внешности
вакансии
хочу к вам
faq
правила
кого спросить?
вктелеграм
лучший пост:
пол осборн
Знаете это прекрасное чувство важности и нужности, когда приходишь домой и ... читать далее
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 40°C
jack

[telegram: cavalcanti_sun]
aaron

[telegram: wtf_deer]
billie

[telegram: kellzyaba]
mary

[лс]
tadeusz

[telegram: silt_strider]
amelia

[telegram: potos_flavus]
anton

[telegram: razumovsky_blya]
darcy

[telegram: semilunaris]
edo

[telegram: katrinelist]
eva

[telegram: pratoria]
siri

[telegram: mashizinga]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » Стонущие стены


Стонущие стены

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Проулки города | 22 декабря 2020 | Поздний вечер

Fred Burnell, Edmund St-Amand, North E. Berg
https://i.gifer.com/N34p.gif https://data.whicdn.com/images/317482236/original.gif

Покупка последних подарков на стремительно приближающееся Рождество - чудо? Как бы не так. И иногда даже такое светлое действо рискует обернуться настоящим кошмаром. Если только Небеса не сжалятся, и не подарят свой главный подарок в уходящем году.

Отредактировано Fred Burnell (2021-02-08 13:39:06)

+3

2

- Вот блин, ничего не успеваю..., - Фред кое-как перевела дух, после чего посмотрела на часы. Ей ещё нужно было успеть заскочить за продуктами, и присмотреть себе туфли на Рождество и Новый Год. Конечно, за продуктами можно было послать и помощницу, но уж слишком Бёрнелл любила сам процесс выбора продуктов, взять те же маркеты с экзотическими овощами и фруктами, которые она всегда особенно любила. Но сначала стоило позвонить любимому брату, и поинтересоваться у него, что ей стоит докупить к ингридиентам для выпечки, потому что уж кого-кого, а Норта она была готова радовать бесконечно, и пока у неё будут силы.
Фред широко улыбнулась, когда он снял трубку после примерно четырех гудков.

- Братишка, привет! Не клади трубку в ближайшие несколько минут, специалист контактного центра должен уточнить ваши пожелания на рождественский стол. Штоллен, баумхукен, торт "Сникерс" с прослойкой из безе, или вообще "Павлову" намутить? - девушка довольно улыбнулась, азартно глядя на весело переливающуюся огнями витрину магазина, - я должна понять, чем мне дополнить продуктовую корзинку. Она не стала включать видеосвязь - мало ли, чтобы только не смущать брата, но уже по одному его голосу чувствовала, что Норт улыбается.
- Ох, Фред, милая, ты же знаешь, я всецело полагаюсь на твой вкус... - немного погодя голос в трубке говорит: - Но торт "Сникерс" у тебя выходит просто потрясающе, - еще спустя пару секунд добавляет, - А как насчет твоего фирменного печенья? Клянусь, я продам за него душу.
Она только весело закатила глаза.
- Ты про имбирное, ванильное с кусочками пьяной вишни или лимонное с лимонной глазурью? А, стой, я же ещё про кантуччи забыла, в кофе макаешь... и всё, банки с печеньем как не бывало..., - тут Фред встряхнулась и уже на более серьёзных щщах продолжила, - а если серьезно, то ты у меня ещё вроде шоколадное с фундуком любишь... - в тишине телефонной трубки раздается громкое урчание живота, и Норт страдальчески выдает:
- А можно всего-всего и побольше? - затем неловко смеется и говорит: - Ты же знаешь, я никогда не смогу сделать этот выбор... О, погоди, кажется, родители звонят по второй линии, я вынужден ненадолго тебя покинуть. Верю в твой вкус, мисс Санта!

- Боже..., - Фред неглубоко вздохнула, и тепло улыбнулась, постаравшись прогнать грусть из голоса, - пошли миссис Берг от меня тысячи виртуальных поцелуев, ладно? Тоскуя по своей шотландской родне, и ненавидя запертые границы британских остров, о том, чтобы увидеть близких сейчас, даже Фред могла только мечтать, и всё, что она могла - это общаться с ними по видео, да дарить тепло тем, кто был несоизмеримо ближе, чем её родная семья.
Бёрнелл кивнула: - Целую тебя, братишка. Я позвоню тебе, как домой приду, честное слово.

Всё понятно, одним словом, опять ей "грабить" пекарский отдел. С другой стороны, это ведь и не плохо, верно?
Но едва только она убрала телефон в рюкзак, застегнула его, и уже собралась было идти по направлению к переходу на другую сторону улицы, как чья-то сильная рука схватила её за воротник курточки, и с силой дёрнула назад, в глубину тёмного проулка, который... освещала, если так вообще можно выразиться, какая-то грязная, и уже подкопчённая лампочка, висящяя где-то у пожарной лестницы, метрах в пяти. Она не удержалась на ногах, упала на спину, инстинктивно сгруппировавшись, прикрыла голову руками... Внезапно кто-кто грубо поднял её за шиворот, и приподнял к себе, после чего вдруг отвесил полновесную пощёчину. Голова дёрнулась, в черепной коробке всё гудело от силы приложенного удара, а рот моментально наполнился солоноватым вкусом крови.

Она досадливо поморщилась, после чего почувствовала, как мужчина, грубо ухватив её пальцами за подбородок, повернул её лицо к себе: - Больно, гадина? - раздался его гнусаво-шепелявящий голос, - сейчас ещё не так получишь... Но Фред только чуть сузила глаза, после чего чуть подумала - и со всей силы плюнула мужчине в лицо. Он взревел, поднял её над землёй, начал трясти, словно котёнка: - ГРЯЗНАЯ СУКА! - но Бёрнелл не была бы Бёрнелл, если бы она не сражалась за себя. Барахтаясь, и суча ногами в тяжелых зимних ботинках, она кое-как достала ключи из кармана зимней куртки, и из последних сил ткнула ими человеку в глаз, после чего ногтями второй руки поцарапала его лицо - то ли от отчаянья, то ли от испуга - но она даже поранила его. От удивления он даже отпустил её, и Фред больно упала на землю, но не растерялась, попыталась встать, побежать, даже начала кричать: - ПОМОГ..., - но он её догнал, содрал шапку с головы, схватил за волосы, и потащил вглубь проулка: - Куда?! Ты мне, тварь, за всё ответишь! За ушедшую жену, за разрушенную семью, за дерьмо, которым покрывают дверь моего дома... Подстилка медийная..., - он тащил её за волосы, а Фред упиралась ногами, молотила ими по земле, кричала, но куда там!

Наконец, человек остановился, и навис над ней, торопливо начиная расстегивать ремень на своих джинсах. Но то ли он был пьян, то ли что - и он путался, не мог его расстегнуть, и от того ещё сильнее злился, и в какой-то момент вновь ударил её по лицу, отчего Фред только вновь дернулась, краем глаза успевая увидеть сбоку какое-то движение, лёжа щекой на промёрзлой и грязной земле. Рот был полон крови, по лицу беспрерывно катились слёзы, и всё, о чём только могла думать несчастная девушка - это чтобы он сделал всё быстро. По возможности. О том же, что её крики могли слышать, и что ей уж тем более кто-то поможет, Фред не смела и надеяться. Больше всех было жалко только родных. Да Норта. Боже милосердный, братишка, она ведь обещала ему позвонить, когда доберётся домой!...
Губы дрогнули. Домой! Да какой теперь дом. Ей бы живой остаться - на что уже даже она сама не надеялась.

+6

3

Сегодня Эдмунду было неспокойно. Он весь день был как на иголках, поругался с отцом, в очередной раз. И в очередной раз проглотил всё, что тот ему сказал. Мать снова посетовала на то, что ему нужно жениться, но Эдмунд слышал это сто раз, поэтому даже к словам матери о том, что она и невесту подыскала, он отнёсся скептически.

Впрочем, семейные ссоры стали достаточно обычным делом, и они не отменяли того, для чего Эдмунд был рождён.

— Это омерзительно, где ты это взял? — мужчина в очках совал ему под нос меню из нового ресторана в только что открывшемся отеле. Судя по составу блюд, большинство были отравлены. — Я многое повидал, но это... Ты сам придумал? — мужик довольно покивал и поправил очки на носу. — Я ведь администратор, Эдмунд, — Сент-Аман кинул на него быстрый взгляд и снова углубился в меню. Его раздражал очередной прихвостень отца, который всё равно ничего не изменит в меню, пока Генрих не прикажет ему. И зачем сейчас нужно было убивать время на эту ерунду, Эдмунду не могло прийти в голову. Они ехали в автомобиле по Сакраменто в сторону офиса, где их ждал Генрих, и мягко говоря, они опаздывали. Но судя по утреннему разговору на повышенных тонах, ждал он в основном не сына, а своего очкарика. — Знаешь, мне не нравится, можешь так и передать отцу, — Эдмунд демонстративно улыбнулся и постучал по стеклу, отделяющему их от водителя. — Остановите здесь. Мужчина напротив, округлив глаза, забрал меню и робко осмелился напомнить: — Вашему отцу это не понравится. — В этот же момент машина остановилась, и Эдмунд открыл дверь. Слова эхом отозвались в его голове, но он чувствовал, что должен уйти. Что ему не нужно подчиняться вечным хотелкам отца, относительно его. По крайней мере, сейчас. Ему было очень сложно всегда решать: быть на стороне своего решения, или же - решения отца. Обычно побеждало второе, но не сейчас. Выйдя из машины, он захлопнул дверь, обернулся через плечо и глубоко вдохнул воздух... свободы, пока провожал машину взглядом. Эдмунду это всё было невыносимо, и честно говоря, он всё больше хотел отдалить тот момент, когда всё это многомиллионное наследство перейдёт к нему. Оно его душило.

Сент-Аман огляделся и с тоской принял тот факт, что он далеко от дома и всех ему привычных мест. Поёжившись, поднял воротник куртки и сунул руки в карманы, чтобы быстро не замёрзнуть. В его планы вовсе не входила длительная прогулка, так что не сказать, что одежда Эдмунда сильно соответствовала погоде. Поднявшийся ветер заставил мужчину перейти дорогу, ближе к высотным домам, и в тот момент, когда он отошёл от перехода, ему показалось, что кто-то кричит. Хотя нет, едва ли показалось. Фред?.. Не может быть. По правде говоря, ему часто мерещился её голос, когда девушки не было рядом, но этот крик - точно не мираж.

Эдмунд забежал в переулок, резко затормозил, привыкая к темноте, и увидел чуть дальше, у стены, мужчину, склонившегося над девушкой. Его копошащееся тело скрывало лицо лежавшей на земле, но уже показавшийся ему голос Фред вбил в голову ненависть, будто там была она. Но ведь не могла, да? В несколько стремительных шагов преодолев расстояние между ними, Эдмунд наконец увидел ту, что лежала перед мужиком, яростно стягивающим штаны. Это она. Единственное, что успел заметить Эдмунд - это кровь, потому что после этого он на адреналине резко дёрнул мужика, поднял его и пригвоздил к стене. Его трясло от злобы, и это явно читалось в его глазах, потому что едва пьяный придурок с ненавистью посмотрел на него, тут же испуганно округлил глаза.

— Может тебе помочь снять штаны? — прорычал он, едва держа себя в руках. Мужик что-то попытался сказать, но Сент-Аман тут же заткнул его ударом в челюсть. Тот застонал, но Эдмунд уже не мог остановиться. Желание убить его было выше всего на свете, потому что страх за Фред и ярость сводили с ума его кровь. И возможно, он действительно бы не смог остановиться, если бы его не оттащили прохожие. Со стороны улицы бежали двое полицейских, над Фред склонилась какая-то женщина. Ещё кто-то звонил в скорую. Эдмунд отшатнулся от стонущего на земле мужчины, резко обернулся и упал на колени рядом с девушкой. Страх за неё свёл с ума, а сейчас понемногу отпускал, когда Эдмунд увидел, что она жива. — Фред... Боже мой... — он просто, без вопросов осторожно прижал её к себе, целуя в голову, в лоб, а потом вдруг опуская голову - в губы. Легко, невесомо, но в этом поцелуе было столько эмоций, что их невозможно выразить словами.

— Этот придурок напал на меня! — жаль, что он ещё мог говорить. Полицейские мигом двинулись в сторону Эдмунда и силой подняли его, заводя руки за спину. — И девушку вы избили?

— О, несомненно я, — Эдмунд усмехнулся, отдёргивая руки. Несмотря на его любовь следовать законам (ну не только же отца слушать), он знал, что ему абсолютно ничего не будет. Раньше брат постоянно попадал в передряги, подобные этой, но всё заканчивалось не так страшно, как могло бы. — Раз уж я виноват, можно добью эту тварь? Чтоб уж по реальной статье, — он дёрнулся в сторону мужика, и тот сразу сжался, сидя на земле. — Таких мразей закрывать надо.

+4

4

От неё больше ничего не зависело.
Совершенно ничего.
Она могла теперь только лежать на стылой земле, беззвучно плакать и ждать когда всё закончится. Ей бы драться, драться до последнего, до содранных ладоней, до сбитых костяшек, до искусанных до мяса губ - но у неё уже не было сил. Фред чувствовала себя так, будто бы её переехало товарным экспрессом. Она даже не сразу поняла, что ей вдруг на какой-то момент стало почему-то легче дышать, словно новый порыв ветра принёс в её легкие не запах чужой злобы, ярости, пота и гнилых процессов во рту, но запах свежего воздуха, свободы... глаза даже разглядели звёзды в небе, редкие - но от того ещё более прекрасные, далёкие и непостижимые. Голову прострелила неожиданная для столь дикого момента мысль - сколько звёзд. Сколько прекрасных звёзд... Она даже не сразу увидела лицо женщины, вдруг враз заполонившей всё пространство, вздрогнула: - Что... кто вы? - но та только испуганно замотала руками, головой: - Тише, девочка, всё закончилось, сейчас скорая приедет. Фред заколотило. Скорая? Какая ещё скорая? Ей только этого не хватало для полного счастья. А потом внутри всё словно оборвалось.
Она узнала голос Эдмунда.

Когда весь мир рухнул.
Когда он просто рассыпался на осколки - рядом вдруг оказался человек, на появление которого она даже не надеялась. В её мир вдруг ворвался запах его тела, тепло, которое он излучал - он бережно прижал её к себе, рыдающую, с разбитыми губами, болью, которую она испытывала сейчас буквально каждой клеткой тела: - Эдмунд..., - она дрожала, не столько даже от холода, сколько от ужаса, страха, накопленных эмоций, которые сейчас накатили на неё лавиной, грозясь погрести её под собой с головой, и сейчас только его присутствие давало ей даже если и не надежду, то по крайней мере мысль о том, что может быть, она ещё проживёт эту ночь - и может быть следующий день.
Но тут к нему мигом обернулись полицейские, разлучили их, и в этот момент девушка закричала так горько и так отчаянно, что вздрогнули даже патрульные: - НЕТ! Умоляю..., - в широко распахнутых темных глазах плескалось настолько неистовое отчаяние, что оно буквально топило проулок, оглушая каждого присутствующего её скорбью и болью, - отпустите его, пустите-пустите-пустите! Я...., - она чуть приподнялась на локтях, морщась от боли, после чего взглянула мужчине, напавшему на неё, и завизжала, - я ранила эту мразь ключами в глаз! Тот дёрнулся, словно от пощёчины, потом взревел, кинулся было: - СУКА, ТЫ..., - но не успел, его тут же придавили к земле, а второй полицейский тут же посветил ему фонариком в лицо: - Ого! Смотри, и правда! Пакуй этого урода. Фред хотела было подняться, но чьи-то заботливые руки тут же придержали её. Эдмунд?... Или кто-то из толпы, уже успевшей набежать к месту несостоявшегося преступления?

Вокруг послышался возбужденный гомон. Фред поморщилась.
Ну началось.
Ей только этого не хватало. И тут совершенно не нужно было быть гением, чтобы понять - уже через час максимум её Директ будет взорван, появятся миллионы новых лайков, будут фотографии, будут репосты, будут сплетни по телеграмм-каналам, уже не говоря про тысячи постов, хэштэгов и видео в TikTok. Да, даже несмотря на весь ужас ситуации, её мозг бешено работал, прокручивая в гудящей голове миллионы возможных ситуаций, и миллион же путей развития сложившейся вокруг обстановки - и ничего из того, что приходило в её голову, её не радовало от слова совсем. А ещё же нужно было позвонить Норту, команде, предупредить их... Но сейчас у неё не было сил даже на то, чтобы даже говорить.
Проулок осветили мигалки скорой.
- Не бросай меня..., - выдохнула Фред, в какой-то момент нащупав пальцы Эдмунда - видимо, он уже был рядом с ней, просто она уже не успела отследить, в какой момент он снова оказался рядом. После чего уже отключилась, полностью оказавшись в руках врачей. Где-то на самых задворках сознания мелькнула быстрая, почти шальная мысль: - Норт меня убьёт...

Пришла в себя она уже в больнице, рядом стоял врач, с обеспокоенностью вглядываясь в её лицо: - Всё будет хорошо, не волнуйтесь..., - но Фред не слушала. Она упрямо попыталась приподняться на локтях, вглядываясь в окружающую обстановку: - Где... где мой телефон? - но врач только чуть надавил на её плечо, заставляя её лечь обратно, после чего покачал головой: - О чём вы говорите, какой телефон? Вам вообще вставать нельзя, не то, что пользоваться телефоном! - и тогда девушка перевела на него крайне упрямый и даже злой взгляд: - У. Меня. Есть. Брат! Чёрт побери, если я его лично не предупрежу, он всю ночь не будет спать, разыскивая меня..., - она бессильно уронила голову на подушку, - Норт Берг. Позвоните Норту Бергу. Док, пожалуйста... Фред прикрыла глаза. Ей столько всего нужно было сказать брату, у неё впереди было столько дел... И наверняка в больнице уже дежурят коллеги-блоггеры, просто любопытствующие и тем более конкуренты - а ей хотелось только одного - остаться в тишине, и хотя бы немного подумать без волнений и тревог. Хотя похоже ей вкололи просто лошадиную дозу успокоительного. Очевидно, что-то всё же заставило врача прислушаться к ней, и кивнув, выйти из палаты. Только тогда Фред огляделась. Тихо, легкий полумрак... она осторожно пошевелила рукой, и та разом отозвалась ноющей, неприятной болью.
- Капельница..., - словно в пустоту прошептала Бёрнелл, - надо же...
Словно в подтверждение её слов сбоку что-то зашевелилось, зашуршало... она испуганно подвинулась к источнику света от небольшой лампы, и только тут увидела рядом Эдмунда. Бледный, уставший, под глазами круги... невероятно - он всё это время был рядом?
- Господи..., - выдохнула она, зажмуриваясь. Из-под ресниц потекли слёзы - с ним всё было в порядке, его не тронули, он был рядом, здесь, с ней, - с тобой всё в порядке...

Осталось только одно - попытаться сделать хоть что-нибудь, когда Норт примчится в больницу - а зная брата, это будет первое, что он сделает сразу же, не раздумывая - чтобы они не поубивали друг друга прямо здесь. Можно, конечно, понадеяться, что разум возобладает над эмоциями, и всё решится тихим и мирным путём, вот только к сожалению Фред была уже слишком умна, чтобы понять - простым и понятным в её ситуации уже ничего нет и быть не может. К сожалению.

Отредактировано Fred Burnell (2021-02-08 13:50:28)

+6

5

Нежная, милая Фред. Эдмунд ещё никогда так в жизни не пугался. Страх потерять её не сравнился ни с каким другим. Когда он ещё не знал, жива ли она, самые ужасные мысли заполонили его голову, а сейчас видя, что девушка даже в сознании, он мелко подрагивал от перенесённого ужаса. Мужчина не знал, что с ней успел сделать этот мудак, но то, что она была жива - уже делало его счастливейшим из людей. Жива. Вырвав руки и почувствовав свободу от правосудия, Эдмунд снова бросился к девушке, придержав её над землёй. Видеть её в таком состоянии было невыносимо, но она была жива. Жива. Жива. Он твердил себе это слово бесконечное количество раз, убеждая себя, что всё в порядке. С остальным можно было справиться, главное - что её сердце бьётся. Целуя лицо Фред, он отказывался отпускать её ровно до приезда скорой.

— Я буду с тобой, слышишь? — прошептав девушке на ухо, Эдмунд позволил её забрать в машину, чтобы доставить в больницу. Кажется, последних слов она уже не слышала, но это было не важно. Он определённо точно решил, что не оставит её больше никогда. Она нуждалась в нём, просила остаться, но не уточняла, надолго ли. И Эдмунд решил, что хочет остаться навсегда. Это было самое правильное, самое искреннее его желание, не продиктованное никакой выгодой, которая должна была быть в любом его шаге. Так его научили, и таким ему быть совершенно не хотелось. Идти против системы было сложно, но насколько свободным он мог стать. Несмотря на то, что у свободы была такая цена, как сейчас. Интересно, как бы отреагировал отец, если бы его жене потребовалась помощь? Рискованная помощь. Наверняка остался бы в стороне, опасаясь за своё благополучие. Это злило, раздражало и отталкивало Эдмунда от семейного дела.

Работники скорой разрешили ехать вместе с ними в больницу, и уже через каких-то пятнадцать минут они въехали на территорию больницы. Всего пятнадцать минут, но для Эдмунда они прошли в ожидании, когда же Фред очнётся, мучительно долго. На его вопросы никто не отвечал, но убеждали, что жизнь девушки все опасности. Мужчина не верил, потому что она была без сознания. Он сидел напротив неё, нервно ломая руки и поглядывая то на одного человека, то на другого, то на Фред.
— Не беспокойтесь, всё будет в порядке, — девушка-фельдшер одобряюще улыбнулась ему, но он только лишь мельком посмотрел на неё в ответ. Злость внутри потихоньку отступала, и он твёрдо знал, что кинет все силы на то, чтобы того придурка осудили по полной, чтобы закрыли его за решёткой и не выпускали как можно дольше. Он достоин ещё и не такого, но правосудие едва ли будет честным.

Уже в самой больнице Эдмунду оставалось лишь бессильно дежурить под дверью палаты, дожидаясь конца осмотра. Внутрь его не пускали, и он нервно нарезал круги по коридору до тех пор, пока дверь не открылась. Резко развернувшись, он вопросительно посмотрел на врача, который спокойно улыбнулся ему. Однако мужчине было не до улыбок, поэтому в воздухе висел немой вопрос.
— Всё в порядке. Изнасилования не было, но ей конечно досталось и физически, и морально. Сейчас мисс Бёрнелл спит, можете пройти к ней, но только тихо. Если она очнётся, позовите. Я зайду позже, — последнюю фразу Эдмунд уже не слышал. Он поспешно зашёл в палату и замер на пороге. Нерешительно переступив с ноги на ногу, он вслушался в тишину, которая просто его добивала. Поплотнее закрыв за собой дверь, мужчина подошёл к постели Фред и посмотрел на девушку. Медленно наклонившись, коснулся губами её лба и зажмурил глаза.
— Я с тобой. Всё будет в порядке, я обещаю, — прошептав едва слышно, он отстранился, оглядел палату и сел в единственное кресло. Только тогда смог немного выдохнуть и расслабиться. Всё в порядке.

Неизвестно сколько времени прошло, пока он так сидел. В какой-то момент Эдмунд даже задремал, но вошедший врач его разбудил. Подтянувшись в кресле, он вздохнул и молча проследил взглядом за тем, как тот подходит к Фред как раз в тот момент, когда она начинает шевелиться.
— Где... где мой телефон? — Сент-Аман слабо улыбнулся, теперь видя, что всё-таки действительно всё, кажется, нормально. Он не стал вмешиваться, зная, что врач всё же позвонит кому она просит. Он бы сам настоял на том, чтобы ей передали телефон, если бы не переживал за её состояние. Переживал, видимо, сильнее, чем она сама.

Недовольный врач вышел, и Эдмунд только тогда пошевелился и тихо вздохнул. Он встал, чувствуя, как всё затекло от долгого сидения. — Привет, — слабо улыбнувшись, подошёл ближе, нагнулся и легко поцеловал Фред в макушку. — Как я испугался за тебя... Как ты себя чувствуешь?

Он присел на край кровати и осторожно коснулся холодных пальцев девушки. — Ты долго спала... Я уже начал беспокоиться, что что-то не так. Я уверен, они позвонят твоему брату, и он приедет, — осторожно протянув руку, Эдмунд коснулся щеки девушки и в бессилии сжал зубы. — Фред... Мне ужасно жаль... Я сделаю всё, чтобы ты забыла об этом кошмаре. И я накажу эту тварь, чего бы это ни стоило.
С помощью правосудия или нет.

+2


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » Стонущие стены


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно