Сегодня в Сакраменто 25°c
Sacramento
Нужны
Активисты
Игрок
Пост
Чувство невесомости во время полёта каждый раз заставляло...
Читать далее →
Дуэты

    SACRAMENTO

    Информация о пользователе

    Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


    Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Если ты в пекло - я за тобой


    Если ты в пекло - я за тобой

    Сообщений 21 страница 26 из 26

    21

    Сложно передать словами то, что я чувствую, оказавшись открытым и беззащитным перед Тайроном. Какой-то миг паузы в нашей близости, когда Тай едва ли не пожирает меня глазами, рассматривая обнаженное тело, но это мгновение кажется целой вечностью. Его взгляд, словно электрический ток, что покалывает кожу. Он кажется таким опасным и одновременно до мурашек заводит лишь сильнее, подавляя во мне любые порывы бежать или сопротивляться, порабощая без всяких слов и движений. Никогда не думал, что настолько безрассудно и легко можно захотеть добровольно доверять и отдавать себя без остатка кому-то. До нетерпеливо зуда, вымаливая ласки и прикосновения.
    Тай начинает гладить бедра, целует их, ведет языком вверх. Тихо выдыхаю, откидываясь на подушку, невероятно приятно и хорошо ощущать себя чьим-то лакомством. До ломки разве что не хватает прикосновений к члену, мучительно требующему внимания, но Тайрон вновь специально дразнит, уверенный в том, что я уже никуда от него не денусь. Десерт подан - спешить некуда. Вздрагиваю от резкого укуса. Неожиданного и ощутимого. Сильные руки удерживают от попыток увернуться, а губы снова начинают целовать и ласково успокаивать укушенное место. Не успеваю испугаться, вновь пропадая в целом букете приятных ощущений.
    Теплая ладонь начинает гладить мой член. Не по себе от того, насколько я не контролирую себя и ситуацию. Оттого невольно и зажимаюсь, хотя Тай всё равно аккуратно, но настойчиво разводит мои колени, а я не особо то и противлюсь, вновь стараясь расслабиться, хотя получается не сразу. Он любуется какое-то мгновение моей открытостью, тревожа смущение где-то глубоко в груди, а после заглатывает член, выбивая из головы все мысли и эмоции вместе с тихим стоном, срывающимся с губ. Мне настолько хорошо, что мелкая дрожь овладевает телом. Никогда не испытывал ничего подобного прежде, готовый благодарить за каждый миг удовольствия, который Тайрон приносит мне. Неумелые ласки Лили не идут ни в какое сравнение, я и не вспоминаю о ней вовсе. Как? Зачем? Когда чувственные губы обхватывают член, а язык ласкает головку до ненормального тремора и головокружения.
    Боже, я опять на грани, и Тайрон будто чувствует, вовремя останавливаясь. Я пытаюсь отдышаться, наблюдая, как он расстается со своей одеждой. И это он меня называл красивым? Я не могу оторвать взгляд от идеально сложенного тела, созданного каким-то гением, незаслуженно безызвестным или забытым. Становится неловко и стеснительно за себя, такого угловатого и несуразного. Напряжение вновь сковывает каждую мышцу. Я так боюсь разочаровать и не соответствовать его красоте и идеальности, и только собственнический, голодный взгляд Тая помогает немного успокоиться. Ведь что-то он во мне такого видит? Я правда чем-то завожу его?
    Тай возвращается, нависая надо мной совсем близко, а у меня перехватывает дыхание от соприкосновения наших разгоряченных тел. Невольно вздрагиваю, позволяя мурашкам растекаться по коже. Больше никаких преград и границ, никакой мнимой защиты в виде одежды. А что дальше? Немного страшно от одной только мысли, что скоро я отдамся ему, и в тоже время я по-прежнему этого хочу, просто немного волнуюсь... Остается только довериться Тайрону.
    Неужели мой страх настолько очевиден? Тай будто читает мои мысли, мягко целует в щеку, а я робко улыбаюсь в ответ. Я знаю, что ты не обидишь... Прости, пожалуйста, за это глупое волнение. Немного трясет, но всё равно отчаянно тянусь к нему, прижимаюсь всем телом, забывая о смущении. Припадаю щекой к его плечу, ощущая при этом твердость чужого члена, упирающегося мне в бедро. Так уютно и спокойно становится в объятьях Тая, немного расслабляюсь. Пальцы несмело скользят от затылка по изгибу шеи, к лопаткам и вновь по линии позвоночника ниже к пояснице. Утыкаюсь губами в плечо, целуя и пробуя на вкус идеально гладкую кожу, оставляя дорожку из поцелуев ближе к шее и сонной артерии. Так пьяняще вдыхать аромат его тела, мне никак им не надышаться. К тому же каждая его ласка срывает с губ тихие стоны.
    Мои ладони опускаются неприлично низко. Мне любопытно, плавный изгиб поясницы так и манит, чтобы, несмотря на стеснение,  скатиться по нему к упругим ягодицам, и  я не отказываю себе в этом желании. Несмело замираю, прислушиваясь к собственным ощущениям. Таким новым и незнакомым... Мне хочется прикоснуться не только к ним, но и к члену. Я уже это делал однажды, но тогда не по своей воле, не потому что хотел этого, как сейчас. Легкий мандраж напоминает о себе, и я медлю, но всё же перебарываю собственное волнение, обхватывая рукой возбужденную плоть, не замечая, как выдыхаю, забывая сделать новый вдох. Член Тайрона такой большой и твердый, и всё равно приятно к нему прикасаться, даже несмотря на то, что пораненное запястью напоминает о себе уже привычной фоновой болью. Сжимаю ствол чуть сильнее и провожу пальцами от основания к головке, мягко её очерчивая, изучая её форму и лаская. Ловлю на себе взгляд Тая, он оставляет румяный след на щеках от смущения, но не останавливаюсь, продолжая движения вверх и вниз.

    +1

    22

    Этот мальчик такой отчаянно смелый – я прогибаюсь спиной под его пока еще робкими касаниями: меня заводит все сильнее то, как он кончиками пальцев пробегает от затылка до задницы, исследуя и изучая меня. Ему интересно, он не хочет безучастно принимать мои ласки – и я почти рычу от удовольствия, когда он целует мою шею, пробует на вкус кожу, подхлестывая этим мое возуждение. Я готов кончить во так – целуясь с ним, вжимаясь в его податливое тело, трогая его всего и везде. Хочу своими руками стереть все следы других людей, хочу, чтобы он помнил и желал только моих касаний, чтобы он всегда так откликался на каждый поцелуи. Он смотрит на меня не опуская глаз, даже когда смелеет настолько, чтобы скользнуть рукой к члену – вряд ли Эйк понимает, насколько соблазнительно выглядит сейчас – расслабленно и открыто. Его тонкие пальцы оглаживают головку, медленно двигаются вдоль ствола, обрисовывают чувствительными подушечками венки, а я… Я готов наброситься на него бешеным псом, чтобы хоть немного утолить ту жажду, что он во мне вызвал. Мои глаза в эту минуту – две черные бедны в которых мальчик может увидеть себя – зацелованного и возбужденного, невыносимо прекрасного, такого, каким его вижу я. Этот мышонок мой, целиком и полностью. Мой.

    Меня сводят с ума его прикосновения, я вжимаюсь телом сильнее, притираюсь к его руке – мне этого отчаянно мало – будь он хоть немного опытнее, я бы не ждал больше ни секунды. Впрочем, я не хочу думать о том, чтобы он набирался опыта с другими – все это я хочу видеть один, ни с кем не делясь. В порыве иррациональной ревности прижимаюсь губами к уже почти незаметному засосу на шее, прикусывая кожу, оставляя новую метку поверх старой – это моя собственность, мое личное сокровище, которым я не намерен делиться. Ему немного больно, но я очень бережен – не вгрызаюсь как в прошлый раз, а медленно усиливаю давление. Мне и самому нравится чувствовать, как под губами бьется пульс, как Эйк негромко стонет, не сдерживаясь. Такой тихий мальчик, но каждый его вдох тут же отзывается в налитом члене желанием, не поддающемся контролю. Я мягко убираю его руку, подношу ее к губам, оставляя поцелуй на каждой косточке – пусть не думает, что делал что-то не так, просто сейчас это слишком. Я не хочу кончить быстро, но сейчас я на грани.

    Нам некуда спешить сегодня – не собираюсь торопиться, смазывая такой долгожданный момент. Но и откладывать я уже не могу – он должен стать моим. Хочу видеть его лицо, когда он кончит, когда он будет этого сам хотеть, когда его собственное удовольствие перекроет все другие чувства и ощущения. Целую его – долго, медленно, поочередно прихватывая его губы, обводя их языком, с каждой секундой делая ласку все глубже – чувствует ли он, что я едва сдерживаюсь? Что мое тело почти искрит от желания? Что меня ведет от каждого его касания?

    Отрываюсь от его губ с сожалением и большим трудом – но тут же коротко касаюсь его губ, прежде чем потянуться к верхнему ящику тумбочки. Довольно быстро наощупь нахожу кондом и тубу со смазкой, выкладывая рядом на постель. Не хочу, чтобы он боялся того, что произойдет. Беру серебристый презерватив и веду острым уголком по груди Эйка, одновременно с этим спускаясь поцелуями по его шее. Царапаю совсем легонько, потом устраиваю пластиковый квадрат на его животе. У него была девушка, он знает, как этим пользоваться, но мне не нравится эта мысль. Не хочу представлять его в постели с другим человеком, умело открывающим кондом. Шумно выдыхаю куда-то под его челюстью, ревниво и голодно. 

    Я глажу его бедра, собирая пальцами его мелкую дрожь то ли возбуждения, то ли предвкушения, то ли испуга – я не спешу, давая ему привыкнуть ко всему. Знал бы он, каких усилий мне это стоит! Надрываю зубами упаковку, а после ловко раскатываю презерватив по всей длине его члена – теперь между нами тонкий слой латекса, но я продолжаю двигать рукой – вызывая очередной едва слышный стон. Поднимаюсь, теперь уже усаживаясь на его бедра, впечатывая в кровать, выдавливая на пальцы прозрачную смазку – она холодная, но мне все равно, это даже добавляет интересных ощущений, когда я провожу пальцами по своему телу. Влажной рукой вновь поглаживаю ствол Эйка, направляя в себя, почти сразу начиная опускаться. У меня нет столько выдержки, чтобы продолжать, я хочу его, и глухой рык тому очередное подтверждение.

    Моя рука упирается в постель у его головы, я плавно веду бедрами по кругу, давая и себе, и ему привыкнуть к ощущениям. Я обещал ему, что не причиню ему боли. Я сдержу это обещание.

    Двигаюсь неспешно, пока только пробуя ощущения от близости с ним: мое тело извивается так, что видно, как под кожей перекатываются мышцы. Хочу чувствовать его еще больше, мне мало одного члена. Губами касаюсь его влажного виска, целуя, сразу перед тем, как протяжно застонать – удачный угол, и я сам не ожидал, как ярко пробежит по телу волна удовольствия. Я кладу его ладони на свои бедра – хочу, чтобы он чувствовал каждое мое движение, чтобы касался меня, но мне мало, даже этого.

    Мне мало всего.

    Я двигаюсь быстрее, но все еще недостаточно, смотрю на лицо мальчика, на его покрасневшие от смущения и возбуждения щеки, на его зацелованные губы… Прогибаюсь сильнее, меняя темп - резче, но медленнее, и судорожно дышу: так мало кислорода сейчас. Мне не требуется даже дотрагиваться до себя – я не думаю об этом сайчас, лишь не свожу голодного взгляда с лица Эйка. Как же тихо он стонет, как же этого сейчас мало!

    - Блядь, какой же ты горячий...

    Отредактировано Tyron Kelly (2020-07-16 09:00:25)

    +3

    23

    Смотреть в  голодные глаза Тайрона, прикасаясь к его плоти, - это чертовски волнительно. Мы оба на грани, словно стоим взявшись за руки перед пропастью. Я вижу и чувствую, что любой неосторожный жест способен сорвать Тая с тормозов, без которых он утянет меня за собой в бездну ненормального желания. Часть меня, самая рациональная и осторожная,  опасается этого, нерешительно мнется на краю и тянет назад к безопасности, предупреждая, что может быть больно. Но что-то другое, почти незнакомое мне ранее, хочет продолжать, заглядывая в глаза Тая, любуясь его бешеной энергетикой, его жадностью до моего тела и голодом до прикосновений. Оно сильнее страха, оно буквально отключает рассудок.
    И как же мне нравится твердость в руке. Она будоражит, сводит с ума. Веду вниз и вверх, чуть ускоряя темп. Срываюсь на стон пару раз от ответных ласк, укусов и поцелуев. Тайрон так близко, буквально вжимает в постель, а мне все равно недостаточно. Он прижимается всем телом, накрывая собой, зацеловывает шею, а я чуть откидываю голову назад, желая быть ближе. Я ощущаю, как возбужденный член толкается в мою ладонь. О, Господи... Какой большой. Боюсь представить его в себе, ведь к этому все и идет. Боюсь и одновременно хочу, подаваясь навстречу. Трусь в такт движениям.     
    Его губы задерживаются  на шее, с легкой болью срывая тихий стон. Тай задевает что-то слишком эрогенное во мне. Я хочу еще, а потому так податлив и нетерпелив одновременно, ласкаю его член, пока он мягко не останавливает меня, убирая руку, целует костяшки пальцев, и я понимаю без лишних слов, что нам обоим нужно притормозить перед тем, как перейти к следующему шагу. Полностью доверяю Тайрону в этом, послушно переключаясь на поцелуй. Медленный, чувственный и томящий. Он успокаивает и дразнит, распыляя желание лишь сильнее. Мы целуемся, а ладони спускаются по спине, слегка царапая приятную кожу. Казалось бы, что сложного - коснуться другого человека... но меня пробивает до дрожжи. Боже, что я творю... Откуда во мне столько смелости?
    Тайрон прерывает поцелуй, отстраняется, а без его близости теперь так плохо и неуютно, что хочется скорее вернуться в его объятья, жалобно моля больше так не отпускать и не отстраняться. Поразительно, насколько быстро и незаметно  я стал зависим от его тепла. Оно такое особенное и такое необходимое, что без него уже никак. С волнением наблюдаю, как Тай достает презерватив и тюбик со смазкой. Наверное, я не до конца осознаю того, что меня ждет впереди, но всё равно желаю, чтобы Тай сделал это.. вошел и овладел мной с той же уверенностью, с которой всё это начал. Я готов отдать ему всего себя. Мне этого хочется, как бы постыдно не звучали мои мысли.
    Немного страшно, и волна мурашек выдает мое волнение, но Тай гладит бедра, успокаивая, и я доверчиво замираю, пока он открывает упаковку и... раскатывает презерватив по моему члену. Сперва не понимаю, что происходит, слишком сбит с толку переизбытком ощущений и эмоций. Я отдаюсь ему даже в момент, когда наши роли внезапно поменялись. Тайрон очаровывает своей простотой и непосредственностью. Всё, что он делает, каждый жест и движение, красиво и естественно. Засматриваюсь, забывая дышать, когда он смазывает себя. Это настолько соблазнительно, что в паху становится мучительно тяжело.   
    Тай прикасается к моему члену, гладит его и направляет, начиная плавно насаживаться на всю длину. Он не зажимается до тех пор, пока не присаживается полностью. Такой расслабленный и открытый, что вновь любуюсь им невольно.  Я проникаю в него со стоном, едва не скуля от новых, приятных ощущений, что накрывают до легкого головокружения, и всё равно не отвожу взгляд, желая ловить каждую его эмоцию или улыбку и любоваться блеском в темных глазах и его телом.
    Мы замираем, хотя эта пауза как пытка. Моя плоть будто в тисках, как же хорошо от этой узости и тепла. Малейшее движение ощущается максимально остро и ярко, а Тай еще дразнит меня, ведя бедрами. Он начинает двигаться, я тихо выдыхаю, не замечая, как на мгновение прикрываю глаза от удовольствия. Легкий поцелуй в висок и протяжный стон оставляют след из мурашек на коже. Послушно касаюсь его бедер, мягко придерживая их, чуть царапая гладкую кожу. Ладони вновь скользят к ягодицам,  неприлично нравится их ласкать и сжимать в своих руках. Тайрон наращивает темп, резко насаживается и вновь мучает, замедляясь, пока я стону под ним, наслаждаясь каждым движением, тихо смущаясь от его слов, прерывисто шепча его имя и кусая губы.
    - Тай... пожалуйста, ещё... я так хочу ещё.. Тай..., - шепчу, едва не выстаннываю что-то несвязное. Веду ладонями по талии и животу, любуясь обнажённым телом и возбуждённым членом. Сжимаю пальцы, проверяя его твёрдость, ласкаю и дразню, возвращаясь к ягодицам, оглаживая их. Мы постепенно ускоряемся, наращивая амплитуду и глубину проникновения. Невыносимо хочется кончить, и я ощущаю, что каждое движение приближает к этому моменту. Разумом осознаю, что ещё слишком рано, ведь добившись желаемого, я сам же пожалею о том, что пришёл к нему столь поспешно, но Тайрон  лишил меня остатков воли, и я не способен противиться приближающейся кульминации. Ожидаю её, почти поддаюсь,  лишь в последний момент уговаривая себя, что надо прерваться, успевая едва-едва. Тяжело дышу, сердце бешено бьется. Тянусь за объятьями, прижимаясь отчаянно сильно. Дрожу, но уже не от страха, а от возбуждения на грани. Мгновения затишья бьют по вискам.
    - Тай.., - переполняет невыносимая нежность, и с ней я шепчу его имя, осторожно возобновляя движения, продолжая прижиматься. Просто не могу отпустить его, не хочу, мне теперь его постоянно мало. Зацеловываю его лицо и ласково трусь щекой, продолжая шептать: - Мне так хорошо..., - глупо, наверное, и так наивно улыбаюсь, признаваясь: - Я хочу тебя и хочу быть твоим..., - я и сам до конца не понимаю, почему вновь так волнительно. Но не страшно. Почему я так жмусь к нему, выпрашивая ласку и любовь.

    +2

    24

    Он смотрит на меня так доверчиво, лишь на секунду прикрывая глаза, когда я касаюсь его тела особенно чувствительно. До одури нравится, как он тихо стонет, уже не прикусывая губы, позволяя самому себе насладиться близостью. Я покачиваюсь на его бедрах, сжимаюсь туже, чтобы вызвать очередной шумный выдох, очередной судорожный глоток воздуха – хочу смотреть на это вечно, как Эйк хватает алыми губами последние капли кислорода, прежде чем снова задохнуться от нахлынувших ощущений. Снова чувствую себя подростком, у которого желание бьется через край, а разрядку можно получить за пару секунд – эти теплые тонкие пальцы творят что-то невообразимое. И дело тут не в опыте, а в том, как он это делает – ведет по спине, оглаживая мышцы с интересом, любопытством первооткрывателя, спускается к заднице, сжимая ее ладонями. О, маленький мышонок осмелел настолько, что я невольно улыбаюсь, когда чувствую, как его руки по-хозяйски гладят мои бедра, живот, как переключаются на пульсирующий член.

    Нет, это слишком.

    Я прогибаюсь в спине, откидываясь назад, когда пальцы мальчика ласкают меня, безошибочно определяя, от чего мне снесет крышу – мягко обводит головку, доходит до основания, слегка сжимает, но не снимая возбуждение, а лишь наращивая его. Он хотя бы понимает, что я готов кончить прямо сейчас, просто любуясь его лицом с приоткрытыми губами, которые пересохли, его широко открытыми глазами, его податливостью? Я был уверен, что придется преодолевать его скованность и стеснительность, но нет – он снова поразил меня тем, как прыгнул с головой в этот омут. Он был открыт для меня – весь, целиком и полностью – хрупкий, обнаженный, такой ласковый… И весь принадлежал мне. Я веду пальцами по его щеке, привычно прихватываю под подбородок, приподнимая его для еще одного поцелуя. Он не может не чувствовать, как бьется мое сердце, как я пытаюсь вдохнуть между касаниями наших губ, как я все быстрее приподнимаюсь над его телом, чтобы получить еще больше удовольствия. И он мне его доставляет, так быстро доводя до той грани, когда начинает покалывать кончики стоп.

    Нам нужно отдышаться, вернее – мне. Замираю, снова беспорядочно целуя шею, собираю пальцами его дрожь, уже не от паники, а он накрывающего с головой возбуждения. Мое имя, слетевшее с его губ, отдает такой нежностью, такой отчаянной обреченностью… Мне нравится, как он произносит его, так как никто и никогда. Ловлю себя на мысли, что хочу услышать это снова. И снова, и снова, заставляя мальчика вскрикивать между словами и снова смотреть на меня так, как умеет только он.

    Он двигается пока плавно, внутри, уверенно, освоившись в этой роли – я могу опираться на ладонь, просто захлебываясь ощущениями, плавными толчками, задевающими простату. Дышу часто и загнанно, любуясь мальчиком, который прятался от каждого прикосновения, а теперь раскрылся подо мной полностью, не страшась уже ничего.

    Тогда в тесном туалете, все было не так – отобранное силой не шло ни в какое сравнение с тем, что было получено добровольно. И контраст был потрясающий: я помню, как он замирал в руках, как сопротивлялся, с какой интонацией просил остановиться. А сейчас… Сейчас он просит продолжать, и это заводит. Я слушаю его сбивающийся шепот, который отдает эхом по всему телу – я не знаю, что ответить, я лишь целую, жадно, горячо, обхватывая его узкую ладошку на своем члене. Все как тогда, но совершенно иначе, и я хочу почувствовать это снова – его губы, так же страстно отвечающие на поцелуй, его руки, что гладят мое тело с уверенностью, запах его тела, тихий шепот, вперемешку со стонами.

    Я почти кончил, но все также голоден, если не сильнее. Рычу в его губы одновременно с тем, как изливаюсь на его живот – горячие капли смотрятся потрясающе на его светлой коже, и я аккуратно размазываю из, пытаясь отдышаться. Он кончил чуть раньше, и это стало тем последним шагом – его дрожь, его стон, то, как он прижался, делясь со мной своим экстазом… У меня не хватило выдержки, просто не хватило выдержки, чтобы продлить свое возбуждение. Уткнулся лбом в его лоб, дыша часто, но ошалело улыбаясь, пытаясь прийти в себя. Эйк такой красивый с алыми щеками, влажными волосами на висках, весь зацелованный мной, помеченный моими пальцами, пахнущий мной.

    - Ты полон сюрпризов… - Тихо смеюсь, оставляя нежный поцелуй в уголке его губ, но этого мало, и я целую снова, почти благодарно и точно – довольно. Опускаюсь на постель рядом с ним, избавляясь от презерватива, выуживая полотенце. Вытираю его живот, спускаясь движениями ниже, к паху, собирая все следы своего оргазма. Так и тянет поцеловать это подреберье, и я не отказываю себе в удовольствии. Теплая кожа, чуть солоноватая от моего семени и свежего пота – мне не оторваться от нее. Веду поцелуями вверх, до плеча, и теперь уже просто заваливаюсь рядом, сгребая его в охапку, давая отдышаться уже у меня в руках.

    - Расскажи мне, на кого ты учишься. Что изучаешь, что тебе нравится. Хочу знать все. – Глажу обнаженную спину, устраиваю ладонь на его ягодице, обозначая свою территорию. Это связь на одну ночь и только из принципа – соблазнить и поставить галочку в своей голове. Но почему мне хочется, чтобы он остался здесь до утра, и мы занимались любовью до тех пор, пока не выдохнемся?

    Отредактировано Tyron Kelly (2020-07-19 13:46:20)

    +2

    25

    Не хватит сил, чтобы остановиться во второй раз. Ведет от каждого движения. Я будто в агонии, приятные ощущения заполняют тело целиком, а мне все равно их не хватает. Мы ускоряем наш ритм, всё быстрее и быстрее, чувствую, что оргазм совсем близок. Хочу в этот момент обнимать Тайрона, ощущать горячую  кожу, капли пота, стекающие по вискам, бегущую по венам кровь и его дрожь во время кульминации нашего общего безумия. Какие-то секунды отделяют нас от момента полной эйфории. Тай почти беспрестанно целует меня в губы, жадно и бесконтрольно, а я стону от его ласк и укусов, не обращая внимания на проскакивающую боль. Со стоном хватаюсь за его плечи сильнее, впиваясь ногтями в кожу и прижимаюсь всем телом, проникая максимально глубоко, ощущая, как на мгновение темнеет в глазах от наслаждения, которое проходится волной, вынуждая окончательно забыть обо всем, кроме Тая, его узости и тепле его тела. Всего-лишь момент, но мне так хочется поставить его на паузу...
    Продолжаю  последние толчки по инерции, не желая выпуская Тайрона из объятий, поддаваясь незнакомой прежде, безграничной и ненасытной нежности, от которой до ломки так щемит в груди. Он такой красивый, запыхавшийся и чуть взмокший, рычит прямо в губы, а я чувствую, как теплое семя согревает живот. Тай размазывает его, а я тихо вздрагиваю и всё еще не отдышавшийся целую его плечи.
    Мгновения невероятного блаженства постепенно отступают. Тело наполняет приятная слабость, а я боюсь пошевелиться или отстраниться. Я всё еще в Тайроне. Еще немного... Мне так не хочется разрывать эту близость между нами, она будто наркотик, от которого никак не отказаться.  Не замечаю ничего вокруг,  с трепетом вдыхая запах его тела, отвечая расслабленной улыбкой на неподдельное удовлетворение. 
    Его слова так смущают. Еще непривычнее то, с какой заботой Тай вытирает полотенцем собственную сперму, не оставляя на коже ни капли - так по-собственнически, с нежностью, переключаясь на поцелуи и ласки, с легкостью срывая с губ очередной тихий стон. Я будто по собственной воле больше не принадлежу самому себе... но  мне так хорошо и уютно от этого. Непередаваемые ощущения. Эмоции и отчаянная эйфория переполняют, подкатывая к горлу. Особенно, когда Тайрон сгребает меня в свои сильные объятья. Чувствую себя таким слабым и хрупки, искренне жмусь ближе, будучи всё еще не в состоянии вернуться в привычный скованный панцирь, ведь в  теплых объятиях так спокойно и уютно. Прячу лицо, мимолетно целуя плечи. Стараюсь перебороть легкую дрожь, которую провоцирует собственная обнаженность. Мне чуть стеснительно, и в тоже время всё тело ласково реагирует на то, как Тайрон устраивает свою ладонь на моей ягодице.
    - Правда? - вопрос и интерес застают врасплох. Я не из тех, кто любит говорить о себе, и всё же с Таем так спокойно, что не пытаюсь перевести тему. - Учеба и есть моё увлечение, - неловко усмехаюсь. - Я программист, немного разработчик мобильных приложений, ну и просто любитель всего, что связано с компьютерами, - сам не замечаю, как открываюсь, рассказывая о том, что мы с семьей переехали из Ливерпуля, что в детстве занимался конным спортом и легкой атлетикой, что опасаюсь больших собак, потому что однажды был атакован английским мастифом, и если бы не брат, всё могла закончиться очень печально. Наверное, это мой рекорд по объему той информации, что выдаю о себе за короткий разговор.
    - Тай.., - обращаюсь несмело, невольно ведя пальцем по его горячей коже. - А ты расскажешь о себе?

    Отредактировано Eyck Temple (2020-07-21 15:12:12)

    +1

    26

    Мышонок уютно устроился на моем плече – прижимаясь влажный и часто дышащий, прячущий лицо от меня. Я чувствую, как он целует мою кожу, как ведет пальцами по груди – это чертовски приятно, особенно после того, как первый голод страсти затих. Мне нравится этот момент, когда я могу губами касаться его волос, вдыхая их запах, не выпуская, впрочем, из рук его хрупкого тела. Обычно мне не нравится, когда после секса остаются в моей постели – она только моя, и меньше всего мне хочется, чтобы в ней спали случайные любовники. Даже Кайлу не перепадало ничего такого, хотя он и сам торопился свалить, чтобы остаться наедине со своей дозой и парочкой случайных клиентов, которые одарят его деньгами. Но сейчас я медленно вел пальцами по пояснице Эйка, и мне настолько нравилось это ощущение, что хотелось продлить его. Может на сутки. На двое. Возможно дело было в том, что у меня никогда не было такого любовника – чистого, холеного, приличного – мальчик из другого мира, на который я могу смотреть только на картинках. Даже дотронуться – непосильная задача. И вот он мирно дышит у меня на плече, стесняясь поднять алеющие щеки, после все, что было.

    Я веду подушечками пальцев по его скулам, очерчивая их контур, спускаясь к подбородку, но лишь поглаживая его, не заставляя, как обычно смотреть на меня. В груди и ниже разливалось чистое удовольствие, древнее, как сама жизнь, но к нему подмешивались непонятные мне ощущения и желания. Например, чтобы он улыбнулся. Его редкая улыбка была чертовски соблазнительной, и отрицать это глупо.

    Может, мне просто мало одного раза, чтобы насытиться им? Обычно я терял интерес сразу, переводя любовников в категорию «время от времени», не задумываясь с кем они там без меня проводят время, если дают мне все, что требуется. Но сейчас, касаясь снова яркого засоса под челюстью Эйка, ловлю себя на странной мысли, что не хочу, чтобы до него дотрагивался кто-то кроме меня. То, как он прекрасен обнаженным, каким отзывчивым и страстным был в постели – я хотел оставить все эти открытия лично для себя, пользуясь ими единолично. Такой зажатый и скованный мышонок удивил меня, давая разгореться и без того яркому пламени желания…  Может поэтому, я лишь крепче обнимал его, рисовал линии на его спине, то и дело поглаживая бедро и задницу. И какого хрена я хотел знать о нем что-то больше того, как он стонет, когда подступает оргазм? Но я слушал, про его жизнь, про то, что он любит, что ему нравится, про его брата. Какого-то хрена меня будоражит его открытость сейчас, то, как он доверчиво жмется, хотя ему немного стыдно. Я укрываю его тонким одеялом, продолжая гладить уже под ним, но создавая временную иллюзию приличия – давать ему возможность одеться я не собирался, то тепло, что разливалось внутри снова превращалось в хищный голод, который вскоре станет нестерпимым.

    - Я в этом ничего не понимаю, по звучит интересно. – Я усмехнулся – мой старый ноут едва тянул что-то тяжелее блокнота, и то, о чем говорил Эйк было для меня таким же темным лесом, как и занятия конным спортом. Этот мальчик был другим настолько, насколько это вообще возможно – у нас не было точек пересечения, общих моментов. Вероятно, я хотел затащить его в постель, чтобы сбить немного налет чопорного англичанина, который делает по правилам все. Я хотел, чтобы он делал то, что хочу я, пусть даже силой, пусть даже ему будет неприятно и больно. В какой момент все пошло нахер? Когда я увидел его влажные от слез глаза? Или когда он начал отвечать на мои сообщения? Или когда так жадно отвечал на поцелуи? Я не отследил момент, а теперь он лежит на моем плече, и я не хочу, чтобы что-то менялось.

    - У тебя красивое тело. Это атлетика или конный спорт? – Я поддразниваю его, слегка стягивая с бедра одеяло – он правда красив, но не так, как другие. На него нужно смотреть, чтобы увидеть его соблазнительность, но увидев один раз, будешь видеть постоянно. – А от больших собак тебя я могу защитить – показываю ему руку с точками шрамов от зубов, и полосами от того, что бродячая псина пыталась вцепиться мне в лицо, но довольствовалась лишь предплечьем. Слушаю его, как он рассказывает о себе, и мне интересно – я как будто узнаю его, впервые, не просто стремясь быстрее удовлетворить свою похоть. Его несмелые движения сейчас так разнятся с тем, с какой жадностью он сминал мои ягодицы минут 15 назад, и это вызывает у меня лишь улыбку.

    - Мне нечего рассказать – у меня ни увлечений, ни хобби, ни переездов, ни перспектив. – Немного хмурюсь, потому что мне правда нечего сказать – я никто, просто мусор. Меня таким считали всю жизнь, и ничего не изменится. - Так что нет, о себе я не расскажу. – Потому что и правда нечего – я пришел в центр потому что меня заставили, сам бы я не переступил его порог никогда. У меня нет проблем с наркотиками, как нет проблем с работой, образованием, жизненным путем. Такие как я не должны встречать таких, как Эйк, и тем сильнее было мое желание не отпускать его сейчас. Это просто что-то необычное. Просто голод тела. Просто желание близости и не более того.

    +2


    Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Если ты в пекло - я за тобой


    Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно