внешностивакансиихочу к вамfaqправилакого спросить?вктелеграм
лучший пост:
северина дюмортье
считать падение невесомых звезд и собственные тяжелые. собственные — они впитывались в тебя сладострастным искушением, смертельным ядом; падения собственного духа... читать далее
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 23°C
jack

[telegram: cavalcanti_sun]
aaron

[telegram: wtf_deer]
billie

[telegram: kellzyaba]
mary

[лс]
tadeusz

[telegram: silt_strider]
amelia

[telegram: potos_flavus]
anton

[telegram: razumovsky_blya]
darcy

[telegram: semilunaris]
edo

[telegram: katrinelist]
eva

[telegram: pratoria]
siri

[telegram: mashizinga]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » that much famous are you now?


that much famous are you now?

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

SACRAMENTO | 20´

Ethan Hault & Sienna Rhodes
https://i.imgur.com/3HapXsU.gif https://i.imgur.com/8xLMHfA.gif
https://i.imgur.com/tKt2qow.gif https://i.imgur.com/5j2Vkkq.gif


Calm your ego.

+3

2

«Непрочитанные сообщения (2)»
«Непрочитанные сообщения (3)»
«Непрочитанные сообщения (4)»

Триггер. Триггер. Триггер.

Тихая мелодия скользит по ушным перепонкам, навязывая свое присутствие и разрезает воздух, набирая громкость с каждой последующей секундой. Я сопротивляюсь до последнего — кромешная темнота укладывается мне на глаза, плотно спаивая веки и создает ощущение покоя, позволяя спокойно расслабиться на кровати после многочасовой записи интервью — чем необычайно подкупает, добавляя себе призовых очков и вынуждая тело сопротивляться внешним источникам раздражения ещё усерднее. Я подтягиваю часть одеяла на лицо. Небольшая подушка прогибается в нескольких местах под давлением тела, а плотное покрывало красуется где-то у меня между ног, частично согревая ноги и плавно скатываясь на пол, создавая необычайно приятную глазу картину, но безостановочный поток уведомлений и следующие за ними звонки на сотовый, отодвигают мои сладкие планы в долгий ящик, а незапланированный, но такой приятный и долгожданный сон, плавно улетучивается в пизду. Как жаль. Как жаль. — Могла бы подумать я, если бы была не собой и если бы этот звонок состоялся в любой другой день, но не сегодня, когда, проведя большую часть дня на шумном мероприятии, а затем такую же вторую его часть на изматывающем интервью, я могла добраться до собственной спальни, лишь доползая до неё на коленях, в этом своем сексапильном облегающем платье, и мечтала сдохнуть прямо там, на полу, посреди комнаты, но теперь..  Теперь я могла фантазировать лишь о том, с каким воодушевлением буду сжимать горло человека, который, по неизвестной мне причине, решил лишить меня этой мечты — и помоги ему боже, если по ту сторону трубки не прозвучит что-то серьезное.
Вот уроды.. — Недовольно похлопываю ладонью по постели — не то, чтобы я в последнее время была довольна хоть чем-то в своей жизни, но в этом случае уровень моего возмущения выходил за все возможные пределы — пытаясь собраться с духом, и воплю, уткнувшись носом в подушку, даже не успев толком продрать глаза. Едва ощутимая вибрация сотового назойливо щекочет кожу, вызывая приступ отторжения, неприятно скребет по пальцам и накатывает волнами по рукам, накладываясь в несколько слоев, благодаря чему дает более ощутимый негативный эффект и окончательно выбивает меня из сна, вынуждая неудовлетворенно приподняться на локтях над подушкой в поиске внешнего раздражителя. Голова по-прежнему гудит, а ноги тянет от усталости — это блядское ощущение накатывает не сразу и усиливается лишь по всем правилам старого-доброго жанра — по мере пробуждения, а я уже ловлю себя на мысли, что было бы неплохо отрубить их «до», чтобы не дожидаться эффекта «после».
Пелена от сна не дает мне в полной мере осознать происходящее, беспросветная тьма в комнате — до конца его оценить. Я по наитию скольжу рукой по телу, пытаясь на ощупь определить, что на мне надето, но тут же задаюсь другим, не менее интересующим меня вопросом — а который вообще час? Рука уже по привычке тянется к лицу — пальцы перебирают белокурые локоны, успевшие прилипнуть к щеке во время сна, заправляя их за ухо, а затем уступают первенство тыльной стороне ладони, позволяя ей потереть область у глаз — но один хуй, все равно ни черта не видно. В доме ни души. В моей комнате тихо и темно, и я понимаю, что единственное, что хоть как-то способно вывести меня из состояния глубокого сна — это мой телефон, вибрация от которого нервно теребит край тумбочки, и до него неплохо было бы ещё дотянуться.
Краем глаза замечаю пропущенные от Марты — всего лишь пять пропущенных от неё, и ещё десять от Идена, услышать которые, мне, по всей видимости, было не дано — до моих ушей дошло лишь два последних, и несколько взъебывающих сообщений из нашего общего большого чата — но я, конечно же, и половины не видела... Ай.Ой.

Объемная черная толстовка с ненавязчивым красным слоганом «try to get me» на пол спины, мягко сползает по телу вниз, закрывая голые участки тела и полупрозрачное нижнее белье. Мне не нравится — мысленно проговариваю про себя, сразу же понимая это, и искривляю лицо в максимально недовольную физиономию, просто отказываясь принимать тот факт, что сегодня мне в очередной раз придется скрываться от назойливых папарацци и ещё более назойливых поклонников, выбирая эстетику вонючих второсортных баров вместо привилегированных ресторанов, у которых запросто можно нарваться и на тех, и на других. Сложившаяся ситуация не нравится мне тоже — просто скрываться в не мозолящих глаз заведениях — это одно, другое же дело — напяливать на себя это, в надежде, что меня и впрямь там никто не узнает, выводя свое привычное отвращение на какой-то новый, более мощный уровень. Ну кто блин вообще придумал этот ваш конченный оверсайз?
Глядя на отражение в зеркале и замечая в нем лишь небольшого роста блондинку, утопающую в десятке складок теплого искусственного полотна, а не первоклассно разодетую звезду с обложки мирового уровня, я безнадежно вздыхаю, напяливая на пальцы несколько колец и часы, чтобы всё это выглядело немного более сносно, и заправляю выбивающиеся из-под капюшона пряди, чтобы не погореть на самом очевидном ещё на входе в бар.

Не в первый раз, но сегодня как-то по-особенному, с учетом всех пропущенных звонков, я проебываюсь в нашу очередную по счету встречу, но переступаю порог бара с абсолютно невозмутим выражением лица, успешно делая вид, что пришла на встречу аккурат к назначенному часу, а все остальные — Марта, Иден, ну и вот эти вот несчастные остатки моих лучших друзей, пришли сюда заранее, забыв перенести время нашей встречи и осведомить об этом меня. Не успевая снять очки, уже ловлю на себе недовольное ебало Идена, поворачивающееся в мою сторону и заранее вскидываю руку перед его губами, прикладываясь к ним и предвосхищая дальнейший словесный поток своим оправданием. Ну, или так себе оправданием..
— Мне пришлось немного задержаться.. — Отхлебывая темное нефильтрованное из стакана, Леру тут же давится и выплевывает его содержимое на Дэниэла, поворачиваясь ко мне лицом и удивленно вскидывая бровь, не задавая лишних вопросов, но и ежу понятно, что первым на очереди был вопрос «Ты охуела?» — просто никто так и не решился его озвучить.
— Ну чуть-чуть подождали, ничего страшного. — Закатываю глаза, сбрасывая черный капюшон и поправляя пальцами скомканные локоны. Макс протягивает мне бокал с пивом и подходит вплотную, оценивающе рассматривая снизу вверх. Ухмыляется, собака.
Надеюсь, тебе хватило двух часов или нужно было ещё чуть-чуть подождать? — В ответ я просто цокаю, обходя его стороной, слегка задеваю плечом и делаю несколько шагов вперед, в сторону Леру, лишь под конец оборачиваюсь ему вслед, и прекрасно понимая, что он уже успел оценить мой зад. Даже не смотря на этот объемный свитер, нависающий поверх джинс.
Опять к тебе залипает? — Марта делает глоток и отводит взгляд в сторону, но её довольная усмешка говорит сама за себя.
— Ага. Ещё немного и фраза «Может, сходим куда-нибудь?» начнет вызывать у меня рвотный рефлекс... — Она растягивает улыбку на все тридцать два, добавляя что-то о том, что мне следовало бы понизить планку, но мы обе прекрасно пониманием, что со мной эта схема не сработает, да и в какой-то момент я перестаю её слушать, обращая внимание на сотовый, обращенный прямиком в мою сторону. На следующей же фразе, готовящейся вылететь из её уст, вскидываю руку с жестом, мол, подожди и быстрым шагом подлетаю к объекту, держащему предмет моего крайнего недовольства у себя в руке, буквально выбивая его из рук со словами:
— Все уже, хватит. Дома у себя пощелкаешь!

Нет, ну не охуел?

Отредактировано Sienna Rhodes (2021-03-16 02:14:07)

+5

3

Мы обсуждаем с Дереком «эту певичку» уже минут десять, пока наш рабочий черный Honda Accord держится в соседнем потоке, на расстоянии двух машин от её Mercedes Maybach, и Дерека пока что интересует, насколько она «конченная», чтобы связаться с Сорренто, а я поддерживаю это уставшим и чуть заебанным «шоу-бизнес и всё такое», пока закрепляю на внутреннюю часть воротника белой рубашки крохотный динамик - прослушку.
— Она вроде как звезда, - он делает паузу, концентрируясь на мигающем поворотнике мерса, слишком порядочного (скромного) для звезды её масштаба.
— И вылитая Селина Картер.
Это то, что волнует меня больше всего, касаемо её личности. И вопрос в том, падок ли Тони Сорренто на определенный типаж, или это совпадение, стечение неудачных обстоятельств? Могла бы Селина Картер до сих пор быть жива, если бы в определенный момент знакомства с Сорренто, сказала бы ему "нет"?
14 декабря прошлого года. Селину Картер нашли ещё теплой, но уже мертвой, с отверстием 9 калибра в черепной коробке, на полу, в общественном туалете второсортного латиноамериканского клуба El Calimocho, и смерть была быстрой, но грязной и унизительной. След от пули прошелся по верхней части лба и застрял где-то в черепе, не оставляя выходного отверстия. Унизительно, потому что стреляли сверху. И поза, в которой её нашли, тоже указывала на то, что перед падением она принимала положение на коленках.

Вот только, что было детонатором?

Её связь с Сорренто, его темперамент, желание обладать ей полностью, бесконтрольная (возможно неоправданная) ревность, или проще и логичней, с прагматичной и интересующей меня точки зрения, сделать ставку на то, что ей перестали доверять? Убийство Селины Картер не было спонтанным, а она сама не была пешкой случая, оказавшись в том месте, где разыгралась трагедия. И мне не нравится ещё кое-что.

Убийство было слишком небрежным.

Оно было дерзким - за Селиной Картер просто следили, выжидая нужный момент, и недолго думали, прежде чем выстрелить ей в голову, когда он предоставился. Уже через несколько минут после этого тело обнаружили - было уже поздно. Работа была выполнена профессионально. На месте не оказалось улик, которые мы могли бы с кем-то связать, и тем не менее, все косвенные детали второго плана показывали на Тони Сорренто пальцем. Речь не только о задокументированных побоях и одном единственном заявлении - первом и последнем, речь о том, что все известные нам подружки Сорренто плохо заканчивали, и если нам известно, что он прямым образом причастен, то против блядской бюрократической системы, завязанной на наличии весомых улик, переть не представляется возможным при всей федеральной чуйке. И в этом несомненно есть плюсы. Но пожалуй, не в этом случае. Да и в блядских СМИ то и дело вспыхивали догадки - по умолчанию, сбивающие с толку гражданских, требующих более активное расследование под лозунгом "мы не чувствуем себя в безопасности". Последовательно перекочевавшее в "проблемы женщин в прогрессивном обществе США" и "список стран, равняющихся на нас стремительно уменьшается" - бред, но даже так, достаточное давление, чтобы нам отдали команду пошевелиться.
Что забавно, никто не осуждает Селину Картер. Ведь это аморально - осудить её за то, что она в итоге умерла?

Селина Картер.
Сиенна Роудс.
Селина Картер.
Сиенна Роудс.

Дерек шутит что-то про накрашенных сучек и несговорчивость, и слегка разряжает накопленную усталость и напряжение от восьмичасового «хвоста» фразой «просто все блондинки одинаковые», а я наконец отвязываюсь от застежки микрофона и убеждаюсь с помощью зеркала, что его не видно с ракурса собеседника. Очередная обязательная формальность. Пока мы пересекаем мост по направлению к ночному райончику Mansion Flats и активное движение машин замедляет ход из-за узких улиц, а на вывесках начинает пестрить неон, я думаю о том, насколько сильно я хотел плевать на её несговорчивость. Я вижу сцену заранее - её широко раскрытые глаза, полные растерянности после моей фразы "Итан Хоулт, агент ФБР, и у тебя, кажется, проблемы. О, да ты по уши в дерьме",  и мой немой ответный вопрос, пока буду пытаться понять, что же смутило её больше. Какое слово? ФБР? Проблемы? Может, кажется?
Аккуратно накидываю на плечи неприметный, слегка потрепанный черный бомбер, чтобы не отсвечивать белой рубашкой. Нет, чтобы не отсвечивать тем, что под ней в кобуре мой рабочий glock18. Дерек не паркуется, делает короткую остановку, чтобы я вышел, перед тем, как проехать на закрытую парковку в квартале отсюда.
А я смотрю на местный барчик с яркой, зеленой вывеской "Larry´s", намекающей на ирландское пиво круглым символом клевера на белом фоне, и по доносящимся изнутри звукам, какой-то музыки и ритму ударной установки, коротко глубоко вздыхаю, накидывая на лицо ухмылочку - мне не понравится.

— Какое, ещё раз? - бармен повторяет, кажется, в третий раз, наваливаясь на стойку и перекрикивая музыку, а меня раздражает, что до него доходит так медленно. На нем черный, рабочий, барменский фартук из плотной ткани и густая, отлично ровная борода, зализанные назад волосы - он выглядит профессионалом, пока я цежу сквозь зубы "глухой ублюдок".
— Безалкогольное, светлое. Без алкоголя.
Он кажется, понял, потому что смотрит на меня, как на идиота, но это длится только пару секунд, прежде чем он расплывается в понимающей улыбке, очевидно, приняв меня за какого-то пидора.

Сиенна Роудс скидывает капюшон и меня не слишком радует то, что она с друзьями. Ребята из ФБР, Грег и Эллиот сейчас на связи с Дереком и сидят на хвосте у Тони, но у меня нет гарантий, что за "этой певичкой" не таскается никто из его людей. Я делаю пару глотков, придерживая длинный пивной бокал пива "для пидоров" на весу, расставив коленки - он прохладный и с него капает конденсат на пол, а не мне на брюки; пока медленно окидываю посетителей взглядом - подвижный негр в центровой части привлекает к себе внимание танцем, и где-то рядом по-любому его дружки-карманники, - думаю я, быстро переключаясь, не считая нужным тратить на это время. Пускай копы делают сами свою работу. Вместо общей картины цепляю детали - какая-то парочка, у неё юбка в сетку и черный лак на ногтях, группа шумных подростков за парой столов, официант, делающий замечание за зажжённую сигарету, какая-то полная женщина, в обтянутой попытке выглядеть сексуально идет к негру, чтобы потанцевать...

В общем, пока - ничего, что бы меня напрягало с первого взгляда.

Но даже так, из-за профессионального чувства перестраховки, не планирую подходить к ней сам. Задача: убедить звездную девочку, что у неё большие проблемы и не выглядеть подозрительно со стороны. Сделать это как-нибудь тихо. Предложить небольшое сотрудничество в виде купленного хвоста на Тони Сорренто. Я слегка усмехаюсь. Если бы в бюрократии всплывали наши реальные методы, мы бы не откупились от адвокатов. Но где стоит общепринятая мораль, по сравнению с резонансом закрытых дел? За этими мыслями, я получаю сообщение Дерека и небрежно фоткаю Сиенну Роудс. Ключевое - небрежно, потому что она замечает это за ту долю секунды, пока я перевожу чертов взгляд с экрана камеры на неё. И если бы не моя быстрая реакция, то рабочий телефон бы пришлось подбирать откуда-то с пола.
— Все уже, хватит. Дома у себя пощелкаешь!

Я медленно сдержанно (насколько просто могу) выдыхаю, сцепляясь с ней пристальным, прямым взглядом.
Не люблю сук. Я не люблю сук. Я...не люблю... сук.
Пара секунд и от меня требуется реакция. Реакция, помимо легкого двоякого ступора, который с одной стороны решается федеральной выдержкой, а с другой мотивирует дать четкие границы дозволенного, и показать, как себя вести нельзя. Я смотрю ей в глаза "если Тони поднимает на тебя руку, то ты сама на это напрашиваешься", но вместо этого медленно выдыхаю (еще раз) и представляюсь. Произношу уверенно, но негромко, не прерывая зрительный контакт.
— Итан Хоулт, - размеренно, с нажимом, и так, чтобы ты вслушалась, — федеральный агент, - почти по слогам, чтобы она ничего не упустила. С выражением "ты сейчас полностью в дерьме". И уточняю, потому что она блондинка — из ФБР.
Жду какую-то паузу, убеждаясь, что она переварила, и опускаю свободную от телефона руку вниз, отодвигая нижний край куртки неприметным движением, глазами заставляю её опустить взгляд, и думаю - ты видишь значок, заносчивая ты сука? Глок тоже видишь?
Сейчас, когда я владею её вниманием, нужно вести себя спокойно и тихо, не привлекая внимание, и включить в убеждающий тон немного скрытой угрозы. Первоначальный импульс от её рывка к телефону прошел, частично успокоив желание выволочь её отсюда за руку, и объяснить, что я далеко не её фанатик. Это было бы чревато её истерикой, криками, сопротивлением, и скорее всего, вниманием местного секьюрити (он вообще тут есть?). И её друзья вряд ли остались бы просто смотреть. Нет. Сейчас тот вариант, когда нужно тихо.
— И у тебя проблемы, Сиенна Роудс, - помимо тех, что с головой, но это я не озвучиваю - Дерек висит на прослушке, ведется запись, и это было бы не первое моё предупреждение. Она, видимо, не верит, или недостаточно впечатлена, ну или по её языку тела мне кажется, что её тянет развернуться и свалить к друзьям, и я надавливаю:
— Тони Сорренто, - и если её имя да, мне могло быть известно, то его вряд ли она афиширует в соц-сетях, — ты его знаешь, да? Ты хорошо его знаешь. Ты с ним трахаешься.
Я уже вижу, как завтра мне предъявят за это слово в Бюро, если "певичка" выдаст дельную информацию и придется документировать каждый шаг, но сейчас мне плевать. К черту корректность, когда идет ставка на психологическое давление.
— И не только это. Ты же в курсе, чем он занимается. Так? Нормально спишь по ночам? - на мой взгляд, это достаточно дешевая провокация, но я выбрал её согласно ставкам на её умственные способности. Мы так и стоим в таком положении, я полусидя у барной стойке со стаканом пива в пальцах, она напротив меня, и время от времени я вижу, как её друзья оборачиваются.
— Ты не представляешь, в каком ты сейчас дерьме, он, правда, поглубже, — теперь громкая музыка мне на руку, ведь нас никто не слышит, — я дам тебе шанс помахать ручкой своим друзьям и выйти со мной тихо, без наручников и лишнего внимания прессы, - я знаю, что ей это важно и подтверждаю, - да, они здесь тоже есть. Да и у всех есть камера на смартфонах.
Я ненавязчиво даю ей мысленную картинку: звезда-номер-один-Сиенна Роудс, задрипанный ирландский бар на окраине Сакраменто, в районе Меншн Флатс, и прилюдное задержание в федеральную машину. У фанатов будут вопросы. У Тони Сорренто будут вопросы, и скорее всего, срочно найдется один из тех вышибал, что так хладнокровно вышиб мозги Селене Картер.

И смотрю на неё пристально: ты выбираешь.

ps:

Глок - это пистолет  https://i.imgur.com/mSfSJCD.png

Отредактировано Ethan Hault (2021-03-28 18:44:18)

+3

4

Казалось, что его недовольно-озадаченный еблет был заметен сейчас даже с высоты Эмпайр-Стейт-Билдинг. Он медленно выдыхает, сверля меня взглядом своих мутно-голубых глаз, так, словно я ему что-то должна, я возмущена — и, важно отметить, что с каждой секундой, находясь под прицелом его агрессивно настроенного взгляда, мое возмущение только увеличивается в размере. Мое возмущение вполне обосновано — потому что из нас двоих у меня явно побольше причин для показательного раздражения, и он выдыхает снова — на этот раз очень тяжело — я буквально замечаю, как вена на его шее начинает нервно пульсировать и вздувается, и чувствую, как он сдерживает свою руку, чтобы не заехать мне тем же самым телефоном, который еще минуту назад едва не вылетел из его рук по моей инициативе, по лицу — делаю вид, что не замечаю этого и закатываю глаза, даже не дожидаясь, пока он представится, но он все же делает это, поэтому, просто из вежливости, мне приходится ненадолго остаться рядом с ним и выслушать его.
Итан Холт — он успевает лишь назвать свое имя, а я уже мысленно цокаю, отводя глаза в сторону бара и компании своих знакомых, и пытаюсь выцепить рядом с ними Марту, держащую в руках мой бокал с темным пивом, чтобы хаотично перекинуться с ней взглядами, мол, может, спасешь меня там как-нибудь по-дружески, блять? но лишь замечаю её в компании какого-то брюнета, слишком увлеченную беседой, чтобы прийти ко мне на помощь в эту секунду — и мне это не нравится. Но похуй. Теперь ищу взглядом Макса — второго дружочка в своем списке на сегодня, бегаю глазами по оставшейся массе народа в баре, столпившейся у дальних столиков, но не замечаю его небрежно растрепанные волосы ни в одном из углов — из всех, кто сегодня был с нами в компании, он единственный холил надежду залезть ко мне в трусы, пока моего парня не было рядом и был одним из немногих, кто, имея очевидное преимущество очков в моей френдзоне, все равно не оставлял попыток из неё выбраться, поэтому использовал любой возможный для этого вариант — по типу этого — не считая тех моментов, когда он сам же закапывал себя ещё глубже. К тому же, он действительно мог бы помочь, но, очевидно, мне опять придется выкручиваться самой.
Возвращаю взгляд к нему, фокусируясь сначала на содержимом его бокала, а затем и на его глазах — на язык просится едкая фраза, но я сдерживаю себя, а затем слышу, как он добавляет: Федеральный агент — по слогам, но, кажется, отказываюсь верить собственным ушам. из ФБР — продолжает, уточняя, наверное, пораженный количеством ярлыков, которые можно было бы на меня навесить, поэтому решил учесть сразу все. Но я не тупая — проговариваю про себя, дополняя: Ограниченное ты существо, я просто не верю тебе, кем бы ты там на самом деле ни был, Итан Холт.
Мне смешно. Руки уже по привычке складываю на груди, а на лицо так и просится подобие смешка — но это, скорее, нервное, а не банальная реакция на сказанную им фразу. Очевидно же, что с чувством юмора у него имеются проблемы.
— Что, прости? — не стартую на него сразу, предпочитая, все же, попридержать коней и разобраться в ситуации, хотя бы немножко, но едва сдерживаю себя, чтобы не рассмеяться прямо ему в лицо. Ты идиот? — добавляю про себя, но теперь мои движения приобретают заметный оттенок какой-то непоколебимой уверенности, и я становлюсь ближе, окидывая его присущим мне снисходительным взглядом.
Федерал, значит? — безмолвно прохаживаюсь глазами по его темному бомберу, замечая за слегка расстегнутой молнией что-то белое — то ли рубашку, то ли футболку, оцениваю прическу, обувь, даже брюки и ставлю галочку в окошке своего первого впечатления с пометкой отвратительно.
А выглядишь так, словно этот бар и неудачные попытки кого-то склеить (которые, быть может, срабатывают время от времени с кем-то из местного контингента) — это единственная отдушина, спасающая тебя от постоянных объятий с каблуком твоей милой жены.
Ну разве так выглядят федералы, Итан?

Продолжает: У тебя проблемы, Сиенна Роудс, а я думаю лишь: С такими пикаперами, как ты. Боже, как вы достали...
Хочу его прервать.

— Если ты пытаешься познакомиться со мной, то попробуй вариант получше. И, боже, смени хотя бы прическу, для начала.. — практически разворачиваюсь от него, готовясь к проходке от бедра в сторону своей компании, но тут же запинаюсь на месте о фразу: ​Тони Сорренто, ты его знаешь, да? — и только после ловлю какой-то нервный триггер.

Тони — чувствую давление его голоса на себе, когда лже-федерал наклоняется поближе, заметно сокращая между нами дистанцию и проговаривает сквозь зубы уже знакомое мне имя. В голове ясно всплывает до боли отчетливый образ, а все, что до этой секунды находилось прямо у меня перед глазами, трещит по швам и разбивается на мелкие части, уступая место воспоминаниям — плотной цепи ассоциаций, связывающих меня и того, о ком он говорил — я заметно меняюсь в лице — и, кажется, он прекрасно понимает, что бьет в самое яблочко.

Тони — секунда и мы у меня дома, грубая мужская рука ложится на мои светлые волосы, закручивая их на ладони по спирали и оттягивает назад, на себя, отдавая приятной дрожью по позвоночнику и холодком от ощутимого трепета где-то внизу живота. Ещё секунда — и я снова в баре, поворачиваю голову на бок и кусаю нижнюю губу, потому что от воспоминаний о нем мне приятно.
Тони — клубы дыма в большой комнате пропитывают всю находящуюся в ней дорогую фурнитуру своим едким вонючим запахом и касаются моего носа, едва я переступаю порог его огромной квартиры в центре города, возвращаясь с последней примерки Вирджила для предстоящей, очередной по счету в моем списке премии. Я заметно раздражена — нервно перешагиваю порог квартиры, смачно хлопая за собой дверью и резко дергаю молнию от кожанки вниз, зажимая красную кнопку на экране смартфона, пока Абло безуспешно пытается вывести меня на разговор. Скотина — скидываю еще раз, равнодушно окидывая взглядом телефон и заталкиваю его в задний карман сумки, оставляя её на полу, а сама продвигаюсь к источнику неприятного запаха. За распахивающейся у меня перед глазами размытой дверью цвета молочного оттенка — широкая мужская спина. Тони стоит посреди комнаты без майки, повернутый к темному камину, и разминает шею, явно чем-то озабоченный. По едва заметным небольшим каплям на теле делаю вывод, что он только что слез с тренажеров — он много курит и столько же пьет, но всегда остается в чертовски хорошей форме. Оценивающе окидываю его взглядом с ног до головы. Поднимаю подбородок, слегка запрокидывая голову назад, чтобы улучшить себе ракурс обзора — он высокий. Гораздо выше меня, и у него на спине три видимые царапины — две свежие — уточняю про себя, ещё на мгновение застывая в дверном проеме, поднимая руку перед собой и складывая пальцы в ряд так, чтобы можно было визуально оценить остроту ногтей. Итог прошлой ночи мне нравится. К тому же, не думаю, что он сильно против.
Он тут же оборачивается, замечая мой силуэт в большом зеркале над камином и откладывает синюю папку с какими-то документами позади себя, оценивающе осматривая меня в ответ, как это обычно бывало — с сигаретой в зубах. Дым от неё частично скрывает его лицо на несколько секунд, позволяя его подлинным мотивам ускользнуть от меня на какую-то долю мгновения, но даже под ним я успеваю заметить, как его глаза жадно вписываются в мою грудь, плавно огибая её по контуру и спускаются ниже, к тонкой талии, затем ещё ниже, к бедрам, и я замечаю, как его пальцы рефлекторно сжимаются в кулак, а затем возвращаются в исходное положение, и я знаю, что в эту секунду ему хочется быть ближе. Он делает шаг вперед.
Тони — соленый вкус отпечатывается на языке, смешиваясь с запахом приторно-удушливого лосьона для тела с нотками перца, когда я скольжу по его торсу от зоны нижнего пресса до солнечного сплетения, оставляя на этом хорошо прокачанном теле свой влажный след, а затем медленно опускаюсь на колени, позволяя ему стоя наблюдать за происходящим с весьма приятного ракурса — хотя он глубоко убежден, что контроль над ситуацией принадлежит ему, поэтому демонстративно делает глоток из прозрачного стакана с виски, окидывая меня взглядом, в девяти из десяти случаев означающим зеленый свет, а затем объебывается о свои же грабли, когда ширинка на его черных свободных брюках расстегивается, моя рука крепко обхватывает его член у основания, а язык задевает нужные струны его чувствительной души.

Да, я знаю, кто такой Тони Сорренто.

Но звучит как-то мелковато, ты не находишь, федерал?

Ты с ним трахаешься. И не только это. — где-то на этой фразе мне уже становится жаль Холта, но я все же даю ему возможность высказаться до конца, пар там выпустить, душу отвести, завершая всю эту душещипательную речь грандиозным финалом:

— Ты закончил? — а даже если и нет, то... — Давай ты просто возьмешь свой телефон, мы сделаем два снимка, и ты выйдешь из этого бара, найдешь себе кого-нибудь, потрахаешься там — может, попадешь на ту, которая любит все эти штучки.. — указываю пальцем на весь его «федеральный» набор, наверняка отработанный на жертвах, павших от его убийственного пикапа. — Ну или, на худой конец, попробуешь с женой. нет?

Тяжело вздыхаю, договаривая, и замечаю, как люди вокруг начинают переглядываться, обращая внимание то на меня, то на него и, очевидно, начинают узнавать кого-то из нас — нетрудно догадаться, кого. — Ладно, слушай, давай выйдем, если тебе горит добавить что-то ещё. Я понимаю, ты, наверное, впервые встречаешь кого-то вроде меня и тебе не терпится рассказать, как ты вешал мои плакаты к себе на стену, когда тебе было пятнадцать, но только ненадолго.. — хватаю его за локти, вынуждая встать со стула и тащу за собой к двери, оглядываясь, не идет ли за нами кто-то ещё — не идет. Машу вслед Марте, замечающей мои поползновения наружу. А, и да.. застываю в проходе, выставляя перед собой указательный палец для убедительности тона: — Но если со мной что-нибудь случится, тебя найдут. — Толпы поклонников и подражателей Сиенны Роудс хуже любых самых отъявленных отморозков в этом городе, федерал.

Но ты ещё не попробовал на вкус меня.

Отредактировано Sienna Rhodes (2021-04-03 01:15:11)

+3


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » that much famous are you now?


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно