внешности
вакансии
хочу к вам
faq
правила
кого спросить?
вктелеграм
лучший пост:
тео джей марино
То что сейчас происходило было похоже больше на страшный сон, чем на реальность... читать далее
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 33°C
jack

[telegram: cavalcanti_sun]
aaron

[telegram: wtf_deer]
billie

[telegram: kellzyaba]
mary

[лс]
tadeusz

[telegram: silt_strider]
amelia

[telegram: potos_flavus]
anton

[telegram: razumovsky_blya]
darcy

[telegram: semilunaris]
edo

[telegram: katrinelist]
eva

[telegram: pratoria]
siri

[telegram: mashizinga]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » Мой дом уснул, но мир не ждет


Мой дом уснул, но мир не ждет

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

Пожарище на месте временной конюшни | 24 мая 2020 | Середина дня

Tarmo Laaksonen, Demetra Boleyn
https://i.gifer.com/7Ca2.gif
https://data.whicdn.com/images/179340926/original.gif

Так иногда бывает, что на пути к мечте возникают препятствия, которые изначально призваны сломать и согнуть несчастную жертву. Но что если данные этой самой жертве испытания в итоге не только ничего не отнимут, но даже наоборот - принесут новое?

[NIC]Tarmo Laaksonen[/NIC]
[STA]Nuku, nuku nurmilintu[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/kKMCgeO.png[/AVA]
[LZ1]ТАРМО ЛААКСОНЕН, 30 y.o.
profession: владелец небольшого книжного магазинчика;
relathions: старается об этом забыть[/LZ1]

Отредактировано Fred Burnell (2021-01-22 12:26:10)

+3

2

Когда причиняют боль живым существам - это всегда несусветная боль и отчаянье.
Всякий раз, когда Тармо слышал о том, как страдают животные, или люди, которые так или иначе пытались помочь животным - у него сразу возникало ощущение, что эту боль причинили лично ему самому. Он вздохнул, чуть потёр шею, немного откинулся на стуле - и только тут понял, что он опять уснул за рабочим столом, в окружении списков книг, поставщиков, миллиона папок с документами - да под мерное гудение монитора. Оставалось только разве что провести ладонью по уставшему лицу, и чуть повертеть головой - разминая уставшие мышцы. Да уж, о том, чтобы проснуться отдохнувшим после такой ночи можно было даже и не мечтать. Радовало одно - сегодня был выходной, и его можно было хотя бы отчасти, но посвятить себе. Пройтись по городу, посидеть просто в кресле с книгой, может быть даже сходить в тренажерный зал - что угодно, только бы не соприкасаться ни с чем, что могло бы хоть в чём-то, пусть даже и отдаленно, но напоминать работу. Однако кажется, за ним то ли кто-то наблюдал, то ли что ещё... но в какой-то момент финн обратил внимание на то, что Иль трогает лапой его телефон, на который только что пришло какое-то уведомление.

- Что там, Ильмаринен? - сухо поинтересовался мужчина, однако когда он всё же взял телефон в руки, и разблокировал экран, выражение его лица моментально поменялось с отстраненного на крайне взволнованное и обеспокоенное. Один из пабликов, на который он был подписан, и который занимался как раз помощью приютам, центрам помощи для животных и иным мероприятиям, направленным на поддержание братьев меньших, только что выложил пост о пожаре на временной конюшне, и что там срочно требуется помощь волонтёров. Он только нервно вздохнул, выдохнул, кинул быстрый взгляд на кота... а затем, ничего не говоря, почесал его между ушей, и полетел собираться. Джинсы, легкая футболка, ветровка, кроссовки... и вот он уже едет по направлению к конюшне, ну или строже говоря... к тому что от неё осталось. Однако сразу подойти он не смог - был остановлен человеком, со строгим выражением лица, в костюме и наушнике, да к тому же ещё и в темных очках, скрывающих глаза.
- Куда? - раздался его требовательный, чуть скрежещущий голос, Тармо только поморщился. Никак не получалось разобрать акцент - а ведь обычно он с этим споро разбирался, сколько даже литературы в своё время прочёл. Но лишние споры и ссоры сейчас были точно не к месту и не ко времени.
Финн вздохнул.

- Я волонтёр. Приехал помогать. Тут он краем глаза заметил Деметру, и осторожно помахал ей рукой, привлекая её внимание, словно говорил - "скажи пожалуйста своим церберам, что я безобидный, и не способен даже просто чисто физически причинить вред ни единой живой душе, тем более животному".
Кажется, помогло.
По крайней мере, на него больше не смотрели так, словно его сейчас без суда и следствия распнут прямо на пропахшей солью, копотью и гарью земле. Только когда он миновал кордон охраны, финн медленно подошел к молодой женщине, всё ещё бледной, и кажется, находящейся в своеобразной прострации. Однако понимая, что скорее всего, она сейчас находилась в глубочайшем шоке, он не стал её трогать, только чуть нахмурился, спросил: - Лошади целы? Мисс Деметра, вы слышите меня? Однако она ему даже ответить не успела, где-то со стороны уши Лааксонена уловили раздраженное ржание, и он напряженно огляделся в сторону звука. Там двое людей тщетно пытались успокоить разбушевавшегося жеребца.

- Отойдите, вы с ним не справитесь, - бросил один из мужчин, но финн даже головы не повернул, он смотрел только на коня. Лишь спросил: - Как зовут? - лошадь нетерпеливо топнула копытом, однако тот продолжал спокойно на неё смотреть. Услышал имя: - Анко, - и улыбнулся, сделал шаг навстречу.
- Анко..., - жеребец переступил с ноги на ногу, недоверчивый и взволнованный, но Тармо только шёл и шел вперед. Осторожно встал перед конём, стоял не шевелясь - давая лошади привыкнуть к его запаху, а когда тот недоверчиво и осторожно его понюхал, почесал бережно его нос, а следом погладил по горячей шее, доверительно глядя лошади прямо в глаза. Финн улыбался ему как родному сыну: - Молодец, Анко. Молодец. Лошадь только в ответ несильно боднула его в плечо, словно спрашивала - "а ты как, принёс мне что-нибудь", но Лааксонен в ответ лишь рассмеялся: - Э нет, приятель. Твоя хозяйка точно меня по голове не погладит, если я так вольничать с тобой начну. Пойдём лучше, успокоим её, что с тобой всё нормально, - и взяв крайне недовольную таким положением вещей лошадь под уздцы, финн неторопливо двинулся навстречу взволнованной Деметре. Пожалуй, стоило отметить, что даже несмотря на то, что ей сейчас было, мягко говоря, не совсем здорово, она держалась, как истинный боец - волевая, несгибаемая, бесконечно мужественная. Финн осторожно улыбнулся, чуть обернувшись на Анко, который словно в ответ внимательно посмотрел на длинноволосого мужчину, после чего... взял и поцеловал жеребца в нос, пригладив снова по шее, и тепло посмотрев тому в глаза: - Всё хорошо, приятель. Ничего не бойся. Хороший конь.

[NIC]Tarmo Laaksonen[/NIC]
[STA]Nuku, nuku nurmilintu[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/kKMCgeO.png[/AVA]
[LZ1]ТАРМО ЛААКСОНЕН, 30 y.o.
profession: владелец небольшого книжного магазинчика;
relathions: старается об этом забыть[/LZ1]

+3

3

Rivendell, Magical Sunrise

Этот ужас мне никогда не забыть. Никогда не забыть горящие стены и эти крики. Я не уверена, но кажется, это кричала я сама. Выводите лошадей. Паника в горле до сих пор стояла комом, но то, что было там... Я очень испугалась. Испугалась за жизнь единственных близких существ, что у меня остались. Спасите лошадей. Я навсегда запомню, как огонь поднимался всё выше над крышей здания, перекрывал проход внутрь, словно хотел отрезать нас от жизни, царившей там ещё за час до кошмара. Я помню душистое сено, умиротворённое ржание сытых коней, а потом дикий страх, который не давал мне надежды. Помню, как Анко упал на колени, когда его вывели из огня. В этот момент всё во мне оборвалось, словно меня саму лишили жизни.
Спасите его.

Я открыла глаза, прогоняя воспоминания, и медленно огляделась на поляне, где сейчас мирно паслись лошади.
Иногда мне честно кажется, что я не хочу жить в этом мире. Я никогда не терпела жестокости, особенно по отношению к тем, кто этого не заслуживает и никогда не ответит тем же. Что касалось и людей, и лошадей. В особенности, лошадей, потому что им невозможно было причинять боль. Самое ужасное, что я услышала на пожаре - это был поджог. Тогда единственная оставшаяся эмоция во мне потухла, обратив меня в ледяной камень из ужаса из потерь. И сейчас... я не могла больше об этом думать, но мысли о намеренной жестокости не давали мне забыть. Если сначала я просто пыталась оправиться от шока, то сейчас в моей голове мелькали только картинки с того дня, назойливо поселившиеся в моём разуме.
— Деметра, — я повернулась на мужской голос и вопросительно склонила голову набок, когда мужчина неуверенно перемялся с ноги на ногу. — Лошадей покормят, но нужно разбирать завалы. Нам пока не хватает рук, чтобы закончить всё в срок. Обещали прислать волонтёров, мы пока ждём, — я хмуро кивнула, стараясь взять себя в руки. Сейчас моим животным нужна была моя поддержка, ведь я - единственная, кто у них был.
— Значит, будем ждать волонтёров. Где Анко? — он был жив и относительно в порядке. Надышался дымом, ведь его вывели последним, когда пожар уже бушевал вовсю, были пара обожжённых мест на плечах, но я была уверена, что он быстро поправится. Эта лошадь - настоящий боец.
— Он очень нервничает, ребята пока пытаются его вывести, — чуть в стороне стояли деревянные летники, которые мы поставили, когда ожидался приезд ещё нескольких голов. Разумеется, всё отменили и сейчас расположили там моих.
Я тяжело вздохнула и, прикрыв глаза, устало потёрла переносицу. С Анко были и до этого проблемы, он никому не доверял, а сейчас и без того сложная ситуация становилась уже болезненной. Пожар сказался на его психике, и я пока не представляла, что с этим делать. В Чикаго меня называли заклинателем лошадей, но это пока было и мне не под силу. Анко был удивительным, но я никак не могла найти к нему подход.

Услышав голос со стороны въезда, я машинально повернулась туда. Влад обещал не оставлять меня одну и не оставил, поэтому здесь дежурили его люди. Не сказать, что в этом была сильная необходимость, но мне и правда становилось легче, когда я знала, что он за мной приглядывает.
Ведь свою внутреннюю силу я растеряла на пожаре.
— Всё в порядке, пропустите его, — я знала человека, который приехал. Его было сложно забыть, ведь именно в его книжном магазине совсем недавно я как завороженная ходила, наслаждаясь местом, о котором прочитала в Сети.
Я была удивлена, увидев его здесь, но не слишком, чтобы завалить расспросами. Почему-то именно этот человек казался мне здесь на своём месте.
— Мисс Деметра, вы слышите меня? — я мотнула головой, возвращаясь с небес на землю. То ли ещё не пришла в себя, то ли засмотрелась на него. Открыв было рот, чтобы ответить ему, я не успела этого сделать. Анко. Кажется, жеребца удалось вывести из денника, но тот был крайне недоволен тем, что к нему прикасались люди. С тяжёлым вздохом я на миг прикрыла глаза, потому что видеть его таким было невыносимо. Тармо, тоже обративший внимание на борьбу лошади с людьми, сдвинулся с места и направился прямиком к ним. В другой ситуации я бы немедленно остановила его, но сейчас же просто смотрела. Смотрела, как Анко замирает, с недоверием смотря на приближающегося человека, а потом... расслабляется? Чуть сузив глаза, я внимательно ждала того, что случится дальше, а тут было, на самом деле, два развития событий: либо Анко его укусит, либо укусит дважды. Но не в этот раз. Настороженность в моих глазах сменилась чрезмерным удивлением, когда Тармо дотронулся до нервной лошади. И тут я даже не сдержала улыбки.

— Поразительно, — прошептала, когда они оба остановились рядом со мной. — Любому, кто здесь находится, он бы откусил голову за такие вольности. И я не преувеличиваю.
Достав из кармана маленький кусочек яблока, я протянула на ладони, но не приблизила её к коню. Я всегда давала ему выбор, и в этот раз Анко с удовольствием потянулся к угощению.
— Как вам удалось? — я медленно перевела взгляд на лицо мужчины, словно сама пыталась найти там ответ. — Он немного пострадал в пожаре и после стал просто неуправляем. Раньше хоть я с ним как-то ладила, пусть и с земли. А уж верхом на нём очень давно никто не ездил, с тех пор, как его хозяин умер, и он перешёл ко мне за ненадобностью. Знали бы они, сколько он стоит... — зная историю Анко, я с уверенностью могла сказать, что он был самым дорогим и самым ценным из моих лошадей.
— Его вели на выпас, — я махнула рукой в сторону двух других жеребцов, которые паслись на верёвке чуть поодаль. — Если поможете, буду благодарна.
Почему-то мне казалось, что Тармо готов сделать не только это.

Уже на поле, я сама сняла уздечку с Анко, который стал на удивление спокоен, одела на него недоуздок и пристегнула к нему цепь. Жеребец обернулся на Тармо, словно в ожидании чего-то, а потом неспешным шагом отошёл в сторону и стал жевать траву. Повесив уздечку на плечо, я с улыбкой посмотрела на мужчину. Мы стояли в окружении лошадей на солнечной поляне, и мне давно не было так спокойно, как сейчас, несмотря даже на всё произошедшее.

+4

4

- Я его понимаю, - тихо сказал финн, - когда у тебя ранена душа, ты готов кусаться и выставлять какие угодно стены, только бы тебя не тронули. Это касается не только людей... всех. Но более сильного и крепкого душой коня я ещё не видел. Когда он снова придёт в себя, это будет венец вашего хозяйства.

Он и сейчас сиял, подобно солнцу - солнцу, которое только-только всходило над горизонтом и понемногу оживляло промерзшую землю. Нужно было просто дать ему время, время, чтобы он окреп, и ему снова не терпелось с первым же дуновением утреннего ветерка вырваться на полю, и взлохмачивая землю сильными копытами, устремиться далеко-далеко, к самой линии горизонта - такой ясной и не испорченной ни пребыванием человека на этой планете, ни чем либо иным. Тармо перевёл свой взгляд на Деметру и едва заметно, немного грустно улыбнулся. Как у него это получилось? Может быть потому, что Анко сам распознал в нём родную душу, и родного человека, который точно не причинит ему никакого вреда - а даже напротив, оградит от всех тех, кому как раз на душевную боль плевать и важна только материальная ценность коня. Он кивнул.

- Так ты сирота, приятель..., - горько и тихо заметил финн, и ласково погладил коня по шее, тот только чуть повернул голову в его сторону, после чего снова отвернулся. И было в этом жесте столько человеческого, что Лааксонен не сдержался от лёгкого смешка, кивнул: - Извини. Скажешь сам, как готов будешь. Конь только фыркнул, но он был уверен - расскажет. Когда его грива снова будет танцевать на ветру.
- Я за этим и приехал, - кивнул он. Вокруг пахло липами, травой, нагретой на солнце землёй, свободой и покоем, и наверное, он бы мог даже расслабиться здесь, если бы не причина, по которой он здесь вообще оказался. Финн оглядел других лошадей, одобрительно кивнул головой: - Знаете, никогда бы не думал, что скажу когда-то что-то подобное, но... вы настолько здесь к месту..., - он чуть смутился, потёр нос, явно смятенный тем, что он только что сказал, - что сложно вас даже представить где-то в офисе, или просто даже фрилансером у ноутбука. Вот ваша стихия, - он обвёл рукой окружающее их пространство, - свежесть, просторы, и лошади. И чистое небо над головой.

К нему подошел другой жеребец, и финн неосознанно погладил и его тоже, со спокойной улыбкой посмотрев в умные глаза животного. Перевел взгляд на Деметру: - Как так вышло, что лошади? Семейное дело... или веление души? - он чуть помолчал, внимательно наблюдая за лицом девушки, про себя отмечая её цепкий, острый, даже пронзительный взгляд, расправленные плечи, и какую-то неестественную для юной девушки поистине царскую осанку. Он даже чуть съёжился про себя, смолк, практически уже шепотом добавив: - Простите, если мой вопрос прозвучал бестактно. Я не хотел.
Потом чуть наклонился, и сорвав один из стебельков, длинных, с мохнатой кисточкой на конце, задумчиво сунул тонкий стебелёк между зубов, чуть прижав его зубами. Заметив непонимающий взгляд Деметры, он улыбнулся самым краешком губ: - Я обожал дома так делать. Она сладкая. Попробуйте.
Где вот только теперь был этот свободолюбивый мальчишка, радостный и счастливый, который на самом деле жил так, что он сам себе порой нет-нет да завидовал? Финн на какое-то время замолчал, после медленно кивнул: - Вас хотели сломать, но у них ничего не получилось. И теперь уже точно не получится. Я знаю, вам страшно, одиноко и боязно - но посмотрите - ваши лошади целы, они рядом, и вы теперь стали ещё сильнее, чем прежде... у вас всё получится, насколько бы амбициозные цели вы ни ставили. Только верьте в это.
Он-то точно будет в неё верить.

- Зараза! - раздалось откуда-то со стороны летников. Тармо нахмурился, чуть оглянулся на Деметру, и только слегка дотронулся до её руки несколькими пальцами - словно ветер погладил нежную, светлую кожу - ласково, практически нежно: - Постойте, не ходите. Останьтесь здесь, я помогу, - и перехватив на плече лямки своего рюкзака, кинулся к летникам, на ходу практически проклиная, что он не мог остаться сейчас рядом с ней, в окружении лошадей, когда ей так сильно нужно было сильное и крепкое плечо рядом. Но тревога внутри ширилась и росла, и чем быстрее он приближался к летникам, тем отчётливее и резче становился тяжелый, душный, густой и влажный солёный запах. Запах крови. Финн прибавил шага.

- Что случилось? - вокруг уже суетились люди, но судя по растерянности, вряд ли они даже примерно знали, что в таких случаях стоило делать. Голос подал один из мужчин, он как-то нервно теребил в руках окровавленную тряпку: - Да вилами... сам не знаю, как так получилось, и по ноге заехал..., - финн принялся на ходу расстёгивать свой рюкзак, коротко бросил: - Звоните в скорую. Потом поднял глаза на собравшихся: - Ну же! У меня всё равно с собой нет ни антибиотиков, ни тем более капельницы. Или вы его будете от заражения крови лечить? - потом присел на корточки рядом с пострадавшим, внимательно оглядел его, обработал как можно более тщательно руки антисептиком, и надел медицинские перчатки. Стоило, по крайней мере, обработать рану, остановить кровотечение, и убедиться, что туда не попала никакая инфекция. Парень, который был конюхом - мальчишка лет девятнадцати, только чуть отполз, но Тармо в ответ только покачал головой: - Тихо, не шебурши. Я должен промыть рану, очистить её, и перевязать, остальное уже сделают врачи, когда приедует. Хорошо? - финн внимательно всмотрелся в бледное как полотно лицо молодого человека, после чего кивнул на стоявшего рядом охранника: - Подержите его пожалуйста, иначе я так просто ничего не смогу сделать, - но парень только нахмурился, насупился: - Да вы разве врач? Сс-с-с-с-с....ай! - его лицо исказила некрасивая, даже слегка уродливая гримаса, - больно!
Финн в ответ только покачал головой.
- У меня есть обезбол - но только если согласен на укол. Конюх посмотрел на него глазами, полными ужаса.

Только через полчаса, когда приехала скорая, Тармо устало вышел из денника, на ходу снимая окровавленные медицинские перчатки. День волонтёрской помощи внезапно вышел куда как более интересным, чем он даже изначально рассчитывал. Но тут он увидел медленно подходящую Деметру и тёплая улыбка словно сама собой возникла на бледном лице Лааксонена. По крайней мере, самое страшное она не видела - уже хорошо.
- У него есть семья, родные? Кто-то должен поехать с ним..., - он кивнул в сторону автомобиля "Скорой помощи", - по крайней мере, до больницы...
Господи, как же всё невовремя!

[NIC]Tarmo Laaksonen[/NIC]
[STA]Nuku, nuku nurmilintu[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/kKMCgeO.png[/AVA]
[LZ1]ТАРМО ЛААКСОНЕН, 30 y.o.
profession: владелец небольшого книжного магазинчика;
relathions: старается об этом забыть[/LZ1]

+3

5

ost

Чувствовали когда-нибудь настолько... резкое притяжение? Оно ударило по мне, словно током. Совсем недавно я так сильно удивлялась тому, как моё сознание реагирует на Влада, а сейчас... всё похоже, но одновременно совсем по-другому. Настолько сильно меня поразило простое прикосновение к моей руке. Едва Тармо отвернулся, я чуть пошатнулась, сделала два бесшумных шага назад и просто села на траву в тот момент, когда он скрылся в летниках. Вчера я кричала, плакала от невообразимого страха, но не от эмоций, а сейчас они рвались наружу. Простое прикосновение малознакомого мужчины словно вскрыло гнойную рану, но это было такое лечебное прикосновение, что резкая боль в сердце так же резко сменилась облегчением. Так же, как и резко отступает физическая боль - сначала невыносимо, а потом легко. Как действует обезболивающее. Медленно согнувшись, сидя на коленях, я прислонилась лбом к земле, обнимая себя руками. Дрожь ухватила меня своими пальцами, и я крепче сжала плечи. Анко вдруг прикоснулся носом до моей руки, и в этом едва уловимом касании было столько вопросов, сожаления и сочувствуя, что я сразу же повернула к нему голову. Он так и остался неподвижно стоять, опустив голову и смотря на меня. И в этот момент я увидела, насколько этот конь мне доверяет - столько эмоций было в одном только взгляде. Он просто ищет своего человека, своего хозяина, и это для него самое важное - найти того, с кем можно пройти через огонь ещё раз, если будет нужно. — Прости меня, Анко.

В Чикаго меня впервые назвали заклинателем лошадей. Через свои эмоции я могла общаться с ними, чувствовать их, а они - меня. Особенная связь у меня всегда была с Камбреро - мой длинногривый спутник всегда помогал мне обрести себя. Как и сейчас - он принимал мою боль как свою, мой удивительный серогрив. С другой стороны от Анко он подошёл ко мне, также спокойно опустил голову ко мне и застыл. Со стороны смотрелось, наверное, интересно - сидящая на траве девушка и две склонившие рядом с ней головы лошади. Ничего удивительного, им просто было так же больно, как и мне, за то, что случилось.

И я знала лечение. То, что поможет мне и моему верному другу.

Проведя рукой по ноге Камбреро, я чуть надавила на неё, приподнимая, и умное животное сразу сообразил, что я хочу - мы ведь выучили эту команду, ты помнишь, родной? Он опустился на колени, а потом лёг рядом со мной. С травы я перебралась на его спину, легла на шею грудью, прикрыв глаза, вдохнула запах его гривы. А потом села, чуть отталкиваясь ногой от земли и давая ему новую команду - встать. Камбреро без вопросов это сделал, и вот я уже больше, чем на полтора метра, к небу. Взявшись за гриву, управляя корпусом и ногами, я поехала в сторону поля. Камбреро, пожалуй, единственный, на ком я бы решилась на это - без уздечки, без седла в чистое поле. — Ты поможешь мне? — я чувствовала слёзы на щеках, сильно сжимала гриву в руке, а второй водила по холке своего коня. Легкое касание моих ног, и он поднялся в галоп. Всё быстрее, быстрее, словно у него выросли крылья - он вылетел через ворота, ведущие к полю, и помчался туда, куда думал сам. Я доверяла Камбреро даже свою жизнь, что уж говорить о полевом маршруте. Раскинув руки в стороны, я закрыла глаза, чувствуя, как ветер ласково гладит мои щёки, унося с собой слёзы. Мне очень было нужно это - просто лететь по полю верхом, закрыв глаза на все тревоги.

Почему-то мне казалось, что всё в порядке, и никакой новой беды, которую поспешил решить Тармо, просто нет. Мой мозг отказывался принимать что-то ещё, ведь и без того было тяжело. Несколько минут бесконтрольного галопа хорошо освежили мою голову и привели в чувство. Камбреро перешёл на шаг, и я развернула его назад. — Молодчина, парень, — погладив коня по спине за собой, я неспешной рысью направила его домой. Он то переходил на шаг, то снова рысил - выбирал сам как ему удобно, а я не мешала его выбору. Но когда вдалеке показалась конюшня и въезжающая на территорию скорая, я снова пустила Камбреро в галоп, чтобы поскорее добраться туда. Конь прямо с галопа остановился недалеко от летников и приподнялся на задних ногах, переняв мою снова появившуюся нервозность. Спрыгнув на землю, я передала Камбреро подоспевшему работнику и попросила успокоить коня, отшагав несколько минут. Тот кивнул, накинув на его шею верёвку и поведя за собой. А я, увидев Тармо, направилась к нему. — В чём дело? Все целы? — увидев своего конюха и его извиняющуюся улыбку, тихо охнула. — У него нет никого здесь... только мы. Я поеду. — Мисс Болейн, поеду я, — пожилой охранник, который проникся давно к мальчишке тёплыми чувствами, вызвался к ним. — А вы нужны здесь. Не беспокойтесь, я вам позвоню позже. — Я рассеянно кивнула, провожая его взглядом. Как только все сели в машину, та неспешно поехала прочь, оставляя мне новую партию расшатанных нервов.

С какой-то надеждой повернувшись к Тармо, я встала прямо перед ним и положила руки на его плечи - это был как призыв о помощи.
— Скажите, что с ним всё в порядке, — в моём голосе была мольба, отчего мне самой стало не по себе. Неловко отдёрнув руки, я сделала резкий шаг назад. — Простите... Я просто вся на нервах. — Стало неловко, но тепло Тармо меня мигом успокоило. Удивительно.

Немного помолчав, обвела взглядом тот беспорядок, который был сейчас вокруг. До этого я не ответила на вопрос мужчины о том, почему всё это. Сейчас, в такой ситуации, можно было бы и правда задаваться такими вопросами, но они ни за что не возникли бы в моей голове. — Вы спрашивали о том, как я стала этим заниматься... наверное, это судьба. Несмотря ни на что, — чуть поморщившись, остановила взгляд на обломках старой конюшни, — я понимаю, что по-другому не могу жить. До лошадей будто бы не жива была, — похоже на бред сумасшедшего, но мне казалось - Тармо понимает. Переведя взгляд на него, чуть улыбнулась этой мысли. Точно понимает. — А ещё вы говорили, что у них не получилось меня сломать... Но здесь, мне кажется, вы ошибаетесь. Я думаю, я уже будто расколота на части. Знаете, поджог устроил человек, которому я доверяла. Моё прошлое преследует меня и словно хочет добить, лишить всего. Я боюсь, что ещё немного, и я поддамся этому.

— Деметра, приехали ещё волонтёры, — с неохотой отвернувшись от Тармо, я взглянула на подбегающего мужчину. — Покажешь, что куда? — я кивнула и бросила взгляд на Тармо. Слабо улыбнулась. — Поможете с завалами? Нужно разобрать и увезти рухнувшую крышу.

+4

6

Ей нужна была помощь.
Нужна поддержка. Крепкое плечо человека, на которого она может опереться - и стать хотя бы ненадолго, но слабой. Слабой и уставшей девушкой, которой нужно было просто выдохнуть, и на кого-то опереться, даже ненадолго. Тармо только кивнул, но только Деметра отстранилась, он моментально приобнял её за одно плечо. Она всё старалась держать под контролем, была стойкой и волевой, но сейчас была дезориентирована и напугана, и невольно финн сравнил её с Анко, которого он сам не так давно успокаивал, и дарил коню тот самый элемент спокойствия и уверенности, которого так не хватало этому удивительному животному. Больше того - чем больше он слушал Деметру, тем всё отчетливее понимал - что говорила девушка, то сразу находило отклик в его сердце, хотя в то, что так бывает, он не то, что не верил, а даже не предполагал, что так вообще может быть. В самом деле, что это вообще было? У него такого единения вообще ни с кем прежде не было, а тут... словно он знал её всю свою сознательную и даже бессознательную жизнь, подсознательно словно предчувствуя то, что ему нужно было просто в своё время  её дождаться - и больше не тратить ни время, ни душу ни на кого другого.
Глупость? Блажь?
Да, раньше он бы сам так сказал, почти наверняка. Вот только не сейчас. И не в отношении Деметры. Только не в отношении Деметры даже.

- ... Я думаю, я уже будто расколота на части.
Однако финн только покачал головой.
- Вы смотрели "Гарри Поттера и Орден Феникса"? - вдруг спросил блондин, после чего мягко добавил, - я поясню. В сцене, где Гарри и Полумна кормят фестралов, Полумна сказала одну прекраснейшую фразу - "Возможно, Сам-Знаешь-Кто хочет, чтобы ты так думал. Ведь когда ты один, ты не представляешь угрозы" - и сейчас мне кажется, что это как нельзя лучше подходит сейчас под вашу ситуацию. Человек, который это устроил, скорее всего, именно этого и хочет - посеять в вас сомнения, ведь он хочет быть уверенным, что вы одни, и что вам некому помочь, и вы одни против всего мира. Но я уверен, что это не так, посмотрите, сколько здесь людей - УЖЕ, а ведь мы только начали. И во мне вы можете быть уверены - я вас не оставлю, и буду вам помогать во всём, в чём вы только скажете, и этот человек только лишний раз поймёт, что вашу силу у вас никто, я повторюсь, никто отнять не в силах. Как бы он ни старался.

- Поможете с завалами? Нужно разобрать и увезти рухнувшую крышу.
- Без вопросов, - тут же кивнул владелец книжного магазина, и ободряюще ей улыбнувшись, помчался навстречу прибывшим молодым ребятам, на ходу пожимая им руки: - Ну что, за работу! Тут забот всем хватит, не расслабляйтесь..., - и взяв несколько самых крепких ребят, отправился разгребать рухнувшую крышу, в то время как один из волонтёров, приехавший на пикапе, подогнал его так, чтобы можно было загружать обломки прямо ему в кузов, чтобы потом сразу же вывезти их для утилизации в безопасном месте. И было столько задора, столько живости и энергии, что финн даже и сам не заметил, как вот уже то тут, то там раздаются взрывы смеха, как споро и ловко у них идёт работа, и в какой-то момент он просто взял, и спросил: - Эй, народ, тут есть те, кто немецкий знает? Как ни странно, но тут же достаточно многие загалдели, закивали, и обрадованный Лааксонен продолжил: - А с творчеством Faun кто знаком? Ну-ка поехали "Вальпургиеву ночь"!

И десяти минут не прошло, когда даже без музыки, а порой и вовсе просто постукивая то по деревяшкам, то по коленкам, то просто хлопая в ладоши, они затянули одну из самых веселых, объединяющих, и по-настоящему шаманских песен: - ... Lasst uns zu den Feuern streifen, raunend nach den Sternen greifen, gutes und auch böses Wort, tragen wir heut fort und fort! - и вот уже даже и крыша расчищена, и поехала первая машина, чтобы потом вернуться за остатками, а тем временем кто-то из девчонок достал флейту, парни стали расчищать денник от мелкого мусора, а ещё кто-то со стороны помогающих Деметре людей достал складные столы, термосы с чаем и кофе, бутерброды. Тем временем песня не прекращалась, и кто-то вдруг крикнул: - Э, а тут кто-нибудь знает средневековые деревенские танцы? Какая вальпургиева ночь без танцев? И хотя костров они точно жечь не собирались, финн вдруг поймал себя на мысли, что он очень даже не против танца на всех, после которого можно будет даже немного перекусить. Он слегка ополоснул руки, подскочил к Деметре, с сияющими глазами: - Деметра, вы... вы не против? Ничего не бойтесь, этот танец наипростейший, часто строится на полной импровизации... самый главный секрет - расслабтесь, и получите удовольствие, - тут же подал голос один из волонтёров: - Да ладно! Бергамаска, серьёзно?! Да ты хренов гений!
Тот только широко улыбнулся.

- Да нет, всего лишь hullu, - и крепко сжав ладошку Деметры, повел её в уже образовавшийся круг из поющих и танцующих волонтёров. Их хватило ненадолго - всё же уставшие, наработавшиеся, им нужно было передохнуть, и немного поесть, прежде чем кинуться в бой с новыми силами. Тармо подошел к Анко, стоявшему чуть поодаль, и ласково погладил коня по бархатной морде, улыбнулся: - Ну прости, приятель, я всё понимаю. Соскучился, да?
Вокруг уже даже стало медленно, но верно темнеть, и начали зажигаться фонари, а ему совершенно не хотелось отсюда уезжать. Тут губы Лааксонена тронула лёгкая улыбка - эту поступь, лёгкую, практически даже невесомую, он бы узнал даже с закрытыми глазами.

[NIC]Tarmo Laaksonen[/NIC]
[STA]Nuku, nuku nurmilintu[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/peGgSes.jpeg[/AVA]
[LZ1]ТАРМО ЛААКСОНЕН, 30 y.o.
profession: владелец небольшого книжного магазинчика;
undomiel: Arwen[/LZ1]

Отредактировано Fred Burnell (2021-05-09 22:59:09)

+2

7

Не знаю, как так получилось, что со мной теперь столько людей, готовых мне помочь, только потому что я прошу, а не потому, что из этого можно извлечь собственную выгоду. Сначала Влад, теперь Тармо и, стоит только оглянуться, можно увидеть ещё много людей, которым не всё равно. Возможно, кто-то оставил сегодня работу, семью, перенёс встречу с друзьями, чтобы поехать сюда на помощь девушке, которая одна просто не справлялась. Хорошо, возможно, первым был Люк, которому я доверилась, но он предал меня и едва не лишил всего, что мне было так дорого. Пожар, который он устроил, не унёс с собой жизней по счастливой случайности, но зато принёс в мою жизнь удивительных людей, которые способны на сострадание и поддержку. Один из таких людей стоял прямо передо мной, но только он не казался мне «одним из них». Тармо был просто удивительным человеком. Наверняка каждый отметил бы его необычную внешность, но я смотрела гораздо глубже - в саму суть. Невероятный, прекрасный человек и новое потрясение для меня. Сначала я не понимала, как так получилось с Владом, теперь новое чувство, поражающее до глубины души. Но два таких разительно отличающихся чувства внутри... Если с Владом у меня была твёрдая уверенность, будто мы знакомы уже давно, и невероятное спокойствие, то сейчас внутри всё будто сходило с ума от каких-то новых, неизвестных мне осознаний. И как я уже решила для себя ещё во время знакомства с Владом - здесь начинается для меня совершенно новая жизнь. Так оно и было. Абсолютно новая прекрасная жизнь с людьми, которых мне так сильно хочется видеть рядом всегда. Возможно, это было опрометчиво, ведь снова я делаю выводы о человеке, имя которого только что узнала. Но... В оправдание своим чувствам могу сказать, что с Тармо мы были знакомы ещё до этого, впервые мы увиделись в его книжном магазине. И пусть мы даже не поговорили, мне было достаточно дежурных фраз и совсем не привычных для простого посетителя взглядов, чтобы понять - я непременно хочу увидеть его снова. Но увиделись бы мы, не случись этого пожара - я не знаю. Может быть я бы и не решилась прийти к нему снова, может быть он остался бы моими грёзами. Ведь я так боюсь в кого-то влюбиться и снова испытать боль.

Слова, которые Тармо говорил мне, попали в самое сердце. Мою силу никто не сможет отнять. Он так уверенно это говорил, что я поверила. А ведь и правда, несмотря на старания Макса и Люка, он не сломал меня ни вчера, ни сегодня, когда утром я в одиночестве смотрела на остатки конюшни, которую предстояло разобрать и построить новую. Главное, никто не пострадал, лошадям было где жить и что есть. Поэтому да, мою силу отнять они оба не смогли. Всё переживём, по-другому никак не может быть.

Смотря, как Тармо уверенно берёт в свои руки управление волонтёрами, я немного расслабилась. Несколько минут с улыбкой наблюдая за тем, что происходит на площадке, я направилась искать рабочих, которые работали под началом Люка. Они должны были приехать и дать мне ответ, смогут ли они продолжать работать и дальше, ведь их я не винила. Несмотря ни на что, я верила, что они не причастны, но ребятам было сейчас явно не комфортно.
— Деметра, — один из мужчин позвал меня со стороны машины, которая подъехала на парковку. Я махнула ему рукой и направилась навстречу. — Ну что, вы всё обдумали? — он задумчиво кивнул и виновато улыбнулся. — Простите, мисс Болейн, нам предложили вернуться в Чикаго, и я думаю, что мы согласимся... Думаю, так будет лучше, — я вздохнула и понимающе кивнула ему. Что будет с Люком - я не знала, но его команда с ним в любом случае работать больше не согласна — Хорошо, я всё понимаю. Удачи вам, — положив ему руку на плечо, я доверительно сжала его, а потом кивнула на прощание, развернулась и пошла обратно к конюшне. Там дело двигалось достаточно весело и быстро, к тому же... все начали петь? Вот это точно было удивительно настолько, что я даже рассмеялась. Мои тревоги и проблемы мигом растворились в атмосфере, которую создал никто иной, как Тармо. Я с такой теплотой и нежностью смотрела на него, что в груди разливалось сильнейшее чувство благодарности. К такому просто удивительному мужчине.

— Танцы, серьёзно? — я снова рассмеялась, когда Тармо оказался рядом со мной с таким одновременно сомнительным и заманчивым предложением. Но отказать ему я точно не смогла. Отдавшись веселью, я теперь уже действительно выкинула всё из головы, просто наслаждаясь тем, что происходило. Кто-то из тех, кто не хотел танцевать, снимал всё на телефон, остальные развлекались как могли. Сейчас я часто встречалась взглядами с другими людьми и могу поклясться, что ещё никогда, никогда не чувствовала себя настолько на своём месте. И казалось бы, могла протанцевать здесь до заката, потому что это было настолько хорошо, что я не хотела снова возвращаться в реальность.

И закат уже был не за горами. После небольшого перекуса волонтёры снова принялись за дело, чтобы успеть закончить то, что планировали на сегодня, а я устало потянулась и огляделась в поисках Тармо. Совершенно ожидаемо он был у лошадей. Улыбнувшись, отряхнула руки и подошла к нему.
— Всё в порядке? — Анко так спокойно его принимал, что я не перестала удивляться. — Хотела сказать спасибо... Вы чудесный человек. И очень помогли мне справиться не только с этим, — я махнула рукой в сторону конюшни и с улыбкой опустила взгляд. — Могу попросить вас ещё кое о чём? Сейчас конюх занят кашей для лошадей, может быть вы смогли бы помочь мне завести лошадей? — конечно он не отказался, и мы вдвоём очень быстро справились. Завели жеребцов в летние денники, где конюха почему-то не было видно. Я планировала вместе с ним обработать рану Анко, но пришлось менять планы. — Сможете подержать его? — я передала Тармо коня, а сама быстро сбегала до аптечкой. Достав всё необходимое, осмотрела рану и обработала её, однако это заняло немного больше времени, чем я предполагала. Пока мы оба были заняты Анко, к нам по очереди подходили прощаться волонтёры. Каждому я говорила от всей души спасибо, кто-то обещал вернуться завтра, чтобы всё закончить разбирать. На всё это ушло так много времени, что когда мы освободились, уже никого не было, а на улице было совсем темно.

— Простите, я так задержала вас... — мы стояли на улице, и мне совсем не хотелось прощаться с Тармо. Хотелось остановить время... Но мне резко пришла в голову другая идея. — Может быть останетесь на ночь здесь, со мной? ... О, то есть не со мной... просто здесь, — я смущённо засмеялась, чувствуя, как щёки заливает румянец. — Обещаю вкусно накормить и, если хотите, потом можем прогуляться. Покажу вам места. Пешком или верхом, — я любила гулять перед сном, когда на улице тишина и красота. Звёзды и прохлада ночи. И мне очень хотелось разделить красоту этого момента с Тармо.

+3

8

- Конечно, о чём речь, - улыбнулся мужчина. С лошадьми было ещё спокойнее, и ещё лучше чем с людьми, они были спокойными и величественными, с ними можно было даже ничего не говорить, и они бы при этом всё равно поняли бы тебя лучше, чем даже самый лучший, и самый преданный тебе друг. Что говорить о том, чтобы помочь Деметре с Анко, к которому уже даже сам Тармо успел по-настоящему привязаться, и иногда ему казалось, словно конь его чуть-чуть толкал в плечо, словно говорил ему - "Она же тебе понравилась, чего ты мнёшься?" - но финн только коротко покачал головой, глядя Анко прямо в глаза. Почему-то ему показалось, что тот его понимал - и понимал без слов. Конь точно понимал, что ему самому открыть кому-то свое сердце - как ножом по ещё даже толком не зажившей ране. Он точно понимал, что если даже ему бы и хотелось этого, то он точно никогда не скажет ничего, если будет видеть, что другому человеку это совершенно не нужно. И потом... даже если Деметра и впрямь ему понравилась, какое у Тармо было право вмешиваться в её судьбу?
Вот именно. Ни малейшего.

"Она понравилась мне, приятель, ты прав. Но ей это не нужно. Ей нужна опора. Поддержка. А не потерянный придурок, который живёт в квартире над собственным книжным магазином" - и почему мужчине в тот момент показалось, что конь словно только фыркнул в ответ, явно несогласный с мыслями финна? Однако сильно много времени подумать над всем этим у него не было. Периодически подходили прочие волонтёры, прощаясь с ними, кто-то даже предлагал поехать с ними, и завалиться на всю ночь в DnD, но Лааксонен только покачал головой, улыбнулся: - Не, спасибо, как-нибудь в другой раз. Потом нам ведь завтра ещё работать, вы там не совсем расслабляйтесь, договорились? - и так они вдвоем даже не заметили, как остались совсем одни. Хотя наверное, это было совсем не плохо. Лааксонен в принципе совершенно спокойно относился к одиночеству, любил его, принимал его... а если это вечер наедине с человеком, который был ему невероятно симпатичен, то градус приятности вечера уже зашкаливал за все пределы. Конечно, его ждали, но... Ильмаринен ведь умный кот, со всем справится, да и запас еды и воды у него всегда был. Поэтому он только улыбнулся, едва заметно кивнув: - Я почту за честь остаться тут с Вами, - мужчина улыбнулся, делая акцент на том, что ему прежде всего важен человек, который находился рядом, и только потом место, и разумеется, заметив её смущение, - с вами и в этом удивительном месте. Тем более, если будет прогулка верхом, от такого откажется только дурак, - Тармо ласково погладил Анко по шее, словно продолжая слышать в голове недовольный - !!! - голос коня, который продолжал ему вдалбливать по поводу его исключительной несостоятельности, как ухажера. В ответ на это Лааксонен только пожал плечами - мол, типа, ну да, а что с меня взять?
Однако Анко, кажется, был совершенно этим недоволен.

- Знаете..., - начал негромко Тармо, - дома я часто уходил гулять по ночам. Парнем я был крепким, выносливым, да и что дома могло случиться... а к природе меня всегда тянуло, я там и думал лучше, и голова в порядок быстро приходила..., - он посмотрел на Анко, - а сейчас, глядя на вас, и на всех этих лошадей, у меня впервые с момента приезда в Сакраменто возникло очень странное ощущение..., - он ненадолго замолчал, словно раздумывал, насколько уместно, или же не очень будет сказать то, что он так хотел. Но правильно же однажды кто-то заметил, что ночь - гораздо более честное время суток, чем даже день, ночью стираются все границы, и то, что было недопустимо сказать при свете дня, ночью же становилось куда более понятным, простым и логичным. Раскрытие душевных тайн к этому, к слову говоря, тоже прекрасно относилось. Наконец он решился, медленно кивнул - словно соглашаясь с самим собой: - ... возникло ощущение, словно я... дома. Я ведь... очень долго не мог найти этого ощущения..., - наконец честно признался мужчина, и посмотрел Деметре прямо в глаза, понимая, что он сейчас как никогда откровенен и честен, и даже больше того - уязвим, - семь лет, как живу в Сакраменто, а то самое ощущение дома поймал только сегодня. Здесь. Рядом с вами. Среди ваших лошадей..., - он улыбнулся, протянул Деметре руку, - вы и я.

В какой только момент он поймал ощущение того, что они забрели слишком далеко? Непонятно. Но Деметра верила ему, не выпуская его руку, а Анко как был, так и шел рядом, периодически фыркая куда-то в сторону. Наконец финн притормозил, чуть выставил руку вперед, слегка притормаживая саму Деметру, шепнул: - Не спешите, прекрасная валькирия. Думаю, мы можем остановиться здесь. Скинул рюкзак на землю, достал оттуда походный плед, сложенный специально в удобный мешочек, расстелил его на земле, приветственно кивнул: - Почти готово... У меня ведь и бокс с бутербродами есть, и даже термос с чаем! - а пока он говорил, уже вовсю занимался разведением небольшого, но крайне аккуратного и уютного костерка, от которого даже пахло не дымом, а мхом, теплым деревом, домом и радостью - как всегда пахнет там, где есть тепло дома, родных душ и теплых рук, которые соединились друг с другом спустя очень-очень-очень долгое время... или просто по велению того, как соединились звезды конкретно для этих двух людей, таких бесконечно одиноких по отдельности, но нашедших поддержку друг в друге.

- Индейка с кресс-салатом... и ветчина с сыром... и..., - тут финн несколько смущенно почесал в затылке, - кажется я туда бахнул слишком много горчицы. Но есть ещё жареный лапландский сыр! - он улыбнулся, словно пытался показать всё то разнообразие вариантов их такого странного похода под звёздами, столь неожиданно, столь стихийно и столь внезапно организовавшегося. Потом смущенно улыбнулся: - Простите. Я..., - не привык столько времени быть наедине с девушкой, - столько глупого сказал... Скажите только, я буду совсем придурком, если захочу вам рассказать любимые сказки из своего эпоса?
Конченым, Лааксонен. Без какой бы то ни было надежды на реабилитацию.
Почему-то у него даже в горле пересохло.

[NIC]Tarmo Laaksonen[/NIC]
[STA]Nuku, nuku nurmilintu[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/peGgSes.jpeg[/AVA]
[LZ1]ТАРМО ЛААКСОНЕН, 30 y.o.
profession: владелец небольшого книжного магазинчика;
undomiel: Arwen[/LZ1]

+2

9

У меня голова кругом шла от его близости. От того, что он так близко от меня, буквально на расстоянии вытянутой руки. Я понимала, что могу сократить это расстояние до сантиметров, миллиметров, но было хорошо даже так. Это было удивительно прекрасно. Его слова бальзамом звучали в моей душе, когда он говорил о доме. Это ведь... ведь так сильно откликалось во мне, что я почувствовала, как защипало глаза. О нет, только не расплачься. Слабо улыбаясь, я опустила взгляд, а потом вдруг почувствовала Тармо совсем рядом. Подняла голову в тот момент, когда его рука потянулась ко мне. И я... я просто машинально коснулась его пальцев. Такая тёплая, родная рука, которую не хотелось отпускать никогда. Его глаза мне о многом говорили, и этот молчаливый диалог между нашими взглядами был таким интимным, нежным, что я просто не могла прекратить улыбаться.

— Спасибо, что поделились... Мне важно было это услышать, — хотелось сказать ещё миллион слов, но они были не так нужны. Наши взгляды уже стирали границы, которые ранее ставили мои обещания никогда и никому больше не верить. Сначала я нарушила это обещание с Владом, теперь даже после такого страшного предательства Люка нарушала снова с Тармо. И чувствовала, что сейчас это обещание было таким бредовым. Несмотря на то, что мне было дико страшно после вчерашнего признания о приезде бывшего мужа, я чувствовала себя сейчас в полной безопасности вместе с любимым конём и... кем? Я очень боялась сказать такие же слова в отношении почти незнакомого мне человека. Но незнакомого только по земному времени. На более космическом уровне времени не существовало.

Поле нас встретило прохладой ночи. Сумерки уже давно спустились на землю, но эти места мне были знакомы с самого детства. Им я почему-то верила больше, чем людям. Анко увязался с нами. Мягко сжимая руку мужчины, я ловила себя на мысли, что едва заметно поглаживаю его ладонь подушечкой пальца. И это было красноречивее любых слов.
— Да, здесь прекрасно, — Анко первый решил обосноваться прямо здесь и уже обследовал территорию на предмет сочной травы. С улыбкой наблюдая, как Тармо занимается приготовлением уюта, я не могла не рассматривать его. Настолько удивительная для Сакраменто внешность, наверняка он пользовался частым вниманием. Но конечно же я почему-то решила, что могу считать себя исключительной среди всех его заинтересованных знакомых. — Да вы опытный человек, Тармо, — я тихо рассмеялась, присаживаясь рядом с ним. — Предусмотрели каждую мелочь. И да, сыр прекрасно подойдёт.
Я не была голодна, но всё же еда была прекрасным дополнением к нашему вечеру. Такой спонтанный, но от этого не менее чудесный пикник, который развеивал хотя бы на время мои тревоги. Сейчас мне это было нужно как никогда.
— Я столько глупого сказал... — я протянула руку и мягко коснулась его плеча.
— Перестаньте, вовсе нет. Более того, я буду рада, если вы здесь будете частым гостем. Пока у нас не сильно удобно, но я уверена, что скоро мы отстроим прекрасный клуб, — если Макс не продолжит портить мне жизнь. Хотя после этого случая Влад явно обеспокоится моей - не только моей - охраной. — Я вам тоже хочу в кое-чём признаться, — пожалуй, эту информацию я никому ещё не разглашала. — Деметра - это не совсем моё имя. Вернее, по документам конечно же да, но бабушка звала меня иначе. И это имя как-то... больше что ли отражает меня, подходит мне. Так что будем знакомы заново, — я с улыбкой протянула ему руку. — Арвен.

Я очень любила это имя, но кроме бабушки, меня никто из родных так не называл. Видимо, не считали это нормальным, ведь имя Деметра придумали мне родители, и оно должно было быть единственным. Только я решила иначе. Я любила и то, и другое, но те, кто называл меня именно Арвен, входили в круг самых ближайших и горячо любимых людей.

— Подождите... — поднявшись, я негромким свистом подозвала Анко к себе. Тот неспеша подошёл и уткнулся мне носом в ладонь, выпрашивая лакомство. Подвинув его ближе к нашему пикнику, заставила его опуститься на землю. Андалуз лёг рядом с пледом, и я устроилась спиной к его спине. Сразу сложился пазл идеального вечера. Анко шумно вздохнул и положил голову на траву, явно намереваясь подремать, а я подложила себе под голову руку, а вторую протянула к Тармо.
— Всё, теперь я точно готова слушать сказки, — тепло улыбнувшись, потянула его к себе ближе. — Ложитесь рядом. У нас тут ещё уютнее.

Я не помнила, когда мне было настолько хорошо. Наверное, никогда. Тёплая ночь, тихое поле, мирное дыхание лежащего рядом коня, и мужчина, которого только в сказке и можно было представить.
— Ложитесь, — повторила шёпотом, не сводя с него глаз. — Хочу увидеть звёзды в ваших глазах.
Кажется, это становится слишком невероятно. Невероятен Тармо, невероятно моё отношение к нему и мои слова. Невероятно, что я вообще говорю такие вещи кому-то. Мужчине. На слова и на выражение чувств я вообще всегда была достаточно скупа, но видимо, пришёл тот момент, когда можно было раскрыться. Когда появился кто-то, кому можно раскрыться. Кажется, даже если мы видимся последний раз, я никогда не пожалею о том, что говорила сегодняшним вечером. Потому что такого уже никогда не повторится. Второго такого человека я уже никогда не встречу.

+2


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » Мой дом уснул, но мир не ждет


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно