внешности
вакансии
хочу к вам
faq
правила
кого спросить?
вк
телеграм
лучший пост:
эсмеральда
Он смущается - ты бы не поверила, если бы не видела это собственными... читать далее
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 40°C
jack

[telegram: cavalcanti_sun]
aaron

[telegram: wtf_deer]
billie

[telegram: kellzyaba]
mary

[лс]
tadeusz

[telegram: silt_strider]
amelia

[telegram: potos_flavus]
anton

[telegram: razumovsky_blya]
darcy

[telegram: semilunaris]
edo

[telegram: katrinelist]
eva

[telegram: pratoria]
siri

[telegram: mashizinga]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » show me heaven when i fall


show me heaven when i fall

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

Сакраменто | май 2020 | ближе к вечеру

Vlad Ghyka, Demetra Boleyn
https://i.ibb.co/FYMnv9G/08.png

Когда происходит слишком много событий, когда опускаются руки, когда сомневаешься в себе и своём пути, кто-то обязательно протянет руку помощи.

Отредактировано Demetra Boleyn (2021-01-18 22:47:39)

+3

2

Количество дел, которое на него было возложено если даже и не с детства, то по крайней мере с юности - хотя по правде было бы вернее сказать, что именно с детства, так как детей в семьях подобных его начинают учить едва ли не с двух лет, когда ребёнок начинает уже более-менее осмысленно говорить, росло просто в геометрической прогрессии с каждым годом. Однако Влад даже не думал жаловаться. Пандемия пандемией, разумеется, но работать тоже нужно было, в том числе - и искать новые варианты, которые были бы достаточно неплохими инвестициями возможно уже даже в самом ближайшем будущем.

Он задумчиво просматривал сводки, которые ему только что подготовил секретарь, и теперь сидел за своим столом, сплетя пальцы под подбородком. Да, разумеется, были среди этого всего и достаточно неплохие варианты, однако... всё это было не тем, совершенно. Князь раздраженно откинулся в кресле, глубоко вздохнул. А ведь нужно было ещё проверить аукционный дом, созвониться с Румынией, узнать про все дела там, переговорить с первыми людьми нескольких государств, договориться о встрече с президентом французского аукционного дома Таян, договориться о партнерской программе с румынами... Поневоле начинаешь задумываться, что иногда он нет-нет, да ловил себя на мысли, что иногда он завидует простым людям - у них хотя бы иногда, но есть право на ошибки.
У него его же не было в принципе.

Короткий стук в дверь.
- Да? - отозвался Влад, всё ещё лихорадочно соображая, во что вложиться. Однако всё выглядело не тем, и привлекательным не казалось. Вошедшая секретарь моментально поняла - хозяин недоволен.
- Сэр, возможно вам было бы интересно..., - она протянула ему новую папку, подписанную незатейливым именем "Деметра Болейн", и князь с любопытством её пролистал. Его брови чуть взметнулись вверх обозначив по меньшей мере удивление, однако папку он из рук так и не выпустил, продолжая читать. После чего медленно кивнул.
- Это по крайней мере хотя бы звучит интересно. Пусть служба безопасности узнает, где сейчас находится мисс Деметра Болейн, нужно будет с ней встретиться... и как следует поговорить, - он осторожно вынул из под скрепки крохотную чёрно-белую фотографию, и задумчиво на неё посмотрел. Выбранное ею дело заслуживало, по меньшей мере, уважения - девушка, которая решилась в одиночку поднимать целый конный клуб... да даже Сильвия, скорее всего, не нырнула бы сразу с места вот в такой вот карьер, не проведя для всего этого мощнейшую материальную базу, а тут... Влад покачал головой.
- Возможно, у неё есть страница на краундфандинге? Не может быть, чтобы она всерьез решила заняться своим делом... совершенно без поддержки, - однако секретарь покачала головой.
Влад совсем задумался.

- Тогда решено. Скажи охране, что я поеду на "Фантоме" - (зд. Rolls Royce Phantom) - часов в пять. Секретарь только уточнила: - Сами? - однако румын помотал головой.
- Нет, позвони Эндрю, он мне будет нужен. И нужно будет договориться с поваром об ужине - что, в конце концов, это иначе будет за деловая встреча? Не факт, конечно, что мисс Болейн захочет со мной разговаривать, однако... я буду всерьёз разочарован, если она сдастся только из-за боязни того, что она не будет знать на момент нашей встречи не будет знать обо мне ничего, в то время как я сам уже мельком, но ознакомился с её биографией. Не люблю людей, которые останавливаются на пол-пути только из-за страха чего-то там... страх наоборот должен быть мотиватором, а не преградой.
Понимающая секретарь кивнула: - Кофе? - Влад улыбнулся. Действительно, за всеми делами он совершенно забыл обо всех своих привычках и ритуалах. Как встал, так и нырнул в водоворот дел, даже не завтракал толком. Он решительно поднялся из-за стола.

- Да, пожалуй. Кофе. И завтрак. Сегодняшний день будет... не из лёгких.
С другой стороны, а когда у него вообще в принципе было по другому? И только когда секретарь наконец-то оставила его одного, Влад сел обратно, невидящим взглядом уставившись куда-то в одну точку. Сейчас он мог разве что только надеяться, что юная мисс Деметра Болейн окажется умной девушкой, и не будет вставать в позу, едва его увидев. Давить на неё не хотелось совершенно, Влад в первую очередь искал сильную и решительную девушку, которая не побоится править таким непростым бизнесом, как конный клуб - потому как если будет иначе, то это тогда будет фатальное разочарование.
А слабости Влад не терпел и не переносил. Ни в себе, ни в окружающих.

В итоге несмотря даже на все означенные прежде всего для самого себя временные рамки, он смог выехать к Деметре только в половине шестого вечера. Девушка находилась за городом, и сейчас едва ли не основной задачей было её хотя бы элементарно... не напугать. А то неизвестно, как она вообще на всё это отреагирует. Пока же они подъезжали, Влад оценивающе смотрел на место - удобное расположение, хорошая будущая подъездная площадка, возможность для устройства хорошей парковки... Он даже задумался - что тут не так? Потому что когда всё настолько хорошо, по итогу потом обязательно оказывается, что что-то не так.
Хлопнула дверца машины.
- Мисс Деметра Болейн? - к симпатичной молодой женщине обратился мужчина в строгом чёрном костюме, кожаных туфлях, черной рубашке и рубиново-винным галстуке. Он чуть облокотился на сияющий автомобиль, чуть подсвеченный закатным калифорнийским солнцем, и с интересом посмотрел на свою собеседницу: - Ради бога, только не пугайтесь. Я бы хотел всего лишь с вами поговорить.

+3

3

Майская погода в Сакраменто - это отдельная моя тайная любовь. Казалось, я осталась только из-за неё, ведь в Чикаго в это время заметно холоднее. Жаркое солнце отделило апрель, и теперь здесь нет дождей и остальной непогоды. Отдушина для меня.
В детстве мы часто ездили в Сакраменто. Помню, как бабушка возила меня сюда, заказывала такси, всю дорогу говорила про оставленные ею дома цветы, сетуя на то, что дочка не справится с ними, останавливала машину неизменно у одного и того же дома и весь оставшийся вечер мы пили чай и говорили на покосившемся от старости крыльце, любуясь горячим закатом. Этот дом принадлежал ей, но ради любви ей пришлось оставить место, которое она любила не меньше. Всякий раз, когда я спрашивала, не жалеет ли она, не скучает ли, бабушка только улыбалась и ничего не отвечала. Но кажется, я понимала, о чём она думает. Иногда нам необходимо делать выбор, но не обязательно отказываться от того, что так тебе дорого.
Бабушка умерла, оставив мне ключ от её домика, и первое время я действительно приезжала туда, так же пила наш любимый чай с жасмином на крыльце, щурила глаза на яркий закат и по утру неизменно встречала рассвет, не в силах надышаться воздухом воспоминаний. Но работа взяла своё, и домик надолго забыл о гостях.

Когда я приехала три недели назад в Сакраменто, у меня не было планов здесь оставаться. Совсем. По правде сказать, мне хотелось просто передать посылку Картеру и сразу же уехать, но судьба распорядилась иначе, как всегда. Я - везучий на судьбу человек, что уж тут. Один звонок изменил все мои планы. Администратор конного клуба, где стояли все мои лошади, сообщил, что их конюшня закрывается уже через неделю, и лошадей нужно срочно вывезти, иначе их привяжут просто на улице. Куда везти? Как везти? Я была далеко, ехать срочно назад был не вариант, я бы не успела решить все дела сразу, поэтому я сделала выбор.
В Чикаго оставить лошадей было невозможно, их просто некуда было перевезти. По обзвонам разных кск я поняла, что мест под пять животных я не найду. Нашлось только три - два в одной конюшне, одно - в другой. Остальных было принято решение везти ко мне, и тогда я вспомнила про тот самый домик, который так гостеприимно встречал меня половину моей жизни.
Конюшни нет, корма нет, расположить лошадей мне негде, поэтому они ехали почти 3000 километров в никуда. На земле только один покосившийся домик, как напоминание о том, что я забыла. После смерти бабушки я хотела отреставрировать её дом, облагородить территорию и... что? Возможно, переехать, а возможно, просто, чтобы она мною гордилась, потому что при её жизни я этого сделать так и не успела. Но снова что-то пошло не так, и вот теперь я стою перед ним, не в силах что-то изменить сию секунду.
Из знакомых в Сакраменто у меня был только Картер. С нашей последней встречи мы практически не общались, но я всё же решилась ему позвонить. Без лишних вопросов он согласился мне помочь, а я пообещала вернуть все деньги, как только у меня будет возможность. Но возможность такая появится явно не скоро.

К приезду лошадей через неделю была готова небольшая деревянная конюшня на пять голов. Я планировала перевезти туда всех своих животных, и если по приезду двух коней я не была уверена в этом решении, то через несколько дней окончательно спланировала постройку здесь конного клуба. Сумасшедшее спонтанное решение, на которое у меня не было ни средств, ни других возможностей. Не было связей. Была лишь идея, опыт содержания животных, обучения людей верховой езде, пять дорогих испанских лошадей, купленных бывшим мужем. Как подарок, который он не пожелал себе возвращать после трудного развода.

Признаюсь, так трудно мне ещё не было. Я была временно без работы; лошади, оставшиеся в Сакраменто, тоже требовали денег; здесь только началось строительство, и я не представляла, как действовать дальше. Верила в свою удачу, свои способности и чудо.

— А ты уверена, что в городе будет хуже? — команда, которая работала над строительством конюшни, оказалась достаточно грамотной. Мы сдружились, и они всячески пытались меня поддержать, как и сейчас - Люк пытался доказать мне, что в городе шансов, что меня заметят, будет больше.
Я это знала. В городе было бы проще арендовать места в уже функционирующем конном клубе, и заниматься тренерством, но у меня был другой план. Вернее, проект, который я мечтала осуществить уже не первый год.
— Я ни в чём не уверена, Люк, — слабой улыбкой дала понять, что устала. День близился к вечеру, мы сделали сегодня уже достаточно много, но оглядываясь вокруг, понимали, как много ещё нужно было сделать. Лошади гуляли, привязанные на верёвке, выглядели вполне умиротворёнными, и это для меня было главным - они сыты и здоровы.
Люк понимающе кивнул, но было понятно, что разговор он этот просто отложил. Тоже улыбнулся мне, а потом вдруг посмотрел за мою спину и удивлённо округлил глаза.
— Что там? — я резко обернулась, когда рядом с нами почти бесшумно остановилась дорогая машина. Мне нечасто [читайте - никогда] приходилось общаться с людьми, которые на таких ездят, да и удивительно было увидеть такой автомобиль у нас.
Открылась пассажирская дверь, и оттуда вышел мужчина в не менее дорогом костюме, что меня тут же уверило - наверняка он ошибся адресом. Но произнесённое им моё имя сразу в этом переубедило.
— Да, это я. А вы...? — кинув взгляд на Люка через плечо, дала понять, чтобы он оставил нас, и мужчина мигом кивнул и развернулся, уходя в сторону конюшни. Я снова перевела взгляд на нашего гостя и беззастенчиво осмотрела его с ног до головы. Он был красив, элегантен, и на фоне нашей маленькой скромной конюшни смотрелся как будто бы неуместно. Весь его вид говорил о том, что он не простой бизнесмен на красивой тачке. От мужчины веяло уверенностью, спокойствием и... силой, которую я почувствовала даже на расстоянии.
Задержав на пару мгновений взгляд на его руке, где выделялся перстень с гербом, я наконец подняла глаза и встретилась с его взглядом.
— Если вы хотите купить это место, то расстрою вас, оно не продаётся, — уверенно сообщила на всякий случай, абсолютно не представляя, какая ещё может быть причина его визита. Это место действительно было шикарным, и я дорожила им настолько, что не готова была продать даже за решение моей денежной проблемы. Однако несмотря на мой отказ с порога, мужчина явно не расстроился этим, поэтому добавила: — Но впрочем, для посещений мы открыты.
Люди его уровня конечно едва ли проводят время на таких конюшнях.

+2

4

Влад склонился в лёгком поклоне: - Влад Себастиан Гика, честь имею быть вашим покорным слугой, леди Деметра. Со стороны можно было бы подумать, что он издевался, однако румын был слишком серьёзен, чтобы можно было его даже просто подозревать в чём-то подобном. Он выпрямился, преисполненный достоинства, но стоило ему услышать следующую фразу, как он только чуть приподнял ладонь в успокаивающем жесте, и едва заметно покачал головой: - Я вас умоляю, леди Деметра. Я не собираюсь отнимать у вас дело всей вашей жизни, это была бы наивысшая низость. Наоборот, я хочу предложить вам помощь, - он огляделся, с довольным видом огляделся, и кивнул в сторону небольшой деревянной конюшни: - То, чем вы решили заняться... достойно только истинного восхищения. Однако..., - он покачал головой, - я бы предпочел провести этот разговор в более спокойной обстановке. Он кивнул в сторону двух автомобилей: - Вы не окажете мне столь великую честь, и не согласитесь проехать со мной в мой дом? Поверьте, наш разговор... будет выгоден нам обоим, однако вам он будет нужен в первую очередь.
Он неосознанно поправил пиджак, с достоинством встретив прямой взгляд молодой женщины: - Слово дворянина, что вашей чести ничто не угрожает. Я слишком серьёзный человек, чтобы заниматься чем-то непотребным. Если же ваш... друг боится за вас, он может ехать с нами.

Однако то ли его аура исключительной уверенности и поразительного спокойствия вкупе со сквозящим даже в самых простых жестах благородством, то ли ещё что-то кажется убедили друга - друга ли? - Деметры, что Влад не причинит ей никакого вреда, и в сопровождении охраны, вышедшей из второй машины, они дошли до Роллс-Ройса, где охрана приветливо открыла перед ней вторую пассажирскую заднюю дверь. Влад уже сидел на своём месте, и теперь с уважительной улыбкой смотрел на свою пассажирку: - Расслабьтесь, Деметра. Простой разговор в исключительно спокойной и конфиденциальной атмосфере. Если вы чего-то опасаетесь, то не стоит, право слово. Он с удовольствием откинулся в сиденье, достал телефон, и набрав номер, пару секунд ждал, пока наконец невидимый собесдник не взял трубку. Он улыбнулся: - Джордано, друг мой. Будь так добр, начни готовить всё для итальянского ужина. Нет, деловой. Десерт? Разумеется нужен, одно твоё семифредо чего стоит. Да, спасибо, - и вновь убрал телефон в карман.
Немного помолчал.

- Я не просто так приехал именно туда, - наконец заговорил румын. Он был крайне осторожен в своих словах - ведь кто мог знать, как отреагирует на его предложение Деметра: - От моих людей мне стало известно, что вы начали строительство конного клуба - а я сейчас как раз разыскиваю проект, в который я мог бы инвестировать... скажем так, не по велению моей семьи, а потому что я сам этого хочу. И среди всего многообразия проектов я не нашел ничего, что могло бы меня хоть сколько-нибудь, но заинтересовать. И тут я получаю от своей помощницы файл про вас - и тут уже пройти мимо было невозможно. Влад чуть наклонил голову, задучиво почесал подбородок: - Понимаю, вам пока что не с чего мне верить, но я очень надеюсь, что после того как мы поговорим в более... спокойной обстановке, вы поймёте, что в моих мыслях нет ничего дурного или же, прости-Господи, противозаконного. И потом... лошади, - тут по губам Влада впервые скользнула теплая, мягкая, и понимающая улыбка, - это одни из самых потрясающих животных, и невероятно благородное дело. И ладно бы этим занимался мужчина, сильный и крепкий, но когда такой бизнес решается поднимать молодая женщина, ничего иного, кроме как восхищения, такая деятельность не заслуживает.

- Подумайте. Я ни в коем случае не собираюсь на вас давить.
Иначе тогда грош цена ему как князю, бизнесмену и дипломату.
Примерно через сорок минут машины наконец-то въехали на территорию поместья, а охрана уже открыла двери со сторон Деметры и Влада. Он кивнул, после чего встал и в приглашающем жесте махнул Деметре рукой: - Пожалуйста. Добро пожаловать в наше скромное поместье. Доминика, - он улыбнулся улыбчивой филлипинке, которая была у него экономкой, и уже спешила навстречу хозяину и его гостье, - проводит вас в ванную, а следом - в мой кабинет, где мы уже с вами как следует поговорим. И быстро ушел, уже на ходу подзывая к себе человека в форменном черном ливрее, и о чём-то с ним переговариваясь. Деметру же отвлекла от происходящего Доминика, жестом поманив её за собой: - Сюда, миз. И быстро повела её, через просторные и светлые анфилады поместья, оставшись стоять у одной из дверей. Покачала головой: - Я вас буду ждать, вы нужны Его Светлости. Сам же Влад уже ждал Деметру в кабинете, в задумчивости стоя у окна, и гадая, как будет лучше всего построить с девушкой как можно более содержательный и продуктивный диалог. Были ли у неё юристы, или нужно будет послать за своими, чтобы они могли как можно более подробно объяснить ей всё? Примет его предложение или проявит гордость? Не посчитает ли его предложение предлогом задеть её честь и гордость? Минут через пятнадцать в дверь коротко постучались - два раза, как он любил. Князь кивнул - идеально. Миз Болейн не заставляла себя ждать - потенциально крайне привлекательная черта как для делового партнёра.

- Миз Болейн, Ваша Светлость, - Доминика с лёгким поклоном пропустила девушку в кабинет, и осторожно подняла глаза в сторону князя, тот кивнул.
- Чёрный кофе. Миз Болейн...? - он вопросительно посмотрел на Деметру, и она попросила о зелёном чае.
Влад улыбнулся.
- Прекрасно. Доминика, тогда чёрный кофе и зеленый чай. И пусть пока нас никто не беспокоит, в крайнем случае, пусть все звонки, если таковые вдруг будут, распечатает секретарь - я потом всё просмотрю и обязательно отзвонюсь. Только когда та ушла, князь в приглашающем жесте показал Деметре на два полукресла возле своего стола: - Пожалуйста, присаживайтесь.
И сел за своё место, сплетя пальцы перед собой в замок.

Отредактировано Vlad Ghyka (2020-12-06 20:07:17)

+2

5

внешний вид
Летний день был сегодня неимоверно жарким. Провозившись с утра с лошадьми, я решила закончить сегодня пораньше, поэтому планировала поехать за продуктами, о которых написал в записке Люк. Она спокойно лежала у меня в кармане платья, которое я надела буквально минут двадцать назад, и сейчас я сильно радовалась, что гость застал меня не в пыльных рабочих бриджах для верховой езды. Пока не было денег на конюха, я убирала за своими лошадьми сама и помогала Люку и его команде со строительством, насколько это было возможно. Сейчас я выглядела хотя бы как человек, поэтому уверенно чувствовала себя, общаясь с презентабельным мужчиной. Тот, впрочем, больше интересовался тем, что происходило за моей спиной, нежели то, как я выгляжу.
Несмотря на то, что Влад [какое, однако, необычное имя для Сакраменто] сразу отверг мою догадку о причине его появления здесь, мне не стало спокойнее. Дело в том, что у нас уже пытались отнять это место, и сейчас мне нужно было забрать обратно землю, которая раньше принадлежала нам. Много гектар за моей спиной были раньше собственностью моей семьи, пока в это дело не вмешался Корнелиус Дрейк. Мне тогда было совсем мало лет, но это имя я запомнила с тех пор, как бабушка начала несдержанно ругаться матом при упоминании этого человека. Корнелиус несколько лет назад умер, земля перешла к его сыну, и я лелеяла надежду, что она вернётся ко мне, так как была отнята незаконно. Впрочем, это не первостепенная проблема, которую мне нужно было решить. Сначала я была обязана обеспечить своих животных чистым домом и сытной едой.

— Предложить помощь? — я не стала скрывать удивления, потому что это было невозможно. Я конечно надеялась, что мне удастся заручиться поддержкой Cal Expo Horse Racing - клуба в Сакраменто, но не очень верила, что они готовы греть на груди будущих конкурентов. Конечно вряд ли ближайшие лет десять я смогла бы с ними конкурировать, но кирпичик за кирпичиком... И тут ожидаемое мною чудо.

Люк, конечно же, не ушёл, как я просила. На предложение поехать вместе с пока ещё незнакомым мне человеком он многозначительно кашлянул, но я не придала этому значения. Честно говоря, я не была сильна в эмоциях и чувстве признательности, хоть и сильно благодарила его людей за честный труд. Но не готова была позволять кому-то решать за меня дела и даже не подумала советоваться. Обернувшись на мужчину, я отдала распоряжение, потому что уже была уверена, что должна поехать. Пусть и было странно, немного боязно уезжать с незнакомым человеком, но я буду не я, если не воспользуюсь шансом, который мне был жизненно необходим.
— Люк, будь добр, позаботься о том, чтобы Камбреро и Анко вовремя поели. Кашу я им замешала, — мой спокойный голос и уверенность, с которой Влад обращался ко мне, убедили мужчину в том, что всё в порядке, поэтому он только согласно кивнул мне и не сказал ни слова против. Ещё бы он мне его сказал. Сама же я снова повернулась к Владу и решительно направилась к нему. — Хорошо, поедем, — честно сказать, я нервничала, поэтому выдавить из себя улыбку не получилось. Нервничала, потому что это была достаточно необычная для меня ситуация, а "помощь" - это то, что мне было так сильно нужно. Нервничала, потому что всё могло сорваться в любой момент, если вдруг Влад не оценит мой план, который я месяцами, годами доделывала и дорабатывала до идеала. Я действительно просчитала всё до последней мелочи и сейчас мне нужно было просто понять, как я могу это осуществить своими силами. Положа руку на сердце конечно, я бы сказала, что никак. Стать миллионером только потому, что мне это срочно надо, я едва ли смогла бы, и тратить свою энергию на то, чтобы заработать эти деньги другим путём вместо того, чтобы отдавать себя любимому делу - я не могла так. Сестра однажды пошутила, что я никогда больше не выйду замуж, потому что трачу на лошадей времени гораздо больше, чем готова тратить на мужчин. Пусть так. Зато лошади не предают.

Когда автомобиль отъехал от моего дома, я наконец перестала рассматривать в окно поля, которые раньше принадлежали нам. Влад говорил по телефону, и я внимательно прислушивалась к его голосу. Что я ожидала услышать? Что он готовит для меня комнату в подвале? Знаю, что меньше нужно смотреть триллеров, но всё же дурные мысли - мои вечные нежеланные спутники. Тем не менее, голос мужчины как-то даже успокаивал, поэтому усилием воли я заставила себя расслабиться. Ну серьёзно, что могло случиться?
Слова Влада, сказанные мне, бальзамом скользнули по сердцу. Он был прав - для женщины это достаточно необычный бизнес. Чтобы иметь в этом деле успех, нужно иметь деловую хватку и стальной характер, не говоря уже об умении замечать любые мелочи и изменения в мире. Расходы на содержание лошадей и крушение экономики - это мало совместимые вещи. Опыта в создании проекта такого масштаба у меня, честно говоря, не было, но я знала дело, которым хотела заниматься в этом клубе, ведь занималась им в Чикаго. С некоторыми изменениями. Здесь мне нужно было только масштабироваться и делать своё дело не из-за жажды денег, а по велению души.
— Вы бы не смогли на меня давить, — я наконец улыбнулась Владу, не сводя с него глаз. — Я привыкла думать своей головой.
Этот разговор меня заинтересовывал всё больше.

Дом Влада меня не то что бы удивил, но смотрела я на него широко открытыми глазами. Я не любила считать чужие деньги, но почему-то была уверена, что финансирование конного клуба, пусть даже такого масштаба - это не предел возможностей его хозяина.
Дорогой особняк, шикарные машины, приветливый персонал, который явно не был обделён заботой и финансовой поддержкой. Всё немного не укладывалось у меня в голове, потому что буквально сегодня днём я не знала, на что закупить корма на следующий месяц, и тут перед моими глазами жизнь совершенно другого уровня.
Я не была обделена деньгами в своей жизни. В Чикаго у меня были богатые родители, богатый муж, да и сама зарабатывала очень хорошо. Даже сейчас, когда я потеряла источник заработка, не переживала, потому что у меня осталась я сама.

Всего несколько минут, чтобы привести себя в чувство в ванной, немного выдохнуть и собраться с мыслями. Всё мне до сих пор казалось каким-то нереальным, но нужно было держать себя в руках и быть максимально собранной.
— Я готова, — Доминика, не говоря ни слова, повела меня в сторону кабинета хозяина дома [да Господи, замка, а не дома] и оставила уже внутри комнаты. Я беглым взглядом обвела кабинет, попросила чай, потому что в горле действительно пересохло и ужасно хотелось пить, и слегка неуверенно присела в кресло. Через секунды две подсела в него глубже и подняла взгляд на Влада. Он ведь видел проект, которым я бредила, да?
— Если вы так осведомлены моим делом, то наверняка видели проект, который я планирую, — я конечно не ожидала, что кто-то будет готов взять на себя финансирование конного клуба, ведь это не такое уж и распространённое дело для бизнеса в наших краях. Но вместе с этим, тут есть и плюс - если правильно и грамотно донести идею до нужной аудитории, то оно будет иметь успех, потому что мало конкуренции. — Я не готова в нём что-то менять, — совершенно точно, — пусть клуб и получится достаточно... финансово затратным. Но это стоит тех денег, потому что я совершенно точно знаю, как это развить до престижного уровня, — я и сама удивилась той уверенности в голосе, что у меня была. Об этом конечно же в проекте не было ни слова, но я постоянно хранила идею в своей голове. — Я хочу заниматься подготовкой лошадей и всадников по высшей школе верховой езды. Это было бы конечно невозможно, если бы не мои лошади, которые прекрасно знают всю эту базу, и мои связи с испанцами, которые готовы со мной сотрудничать, — я улыбнулась, потому что в моём деле действительно были хорошие подвижки - я уже наладила связь с Испанией и даже Веной, где находилась испанская высшая школа верховой езды. Конечно же Вена не была готова дать своих тренеров, но зато я выцепила людей, которые долгое время учились там. — Конечно широкого уровня со своими пятью лошадьми мне пока будет достичь сложно, но это будет отличное начало.
Купить ещё лошадей - это будет тоже непросто, ведь одна андалузская или липицианская лошадь такого уровня будет стоить около сорока тысяч евро, а то и больше, но я искренне верила, что всё придёт со временем.
(клуб, который планируется, в видео)

Отредактировано Demetra Boleyn (2020-12-07 18:10:50)

+2

6

Влад только спокойно кивнул, после чего чуть откинулся на спинку кресла, и оперся подбородком о палец, внимательно изучая девушку. Наконец сказал: - Разве я сказал, что здесь нужно что-то менять? Наоборот, я вижу в вашем проекте душу. Индивидуальность. И деньги здесь не имеют никакого значения. С этими словами румын вновь взял в руки папку, и ещё раз внимательно пробежался взглядом по информации, предоставленной там, при этом максимально внимательно слушая о том, о чём ему рассказывала Деметра. Влад оторвался один-единственный раз, когда она упомянула испанцев, и даже позволил себе едва заметно улыбнуться: - Даже так? Чтож, я думаю, я смогу привлечь внимание короля Филиппа и его отца Хуана Карлоса - за такой проект не грех похлопотать и на самом высоком уровне, - с этими словами он отложил папку, и теперь уже целиком и полностью сосредоточил всё своё внимание на девушке, - открою вам... так сказать, один свой небольшой секрет, миз Болейн. До настоящего момента я не видел ничего подобного, а так уж получилось, что в вопросе верховой езды, и оснащения конного клуба я редкий фанатик и педант - возможно, в том..., - он чуть замялся, - вина моего воспитания и образования. И то, что предлагает тот же Cal Expo Horse Racing - это ни в какие рамки не лезет, я не вижу там ни уважения к клиентам, ни приемлимого содержания лошадей, - с этими словами Влад отпил немного кофе, после чего вдруг улыбнулся, и протянул Деметре руку.

- Но я увидел это в вас. В вашем проекте. И от лица румынского княжеского рода, и лично от себя - Влада Себастиана Гика - предлагаю вам свою полную финансовую помощь, поддержку и защиту. Если вам нужны юристы - пожалуйста, вызывайте, пусть они тоже присутствуют, - тут он встал, чуть оправил костюм, и доверительно улыбнулся, словно приглашал Деметру на спокойный и в чём-то даже откровенный разговор, - но я хочу, чтобы вы не стеснялись, и чувствовали себя как дома. Я пригласил вас не только за тем, чтобы взять ваш конный клуб под своё крыло, но так же для того, чтобы пригласить вас на ужин, и просто дать вам возможность чуть лучше узнать меня самого. Он степенно прошел к двери, заведя одну руку за спину, а второй чуть придерживая лацкан пиджака: - Позволите вам провести небольшую экскурсию?

Первым пунктом в их экскурсии внезапно встала малая библиотека.
Влад специально выбрал именно её, к тому же большую следовало... слегка привести в порядок. А тут был соблюден именно тот самый баланс тишины, уюта и спокойствия, который он так часто искал даже в повседневной жизни, и не находил - разве что именно здесь, закрывшись от всего и всех он падал в кресло, какое-то время просто сидел, бездумно смотря в одну точку, а то и вовсе дремал, после чего брал книгу, и снова пропадал на совершенно определенное количество времени. Он ненадолго остановился возле одного из книжных шкафов, задумчиво провёл пальцами по корешкам выставленных на полках книг, после слегка развернулся к Деметре, и мягко улыбнулся: - Нередко я ухожу сюда, когда мне нужно подумать. Влад вдруг замолк, во все глаза глядя на молодую женщину, которая была настолько органична в этой среде, словно она родилась в его семье, не меньше. Мужчина чуть потряс головой, сбрасывая наваждение - хотя почему наваждение, может быть, так оно всё и было.
Осторожно сделал шаг навстречу.

- Не бойтесь меня, - шепнул он. Остановился, как вкопанный, буквально в нескольких сантиметрах от Деметры, нос приятно щекотнул какой-то до боли знакомый запах - словно перед ним стояла даже не Деметра... а Сильвия. Его маленькая Сильвия, его красавица-сестрёнка, по которой он так отчаянно, глубоко и страстно тосковал. На скулах румына заходили желваки, он ненадолго прикрыл глаза, после чего вновь посмотрел на Деметру... а потом вдруг протянул руку, и не глядя достал с полки книгу, бережно взяв её в руки, при этом он лишь слегка провел пальцами по ладони Деметры. Влад вздрогнул, поднял на неё извиняющийся взгляд: - Простите..., - но кажется, всё было нормально. Только широко распахнутые глаза Влада, в которых отражалась маленькая, но такая сильная и хрупкая миз Деметра Болейн, которая была так похожа на его родную сестру. Князь чуть улыбнулся, показав кивком головы на книгу, которую он держал в руках: - Я часто так гадаю с сестрой, когда приезжаю домой. Назовёте мне страницу и строчку?

- Двадцать седьмая страница, пятая строчка... так, посмотрим, - палец Влада легко скользил по напечатанным буквам, пока наконец не замер на искомой точке, - ага, вот! "И хотя и К., и его помощники до сих пор особого интереса не возбуждали - не считая случая с тем крестьянином, - его последние слова вызвали всеобщее внимание" - его голос, спокойный и уверенный, наполненный силой, и в тоже время - мягкостью, смолк, и он с любопытством посмотрел на Деметру, явно заинтересованный в ней ещё сильнее, чем прежде: - А ведь здесь и правда можно провести прекрасную аналогию с вами, миз Болейн. С виду вы просто нежная и хрупкая молодая женщина, прекрасная в своём очаровании. Но стоит вам подать голос - и вы видите уже совершенно иную личность: властную, волевую, решительную, которая решилась связать свою жизнь с таким великим делом, как разведение лошадей. Он чуть нервно сглотнул, вздрогнул, словно понимая, на каком непочтительно близком расстоянии они находятся, и сделал шаг назад, словно он говорил ей - всё в порядке, нет нужды тревожиться. И что это? Уж не сожаление ли она сейчас видит в его глазах? А может быть и вовсе раскаяние? Румын чуть скованно улыбнулся, после чего вдруг сделал шаг обратно, и бережно протянул ей книгу, глядя ей прямо в глаза: - Пятьдесят четвёртая страница, шестая строчка снизу..., - прошептал Влад, вновь лишь слегка-слегка задевая кончиками пальцев её руку.

Его душу вдруг пронзило острой молнией такое уже забытое, но такое необходимое чуть ли не каждому человеку на этой планете чувство сопричастности, единения. Да что там - он впервые ощутил столь забытое, оставленное где-то в родной Румынии чувство исключительного родства душ - как у самых родных, родных прежде всего по крови людей.

+2

7

и всё же под неё идеально. особенно с 16:40 ♥

С каждой минутой я всё больше чувствовала серьёзность ситуации. Пока не понимала, что именно произойдёт, но ясно было одно - у Влада есть связи, есть возможности и, кажется, большое желание вложить душу в проект, которым я горела и днём, и ночью. Проект, который был для меня всем. И учитывая все обстоятельства моей жизни, это была та единственная отрада, которая держала меня на плаву. Ради которой я из раза в раз делала невозможное. Что удивительно, слушая Влада, меня ни разу не кольнуло сомнение, а в душе и вовсе поселилось неведомое ранее чувство уверенности в успех. Уверенность, в которой больше не было слова «но». Владу хотелось поверить, не только из-за его слов — что-то внутри меня отчаянно требовало соглашаться, даже не думая. — Серьёзно? — я не верила своим ушам, потому что когда ехала сюда, не рассчитывала и на долю того, что сейчас слышала. — Вы хотите привлечь короля Филиппа к этому проекту? — Внутри меня всё задрожало, но я усилием воли заставила эмоции утихнуть. Не время, подождите. — Этот клуб - олицетворение меня, — почему-то мне показалось, что он поймёт меня. — Я вкладываю в своё дело всю силу, что у меня есть, потому что ничего дороже для меня нет, — я осеклась, не уверенная, что Влад хочет слышать мою историю. То, что ему нужно — он уже, видимо, и так узнал.

Проследив взглядом за тем, как он обходит стол и направляется к двери, я слушала его, не отрываясь. — Экскурсию? — это прозвучало внезапно, но я расслабленно улыбнулась, вдруг почувствовав какое-то мягкое и тёплое, как пушистое облако, облегчение. — А знаете, — встав, я направилась к нему. — это отличная идея. Хочу узнать вас поближе.

Когда в нос ударил запах книг, я удивлённо остановилась на пороге библиотеки. Если честно, то сюда я меньше всего ожидала попасть, но больше всего обрадовалась, потому что это было моё. На все миллион процентов моё, ведь в каждом моём доме у меня была небольшая библиотека, даже в родительской квартире. Когда брат от нас ушёл, я выпросила его комнату себе, хранила там его вещи, скучала по нему, а со временем сделала комнату своим пристанищем, защитой от того, что снаружи. Мать не любила то место. А когда я ушла - сожгла старые книги.

Остановившись рядом с Владом, я с благоговением осмотрела книжный шкаф до самого верха. — Потрясающе. В этом мы с вами похожи, я не могу без книг. А в таком месте чувствую свою энергию. Пожалуй, это моё место силы, — я улыбнулась, повернула голову к мужчине и замерла, встретившись с его внимательным взглядом. Шаг в мою сторону, а я и не подумала отступить назад, словно прикованная к месту. Его взгляд завораживал, а я не могла понять, чем. Бояться? В моей голове не было ни единой мысли.
Я опустила растерянный взгляд на книгу. Влад просил сказать страницу и строчку, и я назвала, не задумываясь. — Двадцать седьмая, пятая сверху строчка. — Под его пальцами зашелестели страницы, пока не остановились на нужной. Я мягко улыбнулась на слова Влада о себе, желая верить, что всё в действительности так и было. В глубине души я боялась. Боялась, что мать окажется права, и без мужа я не представляю из себя что-то большее. Несмотря на то, что меня с детства готовили побеждать, в дальнейшем попытались подавить всю волю, стараясь удержать рядом с тем, кто меня морально убивал.

Едва Влад отступил, я подняла взгляд на него, подсознательно моля вернуться назад. С ним мгновенно отстранилась самая сильная часть меня. И мужчина словно услышал меня - снова шаг ближе и протянутая книга. Ненавязчивое и едва уловимое касание его пальцев заставило мою кожу гореть, и я машинально опустила взгляд на свои руки. Понятно, просто они были холодными на контрасте с его теплом. — Пятьдесят четвёртая страница... — я не торопясь перелистнула страницы, словно гладя их пальцами. — Шестая строчка снизу... — мимолётный взгляд на Влада, и я тихо прочитала: — «тут еще больше повышается его внимание, энергия, присутствие духа, и это зрелище приводит тех, на кого он нападает, в трепет, а их врагов — в восторг», — я с улыбкой прикрыла книгу и подняла голову. — Знаете, с вами я тоже могу провести аналогию. Здесь вы словно открываетесь с другой стороны. До того, как переступили порог - властный мужчина, а здесь же превращаетесь в человека, способного к состраданию и чуткости. Удивительный баланс. А ещё да, трепет и восторг... — я резко замолчала, не решившись продолжить, но ставя книгу назад на полку, всё же негромко добавила: — это тоже явно про вас.

Я поспешно огляделась, чтобы скрыть свою неловкость. — И много книг вы здесь прочитали? — бережно проводя рукой по корешкам книг, я сделала пару неспешных шагов вдоль шкафа. Здесь я заметила уже несколько книг, за которыми настойчиво охотилась, но находила лишь в электронном виде. — Кажется, мне придётся попросить у вас кое-что почитать, — улыбнувшись своей шутке, я остановилась, повернулась назад и заметила, что Влад наблюдает за мной. Я сделала всего каких-то пару шагов в сторону от него, но они были сильно ощутимы.

— Простите мне мою бестактность, но... — я в нерешительности замолчала. Мне и говорить ничего отчаянно не хотелось - для меня было уже наслаждением стоять и молчать здесь. Чувствовать. Но буквы в моей голове сами складывались в слова и произносились практически не по моей воле. Будто говорила не я, а кто-то внутри меня, знавший Влада так давно и так близко. Мне было удивительно странно ощущать внутри какое-то незнакомое мне облегчение, словно этот мой внутренний «кто-то» наконец нашёл того, кого веками искал. Это чувство невозможно было объяснить словами или прочитать в книгах. Что-то тёплое разливалось по телу, так неспешно, словно уже никуда не торопилось. Чувство дежавю поглотило меня без остатка, и всё, что я отчаянно хотела спросить у Влада, это - «Кто ты?». Он ведь представился, но меня волновало совсем не это. Он смотрел мне в глаза, а заглядывал в душу, чего никто ещё не делал. Я видела в его глазах своё собственное отражение, и мне казалось, что я смотрела в эти глаза уже тысячи раз. Но я совершенно точно не видела Влада раньше. В этой жизни. Почему же моё отражение говорило мне, что я вернулась домой? — Почему-то мне кажется, я так давно вас знаю. Глупости какие, правда? — я чуть усмехнулась, опуская голову, которую неизменно хотелось склонить перед ним. В этом человеке ощущалась такая сила, перед которой я просто не могла устоять.

+2

8

"Сострадание". "Чуткость".
В нём на самом деле были эти качества, вот только... их редко кто видел, особенно те, кто видел его первый раз. Больше того - он был всегда свято уверен, что эти качества постороннему вообще не дано рассмотреть, настолько люди не привыкли смотреть за маску, и опирались исключительно на завуалированный образ, который они перед собой имели честь наблюдать. А тут - раз, и она настолько ясно и открыто заявила об этом, словно знала его много, много лет, с такой уверенностью об этом заявила, что румын вздрогнул. Он смотрел на неё, и никак не мог понять, откуда в нём это ощущение тепла, принятия, доверия, которое растапливало даже те Бастилии и бастионы, которые он возводил в своей душе год за годом.
Но кажется, не ему одному было столь же странно, непривычно и пугающе, и похоже, Деметре было непривычнее и странее чем ему самому. Он в ответ лишь неловко почесал затылок, словно стремился тем самым сгладить всё более и более возрастающую неловкость, после чего вдруг неожиданно улыбнулся: - В этих шкафах да - я прочёл всё. А вот большую библиотеку...,  - он чуть призадумался, потёр подбородок, - наверное, половину из представленного. Влад вдруг понял, что он поймал себя на такой мысли, что он был бы совершенно не против, если бы она вообще каждый день сюда приходила, и брала любые книги, какие ей только вздумается. Потому вот уж кто-кто, а Деметра Болейн точно будет относиться к книгам так, как должно - и никак иначе.
- Нет проблем. Я буду искренне счастлив, если эта библиотека будет принимать в своих стенах кого-то ещё, кто как и я знает, сколько силы в книгах, и умеет искренне их ценить, - Влад внимательно смотрел за Деметрой, всё ещё смятённый и настороженный, но вместе с тем в его взгляде было именно то самое тепло и доверие, которым он так любил делиться только с по-настоящему близкими людьми.
"Близкими". Именно же! Его словно изнутри окатили ледяной водой.

- Вовсе нет.
Голос князя дрогнул и просел. Он вдруг в два шага оказался рядом с Деметрой, пристально вглядываясь в её лицо. По Владу было видно, что он отчаянно пытается справиться с собой, и с собственными же чувствами, перед которыми он сейчас со всем рыцарским достоинством и благородством признавал своё бессилие. Наконец, понимая, что эта битва, увы, проиграна, князь негромко произнёс: - Не глупости. Я смотрю на вас, миз Болейн..., - и даже это такое официальное обращение резало слух. Нет, какая миз Болейн? Деметра. Деметра. Богиня плодородия, воистину - трудно было представить иное имя для этой девушки, которая занималась настолько благородным и даже великим делом - разведение лошадей: - Я смотрю на вас, Деметра... и вижу свою младшую сестру. Вы знаете меня всего ничего, но... именно вы разглядели во мне то, что я не только бизнесмен и человек с реальной властью, но то что я способен и на сострадание, и на чуткость, и даже, простите, на человечность, хотя почему-то в девяносто процентах случаев мне в этом праве отказывают, - Влад едко и горько усмехнулся, однако даже эта усмешка была настолько органичной, и естесственной, что даже она не нарушила уже сложившейся гармонии, пусть это и было тем лицом, которое Деметра точно видеть не заслужила. Влад поморщился: - Я вижу свою младшую сестру, и не могу понять, как это возможно. Едва бы я хоть кому-нибудь, кого я знаю примерно столько же, сколько вас, показал своё любимое место в доме. Но вы..., - он чуть потряс головой, - нет, над этим определенно стоит подумать. И кажется, я даже знаю где.

В конюшне головокружительно пахло деревом, свежими опилками, яблоками, мускусом. Конюх - пожилой, но невероятно крепкий и улыбчивый пожилой мужчина лет пятидесяти, приветственно улыбнулся вошедшим: - Ваша Светлость. Миз...? - на что Влад с улыбкой пояснил: - Раду, это миз Деметра Болейн, мой добрый друг, будь добр, проведи её по конюшне, и дай ей любого коня, который ей только приглянется. Они долго ходили, может с полчаса, пока наконец Раду не вывел под взгляд Влада нетерпеливо гарцующего орловского. Он улыбнулся, оглядывая выбор: - Ангел, - позвал он, лошадь чуть мотнула головой, и боднула румына в плечо, тот усмехнулся, чуть почёсывая бархатный нос, после чего обернулся к Деметре, и ласково ей улыбнулся: - Более преданного друга найти трудно. Верьте этому коню, и он никогда вас не подведёт. Вы ведь не будете против небольшой прогулки верхом? Выходите сейчас, я скоро к вам присоединюсь.

В закатном мареве, когда Деметра уже была верхом, где-то из глубин конюшни донеслось нетерпеливое ржание - а следом верхом выехал Влад на вороном арабском. Поравнявшись с Деметрой, князь широко улыбнулся: - Я думаю, можно даже не уходить в галоп - просто небольшая прогулка верхом. На закате эти места выглядят просто фантастически, и я понял, что не имею права скрывать от вас это. Я надеюсь, вам подобрали хорошее седло? - он и в самом деле переживал. Да, Раду без сомнения был мастером своего дела, но вот же какая странность - за Деметру он переживал вдвойне, а то и втройне, настолько она уже - уже! - запала ему в душу. Но кажется, всё было в порядке. Да и Ангел, судя по всему, был в полном восторге от своей наездницы. Он неглубоко вдохнул запах деревьев вокруг, позволил себе ненадолго прикрыть глаза, наслаждаясь мерным теплом заходящего солнца на своей коже. Между лопаток засвербело - так всегда было, когда на него кто-то смотрел. Влад улыбнулся, открыл глаза, и кивнул: - Едем?
И он лишь слегка встряхнул поводья.
- Вулкан, - коротко ответил мужчина, едва заметно улыбнувшись, ответив на так и не высказанный вопрос своей собеседницы.

+2

9

У меня не было семьи. Вернее, конечно, в привычном для всех понимании была, но на самом деле я давно уже была одна. Одна справлялась с трудностями и потерями. Одна защищала свои права. Была одна, когда мне действительно необходимы были мои близкие люди. Мне начинало казаться, что и вышла замуж я только потому, что хотела найти какого-то близкого себе по духу человека. С которым можно было поговорить и, благодаря одному только разговору, вернуть свою силу духа в любой даже самой безвыходной ситуации. И сейчас, не найдя в муже той самой поддержки, я медленно таяла, теряя самые маленькие капли выдержки, которые остались после развода. Я перестала доверять людям, в каждом человеке искала ложь. И сейчас меня пугал вовсе не Влад, а то, что я отнеслась к нему как-то по-другому. Смотрела на него и искала в нём свой угасающий огонь. Во мне оставалась крохотная надежда, что я не потеряю себя как человека, не стану просто куклой, которая продолжает существовать в теле человека, но не испытывает абсолютно ничего.

Таких эмоций, как сейчас, я давно не испытывала. Именно сейчас в моей голове промелькнула мысль о том, что я всю жизнь искала вовсе не утешение в лице мужа. Я искала человека, который будет настоящей половиной моей души, который станет опорой мне на всю сознательную и бессознательную жизнь. И не обязательно он должен быть супругом.

Легко улыбнувшись словам Влада, я чуть склонила голову набок, вглядываясь в его глаза. — Не всем можно показывать свою человечность... — тихо прошептала, пока не понимая, как реагировать на его... признание? Он увидел во мне сестру, и эти слова эхом отозвались в моей груди. Эти ощущения пугали меня. Я верила в перерождение душ, но никогда не встречала по-настоящему родственных. Все, на кого я так думала, оказывались просто временными друзьями, которые бросали, когда им надоедала наша дружба. Но сейчас всё было как-то совсем по-другому. Моё внутреннее «я» буквально трепетало от радости, словно крича Владу: «Ты наконец-то снова со мной». А я этого пугалась, словно снова не хотела начать кому-то верить.
Не выдержав этого внутреннего напора, я несколько раз быстро моргнула и, тихо выдохнув, отступила. Внутренний диссонанс был слишком сильным, чтобы я могла с ним справиться прямо сейчас. Благо, Влад не требовал от меня никакого ответа. По крайней мере, сейчас.

Следующий пункт в нашей экскурсии поразил меня сильнее, чем первый. — Конюшня? Серьёзно? — я тихо засмеялась, ускоряя шаг и первая влетая в здание. Когда я приехала сюда, то не почувствовала запах лошадей, поэтому сейчас была крайне удивлена, услышав мирное ржание приветствующих нас коней. С улыбкой поздоровавшись с конюхом, сразу же первым делом подошла к деннику гнедой кобылы, которая потянула свой нос в мою сторону. Легко коснувшись указательным пальцем её бархатистой кожи на морде, с улыбкой повернулась к мужчинам. — Вы загадочный человек, Влад. И целый день меня всё удивляете. — Раду медленно повёл меня вдоль денников с любопытными лошадьми. Я внимательно разглядывала каждую, пока взгляд не задержался на длинногривом сером жеребце. — Это ведь рысак? — я с позволения Раду открыла дверь к коню и не без восхищения оглядела его. — Да, миз Болейн, это орловский рысак.Восхитительный, — всё детство мечтала о тройке орловских рысаков. Однажды моя семья вместе со мной посетила Россию и ипподром, где были в этот день бега и выезды троек белоснежных рысаков. Они влюбили меня с первого взгляда. С тех пор мечту так и не осуществила, хотя рысаки всё же были гораздо доступнее по цене, чем те же испанцы.

Отойдя в сторону, я дождалась, пока Раду выведет коня в проход и осторожно подошла к нему. — Ангел... — конь потянулся к хозяину, а я погладила его по спине и стала чесать холку, на что Ангел изогнул шею от удовольствия. — Нравится, да? Нравится, — конь весь затрясся, а я засмеялась и похлопала его по шее. — Итак, точка G найдена, — услышав про прогулку, нетерпеливо закивала. — Разумеется, я согласна. Никогда от такого не откажусь.
Пока мы стояли, Раду привязал коня в проходе и пошёл за амуницией. Конечно же, я увязалась за ним, не могла отказать себе в интересе. И только разглядев все сёдла и уздечки, пошла обратно к Ангелу. Раду уже собрал его и стоял, держа за один повод у выхода из конюшни. Отказавшись от дальнейшей помощи, сама легко запрыгнула в седло и похлопала коня по шее. Раду предусмотрительно заплёл длинную гриву в толстую косу, чтобы она не мешала в поездке.

Влада пришлось ждать совсем недолго. Он поравнялся со мной, и я смущённо улыбнулась на вопрос о седле. — Я выбирала сама, — признавшись, откашлялась и перевела взгляд на вороного спутника Влада. — У вас хорошие лошади. Сколько их всего?
Мы неспешно двинулись в сторону выезда с территории дома - сейчас и правда не хотелось никуда спешить. Седло из хорошей кожи мирно и тихо поскрипывало при движении мощного жеребца. Я некоторое время молчала, рассматривая место вокруг себя и идя первой по тропе между деревьев. Пальцы одной руки расслабленно перебирали кусочек гривы, которая выбилась из плотной косы. Едва закончились деревья, я завороженно широко распахнула глаза, увидев то, что было перед нами. Мы вышли на зелёное поле, впереди был горизонт и закатное солнце, ярко встречающее нас на пути. — Поразительно. Я просто влюблена, — остановившись, я глубоко вдохнула воздух в лёгкие. Так много хотелось сказать и одновременно хотелось молча смотреть на то, что было перед нами. — Поразительно, — с улыбкой повторив, я повернула голову к Владу. — Едем, — на этот раз мы могли ехать рядом, поэтому навстречу закату лошади шли нос к ногу. Иногда мне даже казалось, что я легко касаюсь коленом ноги Влада, но опустить взгляд и убедиться в этом так и не решилась.

— Только так я чувствую себя живой, — тихо призналась, смотря перед собой. — Лошади дают мне не ощущение счастья, нет - они позволяют мне чувствовать себя человеком, кому-то нужной, — посмотрев на мужчину, встретилась с его внимательным взглядом и на миг замолчала. — Вы сказали, что видите во мне младшую сестру, а я не знаю, что вижу я. Мне незнакомо это чувство родства. Просто мне кажется... что с вами я тоже живая, — во мне больше не говорила Деми. Во мне был кто-то другой, кто отчаянно рвался наружу, говорил одними глазами: «Спаси меня» и старался доказать так, как мог, что он здесь, внутри меня. Или она. Меня не отпускало чувство, что это уже было. Что когда-то мы так же ехали с Владом верхом, летели как на крыльях навстречу горизонту и закату, вдыхая воздух родных мест и наслаждаясь каждой секундой жизни.

Мои действия были непонятны мне, я будто не владела собой, но всё же... мы были так близко, что я просто протянула руку и коснулась тыльной стороной ладони его щеки.

+2

10

В какой-то момент напряжение в библиотеке стало настолько физически ощутимым, что в какой-то момент Деметра не выдержала и отвела глаза.
И Влад её понимал. Это был настолько глубокий, личный, и сокровенный момент, что даже для него это было... странно и даже неловко. И бог знает, как себя в этот момент чувствовала Деметра. Он-то одно дело, с чем только не приходилось иметь дело хотя бы по праву рождения в его кругу и в его семье. А она? Навряд ли она сталкивалась с таким же ежедневным давлением не только со стороны своей семьи, что было в принципе очень понятно и естественно, но и со стороны всего знатного круга родной страны. Хотя конечно, откуда ему знать полностью её ситуацию. Но давить он на неё точно не станет, никогда. И потом она уже даже успела это доказать - она не из тех, кто на это поведётся. Точнее даже так - она просто никому не даст на неё давить или наседать, проще сразу же признавать собственное поражение и убираться восвояси, настолько сильный, глубокий и многогранный человек сейчас находился перед ним.

Сейчас же, сидя верхом, он имел возможность иначе посмотреть на девушку, и он был благодарен за эту возможность - потому что Влад с детства считал, что человек на лошади раскрывается совершенно иначе, и раскрывает такие черты своего характера и своей души, которые в обычной жизни не дано увидеть или же разглядеть вообще никому. По лицу румына скользнула лёгкая, едва заметная улыбка - странный контраст с его таким бледным и горделивым лицом, которое настолько не вписывалось в калифорнийский колорит: - Поэтому я каждый вечер, на закате... выезжаю верхом. Вот именно за этим ощущением, - Влад чуть погладил Вулкана по шее, - свободы. И ветра в лицо. И чувство единения с кем-то... кому всё равно на твой статус, роль на мировой политической арене, или что-то схожее. Лошади ведь как никто иной чувствуют фальш, - он кинул быстрый взгляд на девушку, но тут же отвёл глаза, не желая смущать Деметру ещё сильнее, или тем паче - ставить её в неловкое положение, - может быть, именно поэтому я так их люблю. Они не предают, и всегда верны тебе. И данному слову.
Он кивнул.

- Это чувство редко кому знакомо по-настоящему, на самом деле. Не страшно, - тут голос его подвёл, Влад понял, сколько в этой фразе, самой простой и банальной, было на самом деле горечи - его персональной горечи прежде всего. И тут же, словно молнией, его пронзило стрелой тепло от ладони Деметры, которая лишь едва-едва дотронулась до его щеки. Это было на первый взгляд совершенно мимолётное, ничего не значащее касание - но оно говорило столько, что ни одна фраза была не в силах выразить всё то, что Деметра хотела выразить через это прикосновение - и что она выразила.
Влад повернул голову в её сторону - и в этот самый момент его прохладные голубые глаза, в которых искрили осколки от таяния льда на быстроходной реке столкнулись с неожиданным теплом и светом лучистых зеленых глаз, которые горели сейчас, словно майская листва под солнцем. В этом взгляде было столько тепла, столько жизни, столько искренности - они переливались и горели, и уже один этот свет переворачивал душу, заставлял лёд трескаться и таять. Влад даже чуть дёрнулся, словно он сам не ожидал этого - эта зелень жизни проникала прямо в душу, топила снег и лёд, заставляла проступать сквозь толщу холода ту самую его сторону, которую он так отчаянно прятал.
Это было просто невозможно, нарушало все законы логики и мироздания - но это было правдой.

А потом они выехали к небольшому обрыву, Влад чуть притормозил, и дождавшись, пока Вулкан не остановится совсем - а следом за ним и Ангел, ловко спрыгнул, после чего подошел к лошади Деметры, и слегка улыбнувшись, поднял глаза на девушку: - Я знаю, вы прекрасная наездница, но... хочу вам кое-что показать. Прыгайте, я поймаю, - ледяные голубые глаза блеснули неожиданным теплом, - не бойтесь. Поймаю, и тут же осторожно поставлю на землю..., - в какой-то момент Деметра всё же доверилась ему - и практически спрыгнула, будучи тут же легко и в то же время удивительно бережно подхваченная сильными мужскими руками. Влад тут же поставил её на землю - однако при этом он продолжал её поддерживать - и было в этой поддержке что-то до того знакомое и привычное им обоим, что они даже смотреть друг на друга не могли перестать. Князь нервно сглотнул, чуть провел кончиками пальцев по руке Деметры: - Целы? - он улыбнулся, следом чуть повёл носом, прикрыл глаза, вслушиваясь в едва слышные звуки находящегося чуть поодаль лесного водопада: - Мы близко. Лошадей оставим здесь. Потом отпустил её... с едва слышным вздохом сожаления.
- Удивительное место, - он покачал головой, уверенно ведя её по протоптанной тропинке - я думал, ничего подобного я здесь не найду, но..., - Влад едва заметно улыбнулся, - видимо однажды я всё же сделал что-то хорошее, раз мне вдруг посчастливилось найти это место. Наконец они вышли прямо к водопаду, который падал с отвесной скалы, с грохотом разбиваясь о торчащие валуны да пороги, в окружении лесного сумрака, через который нет-нет, да пробивались последние лучи заходящего солнца. Он нежно улыбнулся: - Не бойтесь, тут можно дотронуться до воды, - он встал прямо позади её спины, - если страшно... я буду вас поддерживать. Почувствуйте просто эту силу..., - обычно строгое и сдержанное лицо Влада в этот самый момент дрогнуло, и дало трещину, и если Деметра хотя бы немного обернулась, то увидела бы на нём радостное, даже беззаботное выражение - как у подростка, у которого ещё вся жизнь впереди.

- Иногда я даже пью эту воду, - тихо-тихо прошептал Влад, надтреснутым, полным обычно сдерживаемых и утаенных от взора большей части обывателей эмоций, голосом. Он должен был быть непреклонным, сильным, уверенным в себе лидером, который никогда и ничего не боялся - и он им был. Но не здесь и не сейчас. Сейчас перед Деметрой Болейн был совершенно другой человек - полный скрытой жизни, души, которую он оберегал за семью засовами да семью же печатями - потому что в современном мире душа никому не сдавалась и не была шибко нужна.
Почти никому. За исключением разве что Деметры Болейн - которая своими зелеными глазами смотрела именно что в душу. В самую её суть.

+3

11

Тёплый ветер мягко ласкал мою кожу и придавал уверенность в том, что всё в порядке. Будто шептал мне, что всё так, как должно быть. Мне было уютно, тепло и спокойно, будто для этого чувства мне и нужна была только компания Влада и лошадей. Удивительно правильно и легко было оказаться сейчас в этом нужном мне месте и в нужное мне время. Топот копыт даже как-то убаюкивал, а от голоса Влада [а может, и от слов, которые он говорил] все трудности этого дня сразу стали казаться не такими значимыми. В моём сердце поселилась чёткая уверенность, что я всё смогу.
Смущённо улыбнувшись, я убрала руку и отвела взгляд, надеясь, что это сойдёт мне с рук. Решила сосредоточиться на дороге, гадая, куда мы едем. Хотя в данном случае больше привлекала не цель, а путь к ней. Путь, у которого не хотелось видеть конец.

Когда лошади остановились, я быстро огляделась, пока не понимая места нашего назначения. — Где мы? — Влад хотел мне что-то показать, а я доверяла ему так, будто знала его очень давно. Даже тени сомнения не было, чтобы пойти с ним туда, куда он скажет. Либо дело в его образе джентльмена, либо в чём-то другом, но об этом я решила подумать позже, потому что сейчас никакие мысли в голову не шли. Спрыгнув с лошади, благодарно улыбнулась Владу, почему-то забыв, что нужно отойти. Кажется, я так могла простоять целую вечность, наслаждаясь обществом такого кажется уже родного человека. Одновременно это меня вдохновляло и пугало, потому что разумом не считала правильным эмоционально привязываться к человеку, который мне был знаком всего-то несколько часов. Я старательно отгоняла мысль о том, что в моей жизни нет близких людей даже в семье, но это не давало мне надежды стать кому-то по-настоящему нужной. Кому-то, кроме моих лошадей. Это должно было меня заставить держать дистанцию с кем бы то ни было, но что-то явно шло не так. — Вы интригуете меня, — тихо засмеялась, даже и не предполагая, что могло это быть за место, куда мы так целенаправленно ехали. Однако, стоило нам продолжить наш путь пешком, я дар речи потеряла от догадки, которая оказалась действительно реальностью. По звукам это было похоже на... — Ух ты! Невероятно! Вы восхищаете меня, — улыбаясь, я подошла ближе и застыла в нерешительности у самой воды. Водопад действительно будто придавал сил, и я не могла отвести взгляд от величественной природы. Почувствовав сзади присутствие Влада, обернулась через плечо. Весело улыбнулась, присела у воды и посмотрела снизу вверх на мужчину. — Пожалуй, я тоже выпью. Не могу удержаться от соблазна, — действительно захотелось пить. Опустив ладони в воду, я сделала их лодочкой и набрала кристально чистой воды. Буквально два глотка сделали меня счастливее. — Прекрасное место, чтобы проводить здесь время целыми днями. Я бы точно так делала, — встав, я повернулась к мужчине и посмотрела ему в глаза. — Вам повезло найти его здесь. Мне кажется, это могут сделать только хорошие люди. Такие как вы.

Я две секунды помолчала.

— Простите мне мою вольность, Влад, — мы стояли так близко, непозволительно близко для почти незнакомых людей. — Но мне кажется, в вас столько света и тепла, — чуть склонив голову, я не могла перестать смотреть ему в глаза, видя в них подтверждение своим словам. Ещё один маленький, неуверенный шаг. Да ты совсем что ли? — Не прячьтесь, здесь только мы, — Я протянула руку, слегка коснулась его щеки, снова, следя за движением своих пальцев взглядом. Скользнула ладонью по коже, потом плечу и просто... обняла мужчину. Положила голову на грудь. Это было таким... обычным, привычным действием, что я не успела даже понять, что случилось. Ну замечательно, прощай, мечта о финансировании. Разум говорил очень правильные вещи. Так было нельзя. Это было невежливо, некультурно и вообще нарушало все правила этикета, которые Влад явно ценил и уважал. Но может быть, не в этом случае?.. Мою душу пронзило такими чувствами, что перехватило дыхание, а на глазах выступили слёзы. Всё произошло за какие-то секунды, я не успела даже понять, что со мной, поэтому едва слышно сказала единственное, чем могла объяснить это сжимающее сердце чувство. — Я скучала...
Скучала. Это было таким точным определением, но как можно скучать по человеку, которого узнала буквально сегодня? Это был просто порыв эмоций, которые я не смогла сдержать и которые, возможно, стоили мне слишком много. Страх, что он сочтёт меня сумасшедшей и откажется иметь со мной дело, взял в какой-то момент верх над чувствами, и я резко отстранилась, сделала несколько шагов в сторону, испуганно прижав ладони к лицу. Теперь смотреть Владу в глаза было ужасно страшно. Прекрасно, Деметра, отсюда видимо пойдёшь пешком.

— Боже, простите меня, — мой голос дрогнул, и я отвернулась, чувствуя, как от испуга резко бросило сначала в жар, потом в холод, из-за чего всего лишь лёгкий ветерок вызвал дрожь во всём теле. Ну почему мне нужно было потерять контроль именно с Владом? Быстро размазав по щекам слёзы, я глубоко вдохнула, чтобы успокоиться. Моя смелость резко куда-то исчезла и сменилась ужасом. Гамма быстро меняющихся чувств не давала спокойно дышать, но чтобы не расплакаться, мне нужно было это сделать. Теперь наверняка Влад решит, что я не могу себя держать в руках, что я слабая. Но как объяснить, что это всё из-за таких сильных эмоций, что я просто с ними не справилась? Эмоций, которых у меня никогда раньше не было и которые пугали меня сильнее самой сложившейся ситуации. Именно сейчас весь ужас моей жизни превратился в страхи и сомнения. Что, если я не смогу? Что, если не справлюсь? Что, если Макс был прав, и я лишь пустое место без него? Моя несдержанность это только что доказала.

+3

12

Света?
Тепла?
В нём?
Влад даже застыл, когда девушка развернулась к нему лицом. Румын с какой-то затаенной тревогой, и в то же время с глубоко затаенной нежностью смотрел на Деметру, не в силах оторвать от неё взгляд, совершенно не понимая, почему это вообще с ним происходит, и что такого случилось, что она на самом деле оказалась способна заглянуть ему прямо в душу, с разбега, никак для этого не готовясь, ничего специально не планируя, никого не предупреждая, ничего... Она просто стояла буквально на расстоянии нескольких сантиметров, и смотрела ему в глаза - и в этом взгляде было столько решимости, столько...искренности, столько тепла и любви, что у него на какой-то момент даже перехватило дыхание.
- Не прячьтесь, здесь только мы, - он даже вздрогнул от её слов. А ведь и правда - он же на самом деле прятался. Он боялся. Он ставил защиту и заграждения, сторонился людей, предпочитая просто позицию стороннего наблюдателя, но никогда даже близко подумать не мог, что в какой-то момент ему это всё будет не нужно. Будет не нужно, потому что он в какой-то момент внезапно встретится с человеком, который будет ему настолько близок в первую очередь именно душой. Неосознанно Влад закрыл глаза, когда её рука скользнула по его щеке, затем по шее - открыл глаза мужчина только в тот момент, когда Деметра опустила свою голову ему на грудь, и обняла его.

Обняла. Сама. По велению души. Влад молчал - а сам чувствовал, как под её ухом забилось сердце, совершенно обалдевшее, как и он сам, от такого притока тепла. Она его обнимала - а Влад даже не мог найти в себе сил обнять её в ответ, хотя он очень, очень хотел это сделать - но что-то его до сих пор сдерживало. И всё же в этом всём было что-то настолько... правильное и естесственное, что даже он думал, что это правильно. Что так и должно быть. Что ему на самом деле нечего бояться - даже если очень хочется, и что уж кто-кто, а Деметра Болейн точно никогда и ни за что не причинит ему ни малейшего вреда. Но кажется, этот день должен был, как минимум войти в историю хотя бы ради следующих действий и слов Деметры. Очевидно, в какой-то момент этот мир на самом деле сошёл с ума.
- Я скучала...
Влад даже пошатнулся. Он не ослышался? Скучала? Кто угодно сказал бы, что это всё чушь, ересь, что так не бывает, да что там - он бы и сам так сказал. Вот только он бы так сказал, будь перед ним кто угодно. Будь перед ним кто угодно, кроме Деметры. Потому что сердцем он чувствовал - это правильно, ровно потому, что он сам чувствовал тоже самое. Но не успел он буквально выдохнуть: - Я... то..., - как Деметра отшатнулась. Отшатнулась, словно обожглась, словно она сама же испугалась того, что она испытывала, словно... Ещё никогда в жизни Влад не чувствовал себя настолько социально беспомощным - когда он видел, как больно другому человеку, и когда он не мог ничего сделать.
Или... или всё-таки мог?

- Боже, простите меня..., - такой хриплый, надтреснутый, полный... печали голос. Деметра отвернулась от него, пряча лицо в ладони, и... плакала? Влад словно вынырнул из транса, в котором пребывал вплоть до настоящего момента, сделал осторожный шаг в сторону Деметры. И ещё один. И ещё... остановился он только тогда, когда понял, что он может положить руки на её плечи, и осторожно её обнять - но он не хотел ещё сильнее напугать её, или ввести в ещё большее расстройство. Попросил только шепотом: - Не бойтесь меня..., - Влад осторожно сжал её плечи руками, прося вновь развернуться к нему лицом, повторил её же собственные слова, которые она сама произнесла буквально как несколько минут назад: - Не прячьтесь, здесь только мы, - осторожно отвел её руки от лица, вглядываясь в мокрые дорожки от слёз на щеках, в сияющие зеленые глаза, болезненно подрагивающие губы, словно искал в её лице ответы на какие-то свои вопросы. И кажется, он их нашел, потому что уже буквально в следующую же минуту он сам крепко обвил Деметру обеими руками, буквально вжимая её в себя, упираясь подбородком в её макушку. Никакого флирта, никакого панибраства, и уж тем более ни единой грязной мысли, ничего - только искренняя защита, теплота и участие, плечо, на которое всегда можно опереться, спина, за которую всегда можно спрятаться.

- Я тоже скучал..., - наконец-то выдохнул Влад. Она ведь была его родной душой. На самом деле родной душой, которую он, сам того не подозревая, очень долго ждал и искал, по которой сильно Скучал. Только когда девушка обняла его в ответ, князь выдохнул - выдохнул, и словно сбросил с плеч и сердца несоизмеримо огромный груз, который своим весом буквально придавливал его плечи к земле, не давая свободно разогнуться и выдохнуть. Влад поймал себя на мысли, что он поставил себе такую чёткую и вполне себе ясно оформленную цель - поднять на ноги филиал аукционного дома, создать ещё несколько филиалов, и тем самым только сильнее упрочить положение Румынии - и закрыть своё сердце для любых возможных привязанностей и тепла, но сейчас... Сейчас стоя и обнимая эту девушку, Влад понимал, что уж перед кем-перед кем, а перед ней он уже совершенно точно ни за что и никогда не сможет закрыться, и тем более не сможет вновь надеть свою маску безразличия и холодности, к которой он сам уже так привык, и с которой так сросся - и душой, и сердцем. Он был уверен в одном - он хотел защищать Деметру. Защищать от всего, от чего только возможно - и в первую очередь от всего мира вокруг, которому, несмотря на всё, что она, возможно, пережила, она похоже до сих пор слишком доверяла, и к которому так отчаянно тянулась всей своей душой.
- Не бойся меня. Я никогда не оставлю... тебя одну.
Именно, что не "не бойтесь", а "не бойся" - такая мелочь в окончании, а сразу какая разница в отношении.
Именно так Влад всегда говорил маленькой Сильвии, когда в ночи особенно страшных гроз она искала утешения в его объятиях, и он всю ночь баюкал её на своих руках.

+2

13

Я не знаю. Не уверена. Почему мне было страшно? Знаете, как такое бывает в регрессиях? Просто что-то вспоминаешь из прошлой жизни, и это отражается на текущей. Для меня не существовало понятия времени. Перерождение души в разных временных промежутках считала одним целым, поэтому могла объяснить эту внезапную тягу к человеку, которого по сути и не знала. Но в спокойном состоянии, не сейчас. Испытав такой порыв впервые, я с трудом верила в то, что это происходит со мной. Словно я родилась не в той семье, а должна была с самых первых минут рождения быть рядом с Владом. Не знаю, как это пояснить иначе, но ощущение родства было невозможно сильным. Такое тёплое, уютное ощущение чего-то невероятно близкого; оно воспоминаниями врезалось в мою голову, хоть ничего конкретного я и не могла вспомнить. Такое бывает, когда просто что-то очень важное забываешь из детства, а потом вдруг воспоминание яркой вспышкой посещает разум. Достаточно всего ничего... взгляда, голоса, запаха. И всё становится на свои места.

И это меня пугало, потому что я не могла ничего контролировать. Просто невыносимо сильно хотелось прижаться к Владу и не отпускать его.

Сильно вздрогнув от прикосновения рук мужчины, я замерла, боясь пошевелиться. Честно говоря, я ждала чего угодно, но даже думать не смела о том, что он поддержит мои чувства и более того - разделит их. Верить в это было ужасно самонадеянно, но Влад не переставал меня удивлять. Если бы я взяла себя в руки, то даже смогла бы улыбнуться. Но не в этот раз. Сейчас я просто широкими глазами молча смотрела на лицо мужчины. Его голос меня успокаивал, мягкий взгляд возвращал надежду. Передо мной был другой человек, не тот, который приехал ко мне домой. Он словно изменился, или это просто я стала смотреть на него другими глазами. Глазами, полными понимания и любви. В следующий миг Влад просто сделал то же, что и я - обнял меня, откинув все нормы приличия. Теперь была моя очередь растеряться. Кажется, я даже дышать перестала, настолько это был искренний момент. Сначала неуверенно, но потом крепко я обняла его в ответ и закрыла глаза, вдыхая его такой знакомый запах и словно перемещаясь куда-то совсем в другое место. Хотя какое вообще место имело значение, когда рядом находился тот человек, с которым можно было пройти что угодно? Мой дом - рядом с тобой.

— Я тоже скучал... — и тут я просто снова заплакала. Едва слышно, уткнувшись Владу в грудь, крепко прижимаясь к нему и судорожно сжимая руками. Боялась, что он уйдёт. Никогда ещё человек не был мне так близок, как он. Проще было поверить в то, что я сошла с ума, чем в происходящее. Господи, да я только недавно узнала его имя, но в то же время чувство, что это самый родной мне человек, просто с болью впивалось мне в грудь. Так не бывает. Но тем не менее происходило. Допустим, это могло конечно случиться со мной; я - девочка, выросшая на слезливых книгах. Но точно такое не могло случиться с Владом. Я видела, как он закрывался, был сдержан, но сейчас я нашла в нём что-то такое, что вырвалось наружу. Надеюсь, что от этого никому из нас не станет хуже.

— Не бойся меня. Я никогда не оставлю... тебя одну. — Я стёрла слёзы, всё ещё прижимаясь лбом к его груди. Потом немного отстранилась, рискнув снова посмотреть мужчине в глаза. Они были искренними и не лгали, но знал бы он, как трудно мне было верить. Самое главное, что Владу я верила безоговорочно, и это меня страшно пугало, ведь все, кому я так верила, предавали.
Слабо улыбнувшись, постаралась отогнать эти мысли, чтобы они ничего не испортили.
— Я знаю. Чувствую. Но насколько же это всё... странно, — именно странно. Не невозможно, а просто странно. Я ведь смирилась уже, что не умею выбирать себе друзей. Разве что только он меня выбрал. Нет, это перебор, точно перебор. Совсем скоро Влад это поймёт, поэтому нужно как можно скорее взять себя в руки. Могла ли я вести себя с ним так свободно? Здравый смысл мне подсказывал, что нет. Несмотря на то, что Влад, кажется, разделил моё сумасшествие, я никак не могла принять себя как равную ему. И это накладывало всё же некоторые обязательства по общению. — Надеюсь, вам это так же необычно, как и мне, потому что иначе я подумаю, что начала сходить с ума, — нервно усмехнувшись, я вытерла остатки слёз, наконец взяв себя в руки и сделав неуверенный шаг назад. Сразу стало холодно и тоскливо. — Просто мне кажется, я не имела права.. — Принижать своё значение - это моё любимое. Всю жизнь мне твердили, что я не имею права на выбор, на чувства. В моей голове сидело убеждение [спасибо бывшему мужу], что чувства - это слабость, а сильные люди этого не выносят. — Я не могу. Любая попытка найти кого-то близкого всегда оборачивалась для меня не слишком хорошо. Хотя кого я обманываю - всё было ужасно. Поэтому я сбежала от семьи, от бывшего мужа, от людей, которых считала друзьями... О, да, со слов бывшего мужа, я ему вообще жизнь испортила, — я резко осеклась, поняв, что всё это лишнее. Совсем лишнее, что выставляет меня не в лучшем свете. Владу вовсе не обязательно хочется знать, что с Максом у нас были постоянные разногласия, что он брал меня силой, потому что я ему должна, что родители отказались принимать меня обратно, боясь лишиться покровительства богатого «сына», которого они любили больше чем меня. Всё детство я считала, что меня обожают, но в один момент поняла, что меня просто с рождения готовили для удачного замужества. Все эти воспоминания болью отражались в моих глазах. В последний наш разговор с матерью она гневно сказала, что я должна быть благодарна им за жизнь, которую они мне дали. А я просто хлопнула дверью и видимо навсегда лишилась семьи. Человек, не имеющий права на выбор, выбрала одиночество. И я не могла сейчас выбрать Влада из страха и его потерять. — Просто... мне показалось, что мы... связаны чем-то важным, — я нервно потеребила кусочек одежды и робко подняла взгляд на Влада. Такая сильная и смелая... но сейчас я была совершенно потерянной.

+2

14

Сейчас как никогда Влад чувствовал, что он был нужен ей.
По-настоящему нужен. Всю жизнь Деметре пытались внушить, что без чужой помощи она никто, что она ничего не способна добиться самостоятельно, что она должна прогибаться и унижаться, только бы угодить окружающим, и чем лучше Влад это понимал, тем более жгучий гнев его охватывал, когда он думал, через что прошла девушка, к которой он уже умудрился привязаться так, как он ранее не привязывался ни к кому, и никогда. Влад чувствовал её дрожь, чувствовал её смятение, всю ту бурю, которую он в ней всколыхнул своими же настолько идентичными чувствами и ощущениями, и ему хотелось кричать - послушай меня! Послушай, ведь я испытываю ровным счётом абсолютно тоже самое, как это вообще возможно? Но он молчал. Молчал вплоть до того самого момента, когда Деметра произнесла слово "странно" - и по его лицу словно пробежала невидимая тень. И если в этом мире и было слово, которое бы лучше всего могло охарактеризовать всё то, что между ними происходило в данный конкретный момент, то это было именно оно. Странно.
Странно, чёрт побери.

- Просто мне кажется, я не имела права..
Влад нахмурился, сделал к Деметре осторожный шаг. Слегка провел по её подбородку большим пальцем, прося посмотреть на него. В голубых глазах румына бушевал океан тревоги, тревоги за человека, которого он знал всего как несколько часов от силы, но который уже умудрился оставить в его душе настолько неизгладимый след, что даже сам мужчина не понимал, как это вообще возможно - тем более в их век капитализма, по большей части одних лишь рыночных отношений, где совершенно точно нет никакого места теплу, искренности и какой бы то ни было привязанности. Но сейчас, здесь, он чётко осознал - в их отношениях с Деметрой всё иначе.
Абсолютно всё.
- Я не могу. Любая попытка найти кого-то близкого всегда оборачивалась для меня не слишком хорошо. Хотя кого я обманываю - всё было ужасно. Поэтому я сбежала от семьи, от бывшего мужа, от людей, которых считала друзьями... О, да, со слов бывшего мужа, я ему вообще жизнь испортила..., - он только поморщился. Слишком ему всё это отзывалось, слишком он хорошо всё это понимал, слишком...
- Просто... мне показалось, что мы... связаны чем-то важным.

Его очередь говорить.
- Деметра..., - не миз Болейн. Деметра. Влад впервые позвал девушку по имени: - Посмотри на меня. Он подошел к ней практически вплотную, излучая буквально всем телом неудержимую энергию и тепло, в которое он заключал её хрупкую фигуру как в кокон, куда больше не было хода ни чужой зависти, ни агрессии, ни ненависти, ни тем более совершенно и д и о т с к и х выражений о том, что она там якобы что-то кому-то должна! Да уже одно это словосочетание выводило Влада до той самой точки кипения, когда он мог сорваться - и на самом деле причинить кому-то боль - кроме человека, которого он был готов защищать до последней капли крови - а в случае с Деметрой это был путь, которого он как решился придерживаться, да так и остался верен ему.

Он очень осторожно погладил её по щеке - теплым, доверительным жестом: - Запомни только одно, ты никому и ничего не должна. Никто не имеет права заключать тебя в рамки, которые не дают тебе развиваться, никто не имеет права запирать тебя и рушить на корню твои мечты, потому что это - Твоя жизнь, твоя, а не чья-то там ещё, - Влад смотрел на неё теплым, ласковым, внимательным взглядом практически не моргая, - ты ещё скажи, что ты обязана чем-то своим родителям, что они просто помогли тебе появиться на свет. Он шумно выдохнул, после чего уже гораздо твёрже добавил: - Это уже проблемы твоего бывшего мужа, потому что..., - он ненадолго замолчал, после чего продолжил, - потому что если он только вдруг посмеет ещё хоть раз появиться в твоей жизни, я сделаю всё, чтобы он затем до конца своей жизни об этом сожалел. И нет... Тебе не показалось, - уже гораздо тише, с невероятной нежностью и теплом добавил Влад, положив вторую ладонь на вторую щёку Деметры, слегка лаская кожу большими пальцами с обеих сторон, - не показалось, - повторил он, после чего выдохнул и продолжил: - Ты почувствовала это сразу же, даже быстрее меня..., - голубые глаза вспыхнули теплом и участием, принятием и честностью,  - не разумом. Сердцем. Поняла, что ты больше никогда не останешься одна.

Вокруг стремительно холодало - а близость к водопаду только усиливала холод, ползущий по коже, и тогда Влад снял с себя пиджак, и как ни в чём ни бывало, так, словно он делал этот сотни и даже тысячи раз, бережно накинул его сверху на тоненькую фигурку Деметры, расправил плечи, и слегка сжал свои руки на её плечах, согревая слегка озябшую кожу: - Я бы всё отдал за то, чтобы остаться здесь ещё очень и очень надолго, вот именно так... но ты совсем замерзла. Поехали домой?
Не решать вопросы. Не подписывать договор. Не обсуждать её конный клуб.
А домой.
Влад и сам не понимал, почему он вообще так сказал. Он просто знал - это правильно. Правильно точно так же, как он обнял её - самостоятельно. Правильно точно так же, как он вообще поехал с ней верхом, чтобы показать его самое любимое место, до которого прежде он вообще никого не допуска. Правильно точно так же, как он назвал её не так, как было положено по этикету и правилам поведения, но как он чувствовал, и как было нужно с самого начала. Не "миз Болейн". Не "леди Деметра".
А... "Деметра". Его Деметра. Его сестра.

Отредактировано Vlad Ghyka (2021-05-04 22:54:21)

+2

15

Он смотрел на меня так, словно видел кого-то сильно до боли знакомого и родного, а я на него - как на потерянный смысл своей жизни. Тоска была такой, словно когда-то давно я потеряла его и только сейчас смогла найти. Иначе я никак не могла объяснить. Доверившись своему внутреннему «я», отпустила все переживания и просто решила посмотреть, что будет дальше. Мой мозг с трудом воспринимал ситуацию, но душа - Душа убеждала, что всё в порядке. Я послушалась её и отпустила страх. Что плохого может случиться? Этот вопрос подогревал мой интерес к жизни. Внутри было не чувство эйфории, а скорее тихой и спокойной любви, какой можно любить только самого родного и близкого человека.

— потому что если он только вдруг посмеет ещё хоть раз появиться в твоей жизни, я сделаю всё, чтобы он затем до конца своей жизни об этом сожалел, — я чуть вздрогнула и прикрыла глаза. Макс - это последний человек на планете, которого я бы хотела вспоминать даже мельком. И я бы ни за что не стала впутывать в нашу историю Влада. Я не стала говорить, что между своей безопасностью и его я бы выбрала не свою. Стоит Максу снова вмешаться в мою жизнь, я сделаю всё, чтобы это не коснулось Влада, ведь мне прекрасно известно, что стоит появиться в моей истории важному для меня человеку, бывший муж всё сделает, чтобы эта история как можно скорее закончилась. Ужас моей жизни меня никогда не отпустит - я чувствовала это каждой клеточкой своего тела и... не должна была... усложнять жизнь кому-то ещё. Но об этом я не скажу, не стану.

— Поняла, что ты больше никогда не останешься одна, — слабо улыбнувшись, я открыла глаза.
— Да, не останусь, — прошептала в ответ, всем сердцем в этом веря. Искренняя надежда, что в Сакраменто началась моя новая жизнь, заполнила всю меня изнутри. Не хотелось больше вспоминать свой старый дом, Чикаго, людей, оставшихся там, своё прошлое, которое тянуло меня назад изо всех сил. Я бы обрубила это навсегда, но пока не хватало сил. Страх, что здесь ничего не выйдет и придётся вернуться обратно, до сих пор не отпускал, хотя я знала, что даже оставшись одна, я не пропаду. А теперь ещё и Влад рядом. Рядом не так, как был когда-то Макс, а совсем по-другому. Сейчас я чувствовала себя увереннее, проще... нужнее. Всё было совсем иначе, даже не требовало объяснений. Не теперь.

Поёжившись, я выдохнула на ладони тёплый воздух, когда на плечи опустился пиджак Влада. Он согревал теплом мужчины, и озноб почти сразу прошёл.
— Поехали домой? — я медленно улыбнулась. У меня давно не было места, которое я бы могла назвать домом, поэтому это слово стрелой ранило что-то внутри. Домой... Где мой дом? Он где-то точно есть. Может быть это не место, а человек? Дом может меняться, может быть в разных уголках страны или даже мира. Но только когда рядом есть человек, который создаёт это самое ощущение. Ощущение дома. — Поедем. Ты прав, становится холодно, — отвернувшись от водопада, который и мне не хотелось покидать, направилась в сторону лошадей. Напоследок обернувшись на падающую воду, одними губами прошептала ей: — Спасибо, — спасибо, за надежду и уверенность.

Лошади спокойно паслись там, где мы их и оставили. Увидев нас, они подняли головы, отвлекаясь от обеда.
— Здесь и правда очень здорово. Я почти завидую, что ты можешь здесь быть, когда захочешь, — поправив амуницию на лошади, я обернулась на Влада, а потом легко села верхом на Ангела. Погладив его по плечу, наклонилась, чтобы почесать шею. — Эй, ты нас совсем заждался, да? Ну ничего, сейчас пойдём домой, будешь отдыхать, — сев прямо, поправила ноги в стременах и посмотрела на Влада. — Я готова.

Путь домой показался гораздо короче, чем был до этого, хотя ехали мы той же дорогой. Я молчала, стараясь переварить всё, что произошло. Постоянно крутила это в голове, стараясь дать разумное объяснение. Сейчас мозг старался следовать логике, но это было невозможно. Никакой логике чувства не поддавались. Да будь что будет. На самом деле, я была готова просто ко всему. После того, как рассталась со многими людьми, я до сих пор не чувствовала опасности в новых знакомствах и так легко давала себе привязываться к Владу. Ему почему-то хотелось верить, но разум не питал сильных надежд. Да, если наше партнёрство сложится, то возможно на этом всё и закончится. Хотя мне хотелось большего. Хотелось узнавать его, дарить хоть часть того тепла, что он смог подарить мне сегодня. Хотелось просто быть рядом, когда ему это нужно. Или нужно мне.

У конюшни нас встретил Раду. Спешившись с лошади, я отдала повод мужчине, и тот скрылся с обеими лошадьми внутри здания. Я же с довольной улыбкой повернулась к Владу и сцепила руки перед собой. Сейчас, среди других людей я вела себя снова скромнее, чем тогда, у водопада. Но зато глаза выдавали мои эмоции и чувства - тепло и искреннюю радость от того, что случилось.
— Благодарю за чудесную прогулку. И... за всё остальное, — скорее даже за «всё остальное», потому что после нашего с ним разговора моя жизнь точно не станет прежней. Теперь в ней появился настоящий смысл, появилась надежда на то, что я могу обрести настоящую семью, несмотря на то, что происходило со мной в прошлом. Возможно теперь я смогу всё-таки оставить всё плохое там, где оно должно быть - далеко позади.

Отредактировано Demetra Boleyn (2021-05-10 20:12:34)

+2

16

Пока они ехали домой, Влад долго думал.
Он думал, и пока лошади шли мерным, даже убаюкивающим шагом возвращались к поместью, понял одно с максимальной ясностью - если сейчас он не предложит Деметре второе за этот вечер наибезумнейшее действие, то потом у него уже скорее всего просто-навсего не будет такого шанса, и момент будет навсегда упущен. И когда уже лошади даже были переданы обратно верному Раду, Влад бросил быстрый взгляд на Деметру, и в два шага преодолев разделяющее их расстояние, посмотрел девушке прямо в глаза, словно он хотел сказать ей что-то только глазами - нечто только для неё, и больше ни для кого другого. И как назло - все слова, которые он вроде бы как даже готовил, сейчас казались настолько пустыми, глупыми и неуместными, что его это коробило даже в мыслях. Он не мог и не хотел даже подумать о мысли, что ему придётся с ней расстаться. Только не сейчас. Синие глаза внимательно скользили по её лицу, он всё порывался ей сказать - "Не уезжай, останься здесь"... но что-то его всякий раз останавливало, и только он открыл рот, чтобы уже наконец-то всё ей сказать, как хрустальную тишину нарушил его телефон. И если секретариат его пропустил, значит... придётся взять. Князь сжал зубы. Он уже чувствовал, от кого может быть звонок. Чувствовал и понимал... что он не хочет, чтобы Деметра видела его в совершенно ином расположении духа, нежели чем то, каким он был с ней у водопада - и в то же время хочет, чтобы она осталась в его доме. Коротко сжал её плечо, попросил: - Подождёшь меня в моём кабинете? Не уезжай, я..., - телефон не умолкал, румын поморщился. Зная Теодора, тот будет изводить его настолько планомерно и долго, что в итоге рад не будешь, что вообще на свет появился.
Тяжело дыша, князь принял вызов.

- Да..., - выдохнул он, собравшись с духом, отворяя дверь в малую библиотеку. Голос брата тут же ударил по мозгу, словно камень, брошенный в латунный чугунок: - Наааадо же... Секретарь сказала, ты сейчас примешь звонок, я же по факту минут пять ждал, пока ты просто соизволишь принять вызов. Братишка, тебе бы уволить эту дуру, и нанять по-настоящему компетентных людей..., - тут в голосе Теодора скользнули неприятные металлические нотки, - или самому быстрее отвечать на звонки. Важные звонки, Влад. Мужчина только выдохнул, поставил телефон на громкую связь, положил на столик у кресла, сам же отошел на пару шагов назад.
- Если к делу? - в трубке послышался вздох.
Тут всё было слишком просто - даже при всех своих талантах Теодор был не в силах заболтать Влада и увести того от скользкой темы.

- Если к делу, братишка... ты нужен в Румынии. Ты прекрасно знаешь, я... не сильно любим народом, да и правящая верхушка мной недовольна, и тут разве что статус нашей семьи помогает держаться на плаву. Зато представь, как сразу все заткнутся, едва на родину вернется будущий преемник нашего отца! - тут Влад нахмурился. Он лишь слегка сдвинул брови, резко подошел обратно к столику, на котором лежал телефон, коротко процедил: - Говори. Теодор словно взорвался: - Всё пошло не так! Ты прекрасно знаешь, что в Сакраменто должен был лететь я, мама уже обо всём договорилась... и тут на тебе, вмешивается отец - и все м... её планы летят псу под хвост! - однако Влад только покачал головой: - Я об этом ничего не знал, - спокойно ответил мужчина, устало потерев переносицу кончиками пальцев, - и если отец так поступил, значит у него были причины. Но брат словно не слышал его, только сильнее распаляясь: - Причины значит? Причи-и-и-и-ны? Не смеши! Но даже это не так важно. Я нужен тебе, братишка. И нужен для развития бизнеса. И ты прекрасно..., - но Влад только махнул рукой. Покачал головой: - Достаточно. Если отец так сделал, значит он предпочтет скорее держать тебя в поле зрения, чем отпустит в Штаты. Ты и так уже достаточно осрамился перед румынской и мировой прессой по тому или иному поводу, чего же ему стоит ждать от тебя... з д е с ь, видимо, даже отец думать не хочет, - Влад мотнул головой, - если это всё, то рекомендую тебе больше не отнимать моё время, мой ответ останется неизменным. Будь добр, не разочаровывай нашу семью сильнее, чем ты уже умудрился это сделать.

- Разговор не закончен, Влад! - громыхнул Теодор, но князь его уже не слышал, негнущимися пальцами отключив разговор, схватил в приступе страшного гнева хрустальный стакан с водой, стоявщий тут же, рядом, и запустил его в каменный пол, осколки тут же брызнули фонтаном, какие-то вверх, какие-то просто по полу, внутреннюю поверхность ладони обожгло мимолетной, острой болью, Влад тут же сжал раненую руку в кулак... да так и остался стоять спиной к двери, тяжело дыша, в окружении осколков, медленно капающей с пораненой руки крови. Дернулся только тогда, когда услышал как чуть приоткрывается дверь, и в библиотеке повеяло уже таким знакомым и родным запахом. Ну конечно, стала бы она его дожидаться в кабинете... Мужчина только покачал головой: - Тебе не стоило этого делать..., - а голос у самого был тихий и усталый, гнев и ярость схлынули, обнажая его усталость и даже какую-то печаль, и он медленно повернулся к Деметре лицом - потерянный и всё ещё злой - хотя там скорее было больше обеспокоенности ситуацией, чем злости как таковой. Влад поморщился: - Здесь же всюду осколки, ну ты куда..., - в груди заныло. Не таким его должна была видеть Деметра. Совершенно не таким.
Хотя, надо думать, это подписание договора что в его практике, что в её точно будет такое одно на миллион.

+2

17

ost

Он просил подождать его в кабинете, а я знала, что буду ждать его хоть всю жизнь. И не одну. Влад как-то резко переменился в лице, но я ничего не сказала и не спросила, уверенная, что меня это никак не касается. Хотя очень хотелось ему помочь и поддержать. Имела ли я права? Нет, но сделала бы. Проследив взглядом за его быстро исчезающей фигурой, я глубоко вздохнула, огляделась по сторонам и тоже направилась в сторону дома. Уезжать и так не хотелось, а если уж он ещё и попросил, то теперь точно есть повод задержаться. Не сказать, что я не хотела домой. Там была моя жизнь, там были те, кому я нужна и дорога, но сейчас моя душа оставалась здесь и никуда не хотела уходить. Уйти - значило расстаться. Расстаться с человеком, которого я только нашла. Почему-то мне искренне казалось, что когда я отсюда уеду, то прервётся то, что создало между нами особую связь. Такую пока ещё несмелую, даже тонкую, но уже такую ощутимо сильную. Я боялась её порвать.

Моя пока ещё не старческая память меня немного подвела, поэтому пришлось спросить у кого-то из работников дома, как найти кабинет Влада. Почему-то не возникло вопроса, зачем мне туда без хозяина, а я и не стала тратить время на объяснение. Кроме того, заблудилась и до кабинета я так и не дошла, услышав по пути голоса. Влада - спокойный и сдержанный, чей-то ещё - нервный. Как нелюбитель подслушивать я хотела пройти мимо, но что-то меня задержало. Может это было желание узнать о жизни Влада побольше, а может - беспокойство за него, но в любом случае это повлияло на моё решение задержаться у малой библиотеки. Было конечно очень неуютно, но успокоила себя тем, что никто не узнает, Влад в том числе. Но разумеется (РАЗУМЕЕТСЯ), что-то пошло не так.

Звук бьющегося стекла заставил меня вздрогнуть от испуга. Резко протянув руку до двери, я замерла в паре сантиметров от неё и затаила дыхание. Тишина. Две секунды собраться с мыслями, чтобы сделать одно-единственно правильное решение. Тихо приоткрыв дверь, я заглянула в библиотеку. Влад стоял ко мне спиной, и я смело зашла внутрь. Оценила то, что вызвало такой звук, напугавший меня. Пробежала взглядом по полу, где теперь было трудно наступить так, чтобы не потревожить разбитое стекло. Что это было? Стакан?
— Тебе не стоило этого делать... — я приподняла руки. Очевидно, что он злился не на меня, но провоцировать тоже не хотелось. Возможно я и сделала плохо, но не жалела об этом. Иначе сейчас он был бы один.
— Не буду врать, что я ничего не слышала, — честность лучше всего. — Просто подумала... — что? — У тебя кровь? — я сделала один неуверенный шаг, потом второй, третий... и так, пока не оказалась рядом с Владом. Взяв его за руку, посмотрела на рану. — Ты уверен, что это стоит того? — мельком взглянув ему в лицо, вытащила из кармана платок и приложила к руке, чтобы хоть как-то остановить кровь. — Не переживай, он чистый. Хотя нам бы всё-таки понадобилась аптечка, — взяв его за вторую ладонь, приложила к раненной руке. — Никуда не уходи, пойду поищу, спрошу... в общем, будь тут, а то всё это, — я кивнула на капли крови на полу, — будет по всему дому.
Не дожидаясь возражений, быстро выскочила из библиотеки, чтобы найти кого-то, кто мог бы выдать мне аптечку. И я нашла практически сразу, поэтому даже если у Влада возникла идея всё же уйти, он просто бы не успел.

— Садись, — мне вовсе не хотелось перепачкать диван кровью, но она вроде уже остановилась. Порывшись в аптечке, достала антисептик и марлевую салфетку. — Больно?.. — порез оказался глубоким. — Было бы здорово зашить... — пробормотала, осторожно рассматривая рану и промачивая её салфеткой. Даже с излишней внимательностью, чтобы избегать смотреть Владу в глаза. Хотя это всё равно было неизбежно. — Прости, я не люблю подслушивать чужие разговоры, не знаю, зачем я это сделала. Но я ничего не буду спрашивать, это не моё дело.
Не хватало ещё, чтобы он злился на меня. — Не злишься же? — спросила едва слышно. Я так и не смотрела на Влада, но периодически чувствовала его взгляд. Прерывисто вздохнув, я осторожно взяла его руку обеими ладонями, подняла к лицу и медленно коснулась губами пальцев, словно сама могла унять боль. Гораздо лучше помогла бы ромашка, чем это или даже антисептик, но к сожалению, я не располагала ей здесь. Бабушка научила меня читать травы, видеть в них волшебство и применять его в любой ситуации. Она была прекрасной травницей, и я переняла это умение. Теперь травы всегда помогали мне в жизни. Но сейчас я делала что-то, что не поддавалось моим принципам, моего жизненному укладу. Едва приехав в Сакраменто, я была уверена, что не смогу верить ни одному мужчине. Даже Картеру не верила, который поддержал меня в трудный период жизни. Я обещала себе, что больше не стану никому верить, но почему-то сама же себе и противоречила. Предавала себя. Или наоборот - находила в себе силы жить дальше? Возможно, свой жизненный урок я уже прошла, и теперь предательства близких людей будут закончены. — Прости, — я сама себя едва услышала. Закрыла глаза. В ушах стоял шум, губы горели от лёгкого прикосновения к коже Влада. Кажется, даже закружилась голова.

+2

18

Никому и никогда не было до него никакого дела.
Не считая отца, который его искренне любил - и не считая сестры, отношения с которой он бы назвал идеальными - но их день был так выверен и регламентирован, что на простые человеческие радости, которые доступны практически всем людям на этой планете, что чаще всего они не были предоставлены сами себе от слова вообще - и виделись лишь мельком, украдкой - и разве этого времени хватит, чтобы на самом деле вникнуть, что кого тревожило, что беспокоило, что огорчало и отравляло душу? Нет конечно. А что до матери и брата - смешно, конечно. Нет, понятное дело, Влад любил мать - как любят все сыновья, но любовь эта была скорее чем-то из разряда дани безусловного уважения и признания авторитета - в то время как вот отца он искренне любил. Ну а брат... про него даже думать не хотелось, просто чтобы лишний раз не портить себе настроение. Но в остальном - Влад привык к одиночеству, и привык, что о нём никто не беспокоится - прислуга не в счёт - ведь кому он нужен, как человек? Как живой человек, которому бывает больно, у которого за плечами очень много своей персональной тьмы, тяжелых мыслей и желания порой просто с кем-то разделить хотя бы вечернее молчание, и посмотреть не в пустоту, а в чьи-то глаза, в которых сквозит хотя бы намёк на тепло и что-то искреннее, а не просто потому, что через него можно было решить ряд своих вопросов. Но тут...

- Не буду врать, что я ничего не слышала, - Влад слабо улыбнулся, кивнул: - Спасибо. Ты даже не представляешь, как я ценю это. Она была честной - уже большой плюс. Честной и открытой - и он это очень ценил, особенно сейчас. Но он не спешил пока что открываться дальше - не стоило вот так просто брать и погружать девушку в весь тот хаос, в котором он жил, и с кем порой воевал - не каждый же день признаёшься, что твой родной брат - на первый взгляд, человек, который должен быть тебе лучшим другом - редкий выродок даже по меркам современного общества, уже вполне себе вставшего на путь толерантности и осознанности. Он чуть наклонил голову, когда она начала: - Просто подумала..., - усмехнулся, продолжил в своём духе: - ... что мне, наверное, нужна помощь? - он вдруг бросил на неё цепкий, внимательный взгляд: - Ведёшь себя, как волчица - защищаешь в первую очередь свою стаю. Нет, я боюсь, тут мне никто не поможет, этого человека не может призвать к порядку даже отец..., - Влад поморщился, чуть тряхнул ноющей рукой, в которой пульсировала тупая боль. Неопределенно пожал плечами, когда Деметра спросила, стоило ли оно того.
Может быть и нет.
Только это был уже рефлекс, как тот самый пресловутый инстинкт самосохранения - поговоришь со старшим братом, и кровь вскипает в венах, и адреналин вырабатывается в тройном размере, и сердце стучит как оглашенное, словно он только что пробежал марафон в сорок два километра.

А потом произошло что-то совсем уж из ряда вон, он даже сделать ничего не успел. Больше того - умудрился проморгать тот момент, когда Деметра достала носовой платок, и приложила к порезу, а потом взяла его за вторую руку, и приложила к платку. Такие простые, такие понятные каждому движения, такие естесственные для любого нормального человека... и такие чуждые ему, когда уже даже этот уровень заботы по отношению к нему л и ч н о казался просто запредельным.
- Никуда не уходи, пойду поищу, спрошу... в общем, будь тут, а то всё это будет по всему дому, - и тут же исчезла. Но даже если бы он хотел - он бы никуда не ушел, в таком Влад находился ступоре. Что это только что было? Откуда в действиях девушки, которая его знала всего день - условно день - столько искренности и участия, столько Заботы, которая так свойственна и понятна обычным людям, и является чуть ли не терра инкогнито для таких как он? Откуда в нём столько доверия к ней? Почему он сразу ей доверился? Почему от одних её прикосновений приходит спокойствие и уют, словно он на самом деле вернулся домой? Когда же девушка вернулась, Влад поймал себя на мысли, что он облегченно выдохнул. Просто потому, что он снова увидел её.

- Садись, - он сел, а перед глазами мерцают разноцветные всполохи, чуть кружится голова - и вообще у него возникает странное чувство нереальности происходящего, которое чуть отрезвляет, когда девушка касается пореза антисептиком: - С..., - он недолго молчит, потом едва заметно улыбается, кивает: - Терпимо. Хмурится, когда девушка начинает говорить, размышляет, о чём ей опасно знать, а о чём нет, размышляет над тем, как её уберечь от возможного влияния Теодора, как её вообще уберечь от всех тех опасностей и грязи, которой так много в его кругах, смотрит на неё и вздыхает. Ей ведь тоже есть чего бояться - и Бог знает, сколько лично у неё было оставлено боли и грязи за плечами.
- Самое главное, что ты должна знать..., - он морщится, чувствуя, как внутри всё сжимается от этих слов, потому что голос крови нет-нет, да отзывается, и ему невыносимо больно говорить так про человека, с которым он связан кровью, - иногда родная семья совершенно не гарант того, что рядом с тобой люди, которые тебя никогда не предадут, не воткнут нож в спину, и которые думают о чём угодно, только не о своей собственной выгоде. В случае с моим..., - Влад запинается, всего на секунду, но в этой секунде отражается вся его боль и смятение, - братом... всё с точностью до наоборот, потому что я знаю - будь у него хотя бы малейшая возможность, он бы сразу ударил меня в спину, потому что я... умудрился воплотить всё то, чего у него нет, но чего он отчаянно хочет. Он старший сын, но... род после отца возглавлю я, потому что отец знает - брат власть не удержит, и это будет крах. Однако я думаю, ты уже поняла, что его не волнуют домыслы отца - и главный виновник всех его бед - я.
Он покачал головой.

Возможно, однажды Влад расскажет Деметре о том, как он спас Сильвию и мать из пожара

- Нет... не злюсь, - Влад вдруг вздрогнул, когда Деметра взяла его раненую руку обеими ладонями, и поцеловала его пальцы. Это было чем-то уже абсолютно за гранью, он даже замер, не дыша, только осторожно погладил здоровой ладонью её по щеке, поглаживая подушечкой большого пальца тёплую кожу: - Деметра...., - осторожно выдохнул румын, совершенно дезориентированный, непривычно тихий. Он вдруг понял, что возможно, девушка боялась той черты, за которую она только что, в невыносимо прекрасном порыве, искреннем и чистом, не глядя, переступила. Переступила точно таким же жестом, каким всегда делала Сильвия, когда ему было больно - физически или морально, когда только глаза говорили о том, что он на самом деле чувствовал, даже если все окружающие вокруг думали, что уж такие-то, как Влад Себастиан Гика, не чувствуют вообще никогда и ничего.
- Сильвия так же делает. Совершенно так же - всякий раз, когда мне больно.
Да его теперь никто и ничто не разубедит в том, что Деметра Болейн - на самом деле его сестра.
Никому и никогда не было до него никакого дела. Вплоть до настоящего момента, когда Деметра поцеловала не просто его пальцы, но душу.

Отредактировано Vlad Ghyka (2021-06-07 22:04:49)

+1

19

Мне бы хотелось остановить время. Дать ему возможность перестать бежать так быстро. Оно утекало сквозь пальцы, не давая мне насладиться моментом, который возможно больше не повторится. Несмотря на то, что я просто взяла и перешла черту, внутри было такое мягкое спокойствие, будто ничего необычного не произошло. Всё так, как должно было быть с самого начала. Дома я никогда не чувствовала себя в безопасности и любви. У нас не было понимания, уважения, поддержки. Если моей сестре была по кайфу такая отречённость, то я чувствовала себя не в своей тарелке. Тосковала по тому, чего никогда и не было. Всё детство я считала, что родители меня обожают, а сестра - моя самая близкая подружка, которой я могу рассказать все тайны. Но всё рухнуло, как карточный домик. Для меня, как человека, ценящего семью больше всего, это из раза в раз было нестерпимым ударом. Каждое слово, каждое действие против меня воспринималось мною как нож в сердце. После ситуации с бывшим мужем я решила, что мне лучше быть одной и нести тяжесть моих чувств и воспоминаний в одиночестве, чем иметь семью, которая добровольно запирает меня в клетке с голодным зверем, чтобы насладиться зрелищем.
Чем ты лучше?
Каждый раз задавая себе в зеркало этот вопрос, я отводила взгляд, понимая, что ничем. Воспитанная в семье Болейн, я всегда оставалась частью их семьи. Жестокая, не способная на любовь. Сейчас именно такой я себя и ощущала. Моё бегство из семьи не давало мне долгожданного спасения. Одна только фамилия тянула меня обратно, каждый раз напоминая о том, кто я есть и где моё место.
Не здесь. Не рядом с Владом. Я же другая. Привязанная к прошлому. Не способная убежать от него.

- Сильвия так же делает. Совершенно так же - всякий раз, когда мне больно.
Я медленно подняла взгляд. Казалось, это вернуло меня с небес на землю. Влад словно видел во мне другого человека, и это понимание отозвалось тупой болью в груди. Я не она.
— Да, я знаю, что семья совершенно не значит, что ты под защитой, — мне кажется, меня должна была взволновать та мысль, что Влад не совсем обычный человек. Но почему-то его рассказ на меня так не подействовал. В его мире играют совсем по другим правилам, и я не стала даже поднимать тему своей истории. Не стала говорить, что я осталась одна, мне некуда вернуться, некуда пойти. Никто меня не ждёт на рождественский ужин, и в общем-то все семейные праздники для меня под запретом. Когда я уезжала из Чикаго, мне было плевать, но сейчас чувство одиночества потихоньку давило, потому что я не могла ни с кем поговорить по душам. Выпить чашечку любимого чая тёплым вечером и обсудить красивый закат за окном. Мне не хватало лёгкости. Разговоры о делах меня вымотали, заставляли примерять на себя роль бизнесмена, кем я никогда не была. Мне пришлось так быстро повзрослеть, что маленькая хрупкая Деми будто была не моим прошлым. Я теряла себя в этой жёсткой погоне за мечтой и одновременно - этом побеге от людей из прошлого. Пора было признать, что мне не убежать от прошлого, но я отчаянно хваталась за ниточку возможностей, которые давал мне Влад. Надеялась, что его помощь даст мне нечто большее, чем спонсорство.

Но почему-то именно сейчас я ужасно испугалась, что всё окажется совсем не так. И от этого мне снова станет больно.
Возможно, в последний раз.

Снова сосредоточившись на руке Влада, я достала стерильную салфетку из аптечки, приложила её к руке и неспешно перебинтовала ладонь.
— Я бы съездила к врачу и зашила, — нет, я бы забила на это и ходила с больной рукой. — Может остаться шрам.

Я посмотрела на Влада. И никак не смогла увидеть в нём едва знакомого человека. От него буквально исходила родная энергия. Но ...
Вдруг, всё, что было сказано здесь, я восприняла только так, как сама хотела? А на деле это имело другой смысл?

Я резко встала, крепко сжимая аптечку в руках.
— Я... отнесу, — слабо улыбнувшись, отвернулась и поспешно направилась к двери, но уже открыв её, вдруг повернулась обратно. — Жаль, что я не Сильвия.
Я не знаю, зачем я это сказала. Но испугавшись своих же слов, быстро вышла в коридор. В моём голосе было много горечи, потому что я буквально каждой клеточкой чувствовала любовь Влада к его сестре. Это была такая чистой, искренняя любовь, ничего не требующая взамен. Я всю жизнь мечтала о такой, но вместо неё всегда чувствовала только, что родилась не в той семье. А где моя - не знала. Творившееся до этого волшебство между мной и Владом я резко задвинула подальше в своё подсознание, чтобы хотя бы можно было спокойно дышать. Всё это напомнило мне о том, что самое ценное в моей жизни неизменно отсутствовало. С е м ь я. Я пыталась создать её заново с Максом, но и тут всё провалилось в бездну. Я понимала, что больше не выдержу этого снова. Что это будет последней каплей, если я снова попытаюсь, но это окажется лишь моей иллюзией.
Где я и где Влад?
Он скучал по своей сестре, но я была слишком далека от неё.

— С вами всё в порядке?.. — когда я, спеша просто куда-то уйти, едва не влетела в девушку, она с беспокойством придержала меня за локоть.
— Да, я... просто хотела вернуть, — протянув ей аптечку, быстро оглянулась, не зная, куда идти дальше. Даже если Влад пошёл за мной, то я даже не поняла, куда свернула и как отсюда выйти. — Простите, мне нужно уйти. Не подскажете, где тут выход? — зачем я осталась? Чего хотела добиться?
— Нет, нет, нет, вы такая бледная, идёмте со мной, — девушка пригласила пойти за ней, а мне ничего не оставалось, как послушаться. Во рту действительно пересохло, поэтому предложенный стакан воды и мягкий стул на кухне принесли мне огромное облегчение.
Очень по взрослому, Деми. Я снова бежала, снова хотела оградить себя от потерь. Но кажется, уже было поздно, потому что Влад прочно поселился в моих мыслях и душе. Что мне делать?

Отредактировано Demetra Boleyn (2021-07-20 05:28:50)

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » show me heaven when i fall


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно