внешностивакансиихочу к вамfaqправилакого спросить?вктелеграм
лучший пост:
северина дюмортье
считать падение невесомых звезд и собственные тяжелые. собственные — они впитывались в тебя сладострастным искушением, смертельным ядом; падения собственного духа... читать далее
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 23°C
jack

[telegram: cavalcanti_sun]
aaron

[telegram: wtf_deer]
billie

[telegram: kellzyaba]
mary

[лс]
tadeusz

[telegram: silt_strider]
amelia

[telegram: potos_flavus]
anton

[telegram: razumovsky_blya]
darcy

[telegram: semilunaris]
edo

[telegram: katrinelist]
eva

[telegram: pratoria]
siri

[telegram: mashizinga]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » на самом дне притона


на самом дне притона

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

съемная квартира, 19:40
[скриптонит — притон]

    https://funkyimg.com/i/3aGYr.png  https://funkyimg.com/i/3aGYo.png
Severine Dumortier & Yan Lisin 
[м о я    л ю б о в ь,   т ы    н е    з н а е ш ь   г д е   я ?
я   н а    с а м о м   д н е    п р и т о н а.   я   в   х л а м и н у
н о   в о   м н е    б у д т о  п о л о в и н  а    т е б я }

Отредактировано Yan Lisin (2021-02-11 10:41:23)

+1

2

стальные обрезки, представляющие из себя монотонность музыки, впиваются в уши. контуры этого веселого мира слегка граничили с твоими, не давая босой худой ногой шагнуть в сосуд со счастьем и любовью. каждый раз, когда ты пытаешься переступить — со временем — тлеющую границу, то всегда остаются недосказанные слова и длинные фразы, что хочется выразить ожогами на мраморной коже, красными шрамами на исхудалом теле. всегда есть какое-то ебучее "но", что не дает тебе окончательно уйти из мира, в котором даже нормально не может уместиться вся его боль и обреченность во взгляде. не можешь покинуть мир, где поют не ранние пташки, а черные вороны, что хрипят над новым надгробием; не можешь покинуть мир, где не будет алкогольного уноса и подмены понятий. именно поэтому ты сейчас з д е с ь. именно поэтому ты сейчас тонкими пальчиками-спицами переплетаешь ладонь яна, решительно шагая за порог съемной хаты для алкогольного и наркотического; шагая за порог съемной хаты для траура по своей душе. ты чувствуешь это привычное тепло ладони, что не становится единым целом с твоей, но хотя бы является частью. правая рука юркнула в широкий карман куртки, проверяя ее на наличие сигарет. закуриваешь, сразу же переступив через порог, искося пялясь на яна. темно и никого не видно.

— пиздец тут накурено, — недовольно фыркнешь, а потом с досадой и каким-то непонятным весельем отметишь, что стала частью этого душного пространства и гнилого круга общения. скидываешь кроссовки и куртку, вновь оплетая руку яна своими пальцами-стебельками, утягивая его в гущу пьяных тел, катящихся по полу. большая часть уже пьяна и обдолбана, как и твое желание выжить.

громадная съемная квартира встречает вас обилием нетрезвых тел и болезненных мыслей, которыми блюют пьяные мясные оболочки. ты видишь кислотные оттенки одежды, что бликами мелькает у тебя перед глазами. кто-то перепил и блюет, кто-то передознулся и тоже блюет. на стертых коленях тело очередного незнакомца, что угрюмо ползет к столу с выпивкой — ты туда же. стеклянная поверхность была уставлена бутылками: виски, джин, водка, вино, текила, ром, абсент, коньяк, пиво, шампанское. невольно ухмыляешься при мысли, что здесь решили филиал бара открыть. шаришься взглядом по столу, выискивая стопки для тебя и яна — снова взгляд падает на него, вновь отмечая, что темнота скрывает родные черты лица.

— есть тут вообще чистые стопки или нет? — орешь на ухо первому встречному, что слегка походит на трезвого. незнакомец худым пальцем указывает тебе на журнальный столик, где стоит новая чистая посуда. — а, бля, пасиб, — хватаешь за дно две стопки, а затем ставишь их на большой стол с выпивкой. подцепляешь пальцами бутылку рома, наполняешь свою стопку до краев. — что будешь? — поднимаешь взгляд на яна, разводя руками, показывая все обилие алкоголя сегодняшней вписки. стараешься говорить громче, слегка надрывая голос, но чтоб тебя было слышно в этом калейдоскопе звуков. опрокидываешь стопку излюбленного лекарства от здоровья. горько и весело.

сквозь созвездия объебанных тел, сквозь басы оглушающей музыки, сквозь дымное пространство и чужие голоса.
сквозь все это — тот самый голос, что канул в лету уже много лет назад, разрушая ваш ветхий домик на дереве. тот самый голос звучит уверенно и твердо — впрочем, как всегда. этот голос прощальным поцелуем оседает в памяти, смертельным ударом касается лица, любимой музыкой режет слух. мысли твердят, что это очередная галлюцинация от бесконечных пьянок [но ты трезва]; мысли твердят, что всему виной сознание, воспаленное болезнью, что это просто наваждение и очередная пустышка. ты статуей замираешь на месте, успевая лишь осушить вторую стопку, а спустя какое-то время затянуться сигаретой. стоишь на месте, буравишь взглядом столешницу, вслушиваешься в этот до боли знакомый голос, что пиявкой присосался к твоему бренному телу. хотелось сгрызть весь лак на ногтях, отрезать себе уши, лишиться слуха, зрения и обоняния.  /// он ведь просто в мыслях? \\\

не можешь решить, от чего именно сейчас нужно бежать: от алкогольного опьянения или голоса, владелец которого уничтожил как-то твое сердце. ты все еще не видишь силуэта и не видишь причину своей травмы, что голодной собакой пожирает все эти годы твои внутренности, безжалостно кромсая истлевшую плоть. за окном летят машины и изредка мигают фонари, а ты только и можешь смотреть в одну точку, так и не решаясь поднять взгляд. все мироздание погасло, когда ты почувствовала слабую вибрацию пола от его шагов, когда ты все же пересилила себя и подняла взгляд, который по тяжести напоминал свинец. даже сквозь непроглядную темноту ты узнаешь эти лживо-любимые глаза, даже в потоках оглушающей музыки ты услышишь этот голос. мир замер, а вместе с ним и твое сердце. следишь лишь взглядом и исподлобья за каждым его движением, так и не решаясь двинуться с места. ты была бы благодарна, если бы сейчас на этот проклятый дом упал метеорит, а ты бы провалилась сквозь землю. за что все это говно?

отмираешь от затуманенной действительности, когда взгляд этих любимо-нелюбимых глаз случайно проскальзывает по твоему лицу, как тогда, испепеляя впалые щеки и взор красных глаз. хватает сил лишь на то, чтобы поднять руку-тростинку и затянуться желанной порцией никотина, позволяя ему убивать себя изнутри. так и хотелось: чтоб убили, чтоб сделали лоботомию, чтоб зашили рот и глаза. хотелось послать нахуй закон гравитации и провалиться сквозь землю.

снова тонуть в этой бездне.

+3

3

АИГЕЛ — Тебе кажется
порочные связи заставляют пробивать нас тройное дно. мы филигранно катимся куда-то в бездну, теряя здравый смысл и обрекая свое сосуществование на самый злополучный исход. некоторые женщины способны изменить судьбы. превратить её иными словами в ад, так же прозябая в подобном ощущении неизбежности. любые манипуляции и агрессии абьюзеров уже начинают иметь саркастичный характер, на который ты либо соглашаешься и принимаешь все, как данность... преодолевая в терпении; либо же пытаешься изменить человека. но в любом случае, возникшая симпатия двух одинаково маниакально-психически-нестабильных людей ведет к сознательному проигрышу, который в дальнейших перспективах не принесет ничего кроме больших бед. вся проблема яна состояла в том, что ему это нравилось. он охотно подпускал к себе, шел на поводу и имел сексуальное влечение, если рядом с ним находится проблемная девушка. если она еще и нарушает при этом личные границы — еще лучше. чем хуже проживание вместе, чем сложнее внутренний конфликт отношений — тем сильнее утопаешь в этих ощущениях, которые лишь угнетают со временем. но выбраться из порочного круга абьюзивного давления уже невозможно. особенно, если настолько активно и довольно позволил этому случиться.

северина. с ней было сложно не сойтись настолько быстро, восхититься ее очаровательной улыбкой и пуститься в это течение — которое не принесет нужных плодов. ян велся на эту авантюру, сжимая ее тощие пальцы в руке и шествуя еще дальше в темноту, проверяя насколько они вообще могут далеко зайти. это было сродни игры. взрослой игры.

— мне абсолютно плевать, какой алкоголь ты выберешь. - лисин заявляет настолько равнодушно глядя ей в глаза с усталым остервенением. это абсолютно не говорит о том, что он ничего не чувствует к дюмортье, напротив... их эмоциональный диапазон, как больная радиоволна шествует из одной стороны в другую, заставляя нервы закипать с бешеной силой. на северин кто-то отчаянно смотрит. ян считает до десяти в голове, готовясь вновь пойти в атаку. увы, но физическая сила ляжет тяжким бременем на ее хрупкие плечи. токсичные отношения с мощными ударами наперевес порой оглушают все вокруг. вероятно, она спокойнее от того, что на данный момент находится среди людей. если этих особей вообще можно отнести к людям.

ему здесь определенно не нравится. нервно хватает бокал чуть ли не разливая от силы тяги и наваливается на стену. болезненно проводит пальцами по носу, ощущая, насколько сильно порошок сушит слизистую носа. они говорили, что бросят. говорят так постоянно. но северин, словно по щелчку пальцев дает новую дозу снова и снова. совершенно, кажется, не соображая, что лисин уже сидит на системе. не каждый в дневное время отличит его от какого-нибудь больного простудой или слегка нервного человека, но на деле... любой приближенный к наркотикам здраво определит степень манипуляции, которую девушка провернула максимально умело — посадив его на белое вещество. ян каждый раз думает, что завяжет. алкоголь теперь не дает прежних эмоций и ощущений. эйфоретики словно сделали свое дело, породнив при этом не только тягой, но и заманчивой привычкой к северин.

он хватает ее за руку без лишних слов и тащит куда-то в комнату. просто уединиться от толпы, которой конечно на них глубоко похуй, но чувство личного пространства на двоих заметно прибавляет им оптимизм. то ли вещество дошло, то ли настроение сменилось по щелчку, что теперь часто и бывает — состояние вывело лисина на новый уровень, когда он более-менее рад своему существованию данного момента. скудная комната. разве что большая кровать украшает огромное пространство. резко закрывает дверь, ставит бокал на столик и падает на мягкое одеяло. достает сигареты из заднего кармана джинс как-то неуклюже, закуривает и рассматривает причудливые очертания глухо горящего светильника на стене.

— я вообще с бабами не жил долгое время. не западал на них, как на тебя и не искал приключений даже в двадцать. только с тобой попробовал секс под веществами. что бы это значило? - лисин не смотрит на нее, лишь вдыхает обильное количество никотина и таращится куда-то в потолок. открытое окно придает хороший отток свежего воздуха. за дверью кто-то выясняет отношения. и даже удивительно, что это не они. его это смешит. он улыбается, как-то по-лисьи, прикусывая большой палец и тут же смотрит на нее злобно и отстраненно.

— хочешь куда-нибудь съездим? на море, леса, горы. да что угодно. мне нужно слезть и будет прекрасно... если ты будешь рядом. - ему это кажется забавным... если она будет рядом, тот человек, который так любезно показал ему мир ярких ощущений.
пепел падает со стороны кровати. лисин не прикладывает абсолютно никаких усилий, лишь дышит чуть медленнее выдыхая дым. умом он соображает, что соупотребитель или человек зависимый, либо же терпящий все это дерьмо в отношениях, рано или поздно даст слабину и сломается. пошлет все к чертовой матери. но с северин все было не так просто, как может показаться на первый взгляд. именно она была их идейным вдохновителем на все это происходящее вокруг.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » на самом дне притона


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно