внешностивакансиихочу к вамfaqправилакого спросить?вктелеграм
гнетущая атмосфера обволакивала, скалилась из всех теней в доме, как в мрачном артхаусном кино неизвестного режиссёра... читать далее
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 13°C
jack

[telegram: cavalcanti_sun]
aaron

[telegram: wtf_deer]
billie

[telegram: kellzyaba]
mary

[лс]
tadeusz

[telegram: silt_strider]
amelia

[telegram: potos_flavus]
anton

[telegram: razumovsky_blya]
darcy

[telegram: semilunaris]
edo

[telegram: katrinelist]
anthony

[telegram: kennyunicorn]
eva

[telegram: pratoria]
siri

[telegram: mashizinga]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » it's literally 2:37am shut the fuck up


it's literally 2:37am shut the fuck up

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

sacramento | jan '21 | 2:37 am

woody day x cyrus baker
https://i.imgur.com/juPwxh0.png


«see you in hell»
«you're asking me on a date? i agree»

Отредактировано Cyrus Baker (2021-01-10 19:53:27)

+2

2

У Вуди бесконечный to do list и гордый неуд за умение в тайм-менеджмент. На часах 2:37, ноутбук подсвечивает его голубоватым светом, делая похожим на мертвеца, пальцы привычно скачут с клавиши на клавишу, добивая кровь из носу нужный черновик очередной рецензии. Дедлайны горят, фрилансер плачет - классическая сцена в жизни Дэя за исключением нужды завтра утром оказаться на пороге дома Мии (и если ему хочется дожить хотя бы до 27, то опаздывать не стоит). Ни о чём не жалеет - у самурая нет цели, есть только путь, и никаких отмазок на завтра не придумывает - целиком и полностью погружён в материал, разнося в пух и прах не пришедшийся по вкусу ивент, даже не пытаясь найти в нём что-то положительное. Потому что из плюсов там была разве что дармовая еда, но с каких пор это повод для похвалы? Ставит точку с облегчённым вздохом и наивно верит, что завтра у него будет хотя бы десять минут тишины, чтобы перечитать и нажать уже «отправить» - с такими установками на веру в светлое будущее с него вполне станется загадать желание при виде падающей звезды и удивиться, если не сбудется.
К слову, о несбывшихся мечтах.

Призывно пиликающий телефон с трудом находит в складках пледа, чтобы на автомате открыть чат, который стоило бы удалить сразу же, как тот вообще явился на свет. Долго смотрит на вопросительный знак в конце, прикидывает мог ли сбитый режим сделать из него параноика, справедливо предполагая, что всё же не так быстро. Вообще-то он рассчитывал на «отбой» от сестры и шанс на выспаться - мало ли отменяется заседаний в течение года.

[2:41]: спишь?

Раздражённо чертыхается и почти ненавидит себя за то, что помнит номер. Тот самый номер. Оказывается, не он один так и не соизволил сменить набор цифр, дающий доступ к себе каждому умнику - очень, кстати, зря. Пять букв удостаиваются взгляда, способного довести до самоубийства, но в ответ молчат. Ещё бы они с ним говорили. Гасит экран и оставляет своего врага номер один на сегодняшнюю ночь на диване, отбывая сперва на балкон, затем в ванную - ни капли сомнения, что сообщение не последнее. Ни капли надежды, что если не отвечать, ему перестанут писать - это работает с нормальными людьми, а с Сайрусом, чтоб его, Бейкером не работает.

За пару недель тишины со стороны его личной кары небесной почти уверовал в господа бога и высшее провидение - его услышали, его словам вняли и отвалили по-быстрому без попыток закинуть его на следующий круг ада очередным вот это поворотом в их дурно пахнущем сценарии. Это ли не счастье? Где-то внутри него таилось крошечное сожаление, что оно вот так, но это всего лишь глупое и иррациональное чувство родом из детства, не имеющее ничего общего с тем, как в самом деле будет лучше.

Лучше будет, если Бейкер снова укатит в свой Сан-Хосе или куда угодно - это неважно, лишь бы подальше от него, и перестанет проверять его на прочность, расшатывая насилу восстановленное равновесие в пространстве. Лучше будет, если пять минут любопытства и целая ночь милосердия не аукнутся ему никоим образом - максимум на который он был согласен это подброшенный под дверь курьером бессмысленный презент в качестве благодарности. Гораздо разумнее, а главное безопаснее для обеих сторон недоконфликта интересов, было бы притвориться, что ничего не было, учась у лучших в этом ремесле.

Но и лучшие иногда ошибаются - случайно прочитанное сообщение, явно написанное целенаправленно, а не по ошибке, тому пример. А может быть это и не ошибка вовсе для Сайруса - мысль неприятная, но вполне справедливая: с его привычкой получать желаемое могло случиться и так, что все отказы Вуди вместе с его нарочитым равнодушием оказались красной тряпкой для быка, прущего вперёд без жалости и сомнений. Так или не так - всё равно. Вуди в этом участвовать не хочет, ему хватило и сказанного, и сделанного с лихвой. До сих пор не знал, как умудрился не швырнуть вслед снова задевшего за живое Бейкера чашку, не пожалев даже свежесваренный кофе и недавно вымытые полы. Как и не знал, какая муха Сайруса укусила, что он так зацепился за него и не соизволил провалиться сквозь землю - знал бы наверняка, что ему просто весело жест за жестом, слово за слово проверять его терпение на прочность было бы, конечно, проще. Но Вуди не уверен, он уже ни в чём, если честно, не уверен, ну разве что кроме того, что сдавать позиций под чудим напором не стоит, конечно. И совсем не хотел об этом думать, предпочитая разборкам с прошлым, жизнь в настоящем.
Но чужое «а я тебя да» по-прежнему царапает изнутри. Ведь его «нет» продиктовано чужим предательством и жаждой жить, а не выживать. А если бы всё было не так?
Горсть холодной воды в лицо, мягким ворсом полотенца по лицу - самое время лечь спать.

[2:59]: я знаю, что не спишь
[3:12]: кстати кофе был неплох
[3:36]: ты тоже

Напоследок смахивает ещё три пуша, с каждым новым закатывая глаза сильнее, чем прежде - даже не знал, что так можно. Всерьёз раздумывает над блокировкой номера - дёшево, сердито, но кто его знает, что Сайрусу ещё в голову придёт? С него станется устроить концерт под окнами. Или что там сейчас модно у выпендрёжников? На секунду задумывается над тем, чтобы сходить на исповедь - вдруг поможет, но ограничивается переводом телефона в авиарежим, и заканчивает чужую агонию псевдоважных сообщений досрочно.

/ / /

- Не могла до тебя дозвониться с утра, уже думала закинуть мальчишек к родителям. Ты что с телефоном сделал? - Вуди сталкивается с сестрой почти в дверях - никакая спешка не помешает ей возмутиться его безалаберностью, кое-что в этой жизни не меняется. Растерянно взлохмачивает волосы, изрядно примятые шлемом, держа последний в руке под привычный неодобрительный взгляд - и чего все так бесятся? У них даже травматолог в семье есть, если что починит. Кидает озорные взгляды в сторону светловолосых парней, занятых приставкой, и на всякий случай проверяет взял ли телефон с собой. Два хлопка по задним карманам брюк, контрольный по нагрудному карману кожаной куртки - бинго. Телефон услужливо подсказывает, что авиарежим сам по себе не отключается.

- Включил авиарежим и забыл выключить - вот, видишь, уже всё исправил,- по лбу получать за свою рассеянность необидно, подставлять щёку под смазанный поцелуй спешащей по важным адвокатским делам сестры привычно. Машет в дверях как хороший мальчик и косит взглядом на снова атаковавшие его пуши. Вот же ублюдок.

[3:51]: не могу уснуть, можно я приеду?
[3:59]: пошутил!
[4:02]: не блокируй
[4:20]: как дела?

Предавший его кусок металла (или из чего там делают айфоны? впрочем, ему без разницы) бросает на обеденном столе и притворяется мёртвым для неопознанных номеров - почему бы и нет? Где вообще указано, что он помнит каких-то там десять цифр? Да и отвечать не хочется, а главное в этом нет смысла - в его планы не входило поддерживать интерес в Бейкере к собственной персоне. В принципе можно было бы и вовсе оставить все сообщения без должного внимания, как будто абонент с той стороны ошибся номером и его уже на всякий случай заблокировали. У него есть дела поинтереснее, например, попытаться не слить вчистую явно поднаторевшему за время его отсутствия Крису в Мортал комбат и шансов у него, не сказать, что много.

/ / /

- Ой, Вуди, кажется, я что-то сломал,- вскидывается встревоженно в ответ на возглас младшего из вверенных ему детей и выдыхает, осознав, что у того в руках всего-навсего телефон. Видимо, за десять минут тишины в обнимку с ноутом ему всё же придётся платить, вопрос только вот чем именно? Навскидку не может придумать ничего, что могло бы его в самом деле расстроить - все его наработки в ноутбуке, а телефон всё больше средство для связи и сомнительных развлечений, относящихся к категории waste time. А главное это всего-навсего его вещь, к которой он даже не чувствует толком привязанности, а не разбитая любимая ваза Мии или какая-нибудь внеочередная стеклянная (зачем вообще их делать из стекла?) награда Шона за охренеть какие заслуги в компании - за такое мог бы лишиться головы уже сам Вуди.

- Неси, посмотрим,- не умеет быть с детьми строгим или чересчур жёстким, да и стоит ли оно того? Аккуратно захлопывает крышку ноутбука, откладывая его в сторону, нарочито аккуратно забирает из маленьких рук сосланную им от себя подальше технику и, даже не глядя в него толком, уверяет, что всё в порядке. Передумавший разрыдаться от обиды Дом - лучшая награда за терпение и понимание, в принципе остальное уже и неважно. Проводив ласковым взглядом изрядно повеселевшего мальчишку до двери, всё же решается разобраться в чём проблема. И почему он не удивлён, что открыт именно тот самый чат?

[15:21]: ютуб мультик

Вуди смотрит на глубокомысленное сообщение, оставленное в чате от его имени и естественно уже доставленное Бейкеру, целых пять минут, пытаясь понять, что ему с этим делать. Моргает раз, моргает два, жмурится в надежде, что ему всё это приснилось, но нет. В то, что он ударился головой и вдруг впал в детство ему никто не поверит. Молчать и дальше после столь многозначительного ответа на вопрос «как дела?» уже как-то сюрреалистично. А где он так нагрешил, чтобы вот это всё происходило именно с ним, всё равно не вспомнит.

[15:27]: племянник промахнулся
[15:35]: что тебе от меня нужно, чудовище?
[15:37]: пока ты мне не писал всё было зашибись, теперь вот настроение ниже среднего. на этом всё, надеюсь?
[15:38]: и попробуй по ночам спать - я слышал, что это положительно влияет на уровень интеллекта

Естественно он не ждёт ответа сию минуту, более того он был бы даже рад получить в ответ пару лет тишины, но что-то ему подсказывает, что так просто избавиться от назойливого внимания бывшего ему не удастся. Ну раз так, то было бы неплохо получать от этого хотя бы немного удовольствия - лезет в настройки контакта и, совершенно не испытывая никаких угрызений совести, переименовывает ноунейма в naughty dog. Так хотя бы похоже на правду. Тихо хмыкает и снова бросает телефон в одиночестве, собираясь и дальше по большей части игнорировать надоедливое пиликанье - не ждал бы контрольного звонка от сестры, так и вовсе бы выключил звук или снова врубил авиарежим. Это, конечно, немного похоже на попытку спрятать голову в песок, но он и не претендовал никогда на звание храбрейшего индейца - ему всё это не упало. Хочется тишины, спокойствия и поменьше приветов из прошлого, вызывающих то ли зубную боль, то ли лёгкую тахикардию, то ли всё вместе и воспаление несуществующей язвы вдовесок.

День, когда он пошёл на поводу у собственного любопытства и решил, что посылать человека далеко и надолго сразу идея так себе, Вуди обязательно отметит чёрным в календаре. Сразу же как этот самый календарь купит.

[NIC]Woody Day[/NIC][STA]i don't care[/STA][AVA]https://i.yapx.ru/KYQLF.png[/AVA][LZ1]ВУДИ ДЭЙ, 26 y.o.
profession: журналист;[/LZ1]

Отредактировано Joshua Dust (2021-01-11 12:43:53)

+1

3

Сайрус швыряет себя в двухнедельный хоккейный забег с двумя гостевыми матчами и интенсивными тренировками, между которыми едва находится время для сна и пятиминутного душа перед ним. Такой график выматывает физически, зато не оставляет шансов на бесполезную рефлексию, которой он занимается уже на протяжении двух лет, выгрызая в себе полую дыру, заполняемую сожалением, тоской, одиночеством и бессильным нежеланием мириться с отсутствием дальнейших перспектив. Жизнь теряет смысл, когда нет цели, еда становится безвкусной, сны тревожными, и с каждым днём всё сложнее искать мотивацию для того, чтобы выдирать себя из постели. Поэтому, он поднимает себя с первых трелей будильника, едва осознав, что, к сожалению, не умер во сне.

Поездки и перелеты утомляют не меньше разбора тактик, отсмотра чужих матчей и анализа поведенческих линий соперников на льду. Давида это всё захватывает: он не только грамотный воспитатель, но и превосходный стратег. Сайрус же хорош в дисциплинарном плане — в контроле над тренировочным процессом и в раздаче штрафных за ошибки и выебоны. Он растет вместе с командой, реже улыбается и крепче орет, занимая позицию плохого копа. Юниорский состав, выпущенный в прошлом году, закалил его достаточно, чтобы перестать вестись на обещания и честные глаза тинейджеров со скачущими гормонами и переменами в настроении. Вседозволенность и обожание доводит до печальных последствий, этот урок он усвоил после знакомства с Кевином Эрдалем, теперь гоняющим шайбу в составе команды мечты в Сан-Хосе. Когда жизнь подкидывает сюрпризы, ты сам решаешь, чем он окажется: подарком или гробом, а Бейкер был завален подарками с самого детства, но теперь лимит исчерпан.

Матч против чикагских ястребов заканчивается ничьей, и после часового разбора полетов Бейкер валится на гостиничную кровать без сил, решив пропустить ужин. Когда адреналин, державший в тонусе все две недели, наконец, отпускает, он вновь пикирует в привычную уютную ленивую кому, когда отключается та часть мозга, которая отвечает за желания и стремления, и выворачивает душу, обнажая всю неприглядную изнанку его текущего существования, упущенные шансы и отвергнутые возможности. Так, он вновь возвращается мыслями в тот вечер, когда встретился с Вуди — самый тупой и неуклюжий поступок, совершенный за последние несколько лет, хуже только решение спустить все заработанные в лиге деньги в сомнительных заведениях Сан-Хосе. Но в связке Бейкер-Дэй за логику отвечал всегда Дэй, а у Бейкера корона короля иррациональности царапает потолок с тех пор, как голос начал ломаться, поэтому остается только крутить уже проигранный сюжет в голове как на карусели — до тошноты и тягучих спазмов в желудке. К привычным «а что если бы» прибавляется еще одна проебанная вероятность, теперь связанная с определенным человеком — а что, если бы выбрал его и остался в Сакраменто? Со здоровой ногой, здоровыми отношениями и здоровым будущим с дипломом о высшем образовании и работой, за которую семье не было бы стыдно; а что если бы отказался от билета в Шаркс? Что если — стоило ли оно того? Сослагательные наклонения никогда не играли на стороне Сайруса, поэтому он молча жмется мордой в подушку и жмурится до звездочек перед глазами, уверенный, что не стал бы ничего переигрывать: в жизни, как и в хоккее, нужно уметь принимать поражения.

Он проваливается в беспокойный сон, дублирующий события на льду Юнайтед-центра, и просыпается среди ночи от сонного паралича: руку отлежал до полного онемения. Разминает пальцы, смачивает горло теплой водой из бутылочки на прикроватном столике и тянется к смартфону, чтобы узнать время. Всего лишь 1:58. Вылет в половину одиннадцатого утра, до завтрака еще шесть часов, нужно постараться уснуть вновь, но сна ни в одном глазу. Он с сомнением смотрит на полосу света, тянущуюся из коридора, и прислушивается к голосам команды, которая с шумом разместилась в соседних номерах. Лень пересиливает желание выйти из комнаты, сделать выговор и объявить отбой, поэтому младший тренер взбивает подушку, переворачивается на бок, достает из кармана краденое кольцо Вуди, надевает на палец и машинально прокручивает, ощупывая рельеф узора.

План прост: найти Дэя в социальных сетях, полазить в его профиле в поисках переписки с бывшими или уебищных фотографий, чтобы расстроиться и попуститься уже наконец. Он думает о том, что первое впечатление повторить больше не удастся, преимущество в виде эффекта неожиданности уже просрано. Безуспешно скроллит инстаграм по полному имени, по сокращенному, по псевдониму и хэштегам, затем лезет в фэйсбук, где Вудроу Дэй не делал обновлений с 2010 года. С сомнением смотрит на приложения для знакомств, прикидывая, мог ли человек, который «спит один», завести там профиль. Решает, что мог: свидания для секса еще никому не делали плохо, а Вуди своего рода гедонист, привыкший выворачивать всё в свою пользу: зарабатывать на честном мнении, например, или превращать воду в вино. Кого вообще ебет чужое мнение? Молодежь Сакраменто, очевидно.

Провалившись в стандартных попытках найти человека в современном мире, он возвращается к олдскульному методу доеба, и пишет сообщение на личный номер без особой веры в то, что он не изменился. Галочка «Прочитано» поселяет в нем надежду — но только на секунду, потому что остальные сообщения, разумеется, зависают с  статусом «Доставлено», а затем и вовсе «Не доставлено». Мило. Промаявшись еще около часа, Сайрус, наконец, засыпает. Утром бессознательно игнорирует будильник и впервые опаздывает к завтраку. Хваленая дисциплина сыпется как масляная улыбка на ссохшемся портрете в кабинете спортивного директора, но несмотря на это, он упорно подгоняет подопечных, которые выглядят не менее убитыми, чем он.

Четырехчасовой перелет и сэндвич, выданный в самолете, отражаются на осунувшемся лице Бейкера отвращением к жизни. Он запихивает спортивную сумку в салон такси и складывается вдвое, с трудом упаковав колени, упирающиеся в переднее сиденье. Телефон всё еще молчит, но в том, что это номер Дэя, он сомневается всё меньше: будь это ошибкой, адекватный человек его бы оповестил. А разве Вуди адекватный?

До следующего матча неделя. Свой выходной перед следующим марш-броском Бейкер решает отлежать дома, в режиме гибернации. Кивком приветствует мать, лежащую с телефоном в гостиной, цепляет со стола яблоко и поднимается к себе на мансарду. Телефон подает признак жизни лишь раз — и это Давид, напоминающий о завтрашней тренировке в командном канале с новостями и объявлениями. Сайрус швыряет устройство на стол и уходит в душ, решив разобрать вещи с поездки в более лучшее время.

[15:21]: ютуб мультик

Бейкер перечитывает сообщение раз -цать, застыв с влажным полотенцем в руке, прежде чем окончательно убеждается, что ошибся номером. Нервное воодушевление, навеянное ожиданием, сдувается как воздушный шарик. Он чувствует разочарование и облегчение одновременно, выйдя, наконец, от мерзкого подвисшего состояния. Какой, нахрен, ютуб мультик? Со злости он разбирает дорожную сумку, отправляет одежду в стирку и залезает под одеяло с головой в надежде проспать остаток дня и всю ночь. На тренировке снова будет чем занять голову, а сегодня у него совсем нет сил на новый план по завоеванию Вуди.

[15:27]: племянник промахнулся
[15:35]: что тебе от меня нужно, чудовище?
[15:37]: пока ты мне не писал всё было зашибись, теперь вот настроение ниже среднего. на этом всё, надеюсь?
[15:38]: и попробуй по ночам спать - я слышал, что это положительно влияет на уровень интеллекта

Телефон подсвечивается, изрыгнув четыре длинных вибросигнала, и на заблокированном экране вновь высвечивается старый номер Дэя. Скрывший текст сообщений от любителей заглянуть в экран, Бейкер смахивает пуши, откидывает одеяло и рывком садится на кровати. Это что, шутка такая? В груди теплеет от привычного насмешливого окраса текста, Сайрус мысленно читает его голосом Вуди — нового, повзрослевшего Вуди, который варит кофе, носит кожаные куртки и больше не реагирует на его кретинские шутки — и улыбается, запустив пальцы во влажные волосы. Перечитывает еще раз, игнорирует обидные выпады, которые с малой долей вероятности имели цель его задеть, и мысленно шлет его на хуй.

[15:40]: Кристофер или Доминик? я всё помню
[15:40]: почему у них твой телефон?
[15:40]: а если бы я отправил дикпик?????????
[15:40]: к слову твои подъебы должны быть противозаконны в этом штате
[15:41]: у меня от них сердце шалит
[15:41]: сомневаюсь, что это положительно влияет на интеллект
[15:41]: да, спать по ночам реально влияет положительно
[15:41]: (только если с тобой)
[15:42]: :wink:

Пулеметной очередью отправляет шесть сообщений и выжидает, положив телефон на подушку. Хочется холодного пива. Им давно не семнадцать, но Бейкер вновь чувствует эту дурацкую сладость ожидания в груди, как тогда, когда перед сном Вуди отправлял пошлые приятности, на которые у него беспроигрышно вставало. Прежний Дэй ответил бы в ту же минуту, но чего ждать от Дэя версии два, обновленного и пофиксившего все баги, затрагивающие жизнедеятельность, Сайрус не знает.

Подумав, он набирает «я соскучился», но так и не решается отправить; стирает до того, как палец успеет нажать на send. Сообщение, которое подразумевается как шутливое, до одури сквозит отчаянием. Подумав немного, он набирает еще два сообщения и переворачивает телефон экраном вниз, уверенный, что ему ответят не сразу. Если вообще ответят.

[15:44]: круто, кстати, что не удалил мой номер
[15:44]: очень мило с твоей стороны!

+2

4

У Вуди чёрный пояс по игнорированию - мастерски притворяется глухим и слепым в отношении призывно вибрирующего телефона, отлично зная кто ему там написывает. Пожалуй, умей он читать мысли и знай, что Бейкеру от него в самом деле нужно кроме самоутверждения и лишней галочки в списке побед, было бы проще. Но чего нет того нет - работать с имеющимся материалом умеет не хуже, чем игнорировать в надежде, что всё как-то само решится. В общем-то от переписки, умышленно растянутой им во времени, от него в любом случае не убудет (можно было бы и вовсе без неё, но поздно пить боржоми) - логичнее держать мастера сомнительных подкатов на чётко выверенном расстоянии, чем провоцировать его на попытки реализации новых планов по завоеванию молчанием. Главное случайно не усугубить ситуацию, проявив слишком много инициативы - никаких ответов сию минуту, забыть про телефон как про предмет, вечно маячащий в руках, и прочее, прочее, прочее. Сегодня ему, в общем-то, повезло - было чем заняться помимо поддержания сомнительного диалога и без искусственно синтезированных очень важных дел.

Заседание Мии закономерно сперва задержалось, затем длилось дольше, чем ожидалось, клиенты не спешили отпускать редкого зверя восвояси, не задав миллион вопросов, и всё это привело к незапланированным сверхурочным Вуди. Беспокойная старшая сестра успела написать с десяток сообщений в стиле «всё очень плохо», отчаянно игнорируя ответные «it's ok». А это она ещё не знала, что Шон после пары дней качественной обработки уверовал в позицию человека, знавшего его жену дольше него, что от ужина в ресторане никому хуже не станет (в конце концов если Мия не желает думать о себе, то Вуди вполне справится за неё) и двух детей на своей шее в течение одного дня человек, участвовавший в воспитании Венди, выдержать в состоянии - не сахарный. И, в общем-то, он и впрямь справлялся, даже не считая часы до освобождения. В качестве награды: день, прошедший незаметно под шум, гам и вялые попытки с его стороны остановить вакханалию, правда в его случае скорее отрабатывало «если безумие нельзя остановить, то его нужно возглавить».

К вечеру из них троих спать хотел скорее он, чем два светловолосых вихря, но и их артистично зачитывающий сказки в лицах дядя умудрился усыпить, потратив на подобный финт ушами неприлично много времени. И это всё на самом деле было не столько проблематично и даже не про самопожертвование, а всё больше про терапию. Ощущение собственной нужности и важности, шанс позаботиться о ближних,  безусловная любовь и привычные сценарии, ассоциирующиеся исключительно с правом на долгую и счастливую жизнь, полную впечатлений и приключений - всё это влияло на Вуди положительно. И все неравнодушные это прекрасно видели, даже не зная наверняка, зачем вернулся, почему и как долго его прессовала Лесли, чтобы он перестал отмораживаться и наконец-то уже перестал буксовать в городе, где ему делать больше нечего. А главное сдал уже не пригодившееся кольцо в ломбард.

Пока он строил свою лакшери жизнь среди небоскрёбов, отчаянно цепляясь за возможность создать новую ячейку общества, в результате выбрав свободу и разбитое сердце, искренне обожаемые им племянники успели вырасти и сильно измениться, родители заметно постарели, пусть пока это почти не бросалось в глаза, если не вглядываться, а старшие сёстры, что удивительно и Лесли тоже, в самом деле стали похожи на тех самых взрослых, над которыми они втихаря посмеивались в детстве, Венди в свою очередь вступила в неравный бой с гормонами и желанием бунтовать бессмысленно и беспощадно - разница бросалась в глаза. Так получилось, что он пропустил даже больше, чем предполагал, и не был уверен, что не зря, но время не отмотать назад невозможно и единственное, что он мог, так это восполнить пробелы здесь и сейчас. И ему чертовски нравились все эти семейные посиделки, подмены, подхваты и какая-то странная размеренная, но полная впечатлений жизнь, состоящая из приятных сердце мелочей. Подбросить Венди, забившись никому не рассказывать, что прокатил её с ветерком до школы, напиться вина с Лесли и вернувшимся с тяжёлой смены Чарли, переругавшись из-за ценности творчества очередного сомнительного дарования, посидеть с мальчишками Мии, принудительно отправляя её проветриться и насладиться рабочим процессом, покрутиться вокруг отца в гараже, абсолютно ничем не помогая, но отлично развлекая занимательными историями и байками, приготовить в две пары рук ужин на всю их огромную семью с матерью, не забыв принести с собой бутылку красного полусладкого - по большому счёту все бы справились без него, но и ему находилось место, и этого ему, пожалуй, страшно не хватало вдалеке от их шумного семейства.

Ему бы хотелось себе такой жизни на постоянной основе, но в ближайших планах скорее жизнь в дороге в поисках города своей мечты, чем попытки гнездоваться и притворяться, что это абсолютно точно его. Как бы странно это не звучало, но Бейкер, пожалуй, не самое дурацкое воспоминание о родном городе, и наверняка не самое худшее, если закрыть глаза на предпоследний финт ушами. Знакомые улицы ассоциировались с внутренней зажатостью и собственной неправильностью - ощущения застарелые, едва ли причиняющие теперь уже ущерб и совсем не мешающие чувствовать себя комфортно в черте города, не боясь встретить старых знакомых, но всё же не имеющие ничего общего с тем, о чём бы ему хотелось думать, накручивая километры по улицам в поисках очередной жемчужины для своей коллекции. Из ценного у него в Сакраменто разве что люди. Родные и тёплые, обнимающие крепко и отчитывающие привычно за каждую сделанную им глупость.  Знает, что будет возвращаться регулярно, снова и снова удивляясь тому, сколько пропустил, но для себя здесь места наверняка не найдёт. По крайней мере сейчас ему казалось так, а переубедить его никто не пытался - так уж у них в семье было заведено.

///

- Ни одна ваза за время моего дежурства не пострадала,- хозяев дома встречает, сидя за барной стойкой и бездумно листая ленту инстаграма, самоотверженно убравшись и даже помыв посуду. Приветственно машет рукой и заговорщески прикладывает палец к губам, требуя тишины - ещё раз уложить мальчишек будет проблематично даже для мастера подобных дел. - И твои награды, Шон, кстати, тоже. В следующий раз приеду к вам на такси и буду требовать выпить со мной вина по возвращению.

Прибедняется искусства ради, улыбаясь и совсем не жалея о сделанном выборе, прощается наскоро, пообещав встретиться в субботу у Лесли, и спешно отступает, напоследок удостоившись очередного обеспокоенного взгляда от сестры. Когда-нибудь она обязательно свыкнется с мыслью, что её брат в самом деле вырос и в состоянии справиться с мотоциклом, минуя больницы и реанимации. А может быть это им и не нужно - привычные препирательства и недовольство Мии стали такими привычными, что ничего менять уже и не хочется.

///

Квартира встречает до сих пор непривычной тишиной, разбитой на части требовательным мяуканием откуда-то из-под куртки, сброшенной на комод - у Винса свои смешные привычки. Делает круг по стратегически важным местам: сперва в душ, старательно игнорируя сомнительные флэшбеки, затем переодеться в свободную домашнюю одежду, разогреть очередной контейнер из ресторана в микроволновке, и приземлиться в излюбленное кресло, закинув ноги на журнальный столик, видимо, исключительно затем, чтобы вспомнить о непрочитанных сообщениях одной назойливой персоны. Мог бы игнорировать его до завтра, но руки сами тянутся к телефону, пролистывая диалоги до нужного чата и являя на свет чужой поток мысли.

[15:40]: Кристофер или Доминик? я всё помню
[15:40]: почему у них твой телефон?
[15:40]: а если бы я отправил дикпик?????????
[15:40]: к слову твои подъебы должны быть противозаконны в этом штате
[15:41]: у меня от них сердце шалит
[15:41]: сомневаюсь, что это положительно влияет на интеллект
[15:41]: да, спать по ночам реально влияет положительно
[15:41]: (только если с тобой)
[15:42]: :wink:

Фыркает в бокал белого сухого, в очередной раз удивляясь способности Бейкера быть невыносимо дерзким и в тоже время привлекательным в своей манере общения. Может быть у него какой-то сбой системы? Или беды с головой и поэтому ему нравится? Или Сай успел его укусить, а теперь просто как игуана выжидал, когда он уже откинет коньки, наслаждаясь действием токсинов? Это бы многое объяснило.

В задумчивости теребит лезущую в лицо влажную после душа прядь, накручивая её на палец и тут же отпуская - на самом деле всё не так плохо, как он себе успел нафантазировать. Всё ещё недостаточно хорошо, чтобы вдруг сдаваться и бежать сломя голову на поклон к Сайрусу с просьбой повторить парочку предложений, озвученных в день их последней встречи, чтобы у него был шанс согласиться, но всё же. Да и, в самом деле, это правда не нужно ни ему, ни Бейкеру - тот просто упрямее и больше про иррациональные взбрыки, чем про здравый смысл.

Вуди отлично помнит, как ждал сообщения с этого же номера, нервно крутя в руках старый телефон и глупо улыбаясь полученным текстам, не сказать, что в самом деле смешным или претендующим на звания шедевров в эпистолярном жанре. Дело было исключительно в эмоциях и том, как он дорожил Сайрусом и их тайной на двоих, ждал возможности прижаться, коснуться и спрятаться от всех за дверями, чтобы побыть уже не с версией Бейкера для всех, а той, что принадлежала только ему. Но времена изменились и отвечать тут же уже не комильфо. Как и выжидать ответа, боясь нечаянно уснуть.

Им всё-таки не по семнадцать. И они уже успели наломать дров, каждый по небольшой поленнице, как по отношению друг к другу, так и в совершенно несвязанных историях - наверняка он не знал, но был уверен, что Сайрусу на самом деле есть что ему рассказать, но не был уверен, что хочет слушать. Поэтому и не спрашивал. Да и сам не горел желанием устраивать душевный стриптиз и делиться всем, что было за душой - по факту чужие друг другу люди, а все эти попытки вернуться в прошлое никогда и никого приводили к счастливому финалу.

Листает ниже, заметив, что прочитал ещё не всё и беззлобно чертыхается, чувствуя как его загнали в очередной капкан - окей, гугл, как отозвать положительный отзыв о происходящем?

[15:44]: круто, кстати, что не удалил мой номер
[15:44]: очень мило с твоей стороны!

1:0, Сайрус Бейкер открывает счёт. Отложив от греха подальше телефон на время, делает пару глотков вина, изучает потолок на предмет трещин, которых на самом деле не было, и закусывает губу, размышляя как выкручиваться. Казалось бы, какая мелочь, а как бесит. Впрочем, из них двоих словами жонглировал лучше он, а значит не всё потеряно.

[23:15]: их трое, умник, ты забыл про сына Лесли
[23:15]: надеюсь, что тебе стыдно
[23:17]: с тобой говорил Доминик
[23:17]: ну, знаешь, мне обычно не присылают дик пики. так что я спокойно даю свой телефон детям, если мне очень нужны пять минут тишины - у тебя с этим какие-то проблемы?
[23:17]: просто не делай глупостей и помни про детей - не ломай им психику

Уже набирает «и да, к слову, их родители юристы», но не отправляет и стирает всё к чертям - как будто ему всё-таки пятнадцать и он спорит чья семья круче. Глупости какие-то. Ему проще не давать больше племянникам телефон без включенного детского режима во избежание неприятностей, да и Бейкеру должно хватить мозгов держать себя в рамках приличий. Наверное. Тихо вздыхает и продолжает зачем-то отвечать, не желая оставлять за Сайрусом последнее слово и, если честно, почти втянувшись в эту сомнительную переписку - общаться с бывшим, когда тот не маячит перед глазами и не лезет в его личное пространство руками без спроса было проще.

[23:19]: что ещё объявишь противозаконным?
[23:19]: шалящее сердечко - это не шутки, сходи к кардиологу
[23:19]: вот оно что. ты просто хотел выспаться в моей кровати? а я и не понял
[23:20]: тебе нужно научиться выражать свои мысли яснее
[23:20]: и поработать над контролем конечностей
[23:20]: так сказать, бесплатная рекомендация от старого друга - пользуйся, мне не жалко

Гипнотизирует экран с минуту, пытаясь оценить допустимую степень своей пиздливости, а главное возможные последствия выхода за рамки стабильного равнодушия - в самом деле не понимает, чем это всё может обернуться, но после тяжёлого дня и влитого в себя бокала вина, чувствует себя в лживой безопасности. Как будто его уже не догонят, не найдут и не причинят никакого вреда, профессионально прожимая все болевые точки в случайной последовательности, возможно, что даже не умышленно.

[23:22]: не тешь себя надеждами, у меня просто хорошо развитая интуиция
[23:22]: кто ещё мог писать мне в ночи со скоростью пулемёта?
[23:23]: ты, кстати, не ответил, что тебе от меня нужно
[23:23]: мне любопытно
[23:23]: а и да. откуда номер? не удалил что ли?

Порывается добить вопросами с претензией в стиле «куда смотрел твой менеджер», но вместо этого благоразумно гасит экран и сбегает от неприятных мыслей, царапающих изнутри после полноценного осознания, что он ведь в самом деле помнит номер спустя столько лет, в спальню. Результаты его сегодняшней общительности малодушно нарекает проблемами завтрашнего Вуди - так проще.

[NIC]Woody Day[/NIC][STA]i don't care[/STA][AVA]https://i.yapx.ru/KYQLF.png[/AVA][LZ1]ВУДИ ДЭЙ, 26 y.o.
profession: журналист;[/LZ1]

Отредактировано Joshua Dust (2021-01-15 23:19:58)

+1

5

Бейкер терпеть не может ждать. Он отрубается, едва голова касается подушки, и крепко спит до самого заката, сбегая от давящей реальности в глубокий сон без сновидений. Тушится в собственном соку, вертится, путаясь в одеяле ногами и просыпается от судороги и дурацкого ощущения слабости, словно избитый палками. За окном уже темно, из окошка мансарды видно кусочек звездного неба, подернутого тонкой облачной вуалью. С нижнего этажа доносятся звуки несмолкаемого сутками телевизора и лязг приборов — ужинают. Судя по запаху, рыба и брокколи. За годы в спорте он привык не зацикливаться на пресной и невкусной еде, считающейся полезной, а его мать, сидящая на диете больше лет, чем он себя помнит, продолжает пичкать семью пропаренными продуктами без глютена, ГМО и прочих сложных слов.

Он разглядывает отблески огоньков супермаркета напротив, пляшущие на потолке, и с минуту пытается понять, какое время суток за окном и какое сегодня вообще число. Сны на границе дня и вечера всегда выбивают из колеи. На автомате нашаривает телефон под подушкой, щурится от яркости экрана и с явным неудовольствием отмечает 22:23 на дисплее, три уведомления от инстаграма и спам-письмо на почте. Экран гаснет. Никаких сообщений от Дэя. Стоило ли ожидать чего-то другого?

Стягивает через голову сырую футболку, сгребает с кровати влажное постельное белье и бросает в корзину, где уже томятся вещи с поездки в ожидании, что миссис Бейкер заберет их вниз. Второй за день душ освежает и снимает сонное оцепенение. Сайрус апатично втирает в кожу пену и бессознательно вспоминает ночь у Дэя, когда тот вылавливал его из ванны ценой собственной безопасности. Невольно улыбается, вспоминая его прихуевший и одновременно обреченный взгляд, когда пришлось снимать с него мокрую одежду. От одного воспоминания волосы на руках поднимаются. Не будь он слишком пьян, а Дэй — слишком благоразумен, шутки закончились бы где-нибудь на горизонтальной поверхности в его уютной квартирке. Например, совсем неплохо прилипнуть мокрой спиной к диванчику ради такого веселья, а то кровать у него всё-таки узкая. Сайрус упирается одной рукой в плитку и встает под теплые струи, закрыв глаза.

Представлять Вуди легче легкого: в подростковые годы он был достаточно впечатлительным, чтобы воспоминания отпечатались на подкорке на всю жизнь, как фотокарты, вклеенные в семейный альбом. Ему интересно, насколько Вуди изменился, есть ли предпочтения, готов ли к экспериментам. Сухой поцелуй в баре не отбил желание, напротив, стал вызовом для него, привыкшего, что чем сложнее трюк, тем приятнее им овладеть. Главное, не считать синяки и не сдаться в шаге от успеха: что в спорте, что в личной жизни он вооружается всеми козырями и идет ва-банк. Такая уверенность когда-то приносила ему нескромные победы. Так и с Вуди: решив выбрать хоккей, он поставил на кон отношения и выкупил себе недолгую, но яркую карьеру, о которой сейчас мало кто вспомнит. Даже тренеры склонны переключать всё свое внимание и ресурсы на тех, кто подает больше надежд и потенциально способны стать сенсацией сезона.

Бейкер давно не игрок, но кое-что в нем остается неизменным, например, азарт и уверенность в собственных силах. Он вспоминает его короткий оценивающий взгляд там, в ванной, и закусывает нижнюю губу, потянувшись рукой к члену. Когда Вуди возбужден, его зрачки ширятся как кляксы на салфетке и заполоняют всю радужку; природа подарила ему ебейшие глаза, от которых у Сайруса крышу рвет. Даже сейчас. Он отталкивается от стены, закусывает кулак и размашисто дрочит, фантазируя о том, чем мог закончиться тот вечер — редкий случай, когда у него встает на отходосах от пейнкиллеров.

— Блядь, — выдыхает, спуская на собственный силуэт, отражающийся на плитке.

Наспех смывает с себя пену, вытирает запотевшее зеркало, из которого ошарашенно смотрит на себя абсолютно дикими глазами, затем набирает прохладную воду в сложенные лодочкой ладони и хлопает себя по порозовевшим щекам. Нужно проветрить мозги.

В спальне Бейкер быстро переодевается в сухое и чистое, заправляет кровать и незаметно выбирается из дома: по телевизору идет воскресное ток-шоу, где нервные и крикливые люди проводят чужие судьбы через мясорубку, и такой трэш вполне по вкусу его родителям. В кого Сайрус пошел со своей нелюбовью к телевизору — открытый вопрос. Возможно, это имеет отношение к совокупной нелюбви ко всему, что навязывают предки. Для них на свете есть только два мнения: свое собственное и чужое неправильное, и границы этого неправильного расширяются до масштабов вселенной, перемалывая в гигантских жерновах презрения все личные интересы сына. Сайрус привык.

Он заводит автомобиль и ставит музыку погромче, выезжая со двора в сторону ближайшего фастфуда с drive-thru в надежде раздобыть двойной чизбургер с картошкой и большой колой, чтобы впасть в холестериновую кому. Круглосуточный ресторан приветствует его прохладным голосом девушки-оператора, равнодушно зачитывающей детали заказа. Сайрус подтверждает озвученный список и оплачивает, приложив телефон к терминалу, а пока ему собирают еду, переключает станцию и слушает романтические баллады, посвистывая в аккомпанемент.

[сейчас]: входящее сообщение от bae
[сейчас]: входящее сообщение от bae

Бейкер буквально подскакивает в кресле и тянется к телефону, будто он живой и может убежать, не позволив прочитать, но гаджет как назло выскальзывает из рук и проваливается вниз под педаль — приходится напрячься, чтобы достать.

[23:15]: их трое, умник, ты забыл про сына Лесли
[23:15]: надеюсь, что тебе стыдно

Ну, ёб твою мать, Вуди. Ты серьезно решил нарушить молчание в радиоэфире ради вот этого.

— Ваш заказ, сэр, — ему подают бумажный пакет, из которого божественно пахнет едой дьявола.
— Спасибо. Доброй ночи, леди, — он вежливо улыбается, забирая пакет в салон.

Приходится отъехать, чтобы не препятствовать другим машинам, и за это время успевает прилететь еще три сообщения. Сайрус держит телефон одной рукой и снимает блокировку, чтобы прочитать. Такой улыбкой улицы бы в сочельник освещать.

[23:17]: с тобой говорил Доминик
[23:17]: ну, знаешь, мне обычно не присылают дик пики. так что я спокойно даю свой телефон детям, если мне очень нужны пять минут тишины - у тебя с этим какие-то проблемы?
[23:17]: просто не делай глупостей и помни про детей - не ломай им психику

Сайрус нетерпеливо стучит пальцами по рулю, прибавляет скорость, чтобы скорее доехать до парковки, где сможет поесть по-человечески. Он пытается уместить в груди огромную как сахарная вата радость. С каких-то недавних пор сообщения от Дэя снова стали важными, поэтому пуш-уведомления, забившие дисплей, работают как эйфоретики, превращающие мозг в счастливую жижу.

[23:22]: не тешь себя надеждами, у меня просто хорошо развитая интуиция
[23:22]: кто ещё мог писать мне в ночи со скоростью пулемёта?
[23:23]: ты, кстати, не ответил, что тебе от меня нужно
[23:23]: мне любопытно
[23:23]: а и да. откуда номер? не удалил что ли?

— Ну, охуеть теперь, Вудс, — говорит смартфону, паркуясь на безлюдной части аллеи, где днем подростки катаются на досках.

Еда во влажном пакете источает аппетитный аромат на весь салон, но Бейкер игнорирует позывы желудка, первым делом отстегивая ремень безопасности и отодвигая сиденье назад.

[23:25]: спасибо Доминику за твою разговорчивость :)
[23:25]: обещаю предупреждать перед тем, как слать тебе член
[23:25]: предупреждаю!
[23:25]: шучу!!!

На секунду смотрит на свой пах, прикидывает оценивающе собственные возможности и возвращается к тексту, решив не доводить никого до греха. Есть шанс, что на этот раз переписка продлится дольше, и проебывать его не хочется. Не сейчас, когда ночь такая ясная, когда по радио льются медовые песни из сороковых, а рядом ждет целый двойной чизбургер с картошкой и холодной колой со льдом.

[23:27]: считаю противозаконным твои долгие ответы.
[23:27]: ты же знаешь, что я ненавижу ждать
[23:28]: а что не так с моими конечностями? я вроде их достаточно контролировал в прошлый раз...
[23:29]: или ты хотел, чтобы я наоборот распустил руки?
[23:29]: намеки были слишком туманными, я не считал, прости!
[23:30]: в следующий раз исправлюсь
[23:30]: номер, кстати, может и удалил, но у меня хорошая память
[23:30]: особенно когда речь идет о тебе

Он откидывается на спинку кресла и глубоко вздыхает, игнорируя во второй раз его вопрос о цели его доебов. Вуди ведь умный, сам догадается, если уже не. Мог бы заблокировать или отшить парой не очень приятных фраз, если бы захотел — он умеет, критик хренов, — но, очевидно, не хочет. Сайрус раздумывает немного и вновь берет в руки телефон, зная точно, что получит ответ.

[23:33]: я планирую поужинать, не хочешь присоединиться?
[23:34]: могу заехать за тобой
[23:34]: можешь даже не прихорашиваться
[23:35]: тебе очень идет твой новый имидж
[23:35]: удивительно, почему ты один

С сомнением смотрит на последнее сообщение, которое успевает дойти до адресата за долю секунды, которое, возможно, не стоило писать, и на которое, возможно, не получит ответ, а затем отбрасывает телефон на приборную панель, чтобы поесть, наконец. Грудь распирает воздушным шариком, словно вмазался как в старые-добрые в Сан-Хосе, когда еще не мог смириться с травмой. Бейкер не находит этому объяснения, ведь еще пару недель назад не планировал ничего подобного, а сейчас сидит в обнимку с телефоном, как влюбленная школьница, которая жадно перечитывает сообщения, не несущие большой смысловой нагрузки. Он разворачивает свой бургер, шурша бумагой, широко открывает рот и хорошо откусывает, пытаясь сосредоточиться на вкусе еды, а не на послевкусии от эсэмэсок. Пока что ведут сообщения.

+1

6

Сбегал с поля боя, где вместо оружия каждому выдали по двадцать шесть букв и пару правил составления слов-предложений, уверенный, что уснёт в момент. Тщетные надежды разбились о суровую реальность, в которой не ложился раньше двух по собственной воле и в здравом уме, незамутнённом ни болезнью, ни алкоголем. Изучает потолок двадцать минут к ряду, прокручивая в голове вчера-сегодня, лица людей, мелкие детали, слова, ловя себя на том, что помнит пару смсок с хорошо известного номера наизусть. Устав от переливания пустого в порожнее, привычно переключается на ворох рабочих задач, хранящихся в оперативной памяти - вспоминает, что остался недоволен парой фраз в отправленном материале, но вскакивать, чтобы поправить не спешит: осознанно запрещает себе работать сутками во избежание выгорания и прочих потенциальных сложностей в деле своей жизни, для решения которых придётся перевернуть всё с ног на голову, а может быть и вовсе научиться делать что-то ещё. Легок на подъём, но глобальных перемен боится - это, в общем-то, нормально. В его жизни не так много констант, чтобы за них не держаться: семья, да работа. В остальном никакого постоянства и каких-то правил, которых можно было придерживаться без раздумий - отсутствие дисциплины ему по нраву, но зачастую именно расплывчатость планов вставляет палки в колёса. Впрочем, не жалуется. Плохо себе представляет творческую работу в жёсткой сцепке с правилами, режимом и ежедневной рутиной по кругу - это даже звучит противоестественно. И сбитый режим в принципе не такая уж серьёзная плата за всё, что ему так нравилось.

Изрядно подустав просто лежать, сдаёт позиции и возвращает себя в мир бодрствующих без особых сожалений, рывком вытаскивая из-под одеяла - на завтра из планов исключительно пункт «наслаждаться жизнью», а он включает в себя отключение всех будильников и даже звука на телефоне (спать любит даже больше, чем есть). Размытой тенью следует по неосвещённым комнатам, ловко лавируя между мебелью и избегая углов. Его жильё до отвращения тихое, если прислушаться, можно услышать собственное сердцебиение - ощущения ниже среднего, даже странно, что возможность снимать жильё самостоятельно стала для него не поводом для радости, а скорее наоборот, но попробовать всё равно стоило. Привычно включает телевизор, не видавший на своём веку ничего кроме стрим сервисов и ютуба, делает потише, не стремясь создать видимость вечеринки от заката до рассвета - банальный фоновый шум для атмосферы. Под чужие голоса и приятный бит курсирует по комнатам в поисках новой пачки сигарет, гладит кота, проходя мимо раз-два-три - Винс, не просыпаясь, урчит в ответ на нехитрую ласку, предпочитая игнорировать ночные похождения хозяина, а не участвовать в них. Вуди его понимает.

Уже с зажатой между губами сигаретой и зажигалкой в руках натыкается взглядом на телефон, брошенный во избежание продолжения сомнительных диалогов на диване, смотря на него с подозрением - как будто тот может ожить и броситься на него, требуя крови, угрожая ему ножом и выворачивая руки. Цыкает тихо, журя себя за глупые мысли, подхватывает бесправный кусок металла и скрывается на балконе, попутно заворачиваясь в плед - на улице свежо, а болеть некогда.
Вообще всё некогда, хотя казалось бы, чем он вообще занят.

Зажигалка привычно упрямится - мог бы давно заменить её на какой-нибудь модный вариант zippo, лишив себя нужды бороться со своенравным механизмом, но дьявол кроется в деталях. Прислушивается к звукам города, в очередной раз удивляясь тому, как по-разному звучат улицы Сакраменто и Сан-Франциско - симфония первого ему созвучнее. Мигают светофоры, мимо проезжающие машины вскользь освещают его крепость одиночества, где-то истошно орёт сирена, под балконом проходит шумная компания, смеясь и переругиваясь - городу абсолютно всё равно, чем занят юный гедонист, он отвечает ему тем же.

Вуди прячет ноги под себя, проявляя удивительную гибкость для человека не признающего спорт как хобби и формируя из пледа подобие кокона, лениво затягивается в самом деле наслаждаясь процессом и не ища себе оправданий - дело не в нервах, ему просто нравится сама возможность на пять минут выключится из потока информации и впасть в своего рода транс. Идея залезть в чат, полный воспоминаний о былом и напоминаний о несбывшемся, сейчас уже не кажется такой уж плохой - почему нет? Бейкер был мил, насколько мог, конечно, и заслужил свою сахарную косточку в виде своевременного ответа - Вуди отлично знал, что тот ненавидит ждать, а ему всё равно скучно и, пожалуй, одиноко. О последнем, конечно, писать не собирается, впрочем как и о том, что втянулся в происходящее, воспринимая расстояние как аналог рыцарских доспехов. Определённо лишняя информация, не предназначенная для чужих ушей.

[23:25]: спасибо Доминику за твою разговорчивость :)
[23:25]: обещаю предупреждать перед тем, как слать тебе член
[23:25]: предупреждаю!
[23:25]: шучу!!!

Привычно закатывает глаза и предпочитает оставить очередную шутку за триста без комментариев - можно было бы, конечно, осадить ёмким «видел, не впечатлился», но зачем? Чтобы он не отвечал на такие вот детские то ли попытки взять его на слабо, то ли проверки на интерес, меньше их не станет. Вернее, он бы правда мог всё это закончить, отбив желание Бейкера ему написывать, парой нелицеприятных эпитетов и жёстких аргументов почему ему всё это не упало, писать которые в самом деле умел, при чём ещё вчера, но ему не хотелось. Политика партии звучала так: «этот парень и впрямь может придумать способы добиться его благосклонности ещё тупее и более раздражительные», но и это на самом деле можно было пресечь - себе Дэй не врал и предпочитал не закрывать глаза на очевидное. Если постоянно говорить «нет», не отступаясь и не давая послаблений, то Сайрус должен сдастся - в теории. На практике Вуди был уверен в себе (а это главное в их ситуации) и относился к происходящему как к встрече старых друзей с историей знакомства дольше, чем пара дней. И собирался получить от незатейливых диалогов удовольствие, невольно раз за разом ощущая в груди свербящее чувство от узнавания стиля общения собеседника, как будто им правда снова по семнадцать и во всём этом есть какой-то смысл. По крайней мере старался. Пальцем снизу-вверх, глазами по очередному потоку чужой мысли, ловя себя на глупой улыбке родом из прошлого - был идиотом, идиотом и остался.

[23:27]: считаю противозаконным твои долгие ответы.
[23:27]: ты же знаешь, что я ненавижу ждать
[23:28]: а что не так с моими конечностями? я вроде их достаточно контролировал в прошлый раз...
[23:29]: или ты хотел, чтобы я наоборот распустил руки?
[23:29]: намеки были слишком туманными, я не считал, прости!
[23:30]: в следующий раз исправлюсь
[23:30]: номер, кстати, может и удалил, но у меня хорошая память
[23:30]: особенно когда речь идет о тебе

Короткий вздох - вот и вся реакция. Ворошить прошлое особой охоты нет, пропускать мимо ушей сомнительные высказывания, бередящие старые раны, кажется, неправильным - есть вещи замалчивать которые себе дороже, вещи и чувства. Удивительно как только Бейкеру удаётся притворяться, что ничего не было, как будто бы они расстались по обоюдному согласию - устали друг от друга или что-то такое, а школьный роман просто-напросто не смог пережить смены ценностей и ориентиров, потерпев крушение при столкновении с поездом с кодовым названием «взрослая жизнь», оставив после себя исключительно приятные ощущения, став плодотворной почвой для светлой ностальгии. Подарив вот это смешное чувство узнавания и в тоже время неловкости при общении - нечасто приходится сталкиваться с уже чужим человеком, знающим тебя глубже, чем среднестатистический знакомый или друг.
Но ведь всё было не так.

И даже, если Сайрус его не забывал, как гласит последняя сводка новостей, для Вуди ничего не поменялось - его просто оставили по ту сторону успеха, не удостоив попыткой защитить от осуждения и встречи один на один с действительностью, и ладно бы с ним хотя бы честно поговорили, но нет. И даже предупреждения, что он там напоследок ляпнул, рисуя у него на груди мишень, он не заслужил. Вот человек был рядом, а вот его уже нет - испарился, укатил в своё долго и счастливо, напоследок прикопав верного влюблённого щенка, заглядывающего в глаза и весело машущего хвостом. Как вообще можно что-то подобное забыть? Понимание причин побега и принятие пришло со временем - Вуди уже не злился, не считал предателем, не жаждал справедливости, мести или высказать всё, что он об этом думал - что было, то прошло. Поэтому и помог там в баре, и не послал нахрен сразу, и сейчас нет-нет да отвечал, да в принципе отнёсся по-человечески. Но вот принять малодушие и спрятанную голову в песок не смог, вернее по-прежнему зачем-то хотел услышать от исполнителя, что он чувствовал в тот момент и потом, ну или хотя бы увидеть понимание, что некоторые вещи в самом деле делать не стоит - наверняка были варианты посимпатичнее, наверняка можно было предупредить, позвонить, раз помнил номер, хотя бы убедиться, что он вывозит всё то дерьмо, что ему организовали в благодарность за привязанность и преданность. Но, видимо, не заслужил. А теперь вот как. Память хорошая оказывается.

[23:37]: знаю. сам додумаешься почему долго отвечаю или подсказать?
[23:37]: видимо, не всё помнишь
[23:37]: пожалуй, откажусь - не люблю, когда лезут в моё личное пространство без спроса
[23:37]: что-то твоя хорошая память отказывала тебе 9 лет
[23:38]: несостыковочка

Убеждается, что его пассивная агрессия, продиктованная обстоятельствами, доставлена и возвращается к прочтению с того места, где молчать уже перехотелось. Читает кусками, отлично зная и себя, и Бейкера - последний вполне мог здорово вывести его из себя одним сообщением, а он сам на взводе отвечать уже не будет вовсе. И раз уж своё стратегическое молчание ему пришлось прервать по независящим от него причинам, больше оставлять последнее слово за Бейкером не собирался. Смутно догадывается, что это глупо, и вообще ребячество какое-то, как и вполне справедливо предполагал, что причиной его удивительно позитивного (местами даже боевого) настроя был вовсе не сам Бейкер, а стечение обстоятельств, но ему, пожалуй, нравится вот так. Без ощущения загнанности в угол, с чувством, что занос управляемый от и до. Неплохой получился аттракцион и почти задаром.

[23:33]: я планирую поужинать, не хочешь присоединиться?
[23:34]: могу заехать за тобой
[23:34]: можешь даже не прихорашиваться
[23:35]: тебе очень идет твой новый имидж
[23:35]: удивительно, почему ты один

Предложению не удивлён, зато уже жалеет, что решил ответить сразу - остаётся только надеяться, что его «нет» прозвучит достаточно убедительно для мистер вижу-цель-не-вижу-препятствий. Впрочем, даже если нет, дверь ему никто открывать всё равно не собирался. Вуди, конечно, дважды повторил вопрос какого чёрта Бейкеру от него нужно, но это всё больше искусства ради. Итак отлично понимал, что от него нужно и в чём суть интереса - в самом деле хорошо его знал и никогда не идеализировал, просто хотел проверить осилит ли Сайрус прямо сказать, чего добивается будучи предположительно трезвым - кажется, спортсменам нельзя пить регулярно, по крайней мере Вуди где-то об этом читал. Заинтересован ли он сам не озвученным предложением в принципе? Видимо, нет. И ему бы хотелось в этом не сомневаться - слишком много но, слишком много нюансов, обсудить которые будет проблематично, слишком болезненный бэкграунд, слишком всё это было давно. Но во всём этом есть что-то такое из-за чего сообщения читаются с улыбкой, а не с понятным раздражением. Понять бы ещё что. По-хорошему Дэй бы сам искать Бейкера не стал - ему бы в голову не пришло. И это понятно. А что сподвигло Сайруса про него вспомнить - непонятно. Может быть загвоздка в этом? Его фирменное любопытство как обычно играет против него? Или всё-таки чувство, что кое-что по-прежнему не изменилось?

[23:40]: нет, спасибо, я не голодный
[23:40]: и не верю в твои гастрономические вкусы, уж извини

Перечитывает последние два сообщения Бейкера раз пять, на автомате вытаскивая ещё одну сигарету из пачки и поджигая её. Удивительно ему. Кривится болезненно, всем нутром ощущая, как чужое неосторожное слово жжётся. Дело ведь не в имидже, наверняка, не в нём. Никогда не заострял внимания на внешнем, пытаясь кому-то понравиться, просто старался выглядеть так, чтобы из зеркала на него смотрел он сам, а не какой-то чужак, другой вопрос, что взаимосвязь между нутром и внешним почему-то другими не учитывалась в уравнениях своевременно. Вся его расхлябанность и неумение в «как все» напоказ, а в результате оказывается, что ожидалось что-то другое, привычное, ограниченное со всех сторон и вписывающееся в общую концепцию американской мечты. Градация успешности по количеству букв в должности, определение счастья исключительно по возможности рассказать о своих повышениях и достижениях - мечты и взбалмошные решения не котируются. Минус десять очков Бейкеру, к слову тоже изрядно наследившему в его жизни не лучшим образом, пара замечаний в его личное дело с восклицательным знаком, острая нужда в понимающем человеке - итоги вечера так себе.

[23:47]: имидж не главное
[23:47]: так вышло

Нарочито аккуратно кладёт телефон экраном вниз, как будто он может взорваться от неаккуратного движения, докуривая в тишине и темноте, понимая и не понимая одновременно, что его так задело. Знает, что в кои-то веки проблема не в Бейкере, но с другой стороны какая разница? Его никто не заставлял пытаться во флирт, не зная всех подводных камней. Пытался бы в обычный диалог - получил бы ещё пачку сообщений, а так уже нет. С Вуди на сегодня хватит. Бросает в пепельницу остатки сигареты, отстранённо сравнивая её со своим едва найденным равновесием и так легко потерянным из-за парочки сообщений, и тянется за телефоном исключительно ради того, чтобы написать Лесли.

[23:50]: спишь?

[23:51]: неа. что-то случилось?
[23:51]: если хочешь - приезжай. джеймс спит, чарли на смене
[23:51]: вино с тебя

[23:53]: буду через минут двадцать

Собирается спешно, послушно захватывая с собой бутылку вина из своих запасов, вызывает такси и сбегает в ночь прочь от тишины, воспоминаний и тяжёлых мыслей прямиком к человеку, способному по одному сообщению понять что с ним что-то не так. Он ведь по сути везунчик - ему всегда есть у кого попросить помощи, тишины или совета. И даже необязательно что-то объяснять, достаточно сложного взгляда, раскуренной по выходу из такси сигареты и явления на чужом пороге в ночи в принципе - всё очень просто.

Тёплый свет привычной кухни, заранее приготовленные бокалы, знакомый внимательный взгляд, умеющий видеть больше, чем тиражируется в массы, возможность помолчать и выговориться, признаться, что не отпустило и по-прежнему не по себе, если речь заходит о его одиночестве и всплывает вопрос «как так вышло», беспокойно прокручивая кольца на пальцах. Говорят долго, говорят много и не сказать, что о чём-то конкретном - Вуди не из тех, кто часами напролёт говорит о себе, жалуясь на всё подряд и жалея себя, но это всегда работало. И сегодня тоже. Дэй не в отчаянии,  не на грани, вполне успешно справился с личной маленькой драмой, просто пока дрейфовал в океане грёз и надежд, не находя себе места, и в целом оказался здесь, на этой кухне, потому что ему нужен был понимающий человек под боком, который уж точно смотрел всегда глубже внешней картинки и знал его как облупленного. Здесь ему не нужно угадывать, что о нём думают и декодировать чужие слова/жесты - это расслабляет и работает как терапия от тревоги. Под конец, глядя на отправленный в очередной авиарежим телефон, недолго взвешивает все за и против, прежде чем рискнуть покаяться в пригрешениях. Ему, конечно, придётся сперва выслушать всё, что думают о его интеллектуальных способностях и умении учиться на старых ошибках, но суть то не в этом. Лесли - его компас верных решений, там, где он забывал смотреть по сторонам, у неё всегда получалось посмотреть на ситуацию со стороны и указать на слабые места. Почему бы не воспользоваться проверкой собственных мыслей на валидность и сейчас?

«Помнишь Сайруса Бейкера?»
«Продолжай»

[NIC]Woody Day[/NIC][STA]i don't care[/STA][AVA]https://i.yapx.ru/KYQLF.png[/AVA][LZ1]ВУДИ ДЭЙ, 26 y.o.
profession: журналист;[/LZ1]

Отредактировано Joshua Dust (2021-01-19 00:10:37)

+1

7

Соус от бургера стекает по пальцам. Сайрус облизывает их и косится на вибрирующий от входящих сообщений смартфон, на подсвеченный дисплей, переполненный баннерами уведомлений. Он не спешит брать его в руки, вместо этого мнет остатки булки в ладонях и жует быстрее, почти не ощущая вкуса еды из-за предвкушения. Ладони зудятся электричеством от нетерпения. Влажная салфетка, которую в бургерной предусмотрительно положили на дно пакета, скомканная летит на пассажирское кресло, где уже сиротливо валяются мятая обертка и влажный пакет с картошкой. Он заливает в себя колу со льдом, предварительно выбросив трубочку и крышечку от разливного стакана, и тянется к телефону, который спустя пять минут швыряет в него еще два сообщения. Вот это сюрприз, Вуди потянуло на беседу?

[23:37]: знаю. сам додумаешься почему долго отвечаю или подсказать?
[23:37]: видимо, не всё помнишь
[23:37]: пожалуй, откажусь - не люблю, когда лезут в моё личное пространство без спроса
[23:37]: что-то твоя хорошая память отказывала тебе 9 лет
[23:38]: несостыковочка
[23:40]: нет, спасибо, я не голодный
[23:40]: и не верю в твои гастрономические вкусы, уж извини
[23:47]: имидж не главное
[23:47]: так вышло

Шарик, распирающий грудь, сдувается, словно наколотый на булавку. Бейкер перечитывает сообщения раз пять и вытирает жирные губы тыльной стороной ладони, пытаясь сообразить, правильно ли всё понял. Что-то выпадает из привычной схемы общения, построенной за последние сутки, и легкий флиртовый флёр тает в полуночном воздухе вместе с его настроением. Идиотский диалог, ведущий никуда, разбивается о «несостыковочку» — последнее действует как отрезвляющая пощечина, и ссыпает в труху его уверенность в собственной охуенности. Азарт и давно забытое приятное томление от переписки с пошлыми намеками, которые в грайндере  заканчиваются, как правило, одним сюжетом, сняли с него все тормоза, и даже если прежде он допускал ошибки посерьезнее, то теперь смотрит на безобидный диалог и не понимает, в какой момент стоило перестать разыгрывать из себя кретина, и нужно ли сейчас уточнять за значения, скрытые за печатными словами.

— Да пошел ты, — говорит телефону, бросает его на сиденье к остаткам нехитрого ужина и трогается с места, разочарованный неоправданными ожиданиями.

Он так и не научился правильно относиться к отказам и неудачам, его натаскивали на победу и всегда выдавали шанс на реванш. Можно проиграть битву, но выиграть войну, если не зацикливаться на провале одного дня — это всё работало, пока он был в команде. Когда он один, непозволительно долго думать о таких вещах, иначе останется только прыгнуть с моста, даже если уже почти примирился с главным поражением в своей жизни.

Две недели назад в баре он был морально готов к разным вариантам развития событий. Был готов получить отказ, исповедоваться и даже просить прощения, если того потребует ситуация, и не ради продолжения их впечатляющего знакомства, но ради какого-то искупления и во имя подленькой надежды на «а вдруг перепадет». Но гордый и независимый Дэй всё переиграл, переписал сценарий по-своему, не попав ни под один из воображаемых диалогов из головы Бейкера, который считал его нейтральную позицию и дружелюбные жесты по-своему, позволив себе лишнего. Раньше бы за это отхватил по ебалу. Девять лет назад он собственными зубами выгрыз Вуди из своей жизни, насильно запер все воспоминания за герметичной дверью и подпер спиной для надежности. Столько же лет спустя, загнанный одиночеством и истосковавшийся по человеческому теплу, вновь подвесил себя на живодерский крюк, забыв освежевать перед этим. Дерьмо, которое он прикрыл листьями и ветками, начало вновь пованивать: листья пожухли, а палки ссохлись, преступление налицо. Лучше Дэй бы и правда въебал.

Он бездумно ведет автомобиль по малолюдным улочкам ночного Сакраменто, высунув одну руку из окошка и вспарывая прохладный воздух ребром ладони. Фастфуд, съеденный в спешке, лежит в желудке камнем. Мимо проносится не очень живописный городской пейзаж со смазанными в неоновые ленты огоньками ночной иллюминации — нарочно такое на открытку не поместишь. Сайрус застревает здесь навечно. Так ему кажется, когда Сан-Хосе выпускает из холодных объятий с позорной тростью, разбитым сердцем и покалеченным суставом. В свои двадцать шесть он волочит себя по знакомому городу как бездомная псина свой мертвый хвост, и пытается вновь отвоевать себе территорию, которая уже не помнит его присутствия, а то и не желает вспоминать.

Спустя полчаса он обнаруживает себя во дворе Вуди. Выключает двигатель, выходит из машины и прислоняется спиной к водительской двери. У него нет плана и нет объяснений причин своего присутствия здесь, он задирает голову и смотрит на окна, которые предположительно принадлежат мистеру «имидж не главное». А что главное — совесть? Кое-что не меняется с годами, и это прямолинейность Дэя и наплевательское отношение к чужому мнению.

Это из-за Сайруса они скрывались от целого мира, игнорировали друг друга на улице и притворялись незнакомцами, когда сталкивались в коридорах ледовой арены после матча. Из-за бейкеровских предрассудков приходилось называть его странным перед родителями, отрицать перед друзьями факт знакомства и грубо отшучиваться в ответ на «мы видели, как ты трепался с ним, что этот фрик от тебя хотел?». Бейкер ни разу не вставал на его защиту — ни перед близкими в мирное время, ни перед всем светом после катастрофы.

Он догадывается о причинах его долгих ответов и отказов. Не нужно быть пророком, чтобы понимать, что некоторые раны до сих пор реагируют на резкую смену климатических условий. Мысленно отвечает на каждое сообщение, вглядываясь в черные оконные провалы на предполагаемом этаже, и ждет, что где-нибудь там промелькнет знакомый силуэт.

Долго отвечаешь, потому что: а) ты не простил, б) я тебя заебал, в) ты слишком долго придумываешь ответы.
Бейкер выбирает первое.

Моя хорошая память переломалась в муках, пока отрицала тебя как явление.
Стоит признать, что он пошел на это осознанно. Виноват. Почти кается.

Подловил, я ел бургер, но в следующий раз позову в нормальный ресторан.
Если появится шанс, разумеется.

А от последних двух сообщений спазм в желудке.

Он гипнотизирует окна еще с четверть часа без причин и намерений и уезжает домой в разобранных чувствах.

х х х

Сайрус тянется к телефону, едва открывает глаза. Новых сообщений нет. Растирает переносицу и давит затылком подушку, пытаясь оценить степень досады. Хроническая тревожность всегда одаривала его пачкой беспокойных снов, и в сегодняшнем комплекте было три сюжета: в первом Дэй пишет ему снова и приглашает на кофе, в другом — словно не было пропасти размером с полжизни — им по двадцать шесть, из которых девять просто душа в душу. Из-за третьего, предрассветного сна он просыпается со стояком и начинает тихо ненавидеть утро.

[09:54]: прости, я такой мудак

Отправляет прежде, чем успевает подумать и оправдать себя в своих же глазах и, не дождавшись отчета о доставке, сбегает в уборную. Если Дэй не впечатлится, то как минимум одно извинение у него в кармане.

+1

8

- Ву-у-уди! - из сна его вырывают весело, задорно и безжалостно, прыгая с бортика дивана рыбкой, совершенно не сомневаясь, что упасть не получится - поймают. Вуди, усадив юного десантника на себя же, чтобы не грохнулся, стонет жалобно, прося пощады у  требующего внимания и жаждущего общения комка энергии и воодушевления, пытаясь спрятаться от суровой реальности за диванной подушкой, прижатой к лицу. Под задорный смех сестры, даже не попытавшейся его спасти - она ещё вчера сказала ему, что утром каждый сам за себя - сдаёт позиции, включаясь в игру, и мстительно зажимает Джеймса в объятиях, лишая его возможности карабкаться по нему как альпинист по скале. Шум, гам, смех и никакого сна до победного - только дети, только хардкор.

Изрядно навозившись и наоравшись, в попытках выпросить всё-таки пощады для старого больного дяди, стабильно получая в ответ «неть!», скатывается с дивана вместе с маленькой мартышкой, полной детского восторга, и кое-как соображает что к чему, отлично понимая, что сон откладывается до завтра. Не очень-то и хотелось. Со скрипом приняв вертикальное положение, закидывает мелкого демона на плечи, чтобы самозабвенно закрутиться на кухне, больше мешая Лесли готовить завтрак, чем помогая, ощущая себя при этом, если не самым счастливым человеком с лёгким похмельем, то как минимум одним из. Ловко размазывает джем на тост, ловя равновесие за себя и за парня, послушно держащегося за его голову - вручает импровизированную взятку племяннику в виде сэндвича, состоящего преимущественно из сладкого, усаживая за стол, и привычно варит максимально крепкий кофе себе и Лесли по особому рецепту, прежде чем получает беззлобный подзатыльник за то, что мешается под ногами. Показав язык в ответ и умыкнув чашку, выскальзывает на крыльцо, намереваясь выполнить ежедневный ритуал под кодовым названием «сигарета и кофе». 

Оказавшись наедине с собой, выдыхает, мотая головой как пёс влево-вправо в жалкой попытке разложить рой мыслей по полочкам. В принципе знает, почему не уехал к себе - не хотел снова проснуться в одиночестве и утонуть в повсеместной тишине, разбавить которую коту не под силу. Никогда не произносил подобного вслух, но прочитать его было не так сложно - Лесли наверняка понимала и никогда не гнала, особо не страдая от его любви к дивану в гостиной. Гостеприимство бывает разным - в их семье оно было не про имидж душевного и щедрого хозяина, больше про возможность побыть вместе, как будто и не разъезжались никогда. Тихо улыбается своим мыслям, делает глоток обжигающего кофе и переходит к пункту, ради которого вообще вышел из дома: достать сигарету, поджечь её с третьей попытки, затянуться. Поднимает взгляд как раз вовремя, чтобы заметить подъезжающего к дому Чарли и дружелюбно помахать рукой - парень поди даже не удивился наличию Дэя на своём крыльце. Не впервой.

- Опять пьянствовали без меня, бездельники? - Вуди с улыбкой жмёт протянутую руку, совершенно не обижаясь на характеристику - в сравнении с Чарли он и впрямь бездельник, делающий деньги из воздуха. Другой вопрос, что у них с этим нет проблем - каждому по возможностям, каждому по силам. Не смотря на пугающий трудоголизм парень напротив мало чем отличался по своему мироощущению от Дэя, так что всё в порядке. В конце концов человек, мерящий всё карьерным ростом и потраченными человекочасами на достижение желаемого, не выжил бы рядом с Лесли - совершенно очевидно. Чарли не из таких, он, как ни странно, на удивление легко вписался в их большую семью.

- Не понимаю, где твоя благодарность за то, что самоотверженно развлекал твою жену, пока ты спасал жизни,- в ответ получает справедливо выставленный средний палец и, конечно же, не обижается. Какое-то абсолютно глупое чувство, требующее слишком много душевных сил, чтобы тратиться на него по пустякам. Их близость с Лесли никого не напрягала, все знали, что эти двое не разлей вода - вместе творили дичь, вместе расхлёбывали, вместе искали себе место в жизни, вместе проживали радость и горе. Так заведено. Так было, и с возрастом ничего не изменилось. Не просто так Лесли  была первой, кто перестал на него орать после демонстрации мотоцикла, и села позади, вцепившись в него мёртвой хваткой, попутно пообещав убить, если они не выживут. У неё даже был личный розовый шлем с кошачьими ушами, в тайне перешедший по наследству Венди. Чарли, к слову, был вторым, кто начал задавать вопросы что по мощностям, а не смотреть с осуждением, даже отжал у него игрушку на денёк, в качестве благодарности пообещав абонемент в своё отделение со скидкой как родственнику. Из таких вот мелочей, греющих душу, выстраивалась долгоиграющая связь, обеспечивающая не столько брата с сестрой, сколько всех троих чувством плеча рядом. Один звонок и проблема уже решается.

- С тебя название ресторана, куда будет нестыдно отвести Лесли на годовщину, в качестве платы за аренду дивана, умник. И кофе, раз уж ты здесь,- Вуди наигранно возмущённо смотрит в ответ и тут же встаёт по стойке «смирно» , чтобы отдать честь, скорее всего вообще не той рукой, провожая взглядом скрывшегося в доме отца шумного семейства. Новый день кажется ему чертовски удачным, хотя только начался - это вообще законно? Убедившись, что входная дверь закрыта, затягивается вполне законно и облокачивается на ограждение крыльца, рискуя одним неловким движением перевернуть чашку с кофе, стоящую на нём же. Желания искать телефон и проверять писал ли ему что-то Бейкер у него нет. Может быть позже? Может быть. Вчера Лесли, дослушав его историю до конца со сложным лицом, врезала ему за излишнюю сердечность, а потом долго обнимала, собираясь с мыслями. Кажется, она так и не резюмировала, что думает, но и не сказать, что так уж была удивлена - с кем ещё могло произойти что-то такое, если не с Вуди, верно?

Лениво оборачивается на скрип двери, проверяя кому ещё не сидится дома. Считывает на лице Лесли то самое выражение неодобрения его привычке пытаться самоубиться с помощью сигарет и молчаливо отворачивается, продолжая. За чтение лекций у них отвечала Мия, так что бояться нечего.

- Не смотри на меня так.

- Кто, если не я,- тяжесть чужой головы на плече привычная - частенько так стоят, преимущественно молча или тихо переговариваясь. Им в самом деле всегда есть о чём поговорить, если не о жизни, то хотя бы об искусстве, но молчать рядом, подпитывая друг друга как два аккумулятора с жёсткой сцепке, бывает полезнее. - Слушай, на счёт Бейкера. У тебя большое сердце и ты в самом деле необыкновенный - ничего удивительного, что ему взбрело в голову тебя найти. А так, в целом, если бы ты захотел - послал бы его уже так, чтобы не вернулся, верно? Я знаю, что я права. Но раз ты этого не сделал и пришёл ко мне за советом, то, наверное, он тебе дорог? Мне он, конечно, не нравится. И по морде он тогда не получил, только потому что Мия зажала машину - зануда. Вы оба - зануды миролюбивые,- Лесли наверняка корчит рожу, но Дэй не смотрит, внимательно слушая и продолжая курить - так проще воспринимать сказанное и спрятанное между строк. - Но я помню, что он был для тебя хорошим другом, пока ему моча в голову не ударила - прекрати так двусмысленно улыбаться, умник, я всё вижу - секс дружбе не помеха. Так вот, к чему я это, с кем ты вообще сейчас общаешься кроме семьи и заказчиков? Подумай об этом,- Лесли смотрит внимательно и очень серьёзно - Вуди не нужно оборачиваться, чтобы об этом знать. Дождавшись от него кивка, ласково взлохмачивает беспорядочно лежащие волосы, буквально говоря «я с тобой, чтобы ты не решил», и он ей верит. - И докуривай уже быстрее - Чарли требует кофе и угрожает попытками утопиться в раковине. А, и да, постарайся, пожалуйста, приготовить похуже, а то у тебя все шансы увести у меня мужа, слишком падкого на такие вещи - как мне потом соседям в глаза смотреть? И сразу говорю, если совершишь такую глупость: будешь меня до старости водить по ресторанам, утешая - работать ещё поди придётся, чтобы всё это оплачивать.

Хлопок по плечу как точка в диалоге о важном, привычно съехавшим в шутки - Вуди от последних заявлений давится дымом и в результате кряхтит как дед, пытаясь одним взглядом передать уровень своего возмущения описанным будущим, если вдруг. Ужасно. Заставлять родного брата работать - это ли не жестокость?! Но слушать его ответную речь уже некому - дверь снова закрылась, отрезая его от потенциальных слушателей. Хмыкает только тихо и прокручивает чужой монолог в голове, с неожиданным для себя равнодушием признавая, что факты они вот: разобраны на составляющие, разжёваны и выданы ему с пометкой «не тупи». Иногда это даже бесит.

Аккуратно тушит сигарету, оставляя в пепельнице, спрятанной подальше от шаловливых рук Джеймса и заведённой исключительно для Вуди, прежде чем последовать за сестрой - ему в самом деле нужно время на полноценное осознание. Лесли, как обычно, смотрела в корень, отрезая все лишние эмоции и взбрыки брата как необрабатываемый материал, но особо не задумывалась о его готовности воспринять разложенное по тарелочкам - это уже не её проблемы, если честно. Таковы правила игры. А ведь и правда, с кем он вообще поддерживал связь кроме семьи?

///

Как оказалось, телефон умудрился сесть - Вуди не слишком расстроился, осознав этот неприятный факт, тем более, что домой был вполне спешен катапультирован Чарли, вызвавшим ему такси с мотивацией «вы не дадите мне поспать - выход там». Квартира встретила его той самой раздражающей тишиной, ему бы хотелось думать, что просто эта квартира не его чашка чая, но нет. Чисто визуально и по ощущениям тут уже всё давно было сделано под него - огромные потолки и много света, беспорядочно разложенные вещи, неубранная кровать, стопка книг на прочитать попозже, растения, обречённые на ужасную смерть, томящийся в коробке купленный недавно виниловый проигрыватель и парочка самых любимых исполнителей на пластинках рядом, развешанные по стенам своеобразные картины и расставленные фотографии, даже пресловутый шлем и защита, сиротливо лежащие в коридоре. Всё это пространство было про него и обустроено им под себя, просто здесь больше никого кроме Винса не было - проблема в этом, а это не решается сменой места жительства - это вообще решается не с помощью денег и перемещений. Вздыхает устало и кидает телефон на зарядку, давая ему шанс ожить, пока он сам будет пытаться стать человеком в душе. И ещё неизвестно у кого шансов больше - у Вуди изрядно ныли виски, напоминая, что алкоголь - зло, а недосып пагубно сказывается на его воле к жизни.

На автомате, безуспешно пытаясь вытереть голову так, чтобы не тратить время на танцы с феном и не оставлять при этом после себя воду по всей квартире, берёт в руки телефон, включая. Тот, приветственно моргнув, кидает в него парочкой пушей от доставок, сообщением о скидках на ozon, и уведомлением о том, что Бейкер ему всё же ответил. Открывает, особо не раздумывая, памятуя о сказанном Лесли.

[09:54]: прости, я такой мудак

- Ну, охуеть теперь. И что мне с этим делать? - буквы агрессивно молчат в ответ, требуя от него самостоятельности и решительности, Вуди с ними в корне не согласен. Бейкер открыл счёт, бросив в него чисто сердечным, вот только вопрос: это он за что вообще извиняется? И так ли это важно? Наверное, нет. От чужого «прости» немного легче дышится под личной бетонной плитой, лежащей на груди. Это не возвращает их в прошлое, давая им шанс всё исправить, не вычёркивает из истории чужого поступка, просто-напросто даёт шанс на разобраться во всём и не теряться на карте мира повторно просто потому что разговоры вообще не их стезя. Может быть у его нежелания послать к чертям Бейкера в самом деле есть какое-то объяснение? Может быть даже Лесли права.

[11:32]: принято
[11:32]: как дела, гений?
[11:33]: не знаешь, кстати, быстрого способа избавиться от головной боли?
[11:33]: какие-нибудь профессиональные секреты или что-то такое
[11:33]: только умоляю ни слова про секс - это не помогает от похмелья

Так заведено, что выдавить из Бейкера извинения - задачка со звёздочкой, поэтому Вуди ценит каждое «прости», даже такое вот немного ущербное. В нём не так много про злопамятность и желание уколоть в ответ, выждать и отомстить. Его гордость и независимость вовсе не про жонглирование людьми, если те сделали или сказали, что-то не так - любой конфликт можно разрешить, если на игровом поле остались все участники этого безобразия. В этот раз Сайрус не сбежал, хотя мог, конечно же, он мог, оскорбившись злым ответом и чередой отказов, выплюнутых Вуди без жалости и сомнений. И Дэй, в общем-то, без особых терзаний протянул руку в ответ снова, напомнив себе, что они в самом деле наедине, там где не было чужих глаз и ушей, находили общий язык и получали от происходящего удовольствие - игры в прятки больше ему не интересны, но и, честно говоря, бросаться в крепкие объятия Бейкера он тоже не собирался, так что какая разница? Раз уж ему в самом деле зачем-то нужно это незатейливое общение, то было бы странно отмахиваться, натужно делая вид, что оскорблён и нуждается в дополнительных стимуляциях для прощения. Особенно учитывая цену, которую они успели заплатить и это дикое чувство глухой радости от полученных ответов, прямиком из прошлого. Да, вчера он был зол, да, вчера ему случайно дали под дых, лишая воздуха. Но это было вчера, верно?

[NIC]Woody Day[/NIC][STA]i don't care[/STA][AVA]https://i.yapx.ru/KYQLF.png[/AVA][LZ1]ВУДИ ДЭЙ, 26 y.o.
profession: журналист;[/LZ1]

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » it's literally 2:37am shut the fuck up


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно