внешности
вакансии
хочу к вам
faq
правила
кого спросить?
вк
телеграм
лучший пост:
эсмеральда
Он смущается - ты бы не поверила, если бы не видела это собственными... читать далее
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 40°C
jack

[telegram: cavalcanti_sun]
aaron

[telegram: wtf_deer]
billie

[telegram: kellzyaba]
mary

[лс]
tadeusz

[telegram: silt_strider]
amelia

[telegram: potos_flavus]
anton

[telegram: razumovsky_blya]
darcy

[telegram: semilunaris]
edo

[telegram: katrinelist]
eva

[telegram: pratoria]
siri

[telegram: mashizinga]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » punching bag


punching bag

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

William Leet x Kevin Erdahl х Amat Bandak
4 мая, поздний вечер, вечеринка в доме Кевина

Отредактировано Kevin Erdahl (2021-01-04 20:26:40)

+2

2

Кевин спустился по лестнице вслед за Беном почти бегом, успев ухватить того за локоть на последних ступеньках. Их шаги утонули в громкой музыке и шуме голосов.

- Постой, - попросил Эрдаль, но Ович раздраженно выдернул руку, и, ни слова больше не говоря, ураганом вылетел за входную дверь, с громким хлопком которой сердце Кевина зажгла жгучая обида.

- Ну и пошел ты на хуй, уебок, - в сердцах злобно выплюнул Эрдаль, круто разворачиваясь и, не позволяя слезам выступить на глаза, направляясь через всю гостиную к кухне, где Лит и Фил развернули настоящий бар прямо на мраморном разделочном столе, заставив его бутылками с разномастным спиртным от края до края.

- Чего желает мой капитан? - Пьяно поинтересовался Фил, улыбаясь от уха до уха и размахивая открытой бутылкой текилы.

- Водку, - настоял Кев и шмыгнул носом, упираясь обеими руками в края столешницы. Ему хотелось напиться до такого состояния, чтобы вообще не думать об Овиче, а лучше забыть о нем навсегда, потому что тот повел себя как последняя свинья, получив свое и свалив развлекаться на «другую вечеринку», как он сам выразился. Кевин такого поведения терпеть не мог, особенно в такой день, когда они выиграли и вышли в финал. Бен должен был быть рядом с ним, делить радость победы, много пить и надрывать глотку вместе со всеми, исполняя их школьный гимн, но вместо всего этого тот решил, что лучшим подарком самому себе будет обкуриться до беспамятства и найти себя на чужом заднем дворе или, что еще хуже, в чьей-нибудь кровати. Отличный план, Бен, отличный план.

- Любой твой каприз, - галантно поклонившись, Фил поставил текилу на свободное место и ловко выудил из крайнего ряда двухлитровую бутылку с водкой. Лит быстро подсуетился и услужливо выставил в ряд три шота, только что вынутых из морозилки. Филипп разлил спиртное как заправский бармен, после чего парни взяли каждый по своей рюмке, чокнулись, хором объявив, что пьют «ЗА ПОБЕДУ!» и залпом влили в себя спиртное.

Примерно на двенадцатом шоте подряд Кевин почувствовал, что мысли о Бене его больше не тревожат. На лице заиграла глуповатая улыбка, а шутки Лита и Фила стали такими смешными, что Эрдаль ржал до слез над каждой фразой и испытывал такое теплое чувство, будто бы эти двое были его лучшие друзья. Через какое-то время к ним присоединился Бубу, он тоже был уже достаточно пьян, чтобы говорить с троицей на одном языке. Сначала они обменивались шутками, начав распивать вторую бутылку, потом стали травить хоккейные байки, услышанные когда-то где-то и от кого-то, а немного погодя кто-то из них заметил Амата, неприкаянно шатающегося по гостиной, и Кевин подозвал его к себе.

- Эй, Амат, иди сюда. Выпей с нами, - когда парнишка подошел, Эрдаль схватил его, притягивая ближе и обнимая за тонкую цыплячью шею почти что в удушливом захвате.

- Боюсь я уже все, мне хватит правда, - пацан попытался ненавязчиво убрать сильную руку Кевина со своей шеи, но Эрдаль среагировал очень вовремя и не дал Бандаку высвободиться.

- Я сказал пей, - настоял он, беря полную рюмку с водкой и ударяя ее дном о столешницу, - когда капитан говорит, надо делать.

- Да, пей! - Крикнул Лит.

- Пей, Амат! - Повторил за ним Фил.

- А-мат! А-мат! - Стал скандировать Бубу, подначивая пацана.

Отредактировано Kevin Erdahl (2020-12-15 23:36:34)

+4

3

Амат привык к роли молчаливого наблюдателя. Команда не воспринимала его всерьез, не видела в нем ни друга, ни соперника, ни человека; они вообще его не видели, иначе бы не стеснялись обсуждать его в его же присутствие, говоря о нем в третьем лице.

Он ходил по дворцу Кевина как по минному полю, боясь задеть элементы декора, продуманно и педантично расставленные по периметру комнат. Было страшно представить стоимость канделябра на камине или уродливой напольной вазы, похожей на пластилиновый шлем, вылепленный им в три года. Если в школе он просто пытался слиться с окружающим миром, то здесь едва дышал, осторожничал и старается стать прозрачным: на чужой территории он едва ли знал, куда бежать в случае чрезвычайной ситуации.

На фотографиях, по линеечке расставленных на полках, маленький Кевин с идеальным пробором и с серьезным взглядом смотрел прямо в камеру, на его лице не было ни намека на улыбку. Его родители были словно с рекламы дорогой бытовой техники: с приклеенными улыбками, в одежде без единой складки. Каждая поза продумана и отработана. Амату стало не по себе, словно перед ним были неживые люди, сработал эффект зловещей долины.

Он прогуливался по комнате, в которой могла бы поместиться вся его квартира и еще квартира Закариаса, наверное. Заработка его матери едва хватало, чтобы оплатить аренду жилья и коммунальные услуги, поэтому одежду им приходилось брать на вес в комиссионных магазинах, а еду покупать по акционным купонам в волмарте. Но Амат не жаловался: это было лучше, чем там, откуда они бежали. Всё было лучше, чем в Сирии.

Он допил свое пиво и свернул на лестницу, чтобы взять еще одну бутылку, но тут же нырнул обратно, чтобы не заметили Кевин с Беном. Они оба выглядели рассерженными, а попасть под горячую руку хотелось меньше всего. Полчаса назад Амат видел, как они поднимались наверх в хорошем настроении, чтобы раствориться в одной из роскошных комнат этого бесконечного дома, а потом… Амат скривился от отвращения. Он знал, что у них происходит. Всё видел и слышал — даже додумывать не пришлось, только отдал бы всё, чтобы стереть себе память или вернуть тот день назад. Задержаться подольше на льду, пройти мимо раздевалки, подышать свежим воздухом: что угодно, но не раскрыть стыдливую тайну. Как любил шутить Закариас, хотелось бы купил новые глаза, которые никогда не видели этого.

Кевин не был достоин Бена. Амат видел, что делал ради Эрдаля шестнадцатый номер, и видел, как капитан позволял себе к нему относиться. Это было несправедливо. Кевин принимал всё как должное и пользовался им, Бен же был готов порвать любого, кто косо посмотрит на Кевина, а Амат… Амат запирался в душе, закрывал глаза, представлял, что огромные лапы Бена трогают его, а не капитана, и беззвучно кончал на пожелтевшие стыки на потресканном кафеле. Он ненавидел свое слабое тело за это.

Он вернулся в гостиную, чтобы чуть позже незаметно улизнуть из этого праздника жизни, в котором ему были не рады, и ждал, когда наступит это «позже»: ведь обещал матери повеселиться как следует и прийти домой довольным. Она не знала о том, что происходило внутри команды, но ей и не следовало об этом знать. Амат заботился о ней и ее спокойствии больше, чем о своем, ведь у них кроме друг друга больше никого не было. Если бы его мать убирала дом, похожий на этот, то возможно, они бы переехали в квартиру побольше, и ему бы не пришлось подавать заявки на материальную помощь в комитет школы. Коньки, подаренные комитетом, были самыми дешевыми. Все знали, кто за них платил — семья Кевина. Амат вздохнул.

«Позже» отложилось на неопределенный срок: его заметили раньше, чем он успел мимикрировать под дизайнерское кресло. Намотав нервы на кулак, он подобрал пустую бутылку и двинулся на кухню, где вся волчья стая Иглбрукса завывала под чью-то пошлую шутку.

Кевин приобнял его. От него пахло парфюмом и водкой, и кажется, немного Беном. Амат сглотнул, подхватывая со стола шот, и оглядел всех, прежде чем понюхать бесцветную жидкость. В нос ударило спиртягой, желудок свело спазмом.

— Ладно, — сдался он, поднося ко рту холодную рюмку.

Кто-то рассмеялся: он не умел правильно пить водку, и делал маленькие глотки, словно ему подали воду.

— Посмотрите, как он пьет! Вот же олень, — хохотнул Бубу, вырывая из его пальцев пустую рюмку и наполняя ее снова. — Держи, пей правильно!

— Не считается! — поддакнул Фил.

Амат поежился и беспомощно взглянул на Кевина, чья мертвая хватка вокруг шеи только крепчала. Не задушил бы. Он принял рюмку из горячих пальцев Бубу и, задержав дыхание, вылил на язык, подержал немного во рту — аж слезы пошли — и с содроганием проглотил.

Парней разорвало хохотом. Они налили третий шот, потому что «снова не то». Было предложено запрокинуть ему голову, зажать нос и залить водку ему в горло, чтобы запомнил уже. Амат задергался. Бубу сжалился, наполнил свою рюмку и показал ему, как надо, а потом подтолкнул к нему его порцию: пей, давай.

— Мне правда хватит… — без надежды прошептал Амат, чувствуя, как кружится голова и дрожат ватные ноги.

Он потянулся за рюмкой и посмотрел Эрдалю прямо в глаза, словно говоря, что будь с ними Бен, он бы не позволил Кевину так с собой поступить. Не позволил бы, ведь так?

[NIC]Amat Bandak[/NIC][STA]quicksilver[/STA][AVA]https://forumupload.ru/uploads/0010/a8/ca/8016/804897.png[/AVA][LZ1]АМАТ БАНДАК, 15 y.o.
profession: юниор, нападающий[/LZ1]

Отредактировано Cyrus Baker (2020-12-19 23:04:56)

+4

4

Бесконечные тренировки без продыху, вечное напряжение и бессонные ночи в совокупности с любовными сердечными истязаниями превратили Лита в вонючего, гниющего, вечно недовольного и жестокого зомби. Это произошло от части, потому что Лит так и не поделился своими проблемами с друзьями. Разве что затуманено намекнул при попойке, где все были не в состоянии трезво мыслить, что есть какая-то девчонка, которая ему нравится. Ни имени, ни подробностей Вильяму поведать ребятам было не суждено.
- Вы знаете, она... Она - другая, - начал было он, но опешил от рвотных позывов Фила. Собственно, на этом его откровения были закончены. Больше к этому вопросу он не возвращался [и зря, возможно, поговори он с друзьями, обстоятельства бы сложились иначе].

Но сегодня был особенный вечер. Победный. Компанейский. Счастливый. Без сопливой дрочки на Джину, без боязни упасть в глазах требовательной, дотошной матери, ведь она точно горда. Лит не знает, надолго ли ее эмоции останутся при ней, или завтра с утра она снова будет недовольна его результатами, но сегодняшняя ночь - особенная. День рождения умножь на десять, и получишь супер праздник. Праздник всей команды. Литу казалось, что сегодня все склоки и невзгоды между ребятами забыты, прощены, затыканы в темный угол, но обстоятельства оказались не такими радужными уже с самого начала вечеринки. Ович, блять Вильям поискал глазами Бена, затем пристально посмотрел на Кева, и нервно сглотнул, не закидывая последнего вопросами. И хотя Лит смолчал, в сердцах он разозлился на Бена. Может, не так сильно и страстно как Эрдаль, но во всяком случае пообещал себе припомнить ему эту говновыходку при первой же встрече. Негоже отделяться от команды и пиздовать туда, куда глаза глядят. Вильям окончательно убедился в том, что все хуёво, когда Кевин не отказался от водки. Лит решил подыграть Филу, натянул беззаботную, полупьяную гримасу и выставил в ряд три шота.
Раз рюмка, два рюмка, три... Лит мельком посмотрел на Эрдаля, и увидел искреннюю глупую улыбку - значит, всё хорошо; значит, можно продолжать.

- Бубу, Фил, Кев, ааааааааааааааа, - Лит своими ручищами постарался взять в охапку всех троих за раз и громко издал победный бабуиновский клич, прежде чем влить в себя очередную стопку горячительного. На общем фоне припитых подростков где-то маячила неприметная тень. К сожалению, эта тень не смогла остаться незамеченной, и вскоре добродушный и трудолюбивый мальчик Амат был захвачен в плен остальными членами команды. Видит Бог, сначала Лит действовал из лучших побуждений, по-дружески положив свою руку ему на плечо, однако для дружбы Лит слишком сильно надавливал на Амата, что больше походило на некую угрозу, чем жест доброй воли.

- Но, но, но, Амат, что за манеры? Ща, научу, - Лит нетерпеливо выхватил у парня из рук стакан. - Бубу, убери воду. Пускай пьет сразу как надо, а не разбавляет водой, - после третьей неуклюжей попытки Амата выпить водку у Вильяма от истеричного смеха закружилась голова.
- Амат, ебешься ты так же, как и пьешь? - прищурил глаза и с ухмылкой на него посмотрел. - Погоди, или не ебался никогда? - окончательно проржавшись, он задал ему повторный вопрос, озадаченно посмотрев на Кевина. - Слышь, Кев, давай ставки сделаем... - по крайней мере, Литу казалось, что шутки обыкновенные, несерьезные и не унизительные. Казалось, что происходящее - have fun. Хотя будь он на месте Амата, и если бы кто-нибудь зарекся о Джине, Лит бы сразу поник, но Вильям сейчас не в том положении, и никто не поднимает эту тему, он ведь сразу ударить может, если что, а Амат вежливо отпирался, натягивал подобие улыбки, только глаза у него были едва ли не на мокром месте, умоляющие отпустить, оставить его, вновь превратить его в пыльную тень, но, оказалось, что с Аматом стало вдвойне веселее, и уже никто не хотел его просто так отпускать.

[NIC]William Leet[/NIC] [AVA]https://i.imgur.com/0CuUGed.png[/AVA]
[LZ1]ВИЛЬЯМ ЛИТ, 17 y.o.
profession: ученик частной спортивной школы, нападающий хоккейной команды
[/LZ1]
[SGN]https://i.imgur.com/yQpxiYX.gif[/SGN]

[STA]слово пацана[/STA]

Отредактировано Draco J. Marder (2020-12-21 21:28:50)

+4

5

Кевин был жутко пьян, но это не помешало ему поймать на себе испуганный и умоляющий взгляд. Эрдаль точно не знал, какая просьба крылась в глазах с расширившимися от страха зрачками, и истрактовал это по-своему, глядя на Амата надменно, с превосходством, как настоящий победитель.

Бен не придет. Никто не придет. Никто тебе не поможет и не защитит тебя.

Лит со своими шутками про еблю был неподражаем, чем вызвал у Кевина новый приступ глумливого гогота. Амат был такой жалкий, такой хилый и абсолютно не привлекательный, кто в здравом уме захотел бы с ним переспать, Эрдаль себе вообще не представлял. Бен бы никогда не посмотрел в его сторону, никогда.

Кевин все понял про Амата еще тогда, в феврале, когда тот случайно застал их с Овичем в душе, а потом, сталкиваясь с ним в раздевалке и на тренировках, еще больше убедился, что сделанные выводы верны: Амат Бандак совершенно точно не был натуралом и ему совершенно точно нравился Бен. Ну, конечно. Не сложно было догадаться, ведь в мальчике с грустными глазами жила душа, глядя на него невозможно было не пропасть. Но Кевин Эрдаль не привык делиться с другими ничем: на льду он был жаден до шайбы, в жизни - до людей, которых считал своими. Бен принадлежал ему целиком, был его жизнью, был его всем, и за него Кевин был готов бороться, не гнушаясь никаких, даже самых грязных силовых приемов.

- Сделаем ставки на что? - Уточнил Эрдаль, только сейчас ослабляя хватку и отталкивая Амата от себя как надоевшую ему вещь. Тот врезался в Бубу, обхватившего пацана обеими руками, как медведь. - Девственник он или нет? А как ты собрался это проверить? Знаете, что я думаю? - Обратился он ко всем, собираясь первым нанести удар в самое незащищенное и уязвимое место.

- Думаю, он вообще гомик. Иначе как вы объясните то, что он не ходит в душ вместе со всеми? Боится, что у него встанет на нас, - хохот снова заполнил кухню. Бубу брезгливо отпихнул от себя Амата, который налетел на Фила, а тот не упустил шанса опрокинуть его на лопатки прямо на кафельный пол. На то, как Амат ударился затылком о плитку, никто не обратил внимания.

Стянув со стола чей-то полный шот, Кевин опрокинул его в себя, жмурясь от жжения и горечи, утер рот ладонью и кивнул Литу, словно хищник учуяв первую кровь своей жертвы. На его лице уже не было улыбки.

- Так как ты проверишь, клюшку в жопу ему засунешь или что?

+4

6

Его швыряли как эстафетную палочку из одной жаровни в другую. Щеки горели, как от морозных укусов. Парни кружили вокруг каруселью, хохоча и глумясь над ним, а может, это не они, а голова кружилась так сильно — Амат не мог понять, как вообще оказался в эпицентре внимания людей, для которых в обычные дни не представлял интереса больше стоящей в углу швабры или огнетушителя.

Его вело в сторону, словно сместилась гравитация; он неловко попятился и вновь ударился спиной о грудь Бубу, попытался удержать равновесие, схватился за его бедро, отпрыгнул, как обожженный, и вызвал этим самым еще больше хохота. Словно обезьяна на манеже, выпущенная развлекать зрителей неловкими танцами, Амат спотыкался о собственные ботинки и едва мог стоять ровно, словно пол под ним превратился в скользкий лед. Какая ирония, ведь на льду он был намного увереннее, чем на земле.

— Пожалуйста, мне надо домой, — в его голосе звенела паника, но не от страха перед командой, а от страха потерять контроль над своим телом.

Кевин продолжал смотреть на него недобро, издевательски, и у Амата засосало под ложечкой. Капитан — не добросердечный Бен, не заступится, не поможет в случае чего, а может даже и сам добьет. Скорее всего, так и будет. Бен многих вещей делал не напоказ, он поддерживал молча, когда никто не видит, и делал это небрежно, невзначай, словно бы не нарочно: то шайбы помог собрать, то выброшенные вещи повесил на крючок, выходя последним, а то и улыбнулся ободряюще на арене. Мало кто делал это искренне в отношении младшего участника команды, чаще его не замечали, а если замечали, то Амат бы предпочел, чтобы не.

Ему было всего пятнадцать, но он знал, что большинство парней из команды спали с девчонками еще с тринадцати-четырнадцати лет. Но Амат, который начал вытягиваться в рост только прошлым летом, не то что никогда не держал девочек за руки, он ими вообще не увлекался. Он рассказывал матери о красавице Мае и ее подруге Ане, готовил с Сарой танец на школьный бал и отправлял Мелоди анонимную валентинку, выбранную вместе с мамой, но это всё было ради ее спокойствия. Фатима изо всех сил старалась принять хоть какое-то участие в жизни подрастающего сына, а тому было стыдно ее разочаровывать.

Он резко посмотрел на Кевина, когда тот предположил, что он гомик — так резко, что перед глазами потемнело. Он не сразу понял, что упал и ударился. От всеобщего гогота звенело в его ушах, а может, это всё последствия удара, голова стала совсем тяжелой. Кевин возвышался над ним и смотрел с превосходством, предлагая варианты проверки своей теории. Амат ведь знал всё про него и Бена. Теперь он понял, что Кевин тоже знал, что он знал. А знал ли он о его чувствах к Бену? Это было жестоко. Унижение ледяными пальцами заползло за шиворот и прощупало каждый выступающий позвонок. Если бы это отрезвляло.

Амат почувствовал тошноту. Он перевернулся на живот, встал на четвереньки и попытался отползти от них всех, поскальзываясь и пачкая штаны о пролитое пиво, и уперся в чьи-то ноги, с которыми бодался под чужой смех и выкрики. Найдя лазейку, он поспешил к выходу, но его тут же поймали, отвели назад за шкирку, как слепого котенка, и вновь бросили в центр издевательств.

[NIC]Amat Bandak[/NIC][STA]quicksilver[/STA][AVA]https://forumupload.ru/uploads/0010/a8/ca/8016/804897.png[/AVA][LZ1]АМАТ БАНДАК, 15 y.o.
profession: юниор, нападающий[/LZ1]

+3

7

Происходящее здесь и сейчас безумно нравилось Литу. Дьявольские огоньки в глазах горели, он вошел в кураж. Знаете, как бывает, когда уже не можешь остановиться? Бена рядом не было, в эпицентре внимания был Вильям и его шутки. Они [шутки] вызывали шквал восторга и дикого ора, и Вильям уже не смел поставить точку, чувствуя, что чем жестче он берет в оборот Амата, тем громче смеются. Смеется и Кевин, который смотрит на Лита с уважением, по-дружески, тепло [и Бена поблизости нет, а на него капитан команды тратит слишком много времени по мнению Вильяма] Кстати, когда Кевин поднимает тему гомофилии, на секунду Лит опешивает. Но его растерянность улетучивается за долю секунды, поэтому никто не успевает заметить замешательство юноши. А это самое замешательство состоит в том, что чисто интуитивно, пару раз, Лит задумывался о том, что дружба между Кевином и Беном уж слишком плотная, слишком явная, эмоциональная, немного странная, но рассуждать, докапываться, строить теории Лит не пытался. Возможно, потому что боялся, что его догадки подтвердятся, и тогда Кевин падёт в глазах Вильяма, ведь Лит - тот самый парень, который не пропустит и юбки (исключительно со стройными ножками), он - душу продаст за щупание сисек и упругих ЖЕНСКИХ задниц; терпеть не может принимать общий душ после тренировок, потому что стручки между ног у лучших друзей вызывают смех, да и свой стручок, кстати, тоже порой смехотворен.
Но раз тема, заданная Кевином - гомофилия, то Лит с удовольствием поддержит своего друга, потому что для Вильяма травить гомиков - искреннее счастье, а тут типо есть предпосылки думать, что Амат - риал гей.
— По идее, дырка в жопе должна быть увеличенных размеров. Клюшка зайдет как по маслу, - почесал затылок и пристально посмотрел на Амата. — Если ты пидр, то тебе будет приятно, - умозаключил Вильям, лучезарно улыбаясь. Амат, в свою очередь, жалостливо просил отпустить его домой. — Дома клюшкой никто не трахнет, оставайся, - Лит приобнял Амата за плечи и толкнул вновь на Бубу. На каких-то пару минут Лит позабыл об Амате, юноша исчез из поля зрения Вильяма, потому что внимание было приковано к горячительному. — Давайте еще выпьем. За чудесного парнишку Амата. Я желаю ему наконец пожамкать сиськи и мягонькую пизденку, но если он реально по парням, тогда члена тебе, братишка, большого, - жестом приподнял рюмку.
Все выпили. В бутылке оставалась где-то пятая часть, которую Лит решил влить без остатка в Амата. Для этого он попросил Бубу придержать паренька, с силой открыл рот бедному мальчику и влил содержимое. — Обезболили. Теперь время клюшки. Кев, спор есть спор. Если у тебя есть другие предложения, как это сделать - слушаю, ну а пока предлагаю закинуть Амата на диван.
— Амат, ну чо, последний раз спрашиваю, ты гей или не гей? Отвечать не будешь, клюшка тебя ждет, - для реалистичности Лит отошел и вернулся со своей клюшкой. Для такого дела свою не жалко. Руки уже не слушались Лита, он был пьян. Очень пьян. Язык заплетался, но веселье только набирало обороты.

[NIC]William Leet[/NIC] [AVA]https://i.imgur.com/0CuUGed.png[/AVA]
[LZ1]ВИЛЬЯМ ЛИТ, 17 y.o.
profession: ученик частной спортивной школы, нападающий хоккейной команды
[/LZ1]
[SGN]https://i.imgur.com/yQpxiYX.gif[/SGN]

[STA]слово пацана[/STA]

+3

8

Большую часть жизни Кевин жил со страхом, что кто-то узнает их с Беном секрет. Страх стал его частью, врос в него, въелся под кожу, и Кевину пришлось научиться уживаться с ним и быть максимально осторожным, чтобы не вызвать подозрений ни у кого из своего окружения. Он смеялся над гомофобными шутками отца в машине, друзей в раздевалке и так же шутил сам, если требовалось, мимикрируя под самое обычное поведение мальчика-подростка, проживающего в наиболее консервативной части штата Калифорния. Это не было трудно, да и рефлексировать собственное поведение у Эрдаля просто не было времени: тренировки по два раза в день, жесткий график, соревнования и возложенные на него надежды родителей отбивали всяческое желание прислушиваться к собственным чувствам и потребностям, да и жить так было куда проще.

На пристальный взгляд Амата Кевин не обратил никакого внимания, гадко посмеиваясь над тем, как тот беспомощно ползает по полу, бодая кудрявой черной головой чужие ноги в тщетных попытках сбежать.
- Куда собрался? - Поинтересовался Эрдаль, когда пацан предпринял последнюю отчаянную попытку прорваться, и схватил его за капюшон толстовки с эмблемой их команды на груди, потянув назад. - Мы с тобой еще не закончили. Фил, подержи.

Филипп пьяно ухватился за чужой капюшон с каким-то особым остервенением и, намотав плотную мягкую ткань на свой кулак, дернул Амата вверх, душа и поднимая того на ноги. В этот момент Кев отвлекся, чтобы выпить вместе со всеми, идея с клюшкой стремительно набирала популярность.

- Ага, так он тебе взял и сказал. На что спорим? - Посмеиваясь, спросил Эрдаль у Лита и перехватил Амата, потащив его в гостиную на диван. Остальные потянулись за ними, в руках Вильяма появилась клюшка с его собственной фамилией на ней и толсто замотанной черной клейкой лентой рукояткой. 

- Тихо ты, не дергайся, - крепко взявшись за шею Бандака сзади, чтобы его усмирить, Кевин кивнул Бубу, чтоб помог, и они вдвоем перекинули пацана через спинку дивана, каждый хватаясь за его руку со своей стороны. Фил сдернул с вырывающегося Амата штаны вместе с бельем, оголяя его тощую задницу, и зафиксировал обе ноги, чтобы тот не пинался. И когда градус дебильных шуток перешел во вполне реальную угрозу, и Бандак завопил на весь дом сквозь долбящие и гудящие басы, Кевину пришлось сначала дать ему по уху, оглушая, а потом ударить и кулаком по лицу, тут же затыкая слюнявый рот собственной ладонью.

- Давай быстрее, - поторопил Эрдаль Лита, - пока эта сука мне руку не откусила. Он точно пидор. А пидорасам у нас в команде не место.

+3

9

От омерзительного тоста Лита всё внутри слиплось в дрожащий холодец. Тот рассуждал об изнасиловании посторонним предметом так, словно это было не преступлением против личности, а чем-то воодушевляюще-привычным, как воскресный завтрак в старбаксе или обкатка чужой арены перед игрой.

Амат с большим трудом собрал руки-ноги, измазавшись в пиве и чужих оскорблениях, но не смог встать — чьи-то руки за волосы оттянули голову назад и сжали кадык, чьи-то немилосердные пальцы сдавили челюсть и влили в глотку удушающий алкоголь, ершистым клубком прокатившийся по пищеводу, исцарапав острыми иголками стенки. Он зашелся кашлем и беззвучно заплакал, утратив четкость и без того плывущего обзора.

— Я не гей! Я не гей! — прошептал сипло. — Не надо, пожалуйста! Не надо!

Голосовые связки, обожженные алкоголем, предали его и издавали совсем тихие звуки, которые тонули во всеобщем гомоне, пожираемые смехом и обсуждением его задницы и размера клюшки.

Откуда столько жестокости?

Чем я заслужил?

Он понял, что сокомандники не ждали от него ответа, так что любой вариант стал бы новым поводом для издевательств и угроз.

Нет, я не гей. Да, я гей. Я люблю Бена. Я ошибся, придя сюда сегодня. Лучше сразу убейте.

Его волокли по полу как мешок с осенними листьями в субботнюю уборку, ударяя коленями о пол — он вовремя выставлял ладони, избегая встречи с лица с кафелем. От душащей паники мозг перешел в автономный режим, запустив инстинкт самосохранения как последнюю боевую способность организма. Амат извивался как уж и пытался высвободиться от цепкой хватки капитана, предавшего его ради пьяного веселья. Закричи он — все равно бы никто не услышал.

— Нет, нет, нет, нет, — исступленно шептал он одними губами, больно ударяясь животом о спинку дивана и чувствуя рвотный позыв.

Попытки вырваться, лягнуть, поцарапать не увенчивались успехом. С него сдернули штаны и развели ноги, он инстинктивно сжал зад и напрягся, моментально трезвея от ужаса перед предстоящим. Не похоже было, что парни шутили. Даже славный Бубу подчинялся Кевину и делал то, что просили. Амат закричал, срывая голос.

Он чувствовал себя молочным щенком, которого бросили перед огромной бойцовой псиной, чтобы избавить от страха, и теперь он смотрел в исходящую пеной пасть и не знал, что случится скорее: его разорвут на части или у него остановится сердце. Влажная ладонь Эрдаля была кислой на вкус, когда Амат его укусил. Он замычал, дергаясь в слепой истерике, когда чьи-то горячие пальцы развели ягодицы. В сжатое очко уперлось что-то твердое. Амата шумно вырвало.
[NIC]Amat Bandak[/NIC][STA]quicksilver[/STA][AVA]https://forumupload.ru/uploads/0010/a8/ca/8016/804897.png[/AVA][LZ1]АМАТ БАНДАК, 15 y.o.
profession: юниор, нападающий[/LZ1]

+3

10

Почему люди ведут себя как уёбки по отношению к тебе, даже если ты им ничего не сделал? Просто когда-то где-то засветился в их поле зрения, она тебя приметили и начали над тобой издеваться, хотя ты совершенно этого не заслужил. Или даже возможно и заслужил, но эти люди, которые гнобят тебя, не вправе восстанавливать справедливость. Жаль, что нельзя по щелчку пальцев отомстить всем, распускающим слухи, поднимающим руки, вгоняющим тебя в депрессию. Иногда даже постоять за себя нельзя, потому что ты - маленький жалкий человечек, один против целого мира, втаптывающего тебя в грязь. От понимания такой несправедливости жизни могут опуститься руки, но я искренне надеюсь, что мальчонка над которым в данный момент издеваются индюки, найдет в себе силы.
И почему так происходит? Откуда берутся все эти недоброжелатели? Почему ими становятся?
Лит, например, родился в порядочной, обеспеченной семье. Казалось бы, с наличием финансовой возможности, хорошего образования, как основного так и дополнительного, можно стать образцово-показательным человеком. Но, кажется, этого не случилось. Напротив, эти блага порадили вседозволенность, чувство безнаказанности и превосходства над другими, простыми ребятами. В течение жизни человек действительно может поменяться, но для этого ему нужны определенные обстоятельства, ведь ничего не происходит просто так. Пока парень не сталкивался с такими, но обязательно столкнется позже.

Помните? Чем омерзительнее шутка, чем отбитее твое действие, тем ты круче. А крутость - это популярность, а быть популярным - это комфортно.
Вильям крепко держал в руке свою именную клюшку. Ею он забивал фантастические голы, ею он совершит то, от чего потом отмыться не сможет долгие годы. Через призму алкоголя и собственного громкого отвратительного смеха парень едва ли слышал визги и крики подопытного. Его ерзания на диване и сжатые мышцы казались красной тряпкой. Прежде чем надругаться над Аматом Лит перестал смеяться и быстро окинул присутствовавших взглядом. Убедившись, что все его поддерживают, он медленно, не спеша начала засовывать наконечник в задницу бедному пареньку. Естественно, дело как по маслу идти не могло, и Вильяма это раздражало.

— Как-то тяжело, очень. Амат, расслабь булки, ты себе только  хуже делаешь, - раздраженно пробубнил Лит, и капли пота появились на его напряженном лбу. Он вновь надавил, но ничего не выходило. Тогда, рассердившись и грязно выругавшись, Лит передал клюшку Кевину.
—  Попробуй ты! - решительно вложил в руки клюшку, а сам налил себе еще выпить. Он что не гей что ли? Я вроде как думал, что клюшки геем залетают в жопу, как влитые!

[NIC]William Leet[/NIC] [AVA]https://i.imgur.com/0CuUGed.png[/AVA]
[LZ1]ВИЛЬЯМ ЛИТ, 17 y.o.
profession: ученик частной спортивной школы, нападающий хоккейной команды
[/LZ1]
[SGN]https://i.imgur.com/yQpxiYX.gif[/SGN]

[STA]слово пацана[/STA]

+2

11

- Сука! - Заорал Кевин, когда блевотина Амата фонтаном хлынула на белоснежный диван его матери, пачкая дорогую обивку и пол. Самому ему тоже досталось: ладонь была в липкой жиже, от запаха которой Эрдаля самого чуть не вырвало, но он нашел в себе силы сжать пальцы в кулак и ударить Амата по лицу за такие фокусы.
- Ты охуел?! - За секунду Кевин пришел в маниакальное бешенство. - Я тебя убью!

Кипишь вокруг них образовался за секунду, никому из парней не хотелось мараться в чужой блевотине, Бубу и Филу пришлось отпустить Амата и отступить, но последний успел сдернуть Бандака на пол, куда тот упал со сдернутыми до колен штанами, его все еще продолжало тошнить.

- Сдохни нахуй, - клюшка, вложенная в его руку Литом, оказалась как нельзя кстати. Эрдаль использовал ее вместо биты, замахнулся и ударил Амата по спине, а потом еще раз и еще. Он особо не целился, бил куда придется, а когда та переломилась надвое, то отбросил ее и стал пинать пацана ногами, вымещая на нем всю свою скопившуюся злость с тех пор, как Амат появился в их команде.

До его появления Кевин был уникальным, единственным в свое роде, лучшим и бесценным игроком. Его берегли тренеры, восхищалась и уважала вся команда, каждый хотел тусоваться вместе с ним и гордился полученным приглашением на вечеринку по случаю его дня рождения, но потом в команду пришел этот вонючий сириец и все старания Эрдаля пошли прахом. Он уже не был номером один, потому что Амат демонстрировал на льду невероятные для своего возраста вещи, зарабатывал похвалу Давида на каждой тренировке и притягивал к себе восхищенные взгляды. Однажды Кевину пришлось осадить Бубу, потому что тот сидел на скамейке, наблюдая за катанием беженца буквально открыв рот.
- Закрой варежку, дебил, - капитан отвесил защитнику подзатыльник, сдвинув шлем ему на глаза, и сел рядом, кивком указав на бутылку с водой, чтобы тот ему ее передал, - или дрочишь на него, пока никто не видит? - Бубу молча передал воду, сгорбился, покраснел и смутился. Они вместе выросли, Кевин имел на него очень большое влияние, но самой последней каплей стало все-таки не это.
Когда регулярный чемпионат между школами уже двигался к четвертьфиналу, Кевин пришел на одну из тренировок раньше, чем обычно, и стал невольным свидетелем приватного разговора защитников и нападающих четвертого звена, с кем общался не очень близко и здоровался через раз.
- Знаете, а я рад, что Амат теперь с нами, в нашей игре хотя бы что-то поменялось, а то четвертый год подряд играем только на Эрдаля, достало...
- Да, ты прав, никакого разнообразия.

В каждый удар Кевин вкладывал всю свою боль и все переживания за то, что Амат вообще посмел появиться на свет и заставить всех вокруг сомневаться в нем. Это было очень обидно и эту обиду ничем другим нельзя было заглушить, но видя, как на лице и теле пацана появляются синяки и кровоподтеки, Кевину будто бы становилось легче. Постепенно к нему присоединились и остальные. Они пинали и топтали Амата до тех пор, пока тот, сжавшись на полу, не перестал подавать признаков жизни.

- Тайм-аут, - остановил всех Кевин и наклонился, чтобы проверить, дышит сириец или уже нет, - проснись, ублюдок, надеюсь, ты еще живой? Я с тобой еще не закончил. Лит, открой двери, - Эрдаль указал на большие стеклянные двери, ведущие на задний двор к бассейну.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » punching bag


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно