Бойду 22.

Ах да, Бойду — двадцать два. Великое событие в резиденции Коллоуэй.

Бойду двадцать два, и это значит абсолютно ровным счетом ничего, не считая нервозность на протяжении всей недели до на лице Эндрю...
читать далее
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 16°C
• джек

[telegram: cavalcanti_sun]
• аарон

[telegram: wtf_deer]
• билли

[telegram: kellzyaba]
• мэри

[лс]
• уле

[telegram: silt_strider]
• амелия

[telegram: potos_flavus]
• джейден

[лс]
• дарси

[telegram: semilunaris]
• робин

[telegram: mashizinga]
• даст

[telegram: auiuiui]
• цезарь

[telegram: blyacat]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Быть может, все, что было раньше, было лишь прологом


Быть может, все, что было раньше, было лишь прологом

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

Kimpton Sawyer Hotel | 12.11.2020 | 21:34

Thomas Fletcher & Zoey Carpenter
https://i.yapx.ru/KaVIT.gif
https://i.yapx.ru/KaVNJ.gif

**************************************
Томас пишет книгу. Зои выполняет свою работу.
Ему нужна тишина и уединение, а ей необходимо убраться.

Отредактировано Zoey Carpenter (2021-01-09 15:17:54)

+3

2

Его команда поселилась в дорогой гостинице в центре Сакраменто. Почти середина ноября, в холле уже поставили огромную пушистую ель. Администратор улыбался шире обычного.

Том зашел в номер, скинул пальто и пиджак, бросил макбук на стол. Чемоданы стояли возле кровати. Ему предстояло прожить здесь около недели, срочное дело. Билет из Лондона был куплен восемь часов назад. Номер был неплох, но непривычно прост: перед праздниками отель забит под завязку. Обещали, что люкс освободится в ближайшие дни. В дверь заглянула Элис, помощница. Она прошла внутрь и поставила на стол пепельницу, стакан, налила воду и кинула туда таблетку аспирина.

- По крайней мере, мы нашли номер с удобным письменным столом. Через два дня все будет лучше.
- Надеюсь. Кстати, в баре пусто - Томас выложил из кармана пальто сигареты.

Они перекинулись деловыми подробности, Элис обещала, что в его отсутствие разберут чемодан и погладят костюм к завтрашней встрече. Том приказал лучше найти бутылку чего-нибудь хорошего на вечер и собрать нужных людей у него в номере. Элис вышла. Ему необходимо работать.

Глава книги шла с титаническими усилиями. Черт знает, из-за постоянных недосыпов это или потому что наступил момент, когда глава идет трудно. Том открыл старые наброски, примеряя, какой их них мог бы подойти для кульминационного события. Писательство похоже на конструктор лего: если правильно собрать детали, общая картина хорошо продается. Даже если это самая простая и пошлая картина, какую можно представить.

Сигаретный дым висел под потолком. Пожарную сигнализацию отключили “по просьбе”. Смартфон на столе завибрировал, и Том ответил на звонок. Он только слушал и хмурился, неподвижно уставившись в окно. На улице вечереет, зажигаются первые фонари. Очень красиво. Том не видит этого, он ничего не видит. Только слышит голос на той стороне, и то, что он слышит, ему не нравится. Он кладет трубку, швыряет стакан в пол и закуривает. Дверь открывается, и в проеме появляется Элис.

- Это надо было выпить, а не бросать, - она позволила себе слегка вздохнуть.
- Так лучше помогает, - Томас садится обратно за стол. Ему нужно работать.
- Я пришлю кого-нибудь убрать. И еще...к вам пришли от мистера Шнайдера. Впустить?

Он кивнул и махнул ей рукой, выпроваживая из номера. Все что нужно, разобраться со сраной книгой. Он закончит с ней, и можно будет подумать о другом.

Отредактировано Thomas Fletcher (2021-01-09 16:29:03)

+3

3

Я глубоко вздохнула, облокотившись на стойку администратора. День был каким - то особенно суматошным. Возможно, так сошлись звезды или сказались магнитные бури. Не знаю чем еще можно объяснить то, что сегодня все валилось с рук. У постояльцев отеля, у сотрудников, даже у меня самой. Проработав в Kimpton Sawyer Hotel уже полтора года я еще ни разу не была такой чертовски неуклюжей. Это раздражало. Хотелось сделать перерыв и выйти на улицу, чтобы наполнить легкие прохладным ноябрьским воздухом. Накинув куртку поверх формы я выбежала из просторного, но иногда удушающего, холла отеля в гудящую атмосферу города.
- Простите, вы здесь работаете? - услышала за спиной и резко развернулась к говорящему, - по форме вижу, что работаете, - тут же ответил на собственный вопрос незнакомый мужчина средних лет. Темное пальто, покрытые проседью виски и самую малость неприятная улыбка.
- Все верно, вы что - то хотели? - я подозрительно окинула его взглядом, но любопытство во мне ждало ответов. Мужчина протянул конверт размером с тетрадный лист. Он все еще говорил, но его ноги уже торопились унестись отсюда. Предположительно незнакомец опаздывал.
- Номер 215, мистеру Флетчеру от мистера Шнайдера, - взяв его в руки я обратила внимание на купюру приложенную к нижней стороне конверта. Ее можно было почувствовать пальцами. - Срочно и лично в руки, мисс Зои, - он указал пальцем на именной бейдж, будто хочет запомнить, практически сразу сел в машину и скрылся за ближайшим поворотом.
Я вернулась обратно в помещение и осмотрелась по сторонам в поисках новенькой горничной. Она должна была быть под моим контролем, но удивительным образом ей удавалось скрываться от меня в лабиринтах этажей.
- Лори не вернулась? Я никак не могу ее найти сегодня, - девушка за стойкой отрицательно помотала головой и быстрым шагом я  направилась к лифту, попутно пряча деньги в карман.
Номер 215. 4 этаж. Длинный коридор.
У нужной двери стояла женщина.
- Здравствуйте, мне нужен мистер Флетчер, для него кое - что передали, -  указываю глазами на конверт и прижимаю его к груди.
- От кого? - по - деловому четко и быстро спрашивает женщина.
- Шнайдер, - она с прищуром смотрит на меня и сообщает обо мне получателю.
В комнате царила своя атмосфера. Приглушенный свет, задернутые шторы. Клубы табачного дыма как ореол вокруг мистера Флетчера.
- Приношу извинения за беспокойство, но просили передать вам лично в руки, - протягиваю конверт и замечаю осколки стекла, разбросанные на полу. Растекающаяся лужа жидкости блестела, отражая свет.
- Вы разбили стакан? Если не против, то я сейчас же все уберу, - я засуетилась, но в дверях уже показалась Лори с уборочной телегой. Слишком много горничных на один квадратный метр. Я отправила ее вон, решив закончить здесь сама. Не хватало еще лишиться чаевых из — за глупой неопытности этой девчонки.
Во время работы я успела осмотреть всю комнату и самого постояльца. Любопытство во мне хотело узнать - кто такой Флетчер. Рабочий такт велел молчать и не задавать лишних вопросов.

+2

4

Томас механически набирал текст. Последний звонок хорошенько его взбодрил, но он заставил себя не думать об этом. Нужно было закончить дело. Он дисциплинированный профессионал. Мозг повиновался и переключился на насущные задачи. Ему осталось пять тысяч четыреста сорок три символа до дневного плана. Кто-то зашел, что-то сказал. Кажется, персонал. Он мельком посмотрел сквозь нее, заприметив лишь расплывчатое пятно на месте лица и форму отеля, и указал на журнальный стол возле кровати. Для конверта там было достаточно места. Томас чувствовал легкое раздражение, но не стал отвлекаться. Он знал, что дело идет хорошо. Наверное, от злости.

Она продолжала говорить с ним и с кем-то, а потом звенеть битым стеклом. Томас повелительно приподнял руку.

- Хватит. Сядьте.

Он махнул рукой с сигаретой в сторону стены, вроде бы там был стул. Дым оставил тающую дугу в воздухе. Еще две тысячи и тридцать символов, чтобы перерезать горло главному герою. Книги Томаса были безумно предсказуемой вещью, он бы рискнул предположить, что самой предсказуемой на свете. Там выживали красивые женщины и гибли мужчины. Очень разной, но всегда мучительной смертью. Главного героя сжигали, вешали, стреляли, пытали. Но его божественно прекрасная спутница всегда оставалась жива. И женщины любили эти книги. По крайней мере, так утверждал маркетолог Флетчера. Том на мгновение задумался, когда последний раз в его книгах зарезали персонажа. Часто повторяться нельзя. Он покатал сигарету между пальцев. Вроде бы достаточно давно. Взял в руки телефон и написал Элис: “Когда последний раз зарезали?”. Этого хватит, она поймет.

Пытаясь поймать мысль, он наткнулся взглядом на единственный яркий объект. Это все проклятый тренд на лофт и однотонные цвета, в этом белом аду комнаты ее лицо было как прожектор. Томас его наконец разглядел, и почувствовал, как тяжелый молот ударил его изнутри головы прямо по затылку. Но звук отсутствовал. Было тихо, как в зимнем лесу, и он услышал собственное очень частое сердцебиение.

Она была отвратительно, абсолютно мерзко похожа на его мертвую жену. Томас вернулся к экрану компьютера, но буквы сливались в сплошное черное пятно. Стакан с водой он как назло разбил. От сигареты остался лишь фильтр. Флетчер особенно жестоко затушил ее об пепельницу и зажег новую. Затянулся, немного нервно. Черная клякса превратилась обратно в буквы. Может быть он сошел с ума? Пока просто не стоит на нее смотреть, и перерезать уже сраное горло книжному ублюдку. Ему даже не нужен нож, все намного проще. На дисплее горел ответ Элис. “Три года назад”. Это все равно, что разрешение на казнь. Печать смерти.

Томас напечатал остатки текста, и поднял глаза на горничную. Как странно, как дико смотрелось она в униформе. Ему было интересно, как она двигается, каков ее голос. Разрушиться ли магия, стоит ей пошевелиться. Это слишком сюрреалистично даже для книги. Он уже и забыл про конверт.

- Я слушаю.

Отредактировано Thomas Fletcher (2021-01-10 00:25:42)

+2

5

После того как все остальные ушли, в комнате стало тихо. Даже слишком тихо. Каждое мое действие казалось невообразимо громким, что мне становилось не по себе. Неловко.
Я слышала как каждый осколок соприкасался с другими и Флетчер, несомненно, тоже. Когда ты горничная в престижном отеле, то тебе заранее предписано быть бесшумной. Убирай чужое дерьмо, но делай это так, чтобы никто не понял. В этих стенах ты - никто, серая масса, на которую редко обращают внимание.
Только не сейчас. Терпение мужчины лопнуло как в недавнем прошлом этот злосчастный стакан. Повелительным жестом он приказал мне сесть. Мне не понравилось ни это его движение руки,  ни этот тон. Даже сигаретный дым, словно преследующий и повторяющий каждый его порыв.
Было странно сидеть здесь, бросив свою работу на полпути и не имея возможности сбежать. Все что мне оставалось - это наблюдать за Флетчером. Как он размеренно стучит по клавиатуре, подобно пианисту. Как наклоняет голову в раздумьях.
Не слишком ли громко я дышу?
Да, мне хотелось убежать. Мое сердце стучало словно я уже на низком старте.
Я не знаю сколько прошло минут, но они тянулись вечностью.
А потом мужчина обернулся и на долю секунды мы встретились взглядами. Мне казалось, что вот сейчас все закончится, я выйду из номера и сделаю до безумия глубокий вдох, потому как прямо сейчас это не представлялось возможным.
Но пришлось ждать еще пять гребанных минут.
Чтобы отвлечься я немного отодвинула штору и выглянула на улицу. Так много огней в центре Сакраменто - от машин, от гирлянд, вывесок. Красные точки тлеющих сигарет прохожих, которые я не так хорошо видела. Собаки со светящимися ошейниками, экраны телефонов. Это представлялось звездным небом. Настоящее же небо терялось за городским дымом. Все звезды нынче здесь, притянутые к земле. Я прильнула лбом к прохладному стеклу и смотрела как от дыхания оставались мутные пятна на окне, а через мгновение исчезали не оставляя и следа.
За своими размышлениями я не заметила как Флетчер перестал печатать и обратился ко мне. От неожиданности я вздрогнула и резко задвинула штору обратно.
- Конверт, мистер Флетчер, - я рукой указала на стол, куда до этого его положила. - Если я вас больше не отвлекаю, то позвольте мне закончить уборку, - и уйду. После тишины собственный голос казался звонким.
Позвольте мне уйти.
Атмосфера комнаты была слишком напряженная и давила прямо на грудную клетку.
Краем глаза замечаю, что один из осколков залетел под кровать и опускаюсь на колени, чтобы поднять его. Палец залился кровью, слишком острые края. По привычке прикладываю палец к губам, чтобы кровь не капнула на этот паркет или не дай боже на покрывало.
- Черт - шепчу себе под нос и поднимаю взгляд на Флетчера. Какого черта мое сердце так часто бьется? Его глаза заглядывают прямо в душу, сквозь кожу.
Сегодня был странный день и даже я не смогла ему противостоять.
- Вы хотели что - то еще?

Отредактировано Zoey Carpenter (2021-01-10 09:31:41)

+2

6

Все ее очень вежливые фразы Томас мог перевести как "отвали уже". Хотя какие уж вежливые. "Если я вас больше не отвлекаю". Флетчер саркастично усмехнулся. Как будто это она занималась важным делом, убирала стаканы, а он зашел мешать своей тупой книгой и не менее тупыми просьбами не шуметь.

Точно. Конверт.

Он положил постоянно дребезжащий телефон в карман, подошел к столу и внимательно оценил конверт. Знакомая бумага, они договаривались с информатором именно на такие конверты. На ощупь внутри пару листов бумаги, все верно. Но почему он отправил именно ее? Может быть он знает? При желании не трудно раскопать факты, но было бы бредом искать в этом сообщение. Томас задумчиво рассматривал, как она копошится возле кровати. В конце концов, нет ничего криминального, чтобы смотреть на зад обслуги. Ей платят почти за это. И похожа даже телосложением. Движения другие, не та стать, нет класса, голос чуть выше, но оболочка так похожа, что Флетчер спрашивал себя, не находится ли он в наркотическом бреду. Воспринимать это как подарок небес или шутку дьявола? Или как тупое совпадение, которое нужно забыть, когда она выйдет из номера?

Девчонка зачертыхалась, прикусила собственный палец и подняла глаза. Они наконец встретились лицом к лицу. Томас был готов сожрать ее взглядом, и плевать, что она подумает. Удивительное, прямо таки магическое событие. Краем сознания он отметил, что, скорее всего, она считает свою профессию временной, мечтает уйти на место потеплее, поэтому не слишком вышколена. Как и большинство горничных.

- Вы хотели что - то еще?

Это тоже можно перевести, как "отвали уже", но Том основательно задумался. Действительно, хочет ли он от нее что-нибудь. Очень хороший серьезный вопрос. Наверное, он пока не готов больше никогда ее не увидеть. Но и не готов понять сейчас, что делать со всем этим.

- Курите? - Томас протянул ей открытую пачку и достал металлическую зажигалку, на случай, если нужно будет учтиво прикурить ей сигарету. Эта горничная сегодня особенная.

Ему очень хотелось, чтобы она перестала думать о своем порезанном пальце и могла нормально с ним разговаривать. На кровати лежали чистые полотенца.

- Возьмите, приложите. Планируете увольняться? - он протянул ей одно из полотенец с ясным невербальным ультиматумом, на который лучше не перечить, не отказывать и не скромничать. Не разводить вот это "ой, не надо, все почти прошло" и все такое, что любят разводить женщины и, наверное, испуганные горничные.

Отредактировано Thomas Fletcher (2021-01-10 12:40:07)

+2

7

Его глаза завораживали и пугали одновременно. Точнее пугало то, как Флетчер смотрел на меня. Как заглядывал в самую глубь, пытаясь обнаружить там искомое.
Мне хотелось чем - нибудь прикрыться, а лучше уйти и даже не пытаться обдумать произошедшее. Потому что я не понимала ничего.

- Курите? - томно произнес мужчина и предложил угоститься сигаретой. Сперва я потянулась за одной, но одернула руку обратно. Ведь я же на работе и курить полагается только в предназначенном для этого месте, в предназначенное для этого время. Если бы меня увидели, то с большой долей вероятности я была бы уволена в тот же момент.
Но мне хотелось.
Мои пальцы снова потянулись к пачке. В руках Флетчера учтиво была подготовлена зажигалка. Обхватываю сигарету губами, огонь заставляет ее медленно тлеть.  Пространство между мной и мужчиной наполнилось дымом, обстановка казалась интимной.
На пальце снова кровил порез и увидев это Флетчер протянул мне белоснежное полотенце. Он мог настаивать даже не говоря ни слова, была у него такая особенность.
- Спасибо, - белое окрасилось небольшим красным пятном. У меня была тонкая кожа и низкая свертываемость крови.
- Почему вы спрашиваете?, - конечно, я не считала свою работу моим призванием. Каждый раз я думала, что еще немного и вот оно светлое будущее. Только вот нет ничего более постоянного, чем временное. Почти два года я здесь. Каждый день сливается в один, словно кто - то постоянно жмет кнопку repeat. Несомненно, у меня были цели в этой жизни и я шла к ним с такой скоростью, с какой могла. Мне не нужно было одобрение незнакомца и я не собиралась посвящать его в свои планы, -  Вы не воспринимаете всерьез таких как я, верно?, - снова заглядываю в его глаза уже без неловкости и более настойчиво, - Зачем я здесь, мистер Флетчер?, - я произносила его фамилию с иронией, немного надменно, чтобы показать, что я не робкая овечка. Мне хотелось понимать почему я не ушла, почему я рядом с ним упиваюсь сигаретным дымом. В какую игру он играет?
Слишком много вопросов и ни одного ответа.
Я делаю последнюю затяжку и тушу сигарету об пепельницу.
Мне не хотелось признаваться самой себе, что постоялец номера двести пятнадцать вызывал мурашки, которыми покрывалась моя спина. Не хотелось признаваться, что я сама искала повод остаться совершенно неумышленно. И сейчас я могла бы выйти за эту дверь, если бы хотела.

+2

8

Томас испытывал противоречивые чувства. Эта девушка все время напоминала, что она совсем не "она". Другая, почти противоположная, не такая тонкая. Он позволил себе чуть вежливости и тут же почувствовал, как девчонка лезет ему в голову и пытается смотреть сверху. Считает, что они ровня. Сочетание лица и тона, которым она выплюнула его фамилию, почти принесло боль.

Жаль, что у Зои, как было сказано на бейдже, было кое-что важное для него. Почти святое. Томас думал, может к черту, просто вышвырнуть эту пугливую, это глупую и надменную сучку, да еще устроить ей проблемы на работе. Просто за то, что она родилась с такой внешностью. А потом он думал, что с вероятностью девяносто девять процентов может трахнуть ее прямо сейчас.  Перспектива нервировала его. Это как трахнуть труп собственный жены. Или, наоборот, портал в сладкое прошлое? Хрен его знает, ничего не понятно, но абсолютно точно самый лучший, самый приятный момент вечера произошел когда она, сидя на том самом стуле, молчала и мечтательно смотрела в окно. Вот этот момент он бы прожил еще раз.

- Зачем я здесь, мистер Флетчер?
- Чтобы отдать конверт и убрать стекло? - он усмехнулся в ответ на ее попытку надавить на больное место подобных столкновений. На разницу их положения. Любимое "вы считаете меня хуже". Конечно, он считал ее хуже, слабее себя. Ему-то не приходится убирать отели. Флетчер старался держать в голове, что у каждого свои таланты, что не каждый готов лезть вверх и грести за это дерьмо лопатой, но вот такие предъявы его смешили.

Тем не менее, ему не хотелось, чтобы она психанула и вышла. Том был готов поспорить, что она останется стоять возле него как вкопанная, даже если он вывалит на нее весь свой багаж ругани и сарказма. Но не был готов рискнуть и проверить. Никогда бы не признался, что заинтересован в ее расположении.

- У меня нет предрассудков, которые вы так хотите найти, - пожал плечами и затушил сигарету рядом с её. - Мне нужен человек из отеля для пары простых поручений. Если, конечно, вы иногда умеете просто молча брать деньги, Зои.

Флетчер говорил спокойно и серьезно. Он вытащил из кармана пачку купюр.

- За письмо, - отсчитал одну сотку. - И за издержки, - отсчитал вторую, бросив взгляд на ее пальцы.

Томас сделал шаг вперед и протянул ей руку с двумя сотнями баксов. Он смотрел ей в глаза без насмешки или издевки. Это было ожидание правильного ответа, действия.

Отредактировано Thomas Fletcher (2021-01-11 00:18:01)

+2

9

Его голос звучал размеренно. Ровно. Как самая чистая нота, отрепетированная бесконечное количество раз. Я улавливала английский акцент и улавливала печаль в его глазах. Он не смотрел на меня как смотрят на понравившуюся женщину или как на что-то прекрасное. Скорее как на разочарование, как на потерянное нечто.
От этого мне хотелось узнать его лучше, ближе, разгадать кодовый замок. И это странное ощущение, ведь мы впервые видели друг друга, впервые говорили. Тем не менее слова хлестко задевали за живое. Может потому что хотела получить другой ответ, соответствующий моим ожиданиям. Или же я все таки просто напросто выдавала желаемое за действительное и Флетчер пытался заставить меня очнуться.
- Чтобы отдать конверт и убрать стекло? - я слегка улыбнулась.
- Безусловно, - мы держались на расстоянии вежливости и учтивости. Я притворялась, что мне не хотелось сделать несколько шагов назад и открыть дверь. Он притворялся, что ничего не происходит в его голове в тот момент, когда я стою на этом месте.
Я нервно прикусила нижнюю губу, когда он предложил выполнять поручения за деньги.
- Хотелось бы в это верить. Думаю, что могла бы вам помочь. Но оставлю за собой право отказаться в любой момент.
Заносчивый, надменный и изрядно самоуверенный.
Флетчер понимал, что всех можно купить, если назвать нужную цифру. Для него это не было проблемой. Отточено и невозмутимо он отсчитал купюры и протянул. Я продолжала смотреть на его действия, сомневаясь нужно ли это мне.
Казалось, что он хочет вывернуть меня наизнанку, докопаться до самого естества и бросить под ноги. Мол, любуйся, смотри. Ты такая же как все. Было мерзко осознавать, что рука почти дрогнула, а значит меня можно купить.
- За письмо мне уже заплатили, мистер Флетчер, - честно призналась, - так что поберегите купюры, иногда я стою очень дорого, - с этими словами я направилась к выходу. Не хотелось дожидаться, когда он сам меня попросит уйти, чувствовать себя жалкой и отвергнутой.
- Доброй вам ночи, - когда за мною захлопнулась дверь, я прикрыла глаза и наконец выдохнула.  Казалось, что я потратила все силы, чтобы выглядеть невозмутимой.
Сердце бешенно колотилось.

+2

10

Флетчер чувствовал потенциал взорваться, взбеситься, разбить еще десять стаканов, позвонить в тот самый колокольчик и уйти по делам. Оставить ее дальше ковыряться в стекле, раз такая работа ей нравится больше. Но на выпустить пар хватило усталого вздоха. Его раздражали люди, которые не умели одуплять ситуацию, ловить момент и быть благодарными. Вот например эта долбанная горничная с замашками королевы. "Помочь". Чем эта мелкая сошка может ему помочь? Томас не думал выдавать ей какие-то поручения, сказал, чтобы приукрасить ее положение для них обоих. Он думал посадить ее рядом в качестве комнатного цветка на пару дней и решить, что с этим делать. Полюбоваться немного. Самые легкие деньги в ее карьере, возможно с пропуском в лучшую жизнь. Но она выпендривалась, будто Флетчер умоляет ее вылечить его от рака. И она единственная на планете, кто может сделать это.

- За письмо мне уже заплатили, мистер Флетчер, так что поберегите купюры, иногда я стою очень дорого.
- Это видимо “нет”, -  он подождал ещё секунду и убрал деньги обратно в карман. - Жаль.

Томас насмешливо прикинул, что дорого - это наверное баксов четыреста. Весь этот спектакль был обычным набиванием цены. Набивание цены на пустом месте его разочаровывало. Особенно такое откровенное. Особенно когда у нее лицо его мертвой жены. Его мертвой жены. Один в один. Какого...? Лучше бы прямо подняла ставку.

Окей. Он переживал, что спугнет ее, но дорого так дорого. Томас прикидывал. Пять тысяч, десять? Какова цена вопроса? Порешат сейчас, и дело с концом. Или он должен отвести ее в ресторан, подарить цветы, а лучше бриллианты. Налить выпить, все красиво. Покатать на дорогой тачке, сказать как она прекрасна. Скорее всего, такой сделки она и ждет.

Он проводил Зои глазами, кивнув на формальное пожелание. Телефон все это время разрывало. Если бы она знала, сколько стоит минута его безделья в час пик, обалдела бы от суммы, в которую ему влетел их короткий разговор.

- Хуй с ним.

Томас негромко ругнулся в закрытую дверь, слов получше у него не было. Иронично усмехнулся собственной глупости и наконец ответил на звонок. Позже он поручил раскопать о ней подробности. У него началась паранойя, что Зои каким-то чудом приходилась родственницей его убитой жене. И, при всем желании, он не мог забыть этот инцидент так просто.

Отредактировано Thomas Fletcher (2021-01-12 23:28:32)

+2


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » Быть может, все, что было раньше, было лишь прологом


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно