внешностивакансиихочу к вамfaqправилакого спросить?вктелеграм
лучший пост:
северина дюмортье
считать падение невесомых звезд и собственные тяжелые. собственные — они впитывались в тебя сладострастным искушением, смертельным ядом; падения собственного духа... читать далее
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 23°C
jack

[telegram: cavalcanti_sun]
aaron

[telegram: wtf_deer]
billie

[telegram: kellzyaba]
mary

[лс]
tadeusz

[telegram: silt_strider]
amelia

[telegram: potos_flavus]
anton

[telegram: razumovsky_blya]
darcy

[telegram: semilunaris]
edo

[telegram: katrinelist]
eva

[telegram: pratoria]
siri

[telegram: mashizinga]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » Mы нa кpacнoй aкулe нecёмcя cквoзь миллeниум


Mы нa кpacнoй aкулe нecёмcя cквoзь миллeниум

Сообщений 1 страница 20 из 37

1

[AVA]https://i.imgur.com/1hbfC5N.png[/AVA]

[LZ1]РАЙЛИ ХЭТФИЛД, 17 y.o.
profession: школьник[/LZ1]

https://i.imgur.com/RbDFdIp.png

Riley x Leo

Отредактировано Riley Hetfield (2021-04-20 05:24:31)

+2

2

[AVA]https://i.imgur.com/1hbfC5N.png[/AVA]

[LZ1]РАЙЛИ ХЭТФИЛД, 17 y.o.
profession: школьник[/LZ1]

Весь день убеждаешь себя не пить, но к вечеру оказываешься в такой пьяной яме, что проще заснуть на дне, чем выбраться, нелепо карябая неловкими пальцами скользкие рыхлые края. Ты звезда этого вечера и всех тик-токов твоих друзей, плотно набившихся в доме Люка. Люк любит, когда ты пьян, потому что пьян не меньше тебя. Ты танцуешь на столе - он поливает тебя пивом из взболтанной банки. Тебя качает на вертолётах и кураже, ты не различаешь лиц, просто даёшь себе больше воли, снимая мокрую насквозь футболку. Музыка гасит голоса, стягивая их в общий хоровод гула. Тебе хорошо, тебе свободно.

Дышишь надрывно, чувствуя тонкие уверенные пальцы на шее. Кто-то обнимает тебя со спины, ладошкой проходясь от груди по горлу до подбородка. Она приятно пахнет цветами и водкой. Обходит тебя, заставляя смотреть, жмётся близко, распаляя мгновенно. Красивая. Это ты понимаешь даже таким пьяным мозгом, ведь ты знаешь, кто это. Ты даже не думал, что нравишься ей, а сейчас ты не думаешь вообще. Тебе плевать, кто перед тобой, кто трётся о тебя попеременно то сиськами, то задом. Будь она твоим самым страшным сном, ты не сдал бы назад. Штаны давят слишком больно, и она это чувствует.

Уговаривать тебе не приходится, она и без лишних слов согласна. Ты забываешь про всё, что было до этого мгновения, позволяя раздевать себя, позволяя трогать, позволяя целовать грубо. Ты послушно пьян, а на завтра, скорее всего, не вспомнишь, каково было трахаться с Ким Смит, самой красивой девчонкой с потока. Раньше вы, максимум, встречались неловкими взглядами в кафетерии, сейчас же она готова сожрать себя. Ты отвечаешь ей вскользь, срываясь то и дело, руками шаря слепо по телу. Коленями сжимает твои бёдра, резко насаживаясь на член, стонет, как заправская шлюха, коей, скорее всего и является. Ты стонешь в ответ глухо, кусая губы, тебе мало надо, чтоб подойти к грани, но кончить ты не успеваешь, чувствуя, как липко по телу растекается боль, мгновенно сбивающая всякое возбуждение.

Получаешь ровный удар в лицо, но вот лица того, кто рисует тебя красно-саднящим, ты не различаешь. Девчонка, что только что скакала на тебе, как ретивая кобыла, визжит, перекрывая остатки музыки. Её вряд ли кто-то слышит, а если слышит, то не придёт. Это вечеринка, дружище, никто тебе не поможет. Ты пропускаешь все удары, ты не различаешь слов, с яростью кулаков выплюнутых тебе в лицо, ты криво лыбишься - наглости тебе не занимать даже в дым гашёному. Того, кто бьёт тебя, это подстёгивает, распаляя злость ещё больше. Девчонку утаскивают, а ты по колено в кровавых соплях остаёшься валяться на полу спальни. Над твоей головой слащаво лыбится фотка какой-то корейской группы, под тобой - ширится красное пятно. Тебе похуй.

Утро наступает для тебя внезапно - с порции ледяной воды. Первое, что ты видишь, когда подрываешься резко, лицо Люка, перекошенное от волнения. - Чувак, я думал ты откинулся! - Он не медля тянет тебя на себя, заключая в железные объятия бывалого игрока в американский футбол. Первое, что ты чувствуешь, это адская боль в... да везде. Ты не смог бы определить её источник даже значительно поднапрягшись. Стонешь, не в силах связать звуки в слова, и только тогда до твоего приятеля доходит, что он явно перегнул палку с радостью - Извини, я сейчас сгоняю за медикаментами, у мамки где-то оставались после моей последней реабилитации. А ты пока сходи в душ, если хочешь.

"Если ты думаешь, что я с тобой закончил вчера, то ты слишком рано обрадовался, урод."

Сжимаешь телефон в руке крепко.

Приехали.

Отредактировано Riley Hetfield (2021-04-16 23:07:03)

+2

3

[NIC]Leo Smit [/NIC] [AVA]https://i.imgur.com/LWaObzd.png[/AVA]

[LZ1]ЛЕО СМИТ, 18 y.o.
profession: ученик выпускного класса[/LZ1]

Ты пьян недостаточно.
Ухмыляешься, окидывая мутным взглядом толпу подростков и тянешься за очередной порцией пива. Ты не чувствуешь себя беззаботным и счастливым, ты лишь хочешь таким казаться, ведь все привыкли видеть тебя именно таким. С тобой что-то не так. И если раньше в голове постоянно были мысли о том, что люди просто не те попадаются, то теперь ты начал сомневаться в себе.
Ты позволяешь сестре красить твои ногти и подводить глаза чёрным перед вечеринкой просто по приколу, а потом ржешь глядя в зеркало, отмечая вдруг что нравишься сам себе именно таким слишком сильно. Кажется, в следующий раз ты сам её попросишь сделать это, хватило бы решимости.
Девчонки засматриваются на тебя больше обычного, а твои глаза на всех задницах, обтянутых тугими шортами. И нет, они не женские.
Ты пьян недостаточно.
Ты боишься потерять ту самую тонкую грань, когда себя уже не контролируешь, поэтому стараешься быстрее догнаться сразу до стадии безвольного тела на полу в гостиной. Боишься сам себя. Боишься того, где могут оказаться твои руки и язык. Ты не хочешь, чтобы кто-то узнал, ведь ты не такой, ты точно знаешь. Никто не должен догадаться, пока ты сам не разберешься что с тобой не так.
Цепляешься взглядом за силуэты в толпе. Отчаянно хочется прицепиться к кому-то, поддеть, ввязаться в драку, раз уж с девчонками не выходит, ведь ты уверен, что у тебя просто не встанет, слишком долго ты смотрел на мужские задницы и сиськи какого-то смазливого парня, очертания которых отлично очерчивала мокрая майка. Ты покраснел, отвернулся а затем просто ушёл в другой конец дома, спрятав взмокшие ладони в карманы. Дальше ты себя не помнил, не осознавал в пространстве, хоть и смеялся с глупых шуток своего одноклассника, пока девушка не утащила его трахаться в туалет. И тут ты понял, что завидуешь ему, ведь он может жить вполне беззаботно, быть нормальным подростком, без тараканов в голове, а ты нет. Это спермотоксикоз или что? У тебя не было никого уже несколько недель, с тех самых пор, как твоя девушка переехала к отцу в другой штат. Ты, и правда, страдал, как думали все вокруг, но совсем по другому поводу.
Ты недостаточно пьян, раз решаешь найти сестру. Тебе отчаянно нужен её звонкий смех и тот самый хитрый взгляд, который она кидает на тебя за секунду до того, как кинуться на шею. У вас разница всего два года, но Ким для тебя малышка, иначе ты её не воспринимаешь, да и вряд ли сможешь хоть когда-то. Некоторые вещи остаются неизменными.
- Не видел Ким? - получаешь четкий кивок и следуешь за ним, но к увиденному оказываешься совсем не готов. Того смазливого парня в мокрой майке ты узнаешь сразу и от этого ты становишься только злее. Бьешь неожиданно и резко, никто из этих двоих явно не заметил твоего появления. - Какого хера?! Ей шестнадцать! Ты в курсе вообще? - он лишь лыбится в ответ и ты бьешь снова не выдерживая этой усмешки. Он пропускает и даже не защищается, давая тебе выпустить всю свою злобу. - Что смотришь?! Жопу прикрой! - Ты зол на Ким. Ведь застукал её почти не вменяемую на члене какого-то невнятного парня. - Ты слишком маленькая чтобы творить такое. Что скажет отец, если узнаёт? Мы уходим, трусы свои с полу подбери, говорю.
Ты совсем трезв от злости и негодования, а ты этого не было в планах на сегодня.
Дома у тебя не отнимает много времени найти номер того самого парня. Ты думаешь, что не пояснил ему достаточно чётко, чтобы он не терся о твою сестру ничем, тем более своим членом. Ким об этом знать не обязательно. Ты разберешься со всем сам, не сказав ни слова отцу.
Тщательно стираешь с лица косметику, превращаясь мгновенно в себя обычного, в того, каким видят каждый день отец и мама, тренер и игроки твоей команды. Сейчас ты почти уверен, что все с тобой в порядке. Ты такой же как все. И тебе этого достаточно. Это то, чего ты хочешь больше всего на свете. Правда?
Утром первым делом пишешь ему. Тебе плевать ответит ли он или испугается, ты точно знаешь, что достанешь блондина при любом раскладе. К твоему удивлению он не прячется, отвечает довольно быстро и дерзко, тем самым давая зеленый свет. Ким запираешь в комнате, оттуда она никуда не денется, разве что сиганёт со второго этажа, что для такой неженки, как она, совсем не свойственно. Она кричит на тебя с другой стороны двери, язвительно напоминая о том, что ты со своей девушкой тоже сексом занимался задолго до того, как вам исполнилось восемнадцать. Ты не споришь, не отрицаешь, но в свою защиту можешь сказать только, что вы занимались этим не после 5 минут знакомства. Вы были вместе три года, три тяжелых и одновременно счастливых года. Ким всё это поймёт, когда подрастёт, а пока у неё есть ты, чтобы подстраховать.
Быстро проглатываешь кофе и бутерброд с сыром, прежде чем покинуть затихший дом. Ким наверняка надула губы и закрылась в ванной, ты знаешь, что с ней всё будет хорошо, пусть так будет, лишь бы не пришлось звонить маме.
Скоро ты забываешь и о ней и о капризной сестре, и о отце, который даст по шее вам обоим, если узнает. Смотреть на смазливого пацана тебе противно. От того ли, что ты удивительно отчётливо помнишь его силуэт под мокрой футболкой и то, как он двигался на столе или от того, что перед глазами стоит младшая сестрёнка, скачущая на его члене.
- Что б я больше тебя не видел возле Ким, понял? - подходишь вплотную, нависая. Ты выше на целую голову, мускулистее, шире в плечах. Пацану должно быть страшно, ты надеешься на это, потому что вновь бить уже итак прилично расквашенное лицо ты не хочешь.
- Она сама прыгнула на мой член, понимаешь? - он усмехается, глядя снизу-вверх. - Я её даже не просил. И может быть я в тот вечер был не... - Ты не даешь ему закончить, хватая за горло и сжимая пальцы, заставляя заткнуться. Это он сейчас назвал твою сестру шлюхой? Серьёзно?
- Ты совсем охуел? - цедишь сквозь зубы, склоняясь к самому лицу. Вдыхаешь против воли его запах и тебя буквально мутит от него, а ещё трясёт и ты вовсе не уверен, что от злости. Бьёшь, заставляя согнуться пополам и отталкивая от себя, а затем в лицо. Он падает на аккуратный зеленый газон и стонет, а ты заставляешь себя остановиться.
- Чтоб я тебя больше не видел.
Как же он бесит тебя. Гораздо больше, чем мог бы.

+2

4

[AVA]https://i.imgur.com/1hbfC5N.png[/AVA]

[LZ1]РАЙЛИ ХЭТФИЛД, 17 y.o.
profession: школьник[/LZ1]

Хочешь не хочешь, а явиться домой надо, как минимум, чтоб переодеться. Твоя прежняя одежда смердит, как нью-йоркская подворотня в лучшие годы, да и связываться с этим амбалом, братиком профурсетки Ким Смит, тебе от слова совсем не хочется. Он не знает, где ты живёшь, зато прекрасно знает, где тебя можно найти. Лицо обрабатываешь наскоро, так же наскоро кидаешь в род оставшийся с вечеринки кусок пиццы, странно отдающий виски, но тебе вкусно и так. Чед предлагает остаться, но ты уже решил, что раз рисковать, играя в рулетку, так уж играя на все. И до тебе почти удаётся дойти до дома, всего-то пара улиц, вон даже серая крыша уже видка, как до твоего уха доносится уже знакомый голос. - Притормози-ка, урод, не так быстро.

- Ты меня уже второй раз уродом называешь. Случайность или реверсивная психология? - Не оборачиваешься, прекрасно понимая, что нарываться глупо, но остановиться не можешь. Ты не видишь злость, но даже с закрытыми глазами, ты чуешь её запах, как животное, почуявшее добычу, чувствует страх. Ты знаешь, что он не шутит, да и заигрывать с реальностью, вопреки твоим грандиозным скилам, было бы неуместно. Он в два раза больше тебя, вряд ли он хоть что-то почувствует, если ты ударишь первым. И это твой единственный вариант ударить его в принципе. И при всём раскладе явно не в твою сторону, ты его не боишься. Тебя не пугает его телосложение и сила, как говорится, чем больше шкаф, тем громче падает, а вот его решимость навалять тебе за Ким и вовсе заставляет проступать едкую кислоту иронии на языке. Ты держишься едва, твой язык вообще враг всех врагов.

- Она сама прыгнула на мой член, понимаешь? - Выдаёт твой грёбаный незатыкающийся рот, растекаясь уголками в едкой усмешке.  - Я её даже не просил. И может быть я в тот вечер был не... - Для тебя это игра, и боль игра, и его руки, хватающие тебя за горло, чтоб ты не мог закончить фразу, которую старший братик Ким не желает слышать. Неужели он верит, что его сестра чиста, как утренняя роса на весеннем лугу. Ты и сам не раз видел похотливые руки у неё под юбкой, ещё до тебя в тот вечер. Ким звезда и будет звездой всегда и везде, чего бы это ей не стоило. Он знает, что ты всё прекрасно знаешь. И ты знаешь, что он знает, что ты знаешь. Скоре всего, именно это его так бесит. Не то, что ты касался Ким, а то, что знаешь, какая она в сути блядина. А ты простой раб лампы, не более.

- Ты совсем охуел? - Цедит сквозь зубы прежде, чем ударить тебя под дых, заставляя согнуться пополам. Тебе по-прежнему от чего-то не страшно. Он ударит тебя снова, но ты не пытаешься бежать. Ты просто знаешь, что не убежишь, даже если срежешь путь через кусты и подлезешь под соседским забором. Ваш район маленький, а прослыть трусом так легко. Ты не трус, ты дурак, ведь только дурак может ждать удара. И только дурак, задевший оппонента за живое, может его дождаться. Боль в ещё не заживших ранах на лице возвращается, ты почти физически чувствуешь, как лопается едва зажившая губа, как тяжёлая капля стекает на подбородок, но сбежать или остановить его тебя не заставляет даже это. Всё же заживёт, но не память, если ты будешь визжать, как девчонка и просить остановиться. - Чтоб я тебя больше не видел.

Тебя не научили принимать поражений, но ты не бесстрашный, ты опасный. Опасный для самого себя мальчишка, у которого напрочь отсутствует всякий инстинкт самосохранения, зато гордости вагон. Страшно тебе станет позже, когда проссышься или проблюёшься кровью, но это ведь наедине с собой, а сейчас ты можешь только чавкать вязкими слюнями в набитом рту и вещать сквозь опухшие рваные губы, сидя на горячем июльском асфальте, нажаренном в тысячи калифорнийских Солнц, и сплёвывая кровь прямо себе на брюки. Внутри всё болит, удар у этого парня поставлен, что надо, но ты совершенно не умеешь унижаться и показывать то, что тебе плохо и больно. Ты улыбаешься, кидая в спину. - А тебя зовут-то хоть как, братик Ким?

Не оборачиваясь, показывает средний палец.

Кашляешь, усмехаясь.

Ты не удивлён.

Отредактировано Riley Hetfield (2021-04-16 23:06:52)

+2

5

[NIC]Leo Smith [/NIC] [AVA]https://i.imgur.com/LWaObzd.png[/AVA]

[LZ1]ЛЕО СМИТ, 18 y.o.
profession: ученик выпускного класса[/LZ1]

Он что считает себя бессмертным, когда кидает в спину шутливые фразочки, не давая тебе уйти? Ты не злишься, скорее чувствуешь досаду и демонстрируешь совершенно молчаливо средний палец. Медлишь несколько секунд, будто ждешь продолжения диалога, а затем продолжаешь двигаться обратно к дому. Он раздражает тебя, выводит из себя и не только этой странной бесбашенностью, дерзостью и наглостью, но и ещё чем-то неуловимым и пока непонятным.
- Чёрт, - останавливаешься где-то на полпути и резко разворачиваешься. Мальчишка сидит на прежнем месте, прямо на расскаленном асфальте и скалится в ответ на взгляд совершенно отчаянно. Ты знаешь, что ему больно, но он такой пугающе смелый, чтобы показать это хоть на мгновение. И в этой его браваде, в этой показной смелости, ты узнаешь самого себя, ведь ты тоже всегда хочешь казаться не таким, какой есть на самом деле. - Поднимайся, идиот, пока солнечный удар тут не получил и не двинул коней, - хватаешь за шиворот и отрываешь от земли.
Ты не знаешь насколько ему херово, не потеряет ли он сознание, сможет ли встать и уйти сам, и в этом весь ты, настоящий и истинный. Ты не тот, кто бьёт, ты тот, кто обычно поднимает и дотаскивает до кровати. Помогать тебе нравится гораздо больше, чем бить, хотя и это делать приходится. В тебе много мышечной массы, но и мозга достаточно, чтобы не размахивать кулаками на право и налево и ты до сих пор не понимаешь, что сделал с тобой этот сопляк, что ты буквально озверел.Ты не слышишь, что он бубнит в ответ, просто подпихиваешь мальчишку в сторону своего дома.
- Умойся, а я схожу за аптечкой, - пихаешь ему в руки полотенце, - и сними эту футболку, я дам тебе другую, - морщишься, оглядывая тощую фигурку, примеряя мысленно, в какой из футболок он не утонет. Усмехаешься, понимая, что эта учесть ждет его в любой.
Странное дело, но твое сердце бьется чаще и громче, когда ты возвращаешься обратно, и застаешь его по пояс голым, склонившимся над ванной. Редкие бусинки-капли гипнотически стекают вниз по голому торсу, теряясь в макушке штанов, а ты на мгновение теряешься, глядя на это. Черт. Ты не учел, что это тебя вообще взбудоражит, ведь ты трезв и он тебя бесит и вообще... Снова? Какого черта происходит? Ты отворачиваешься, кидая футболку на стиралку и уходишь на кухню. Тебя трясет и ты изо всех сил негодуешь, пока достаешь перекись и бинты.
- Не скалься, - он вырастает посреди кухни совсем неожиданно для тебя, к чему ты, кажется, вовсе не готов. Зато в футболке. Слава Богу. - Я итак понял, что ты дохуя смелый, - смотришь в упор, а затем указываешь глазами на стул, приглашая сесть. - И глупый.- Касаешься смоченным в перекиси кусочком бинта разбитой губы, пытаясь остановить все ещё сочащуюся кровь. Он не отстраняется, молчит, но все же вздрагивает, хоть и пытается изо всех сил храбриться. Глупый мальчишка. Чтобы мог сделать с ним кто-то другой, если бы он попытался провернуть подобное. Любой из парней его команды не испытывал бы угрызений совести, оставив истекать этого идиота кровью на жаре.
- Ты плохо выглядишь. Ты же понимаешь это? Твоё лицо третьего раза на выдержит. Поэтому заткнись и сиди смирно. - Красивое лицо. Стоит отдать этому должное. Даже сейчас, разбитое и опухшее, оно было миловидным и смазливым, как у девчонки. Вздрагиваешь, понимая, что засмотрелся и убираешь руку от лица. Ты слегка перегнул с заботой. Он может напридумывать себе невесть что. - А теперь проваливай, - отворачиваешься и включаешь кран, чтобы помыть руки, но это лишь на первый взгляд. На самом деле ты изо всех сил сглаживаешь неловкость и пытаешься отвлечься. - Имя мое тебе знать не обязательно. Я больше не планирую с тобой встречаться.

Отредактировано Keith Hetfield (2021-04-10 15:05:45)

+2

6

[AVA]https://i.imgur.com/1hbfC5N.png[/AVA]

[LZ1]РАЙЛИ ХЭТФИЛД, 17 y.o.
profession: школьник[/LZ1]

Ждёшь, пока он окончательно скроется за поворотом, чтоб встать и понудеть себе под нос, как следует, но он останавливается, разворачивается и идёт в твою сторону. Неужели решил поддать тебе за подъёбку. Ты снова надеваешь нахальную ухмылку вместо гримасы боли, пялясь на него в упор снизу вверх. Ты можешь себе это позволить, ведь нависшей тушей он загородил яркое солнце, дав тебе карт бланш.  - Поднимайся, идиот, пока солнечный удар тут не получил и не двинул коней. - Хватает тебя за футболку, мгновенно раздающуюся треском на всю молчаливо-ленивую улицу.

- Эй, полегче, приятель! Если мой позвоночник посыпется в трусы, его вряд ли удастся замаскировать под дерьмо и сказать, что так и было. - Закатывает глаза, видимо, решив, что заткнуть тебя не удастся, и отпускает ткань, разворачивая тебя в ту же сторону, куда шёл изначально сам. Ты идёшь с ним и снова не ощущаешь опасности, твои рецепторы чуют чувство вины, но никак не угрозу. Он храбрится, но, скорее всего, просто боится, что ты помрёшь посреди дороги, и старуха, торчащая в окне дома напротив места вашей милой беседы, расскажет, как он сначала навалял тебе, а потом оставил дожариваться на солнышке до состояния overcooked. Ты идёшь за ним домой, даже не зная, как его зовут. Почему тебя так волнует его имя? Хочешь придумать рифму и доставать его? Хороший вариант, пусть и снова игры с огнём.

Идти немного больновато, ребро, в которое пришёлся удар, саднит, но ты заставляешь себя не прогибаться в спине, что он не заметил. Не хочешь этой притворной жалости и больницы не хочешь. Ты их с детства на дух не переносишь, ведь рано или поздно всё проходит само. Ты знаешь, что он смотрит тебе в спину, разглядывает, примеряя, насколько сильно покалечил тебя, а ты будто бы прикрывая произошедшее, не играешь по его правилам. Ты сильный, ты справишься, помогать и заботиться о тебе некому. Ты с давно уяснил, что всё придётся делать самому, и радоваться, и страдать и помогать только сам себе. Кто, если не ты.

В гостях у Ким ты никогда не был, только знал, как и вся школа, что живёт она как настоящая принцесса, разве что вместо замка в роскошном доме. Дом и правда был большим, просторным и светлым, хотя вся эта роскошь тебя не очень впечатляет. Завидовать ты не умеешь, у тебя всё в целом всегда было, может разве что тому, как этот парень бьётся за свою сестру, ведь Кит так бьётся, но не за тебя. Его отношение расстраивает тебя, но ты уже привык, что вы по разные стороны баррикад, и так будет всегда.

- Умойся, а я схожу за аптечкой, - с силой, но довольно умеренно пихает тебе в руки полотенце и жестом указывает, где ванна, - и сними эту футболку, я дам тебе другую. Зачем вся эта забота? Ты бы и сам мог дома сделать всё то же самое, чтоб умыться и переодеться не обязательно тащится в другой район. Но ты послушно делаешь то, что он велит, чтоб пойти уже домой и завалиться в кровать, где тебя будет ждать твоя приставка и банка холодной колы. Ты ему явно не очень приятен, и ты ясно это понимаешь, когда он быстро бросает на стиралку чистую футболку и сваливает. Ещё бы было наоборот, после того, как ты трахал его сестру. Технически, конечно, это она тебя трахала, но кто будет вникать в нюансы.

- Ты плохо выглядишь. Ты же понимаешь это? Твоё лицо третьего раза на выдержит. Поэтому заткнись и сиди смирно. - Постепенно ты начинаешь чувствовать себя хуже, и желание свалить нарастает, но он не отпускает, решая закончить акт заботы над подбитым из двустволки орлом, забинтовав ему клюв, чтоб не орал. Губы касается аккуратно, ты бы подумал, что с заботой, если бы не он сам расхерачил бы её в мясо. Шрам останется, - думаешь ты, почему-то, с некой гордостью. - А теперь проваливай. - Да, наверное, ты глупый. Тебе не раз говорили, что ты придурок, может это и правда так, но ты смирно выжидаешь, пока он закончит, и встаёшь со стула, чтоб уйти. Отворачивается от тебя, и ты снова чувствуешь неприязнь к себе с его стороны, ведь проявлять заботу его вынуждают обстоятельства. Но всё же в этой идеальном сочетании плохого и хорошего в происходящем тебе чего-то не хватает, будто кто-то мозг щекочет пером, хочешь вставить что-то едкое, а повода нет, пока... - Имя мое тебе знать не обязательно. Я больше не планирую с тобой встречаться.

- Зато я планирую встречаться с твоей сестрой. А если мы поженимся, то как я подпишу тебе приглашение? - Отвешиваешь ему в спину уже у самого выхода, когда расстояние между вами становится не таким уж и опасным для твоей физиономии, а потом быстро сваливаешь, захлопывая за собой входную дверь. - Не кипятись, я попрошу Ким подписать тебе открытку, братка. Мы тебя не сольём, обещаю!

Несмотря на боль, к дому бежишь быстро.

Только за тобой никто не гонится.

Даже обидно как-то.

Отредактировано Riley Hetfield (2021-04-16 23:06:46)

+2

7

[NIC]Leo Smith [/NIC] [AVA]https://i.imgur.com/LWaObzd.png[/AVA]

[LZ1]ЛЕО СМИТ, 18 y.o.
profession: ученик выпускного класса[/LZ1]

И почему ты решил, что он вдруг прикроет свой рот, не захотев в очередной раз поиграть с огнём? Глупец. Только ты сам знаешь, каким наивным можешь быть.
Закатываешь глаза, даже не собираясь бежать за ним следом, ведь ты уже решил для самого себя, что больше не станешь его бить. Не сегодня. Уж точно не сегодня. Сегодня в твоих планах лишь разговор с сестрой и вечерняя тренировка. Но Ким не желает говорить с тобой и даже подпёрла дверь с обратной стороны чем-то увесистым, что ты, впрочем, мог бы сдвинуть без особого труда, если бы захотел. Но зачем? Ты оставляешь за ней право дуть губы сколько угодно. Она всего лишь избалованная маленькая девочка, которая ни в чём не получала отказа. Так было всегда. До вчерашнего дня. Ты чувствуешь свою вину за то, что она выросла такой.   Нужно было быть жёстче, но ты просто не умеешь так, с теми, кого любишь.
Остаток дня пролетает незаметно, как и следующие пару дней. Ты не вспоминаешь о том парне, не заговаривает о нём и Ким, а ты не знаешь, как начать разговор, намекнуть, что ты против того, чтобы они снова контактировали каким-либо образом. Будем честными, тебя не устроит сейчас ни один парень, который будет крутиться возле твоей сестрёнки. Она слишком маленькая для подобных отношений и это не изменится ещё пару лет, как минимум. Но этот мелкий, наглый мальчишка... Ты не понимаешь почему мысли о нём и Ким заставляют тебя злиться и нервничать больше всего остального. Наверное, потому что он трахал её на твоих глазах. Этого при всем желании забыть не получится.
Дальше жизнь закручивается слишком лихо. У Вас серьезный матч и некоторое время ты можешь думать лишь о нём. Отпускает только на вечер после игры. Ты планируешь напиться и отметить победу, тем более что в честь этого намечается грандиозная вечеринка. Тебе даже интересно сколько придется выпить, чтобы захотелось трахнуть какую-нибудь девчонку, одну из тех, кто точно сегодня будет вешаться на шею. Ты слишком давно без девушки. Она уехала и все забыли даже, как она выглядит. На тебя началась охота, ведь для многих капитан команды лакомый кусочек.
Сестру захватываешь с собой не без колебаний и то лишь беря с неё слово, что она будет вести себя прилично. Она же не хочет, чтобы узнал папа и лишил её карманных денег? Или, что еще лучше, чтобы приехала мама?
Сразу вооружаешься пивом и занимаешь наблюдательную позицию. Ты знаешь, кого пытливо ищешь в толпе, но не находишь.
- Где сегодня пасется твой дружок? - тормозишь проходящего мимо Люка. Кажется, он не слишком хочет выкладывать тебе всё, видимо, думает, что ты всё ещё злишься и это может закончиться новыми разборками.
- Он остался дома. Ты знаешь почему.
И ты знаешь. А еще ты знаешь, что это за чувство, которое захлестывает тебя мгновенно после услышанного. Вина. Ты гонишь его прочь, но оно неумолимо настигает снова и снова, с каждой порцией пива, а затем и виски, которым ты опрометчиво шлифуешь напоследок, прежде, чем уйти с вечеринки раньше времени. Ты знаешь его адрес, и ноги буквально сами несут тебя туда.
Тихонько и нерешительно стучишься, но так и не получаешь ответа. Наверное, вот так просто заходить в чужой дом такая себе затея, но на втором этаже горит свет, а значит дом не пуст. Ты уговариваешь себя, что всего лишь хочешь убедиться, что с ним все в порядке, а затем уйти так же тихо, как и появился, и делаешь шаг в темную гостиную, прикрывая за собой входную дверь. В доме тихо и долгое время ты не слышишь ничего, ровно до того самого момента, пока не поднимаешься по лестнице наверх. Кто-то стонет приглушенно, словно осторожно, боясь, что кто-то услышит, но явно от боли.
- Эй, мелкий, что с тобой? - Ты тормошишь его легонько за плечо, пытаясь привести в чувство и в распахнувшихся глазах не видишь ничего, кроме боли и страха.
- Все нормально. Проваливай, - приподнимается на локтях, стискивая зубы, смотрит на тебя волком, а ты лишь чувствуешь, как сердце твое сжимается от страха за этого мальчишку и жалости. Пьяным ты становишься еще более сентиментальным. Хотя куда уж сильнее.
- Я попрошу отца отвезти тебя в больницу, - откидываешь одеяло и без лишних слов бережно берешь мальчишку на руки. Ты отвез бы сам, но пьян, пьян, как свинья, если быть честным.

Отредактировано Keith Hetfield (2021-04-10 15:05:31)

+2

8

[AVA]https://i.imgur.com/1hbfC5N.png[/AVA]

[LZ1]РАЙЛИ ХЭТФИЛД, 17 y.o.
profession: школьник[/LZ1]

Дом снова пуст, звенит твоими шагами от стен, но тебя это не расстраивает. Наоборот, ты рад, что родители уехали, что Шен и Кит шляются где-то чёрт знает где, тебе же лучше. Сгибаешься пополам и садишься на пол в гостиной, выдыхая наконец всю боль, что так долго держал внутри, храбрясь. Ты не привык, что с тобой носятся, как с писаной торбой, как, например, с Шен носится твой брат, и меняться не собираешься. Сейчас ты даже не склонен думать и анализировать релевантность своего поведения и мышления, ты просто опускаешься на пол и лежишь так, пока не заходит солнце. Потом в ход идут таблетки, сразу штук пять обезболивающего глотаешь, не запивая. И боль немного уходит. Этого хватает, чтоб помыться наконец и, переодевшись, лечь в кровать.

Сон накидывается на уставшее вымотанное тело мгновенно, но не заходит глубже поверхностного неуютного забытья. Ты ворочаешься, пытаясь подобрать удобную позу, но только мешаешь сам себе, а боль, приглушенная таблетками, начинает возвращаться. Ты спишь долго, наверное, суток двое, просыпаясь, чтоб съесть очередную таблетку. Тебе хватает сознания не борщить, ты больше не принимаешь горстями. Даже в таком состоянии ты понимаешь, что хочешь жить, но помочь себе не можешь, только ждёшь, что всё пройдёт само собой. К тебе никто не приходит, хотя ты периодически слышишь смех, доносящийся с первого этажа, реже - звуки шагов на лестнице. Ты не включаешь свет, не спускаешься и никаким образом не даёшь понять, что твоя комната не пуста, хотя именно сейчас ты бы хотел, чтоб кто-то пришёл и помог. Может, ты впервые в жизни хотел, чтоб они тебя заметили, но сообщить о себе не мог.

Глаза открываешь глубокой ночью, боль чуть ушла, но не отступила совсем. Прислушиваешься - тишина. Либо все спят, либо дома снова никого. На телефоне только час ночи, и по дате родителей быть ещё не может. Спускаешься вниз, не рискуя напороться ни на кого живого, набираешь воды в графин, глотаешь таблетку и возвращаешься назад в комнату. Вставать с кровати было не лучшей идеей, и ты принимаешь единственно возможное решение для себя в рамках своих мировоззрений - выключить свет и лечь обратно. Боль почти не уходит, ты корчишься на кровати и почти плачешь, не понимая, как себе помочь, как лечь так, чтоб не чувствовать этого всего. Сон долго не шёл, как бы ты его не звал, и ты лежишь с закрытыми глазами, отвернувшись к стене, стараясь не разреветься от боли и невозможности хотя бы во сне забыться от неё. - Эй, мелкий, что с тобой? - Вдруг тихо произносит кто-то над ухом. Сильный запах алкоголя ударяет в нос, и первое, что приходит в голову - грабитель. Если это так, то тебе не сдобровать.

Ты разворачиваешься резко настолько, что от приступа темнеет в глазах и перехватывает дыхание. В таком состоянии, если он решит тебя убить, то это будет, скорее милостью, чем актом насилия, но убивать тебя всё же никто не планирует. Ты смотришь в темноту, уже такую привычную для глаз, и различаешь знакомый силуэт парня, благодаря которому уже несколько дней не можешь ни жрать, ни спать, только ныть тихо, кусая одеяло от мерзкой жалости к себе. - Все нормально. Проваливай. - Приподнимаешься на локтях, сжимая зубы, чтоб не завыть на луну, как подбитый дробью волк, делаешь максимально удобоваримое лицо, но даже пьяным, он понимает, что всё далеко не в порядке.

- Я попрошу отца отвезти тебя в больницу. - Аккуратно, даже как-то заботливо, берёт тебя на руки и куда-то тащит. Ты пытаешься сопротивляться, но в таком состоянии твои потуги похожи на вялые попытки устроиться поудобнее. Ты сомневаешься, что будь твоё состояние не его рук делом, то его бы даже на твой порог не принесло. Ты понимаешь это прекрасно, но твои близкие даже этого для тебя не сделали. Ты их не винишь, ведь, скорее всего, ни Кит, ни Шен даже не подозревали о том, что ты находишься в доме. Что уж говорить о родителях, которые находятся в другом штате, если ещё не укатили в Европу. - Отпусти меня, я не хочу никуда ехать. - Не без труда шепчешь, прежде, чем оказаться на заднем сидении машины. На какое-то время ты остаёшься один, периодически отключаясь, потом из тишины выныривают мятые звуки диалога, потом ты снова отключаешься, а полноценно приходишь в себя только утром, а может и в полдень, от того, что назойливый луч слепит тебе глаза.

Не можешь понять, что это за место, и зачем ты здесь.

И только одно знаешь точно.

Ты не дома, и ты не один.

Отредактировано Riley Hetfield (2021-04-16 23:06:39)

+2

9

[NIC]Leo Smith [/NIC] [AVA]https://i.imgur.com/LWaObzd.png[/AVA]

[LZ1]ЛЕО СМИТ, 18 y.o.
profession: ученик выпускного класса[/LZ1]

На долгие попытки к сопротивлению мальчишки не хватает. И пока ты несешь его к своему дому, он не произносит ни единого слова, хотя красноречия и наглости ему не занимать. Кому еще, как ни тебе знать об этом. Ты быстро понимаешь, что дело серьёзно. От страха  в голове мгновенно проясняется, ты буквально чувствуешь, как трезвеешь с каждым шагом. Насколько сильно ты его ударил? Что повредил или сломал внутри? Самое пугающее, что этого не возможно заметить, как разбитую губу или нос. Сейчас ты очень ругаешь себя за то, что тогда выгнал мальчишку, хотя прекрасно видел, что ему больно, а не отправил сразу в больницу. Вовсе не потому, что было лень возиться, просто находясь рядом, ты ощущаешь странный дискомфорт, даже панику. Люди обычно избегают то, что не может объяснить и ты не исключение.
- Лео, ты причастен к этому? - Отец встревожен и ты понимаешь почему. Все это может повлиять на твое будущее, на спортивную карьеру, на учёбу в университете. Молча киваешь, не понимая с чего начать, но продолжать не приходится. Возможно, вы вырнетесь к этому разговору позже, когда будет время, возможно, нет, но тебя все это сейчас волнует не особо. Тебя вообще не волнуют последствия сейчас. Только мальчишка, почти без сознания, на заднем сидении вашего автомобиля. -Все нормально. Я понимаю, что просто так ты бить никого не стал бы. Только не ты,- ободряюще хлопает по плечу и больше не задает вопросов.
В больнице объясняться приходится много. Хорошо, что это берёт на себя отец, а то ты, заикающийся и бледный не смог бы даже назвать его фамилии. В ванной ты пытаешься привезти себя в порядок, умывшись под стуями холодной воды и пригладив торчащие во все стороны кудри. Но даже после всех манипуляций ты выглядишь не очень. Тебе просто страшно и тревожно, а это водой смыть не получится.
Вскоре отец уезжает, а ты остаёшься, потому что просто не понимаешь, что происходит. Ты не родственник, ты никто по сути, а эта серьезное препятствие к информации. А еще тебя пугает то, что рядом с мелким никого нет. Толи они не могут никого найти, толи всем просто плевать. Ты звонишь Люку, единственному из близких этого пацана, кто тебе известен, прямо ночью, не стесняясь и узнаёшь, что у него целых два брата, которые тоже были на вечеринке, а теперь вообще хрен знает, куда делись. Ты остаёшься, потому что не считаешь правильным бросать Райли одного и засыпаешь прямо там, где сидишь.
На утро мало что меняется, кроме твоего помятого теперь тревожным сном лица.
- Я побуду с ним, пока не приедут его родные? Я его... друг, - запинаешься о последнее слово, не понимая, как обозначить ваши отношения. Неприязнь с элементами вынужденной заботы? Все это было вчера, а сегодня тебе слишком трудно понять, что ты чувствуешь по отношению к Райли, даже, если вспомнить, как он трахался с твоей несовершеннолетней сестрой. Особенно сейчас, когда ты видишь его спокойно спящим под одеялом, натянутым до самого подбородка.
- Черт, - он открывает глаза и смотрит на тебя.
  Неловко. Почему так неловко? И что теперь говорить? Ты, как всегда, предусмотрел не все варианты.

Отредактировано Keith Hetfield (2021-04-10 15:05:15)

+2

10

[AVA]https://i.imgur.com/1hbfC5N.png[/AVA]

[LZ1]РАЙЛИ ХЭТФИЛД, 17 y.o.
profession: школьник[/LZ1]

Тебе ничего не снится, нет никаких пресловутых тоннелей, ты не паришь над телом, выпрыгивая из штанов, пока идёт операция. Не происходит ровным счётом ничего из того, что рассказывают особо впечатлительные люди, находящиеся без сознания или в коме. Ты просто не помнишь ничего из промежутка отключения-включения, для тебя прошло одно мгновение, а для твоей светлой едва заметной щетины явно прошло не меньше недели. Ты приходишь в себя раз или два уже в палате, но не помнишь даже этого.

Кашляешь, как туберкулёзник, воздухом царапая иссохшееся горло, пытаясь хоть как-то привлечь стороннее внимание. По ощущениям то же самое, что ковырять палкой по пересохшему колодцу где-нибудь в пустыне Гобби. Ты смутно представляешь себе пустыню Гобби, да и вообще пустыню, но других ассоциаций у тебя не находится. На твой кашель никто не приходит, да и не пришёл бы. Чтоб позвать кого-то из персонала, нужно нажать кнопку, но увидеть её ты не в состоянии. Пока глаза привыкают к свету, ты почти слепо шаришь по тумбочке, в мыльности силуэтов выискивая нужный - кувшин с водой. Не может быть, чтоб его не было, но его нет.

Встаёшь резко, не подозревая, что совершаешь роковую ошибку. -Блять! - Перед глазами плывут ещё более мыльные блики, цветные, яркие, стреляющие резиновыми под рёбра. Где болит, не понимаешь, кажется, что болит абсолютно везде. Чьи-то крепкие руки хватают тебя почти у самого пола, не давая упасть и отбить ещё и колени, усаживают на кровать, и ты наконец можешь попросить воды, но не можешь,задыхаясь.Зажмуриваешься, пытаясь наконец проморгаться, чтоб увидеть не только пятна окружающей обстановки, но и того, кто схватил тебя. Ты ожидаешь, что это будет отец, ведь им с мамой обязаны были позвонить, они ещё несут за тебя ответственность, но в фокусе оказывается вовсе не он и даже не твой брат.

- Ты чего скачешь, мелкий? - Лицо напротив взволнованное, сонное и вымотанное. Ты не сразу понимаешь, кто это, а когда доходит, то ты сразу отстраняешься. Ты не боишься, что он сделает с тобой что-нибудь, отстраняешься, скорее, от удивления. Но удивление лишь мимолётом проходится по твоему эмоциональному состоянию, ты не тешишь себя надеждами, хотя и не злишься. Тебя, пожалуй, успокаивает тот факт, что ему было явно не сладко все эти дни, ведь если бы ты откинулся, то его бы посадили. Ты прекрасно понимаешь, что это просто страх, а никакая не забота. С другой стороны, пусть и из страха, он хотя бы здесь. - Принеси мне воды.

Приступ отпускает, и ты решаешься заглянуть под больничную пижаму, чтоб посмотреть, что вообще у тебя там так болит. События предшествующих госпитализации дней ты помнишь смутно, разве что бесконечный неспокойный сон и таблетки. Рассмотреть всё великолепие ты, к счастью, не можешь, но и увиденного хватает, чтоб словить неслабый такой кринж по поводу состояния своего тела. Тебя это не особо парит, ведь любые раны затянутся. Успеваешь прикрыть непотребства и залезть под одеяло до того, как возвращается брат Ким. - Вот держи, пришлось в магазин сбегать, у них не нашлось воды, представляешь? Зато стакан был, хоть его не пришлось покупать.

Тебе всё равно, где он взял воду, даже если бы налил из унитаза, ты бы выпил. Жадными глотками, минуя стакан, ополовиниваешь полуторалитровую бутылку. Ты и не подозревал, что настолько сильно скучал по простой воде. Всё это время он не отходит от тебя, хотя ты жив, здоров и никакой угрозы для него ты больше не представляешь. - Нет необходимости караулить меня 24/7. Если ты боишься, что я сдам тебя копам, то можешь быть спокоен, я скажу им, что меня побили на боксе. Хотя... - делаешь небольшую паузу, чтоб снова приложиться к бутылке. Горло пересыхает катастрофически быстро. - ... им вряд ли будет хоть какое-то дело до меня.

Ведь даже твоим родным до тебя нет дела.

Даже Киту.

Особенно.

Отредактировано Riley Hetfield (2021-04-16 23:06:34)

+1

11

[NIC]Leo Smith [/NIC] [AVA]https://i.imgur.com/LWaObzd.png[/AVA]

[LZ1]ЛЕО СМИТ, 18 y.o.
profession: ученик выпускного класса[/LZ1]

Ты знаешь, о чём он думает, задолго до того, как Райли произносит это вслух. Для него, впрочем, как и для всех вокруг, это кажется таким очевидным, хотя и не является правдой. Ты понимаешь почему. Люди всегда предполагают самое худшее и мерзкое. Ты же больше всего ненавидишь оправдываться. Но сейчас, стоя рядом с кроватью мальчишки, вдруг ощущаешь острую необходимость объясниться и уж если не доказать, то хотя бы высказаться. Ты не опускаешь глаз, не делаешь шаг назад, облегчая себе задачу, а открыто смотришь в лицо Райли, давая понять, что скрывать тебе нечего.
- Я не боюсь, что ты сдашь меня копам и, поверь, за всё это время я не подумал об этом ни разу. Может быть в это сложно поверить, но даже будь ты незнакомцем, которого я просто нашёл на улице почти без сознания, я всё равно привёз бы тебя сюда и остался где-то поблизости, потому что чувствовал бы ответственность. Остался хотя бы до того момента, пока не появился бы кто-то из родных, - пожимаешь плечами, думая о том, что говоришь лишние вещи, но остановиться уже не можешь, потому что молчал слишком долго. - Если бы мне действительно было так плевать, как ты думаешь, то я бы бросил тогда тебя на улице, а не потащил бы к себе домой, где в данный момент моя сестра, с которой я вас застукал, на минуточку, и не стал бы проявлять к тебе заботу. Если человеку всё равно, то во всем и до самого конца. Но, если ты хочешь, чтобы я ушёл, если тебе неприятно моё общество, я пойму. Так... мне уйти? - Смотришь в глаза напротив вопросительно, а в ответ получаешь что-то скомканное, но вовсе не злое. Он не прогоняет, но ты сам не понимаешь, зачем остаёшься. Ты до сих пор испытываешь рядом с этим мальчишкой жуткий дискомфорт и неловкость, но вместе с тем и ступор, как только думаешь о том, чтобы просто развернуться и уйти.
О чём вам говорить, ведь молчать будет неловко? А сам ты сейчас только на это и способен, ведь так и не понимаешь собственных границ дозволенного. Он не друг тебе и не враг, хотя раздражает одним своим видом, как только губы искривляются в ехидной улыбочке. Спящим и молчаливым он был довольно... милым? А сейчас, кажется, начинает приходить в себя одновременно с собственным языком. Ты вздыхаешь обреченно, не понимая, зачем подписался на это добровольно, но парировать не успеваешь, ведь дверь в палату распахивается, впуская какого-то посетителя. С первого взгляда ты понимаешь, что они с Райли невероятно похожи, разве что волосы иссиня-чёрные, да пирсинг в нижней губе. Неловкая пауза, а затем, тот второй, одними глазами, намекает, чтобы ты проваливал. Ускользаешь за дверь, не понимая, что испытываешь в тот самый момент, облегчение или тревогу, ведь напряжение между близнецами было настолько явным и тяжелым, что не требовало даже слов, чтобы понять наличие. Ему не стоит волноваться, но брюнет его семья, а кто ты такой в сущности? Тот, по чьей вине Райли тут и оказался. У тебя нет права голоса, да и откуда - вы почти незнакомцы, хотя сердце твоё отчего-то стучит так отчаянно и гулко, словно знает то, о чём ты сам ещё не догадался.
Возвращаешься домой, игнорируя все вопросы Ким, о том, где ты был всё это время и куда вообще пропал. Она уверена, что у тебя появилась девушка и хочет немедленно знать, кто она такая, чтобы тут же растрезвонить об этом на весь город. Ты не злишься, лишь закатываешь глаза и выставляешь её за порог комнаты. Девушка, как же. Она и не подозревает где и с кем ты провёл эту ночь и чем закончились её игры во взрослую жизнь. Ты знаешь, что эта беззаботность совсем ненадолго, ведь ей точно предстоит серьёзный разговор с отцом, ведь ты уже решил сам для себя, что непременно поговоришь с отцом и всё ему расскажешь. Каждый должен отвечать за свои поступки, ведь ты не хочешь, чтобы Ким выросла легкомысленной и безответственной, ты слишком сильно любишь, чтобы позволить это. Даже, если мать узнает и приедет. Ты справишься с этим, как и раньше.
Спишь крепко и без сновидений, но заставляешь себя встать пораньше. Вечером тренировка, а значит нужно успеть в больницу. Что ответить, если он спросит, зачем ты опять припёрся? Ведь ты и сам не знаешь ответ на этот вопрос.
- Привет, - привлекаешь внимание парня, который пялится в стену, не замечая твоего присутствия. - Я принёс пончики, - поднимаешь пакет вверх и улыбаешься совершенно по-дурацки, - и шоколадное молоко.
Сегодня он выглядит лучше, хотя настроение у него так себе, кажется. Он мрачно взирает с кровати, видимо, стараясь стереть идиотскую улыбку с твоего лица. Ты не знаешь, что говорят в таких случаях, что спрашивают у больных, да и вообще куда себя девать под этим пристальным взглядом, поэтому просто кладёшь коробку с пончиками у кровати и присаживаешься рядом.
- У тебя тут, - протягиваешь руку и легонько касаешься волос у самого лба, вытаскивая здоровенное перо, которое в них запуталось, - вот…
Сглатываешь.
Неловко. Очень неловко.

Отредактировано Keith Hetfield (2021-04-10 15:04:58)

+2

12

[AVA]https://i.imgur.com/1hbfC5N.png[/AVA]

[LZ1]РАЙЛИ ХЭТФИЛД, 17 y.o.
profession: школьник[/LZ1]

В ответ на его слова, тебе сказать совершенно нечего. Ты на его месте, скорее всего, тоже попытался бы убедить всех вокруг, что твои мысли чисты. Бубнишь что-то невнятное, то ли нехотя споришь, то ли соглашаешься, в любом случае, хоть не молчишь. Вам неловко, хотя до этого ты не испытывал трудностей в излиянии колкостей, и от себя ты понимаешь, почему это на данный момент изменилось. Он видел тебя слабым, а ты слабым быть не любишь. Весь этот кич, который ты за любо-дорого эксплуатируешь, вряд ли сработает после того, как он нёс тебя на руках из твоей комнаты до своего дома. Ты не уверен, что хотел бы во имя репутации откинуться от того, что ребро сместилось и проткнуло лёгкое, но теперь тебе крыть по-просту нечем. Чувствуешь себя ущемлённым что ли, и ждёшь, что он начнёт диалог, раскроет тему, плевать какую, но спасение приходит оттуда, откуда ты не ждал, заставляя кудрявого быстро ретироваться восвояси.

Визит Кита не приносит ничего, кроме бури внутри. Вы толком не общались уже почти месяц, пересекаясь разве что на тусовках. Он постригся и перекрасился. Чтоб не быть так похожим на тебя?.. Впрочем, чёрные волосы с голубыми прядками ему идут. Он, как всегда, спорит с тобой из-за какой-то мелочи, говорит о Шен, о школе, о какой-то нелепой херне, но только не о тебе. На вид ты явно не очень, и ты знаешь, что он это знает. Ты понимаешь, что он старается отвлечь тебя, но разговоры о Шен и их весёлых вечеринках, в то время, как ты мнёшь жопой больничную койку, тебе совсем не в кассу. Ты делаешь вид, что тебе не всё равно на весь трёп, что льётся из его рта, но внутреннего спокойствия это не приносит. Благо, он не приволок Шен с собой, подумав, что он тоже брат, и что тоже имеет право тебя навестить. И, пожалуй, тебя устраивает, что родителям всё-таки не дозвонились, и им не пришлось ехать ради такой мелочи с противоположного конца земного шара.

Кит сидит с тобой до ужина, и не уходит даже ночью, засыпая в кресле у твоей кровати. Ты смотришь на него пока Луна не скрывается за пределами окна, и палата полностью не погружается во тьму. Засыпаешь легко, будто произошло сегодня что-то важное, даже несмотря на разговоры о треклятом Шен. Ты... рад? Да, наверное, это нужное слово. Ты рад, что Кит сейчас с тобой. И пусть он уйдёт утром, скорее всего, ещё до того, как ты проснёшься, а когда тебя выпишут, то всё вернётся в прежнее русло. Об этом ты подумаешь как-нибудь в доругой раз, или не подумаешь, просто уберёшь на полку лишних мыслей, запрячешь подальше, будто и не было вовсе. Сейчас же, засыпая, ты бесконечно счастлив, и всё будто, как надо.

Как ты и рассчитывал, на утро в палате только ты и стойка для капельницы с каким-то слегка мутноватым раствором. Ничего не изменилось, Кит по-прежнему ведёт себя, как мудак, а тебя по-прежнему это волнует. Он твой брат, твоя половина, но ему будто бы претит, что вас двое. Ты часто испытывал чувство третьего лишнего после того, как отец и мать решили съехаться в первый раз. Хотя никогда и не злился на мать за это. Да и за что было злиться? В те годы только она и разделяла твои взгляды относительно нового члена семьи, и то потому что это был не её ребёнок. Будь она матерью Шен, ты бы был в пролёте по всем фронтам. Скорее всего, твоё поведение и чувства не самые правильные, продиктованные братской ревностью и детским собственничеством, но тебе не хватает Кита, не хватает вас, как семьи. И ты прекрасно знаешь, кого благодарить.

- Привет, - кудрявая голова господина тебе-моё-имя-знать-не-обязательно втискивается в помещение, стоит только медсестре выйти из твоей палаты. Ты не настроен на разговор с кем-либо, тем более с чуваком, благодаря которому пропускаешь свою жизнь мимо. Ты бы мог беззаботно катать на скейте в парке или на заброшке за городом, не гоняя в голове то, что вытравливал из неё наглостью, бравадами и случайными связями. - Я принёс пончики, - трясёт пакетом, заставляя тебя повернуться и посмотреть, что же он такое там притащил. Желудок резко заходится в приступе, но вот сам ты есть не хочешь совершенно. Когда ты ел в последний раз? День? Два назад? Ты не помнишь, тебя это не заботит. - И шоколадное молоко. - Ставит на тумбочку рядом с тобой и наклоняется ближе настолько, что ты без труда различаешь светлые веснушки у него на носу.

Отшатываешься рефлекторно, когда к тебе тянется его рука. Не от страха, просто ты не хочешь, чтоб кто-то касался тебя. - У тебя тут, - а он почти и не касается, разве что чёлки, как фокусник, достающий монетки у ребёнка из-за уха. Только в руках его не монетка, а перо,  - вот... - Улыбается так наивно-честно, что тебе на минуту становится противно от того, что ты чувствуешь, но избавиться от этих эмоций не можешь. Ты хочешь остаться один, подумать, поспать, только ничего не говорить и не отвечать на вопросы. И вся эта его забота, к которой ты не привык, которая кажется тебе чуждой, лишь только добавляет масла в огонь. Он разворачивается, чтоб взять стул, приткнутый Китом к столу, но ты опережаешь. - Давай ты просто уйдёшь, а.

Ты не хочешь, чтоб он подходил к тебе так близко.

Боишься ли ты его хоть чуть-чуть?

Ты боишься не его.

Отредактировано Riley Hetfield (2021-04-16 23:06:26)

+1

13

[NIC]Leo Smith [/NIC] [AVA]https://i.imgur.com/LWaObzd.png[/AVA]

[LZ1]ЛЕО СМИТ, 18 y.o.
profession: ученик выпускного класса[/LZ1]
- Давай ты просто уйдёшь, а, - застываешь, опешив, и молча смотришь на мальчишку, даже не моргая, несколько невероятно долгих мгновений.
Действительно, с чего ты решил, что сегодня он не прогонит тебя так же, как не прогнал вчера? Наивно было полагать, что Райли станет терпеть твое общество вечно, позволяя заглаживать свою вину. Да, ты её чувствовал. Она давила тяжким грузом, не давая отвлечься ни на что другое. Или это было нечто иное, что ты так опрометчиво принимал за неё последние дни. Вина со скользким ощущением тревоги и ещё чего-то, что кричало внутри тебя заставляя оказаться от парня, как можно дальше и как можно быстрее. Но ты, вопреки собственному нехорошему предчувствию и дискомфорту, не желал уходить. Поэтому так долго и стоял, глядя мальчишке в глаза, отчаянно ища повод остаться, повод, в котором не было никакого смысла. Вы люди из разных миров, у вас нет ничего общего, кроме той самой стычки, о которой ты и сам давным-давно уже забыл.
- Да, конечно, как скажешь, - пожимаешь плечами, наконец, отводя глаза от его лица. - Ты поешь. Пока они свежие. Поправляйся.
Больше не смотришь на него, ощущая себя полным идиотом и думаешь, что пора брать себя в руки и перестать так выглядить в глазах окружающих. Большая часть из них знает тебя совсем другим, так какого черта, ты позволяешь какому-то почти незнакомому мальчишке видеть тебя настоящего?
Остаток дня ты ни о ком и ни о чем не думаешь. Тренировка отнимает у тебя все время и силы, оставшихся хватает лишь, чтобы позвонить своей бывшей и сказать ей о том, что скучаешь. Ты и правда скучаешь, но вовсе не о физической близости, а о том, как легко она всегда понимала тебя. У тебя нет друга ближе, да и вряд ли уже будет. Это утрата не восполнима и ты понял это только сейчас, когда на душе заскребли кошки. Впрочем, ты знаешь, что завтра забудешь обо всем, ведь скоро важный матч, а значит тренироваться вы будите целыми днями. Что бы ты делал без спорта? Спился бы? Серьёзно, для тебя нет способа забыться лучше, чем целый день гонять мяч по полю, не давая ни одной серьезной мысле застрять в голове.
Вечером после успешного матча ты абсолютно вымотан, одинок и несчастен. Закрываешься в спальне, игнорируя приглашения на вечеринку и несколько часов бездумно залипаешь в приставку. К чему идти куда-то, если там не сможешь расслабиться?
Интересно, Райли уже выписали? Ким наверняка в курсе, но ты не знаешь, как начать об этом разговор. Как вообще заговорить с ней о нём?
Ким заходит к тебе сразу, как возвращается домой. Скидывает туфли и забирается на твою кровать, прямо к тебе на колени.
- Он тебе нравится? - Вопрос срывается с твоих губ, прежде, чем ты понимаешь, что не желаешь знать на него ответ. Но Ким и не отвечает лишь пожимая плечами и говорит, что Райли красивый. Она немного насторожена и вовсе не понимает, почему ты вдруг задаешь такие вопросы и что она может ответить, чтобы не вызвать раздражение. - Если нравится, то Вы можете встречаться, Ким. Я не против.
Она замирает на секунду, а затем порывисто обнимает тебя за шею, взвизгивая. Как мало ей надо для счастья. Ты даже немного завидуешь, ведь у тебя самого в жизни и голове полный бардак. Вот бы все было так же просто. У тебя так никогда не было, сначала с матерью, потом с девушкой, а самое главное с самим собой.

Отредактировано Keith Hetfield (2021-04-10 15:04:40)

+2

14

[AVA]https://i.imgur.com/1hbfC5N.png[/AVA]

[LZ1]РАЙЛИ ХЭТФИЛД, 17 y.o.
profession: школьник[/LZ1]

Он уходит без лишних споров, оставляя тебя в смешанных чувствах. С одной стороны ты уже начал привыкать к его присутствию в твоей жизни, да и за произошедшее вина на тебе была не меньше, чем на нём. Если постараешься, то даже самого спокойного и стрессоустойчивого человека сможешь вывести из себя, а этот парень совершенно не выглядит просветлённым буддистским монахом, познавшим дзен и отринувшим всю мирскую суету. С другой - тебе нужно было побыть одному, чтоб успокоиться и привести своё ментальное состояние в привычное равновесие. Лучшее лекарство для тебя, конечно же, грандиозная попойка с кучей народа, но в больнице это разве что вечеринка с капельницей и невкусной едой, а общество твоего нового знакомого, такого внимательного и заботливого, заставляло тебя думать о Ките, который такой заботы не проявлял. И привыкать ко вниманию ты не хочешь, ведь, как только ты поправишься, он перестанет тебя замечать и уж явно не будет приносить по утрам пончики на дом, а отвыкать всегда болезненно.

Ближе к обеду тебя посещает врач, и после осмотра сообщает, что не собирается тебя больше держать в больнице, потому что на умирающего ты не похож, а пинать половые органы можно и дома. Ты не споришь, ведь ты действительно чувствуешь себя, если не прекрасно, то хорошо, и уйти тебе хочется от слова очень. Пара анализов и рентген, и тебя отправляют восвояси с рецептом на курс антибиотиков, которые нужно будет принимать ещё какое-то время. Это, конечно, минус, ведь до окончания курса нельзя принимать на грудь, но, даже несмотря на сей факт, ты рад, что с больницей покончено. Правда, домой возвращаться сильным желанием ты не  горишь, видеть Шен и объясняться с родителями, которые всё же прилетели вчера вечером домой, тоже. И ты не идёшь домой, ты идёшь прямиком к Люку. Его родители знают тебя с детства и всегда не против, если ты приходишь в гости или остаёшься ночевать, так что вопросов не возникает, когда ты объявляешься на пороге и просишь тебя впустить. От предложенного обеда отказываешься, ссылаясь на то, что уже поел в больнице, но обещаешь матери Люка остаться на ужин.

Сам же Люк режется в игры по сетке, оглашая весь второй этаж криками возмущения и негодования, и даже не замечет, как ты проходишь и плюхаешься позади него на кровать. Какое-то время тебе интересно наблюдать за тем, как идёт игра, но тебе быстро становится скучно. - Космос-космос, я - Земля. Приём! - Тыкаешь друга ногой в плечо, заставляя подскочить до потолка. Ты прекрасно знаешь, что твой приятель в порыве сильного увлечения чем-либо не замечает ничего вокруг, и твой возглас из-за спины в купе с касанием производит эффект контакта с внеземной цивилизацией. - Чувак, я чуть в штаны не наложил! Ты в своём уме так пугать, ну. - Ржошь до боли под больным ребром, рискуя поставить рекорд, как похерить весь результат лечения в первый же день после выписки. - Почему же чуть? Наложил бы, было бы смешнее. - Икаешь от смеха, пытаясь успокоиться, ведь ещё незажившая до конца рана может стать причиной твоего возвращения в больницу, а ты этого очень бы не хотел.

- Ладно, придурок, давай совместную катку? - Люк быстро отходит, не умеет злиться от слова совсем, да и к тому же это и правда было смешно со стороны. Джойстик в твоих руках быстро превращается в оружие в борьбе с полчищами орков, и теперь уже два голоса оглашают этаж, пока мать Люка всё же не приходит и не выгоняет вас на ужин. Несмотря на нежелание, ты всё же впихиваешь в себя кусочек мяса, и, о боги, он оказывается таким неимоверно вкусным, что ты сметаешь всё, что тебе положили, и без зазрения совести просишь добавку. - И куда только в тебя столько влезает? Ты резиновый что ли?  - Младшая сестра Люка Люси закатывает глаза в праведном возмущении, но ей десять, от неё ожидаемо. - Люси, не груби. А ты, Райли, ешь, тебе надо поправляться, а то совсем исхудал. - Благодаришь маму Люка и сметаешь вторую порцию так же быстро, явно соскучившись по домашней готовке своей матери. Пожалуй, это лучшее, что можно придумать. От десерта тоже не отказываешься, но съесть не успеваешь ни куска. Звонок в дверь привлекает внимание всех, сидящих за столом, хотя никто никого и не ждёт.

- Райли, это к тебе. - Мисс Коннорс загадочно улыбается, возвращаясь на кухню, и ты не без удивления идёшь к двери. Вот кого ты не ожидаешь встретить здесь, так это Ким, хотя тебе и приятно её видеть. Ей очень идёт короткий розовый свитерок и ярко голубые джинсы с завышенной талией, а ещё она пахнет приятно, тебе даже не хочется вырываться из её объятий, и от селфи ты тоже не отказываешься. Она тут же постит фотку в Инсту, подписав: "я и мой парень после выписки". Она за тебя уже всё решила, а ты и не против, собственно. По сути, что изменится, если ты станешь её парнем, а она твоей девушкой. Лично для тебя ничего, ведь, даже если захочет, то не сможет привязать тебя к ноге и дёргать поводок каждый раз, когда ты уходишь слишком далеко. Свобода для тебя, пожалуй, непреложная истина, и разрешения на неё ты не спросишь ни у семьи, ни у друзей, ни у Ким, ни у кого бы то ни было ещё.

Ты не интересуешься, как она тебя нашла, она ж девчонка, а они как-то умеют это, но вот о реакции её брата на ваши отношения, ты всё же интересуешься. - Знаешь, мне хватило. - Указываешь кивком головы куда-то в сторону боевого ранения, но она лишь улыбается, аккуратно поднимая твою футболку, чтоб посмотреть на рану. Касается пальцами повязки, будто чего-то сакрального. Тебе не больно, но ты делаешь шаг назад. - Да не переживай ты, Лео разрешил. Я бы его запретов и так слушать не стала, но он чего-то совсем добрый сегодня. Наверное, жалеет, что поколотил тебя, вот и заглаживает вину, как может. - Обнимает тебя крепко и коротко целует, а ты крутишь в голове его имя. Странно, но очень непривычно. - Так что теперь ты можешь приходить ко мне свободно, где живу, знаешь. Футболку свою заберёшь, я постирала. Хотела использовать, как причину с тобой встретиться, но теперь уже не нужно.

Улыбается заговорщицки, лишь взглядом намекая на визит с подтекстом.

Ты улыбаешься в ответ.

Ты придёшь.

Отредактировано Riley Hetfield (2021-04-16 23:06:21)

+1

15

[NIC]Leo Smith [/NIC] [AVA]https://i.imgur.com/LWaObzd.png[/AVA]

[LZ1]ЛЕО СМИТ, 18 y.o.
profession: ученик выпускного класса[/LZ1]
Ким слишком довольная последние дни. Ты не понимаешь, почему тебя это не радует. Не понимаешь почему всё это время ходишь сам не свой, задумчивый, хмурый и время от времени ужасно раздражительный. Тебя сложно подбить на драку, но за несколько дней ты подрался дважды, никак не давая зажить совершенно разбитым костяшкам пальцев. Ким обрабатывала их несколько раз и отчитывала тебя, как мальчишку, то и дело заглядывая тебе в лицо, словно ожидая, что сейчас ты расскажешь ей что происходит. Внутри ты сжался в пружину и отлично понимал, что не рассказал бы ей даже если сам бы знал, ведь она ещё слишком легкомысленна и юнна. Тот самый случай, когда ты не взрослеешь рано и это прекрасно, значит всё в жизни идёт свои чередом. Тебе не хватало рядом кого-то взрослого и достаточно рассудимого, но матери лучше не звонить, вряд ли она трезва и вообще в состоянии отразить кто на другом конце провода.
Тоскливо. Пить нельзя, ведь вы много тренируетесь. Не то, чтобы ты бесприкословно следовал правилам, просто боялся, что от алкоголя окончательно сорвёт крышу. Ты не помнишь случая, когда бы тебе хотелось выпить больше, как в тот момент, когда ты заметил, что постит в соц сетях твоя сестра. Что-то всколыхнулось внутри, разжигаемое ещё больше звонким смехом Ким прямо за спиной. Она не заметила, как ты поменялся в лице, слишком увлеченная своим телефоном, бойко отбивая пальчиком по клавиатуре. Интересно, кому она пишет? И почему это делает тебя таким несчастным?
Свайпаешь по экрану, убирая странный для себя раздражитель, и открываешь директ, выбирая последнюю писавшую тебе девицу. Ты не получаешь удовольствия, когда понимаешь, что она готова бежать за тобой куда угодно и в любое время, не получаешь и, когда вы идёте гулять, и когда она виснет на тебе, а особенно, когда целуешь. У неё красивое лицо и фигурка, что надо, но тебе словно мало всего этого, ведь, когда она жмётся ближе, внутри тебя всё странно молчит. Мир стал удивительно серым и безвкусным, а самые яркие эмоции ты получаешь там, откуда их вовсе не ждал.
Придя домой и поднявшись на второй этаж, ты сразу понимаешь, что сестра не одна. Застываешь посреди коридора, так и не дойдя до собственной спальни и прислушиваешься к доносящимся до тебя звукам поцелуев, вперемешку со смешками. Сердце делает странный кульбит и ускоряется, заставляя твои ноги оторваться от места и сделать несколько шагов к открытой двери. Пожалуй, тебе было бы легче, если бы ты вдруг увидел с Ким кого-то другого, а не Райли. Да, пожалуй, было бы неприятно согласиться с мальчишкой, что твоя младшая сестра шлюха и трахается со всеми подряд в свои шестнадцать лет. Почему легче? Ты и сам не знаешь. Но, когда ты видишь то, что не хочешь, эмоции захлёстывают и ты испытываешь самые яркие эмоции за последнее время. Тебе хочется развернуться и убежать в свою комнату, включить музыку погромче и сделать вид, что ты сегодня не видел ничего. Но чёртова импульсивность не даёт повернуть назад и ты сам не замечаешь, как оказываешься в спальне сестры.
- Чёрт, Ким! Что происходит?! - ты стараешься не смотреть на него, ведь он вызывает у тебя странные и смешанные чувства раздражения и притяжения. Ты замечаешь лишь, что футболки на нём нет, а джинсы расстёгнуты и приспушены. - Вы совсем совесть потеряли? А если отец вернётся с работы?
Как бы сильно ты не хотел этого, но тебе придётся говорить с ним, придется смотреть, прямо в глаза, ведь ты меньше всего хочешь, чтобы он понял истинную причину твоего гнева. Ведь ты злишься не из-за Ким, вовсе не из-за неё и от этого тошно. Берёшь Райли за плечо и выводишь из комнаты. Ты бы врезал, но он до сих пор в бинтах твоими стараниями. Врезал бы от злости, обиды... ревности? Он так быстро прогнал тебя, а к Ким потрахаться прискакал по первому зову.
- Я передумал, понял? - усмехаешься, пряча за ехидной улыбкой волнение и страх быть разгаданным. - Чтоб я больше тебя не видел возле неё. Никогда, слышишь? - Ты не хочешь угрожать ему. Тебе самому тошно от этого, но твой тон сам становится таким, не зависимо от желаний.

+2

16

[AVA]https://i.imgur.com/1hbfC5N.png[/AVA]

[LZ1]РАЙЛИ ХЭТФИЛД, 17 y.o.
profession: школьник[/LZ1]

Несмотря на то, что дома ты получил нагоняй от родителей, тебе хорошо. Настолько хорошо, что ты даже входишь во вкус отношений. Ким лёгкая на подъём, ценит твою свободу выбора не меньше, чем свою, и никогда не давит на мозг. Тебе с ней просто и приятно, так приятно, как не было уже давно. Обычно ты предпочитаешь не углубляться дальше, чем секс без обязательств, но с ней ты можешь часами бродить по пустым улицам ночью и даже не говорить, просто слушать. Удивительно, но с того дня, как Ким пришла в дом Люка за тобой, вы не заходили дальше поцелуев. Тебе почему-то хватало её и без секса, хотя ты бы соврал, если бы сказал, что не хочешь её. И когда она вновь обмолвилась, что ждёт, когда ты заберёшь футболку, а сверху добавила, что ни отца, ни брата дома не будет, ты решил не тормозить.

Собираешься быстро, не обращая внимания на суетящуюся мать, которой, после твоего упоминания ужина дома у Люка приспичило закормить тебя под завязку. Ты без сомнений уязвил её самолюбие, но угрызений совести не чувствуешь, как ни крути. Ты же не сравнивал её и мать Люка, просто констатировал факт, но ей вдруг взбрело в голову принять сказанное на свой счёт. Что ж, это не твоя вина. В итоге ты сбегаешь через окно в ванной на первом этаже, чтоб не встречаться с ней и не пробовать очередной кулинарный шедевр, на которые ты уже смотреть не можешь, хоть это и вкусно до безумия. Какое-то время ты слышишь возмущения себе в догонку, но что поделать, сорри, мам, у Ким программа поинтересне.

Дом, как Ким и обещала, оказывается тих и пуст. Она тянется к тебе сразу, как только за твоей спиной захлопывается дверь. От неё пахнет ванилью и алкоголем, на столе в гостиной ты замечаешь бутылку ликёра, скорее всего, из запасов отца. Бутылка матовая чёрная, и сколько там осталось алкоголя, увидеть невозможно. Хитро! - Будешь? Он вкусный, и сильно не бьёт по мозгам. Не хочу быть сильно пьяной с тобой сегодня. Разве что чуть-чуть, для лёгкости. - Протягивает тебе бутылку и тут же тянет на верх к себе. Ты делаешь глоток на ходу, тоже не собираясь напиваться. Ким права, пойло и правда вкусное, не чета той отраве, которую обычно прибухивают на вечеринках.

Она забирает бутылку из твоих рук, освобождая и от футболки. Тонкими пальцами скользит от ключиц вниз по животу, цепляясь нарочно за пластырь, скрывающий рану, но не задерживается, переходя к пуговице на джинсах. Ты предвкушаешь, как она коснётся твоего члена, но вместо этого, она чуть отступает, чтоб снять с себя платье. Без одежды Ким прекрасна. В тот вечер, когда вы впервые потрахались, ты и разглядеть-то толком ничего не мог, был чертовски пьян, да и цели не было. Касаешься несмело, в кульминационный момент ожидаешь увидеть оператора и её смех над тобой идиотом, поверившим в реальность отношений с самой красивой девчонкой школы. Ты бы скорее поверил, что она встречается с кем-то из окружения брата, но, видимо, все эти самовлюблённые качки, ищущие очередной трофей в свою коллекцию сексуальных побед, ей поднадоели.

И от части в своих ожиданиях подвоха ты оказываешься прав. Но приходит не оператор, снимающий свой лучший пранк, и Ким не смеётся над тобой, она возмущена и обескуражена, а ты потихоньку начинаешь заводиться, когда в комнату врывается Лео. - Чёрт, Ким! Что происходит?! - На тебя он смотрит лишь мгновение со злобой и отвращением, будто ты ничтожество, не заслуживающее внимания. - Вы совсем совесть потеряли? А если отец вернётся с работы? - Ким пытается не пустить его в комнату, протестующе повышая голос на брата, но что хрупкая девушка может против такого амбала, как Лео.

Ким он отталкивает легко, не причиняя ей вреда, ведь он и правда её любит, хоть и как-то не правильно и слишком перегибая планку с опекой. В какой-то мере ты завидуешь ей, ты бы был не против, если бы у вас с братом было взаимно, хотя такого абьюза ты бы точно терпеть не стал. Тебя за плечо он хватает, фактически вытаскивая из комнаты в коридор, менее нежно, с долей неприязни и злобы. - Я передумал, понял? - Плюёт тебе в лицо улыбку превосходства, и ты понимаешь, что был бесконечно прав в своих суждениях. Твоя слабость дала ему карт-бланш вести себя так властно и надменно, дала право решать, на что ты имеешь право, а на что нет. И эта мысль заводит тебя с пол оборота. - Чтоб я больше тебя не видел возле неё. Никогда, слышишь?

- Может мы дождёмся твоего отца и спросим? А ещё поговорим об этом. - Указываешь на свой живот и пластырь, скрывающий остатки раны. Тебя разбирает безумный приступ негодования, который ты выливаешь потоком слов на кудрявого пацана, нависающего над тобой угрожающей тушей. Он в любой момент может переломать тебя пополам, но ты снова не боишься его, да и чего тебе бояться. Если он ударит, то уже и твоего слова не понадобится, чтоб ситуация закрутилась не в пользу него. Ты же понимаешь, что если он это сделает, то ты снова промолчишь. Почему? Ради Ким. - Ты откуда взял, что будешь диктовать нам, что делать, м? Она твоя сестра, не твоя вещь, а мне ты и вовсе никто. Почему я должен соответствовать твоим настроениям? Знаешь, иди ты нахер, Лео.

За злостью не замечаешь, как близко подходишь к нему.

Как толкаешь в грудь, как распаляешься.

Бесит.

Отредактировано Riley Hetfield (2021-04-16 23:06:15)

+2

17

[NIC]Leo Smith [/NIC] [AVA]https://i.imgur.com/LWaObzd.png[/AVA]

[LZ1]ЛЕО СМИТ, 18 y.o.
profession: ученик выпускного класса[/LZ1]
  - Может мы дождёмся твоего отца и спросим? А ещё поговорим об этом. - Насколько сильнее он бы разозлился, если бы узнал, что в этот момент ты заботишься вовсе не о целомудрии сестры, а о собственном душевном спокойствие. Райли вызывает у тебя целый ворох новых, будоражащих и до этого момента совершенно неведомых эмоций. Видишь, как распаляется всё сильнее и слова выплёвывает тебе в лицо с всё более увеличивающейся злостью. - Ты откуда взял, что будешь диктовать нам, что делать, м? Она твоя сестра, не твоя вещь, а мне ты и вовсе никто. Почему я должен соответствовать твоим настроениям? Знаешь, иди ты нахер, Лео.
В какой-то момент ты понимаешь, что он выходит за грани, что злости становится слишком много и мальчишка уже совсем перестаёт контролировать себя. Подходит ближе, касается ладошками груди, пытается оттолкнуть, ты же стоишь, как вкопанный. Злость уходит, но дышать ты по прежнему можешь с трудом, забываешь просто и в этот момент сам себя не узнаешь. Наверное, он хочет вывести тебя сейчас из себя, чтобы ты врезал ему ещё разок, но даже не догадывается о чем ты думаешь на самом деле сейчас. Тебя слишком сильно волнует тот дискомфорт, что ты испытываешь, когда Райли оказывается вот так близко, а ещё, что совсем уж странно, с каким последствиям может привести его злость. Ты не знаешь на какой стадии заживления его шов, но вовсе не хочешь, чтобы мальчишке снова понадобился врач. Исходя из того, что ты успел узнать о нём, никакие слова сейчас не помогут, ты сам заварил эту кашу, сам завёл, мелкому вообще много не надо. Просто перехватываешь руки, которые он заносит заново перед новым толчком и прижимаешь к себе, достаточно крепко, но стараясь не причинить ему боли.
- Тише. Ты сделаешь себе больно, если продолжишь,- он пытается вырываться, но недолго, быстро понимая, что противостоять твоей силе не сможет, а вот языку его ничего не мешает, как и раньше. - Я не хочу, чтобы ты попал снова в больницу и ты не хочешь, - он затихает в твоих руках, а ты ещё некоторое мгновение слушаешь его сбитое дыхание и то, как чужое сердце часто и гулко бьётся в твою грудную клетку. Кажется, твоё бьётся гораздо сильнее, а ещё происходит то, что заставляет мгновенно расцепить руки и сделать шаг назад. - Ты можешь дождаться отца в гостиной и всё ему рассказать. Это ничего не изменит, я всё равно поговорю с ним, когда он вернётся, - провожаешь глазами сбегающего по лестнице вниз Райли, а затем слышишь хлопок входной двери. Убежал в одних джинсах, оставив в твоём доме уже вторую свою футболку. Ким плачет, закрывшись в своей спальне. Ты испытываешь стыд и жалость, ведь она в сущности не виновата, но то, что происходит в твоих штанах, волнует гораздо больше. И это уже не шутки.
Ждёшь отца почти до самого утра. Он сразу понимает, что тебе нужно поговорить, скидывает пиджак, достаёт два стакана и что-то из бара. Вы долго сидите на кухне и обсуждаете последствия всего это пиздеца. Ты понимаешь, что ближайшие дни для Ким будут очень сложными, да и тебе самому будет не просто. Долго лежишь в кровати, пытаясь уснуть, но после пары часов разглядывания потолка, встаёшь, берёшь скейт и идёшь на улицу. Солнце палит нещадно уже с утра, но ты словно не замечаешь, проходясь снова и снова по одному и тому же месту. Ты не знаешь, как исправить то, что натворил, но всё таки это возможно, если попытаться, а вот с самим собой ничего не поделаешь и это самое ужасное.
Ближе к вечеру тебя вызванивает Диего, один из парней твоей команды и приглашает на вечеринку. У него день рождения, отказаться неудобно, хотя ты и не спал уже пару дней и, откровенно говоря, выглядишь не очень. Склоняешься над раковиной, выслушивая терпеливо парня и наблюдая за гипнотически-стекающей струйкой воды из не до конца закрытого крана. ты завидуешь энергии и жизнерадостности, сам ты, как выжатый лимон. Долго и упорно смотришь на своё отражение в зеркале исподлобья. Ты знаешь, что ходить никуда не следует и всё же делаешь это, вызванивая попутно ту самую девчонку, с которой был вчера. Она уже уверена, что вы встречаетесь, ты же точно знаешь, что это лишь прикрытие для твоей неожиданно голубой задницы.
Учитывая уровень твоей усталости и заёбанности, ты напиваешься очень быстро. Девица, наконец, отлипает от тебя, а ты просто забиваешься в какой-то угол с банкой пива и просто хочешь, чтобы сегодня тебя больше никто не трогал. Ловишь вакуум внутри десятка голосов и громкой музыки и закрываешь глаза. Приходишь в себя от толчка в грудь, но глаза разлепляешь с трудом.
- Закрыл Ким дома, а сам припёрся развлекаться? - ухмыляется в своей привычной манере. - И не стыдно тебе? Ну, что смотришь? Сказать нечего? - Вновь вытягивает руку и пихает в грудь, а ты просто накрываешь его ладошку своей и не отпускаешь. На самом деле, ты просто не можешь говорить. Тебе плохо морально и физически. Ты даже не понимаешь где ты, что с тобой и не спишь ли в данный момент, лишь смотришь на парня напротив, видя, как меняется его лицо, когда ваши руки соприкасаются. Даже так, на расстоянии, ты чувствуешь запах Райли и от него у тебя голова кругом. Красивый, с такими правильными и тонкими чертами лица, как у девчонки. Тебе приятно на него смотреть, чтобы не извергал его рот, тем более, что ты больше не слышишь ни одного звука. Одно движение и притягиваешь парня чуть ближе, частично переплетая ваши пальцы, а затем целуешь прямо в чуть приоткрытые губы. Он не успевает ничего сделать, не успевает и оттолкнуть, ты же просто прикрываешь глаза и теряешься в моменте. На вкус он невероятный и такой пьянящий, что голова ещё больше кругом, когда отстраняешься. Замираешь на пару таких долгих секунд, всё ещё сжимая его ладонь в своей и, наконец, распахиваешь глаза. Видишь его широкораспахнутые напротив, ошарашенные, встревоженные. О, чёрт.
- Блять, как ты меня достал просто, - зажмуриваешься, понимая, что только что сделал и внезапно осознавая где ты. - Сука, - срываешься с места и быстро уходишь, распихивая толпу. Ты не сомневаешься, что кто-то это заметил и сделал определённые выводы. Но ты не такой.
Что это было? Как теперь всё это объяснить Ким? А главное самому себе?

Отредактировано Keith Hetfield (2021-04-11 06:51:58)

+2

18

[AVA]https://i.imgur.com/1hbfC5N.png[/AVA]

[LZ1]РАЙЛИ ХЭТФИЛД, 17 y.o.
profession: школьник[/LZ1]

Тебе изрядно надоело поведение этого зарвавшегося мажора, решившего с какого-то потолка, что ему можно абсолютно всё, что он может помыкать тобой, помыкать своей сестрой, а потом делать вид, что всё это из соображений здравого смысла и заботы. Уложил на больничную койку - принёс пару пончиков и заткнул тебе рот своей мнимой заботой. Разрешил встречаться с его сестрой с барского плеча - передумал, значит ты и тут должен подчиниться. Видимо, с детства у него всё было так, как хочет он. Лучшие вещи, лучшие девайсы, а было ли у него лучшее воспитание, а, главное, любовь без купюр, большой вопрос. Тот вопрос, ответ на который для тебя совершенно лишний. Чужое мнение, желания и чувства, всё это просто бессмысленные и пустые слова, когда есть сила. Никто не научил его, что не все люди будут и, главное, должны плясать под его дудку и жить по его правилам. Ты бесконечно зол тем, что в компании этих всех условно подчинённых, нашлось удобное место и для тебя. Ты стал в его сознании на полку тех удобных людей, которыми можно помыкать, как живыми куклами, когда станет скучно. Вот только ты с таким положением вещей совершенно не согласен.

Ты давно не психовал так сильно, чтоб лезть на кого-то с кулаками всерьёз, тебе вообще чужда такая злость, разве что к Шен ты испытывал что-то подобное, когда в конфликтах Кит становился на его сторону и в упор не хотел слушать ничего, что ты говоришь. Но даже тогда ты не позволял себе даже номинально распускать руки, считая решение проблем с помощью физической силы чем-то ущербным и недостойным. Сейчас же ты готов был влезть в драку, хотя здравая часть рассудка кричала тебе, что из неё ты здоровым не выйдешь, что уж говорить о роли победителя. Да и смысла дожидаться его папашу, в реальности, не было никакого. С чего ты решил, что его отец другой, и что ты сможешь до него хоть как-то достучаться. Яблоко от яблони не далеко падает, и вряд ли Лео уж очень отличается от своего папаши. - Да пошли вы. И ты, и твой папаша, и Ким. - Ты выплёвываешь последние в этом диалоге слова ему в лицо, не без труда выбираясь из железной хватки его крепких рук, чтоб свалить наконец из этого дурдома в привычную спокойную, как оказалось, жизнь. Тебе не нужны такие проблемы, ты не хочешь ничего усложнять и не собираешься ни за что бороться.

В свой дом ты врываешься, как огненная ракета, и, минуя все преграды вроде матери и её стряпни к ужину, даже не замечая их, направляешься прямиком в свою комнату. Быстро сбрасываешь оставшуюся одежду и идёшь в душ, под расслабляющие струи тёплой воды. Тебе нужно успокоиться наконец, и привести свои мысли в привычный порядок. Ты не привык к таким эмоциям, не привык быть на взводе, будучи уверенным, что давно отпустил гнев, некогда переполнявший тебя чуть ли не каждый день. Не зря мать таскала тебя на приём психолога, заставляя выслушивать долгие и нудные монологи, призванные привести его в равновесию духа и гармонии его с внешне враждебным окружающим миром. Тебе не нравилась терапия, она утомляла тебя и нагнетала тоску, но уже многим после ты был благодарен матери, ведь их с отцом воссоединение было реально очень жёстким событием для тебя. Ты ведь был уверен, что больше никогда, если сам того не пожелаешь, не увидишь ни Шен, ни Кита. Права выбора тебя лишили, но держать себя в руках ты научился задолго до этого.

В комнате ты остаёшься ровно до обеда, периодически проваливаясь в неглубокий сон, а потом сваливаешь на рандомную вечеринку в соседний город. Ты даже не знаешь чечика, к торому везут тебя друзья, но тебе всё рано, лишь бы не оставаться дома. Ты в целом совершенно не домашний мальчик, а в свете последних событий тебе ещё и полезно прошвырнуться. Ким не хочет говорить с тобой или не может. Скорее всего, Лео всё же поговорил с отцом, выставив всё в том свете, который удобен именно ему, и в рамках профилактики у неё забрали телефон, ведь в Инстаграме она тоже не появляется. Она не звонит, а ты только рад. Пожалуй, всё это произошло в уместное время, пока ты ещё не успел увлечься ей настолько, чтоб в итоге страдать от расставания, не имея возможности быть с ней рядом и даже без возможности просто обмолвиться парой фраз. Сейчас тебя не очень волнует, что происходит у них дома, что происходит между ней и Лео, и тем более, как на всё на это отреагировал человек, воспитавший сына таким эгоистичным мудаком. Ты пьёшь, начиная с самой посадки в машину, абстрагироваться оказывается легко, а по приезде ты почти сразу цепляешь какую-то девчонку.

Ваше общение не доходит дальше танцев и поцелуев, спать с ней ты не собираешься, но вот отвлекает она тебя очень даже на хорошо. Ты не замечаешь, как бутылки сменяют друг друга, как опускается на город тьма, меняя ясное голубое небо на полотно черноты южной ночи, и теряешь момент, как снова оказываешься в тачке и едешь на очередную вечеринку обратно Сакраменто. Такой образ жизни тебе понятен, такие отношения, случайные и быстро забывающиеся, подходят, как нужная часть пазла к общей картине бытия, а вот сложности... сложности ты оставляешь другим, кому в них хорошо и комфортно. К моменту высадки у дома одного из членов команды по футболу, ты успеваешь протрезветь, и прекрасно понимаешь, что тут ты без сомнений наткнёшься на Лео. Тебя это не пугает, наоборот, ты готов к этой встрече. Однако, ты не рассчитываешь, что встретишь его не в центре тусти, а где-то на её отшибе. Тебе же лучше.

- Закрыл Ким дома, а сам припёрся развлекаться? - Кривишься в ухмылке достаточно пьяной, чтоб быть искренней. - И не стыдно тебе? Ну, что смотришь? Сказать нечего? - Ты снова глуп и смел, тебе снова легко бросать этой груде бессмысленных мышц колкие фразы, хотя ребро ещё периодически напоминает о том, что слабоумие и отвага далеко не самая лучшая политика общения с этим парнем. Здравый смысл тебя не пробивает, ты не слушаешь никого и ничего, тем более себя. Толкаешь его в грудь ровно для проформы, ведь в прошлый раз твоих сил не хватило даже на то, чтоб сдвинуть его с места. Ты не слепой и не дурак, чтоб понимать, что ты даже против пьяного с такими габаритами и физической подготовкой не представляешь никакой опасности. Ты и не стремишься причинить ему боль, минимум, не физическую. Твоё оружие - колкие фразы, часто разящие ровно по цели. - Я не удивлён. В твоей тупой башке вряд ли хватит мозгов, чтоб два слова связать без подготовки.

Разворачиваешься, чтоб уйти, ведь ты сказал уже достаточно, да и подъёбывать пьяное тело попросту скучно, но не успеваешь. Он хватает тебя за руку, резко и довольно ощутимо притягивая к себе, и... отключается, когда ты мешком картошки падаешь рядом, благо ручку кресла встречаешь ногой, а не рёбрами. На какую-то долю мгновения, он просто вырубается, а тебе остаётся только ждать, когда в пьяную тушу вернётся огонёк сознания. Даже в отключке его хватка не становится слабее, и тебе не удаётся высвободиться, благо, в себя он приходит быстро. Ты не понимаешь, какую ебанину он словил на этот раз, а его поведение не проливает ровным счётом никакого света ясности. - Блять, как ты меня достал просто, - щурится, кидая на тебя плавающий взгляд очень пьяного человека прежде, чем оттолкнуть и просто без объяснений свалить. - Сука, - с места срывается быстро, как заправский спринтер, но выпитый алкоголь тормозит его о встречные дела. Он кого-то толкает по дороге, с кем-то успевает сцепиться, но всё же, пусть и не без труда, скрывается в толпе своих же друзей и коллег по команде.

С этим парнем определённо что-то не так.

И ты бы не хотел знать, что именно.

Или хотел бы?..

Отредактировано Riley Hetfield (2021-04-16 23:06:07)

+1

19

[NIC]Leo Smith [/NIC] [AVA]https://i.imgur.com/LWaObzd.png[/AVA]

[LZ1]ЛЕО СМИТ, 18 y.o.
profession: ученик выпускного класса[/LZ1]

Ты не помнишь, как вернулся домой в тот вечер. Голова безумно кружилась и, кажется, ты даже поваляся в каких-то кустах пару раз и даже полз на четвереньках. На утро нашёл себя в собственной кровати, прямо в одежде, но всё же без обуви - Ким постаралась. Она хоть и злилась на тебя, но по-прежнему заботилась. Ты знал, что она отходчивая и скоро совсем остынет и тогда вы с ней поговорите и обсудите всё, что произошло между вами. Но только не сейчас. Сейчас ты хотел этого меньше всего, ведь она наверняка уже знает что произошло между вами с Райли. Это ведь уже во всех сторис и постах в местных пабликах, во всех директах и личках.
Сваливаешь в душ, где долго и тщательно смываешь с себя остатки сна и похмелья, а затем закрываешься в спальне, написав лишь одно сообщение трениру, что заболел. Ты не готов столкнуться с миром, ведь он точно тебе не рад, так, как раньше. Понимаешь, что ведешь себя, как трус, но поделать ничего не можешь, а к вечеру, и правда, поднимается температура. Ты где-то подхватил ротовирус и следующие несколько дней рискуешь выплюнуть свои внутренности вместе с рвотой. Мир вокруг кружится в бешенном темпе каждый раз, когда открываешь глаза. Ты видишь Ким, даже пытаешься с ней говорить, попросить прощения, но не выходит. Такой большой и сильный ты оказался невероятно слаб перед простой инфекцией. Она тоже не пытается затеять разговор даже в редкие моменты просветления, лишь сидит рядом, такая встревоженная и усталая, что у тебя сердце сжимается при виде её. Ты точно не заслужил этой заботы, но молча принимаешь её, понимая, что слишком слаб, чтобы отказаться.
А ещё, тебе толи снится, толи видится он. Странно, но ты до сих пор помнишь вкус того поцелуя, помнишь его в ярких деталях, снова и снова притягивая, погружаясь в то мгновение. Наверное, это глупо. Но как остановиться, если это самое твоё яркое мгновение за последнее время?
Через неделю тебе становится легче, ещё через пару дней ты можешь сесть и даже встать, а вот разговор затеять так и не пытаешься. Ким ведет себя так, словно он и не нужен, словно всё так, как раньше, до того, как в вашей жизни появился тот мальчишка. Ким снова ходит гулять с друзьями и ведет себя совершенно беззаботно. Ты не спрашиваешь встречаются ли они снова с Райли. Ты не хочешь знать, а видеть это тем более. Просто надеешься, что она будет умнее и не станет водить его домой, а особенно занимать с ним сексом на твоих глазах. Почему она ничего не говорит? Наверное, жалеет, хотя тебе от этого ничуть не легче. Ты знаешь, что не станешь лезть в это сам, а вот в том, что стоит поговорить с Райли уверен. Что он думает о тебе все эти дни? Эти мысли мучают тебя, не дают спать, будоражат, но ещё сильнее, мысль о том, что ты его снова увидишь. Ты соскучился почти за две недели, что не видел его, хотя признаться в этом самому себе не так уж и просто. Он же вряд ли вспоминал о тебе, разве что колким словцом, на другое ты даже надеется не смеешь.
Наконец, ты решаешься. Дорогу помнишь хорошо, но нарочито долго петляешь по району, оттягивая момент встречи. Скидываешь сообщение, что ждёшь на улице у дома, а затем ныряешь в ближайщие кусты. Он ещё не вышел, а ты уже краснеешь. Неловко, иногда кажется, что ты ничуть не повзрослел, а Райли и вовсе тебя обогнал в плане красноречия на годы вперёд.
- Чем удивишь сегодня? - находит тебя глазами и подходит ближе. - Снова попытаешься убить, избить, придавить или на этот раз подкармливать будешь? - усмехается, скрещивая руки на груди и смотрит выжидательно-расслабленно. Ты не делаешь шага встречу, лишь поднимаешь взгляд от кончика кедов и ловишь озорные чёртики в зрачках напротив. Тебе не то, что сложно говорить, сложно даже начать, ты просто не можешь и рта раскрыть, чувствуя, как во рту моментально пересохло от волнения. Пытаешься сглотнуть, прокашляться, но безуспешно. Райли не подгоняет, лишь наблюдает за жалкими попытками начать разговор.
- Райли, я... - наконец, произносишь едва слышно, - я пришёл попросить прощения. Тогда на вечеринке я... поцеловал тебя при всех, - глаза напротив расширяются, бровь ползёт вверх. - Я не понимаю, что на меня тогда нашло. Я был очень сильно пьян. Я...
Он прерывает тебя смехом и это вовсе не та реакция, которую ты ожидал. Всё, что угодно, от насмешек, до попытки навалять, но только не такой звонкий смех, словно ты сказал сейчас что-то смешное. Серьёзно?
- Тогда на вечеринке ты меня чуть не придавил своей тушей,- давит он из себя сквозь смех. - Ты отрубился, Лео. Поцелуй тебе, видимо, приснился. Или ты словил знатный глюк, - он продолжает смеяться, а вот тебе вовсе не до смеха. Ты не можешь поверить в то, что ничего не было и в тоже время ощущаешь себя полным идиотом, если это всё же так. Угораздило же придти объясниться. Лучше и придумать нельзя!
- Ты что, прикалываешься надо мной? - Делаешь шаг и нависаешь над смеющимся мальчишкой. - Скажи мне правду.- Ты не веришь ему, прекрасно зная, что Райли способен отмочить всё, что угодно, ведь ты очень даже неплохо узнал его за последнее время. - Райли! - Он пятится до тех пор, пока спиной не упирается в дерево и только тогда понимает, что отступать больше не куда, что стиснут между тобой и широким стволом. Смех стихает, но в глазах нет страха, лишь любопытство, ты же задет ни на шутку. Смотришь на мальчишку, пытаясь понять шутит ли он с тобой или говорит правду и осознаешь, что окончательно запутался. - Ты серьёзно? -Пытается отвести взгляд, но ты касаешься подбородка пальцами и чуть приподнимаешь, заставляя смотреть. Ваши взгляды встречаются, а лица так близко друг к другу, что ты теряешь все слова. Быстро сокращаешь оставшееся расстояние и касаешься его губ. Распахиваешь кончиком языка, врываешься внутрь и проходясь по внутренней стороне щеки. Ладонь скользит от подбородка, по шее и теряется в роте футболки, цепляясь за него, выдавая твой страх быть отторгнутым. Замираешь, разжимая пальцы и опускаешь руку, позволяя ей повиснуть вдоль тела, как бы давая понять, что больше не удерживаешь его. Теперь ты уже вовсе не понимаешь был ли тогда поцелуй, зато чётко осознаешь, что сейчас он точно случился. Извинился, блять.

Отредактировано Keith Hetfield (2021-04-11 17:06:05)

+2

20

[AVA]https://i.imgur.com/1hbfC5N.png[/AVA]

[LZ1]РАЙЛИ ХЭТФИЛД, 17 y.o.
profession: школьник[/LZ1]

Ты явно не ожидаешь от него никаких сообщений, ведь ты максимально отстал от Ким, дальше просто некуда, разве что свалить с Земли. И всё же, на просьбу "обсудить нечто важное" после двух недель отсутствия каких-либо контактов, реагируешь здравым любопытством. Наспех одеваясь и выходя на улицу, находишь взглядом знакомую фигуру не сразу. - Чем удивишь сегодня? - Ты не меняешь политики в отношении Лео, продолжая дрочить его терпение подколами, но в этот раз ты реально не понимаешь, какого чёрта его принесло к тебе. С Ким ты не видишься, но что греха таить, ты иногда думаешь о ней, и ты бы не отказался, если бы разговор зашёл именно в данное русло. Тебе бы не помешало закрыть этот гештальт и пойти дальше, уже не касаясь её семейки никаким боком, но сам ты к ней идти не собираешься. - Снова попытаешься убить, избить, придавить или на этот раз подкармливать будешь? - В ответ на твой вопрос он молчит. Молчит, будто ты разговариваешь с ним на иностранном языке, которого он не знает, но сказать, что не понимает ни слова, почему-то стыдно. А когда он всё же заговаривает, ты понимаешь, что стыдно - это мягко сказано.

- Райли, я... Я пришёл попросить прощения. Тогда на вечеринке я... поцеловал тебя при всех, - Ты резко меняешься в лице, не сразу, но всё же осознавая, какую чушь он городит, извиняясь за то, что, видимо, произошло только в его голове. - Я не понимаю, что на меня тогда нашло. Я был очень сильно пьян. Я... - Несколько секунд ты тупишь, обрабатывая информацию, сказанною с такой серьёзной виноватой миной, что в мгновение понимания тебя просто разрывает от смеха. Ты не думаешь, что можешь привлечь внимание домочадцев, ты просто ржошь и не можешь остановиться, насколько одиозно и глупо звучат его слова. Если бы он действительно решил отмочить что-то подобное, то ты бы вряд ли согласился бы на эту встречу, как минимум, не так легко.

- Тогда на вечеринке ты меня чуть не придавил своей тушей, - Уже почти скулишь между словами в невозможности смеяться, держать за живот и стараясь отдышаться. - Ты отрубился, Лео. Поцелуй тебе, видимо, приснился. Или ты словил знатный глюк, не знаю. - Он выглядит так нелепо и комично во всей этой ситуации, что тебе его даже жалко становится в какой-то момент, но ты не можешь заткнуть прорвавшуюся плотину истерического смеха, ведь нарочно подобное придумать вряд ли получится. Но Лео в этот момент уж точно не до смеха. - Ты что, прикалываешься надо мной? Скажи мне правду. - Он делает несколько шагов, оттесняя тебя к дереву, и ты смекаешь, что можешь снова огрести, если не заткнёшься. Но когда тебя пугала перспектива стать боксёрской грушей во имя неконтролируемого пиздежа? - Райли! Ты серьёзно? - Ты не заметил, как оказался заложником огромного дерева со стороны спины и огромной туши Лео со стороны лица.

Расстояния между вами катастрофически мало, и это даже уже не совсем этично, учитывая то, что ты не давал согласия подходить к тебе так близко. Но Лео явно всё равно, что по поводу его действий думает какой-то там мальчишка. Ты слишком рано забываешь, что для этого парня, чужой комфорт не более, чем блажь, которую легко можно задвинуть в долгий ящик. Ты смотришь на него с вызовом, мол, да чем ты ещё можешь меня удивить после того, как уложил на больничную койку парой лёгких ударов. Он хватает тебя за ворот футболки с силой, но ты не зажмуриваешься, ожидая удара. Но вместо удара чувствуешь, как он прижимается к тебе, в шаг окончательно сокращая расстояние, и... целует. Подобное поведение застаёт тебя в расплох, ведь ожидай ты нечто подобное, мог бы улизнуть по-быстрому, но ты стоишь, как дурак, в невозможности что-либо предпринять. То, что ты шокирован поведением кудрявого, мягко сказано. Ты почти мимикрируешь в стиль поведения дерева за твоей спиной, с тем лишь отличием, что ещё можешь хлопать глазами ошалело. Он не просто целует, чтоб отыграться и выбить очки для себя, похоже, что ему это нравится. То ли власть, то ли то, что наконец смог тебя переиграть.

Отпускает тебя не сразу, но насильно не держит, понимая, что и без того сделал достаточно. Ты же не понимаешь, что чувствовать и как себя вести. Сбитый с толку подобным поведением, ты просто не находишь ничего сказать ему, и, похлопав по груди пару раз, на негнущихся удаляешься домой. На протяжении пути до двери ты не оборачиваешься, чтоб посмотреть, ушёл ли он или довольно пялится тебе в спину, не парит даже, если вас видел кто-нибудь любопытно выглянувший из окна в удачный момент. Ты растерян и потерян в себе, не понимаешь смысла провокации, что с этим теперь делать. Ты никогда не интересовался парнями с этой точки зрения. Нет, ты вовсе не гомофоб и легко поддерживаешь шуточки с обнимашками в для видео в Тик-ток, но себя с парнем на серьёзных щах никогда не представлял, и подобное поведение кажется тебе какой-то шутливой издёвкой. Ты колешь его словами, он тебя действиями. И, стоит признать, действия на этот раз оказались гораздо эффективнее кулаков. До вечера ты ходишь загруженный, это замечает даже отец, который обычно дальше своего носа не видит, если дело касается эмоционального аспекта. Замечает, но не трогает тебя.

Эта ночь не удаётся, и утром под глазами собираешь такие мешки, что при желании их можно увидеть из космоса. Ты стараешься не думать и не вспоминать о вчерашней выходке Лео, но чем больше ты стараешься, тем больше думаешь и вспоминаешь. Но, как на это реагировать, всё равно в упор не понимаешь. Он из раза в раз использует тебя, как какую-то увеселительную игрушку, ты выступаешь то в роли пиньяты, то секс-куклы, и у тебя просто взрывается череп от такой резкой дестабилизации происходящего. Легче было бы, если бы он отпиздил бы тебя ещё раз, и вы разошлись бы по разным углам, забыв о существовании друг друга. Но нет, он взялся вывести тебя конкретно, и с своих действиях явно сэволюционировал. Ты, пожалуй, впервые в жизни жалеешь о сексе по синей лавочке с рандомной девчонкой. Обычно после быстрого секса вы разбегались и больше не контактировали, что уж говорить о том, чтоб в твою жизнь вторгались её родственники, причём так настойчиво и нагло. Ты не знаешь, что Лео отмочит сегодня, потому предпочитаешь остаться дома и обсудить с матерью её активизацию в заботе о тебе, чтоб хоть так отвлечь себя от уже порядком подзаебавших тебя мыслей.

- Мам, ты не обязана. - Заходишь в кухню, когда она накрывает на стол к ужину. Пахнет афигенно, и ты обязательно попробуешь всё, что она приготовила, но тебя всё же накрывает некоторым чувством вины от того, что ты запустил этот механизм задротства в её голове. - Мы уже большие, можем съесть и бургер.

- Я много пропускаю в вашей жизни, Райли, и хочу хоть что-то сделать для тебя и Кита. - Она вытирает руки и откладывает полотенце в сторону, опираясь локтями о стойку. Тебе не очень комфортно видеть, как она заставляет себя убиваться по дому для вас, хотя и приятно знать, что ей не всё равно.

- И я благодарен тебе, даже тогда, когда ты не кормишь меня сутками и не обращаешь на меня внимание, понимаешь? Я тебя просто люблю и всё, не важно, что ты делаешь по дому. - Обнимаешь мать, надеясь, что теперь вам обоим станет легче. Ты знаешь, что она тебя тоже любит, и что чувствует вину за то, что не была рядом, когда ты попал в больницу. Ты же не винишь её нисколько, ведь это твой язык привёл тебя в момент, где ты получил эти травмы. Твой язык и твой член. Ты не склонен перекладывать вину на других, но вот вопрос, настолько ли ты виноват, чтоб расхлёбывать последствия огромным черпаком, даже не ложкой. - Отдыхай и не гробь себя на кухне. И я пойду отдохну до ужина, устал жутко.

Тебе стало легче с одной стороны, но в одиночестве накатывают иные мысли.

Ты роешься в голове, трогаешь себя за эмоции.

Всё стало слишком сложно.

Отредактировано Riley Hetfield (2021-04-16 23:06:02)

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » Mы нa кpacнoй aкулe нecёмcя cквoзь миллeниум


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно