внешностивакансиихочу к вамfaqправилакого спросить?вктелеграм
лучший пост от скорпиуса малфоя [эппл флорес] Сегодняшний день просто одно сплошное недоразумение. Как все могло перевернуться с ног на голову за один месяц, все ожидания и надежды рухнули одним только... читать далее
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 35°C
* jack

[telegram: cavalcanti_sun]
aaron

[telegram: wtf_deer]
billie

[telegram: kellzyaba]
mary

[лс]
tadeusz

[telegram: silt_strider]
amelia

[telegram: potos_flavus]
anton

[telegram: razumovsky_blya]
darcy

[telegram: semilunaris]
edo

[telegram: katrinelist]
anthony

[telegram: kennyunicorn]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » Мальчики со спичками


Мальчики со спичками

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

ПРИГОРОД САКРАМЕНТО | ДЕКАБРЬ 2019 | ВЕЧЕР

Майлз Куинн, Мухаммед Мансури
https://forumfiles.ru/uploads/0010/a8/ca/7780/941744.jpg

Все любят Рождество. Многие любят закрытые вечеринки для избранных. Мало кто знает, что именно там происходит. Впечатления тех, кто узнаёт, могут оказаться совершенно незабываемыми.

+1

2

К немалому своему удивлению, в последнее время Мухаммед перестал проявлять прежний интерес к случайным знакомствам и связям на одну ночь, даже связям с самыми классными парнями и самыми горячими мужчинами постарше, которые раньше и вовсе были для него настоящей страстью. Что стало этому причиной, Муха не знал точно, но подозревал, и эти подозрения были до того обескураживающими и поразительными, что он предпочитал пока лишний раз их не обдумывать. В конце концов, может быть, он просто ошибается, ничего такого необычайного и важного не происходит и поражаться тут нечему. Может же такое быть? Наверняка может, а раз так, то и тратить на всё это силы и время нечего.
Наверное, все эти мысли в конце концов и привели к довольно странному раскладу: после очередного блюзового вечера в уже хорошо знакомом "Ривер Фоллс", он согласился посидеть в баре с одним из слушателей, хоть и понял в первые же минуты, что не собирается с ним спать. Этот увлечённый джазом слушатель представился Майклом Роксбергом, оказался пиарщиком от мира кино, на отдыхе из Лос-Анджелеса, держался немного по-старомодному обходительно, а заодно угощал отличным кофе и всячески демонстрировал свою заинтересованность в Мухе.
Муха наслаждался вниманием, немного флиртовал, позволял к себе совсем не по-дружески прикасаться и даже расщедрился на поцелуй - и на исходе вечера так и не поехал с Майклом в отель. Мистер Роксберг, тем не менее, почему-то совсем не растерял интерес, предложил обменяться телефонами и подвёз "арабского джазмена" до дома, а через пару дней позвонил сам. Услышав его голос, Муха уже задумался, не вознаградить ли такую настойчивость, как неожиданно был приглашён вовсе не на свидание, а на закрытую вечеринку за городом к приятелю Майкла, "на редкость изобретательному продюсеру, который отлично умеет развлекаться". Это было необычно, немного странно, но почему бы не отвлечься, ещё и на частной вечеринке, которые часто обещают немало интересного? Муха поблагодарил, был на редкость мил и обещал обязательно появиться.

Загородный дом "изобретательного продюсера" оказался огромной виллой в уединённом месте в полутора часах езды от Сакраменто. Судя по виду этой виллы, в неё была вложена прорва денег хозяина и океан усилий и идей дизайнера, Муха даже невольно порадовался, что вспомнил о дорогом костюме и шёлковой золотисто-кремовой рубашке, и теперь вписывался в общий ландшафт. Как только выпьет чего-нибудь покрепче и нырнёт поглубже в музыку, которую выдаёт укрывшийся где-то в глубине сада профессиональный диджей, впишется окончательно. Может быть, даже найдёт Майкла и проведёт увлекательную ночь. Там будет видно.
Майкла он действительно нашёл, вот только тот был мало похож на человека, с которым Муха пару дней назад познакомился. В нём появилось что-то хищное, немного лихорадочное, он взгляд, которым он Муху встретил, показался неприятно цепким, и отчего-то совсем не захотелось ни пить из предложенного им бокала, ни есть с его рук таблетки, ни тем более "уединяться с ним где-нибудь наверху", как он немедленно предложил. Муха поулыбался ему немного, повился вокруг, изображая заинтересованность и флирт, а потом аккуратно ускользнул и понемногу затерялся в толпе гостей, которая чем дальше, тем больше увеличивалась.
Понадобилось совсем немного времени, чтобы заметить, что эта толпа совсем не однородна: в ней есть гости "изобретательного продюсера", роскошно одетые, уверенно, немного нахально держащиеся, источающие какое-то лихорадочное веселье, а есть целая компания парней и девушек, здорово от них отличающихся. Все, как один, совсем молодые, красивые или хотя бы смазливые, все улыбаются услужливо и ненатурально и почти у всех глаза, будто затуманенные чем-то, а ещё все эти ребята ведут себя как-то так, словно они тут обслуга, вот только что-то не видно ни фартуков, ни официантских курток.
Картина казалась странной и внушала какое-то неясное ощущение жути, но Муха, наверное, не стал бы связываться, прошёл мимо, а потом и вовсе свалил, если бы вдруг не выхватил взглядом в толпе знакомое лицо. Майлз. Тот самый Майлз, с которым они совсем недавно так славно проводили время на лодке, принадлежавшей приятелю Ди. Этого узнавания хватило, чтобы Муха перестал колебаться: в несколько шагов он оказался рядом с Майлзом и негромко подал голос:
- Привет, Майло. Я Муха, помнишь меня? - Муха прислонился к нему плечом. - Как тебе вечеринка? Не знал, что у тебя здешний хозяин в знакомых, - он сверкнул лучезарной улыбкой, а потом вдруг продолжил ещё тише: - Ты как, уже убрался чем-нибудь или пока на сцене только виски? - Муха весело щурится, а боковым зрением следит за полутёмным коридором, явно уходящим в дальние комнаты, и за шумным высоким итальянцем, уводящим в ту сторону сразу двух парней, одного из которых почему-то слегка пошатывает, а другому весёлый итальянский гость совсем неласково заламывает руку за спину. Странно смотрится вечеринка, и всё более странным начинает выглядеть то, что, похоже, в глазах всех участников всё нормально.

+2

3

Всю свою сознательную жизнь я избегал подобных мероприятий: находится на закрытых вечеринках с толпой народа и охраной, за высокими заборами было безопасно. Для владельцев и их гостей, но никак не для тех, кого на такие встречи покупают в качестве красивой игрушки. Один раз, будучи еще зеленым юнцом мне довелось поучаствовать в чем-то похожем, но рангом пониже, и я на всю жизнь заимел несколько табу. Первое: не посещать вечеринки в качестве шлюхи – много желающих на одну задницу и вседозволенность дорого обошлись тогда моей шкуре. Второе: никаких элементов БДСМ. Никогда. Быть связанным незнакомыми людьми, да даже одним незнакомым человеком – это лотерея. Мало ли что он пожелает сделать, а ты даже не сможешь защитить себя. Не уверен, что найдется в мире хоть один человек, который сумеет добровольно нацепить на меня наручники или кляп – эти атрибуты власти вызывают во мне отвращение. Я сам выбираю что и как мне делать, и уж точно не позволю больше никогда толпе отбитых богатеев делать со мной все, что им хочется. Тем удивительнее было то, что я оказался здесь, за запертыми дверьми, в компании таких же молодых парней и девушек. Обещали совершенно другое – это тот самый случай, когда реклама не является публичной офертой. Состоятельный господин хочет украсить свою вечеринку красивыми лицами, которые будут развлекать его гостей. Все должны быть безупречными внешне, ухоженными и покладистыми. Никакого интима, только по желанию и по отдельной договоренности. Не хочешь – никто тебя трахать не станет.

Понятия не имею, почему повелся на такое. Возможно все дело в нехватке денег, которая ощущалась все острее. Не знаю, сколько я еще смогу оплачивать квартиру и часть обучения. У меня и так долгов было выше крыши, и речи о том, чтобы не делать новых не шло. Так что я просто придушил внутри голос здравого смысла, польстившись на то, что ничего не потребуется. Улыбайся, беседуй… Но так бывает только в сказках, в той реальности, в которой я живу. В ней шлюх находят не с бокалом «Кристала» в апартаментах продюсера, а в синих пакетах в лесу, разрезанных на части совковой лопатой или бензопилой. Их даже искать не станут. Сутенер подумает, что завязал и соскочил, а родным как было все равно, так и оставалось.

Когда мы приехали сюда, в дорогих машинах, шествующие по мраморной лестнице к открытому чреву роскошного особняка, все даже казалось почти нормальным. Ровно до того момента, как за спиной послышался звук закрывающегося замка. «Это от папарацци – они вездесущие и готовы на все, ради хорошего кадра». Для на был отдельный столик с напитками, каждому тут же предложили шампанское, чтобы слегка раскрепостить. Я не пью на работе – никогда, терять контроль и бдительность в такие моменты очень опасно. Даже старичок с вялым членом может войти в раж, если поймет, что ты его вещь, не способная защитится. Трещины на моих ребрах никогда не дадут мне забыть о собственных промахах – держу бокал, чувствуя, насколько у него ледяные стенки. Капли скатываются по стеклу, а пузырьки постепенно замедляются. Я даже не делаю вид что пью, но при случае выливаю напиток в ближайший цветок, оставляя пустую тару на столик с ослепительной улыбкой. Пусть лучше думают, что я не собираюсь отказывать себе в предложенном. Дорогое шампанское еще больше напрягает меня, заставляя оборачиваться по сторонам, чтобы найти хоть какую-то лазейку. Новых гостей впускали через отдельный небольшой вход, по обе стороны от которого стояла охрана. Не очень-то похоже на мирный вариант проведения досуга.

Мое напряжение немного спало, когда я услышал знакомый голос, окликнувший меня по имени. Правда, в прошлый раз этот голос больше стонал, чем разговаривал. Оборачиваюсь, касаясь плечом плеча, улыбаясь совершенно по-кошачьи. – Тебя сложно забыть. Особенно твои губы. – Не лукавлю – они и правда бесподобны, мягкие, чувственные – даже сейчас я сначала смотрю на них, а уже потом поднимаю взгляд к глазам. – Здешний хозяин у меня не в знакомых. Единственный кого я тут знаю – это ты. – Я легонько коснулся стаканом с виски его плеча, не переставая улыбаться. Даже когда рядом был Муха, я чувствовал все нарастающее беспокойство, когда-то одного, то другого парнишку под руку уводили вглубь здания. – Только виски – Я вру, я не пью, лишь держу бокал возле губ, чтобы охрана косо не смотрела. Как только кто-то из мальчиков-девочек остается без бокала, на него кивают и тут же подбегает официант. Неужели так важно, чтобы шлюхи неплохо проводили время? Слабо верилось, но я упорно отгонял от себя мысли о самом худшем варианте. – Не собираюсь убираться, к тому же тут есть кое-что поинтереснее наркотиков. – Я провел пальцем по щеке Мухаммеда не переставая улыбаться ему. Не лукавлю – он правда чертовски красивый и чувственный, вряд ли так легко выветрится из памяти, как он думает. Обычно тех, с кем я ложусь в постель по своему желанию я всегда запоминаю. Особенно если у них настолько же потрясающие губы. – А ты здесь какими судьбами? По личному приглашению самого главного или чей-то «плюс один»? Если второе, то этому парню чертовски повезло.

+1

4

Обычно люди, с которыми Муха ложится в постель, не забывают его ни на следующий день, ни на пару недель, но почему-то ему казалось, что с Майлзом всё может выйти несколько иначе, всё-таки для него случайный секс точно не событие, он наверняка много чего много с кем пробовал, а считать случившееся тогда между ними на лодке чем-то уникальным было бы, пожалуй, слишком нагло. Наверное, именно поэтому когда оказывается, что его не забыли, для Мухаммеда это оказывается приятным сюрпризом, и вечер тут же будто бы окрашивается в некие иные цвета: он уже не один, и от этого одновременно и легче, и тревожнее. Легче, потому как Майлз кажется ему чуть ли не единственным человеком, глаза которого не выглядят абсолютно пустыми, тревожнее - потому что всё на этой вечеринке пахнет неясной, но вполне ощутимой опасностью из разряда тех, которые дорого обходятся тем, кто умудряется влипнуть в них. Мухаммед почему-то уверен, что его это задеть не может, а вот на Майлза его уверенность совсем не распространяется.
- Люблю, когда меня узнают по губам, - он слегка лукаво улыбается собеседнику и подаётся чуть ближе. - Сразу хочется поздороваться так, чтобы закрепить память. Вот так, например, - его губы легко, почти невесомо скользят по скуле Майлза в следующую секунду, когда тот касается бокалом его плеча, Мухаммед уже отстраняется. Он по-прежнему улыбается, теперь немного отрешённо, но взгляд внимательный и цепкий. - У меня тут знакомств чуть побольше, но, пожалуй, именно знаю я тоже одного только тебя. Я тут вроде как действительно "плюс один", но... мне что-то настойчиво захотелось потерять того, к кому я "плюс". Очень уж он уверен, что виски и всё, что к нему прилагается, интереснее меня и остального на вечеринке. Приятно, что ты думаешь иначе, - в этот раз улыбка Мухи снова искренняя, совершенно непритворная, она добирается даже до глаз, когда он смотрит в лицо Майлзу. Секунду-другую он медлит, а потом перехватывает пальцы, только что скользившие по его лицу, переворачивает руку собеседника и целует ему ладонь.
Смотреть на Майлза и думать, что они на этой постепенно разогревающейся вечеринке вроде как в разном положении, странно и на редкость неприятно. Майлз яркий, живой, страстный - по крайней мере, запомнился таким - в нём есть что-то такое, что невольно хочется защитить и что отчего-то очень неприятно представлять продаваемым по сходной цене любому, у кого достаточно денег на карте. Они двое неуловимо чем-то так похожи, и это сходство сейчас хоть и остаётся каким-то неясным, но прямо-таки режет - болезненно, остро, рвано, так, что эту резаную рану хочется залечить поскорее. Может, чувство исцеления возникнет, если хотя бы вытащить его из этого дерьма? А в том, что сегодняшняя вечеринка воняет дерьмом за десяток миль, Муха уже несколько не сомневается.
Ещё несколько секунд он медлит, что-то прикидывая в уме и в упор глядя на Майлза, а потом подаётся ближе и с решительностью, которую демонстрировали уже многие гости, уводившие кого-то в дальнюю часть дома, обнимает своего собеседника за талию и тянет его в сторону, к окну.
- Послушай, - Муха шепчет Майлзу в самое ухо, старательно изображая для случайных наблюдателей эротичный шёпот, - если я лезу не в своё дело, а ты работаешь и у тебя всё под контролем, ты только скажи - я сразу отъебусь. Но если нет... - он обводит беглым взглядом зал, отмечает про себя лощёного мужика в "армани", который чуть поодаль мнёт задницу симпатичному субтильному мулату со стеклянными глазами. - Если нет, то не кажется ли тебе, что здесь происходит какая-то подозрительная херня? И, может быть, опасная? - Муха прижимает к себе Майлза чуть теснее. - И не хочешь ли ты случайно отсюда свалить? - ведь ничто же не помешает ему увести отсюда Майлза, если тот захочет, верно? Ведь верно же?..

+1

5

Улыбаясь смотрю на его невероятный рот: я помню, какие у Мухи нежные и податливые губы, помню, насколько он отзывчив к ласкам, помню его стоны, распаляющие до предела. Я совершенно искренен в том, что говорю – тому парню действительно повезло заполучить в свои объятия такую чувственную красоту, не скованную предрассудками. Он так легко влился в приключение на лодке, чувствуя себя как рыба в воде в сплетенье тел, такое не просто забыть, особенно, если учесть, что по своему собственному желанию я трахаюсь пару раз в год. И тогда это можно считать действительно хорошим годом. Так что это было прекрасным воспоминанием, которое материализовалось здесь, касаясь губами моей щеки. Невесомо, но чертовски горячо, когда дыхание касается кожи – знает же, как действует на мужчин он сам и его экзотическая внешность.

Правда, была одна небольшая проблема, которая портила весь момент – тогда на лодке они все были на равных. Три молодых парня, которые хотели пить, заниматься сексом, смотреть на звезды и снова заниматься сексом. А здесь Мухаммед был гостем, а я всего лишь одной из шлюх, вызванных для развлечения – достаточно пальцем поманить, и я скину с себя одежду, обнажаясь, вставая на колени. До омерзения тошно сейчас, на этом контрасте: раньше удавалось задавить в себе это отвращение, сгладить углы, убедить самого себя что все это временно и только лишь потому, что мне требуется закрепиться в городе. Но пять лет, бесконечные пять лет, а я все там же – обслуживаю каждого, кто способен оплатить мои услуги, не пробившийся никуда, потерявший студию и собиравший все деньги клиентов для того, чтобы покрыть учебу. Когда мне было 17, все казалось простым и временным, теперь я понимаю, насколько увяз в грязи, в продажных связях, в чужих желаниях, которые не имели с моими ничего общего. Постепенно я начинал терять себя, не всегда понимая – я все еще тот парень, который пересек автостопом всю страну для того, чтобы ворваться свежим дыханием в мир искусства или я уже отчаявшийся хастлер, которому один путь в жизни – вниз.

- На месте твоего «плюс один» я бы не выпускал тебя из рук. Хотя, тебя ведь не удержать, если сам не захочешь, так ведь? – Улыбаюсь, оглаживая взглядом его лицо, изгиб шеи, вспоминая, что там под всей этой одеждой. Ему нет нужды продаваться – он делает только то, что пожелает, и в этом было что-то притягательное. Свободный и прекрасный, раскрепощенный, улыбчивый – ему не место на этой грязной вечеринке, которая становилось все более напряженной. Вряд ли сразу столько мальчиков потеряли над собой контроль, напиваясь бесплатным шампанским – если развить мысль дольше, то по спине пробегали мурашки не просто беспокойства, а опасности. Я научился чувствовать такие моменты очень хорошо – они не раз спасали мне жизнь. То не давали задушить меня ремнем в тесном привате, то заставляли отказаться от денег, когда заманивали в отдаленный мотель. Многие думают, что, покупая человека на ночь, ты можешь делать с ним все, что тебе заблагорассудится, да даже убить. Ведь ты заплатил, и ты теперь его хозяин. И что самое мерзкое, что через какое-то время ты и сам начинаешь думать подобным образом – ты просто кусок мяса, не человек, не личность.

Тяжелее всего было смириться с этим.

Пара охранников поглядывало на проституток, стараясь выловить из толпы тех, кто уже был готов. Я касался губами края бокала, но не пил, внимательно осматривая зал. Присутствие Мухи успокаивало, как будто в бушующем море он уцепился за спасательный круг, получив шанс выбраться на берег. – Мне кажется, ни тебе ни мне здесь ничего пить не следует. – Моя рука скользит по талии парня, прижимая ближе, как будто бы мы уже сговорились о досуге и мило ворковали. Мне нравилось то, как тесно он прижимается, но расслабиться я не мог. А что если выбраться не получится? – Ты ведь поможешь мне, мальчик «плюс один»? А я найду чем отблагодарить тебя за то, что ты спасешь мою шкуру. Я не думаю, что все эти парнишки согласны на то, что их заставят делать – их не зря опаивают. - очередную девушку провели мимо, она едва переставляла ноги, оглядываясь остекленело и спотыкаясь на высоких каблуках. Дело явно плохо.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » Мальчики со спичками


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC