внешностивакансиихочу к вамfaqправилакого спросить?вктелеграм
лучший пост от каспера кинга Еще несколько дней назад всё, что мог Каспер Кинг - скорбеть, смотря в никуда и наблюдая бесконечное ничто. Словно вокруг отключили мир, поставили на паузу, перекрыли белым... читать далее
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 35°C
* jack

[telegram: cavalcanti_sun]
aaron

[telegram: wtf_deer]
lola

[telegram: kellzyaba]
mary

[лс]
tadeusz

[telegram: silt_strider]
amelia

[telegram: potos_flavus]
anton

[telegram: razumovsky_blya]
darcy

[telegram: semilunaris]
edo

[telegram: katrinelist]
anthony

[telegram: kennyunicorn]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » повзрослев и вызнав, что мы умеем, мы ни с чем не справились до конца.


повзрослев и вызнав, что мы умеем, мы ни с чем не справились до конца.

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

Rita & Seva
1 september, Berkeley
https://i.imgur.com/aSdmoOf.gif

если утро вечера мудренее, наша ночь приклеилась у крыльца. все-то сказки, все-то мои игрушки, а без них не думай смотреть на жизнь. замерзает кола в стеклянной кружке, сам теперь попробуй-ка, удержись. удержи - такими, как научились, как пришли однажды сказать ‘прости’. за каким-то чертом же нас точили с острием для масла в сырой горсти.
*это я бегу к тебе чтобы завлечь в радужную страну и отлесбиянить тебя

[NIC]Sévérine Chartier[/NIC][STA]девочка-рейв[/STA][AVA]https://i.imgur.com/AVRcnUL.png[/AVA]
[LZ1]СЕВЕРИН ШАРТЬЕ, 23 y.o.
profession: аспирант, будущий психолог (но это не точно)[/LZ1]

+2

2

Можно сок?
Сок?
Сок…? – я слышу, как трещит моя уверенность: встречный вопрос-уточнение – или неприкрытая издёвка? – оставляет пробоину, сквозь которую расползается жидкими нитками мутный и ненадёжный план дождаться Монику на крайнем стуле. Обзавестись для порядка выпить чем-нибудь безобидным и через час найти приемлемые причины вернуться в кампус. – Да, просто сок, – нервозно передёргиваю плечами и говорю твёрже, но голос перескакивает на два тона выше, и это слышно даже под музыку, а ещё лучше – видно по лицу. – Любые цитрусы: апельсин, или грейпфрут, или всё вместе, – я не собираюсь здесь задерживаться, но подруга берёт на слабо, подначивает и провоцирует согласиться провести последний вечер перед началом учёбы вдали от университета. Как я соглашаюсь – не помню, ведь рациональных и осмысленных оснований так и не находится, и я иду на поводу задетых и поддетых наглостью языка без костей Моники чувств, на самом деле предпочтя успеть прочесть до рассвета ещё одну книгу из предстоящей программы по рекультивации земель, например, или вновь затереть до дыр Гекльберри Финна. Однако приходится привстать на носочки для убедительности и недостижимых сантиметров роста и посмотреть врождённым простодушным и неискушённым взглядом на парня, предупреждая любые попытки подшутить или куда менее тактично простебать мой благодетельный выбор. Впрочем, я не остаюсь в долгу, присаживаясь и тут же приподнимаясь выше, высматривая соковыжималку и готовясь дознаться до происхождения сока в стакане, не терпя коробок, пластиковых бутылей и других видов тар с концентратом сахарной жижи.

Спасибо, – удовлетворённо кивая на молча поданный заказ, я заворачиваю волосы в гульку, удерживая скрученные пряди двумя руками, и отпуская, позволяя им рассыпаться по плечам и спине до щекотки или лёгких мурашек. Так я повторяю несколько раз подряд, наматывая пучки то справа, то слева, ничем те не фиксируя, но не переставая думать, где можно обзавестись резинкой или хотя бы карандашом. В баре выбор сводился к зубочисткам или шпажкам для канапе, но необходимость лишний раз обращаться к недружелюбному бармену сводит все мои цирюльничьи притязания сначала к нулю, а совсем скоро – к взлохмаченной укладке, утратившей опрятный вид сразу, как только я запускаю пальцы за уши. Моника, отлучившись сразу при входе в незнакомое заведения, не спешит возвращаться и ставит под удар моё присутствие, но уйти без предупреждения не позволяет совесть. Решение дождаться даёт отсрочку неизбежному, и в мыслях я уже растягиваюсь от головы до пят на постели, переодеваюсь в домашнее и перелистываю на заложенную уголком страничку книги.

Отражение спутанных волос бликует на стекле, и я ловлю свой взгляд, рефлекторно оборачиваясь к просторному, но наполненному людьми залу, в котором всплески разговоров тонут в фоне, надо признать, приятной и неназойливой музыке, однако открытая спина, подставленная обзору любому, кто решит пересечь помещение вдоль или поперёк – ощутимый минус выбора места за стойкой, а не за столиком, и я невольно ищу свободный, с огорчением опущенных плеч не находя ни одного. – Зря я согласилась, – обидный упрёк в назидание не вестись больше на провокации, глотком я допиваю апельсиновый сок и перестукиваю кубиками нерастаявшего льда по стенкам, не различая звука за общим шумом. Набираю номер Моники и вжимаю телефон в ухо, прислушиваясь к безответным гудкам. Правило трёх гудков отменяется на четвёртом, и первым сдаётся сам вызов, уведомляя меня сигналом сброса ввиду неответа, но я звоню повторно, и картина повторяется с поправкой на растущую злость и раздражение. Заведомо не верю ни в какие форс-мажорные ситуации из ряда диареи, ишиаса или другого плохого самочувствия – только не с Моникой. Самопровозглашенная звезда курса не может с порога угодить в уборную и припасть к унитазу по чьему-то злому умыслу, пусть даже кармическому. Терпя третью неудачу одну за другой, я перехожу к письменным угрозам в виде множества сообщений, варьируемых от наделенных экспрессией знаков препинания и заканчивая развёрнутыми предложениями со всей сопутствующей аргументацией и обоснованиям. – Я не дам тебе меня кинуть. Опять, – подобные курьёзы случались и прежде, только в меньших масштабах: говорившись встретиться тоже в Сан-Фрациско в знакомой нам обеим кофейне, чтобы после череды своих дел вместе отправиться на Бэйкер-Бич, Моника спустя час упущенного времени сообщила об изменившихся планах; наверное, стоило взять на заметку в прошлом году уровень ответственности Моники, но все тщательно обдуманные выводы оказались погребены под морем извинений, обещаний на будущее и моей необъяснимой слабостью перед любыми выходками девушки. Обещанное будущее продержалось чуть меньше десяти месяцев. Раздраженно я спускаю ступни с подножки, ища носками брог пол и собираясь поправить складки платья-миди, как перед носом возникает маргарита.

Я не заказывала, – окликаю бармена, аккуратно отодвигаю от себя коктейль, смущаясь от чужого недоразумения и надеясь быстрее завершить затянувшийся неприятный инцидент возвращением в общежитие. – Спасибо, не нужно, я не пью.

Комплимент от бара, – в подтверждение благих намерений, несмотря на не заладившийся двадцать минут назад диалог, бармен салютует мне хайболом и субтильно улыбается. Я же не могу сдержать улыбки в ответ и взбираюсь обратно, пробуя назло принципам, злости, а главное – Монике, маргариту небольшим глотком, прокатывая тот по языку и меняя гнев на милость, обозначая следующую контрольную точку по розыскам Моники через один коктейль.

+1

3

последний день, перед тем, как запустить свои корни окончательно в аспирантуру, с достаточно ясной целью: получить злополучное разрешение работать там, где в принципе работать не очень то хочется,
по крайней мере, ограничиваться стандартными мерами точно было не для северин.

шартье умела хорошо проводить такие последние дни перед,
вначале обучения правда занозой —
такой, прямо занудной, неприятной и осязаемой, —
вставал вопрос бесконечных потоков самоанализа, но она смогла это остановить.
легче просто быть человеком, анализируя свой поток действий и поток принятых решений когда придёт подходящий момент, а не прямо здесь и сейчас.
не слышать этот противный голос лектора, который всё время говорит `так, это произошло по причине..`
большая привилегия.

потому что свободы хотелось всегда.
даже осознавая, почему — всё равно хотелось.

северин не видела ничего страшного ни в этом, ни в психоделиках, ни в том, что её осознанное потребление не совсем законно и не особо поощряется закостенелой прослойкой общества.
зато на той стороне —
интересно.

шартье чувствует себя исследователем, даже когда вступает в новый, незнакомый для себя бар,
удивительно, на самом деле, что такой вообще можно было найти в беркли.
видимо, она его старательно обходила все четыре курса обучения,
либо он не так давно открылся,
что, впрочем, неважно.
северин поправляет клетчатую рубашку, накинутую поверх белой майки,
у неё при себе кошелёк, несколько марок лсд в секретном кармашке и полное нежелание возвращаться в съёмную квартиру до утра.
или вернутся как минимум в приятной компании, чтобы в спешке потом одеваться на лекцию и пытаться привести себя в живой вид  —  это достаточно весело,
особенно когда это первая лекция, которую она будет вести самостоятельно.
по теме защищённого диплома, между прочим.

лёгкое произношение гарцующей французской `р` привлекает внимание бармена — намеренно.
хотя она находилась по другую сторону баррикад,
вернее сказать, по одну с ним.
вообще, она отлично говорила без всякого акцента — но так веселее.
забавнее даже.
шартье знала, что подкупает внимание и повадками, и внешностью, и всей совокупностью своей харизма и привкуса свободы, что витал вокруг неё как тонкий аромат хороших духов.
и пользовалась этим, потому что могла.

шартье оглядывается по сторонам, присматривая компанию,
знакомых ли // незнакомых ли.
к незнакомым даже интереснее — шартье любила узнавать новых людей. чёрт знает, откуда у неё хватало энергии на все эти социальные контакты, но —
редко когда случалось теперь встретить кого-то незнакомого // не увидеть знакомых лиц. обычно она за вечер успевала поздороваться с толпами людьми.
и самое забавное, что ей всё это не особо было нужно — не упивалась этим, воспринимая, как нечто естественное.

взгляд северин привлекаеет чьё-то знакомое лицо, мелькнувшее в зале, но —
переключился на девушку с лонг-айлендом.
шартье смотрит на неё внимательно, стремясь поймать ответный взгляд — но она слишком долго и пристально смотрит в свой телефон, печатая.
у неё забавные манеры:
северин нравилось за ней наблюдать, подмечая с умилением, как забавно та крутит трубочку пальцами, пока свободной рукой что-то быстро набирает.
шартье терпеливая, поэтому дожидается всё-таки момента, когда их глаза столкнулись —
даже не нужно было улыбаться в этот момент, ведь на губах северин уже поселилась улыбка.

привет, одна здесь отдыхаешь?

северин совершенно беззаботно разрывает дистанцию между ними в пару свободных стульев, подбираясь гораздо ближе, на соседний стул. бармен вручает что-то экзотически-фруктового: жутко хотелось чего-то сладкого.
наверное, она бы не отказалась сейчас даже от торта — но пришла то всё-таки в бар, а не в кофейню в соседнем доме, из которой тянулся шлейф аромата свежей выпечки.
шартье потягивается, но не сводит взгляда, ожидая ответа.

меня зовут северин. для друзей и красивых девушек — просто сева, так что можешь называть меня так.
так что не развешивай нос, это был искренний комплимент, чтобы повысить твоё настроение и боевой дух в этот день.

[NIC]Sévérine Chartier[/NIC][STA]девочка-рейв[/STA][AVA]https://i.imgur.com/AVRcnUL.png[/AVA]
[LZ1]СЕВЕРИН ШАРТЬЕ, 23 y.o.
profession: аспирант, будущий психолог (но это не точно)[/LZ1]

+2


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » повзрослев и вызнав, что мы умеем, мы ни с чем не справились до конца.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC