внешностивакансиихочу к вамfaqправилакого спросить?вктелеграм
лучший пост от тео марино Псих. Наверное, я действительно псих, раз решился на такое. Наверное, я действительно выжил из ума, если поддался похоти и решил, что лучшей местью бывшей жене будет переспать с её матерью... читать далее
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 30°C
* jack

[telegram: cavalcanti_sun]
aaron

[telegram: wtf_deer]
billie

[telegram: kellzyaba]
mary

[лс]
tadeusz

[telegram: silt_strider]
amelia

[telegram: potos_flavus]
anton

[telegram: razumovsky_blya]
darcy

[telegram: semilunaris]
edo

[telegram: katrinelist]
anthony

[telegram: kennyunicorn]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » оставь надежду всяк сюда входящий


оставь надежду всяк сюда входящий

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

Diego///Ruth
https://i.imgur.com/MY8V9rZ.gif
Hospital//28'12'2020

Отредактировано Ruth Oscar Hansen (2020-10-13 18:49:33)

+1

2

Подошёл почти к концу первый курс химиотерапии, но мне по прежнему с утра хотелось не блевать, а кофе. Врачи говорили, что это хороший знак. Мне же казалось, что все дело в иммунитете к химии, который я выработал, принимая годами наркотики. На самом деле, я был благодарен, что в наше время есть таблетки, приглушающие рвотные порывы. Их дают перед началом курса. На кого-то действуют больше, на кого-то меньше. Мне зашли.
Вот уже несколько дней подряд я не ночевал дома. И это не из-за того, что я неистово затусовался. Меня положили в стационар, потому что пока делали химию, количество опухолей в моей голове увеличилось. Рак вёл себя очень агрессивно. Обычно опухоли образуются в головном мозге, как следствие метастазов, перебравшихся, например, из легких. Но в моем случае, они были чистыми. Я сложно представляю себе, как это - делать операцию, тем более на головном мозге. Наверное, из разряда вещей типо магии полёта самолетов. Мне страшно и я схожу с ума, думая об этом. Я попросил Марко, чтобы оперировал не он. Ведь, если что-то пойдёт не так - он себе не простит. И я не смогу спокойно умереть, зная, что мой брат страдает больше положенного. Поэтому так будет лучше. Мы с ним поговорили. Он вообще единственный, с кем я хочу что-либо обсуждать, и ведь так было всегда. Марко - единственный, кто знает обо мне глубже, чем лежит на поверхности. Я никогда не любил рассказывать о себе и своих чувствах, при этом готов был выслушать других. И если мне суждено умереть, то самое пугающе для меня - причинить ещё больше неудобств моей семье. Сойти с ума - это не самое страшное. У моей болезни максимальный срок выживаемости - пять лет. Усреднённый - пятнадцать месяцев. Глиомы не излечиваются полностью. После операции меня ждут долгие курсы лучевой и химиотерапии, которые должны будут препятствовать быстрому росту злокачественных клеток и образованию новых опухолей.
Мои волосы выпали не от химии. Курс первый и он пока не особо агрессивный. Вчера я пошёл к больничному парикмахеру и попросил сбрить свои знаменитые кудри. Он оказался лучше любого священника - когда волос не стало, я не почувствовал без них себя одиноким. Я видел, что так делают в кино, потому что с новой стрижкой начинается новая жизнь. Хотя, я сказал Фел в шутку, что это поможет мне избежать дедовщины в онкологическом отделении. Ей не было смешно. Никто сейчас не позволял себе даже скромной улыбки. Как бы то ни было, через неделю мне сделают операцию и волосы все равно нужно было бы отстричь. Я ношу толстовку с капюшоном. Накидываю его на голову. Так тут принято. Это тренд, который никогда здесь не выйдет из моды.

Я спускаюсь вниз, чтобы покурить. Голова сегодня болит чуть больше обычного. Опираясь на перила, курю под звуки сирен неотложки. Мне кажется, что за этот месяц я сильно повзрослел - говорю я в сестренке в трубку.
- Врать друзьям, что ты уехал на Рождество в Испанию - взрослый поступок.
- Ты что куришь?
Иззи курит. Я чувствую это. Даже вижу, как ее губы сворачиваются в трубочку.
-Также, как и ты.
- Но тебе шестнадцать.
- А у тебя рак.
- Но не легких же.
- Когда ты им расскажешь?
- Кому?
- Ты знаешь.
- Мне хватает сиделок. Или ты уже сливаешься?
- Не надейся!
Внезапно, среди входящих в больницу, замечаю знакомое лицо. Я не помню имени, но точно знаю, кто этот человек. Мы виделись летом в ресторане, в тот день, когда судьба снова столкнула меня с Рут. Тогда, я принял ее отца за ее престарелого ухажера. Он мог прийти в больницу за чем угодно, если бы не букет цветов в его руке. Мне стало интересно.
- Пока. Хочу кое-что проверить.

Бросаю все и начинаю свое маленькое детективное расследование. Следую, за дедом. В итоге даже успеваю зайти с ним в один лифт. Несколько этажей вверх и двери открываются. Я выхожу следом и ловко смешиваяюсь с пациентами и медицинским персоналом. Я здесь легально. У меня вообще-то есть браслет. Мой знакомый заворачивает в одну из палат. Я прохожу мимо, бросая взгляд на ее окно, выходящее в больничный коридор. Мы тут все как на витрине. И это была Рут. Я увидел ее, лежащей на высокой кровати. Видимо, дерьмо с нами случается примерно в одно и тоже время, как показала практика.
Примерно через час палата Рут снова пустует, а я прижимаюсь лицом к стеклу, в ожидании, что она повернет голову в мою сторону.

Отредактировано Diego Méndez (Вчера 13:02:49)

+1

3

Отец обычно приходит с самого утра. Слово "обычно" звучит странно на фоне того, что я здесь всего несколько дней, но с учетом того, что дни эти тянулись резиново до бесконечности, оно вполне применимо. Потому - обычно отец приходит с самого утра, но сегодня опаздывал. Регнеру необходимо собрать вещи Шейна, забрать его у Агаты, привезти к Фреду. Вылет вечером, но от того забот меньше ведь не станет. Я грустила. Грустила еще и потому что сына вновь не будет рядом.

Что если ему будет лучше не быть около меня не только сейчас, но и на постоянной основе? Что если я НАСТОЛЬКО плохая мать? Учится этой роли сложно. Сложнее, чем выучится финансам или приспособится к жизни бродяги, возможно, даже сложнее, чем было бросить героин. Я не понимаю каким образом получается у других так легко и естественно заботиться о своих детях, всегда знать, что будет лучше для них и их безопасности? Выходит, что это либо дано, либо нет? Или всё дело в том, что в других матерей не стреляют, не режут и не желают им смерти по любой из причин. У других матерей нет такого длинного и странного хвоста людей, событий, обрывов за спиной. Другие - не я.
Возможно, я просто не должна была становится матерью и единожды.

Стрелка часов подбирается в одиннадцати тогда, когда в палату входит отец. В руке букет из сиреневых гиацинтов, во второй коробочка с эклерами. В прошлый раз мне они страшно понравились и, кажется, это не осталось не замеченным. Он забавно радуется тогда, когда я что-то ем не воротя нос, полагает, что я слишком тощая, принимает это на счет своей недоработки.
- Пап, да не стоило, я словно посреди клумбы лежу, посмотри вокруг, - мягко улыбаюсь, не хочу обижать, - Но они красивые, спасибо.

Он ставит их в прозрачную вазу на тумбочке около меня, выглядит измотанным и уставшим. Регнер привык держаться уверенно и невозмутимо, что бы не происходило вокруг него. Может быть даже отстраненно и холодно. Но глядя на отца сейчас, я могу понять его состояние - это нормально, что он устал. Нормально видеть долю тоски и скорби. Он много переживал, на его плечи взвалилась новая порция головной боли и вновь от меня. Своего рода плата за то, что я вновь вернулась в его жизнь. С другой стороны в нём никогда не было достаточно покоя в то время, когда он не знал где я и что со мной, жива ли вообще.

- Я сейчас еду за Шейном, если ты хочешь...
- Нет, - отрезаю, не даю договорить. Нет, не хочу, чтоб он видел меня в этих стенах, видел капельницы, видел мои круги под глазами. Нет, я не хочу сейчас показывать, что его сестры больше нет и не будет. Нет, я не готова ему говорить, что он ни в чем не виноват, если вдруг воспримет эту утрату на свой счет, а стоит понимать, что дети всё пропускают через себя. Уж лучше мне придется тосковать, пока он будет где-то в лучшей обстановке и лучшем настроении.
- Я подумала, что тебе следует поехать с ними. Фред это хорошо, но Шейн сейчас итак остался без меня, без внимания Лиама, - черт его подери, как и куда он вообще мог подеваться в этих обстоятельствах? Неужели не мог не бежать сломя голову не ради меня, нет, ради своего ребенка. Он ему был нужен здесь и сейчас. И мысль о том, что он не сумел справиться, не сумел оградить Шейна от той боли и страха, что царил вокруг, обидой предательства точила душу. Сильнее и сильнее.
- Было бы хорошо, чтоб рядом с ним был еще и ты. Честно по отношению к нему. Я в порядке, видишь сколько вокруг меня доброжелателей? - обвожу рукой стены, - Обо мне кто только не вспомнил после того, как новость разлетелась сплетнями.
- Ты считаешь, что брат не справиться? - он садится оббитый мягким стул около моей кровати, чем-то напоминающий кресло. Расстёгивает пуговицы на пиджаке. При иных обстоятельствах я бы просила его остаться, но не сейчас. Жертвенность раскрывает тогда, когда появляются те, ради кого охотно её возвышать.
- Я считаю, что его одного будет не достаточно. Просто побудь с внуком на новый год, а я подожду тебя здесь. Обещаю, что не убегу.

Я сейчас совсем не в той форме, чтоб сбегать от кого-то куда-то. Легкая добыча для того, чтоб прийти и добить, если бы требовалось. Но никому этого не надобно, я не являлась целью в этот раз, а если бы была - уже оказалась бы мертва. Так странно, что легко думается о собственной кончине. Куда проще, чем о смерти кого-то действительно близкого, того, о ком болит сердце.

Отец соглашается, принимает мою просьбу, обращая её в жизнь. Покупает билет прямо при мне на тот же рейс, которым полетит Уил и компания, и мне становится чуточку спокойнее. Папа держит меня за руку, перебирая большим пальцем по тонким костяшкам моих худых пальцев. Можно ни о чем не говорить, просто ощущать присутствие рядом. Оно куда более красноречиво, нежели может показаться на первый взгляд. Регнер целует меня в макушку и гладит по волосам на прощание, обещая присылать видеоотчеты обо всём, что будет происходить за океаном. Я обязательно их посмотрю тогда, когда появится желание прикоснуться к телефону.

Я вновь остаюсь в одиночестве, которому не суждено было затянуться. В небольшом окошке, которое пропускает взгляды посторонних в мою палату, виднеется лицо. Лицо мне хорошо знакомо. Там стоит и смотрит прямиком на меня человек, с которым мы виделись в последний раз тогда, когда отрабатывали свои часы на общественных работах, и благодаря которому у меня всё еще нет возможности садиться за руль (когда там уже пройдут полгода?). Совершенно не понимаю как он здесь очутился, еще и нашел меня. Удивленно поднимаю брови вверх, складываю кожу на лбу в несколько очевидных морщинок. Машу рукой, мол давай заходи.
- Ди? Только не говори, что ты искал как меня найти и нашел только вот сейчас. У тебя в крайнем случае был уже мой номер, - затем доходит то, что говорю и немного исправляюсь, - Вернее, лучше конечно целенаправленно искать встречи со мной, нежели находится здесь по иной причине.

Отредактировано Ruth Oscar Hansen (Вчера 16:28:02)

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » оставь надежду всяк сюда входящий


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно