внешностивакансиихочу к вамfaqправилакого спросить?вктелеграм
Джейн в очередной раз была в бешенстве. Сесть за руль в таком состоянии и настроении было огромной ошибкой, но об этом она будет думать потом... читать далее
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 13°C
jack

[telegram: cavalcanti_sun]
aaron

[telegram: wtf_deer]
billie

[telegram: kellzyaba]
mary

[лс]
tadeusz

[telegram: silt_strider]
amelia

[telegram: potos_flavus]
anton

[telegram: razumovsky_blya]
darcy

[telegram: semilunaris]
edo

[telegram: katrinelist]
anthony

[telegram: kennyunicorn]
eva

[telegram: pratoria]
siri

[telegram: mashizinga]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » all this monsters


all this monsters

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Thomas& Ruth
April'21

https://i.imgur.com/ZQTmhAh.jpg

+2

2

Флетчер выходит из темного подъезда. На улице глубокий вечер переходящий в ночь, пусто и ветрено. Это спальный район ближе к окраине города, Тому непривычно находиться в жопе Сакраменто да еще и совершенно одному. Он здесь по делу, раскопал адрес крайне важного человека. Очень важного. Томас даже сказать никому не мог, куда и зачем едет, настолько дело было личным. Он боялся спугнуть свидетеля и приехал один, ближе к ночи. Освободился от дел, прозвонил адрес заранее и надеялся застать свою жертву дома врасплох. Просчитался, затея обломилась.

Флетчер не особенно винил себя за горячую голову. Тут бы кто угодно всполошился. Он брезгливо стряхнул пыль с пиджака и темной футболки: в подъезде старого многоэтажного дома так грязно, будто там живут лишь приведения и крысы. Вытащил из кармана брюк пачку мальборо. Она пуста, жаль. Он решил прогуляться до ближайшего супермаркета за сигами и оттуда уехать на такси. Хватит с него приключений, попытает удачу в другой день.

Навигатор показывал, что можно срезать через узкую улицу между домами. Окей. Он перешагивает через брошенный мусор, слышит как кто-то смотрит тупое тв-шоу на первой этаже. Жизнь тут дерьмовая и жалкая, по крайней мере на взгляд Флетчера. Он идет по мелкой брусчатке, у стены на картонке дремлет бомж. Впереди улица сужается и выходит на одностороннюю дорогу. На дороге стоит покосившийся фонарь и джип, рядом пара серьезных парней. Третий, самый здоровый тащит за шиворот какого-то типа. На типа падает свет, и Флетчер видит кровавое месиво вместо носа. Здоровый хватает типа за волосы, возит мордой об мусорной бак и пару раз прикладывает к железной крышке. Что-то орет. Флетчер не слышит, что он орет, зато слышит неприятный чавкающий звук. От лица типа вряд ли что осталось. Здоровяк бросает тело и смотрит прямо в проулок, а его друг грузит труп в багажник. Том не видит в верзиле признаков интеллекта, зато видит много злобы. Здоровяк на свету, Том в тени. Вряд ли его заметили, но лучше не проверять.

Томас разворачивается на сто восемьдесят градусов и идет обратно. Ему не по себе, но терпимо. Том кладет руку на пистолет, проверяет, легко ли достать в случае чего. Пушка за поясом, под майкой. Он вытирает рукавом испарину. Непонятно, что нервирует его больше: вероятность быть убитым или убить самому. Он вызывает такси к выходу из проулка, с другой стороны. Проулок сворачивает и расширяется, тут могут поместиться двое. Впереди он видит девушку. Местная или нет, он не знает и только сейчас понимает, как быстро идет. Они поравнялись.

- На вашем месте, я бы поторопился, - пробормотал Флетчер, слегка обогнав ее и замедлив шаг. Подумав, он берет ее за локоть и чуть ли не тащит вперед. Он надеется, что по его лицу она поймет, что дело серьезное. - Здесь опасно.

Где-то позади он слышит эхо шагов. Бомж, дрыхнущий на картонке, куда-то испарился, тв-шоу замолкло. Флетчер произносит короткое “блять”, а больше сказать ему нечего. Смартфон пиликает, что такси приедет через восемь минут. Томас отключает звук. "Блять".

Отредактировано Thomas Fletcher (2021-01-12 18:09:29)

+2

3

внешний вид

https://i.imgur.com/0FdMcuz.jpg

На окраине Сакраменто существует один прекрасный ресторанчик шведской кухни. Ничего особенного, казалось бы, но мой отец чует в их блюдах тягу к родине. Я не сопротивляюсь. Важная традиция, ужинать периодически вместе, прочно засела в наших жизнях. Этому я тоже не сопротивляюсь. Мне нравится. В этот вечер я практически не пила. Бокал игристого экстра брют давно потерял счет своим умершим пупырчатым друзьям, уходящих на поверхность точно в вечную дорогу. Повсюду смерть.
- Ты меня совершенно меня не слушаешь, - он отрезает кусочек от филе маринованной сельди. Всегда держит себя в руках. Выдают только встревоженные глаза. Взгляд у него всегда наполнен неким нервом, когда устремлён на меня. Нет, на Уилла он смотрит совершенно иначе - нежно, спокойно, расслаблено. Регнер Хансен знает, что, пусть сын и не пошел по его стопам, с ним определенно всё в порядке. Он здоров и весел, и в семье у него тишь да гладь.
- По крайней мере ты сегодня хотя бы поела, - вдыхает, - Я знаю, что ты не хочешь разговаривать о том, что произошло. Я знаю, что ты никогда не расскажешь мне всей правды и всё, что мне остаётся, лишь догадываться. Я стараюсь быть хорошим отцом. Получается не слишком успешно, но я правда стараюсь. Порой мне нужно, чтоб ты немного мне помогла.
Я кладу ладонь на его руку. Стали с ним куда ближе с момента моего возвращения в Сакраменто. Каково было бы мне смотреть на моего сына, у которого жизнь сложиться могла бы точно так же. Что если судьба такая сволочь, что предоставит мне возможность убедиться в сложном и чувств воочию?
- Скоро всё устаканится, Рут. Лиам тоже успокоится. Никому не легко. Ты забудешь всё, что было, как страшный сон.
Я киваю. Конечно. Конечно же легко забывать кошмары, если они не твои. А вот то, что поселилось зёрнами страха в подсознания рано или поздно прорастает. Так и будет всю жизнь оборачиваться назад, следует ли тень за тобой? Твоя или чужая? Или следы немытых кровавых рук?

Мне хочется прогуляться. В Сакраменто никогда не будет такой весны, как в Дании, здесь всегда тепло, даже зимой. Я хорошо знаю этот город, знаю его пыльные улицы, темные закоулки. А ещё слишком хорошо знаю его подпольную жизнь. Знаю, что угодив не в то время, не в то место можно лишиться головы. Жизнь оборвётся незамысловатым стечением обстоятельств, в котором по сути виноват ты сам, но мне не страшно. Стук каблуков отбивается едва слышно от сухого асфальта. Мне не страшно, ведь я столько раз убегала по этим улицам от тех, кто хотел мне навредить, кто стрелял в меня, или пытался выбить из меня информацию. На этих улицах я работала проституткой, а ещё периодически ночевала. В самые хреновое свои времена. На дне, на самом-то деле, не настолько плохо и страшно, как представляется. Человек адаптируется ко всему, иначе не было бы шанса по цепочке эволюции доползти до того момента, в котором мы все сейчас обитаем. Я, пожалуй, один  из самых приспосабливаемых индивидов. Пережила стольких мучителей и хозяев, каждый раз выходя в дамки и повышая ранг, что каждому последующему следует остерегаться за свою шкуру.

В этом районе Сакраменто ощущаешь себя по истине невидимым. Здесь всем хреново, потому никому нет дела до твоего дела. Вон та домохозяйки с третьего этажа, кажется мексиканка, с придыханием орет на мужа, который спустил последние деньги на карты, а ей ужин готовить не из чего, остались одни макароны. На улице давно стемнело, но дети, чьи родители вторую неделю в запое, естественно не обращают внимания на то, где они шастают. Лишь бы не мешали. Тут всё и каждый о том, чтоб лишь бы не мешали, лишь бы не трогали, лишь бы дали спокойно рваться за своим маленьким лоскутком. Таблеткой для счастья. Я резко останавливаюсь, делаю пару шагов в сторону на ципочках, прислушиваясь. Старые привычки. В небольшой сумке лежит глок, я не намеревалась его даже доставать, последние события хронологии жизни заставили, но судя по всему не зря.

- Слушай, я говорил, что этот сукин сын не сможет держать язык за зубами, нужно было убрать его сразу же, - низкий басистый голос. Английский с акцентом, смею предположить, что носитель - русский. Второй голос звучит мягче, более бархатным. Если бы человек, которому он принадлежит пел, мог бы сделать определенную заявку на успех, но путь его пошел другой дорогой:
- Заткни хлебало, Вова, самого слов, давай быстрее покончим с этим и пойдём пить пиво.
Нужно убираться. Нельзя стать случайным свидетелем. Теми лишними глазами, которые нужно будет убрать быстро и безоговорочно. Век у свидетелей краток, как и у информатором. Если в роли второй я выжила, то позволить себе умереть в качестве первого экспоната было бы слишком глупо. Иду в обратную сторону, ощущаю скользящий мне в спину краткий взгляд. Не подавать виду, держать себя в руках. Шаг достаточно быстрый, кажется за мной не пошли, но выдыхать рано.

Мужская рука крепкой хваткой в оцепление мою руку. Немного выше локтя за плечо. Я вздрагиваю, сдерживают от того, чтоб не вскрикнуть от неожиданности.
- Ты тоже их видел? - следую за ним. Голос и акцент отличается от тех, которые я слышала до этого. Конечно же если вероятность, что он один из них, возможно он просто молчал, но какой резон в том, чтоб уводить меня в сторону? В таком случае было бы проще сразу пристрелить.
- А они тебя?- второй вопрос важнее первого. В тишине улицы есть что-то устрашающее. Словно штиль, за которым следует огромная буря. Чьи жизни унесет цунами сегодня?

Отредактировано Ruth Oscar Hansen (2021-01-13 00:12:24)

+1

4

- Да, - кивает Флетчер на ее вопрос. Еще как видел.

“Тоже”. Получается, она и сама кое-что видела. Смотрит немного нервно, но взгляд трезвый, а ее второй вопрос намного интересней первого. Это вопрос человека с опытом неприятностей. Флетчер задумался, ответ был важен. Он вспоминал: вот он стоит в тени, верзила смотрит в проулок, совсем мимо. Наверное, просто проверял, ничего не заметил.

- Нет, меня не видели, - говорит Томас после двухсекундной паузы.

Над их головой раздался звук битого стекла, и этажа с третьего на брусчатку упало обезображенное туловище. Приземлилось с характерным звуком, с каким падает на пол плотная мясная котлета или жирный стейк. Огромная такая котлета. Брюки Флетчера и ноги незнакомки окропило алыми брызгами. Томас ругнулся сквозь зубы. Он даже не понял, чье тело - мужское или женское. Это была просто каша.

Картина вокруг поплыла. Томас чувствовал в горле горько-кислый привкус, какой бывает когда вот-вот блеванешь. Кровь из-под тела растекалась по ложбинкам брусчатки неровным рисунком, паучьей сетью. Он услышал, как наверху раскрылись остатки оконной рамы. Под давлением она выла и хрипела, и кто-то тупо вышиб ее со всей силы. Томас не помнит, как утащил свою невольную спутницу к стене. Не слишком аккуратно, но ему не до светских приличий. Ее каблуки оглушительно стучат по плитке, Флетчеру по крайней мере так кажется. Хотя сердцебиение еще громче, звук колотит ему по мозгам.

- Да еб твою мать, - кто-то наверху не скрывал разочарования. - Нет, ты посмотри сюда, дебила кусок. Кто будет это отскребать? Пиздец бля..

Последнее было, кажется, по-русски, и голос на секунду растворился внутри комнаты. Вернулся уже с подельником, они немного поспорили на двух языках сразу и опять исчезли. Флетчер осознал, что прикрывает ладонью рот девчонки. Не прижал, держит на весу, чтобы в случае его резко заткнуть ее. С опозданием понял, что рука в крови: брызги достали и туда.

Нужно было какое-то решение. В детстве Том ходил в диснейленд, в дом с призраками. Шляешься, слышишь всякие звуки, до конца не понимаешь, откуда они идут, а потом прямо перед лицом выпрыгивает какая-нибудь страхолюдина. Не слишком страшно, пока есть понимание, что все вокруг фикция. Но эти призраки были реальны.

Назад нельзя, оставаться на месте опасно - черт знает, когда эти двое спустятся вниз. Идти бы вперед, но они слышат звук тормозов. И это точно не такси: водитель отменил заказ еще две минуты назад. Тачка может быть чья угодно, только играть в такую лотерею желания нет, ставки великоваты. Еще эта громкая странная музыка, местные такое не слушают.
Между домами наваленный хлам и мусор и высокий забор с калиткой из металлической сетки. Флетчер проходил это место, когда шел вперед. Они смогут попасть на соседнюю улицу.

- Сюда, - шипит Флетчер, сверкая глазами. Автоматом берет ответственность за девушку отчасти из воспитания, отчасти из высокомерия - вряд ли она одна справится, еще и панику наведет. Да и человеческое не чуждо.

Он идет вдоль стены до калитки. Закрыта с другой стороны на массивную щеколду, не подцепить. По традиции подобных районов, сетку часто портят и чинят, чтобы испортить опять. Эта пережила пару таких циклов. Нижний угол отваливается. Флетчер цепляет его пальцами, и тащит наверх. Оторвать невозможно, только отогнуть. Он пытается действовать аккуратно, но металлический лязг разносится по проулку. Тем не менее, внизу получается небольшая дыра. Лиса или собака пролезла бы. Хорошо, что угодившая с ним в передрягу леди следит за размером талии. Или просто хрупкая сама по себе.

- Сможешь пролезть и открыть? - судя по виду и обуви, в ее планах не было бегать по подворотням от бандитов из восточной Европы. Но выбор невелик.

Отредактировано Thomas Fletcher (2021-01-16 08:45:21)

+2

5

- Меня видели, - ему повезло больше. Но если они пойдут по моему следу и увидят нас вместе, эта удача не будет стоит совершенно ничего. Всё предельно просто, проще математики в младших классах. В школе она давалась мне куда проще, чем Уиллу. Мой брат - творческая личность до самого мозга костей.

Тело незнакомого мне человека безжизненным трупом приземлилось перед нами. Я в последний миг зажмурила глаза, чтоб не видеть страшно мерзкой картины. Хотела закрыть ещё и уши, сбегая от характерного звука. Мне кажется, что подобное ни с чем не спутать. Мясо увесисто приземлилось на твердый асфальт. Кости хрустят так, словно кто-то взял в руки сухие сырые спагетти и стал переламывать их на две части. Кто-то, кто когда-то был человеком, теперь не больше, чем сжатая изуродованная отбивная. Меня тошнит. Резко, до слабости в коленях, от того цепляюсь рукой в мужчину рядом сильнее, впиваюсь тонкими пальцами, стараюсь сдерживаться, стараюсь дышать глубоко, стараюсь вернуть былое равнодушие. Этот кто-то совершенно ничего не значит, но картинки из памяти тут же всплывают из темноты зениц. Говорят, что у памяти есть запах. Кровь пахнет железом и чем-то приторно сладким. Никогда не перепутаешь. Никогда на забудешь, как густая, практически черная масса сливается с гладкой черной плиткой. Как кровь тонкой струйкой залезает в ещё более тонкие щели между плитами. Рисует квадраты. Всегда будешь видеть перед глазами разрезанную шею, безжизненный взгляд, помнить на ощупь холодную руку. Словно кукла, словно никогда и не жил.

Он тащит меня в сторону. Между моментом падения и движением по переулку целая пропасть, на деле секунды. Время не имеет абсолютной величины. Только подумайте насколько быстротечно оно тогда, когда мы счастливы или увлечены. И как оно меняется под натиском влюбленности. Когда объект обожания рядом, стрелка часов гонит точно по скоростной платной между городами. Но стоит любимых разлучить, как каждый час - три осени. Время расжевывается резиной, когда мы горюем, быстротечно на выходных и медлительно по будням. В школе кажется, что год это безумно много, а после тридцати думаешь, что времени нет совсем. Сейчас было...страшно? Страшно самое верное указание эмоции. Сейчас было страшно и время попросту остановилось.

Брызги крови у меня на лодыжках. Маленькие точечки на его ладони. Я могу из сосчитать. Могу рассмотреть линии у него на руке. Как далеко заведет линия жизни? Сколько раз она обрывается прежде, чем сойдёт на нет? Говорят, что каждый разрыв - это случай, когда придется побороться за то, чтоб остаться в живых. У меня должен быть пунктир. Он бросает мне кратное "сюда". Я смутно, но всё же помню эти места, кажется, что с далёкого 2012 глобально ничего не изменилось. Те же улицы, те же люди, те же привычки жить. Слабо представляю как бы вообще могла вновь скатиться в бездну. Хотя...хотя чего тут представлять. Несколько доз могут легко расслабить, выбросить из той жизни, к которой пришла, подорвать моё психическое здоровье, выпустить всех монстров, сделать больно тем, кому я дорога.
- Я...могу попробовать, - вначале толкаю на ту сторону сумку, затем разбуваюсь. Туфли сейчас всё равно только мешают.
- У тебя есть оружие? Его следует держать так, чтоб воспользоваться быстрее, чем пуля полетит в тебя...бежать здесь некуда.

Остаётся только надеяться на то, что я не застряну, не начну паниковать. Руки складываю так, словно ныряю в бассейн. Совершенно не боюсь испачкаться или испортить одежду. Самое сложное пропихнуть плечи. С первого раза не вышло, потому вначале пропихиваю одну руку следом голову, как только не изворачиваюсь. Следом вторую. Хорошо, что я настолько тощая. Вечно в стрессе, вечно на нервах. Итак худощавая фигура в самые неблагоприятные времена выглядит болезненно. Я жалею, что поужинала. Желудок свело в тугой узел, который в тому же словно кто-то огромный и сильный дожимает. Ещё несколько ловких движений и я на другой стороне. Могла бы поступить подло, сбежать, бросив его разбираться с проблемами своими силами, но это была бы не я. Я так не умею. Пытаюсь отодвинуть щеколду, но она не поддается сразу.
- Её словно заколотили со всех сил...
Меня прерывает звук выстрелов по ту сторону. Подгоняет, заставляет скорее открыть эту сраную калитку. Щеколда в конечном итоге поддается. С громким характерным скрипом. Я тяну на себя, затем тянусь за сумочкой, достаю пистолет. Даже если не воспользуешься, ощущаешь себя с ним в руке в большей безопасности.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » all this monsters


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно