, девушка любила свою страну и свой народ, и никогда не собиралась уничтожать традиции своей семьи. -Я не предательница, -проговорила Доусон.

Отредактировано Catharina Dawson (2021-03-29 15:16:49)

+1

16

Катарина, похоже, находилась в состоянии шока - или даже в нескольких его состояниях: психическом, болевом, не могло не сыграть свою роль и переохлаждение. Не хотелось и представлять, через что ей пришлось пройти в этом подвале... и до сих пор не было понятно, чего всё это ради. Что, собственно, происходило здесь? Безумие, безусловно, но слишком упорядоченное и коллективное, чтобы быть клиническим, - выкрики молодого человека, нацистская атрибутика, Нидерланды... Всё тут работало по какой-то странной системе, которую Гвидо не понимал, и порезы на теле их новой знакомой тоже были её символической частью, то ли как у ритуала, то ли как у некой политической провокации, и чем больше он об этом задумывался, тем более дурно всё это пахло. И более предпочтительнее было бы сосредоточиться на физическом состоянии их новой знакомой. Однако, её поведение тоже показалось каким-то странным: не ехать в больницу, не оповещать мужа, но при этом она первым делом спросила о телефоне - был кто-то ещё, кому она должна была сообщить о случившемся?..
Какого чёрта здесь происходило?.. Будто обнаруживаешь себя участником какого-то шпионского романа, но не понимаешь ни хода сюжета, ни причин мотивов его героев.
- Боюсь, что Вашему мужу будет достаточно взгляда, чтобы узнать, - что... что-то не так. Всё ведь отвратительно очевидно. Если твоя любимая возвращается домой избитой и с кровавыми порезами по всему телу, всё больше, чем просто "не так", тут даже слов правильных не найти, насколько всё "не так", - но что вообще за муж, у которого есть люди в больнице, которые ему сообщат о её прибытии, чья жена оказалась в его руках (или, может, правильнее сказать, - у него на руках)? Гвидо присмотрелся к лицу девушки, пытаясь уловить какие-то знакомые черты, - но не смог. - Нет, телефона мы не видели. Как и вообще Ваших вещей... они там? - переспрашивает Гвидо, слегка кивнув головой в сторону ангара. Вообще-то, может, и не было бы лишним поискать - если они заберут телефоны, не только Катарины, но и те, что принадлежали напавшим на неё, - будет куда больше шансов разобраться в этой истории. - Парни, обыщите склад, там вещи должны быть. - обращается он к своим людям. И затем предупреждает Катарину - её глаза, возможно, уже отвыкли от света, и резкая смена освещения может быть неприятной: - Я сейчас свет включу. - а вот ему в темноте заниматься её лечением неудобно. - Щипать будет... - и он работает, продолжая оповещать её о своих действиях. Заодно - поддерживая с ней контакт, убеждаясь, что девушка находится в сознании и сохраняет рассудок - насколько, конечно, можно его сохранять, пройдя через то, через что ей довелось.
- Заткнись, сука!..
- там Фридрих в кузове пришёл в сознание в кузове и начал что-то орать на смести английского и немецкого, стучать в борт, - и Алекс стукнул по кузову рукояткой пистолета в ответ. После выдастся шанс, чтобы и его разговорить... ох, не так этот вечер себе Гвидо представлял, когда он начинался.
- Я что-то слишком часто слышал это слово за последние пятнадцать минут... - подмечает Монтанелли. Катарина сейчас больше похожа на жертву, чем на предательницу, а какой-то особый смысл в сказанное Фридрихом ему было трудно вложить просто потому, что он этого смысла не понимал: каким бы ни было предательство отвратительным поступком, то, что происходило здесь, было в несколько другой плоскости жестокости. Совершаемое предательство имеет какое-то направление, несёт в себе некую значимость - иногда ничтожно малую, а иногда - исторически великую. Или то, что они видели, было расправой за совершённое предательство?.. - Что произошло? Кто эти люди и что они хотели от Вас?
Гвидо ничтожно мало знал о политической обстановке в Нидерландах - да и с чего бы ему знать?.. Он и тем, что происходит в остальной части Европы, интересовался не то, чтобы сильно. И если эта разборка как-то касалась голландской политической сцены, или тамошней же организованной преступности, или каким-то ещё их местным распрям, то возникал вопрос - почему всё это происходило не в у них в стране, а здесь, в Сакраменто, в США? Вопрос простой, прямой, но и не менее любопытный.
Обработав последний порез, Гвидо закрыл аптечку и отложил её на переднее пассажирское сидение. Туда же отправляет и отпитую флягу, - затем касается лба Катарины тыльной стороной ладони: нету ли жара - заболеть в таких условиях тоже совсем немудрено. По-хорошему, конечно, ей не помешала бы квалифицированная медицинская помощь, из разряда такой, которую... он оказать не в состоянии. Более доскональный осмотр. Его способностей хватит на то, что перевязать раны, зашить, в лучшем случае - вытащить пулю или править конечность; в самом лучшем - при наличие методички сможет принять роды, пожалуй. Но не более того... едва ли от него будет польза, как от "женского" доктора.
- Вы в порядке, - они Вас не пытались... взять силой? - никто из этих четверых её насиловал, не нанесены раны глубже, чем выдерживает кожный и мышечный покров? Гвидо неловко спрашивать об этом, - но раз уж среди них четверых тут нету женщин, задавать такой вопрос приходится либо старшему из мужчин, либо тому, кто в медицине наиболее расторопен, - а тут он подходит по обоим пунктам...

+1

17

Когда девушка закрывала свои глаза, она представляла его лицо, лицо Фридриха, а затем блондинка вспоминала его голос, от которого у нее шла дрожь по телу. Она хотела забыть обо всем,что случилось этой ночью, но ничего не выйдет, она никогда не забудет. Ей было очень обидно за свой нидерландский народ, ведь блондинка знала, что таких как Фридрих в ее стране было много. Хотя нидерландцы всегда считались доброжелательным и счастливым народом, но к сожалению в некоторых людях этого не замечалось. Очень многие не любили иностранцев, особенно аристократы,они вообще не любили не своих. Поэтому Роберту приходилось не легко, он терпел все это ради семьи. Девушка понимала и пыталась хоть как-то улучшить его положения. Когда-то народ Нидерландов принял мать Катарины, поэтому девушка была уверена,что ее мужа они тоже когда нибудь примут.
-Мой муж в Нидерландах,-это радовало девушку, ей не хотелось,чтобы мистер Доусон видел ее в таком состояние. Ей придётся продлить билеты и остаться в Сакраменто подольше. Тем самым она выиграет время и сможет оправиться после такого шока. Девушка наблюдала за мужчиной, который был в шоке от данной ситуации. Конечно же вся ситуация казалась очень странной, но если знать всю историю , тогда все вставало на свои места.
-Я не помню,-тихо проговорила блондинка,последнее что она помнила, это был приют, а затем шум, она захотела проверить все ли в порядке, потом ее кто-то ударил по голове. В скорее она очнулась в этом здании, больше Катарина ничего не помнила. -Он был в приюте, а потом я не знаю, что с ним стало,-добавила принцесса, она хотела хоть как-то помочь, но у нее плохо получалось. -Я должна сообщить мужу, что все нормально. Он не должен волноваться,-проговорила Доусон, со стороны это казалось странным, но у Каты были свои причины не говорить ничего мистеру Доусону. Также в телефоне были контакты знакомых Каты, некоторые из них жили в Сакраменто. Одна из знакомых Катарины работала врачом в детской больнице. -У меня есть  знакомая, она врач,- не внятным голосом, бубнила блондинка, боль была очень сильной и она не могла толком говорить.
Катарина-Амалия внимательно слушала Гвидо, перед тем как мужчина включил свет,она закрыла свои глаза. Она из- за всех сил держалась, хотя ей хотелось отключиться. Гвидо продолжал говорить,но половина слов девушка не слышала. Она сжимала руки от боли и кусала свою нижнюю губу. Ей нужны были таблетки, которые помогли бы ей справиться с болью. Крики Фридриха вернули девушку в сознания и она дёрнулась. Принцесса была уверена, что мужчин уже мёртв, но  к сожалению он еще жил. -Он еще жив?-удивительным голосом поинтересовалась Доусон.
-Мой отец, богатый человек, он из знатного дома, -она не хотела говорить кто именно, ибо ее не раз похищали.-Некоторые партии в моей стране не смогли простить меня, за то что я вышла замуж за американца. Они считают, что я уничтожаю традиции и элиту Европы,- ей было сложно говорить, но она пыталась как только могла. Возможно Гвидо был в шоке от этой информации, но он сам хотел знать правду.
-Как вас зовут?Кто вы?-спросила Ката, она никогда не видела этого человека и не могла понять, что он тут делает и как нашел этих сволочей. Мужчина обработал все раны, но боль все равно осталась. Ей хотелось просто отключиться и не чувствовать боль. Девушка приоткрыла глаза и посмотрела на мужчину. Свет попадал ей в глаза и от этого у нее еще больше болела голова. -Можете выключить свет? -попросила блондинка.
-Они не пытались изнасиловать меня, - проговорила Доусон, ей было неловко говорить с постороннем мужчиной о таких темах,но он на прямую спросил. -Их цель была убить меня и мою семью,- добавила девушка, от этих слов у нее сжалось сердце. Она не могла представить свою жизнь без сына.

Отредактировано Catharina Dawson (2021-04-14 15:52:07)

+1

18

Общая картина вроде бы начинала складываться - то, что в центре её находились Нидерланды, менее странным от этого не казалось, но, с другой стороны, и чего-то по-настоящему сверхъестественного в том, что несколько голландцев оказалось в самом сердце американской Калифорнии, тоже не было; люди постоянно пересекают границы разных стран, и по работе, и в качестве туристов, - в наше время с этим не так много проблем. Не было, во всяком случае, пока волны эпидемий и карантинные режимы не внесли свои поправки, но тем не менее, пересечь полмира, при желании и нужной суммы денег, можно за один день пути. Кому-то приходится проводить в воздухе почти по полжизни, пожалуй. Гвидо был рад, впрочем, не относиться к этой части людей; ему нравился Сакраменто, он любил его улицы, предпочитая дышать одним воздухом с городом, давно уже ставшим родным - и вообще не хотел покидать его пределов; за исключением индейской деревни его жены, конечно, но она располагалась не так далеко, чтобы это можно было бы считать путешествием. Просто не чувствовал никогда желания этого делать, куда-то ехать, не испытывал потребности отдыхать от привычных себе картин, они были достаточно комфортны и разнообразны и сами по себе... Жизнь всегда находила способ подкидывать сюрпризы. Вот и сегодняшний случай едва ли можно было бы назвать обыденностью.
Хотя "подкидывала", наверно, не совсем то слово для происходящего сейчас...
- Помните адрес этого врача? Или сможете показать дорогу? - Европа или нет, знатный дом или обычный, и приравнивать ли происходящее к какой-то политической борьбе или придать ему каких-либо других мотивов, это не меняло того, что девушке стоило бы оказать нормальный медицинский уход, и лучше с этим не затягивать. Переговорить они могут и по дороге... - Это довольно легко исправить. - отзывается на её вопрос, когда она слышит отголоски криков Фридриха. В любом случае, с ним нужно было что-то делать, - и откровенно говоря, Монтанелли не понимал, что именно; он оказался в чужой игре, на какой-то далеко не своей шахматной доске, - и, несмотря на то, что сумел создать перелом в ходе этой игры, ориентировался в происходящем всё ещё не так хорошо, как это делала Катарина. И Гвидо уж точно не будет жалеть, если и Фридриха лишит жизни, - вопрос был скорее в целесообразности это делать. Не мог ли он быть чем-то ещё полезен, не ему, так хотя бы их новой знакомой, - может, у неё были какие-то иные планы на его персону, или... не говоря уже о том, что к убийству в целом далеко не все относятся так же легко, как он.
- Гвидо. Гвидо Монтанелли. - представляется он в ответ на её вопрос. - У меня было дело с руководителем этого приюта, мисс Дарси Смит - этих... - Гвидо кивает головой по направлению грузовика. - ...мы встретили там. И думали, что они похитили как раз её. - что вызывает вопрос о том, где, собственно, сама Дарси и жива ли вообще. Что-то подсказывало, что судьба её может оказаться плачевной; если с Катариной у них были какие-то спутанные и немалые счёты, то со Смит им церемониться хороших причин не было. И девушка легко могла оказаться побочным ущербом... учитывая, что на складе были чьи-то ещё тела - оптимизма в этом отношении и вовсе нет никакого. - А Вы тоже имеете к приюту какое-то отношение? - Голландия, политические партии, знатные дома, - и приют для бездомных животных в Сакраменто; это как-то не очень хорошо сходилось. Никогда не ожидаешь увидеть подобное среди звеньев одной и той же цепи. Жизнь, конечно, может сочетать несочетаемое, да и сердцу не прикажешь, - сейчас каждый волен заключать брачные союзы с теми, с кем посчитает нужным... это правильно. Наверно. В любом случае, брак с представителем другой нации - уж точно не кажется правильным поводом для расправы.
- Вот, какой из телефонов - Ваш?..
  - Мак принёс несколько мобильников, которые сумел обнаружить на складе - какие-то наверняка принадлежали этим ренегатам, какие-то, возможно, их другим жертвам... но если телефон Катарины всё ещё находился на складе, а не был разбит или выброшен по дороге, скорее всего, был среди них. Гвидо сложил свои ладони вместе, протянув девушке эту стопку. Когда она находит свой, остальные - сбрасывает просто на пол. Потом посмотрит, что там. Хотя, всё равно едва ли без переводчика поймёт, что к чему. Свет, по просьбе Катарины, выключается затем.
- Алекс, давай за руль... - подзывает Гвидо толстяка. - Ребята, вы - в грузовик, отвезите эту мразь куда-нибудь в укромное место. А будет орать - заткните.
Небо начинало бледнеть - скоро наступит рассвет, так что стоило скрыть следы, до того, как их кто-нибудь обнаружил бы. Не факт, что на этот склад кто-нибудь не полезет днём. Машины покинули территорию склада, разъехавшись в разные стороны - фургон с тремя телами и пленником двинулся в противоположное от городской границы направление, "Хаммер" Монтанелли двинулся по адресу, который сообщила Катарина, к её знакомому  доктору.
- Значит ли это, что Ваша семья тоже в опасности? Может, стоит их предупредить?.. - и "всё нормально", всё-таки не те слова, которые её мужу стоит сейчас услышать?.. По себе Гвидо мог бы точно сказать, что если бы что-то подобное происходило в его семье, он хотел бы быть в курсе событий и иметь возможность отреагировать. То, что они оказались здесь сегодня, - слепое везение; за которое Дарси, вероятно, уже заплатила жизнью, - но если бы Гвидо не направился бы для заключения этой сделки в приют этой ночью, цели бы эти ренегаты, скорей всего, достигли бы.
Даже интересно немного становилось, чего они добивались - явно не планировали просто убить Катарину, иначе бы просто это сделали. Понятно, что через неё они хотели передать некое сообщение, и даже уже ясно, какое, - но что бы они сделали, повесили бы на дереве, выбросили бы её у голландского посольства с надписью "Предательница" на руке?..

+1

19

-Мир не без добрых людей,- подумала блондинка, кто бы мог подумать, что эти люди будут именно в этот день в ее приюте и спасут ей жизнь. Жизнь Каты часто была в опасности и это было не  из-за того что она являлась принцессой, а из-за ее не спокойного характера. Девушка была магнитом для неприятностей, ее любой шаг,любая поездка приводила к каким-то последствиям. Даже дома она могла пострадать и  каждый подобный случай, не был ей уроком. Поэтому её семья очень волновалась когда девушка пропадала на пару дней, ибо и так было ясно,что произошла очередная катастрофа. В начале принцесса уделялась, но со временем привыкла, единственное, что ее до сих пор удивляло, это то что она до сих пор жива. С таким характером и везением, она давно должна была быть на том свете. -Нет,-проговорила блондинка, она не помнила адреса и тем более не могла показать дорогу. В таком состоянии она еле- еле говорить с мужчиной, хотя ей хотелось отключиться и не просыпаться, пока эта боль не пройдёт.
Затем разговор зашёл о Фридрихе, от одной мысли о нём, девушку тошнило. Если честно она мечтала о его смерти как ни кто другой. Ката была уверена, что  убийство этого монстра, спасёт не только ее жизнь, но и жизни остальных. С другой стороны Катарина прекрасно понимала, что месть не улучшит ситуацию, а сделает только хуже.  Поэтому она не была уверена как правильно ей поступать, может быть, заточить его и пусть умрёт от голода и холода, где нибудь в темнице. -Как вы думаете, он заслуживает смерти?-поинтересовалась Катарина-Амалия, ей нужен был совет, она не знала как поступить правильно.  Еще нужно было проверить кем он являлся и кто его финансировал, ведь убийство этого парня может привести к последствиям.
-Очень приятно,-проговорила девушка, Ката никогда раньше не слышала этого имени. -Дарси Смит?-переспросила принцесса, она не могла поверить, что девушка заключала какие-то левые договоры с каким-то людьми, не сказав не одному из Доусонов об этом. Ката готова была, Дарси вместе с Фридом закапать. -Да,имею. Дарси,была моей подругой,-Доусон была готова засудить эту беглянку, после всего что она сделала, Катарина точно не простит её, никогда. -Она была моим доверенным человеком, пока я и мой муж находились в Европе. Я доверяла ей, доверяла как сестре, а она предала меня и сбежала со всеми деньгами, который принадлежали приюту. Этот приют принадлежит мне,-добавила Катарина, она надеялась, что мужчина не захочет узнавать всю историю о приюте и о жизни Каты в Сакраменто. Ведь блондинка точно не собиралась говорить,что работала стажёром в полиции.
Пока девушка рассказывала историю про приют, вдруг подошёл еще один мужчина, видимо охранник Гвидо. Он нашёл телефон Катарины, а остальные Гвидо выбросил на пол, им не нужны были улики. На заставке телефона был маленький мальчик, когда девушка увидела лицо сына, она улыбнулась, ей так его не хватало. -Код 251215,-проговорила принцесса, она была не в состояние искать адрес знакомой.-В Ватсапе есть контакт Аманда Стиветс. Где-то в её чате, она посылала  мне свой адрес. И ещё напишите ей, что нам нужна помощь и мы едем к ней,- Катарина Доусон не хотела спугнуть свою знакомую посреди ночи, поэтому Гвидо должен был сообщить Аманде о их прибытие. Катарина и Гвидо нашли адрес, после находки они отправились к Аманде. Катарина была очень рада, что они уехали из этого места, она надеялась, что  ей никогда не придётся вернуться сюда. Хотя в кошмарах ей наверное долгое время будет снится это место.
-У них есть охрана, но вы правы, нужно написать им, чтобы были поосторожней,- нужно было нанять еще больше охраны и проверить всех подданных, которые работали у них. Девушка должна была знать кто были эти люди и на кого они работали. -Только рассказывать про эту ночь я не буду,- никто не должен был знать. Хотя Ката прекрасно знала, что если ее муж узнает об этом и о том, что она скрыла от него такое, то он очень сильно разозлиться.

Отредактировано Catharina Dawson (2021-04-18 14:22:26)

+1

20

С командой Фридриха разобраться и так пришлось, так что кроме него уже было три трупа - при таком счёте, уже не так велика разница, даже если их будет и четыре. Не говоря о тех телах, которые оставались где-то на складе; кому они принадлежали, тоже оставалось неясным, но история просто в целом была гораздо более глубокой, чем жизнь одного из отряда этих политических активистов, радикалов, террористов, революционеров, - кем бы там они на самом деле ни были. Чем больше Гвидо на это смотрел, тем лучше понимал, что его взору открывается только часть картины, причём было не совсем ясно, насколько именно малая её часть, - насколько важной может быть роль этого приюта, или насколько значима девушка, которая сидела, кутаясь в его пиджак... и как бы ни была ситуация отвратительна - она была ещё и любопытной тоже. Его жизнь была полной приключений, немало в ней было и опасности, и катастроф тоже, но даже на фоне всего этого... с чем-то подобным сталкиваться приходилось очень нечасто.
- Жизни, на мой взгляд, он не заслуживает,
- Монтанелли пожимает плечами и чуть поводит бровями - отзываясь не то, что хладнокровно, а вообще, довольно спокойно, практически расслабленно, о жизни смерти рассуждая так, словно перед прилавком остановившись, решая, какой ему, например, чай взять - чёрный или зелёный. Будто это был такой пустяк. В сущности, Гвидо просто действительно слишком привык решать подобные вопросы, чтобы как-то акцентировать на них своё внимание или даже делать вид, что акцентирует, пытаясь изобразить какую-то человеческую эмоцию этого плана, - жизнь Фридрих и находилась перед ним, как товар на полке магазина, и он мог её сохранить или забрать. Мог и был вполне способен. Конечно, у жизни есть цена, как и у всего на свете, но если товар тебе нужен и заплатить за него ты в состоянии - не будешь же думать об этом дважды?.. - но не уверен, мне ли это решать. - и решал Гвидо скорее насколько ему нужен этот самый товар... - Это Ваш враг, а не мой. - после того, как его люди убили нескольких его друзей, это утверждение не может быть настолько же твёрдым, но - во-первых, Фридрих понятия не имеет, кто он такой, а те, кто за ним стоят, и подавно, а во-вторых, Монтанелли и его людей не было в целевых списках парней. Они, очень вероятно, и о существовании его понятия не имели.
- Вам?.. - и, вроде бы безобидная, факт того, что владелица приюта находилась перед ним, вызывала у него больше эмоций. Потому что это была не та информация, которой он располагал и которую рассчитывал. - Я думал, бизнесом владеет Дарси. Я туда направлялся, чтобы сделать вклад - как раз по причине банкротства места. - которое, в общем-то, сложно было оспорить - место пустовало, животных там не было, запасов еды и лекарств тоже наблюдалось, и не похоже было, что приют в последнее время вёл какую-то деятельность. Гвидо кивает в сторону ручки одного из кейсов, так и располагавшихся на полу машины, там же, где скрылись мобильные телефоны. Выходило, что Дарси и его собиралась кинуть, решив дополнительно поживиться, - но вовремя передумала. Наверно, Фридрих и его бригада её спугнули.
- Это Ваш сын?.. - замечает Гвидо, старательно вводя цифры. Похоже, код от телефона Катарины - это дата его рождения, на вид - ребёнок подходил по этому возрасту... вроде бы. Не был полностью уверен, что правильно определил, по фотографии было затруднительно это точно сделать; но, казалось, мальчик был где-то примерно между его Витторией и Джованни. Возможно, они даже в один детский сад ходили вместе с его сыном, только в группы разные... если бы Катарина не была, как она утверждала, из Голландии, конечно...

"Приеду через пятнадцать минут. Нужна твоя помощь."

Чувствовалось как-то не очень правильно читать чужую переписку, но раз Катарина попросила, не желая это делать самостоятельно - Гвидо пришлось это сделать, разыскивая адрес. Вообще, изначально хотел сделать звонок, вместо написания сообщений, но затем подумал, что, услышав чужой голос на другом конце провода, эта Аманда встревожится ещё сильнее - пусть лучше всё выглядит так, словно ей написала подруга. Не слишком, может быть, элегантно получилось, но как есть.
- Вообще, похоже, что эти ребята организованы и мотивированы - и представляют опасность довольно конкретную, чтобы быть просто "поосторожней". Не моё дело, чем Вы привыкли делиться со своей семьёй, но я бы посоветовал рассказать всё, как есть. - чтобы семейство могло бы знать, откуда именно ждать опасности, - поскольку она действительно может им угрожать, насколько Гвидо понимал эту ситуацию. Парни не были просто какими-то маньяками с улиц, или психически больными, - отморозками, да, но отморозками либо способными провести какую-никакую подготовку, либо имевшими поддержку кого-то, кто мог спланировать их действия. Тем более, если речь идёт о переходе через границы стран... происходящее напоминает прямо действия диверсионной группы. И ради простого человека всё это подобное делаться явно не будет. - Чем таким вообще занимается Ваша семья? - элита Европы, она говорит. И если её опасаются настолько... не сказать "серьёзные", - но настолько подвязанные, и настолько отчаянно смелые, люди - значит, у Катарины есть какая-то власть, сопоставимая с этой самой элитой, или по меньшей мере имеется что-то, что, по их мнению, может ей угрожать. И это что-то уже явно не какой-то там приют для животных в Сакраменто.
И с чем мы связались на этот раз?..

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » The Princess, The Dragon and The Chessboard


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно