внешности
вакансии
хочу к вам
faq
правила
кого спросить?
вктелеграм
лучший пост:
тео джей марино
То что сейчас происходило было похоже больше на страшный сон, чем на реальность... читать далее
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 33°C
jack

[telegram: cavalcanti_sun]
aaron

[telegram: wtf_deer]
billie

[telegram: kellzyaba]
mary

[лс]
tadeusz

[telegram: silt_strider]
amelia

[telegram: potos_flavus]
anton

[telegram: razumovsky_blya]
darcy

[telegram: semilunaris]
edo

[telegram: katrinelist]
eva

[telegram: pratoria]
siri

[telegram: mashizinga]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Guido Montanelli: Deleted Scenes & B-sides


Guido Montanelli: Deleted Scenes & B-sides

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

https://funkyimg.com/i/38BN6.jpg

Невошедшее.

Отредактировано Guido Montanelli (2020-11-14 02:55:05)

+2

2

Гвидо просит Стеллу продать ей щенков Аида и Персефоны:

- ...я слышал, Вы завели доберманов... - произнёс Монтанелли, словно случайно, где-то между делом, - уловив за хвост одну из тех многих мыслей, что скрывались под его плешивой черепной коробкой, и потянув, потащив затем на свет божий, демонстрируя и длину её, и глубину. Не имевшая прямого отношения ни к делу, ни к ситуации, мысль эта действительно была более глубокой, чем положено быть междометию, пусть даже и небезрадостному, можно сказать даже сказать - поздравительному, выражение его лица совместно с тоном голоса подчеркнули, что ему понравилась идея Стеллы завести себе собак. Отчасти и потому, что именно таких собак. - Это прекрасная порода... у Лео тоже доберман. - его зовут Гамбит, и хоть изначально инициативу заводчика проявила как раз Сабрина - в итоге пёс жил под попечительством старшего из сыновьёв Монтанелли, давно уже переехал к нему в дом... нельзя сказать, что Гвидо одобрял подобное отношение, но что получилось - то получилось. Рина, видимо, просто оказалась больше кошатницей, в отличие от отца и брата. - Мальчик и девочка, да? - уточнил Гвидо. О животных так и заявляя, как о людях, без уничижительной резкости слов вроде "кобель" и "сука" - таковые предпочитая соотносить с чем-либо, одушевлённым или неодушевлённым, что меньше касается его лично, менее попадает в поле зрения, нежели могло бы быть сейчас. Chi ama me, ama il mio cane. - Можете сделать мне одолжение? - произнёс он, как и положено, растянув эту фразу немного, нараспев. Чуть отклонившись назад, но голову, наоборот, подав вперёд в эдаком полукивке, позволяющем ему смотреть на собеседника из-под всего веса складок на своём лбу. - Если они будут размножаться - я бы хотел купить у Вас самое первое их потомство. Всех. - всех щенков, которые будут в приплоде - но обязательно в приплоде первом, Гвидо подчеркнул это своей интонацией так, словно говорил о чём-то важном именно по таким параметрам.

+2

3

Письмо на рабочую почту Weinberg Lawyer Group, 7 марта 2021 года.

От: kristenbordoux86@yahoo.com

Тема: TrustN1

Дорогая мисс Вайнберг! Впрочем, возможно, после всего, что мы с Вами пережили за последние несколько лет, мне позволительно называть Вас просто Стелла.
Надеюсь, Вы здоровы и благополучны в это непростое время. К сожалению, не могу заявить того же самого о себе самом.
Как Вы, вероятно, знаете, меня постигло большое несчастье, в результате чего я вынужден был разлучиться со своей семьёй и нахожусь теперь очень далеко от того места, которое почти всю свою жизнь считал домом. Не могу написать, что именно это за место; во всяком случае, пока что не могу. Собственно, даже просто посылая это письмо, я уже рискую в достаточной степени. Покривил бы душой, сказав, что этим поступком не подвергаю риску и Вас.
Но мне нужна помощь. Моей жене нужна помощь. Такая же сильная юридическая помощь, какая необходима была когда-то мне. Я знаю только двоих людей, обладающий такой же силой в этой области. Одного из них Вы знаете - но к нему я обратиться не могу, даже если когда-то он был мне другом; он слишком близок с теми, кого я больше не могу называть своими друзьями. В настоящее время круг моих друзей вообще ограничен, как никогда прежде.
Второй такой человек - Вы.

P.S. Я скучаю по Вам, дорогая Стелла. В своей жизни я позабыл много танцев, - но не те, что танцевали мы с Вами. Надеюсь, что мы ещё сможем пополнить коллекцию этих воспоминаний - боюсь, однако, теперь танцор из меня довольно посредственный.

G.M.

Отредактировано Guido Montanelli (2021-01-08 15:39:16)

+1

4

Письмо, привязанное к лапке ворона, перелетевшего ограду изолятора временного содержания Сакраменто 5 марта 2021 года:

Здравствуй, мой любимый изумрудик! Вероятно, это несколько опрометчиво, но это письмо я пишу от руки - так ты сможешь быть уверена, что пишу его именно я, и что я всё ещё жив. Отправляю его вместе с Каро. Я заметил, как он следует за мной, и, полагаю, не для того, чтобы сглодать меня - потому, предполагаю, что рано или поздно наша верная птица отправится и к тебе. В отчаянные времена даже старому ворону можно перевоспитать под почтового голубя, ведь так?..
Я в порядке и в безопасности. Чувствую себя хорошо - насколько вообще может чувствовать себя хорошо человек, который потерял почти всё, что ему было дорого. Сплю только плохо. Мне всегда снились кошмары, когда я засыпал без тебя - теперь, когда тебя нету, они вернулись. Я попросту не могу спать в постели, если тебя нет рядом. Я не жалуюсь, впрочем. Страшные сны подпитывают мою злость, а она придаёт мне сил.
Где именно я нахожусь - не могу тебе сообщить, чтобы не оказаться раскрытым, если это письмо окажется перехвачено. То же самое могу сказать и про детей: они в безопасном месте, могу тебя заверить, с ними обходятся не хуже, чем было дома.
Дома... сможем ли мы вернуться туда? Можем ли мы вообще считать домом это место? Я не знаю. Мне кажется, там мало что осталось от понятия "дом". Наши друзья больше не хотят нас знать, и не осталось никого, кому бы я мог доверять, - кроме наших самых верных ребят. Но и их становится меньше. С прискорбием сообщаю, что братьев ЛаВацца больше нет с нами. Я знаю, ты всегда хорошо относилась к ним.
В этой ситуации я не вижу другого выхода, кроме запросить для тебя охранный контракт. Найди обвиняемых И Синь и Ма Ю - возможно, к тому моменту, как ты читаешь это письмо, они уже нашли тебя и сами. Они будут тебя защищать. В будущем, с помощью них я раздобуду для тебя мобильный телефон, чтобы ты могла легко общаться со мной, детьми и своей семьёй. 
Мне сложно представить, что ты переживаешь сейчас. Я в бегах - но, хотя бы, на свободе. Это стресс, но такой стресс всегда был ко мне благосклонен. То, через что проходишь ты - это попросту неправильно. Незаслуженно. Можно было бы сказать, что это несправедливо, но не думаю, что кто-то из нас двоих всё ещё по-настоящему верит в справедливость. Одно знаю точно: это моя вина, моя ошибка - и эту ошибку я исправлю, даже если это будет последнее, что я сделаю в этой жизни.
Ты - лучшее, что эта жизнь дала мне. Я люблю тебя.
Il nostro freddo si trasformerà in calore.

Отредактировано Guido Montanelli (2021-01-10 10:00:22)

+1

5

Датировано маем 2021

Здравствуй, мой любимый изумрудик!
В последнее время я что-то стал часто размышлять о добре и зле. Вернее сказать, больше об одном зле. В такой ситуации, в которой оказались мы, зло видишь повсюду, — да что там, наш образ жизни, в общем и целом, никогда не располагал к доброе, мне приходилось делать не самые приятные вещи, твоя судьба никогда не была простой тоже, — но всё же... я имею в виду какое-то настоящее, чистое зло. Абсолютное. В подобных обстоятельствах, ожидаешь встретить что-то такое. Что выходило бы за рамки привычного понимания, не укладывалось бы в голове, казалось бы каким-то сверхъестественным, что ли. Невероятным. Но правда в том, что этого никогда не происходит: что дома, что здесь, где я теперь нынче обитаю, дерьмо происходит совершенно одно и то же, — банальное, низкое, грязное и привычное до противного. Мне кажется, я зачерствел душой настолько, что мне приходится прилагать усилия, чтобы ощущать к проявления человеческого зла что-либо, кроме омерзения, и потому я уже всерьёз боюсь, что сочувствовать разучусь однажды вовсе.
Я многое сделал за последнее время. Немало такого, чем не горжусь, — и даже кое-что того, что не стал бы совершать раньше, когда мы были дома, когда всё было... в порядке. Обстоятельства раздвигают рамки того, что дозволено. Когда солдат оказывается на передовой, он должен делать всё для того, чтобы выжить, даже если это безнравственно, ненормально и бесчеловечно; задача же командира в этом случае — сохранить жизни своих солдат, любой ценой, даже если это нанесёт ущерб мирному населению противника, или союзнику противника, — или культурному наследию, например. Так?.. Во всяком случае, я пытаюсь оправдать себя именно таким образом.
Сейчас я ловлю себя на мысли, что всё человеческое, что осталось во мне, заключено в те письма, что я пишу тебе и детям. В какой-то степени, я любил, когда мир делится на цели и средства, — но всё это длится уже слишком долго; даже для меня. И это было бы нормально, не будь вас с младшими; Лео и Сабрина меня могут понять, они давно уже взрослые и знают цену всему, что их окружает, понимают, почему их мать меня выгнала, когда они были ещё детьми, трезво взвешивают все за и против, — и способны за себя самих постоять, в конце концов. Дольфо — он тоже умён не по годам и многое понял, хотя я даже своей заслугой считать это не могу, наоборот, это позор для отца, если его детям приходится взрослеть раньше времени. Но Торри и Джованни — ещё совсем малыши. И на всё то, что происходит, я имел бы право, будь холостяком — но для женатого человека, для отца, это слишком. Это слишком для его семьи.
Я не могу пожаловаться, — я продержусь столько, сколько будет необходимо. Обращаюсь сейчас к тебе: будь сильной. Хотелось бы сказать это как-нибудь ласковее, или придумать что-то хитрее, чтобы ты даже сама этого не поняла, но ты знаешь, что я не любитель этих завуалированных жеманств, я не настолько хитроумен, и предпочитаю говорить прямо, особенно если речь идёт о жизни и смерти. Мне нужно, чтобы ты была сильной. Всем это нужно сейчас. Настолько сильной, насколько ты можешь быть, — вероятно, сильнее, чем когда бы то ни было раньше.
Мир не делится на чёрное и белое, на свет и тьму, на только сугубо положительное и отрицательное, — на самом деле, не бывает зла абсолютного, но нам теперь пришлось с толкнуться с нашим собственным, персональным злом, поэтому потребуется всё, что у нас есть, чтобы выстоять.
И не знаю, сколького придётся лишиться в процессе, но в войне за собственную судьбу никогда не обходится без потерь.
Я люблю тебя.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » Guido Montanelli: Deleted Scenes & B-sides


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно