внешности
вакансии
хочу к вам
faq
правила
кого спросить?
вктелеграм
лучший пост:
тео джей марино
То что сейчас происходило было похоже больше на страшный сон, чем на реальность... читать далее
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 33°C
jack

[telegram: cavalcanti_sun]
aaron

[telegram: wtf_deer]
billie

[telegram: kellzyaba]
mary

[лс]
tadeusz

[telegram: silt_strider]
amelia

[telegram: potos_flavus]
anton

[telegram: razumovsky_blya]
darcy

[telegram: semilunaris]
edo

[telegram: katrinelist]
eva

[telegram: pratoria]
siri

[telegram: mashizinga]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » .всё, что я умею


.всё, что я умею

Сообщений 1 страница 6 из 6

1




[SGN]  [/SGN]

✖  ✖  ✖
❝  я не знаю дел, что могли бы быть важней
чем туманных снов ловить слепые звездопады
чем, как бабочек, прикалывать к стене
неоправданных надежд разочарованные взгляды  ❞


✖  ✖  ✖

scarlett adderley & agnes langley
september 2020

[SGN]   [/SGN]

0

2

Прочти ж мне из книги любимой
Что хочешь, пусть голос твой
Озвучит стихи поэта,
Усиливши их волшебство.

https://i.imgur.com/2iuSaIpm.png

Утро началось удивительно поздно, в девять часов. Глядя на то, как электронный циферблат моргнул, пересчитывая мигающие минуты, Скарлетт невольно улыбнулась. Она ещё не до конца привыкла, что не нужно каждый день вставать в шесть утра, подскакивая по будильнику. Что утро может начинаться спокойно, и за дверью не будет доноситься суетливого шуршания деловитых горничных, которые собирают постельное белье и полотенца. Можно было ещё понежиться в кровати, наслаждаясь теплом одеяла и мягкостью подушки. Может это и есть новая жизнь? Без пафоса перерождения и катастрофических ошибок. Просто новый день, обычное утро, первые лучи солнца, заливающее все пространство перед глазами, словно освещая все, что ты мог и не заметить. Открыл глаза, и уже нет вчерашнего тебя, побитого, забытого, брошенного. Кто этот человек, который потерялся среди улиц?!
Сейчас Скарлетт ощущала себя странно напугано-счастливо. Словно и не зная, что делать с этой новой подаренной жизнью. Может начать танцевать? Или играть на барабанах? Нет, это вряд ли бы понравилось её новым домовладельцам. Тогда стоит просто подняться, и начать новый день так, словно это вторая попытка, сделать как надо.
Вытянув руки над собой, девушка потянулась вверх, ощущая, как растягиваются мышцы в теле, как кровь прилила к затылку, отзываясь шумом в ушах, и едва заметным головокружением. Легкий поворот головы, еле слышимый щелчок, и сон как рукой сняло. Накинув на плечи одеяло, Скарлетт босиком направилась в сторону кухни. И вот тут пришла растерянность. Слишком много всего и слишком мало опыта, чтобы с той же легкостью, с которой Алиса управлялась на кухне, управится самой.
-Это же пустяки.- Напомнила себе Скарлетт, перещелкивая выключатели у плиты. Ничего сложного, налить воду в чайник, повернуть ручку нужной тебе конфорки…- Смотри на обозначения.- Вспомнила, девушка слова Алисы. Как же её на данный момент не хватало. Нет, так нельзя. Нельзя каждый раз, при малейшей трудности бежать за помощью к подруге. У неё своя жизнь.- Давай сама.- Подбодрила себя девушка, и попыталась зажечь конфорку. Щелчок, ничего не произошло, второй и снова мимо. Занервничав, Скарлетт, повернула выключатель обратно.- Может не сегодня?!- И тут, как само святое проведенье и ответ на её вопросы, девушка услышала шорох со стороны двери Агнес.- Она не на занятиях? Решила пропустить?
Нельзя было сказать, что у них с Агнес были напряженные отношения. Когда девушки собирались все втроем, то спокойно общались, обсуждали насущные темы, и даже могли подшутить друг на другом, что в представление Скарлетт всегда было нечто доверительным. Правда, пока подшучивали в основном над ней, но девушке нравилась такая близость, и такая легкость между ними. Но при этом, когда младшая Аддерли оставалась один на один с Агнес, то повисала неловкая пауза, и в комнате воцарялось молчание. Что-то в девушке немного настораживало, было боязно перед ней показаться неловкой, глупой, инфантильной.
Постучав в дверь, и дождавшись утвердительного ответа, Скарлетт зашла в комнату подруги и неловко улыбнулась.
-С добрым утром.- Агнес была занята делами, вокруг неё располагалось куча листов с какими-то записями, в которых она периодически делала пометки. Несмотря на это, девушка также приветливо улыбнулась. Удивительно, но с момента переезда, если можно так назвать спонтанное переселение под опеку двух сестер, девушке удалось в первый раз попасть в комнату подруги. До этого у неё и повода особого не было, да и рвения тоже. И тут Скарлетт пожалела, что раньше не заходила в это помещение. Столы, тумба, полки, все, что имело ровную поверхность, располагали на себе стопки книг, всех стран мира, жанров, направлений, тут были и Фрэнк Норрис, Генри Джеймс, О.Генри, Фицджеральд, Джек Лондон, Тони Парсонс, О’Коннор, Брэдбери и многие другие. Среди американской классики, лежало творчество и русских авторов, такие как Достоевский, Толстой, Чехов, они выделялись своими объемами и переплетом корешков. Рука невольно потянулась к Эмили Бронте “Грозовой перевал”, точно такое же издание, что было в доме родителей Скарлетт, но тут же такт пересилил желание трогать чужое богатство. Девушка и не посмела бы без разрешение коснуться чужих книг, ведь для нее они имели особое значение.
Аккуратность и чуткость в отношение к книгам, в ней воспитывалось с самого детства. Любовь к литературе, прививалась чуть ли не с молоком матери. Только в печатных страницах, наполненных особой типографическим ароматом чернил и новой бумаги, она могла забыться. Ей нравилось чувствовать всю гамму ощущений героев, проживающих в воображении авторов. Иногда, в период особо сильной апатии, когда терялся всякий вкус к жизни, Скарлетт могла прийти в себя, только проживая чужую жизнь на страницах пухленького тома.
-Потрясающе.- Подумала она, пробегаясь взглядом по корешкам. Как вдруг наткнулась на стопки рукописей сшитых по краю нитями, и перевязанных обычным шпагатом. Зная Агнес, и её направление деятельности, можно было предположить, что это её творения, а от того, они вызывали ещё больший интерес и желание полистать. От данной мысли Скарлетт отвлек голос Лэнгли, которая видимо снова оторвалась от своей работы, и решила поинтересоваться целью визита.
-Да нет, ничего не случилось.- Смутилась Аддерли, своей нерасторопности.- Пришла проведать. Узнать все ли в порядке? Может, ты хочешь кофе или чаю?
Хоть девушка была и приветлива, но она дала понять, что в данное конкретное время, несколько занята, и возможно немного позже. Настаивать, а тем более просить сделать для себя кофе, Скарлетт не решилась, а потому лишь кивнула в ответ.
-Тогда не буду мешать.- Она поправила, сползшее с плеч одеяло и поспешила покинуть комнату, не желая больше утомлять её хозяйку.
-Так, новая жизнь.- Снова вернулась к старой мысли Скарлетт, и больше решила не отступать от задуманной цели. В конце концов, рано или поздно придется этому учиться. Скинув одеяло на диван, девушка снова подошла к плите и повернула выключатель. Механизм автоматического поджига начал верещать и скрежетать в попытках выбить искру, и только было девушка снова разочаровалась в своей способностью управляться с данным механическим агрегатом, как вспыхнули лепестки пламени, распространяясь вокруг металлической пластины и сливаясь в танцующее кольцо.
-Ура.- Наконец-то, хоть что-то получилось, дальше оставалось дело за малым, нужно было просто поставить чайник на плиту. С этой задачей девушка справилась меньше чем за минуту и пошла, прибраться на столе, на котором разложила свои учебники и записи. Это дело заняло куда больше времени. Нужно было систематизировать и разложить в правильном порядке всю информацию. Увлекшись делом, Скарлетт не заметила, как начала маркировать статьи, и выписывать новые пункты в свою тетрадь, и даже не заметила, как чайник вскипел. Очнулась она только тогда, когда стало немного душно, и окно рядом с ней покрылась легкими каплями конденсата.- Чёрт!- Выругалась девушка, за что тут же себя укорила.
Чайник кипел во всю, немного подрагивая из стороны в сторону. Подбежав, девушка быстро выключила газ, и для уверенности схватилась за ручку и даже успела его немного приподнять, прежде чем поняла, что рукоять обжигающе горячая. Дальше всё как в страшном сне. Сначала чайник упал на плиту, но долго там не задержался, так как край, куда перетекла вся не выпаренная жидкость, перевесил, и чайник угрожающе накренившись, начал падать дальше. Не желая усугублять ситуацию, и особо не продумав план дальнейших действий, так как на все про всё у Аддерли были считанные секунды, она схватилась и без того травмированной рукой за горячий край, и только тогда почувствовала, как обжигающая жидкость стекает по её запястью и ладони.
-Аааай!- Вскрикнула она, одергивая руку и отпрыгивая в сторону. На весь этот шум прибежала Агнес, видимо явно недоумевая, что вообще происходит. Бросив быстрый взгляд на пол, а затем на встревоженное лицо девушки, Скарлетт испугалась.- Прости. Пожалуйста, прости.- Она виновато опустила голову, не желая встречаться взглядом.- Я сейчас немедленно все приберу.- Чувство страха заглушало все, включая боль. Она снова всех разочаровала.

Отредактировано Scarlett Adderley (2021-05-08 23:17:27)

+1

3

из далёкого детства большими глядишь глазами, —
ну чего тебе нужно, весёлый курносый мальчик?
...эти взрослые люди, наверное, не сказали, —
что по сути-то жизнь человека, — сплошной экзамен,
на котором ответы твои ни черта
не значат.

https://i.imgur.com/JywpqY3.jpg

         Едва солнечные лучи касаются фарфорового личика Агнес, сквозь стекла окон осторожно прокрадываясь в комнату, та резко дергается, смотрит на настольные часы и с проклятиями вскакивает на ноги. Уже почти шесть! А это значит, что времени почти не осталось, и нужно в срочном порядке дописать рассказ для литературного конкурса! На душ уходит порядка пяти минут – он даже не бодрит. Впрочем, с учетом того, что спала юная писательница всего два часа, взбодрить ее могла бы, разве что, весть о третьей мировой… Или эспрессо. Но, нет, увольте, никакого эспрессо, что угодно лучше, чем эспрессо. Времени на приготовление завтрака у Лэнгли и вовсе не хватает. Ох, как же чертовски жаль, что Алиса уехала… Ее яичница с беконом – это просто кулинарный шедевр, пальчики оближешь. Но, увы, время поджимает, и Агнес делает выбор не в пользу здорового образа жизни. Быть может, хотя бы пища для ума заменит пищу для тела? В конце концов, кто знает, вдруг от этих несчастных двадцати минут, что ушли бы на приготовление завтрака, зависит вся будущая писательская карьера мисс Лэнгли?

Решение пропустить сегодня пары – стратегия четко выверенная, а совершенно не спонтанная. Преподаватели поймут, преподаватели, быть может, даже поддержат такое рвение к участию в конкурсе. Особенно господин Росс, совсем еще молодой ассистент, ее коллега по писательскому ремеслу. Он Агнес очень нравится, нравится больше многих – она чувствует в нем родную душу, но все боится подойти, боится, что и она, и ее творчество останутся не поняты. В конце концов, она ведь пишет сказки – что может быть банальнее? Как переплюнуть в своих идеях таких мастодонтов, как Линдгрен, Пушкин, Киплинг, да и даже Роулинг? Ведь все они популярны, гораздо популярнее, чем Лэнгли может себе даже представить. Но некогда ныть. До конца приема заявок осталось всего лишь шесть часов. И с каждой проходящей минутой Агнес все больше казалось, что мир вокруг нее сжимается до размеров кокона. Осталось написать последнюю главу рассказа, посвященного ее любимому домашнему призраку – старшей сестре, которую она даже никогда не знала.

Элизабет, по рассказам матери, всегда очень любила читать сказки. Умная не по годам девочка научилась чтению гораздо раньше Алисы, гораздо раньше даже самой Агнес, что в школе из-за того, что она опережала в этом навыке большинство детей, звали «заучкой». Быть может, кратковременность жизни Бет сделали ее столь удивительной в маминых глазах. Но Агни все равно искренне восхищалась этим неуловимым образом. Она любила свою сестру уже за факт ее существования в этом мире, столь стремительно утерянного. Она видела в собственной миссии предназначение писать нечто, что могло бы тронуть сердце ее маленькой сестры. Ей крайне хотелось сделать сотни и тысячи детей счастливыми, ведь в каждом из них жила душа маленькой Элизабет Лэнгли. 

Строка за строкой льются из души. Ночной сон, записанный почти схематично –  лишь бы не забыть этот странный иррациональный сюжет – теперь обретает цвета и краски, становясь частью чего-то большего. Агнес перечитывает собственные отрывки, записанные на черновиках, и примеряет их к истории. Не будет ли этот поворот слишком резким?.. Как его воспримут ее юные читатели? А понравится ли он совсем уже не юным конкурсным критикам?.. Как же сложно писать на публику, а не в стол. Прежде рукописи Агни видели лишь члены ее семьи, да пара случайных знакомых, что и оценить то ее творчество толком не могли. Для нее этот конкурс был крайне волнительным событием – он мог стать стартом ее взлета!.. А мог и окончательно разбить на кусочки, доказав, что ни она, ни ее идеи ничего не стоят. Как чертовски сложна эта жизнь. Если всегда верить только в лучшее, будет ли легче?..

Несколько часов пролетают, как один. Агнес вычитывает страницы собственного сочинения, чтобы исключить все помарки. Остается самая главная задача – написать концовку. Лэнгли всегда оставляет ее на сладкое. Ни одно из предложений не будет иметь смысла, если красиво не записать концовку, не подвести вывод. Нет части важнее и нет части сложнее во всем произведении.

С добрым утром.

Стук в дверь и сонный голос Скарлетт отвлекают Агнес от дел, но она по-прежнему в прекрасном настроении, осознавая, что работа почти завершена, а до конца срока есть целых три часа. Вуху, это же почти победа!

С добрым, Скарлетт, — озарив соседку своей самой теплой улыбкой, девушка спешит вернуться к вычитке рассказа. Остается совсем немного, и можно приниматься за конец. Но Аддерли, кажется, совсем не собирается уходить. Она не спешно бродит по комнате, будто бы рассматривая каждый ее уголок. Какой-то немой вопрос будто бы зависает в тишине.  —  Что-то произошло?..

Агнес никогда не была особо общительным человеком. За коммуникации в дуэте Лэнгли всегда отвечала Алиса, и, признаться честно, получалось это у нее просто великолепно. Агнес же предпочитала оставаться в тени, открываться окружающим лишь той своей стороной, что отражала свет сестры. Они дополняли друг друга, словно солнце и луна – яркая и блистательная Алиса и ее вечный спутник Агнес. На самом же деле, бледной тенью сестры Агни никогда не была. Девушки просто были невероятно разными, разными настолько, что соединялись в одно целое, словно два паззла. Алиса в большей степени располагала к себе людей своей открытостью и общительностью. Казалось, она создана для того, чтобы быть ведущей телешоу или, быть может, актрисой Голливуда, о чем грезила когда-то вся семья. Агнес же – тихий наблюдатель. Она смотрит на мир со стороны, вдумчиво выделяет какие-то детали, анализирует, создает. Ирония в том, что если копнуть немного глубже, то найти пусть к сердцу Алисы гораздо сложнее, чем стать важным человеком для Агнес. Необъяснимый факт.

Когда Скарлетт шепчет что-то про чай или кофе, Агнес лишь виновато улыбается и отказывается.

Прости, я очень занята сейчас. Давай немного позже?

Ей в голову не приходит, что это просьба о помощи. Но Агнес действительно не до того – на кону стоит дело всей жизни. Увлеченная работой, она даже не замечает момента, когда Аддерли покидает комнату. Предпоследний абзац. Конечный. Лэнгли с улыбкой выдыхает. Осталось самое важное.

Девушка успевает лишь занести ручку над листком, когда все ее размышления, словно карточный домик, разрушаются внезапным криком с кухни. Скарлетт?.. Что произошло? Забыв обо всех делах, Агнес моментально вскакивает из-за своего рабочего места и несется на кухню, к виновнице случившегося. Картина выглядит неутешительно: на полу лежит чайник, из него стремительно растекаются остатки горячей воды. Вода течет с плиты, шипят на раскаленном приборе капли. Рядом Скарлетт стоит, едва не плачет – больно. Но чайник и испорченный пол волнуют Агнес меньше всего, особенно, когда она видит покрасневшую руку Аддерли. На секунду зависает в недоумении. Боже, боже, где же Алиса?.. Она непременно знает, она непременно сказала бы, что нужно сделать. Но звонить Алисе времени нет. Еще больше Агнес боится навредить.

Быстро под холодную!

Лэнгли вспоминает, как в детстве так же, подобно неловкой Скарлетт, вылила на руку стакан горячего молока – все приключения в мире собрала в том возрасте. Все обошлось легким ожогом, но мама тогда заставила держать руку в холодной воде. Может и сейчас надо?

Агнес включает прохладную воду в кране, наливает в кастрюлю, подгоняет Аддерли – скорей, опускай! Сама же хватает в руки телефон, звонит в службу спасения. Они-то уж точно лучше знают, что нужно делать. Пока вода по полу не растеклась, быстро приносит тряпку из кладовой – кидает на пол. Хоть так прибраться, не то Алиса убьет обеих за то, что натворили.

По телефону описывает симптомы. К собственному счастью, осознает, что это вовсе не смертельно, и с первой помощью она справится и без Алисы. Вот тебе и третья мировая, Агнес – проснулась, как миленькая.

С верхней полки достает аптечку. Ох, как же сестра была предусмотрительна, собирая препараты – здесь и обезболивающее, и стерильная повязка. Справятся.

Иди сюда. 

Агнес немного на взводе. Прежде милая, она ведет себя грубее и решительнее – быть может, саму Алису пародирует, чтобы себя чувствовать легче. Как ей справляться со сложностями, когда рядом нет сестры, что спасет и укроет от всех бед? Ей ведь уже двадцать лет. Нельзя быть такой зависимой.

Усаживая Скарлетт за стол, выполняет все по предписанию врача. Только. Не. Навредить.

Знаешь, таких как ты в России называют «горе луковое», — немного раздраженно шепчет Агни, а потом выдыхает. Ее ирония сейчас здесь ни к чему. Нужно срочно отвезти Скарлетт в травмпункт.

А как же конкурс?..

К черту конкурс.

Пойдем помогу тебе переодеться.

Бледнее тени, Лэнгли хватает с полки ключи от машины.

До дедлайна конкурса два часа двадцать минут, и она уже ни во что не верит.

Отредактировано Agnes Langley (2021-05-09 16:58:47)

+1

4

Боль томит Небесной Раны-
Хоть не видно Шрама-
Только все внутри иначе-
Холодно и странно...

https://i.imgur.com/6VdmzoPm.png

Растерянность, страх, ощущение, что снова провалилась, и вот-вот на тебя должен обрушиться настоящий шторм. Глядя на то, как суетится вокруг Агнес, Скарлетт испытывала себя крайне неуютно, хотелось помочь, хотелось хоть что-то сделать, чтобы дать понять “я не настолько плоха”. И где-то изнутри, где формируется голос, откуда обычно рвется крик, там девушка ощущала комок, колющий, жгущий, желающий вырваться наружу через слезы, всхлипы, через пронзительный стон. Но нет…
-Что за слезы, Скарлетт?- Лицо отца не выражает никаких эмоций. Каменное, холодное выражение, которое ещё больше пугает, нежели его обычный крик.- Тебе правда хочется плакать? Я могу найти повод более достойный для слез!- А эти слова были как приговор, после чего, ещё будучи ребенком, младшая Аддерли научилась держать слезы в себе. Ведь иначе нельзя. Любое яркое проявление эмоции, это слабость, глупость. Ты либо учишься держаться на публике с достоинством, либо снова попадаешь под немилость родителя.
— Быстро под холодную!- голос Агнес, вывел девушку из оцепенения. Тонкие длинные, удивительно бледные пальцы, мягко схватили предплечье Скарлетт и поместили запястье в прохладную воду. Сперва, неприятное жжение усилилось, заставив, невольно, прошипеть сквозь зубы, и попытаться вырвать руку, но хватка Лэнгли оказалась сильнее. Ещё несколько секунд, и прохладная вода окутала кисть, частично убирая боль.
Пока Скарлетт вымачивала руку, наблюдая за своеобразным узором, оставленным горячей водой, параллельно пытаясь сжать пальцы, дабы убедиться в их работоспособности, и щурясь от боли, Агнес уже успела позвонить в службу спасения и убедиться, что руку не придется ампутировать. Вердикт “могло быть и хуже”, как-то не очень ободряет, запястье все ещё изнывало от боли, которая в свою очередь распространялась вниз к кончикам пальцев.
— Иди сюда.
Агнес поменялась на глазах, голос стал ниже, взгляд более жёстким и сосредоточенным. Такую Лэнгли Скарлетт видела впервые, и это тоже немного пугало. Не желая ей перечить, и стараясь всячески содействовать, девушка аккуратно вытянула руку из спасительной влаги и направилась в сторону подруги. Наблюдая, как брюнетка возится с аптечкой, младшая Аддерли не проронила ни звука, также она молчала, когда подруга наносила мазь.
— Знаешь, таких как ты в России называют «горе луковое».- Аккуратно нанося ушной палочкой обезболивающее средство на поврежденную кожу, параллельно дуя на рану, отметила Агнес.
- Это потому что от меня хочется плакать?- Спросила Скарлетт, внимательно наблюдая за действиями подруги. За сосредоточенным взглядом, за тем как плотно поджимаются губы, когда она старалась максимально аккуратно распределить белое вещество по всей поверхности ожога.- Прости.
Дальше в дело пошла стерильная повязка. Аккуратно прикрыв раневую область, и распределив клеющие края так, чтобы они плотно прилегали к коже, Агнес произнесла:
— Пойдем, помогу тебе переодеться.
Следующий квест заключался в том, чтобы не используя и не трогая поврежденную конечность, переодеться. Скарлетт никак не могла ожидать, что это настолько сложно. Даже, чтобы элементарно влезть в футболку, нужно придерживать её за оба края. Благо и тут Лэнгли была рядом. Совсем как в детстве, когда ты ещё толком не научился обращаться с руками, когда все твои движения разобщены и хаотичны, всегда есть взрослый, который помогает тебе. Какие-то считанные секунды в темноте, пока Агнес с причитаниями пытается справиться с узкой горловиной, и снова свет, и снова эти сосредоточенные глаза, сведенные в волнение брови.
И снова, короткое “прости” от Скарлетт, в надежде быть услышанной. Так, чтобы собеседник понял, что она этого не хотела. Но будет ли толк от этого слова, если она ничего не поймет, если в конечном итоге ничему не научится?! Может отец был прав, называя её никчемной, глупой девчонкой, которая только и делает, что позорит его?! Почему же так тошно получать чужую помощь, быть чьей-то обузой, когда ты и сам этого не желал?! Меньше всего на свете Скарлетт хотела бы доставить неудобство Агнес, которая и так терпела её присутствие в доме. А сейчас она вынуждена, крутиться вокруг, помогая натянуть узкие штанины. Как глупо.
Машина была припаркована возле дома. Скарлетт вышла на улицу первой, пока Агнес заканчивала свои сборы. Оглянувшись на окна квартиры, Аддерли понадеялась, что подруга скоро выйдет, но Лэнгли не было ещё минут пять. Затем тяжелая входная дверь распахнулась, и из дома выскочила, буквально слетая вниз по лестнице, Агнес, с увесистой сумкой на плече. 
-Всё хорошо?- Уточнила Скарлетт, глядя на запыхавшуюся подругу, которая пыталась закинуть свою сумку на заднее сидение.- Может, я попробую сама добраться?- Ответом на данный вопрос, был легкий дружеский толчок в плечо в сторону приоткрытой двери салона. Возможно, а скорее всего так и есть, Лэнгли сомневалась в способности Аддерли, справится самостоятельно. А может просто волновалась и хотела, чтобы это происшествие скорее разрешилось.
На пути в травмпункт, пробираясь сквозь плотную пробку, Скай отметила, что Агнес то и дело посматривала на часы своего смартфона. И с каждой минутой, что отсчитывал электронный циферблат, напряжение в девушке все больше нарастало. Она то и дело нагибалась чуть вперед, дабы оценить через лобовое стекло ситуацию на дороге, словно это могло немного ускорить само движение.
-Точно всё хорошо?- Почти шёпотом уточнила Скарлетт, ощущая кожей беспокойство подруги. На что получила довольно короткий, не терпящий возражения ответ. Агнес была не похожа на себя. По натуре мягкая, кроткая, очень спокойная, сегодня она была словно комок раздраженных нервных окончаний. Она напоминала натянутую тетиву лука, который вот-вот был готов выстрелить.
Наконец, спустя полчаса они добрались до клиники, которая располагалась буквально в двух кварталах от их дома. Тонкие длинные пальцы снова схватили Аддерли за предплечье, и утянули за собой. Внутри помещение было прохладным и забитым людьми. Практически все стулья в зале были заняты. Так непривычно, снова очередь, снова потеря время на бесконечное ожидание, когда тебя вызовут.
-Сперва, заполните это!- На стойку регистрации, упал с громким звуком пластиковый оранжевый планшет, с прикрепленным к нему белым листом. Пробежавшись по нему взглядом, Скарлетт невольно опешила. Столько вопросов, и неужели она сейчас на все должна была знать ответы?!
И да, снова первой к планшету потянулась Лэнгли. Вот так просто, словно у неё в жизни все было схвачено. Казалось, она знала ответы на любые вопросы, и знала, как действовать при любой ситуации. Без растерянности, без лишней суеты, подхватив подругу под руку, она повела Скарлетт к свободным местам.
И тут начались вопросы. На первых Аддерли показалось, что она даже может справиться и это легко. Но чем дальше, тем сложнее. И тут пункт, который выбил их из калии: “Номер страхового полиса”. Скарлетт не знала, был ли у неё вообще этот полис, так как ранее данные вопросы всегда решались через семейного доктора, который приезжал по первому звонку. А тут очередь, опросник, полис. Всё то, что раньше решалось “купюрами”, сейчас приходилось проживать, прочувствовать, пробовать на собственной шкуре.
-Может, тогда поедем в бесплатную клинику?- Скарлетт уже чувствовала отчаянье, на родне с тем, что испытывала русалочка, когда её выбросило на берег, без голоса, совсем одну. И вроде есть ноги, и мнимая свобода, переступать по берегу, шаг за шагом, на пути к становлению, к своей цели. Но каждый шаг, шел через боль, непонимание, отчаянье. Ведь ты хочешь закричать от этой боли и навалившейся на тебя паники, но у тебя нет голоса, нет даже права на него.

Отредактировано Scarlett Adderley (2021-05-22 15:50:30)

+1

5


       Водить машину Агнес не любит. Она и езде на ней предпочитает пешие или велосипедные прогулки, жаль только, что с ее пунктуальностью только и остается, что в панике прыгать на заднее сидение и судорожно повторять конспекты, пока Алиса с удовольствием рулит подаренным девочкам отцом автомобилем. С нелюбовью Агни к транспорту связаны весьма странная история и встреча, которую девушка сейчас именует не иначе как «судьбоносной».

Еще в начале учебного года, в один из дней, когда вера юной писательницы в людей не была окончательно утрачена, она спешила на встречу с одним из издателей – как она узнала позже, данное издательство часто обманывало и кидало на деньги таких же наивных юнцов, как и она сама, и ей даже повезло пропустить такое событие. Но, так или иначе, все это случило гораздо позже. В тот же день ей казалось, что мир рухнул где-то под ее ногами, и все возможности окончательно упущены. Странная девушка схватила ее за руку и не позволила войти в автобус, когда до встречи оставались считанные минуты, и от данной поездки зависело, успеет Лэнгли добраться до пункта назначения или нет. Однако уже спустя пару минут в автобус въехал легковой автомобиль. Займи Агнес свое место, она уже была бы мертва. Эффект бабочки столь любопытен – возможно, сейчас Скарлетт действительно добиралась бы до больницы одна. А добиралась бы вообще?.. Взяла бы Алиса к себе соседку после того, что произошло с ее сестрой? На тему альтернативных вселенных можно написать целую диссертацию, но, быть может, мир, где Скарлетт Аддерли живет в одной квартире с «двойняшками» Лэнгли и не может даже банально налить себе чай – не самый плохой из всех, что мог бы быть.

Руки девушки слегка дрожат, когда она кладет их на руль. Флэшбеками в голове пролетают мгновения осени. Легковой автомобиль. Автобус. Скорая. Из пострадавших только водитель, но ведь там могла быть и она… Выбора «вести или не вести» у Агнес, к сожалению, нет. Глупо вызывать такси из-за собственных тревог, лишняя трата денег абсолютно без повода никогда не входила в привычки сестер Лэнгли – будучи отчасти зависимыми от средств отца, девушки всячески пытались снизить траты и как можно быстрее стать полностью финансово свободными от родителей. Поэтому каждый новый шаг Агнес требовал храбрости и решительности. Она справится с управлением, непременно. В этом нет совершенно ничего сложного.

В тот злополучный день ее остановила Соня. Ведьма, «экстрасенс», как назвала ее тогда сама Агнес. Иронично, сейчас прокручивая в своей голове все слова, что сказала ей Мун и в тот день, и позже, Лэнгли осознавала, что та была права от и до. Почему же сама девушка была столь слепа все это время?.. Агнес выдыхает. Все это пустые переживания. Сейчас важнее дорога и помощь Скарлетт, все предсказания Сони девушка проанализирует позже. Интересно, а было ли в них что-то про Аддерли?.. Ну нет, бред.

Впереди пробка. Лэнгли ужасно нервничает, барабаня по рулю аккуратными нюдовыми ноготками левой руки. Сквозь собственные страхи пытается улыбаться – натянуто, совсем не искренне, почти издевательски – издеваясь над самой собой в первую очередь, над собственной неудачливостью. Как можно было так встрять? Как можно было дотянуть с конкурсом почти до последней минуты, рассчитывая на то, что весь мир подождет, пока она допишет финал? Разве виновна Скарлетт в несостоятельности самой Агнес? Это лишь воля случая. Так почему же ей так хочется упасть лицом на руль и просто зарыдать под аккомпанемент из сигналов машин?

Каждую секунду Лэнгли проверяет время на экране телефона. До дедлайна два часа пять минут. Проклятье!.. Скарлетт переживает, смотрит на Агнес как-то виновато, но та пытается сохранять самообладание, хотя бы раз в жизни быть сильной и решительной, когда того требует ситуация. Сама себя убеждает: Аддерли. Не. Виновата. Она жертва обстоятельств.

Когда девушки все-таки оказываются в клинике, начинается бюрократическая пытка. В прочем, и к такому Лэнгли была готова – она не в первый и не в последний раз оказывалась в поликлинике одна. Рука тянется к планшету, второй она легонько подхватывает под руку Аддерли и усаживает рядом с собой. Вопросов не так много, они быстро управятся. Если только не…

Ты не знаешь номер своего страхового полиса?!

Внешне Агнес по-прежнему выглядит довольно спокойно, несмотря на то, что в душе ее разгорается огонь бесконечной паники.

Горе ты мое луковое, — расстроено шепчет Агнес на своем кривом русском. У них даже ругательства красивые, такие изящные, совсем не грубые. Но все же… Черт-черт-черт!.. Да это дело затянется как минимум на час, когда же Лэнгли успеть доделать то, к чему она так долго стремилась?.. Мысль о бесплатной поликлинике девушка откидывает сразу – эгоистично прикидывает, что такая поездка займет у них еще часа четыре. Есть идея получше. По крайней мере… Агнес хочется верить, что эта идея – лучшее, что на данный момент у них есть.

Подожди пару минут, я позвоню другу Алисы.  Может быть, он сможет нам помочь, — сквозь эмоции и страх, Агнес ободряюще улыбается, а внутри себя едва не молится – лишь бы он ответил.

Спустя пару гудков в трубке звучит сонный мужской голос:

Норт Берг на связи.

Норт!.. — голос Агнес звучит почти жалобно, — Я Агнес Лэнгли, сестра Алисы!.. Она дала твой номер для экстренных случаев.

Девушка слышит, как в трубке что-то падает – ей кажется, что это сам Норт свалился с кровати от внезапных утренних звонков. Парень откашливается, расспрашивает Агнес о случившемся, затем без капли раздумий диктует адрес. Это недалеко. Отлично. Доедут быстро.

Пойдем! — говорит она Скарлетт, и уже спустя десять минут они стоят у двери Норта Эллиота Берга. Хороши связи – личная гадалка, личный доктор. Норт хоть и первокурсник медицинской школы, но как минимум курсы первой помощи проходил и, судя по рассказам Алисы, в принципе был достаточно талантливым студентом. Выбора у Лэнгли все равно не было. С ожогом он уж точно справится, хирургическое вмешательство тут и не требуется.

В квартире Берга пахнет свежей выпечкой и яблоками, словно девушки приехали не в квартиру к парню, а на дачу к бабушке. Норт живет не один – снимает комнату у друга. Как он сам потом объяснит – жить с другом ему нравится гораздо больше, чем сосуществовать с совершенно случайными людьми в общежитии. В комнате его тесновато, но вполне уютно. Вещи выглажены и аккуратно разложены по местам, пыли нигде не видно, даже учебники аккуратно стоят на полочках, ни один из них не валяется на полу, как это иногда происходит в комнате Агнес – кажется, парень всегда так живет, а не просто прибрался перед внезапным приходом нежданных гостий. В углу стоит дешевенький синтезатор с вложенными в него нотными листами. Из-за шторы едва выглядывает плюшевый медведь, не очень тщательно припрятанный – уж это Норт сделал точно именно перед их приходом. Агнес едва не смеется от такого контраста – такой взрослый и серьезный парень и такая маленькая плюшевая игрушка.

Берг заботливо усаживает Скарлетт на кресло. Сам же задумчиво барабанит левой рукой по столу, пытаясь вспомнить, куда же при переезде спрятал аптечку. Уже спустя мгновение он тащит ящичек куда более полный, чем был у Лэнгли дома, с осторожностью осматривает обожженное место, Агни же предлагает чай, на что она вежливо отказывается – чая ей и без того на сегодня хватило. Пользуясь моментом, девушка извлекает из большой сумки, что таскала все утро таскала с собой, свой ноутбук и листы с заметками, спрашивает у парня разрешения воспользоваться розеткой и зависает над вордовским файлом. Концовка. Самое сложное. Как же оформить свои мысли?.. Быть может, добавить произведению цикличности?

Совершенно ничего страшного. Скарлетт, верно?.. – парень улыбается мило и ободряюще, словно Аддерли не обожглась, а всего лишь слегка ушиблась. — Это ожог второй степени. Область поражения почти не значительная, заживет относительно быстро. Но необходимо придерживаться рекомендаций, чтобы не сделать хуже... Агнес, да? Ты записываешь?

Девушка моментально отвлекается от своей работы и подходит к парню, чтобы выслушать и записать все рекомендации. Она ведь теперь неофициальная нянечка Скарлетт Аддерли – нужно быть более ответственной!.. И чуть менее саркастичной. В любом случае, Агнес вовсе не против такой заботы о ближних своих, только бы успеть позаботиться о себе самой.

До дедлайна час и тридцать минут.

+2

6

Я столько ела овощей,
Что стала овощем.
Исчез мой голос... Как и чем
Просить о помощи?

Переведя взгляд с расстроенного лица Агнес, на травмированную руку, Скарлетт легко коснулась клеящего края стерильной повязки и потянула не себя, чувствуя, как натягивается кожа от данного движения, как ткань с легким покалыванием отходит от эпидермиса, немного обнажая обожжённую поверхность. Зачем она это делала? Девушка сама не знала, но ей нужно было на что-то переключить своё внимание, потому что Скарлетт не имела ни малейшего понятия, что делать дальше, и как жить в этой жизни.
Удивительно, но раньше был план, четкий, отработанный временем, тот который был рассчитан на несколько лет вперед, и единственной задачей младшей Аддерли было строго его придерживаться. Она знала, что от неё ждут, даже могла просчитать к чему может привести то или иное действие, какие последствия её ждут в случае неповиновения, но ни разу не могла предположить, что это был самый легкий вариант её жизни. Нет, жила не она, за неё жили её родители, они решали, что она будет есть, когда ей встать, и кем ей стать в этой жизни. Не надо было думать, не надо было даже пытаться. Безликое существо.
И вот вдруг появилась она, здесь, сейчас, с новым желанием жить, чувствовать, ощущать. Но вместе с этим же чувством, на неё свалилась гора проблем. Так словно она родилась заново, и теперь ей нужно учиться всему по новой. И это сложно, это невыносимо, сравнимо лишь с первым, обжигающим легкие младенца, вздохом. Почему же каждый шаг даётся с таким трудом?! И сколько нужно будет ещё раз упасть младшей Аддерли, чтобы она в конечном итоге встала на ноги и уверенно пошла по этой жизни? День, два, месяц, год? За какое время можно освоить чайник, сколько нужно минут или часов, чтобы научиться стирать или готовить? От всех этих мыслей, Скарлетт отвлек голос подруги:
— Пойдем!
С грустью качнув головой, и приклеив обратно краешек стерильной повязки, Скарлетт молчаливо последовала за Агнес. И снова она себя ощущала не больше, чем тень. Глядя на уверенную подругу, что шла быстрым шагом куда-то вперед, девушка невольно задумалась о том, что по сравнению с ней, у Скарлетт нет ничего, и никогда не было, даже когда её окружал достаток. Лэнгли была цельной личностью со своими увлечениями, взглядами, мечтами, планами на жизнь. Казалось, она знала всё, как решить ту или иную проблему, что делать в той или иной ситуации, к кому бежать, в случае, если даже у неё не было ответа. А Аддерли могла идти только позади, упираясь взглядом в спину подруги с молчаливым вопросом “как у неё это получается?!”.
Они подошли к жилому дому, поднялись на нужный им этаж, и встали перед самой обыкновенной дверью.
-Не похоже на частную клинику.- Подумала Аддерли, глядя, как подруга нажимает на звонок.- Может семейный доктор?
После этой мысли, Скарлетт вспомнила врача своей семьи, мистера Парсонса. Это был грузный мужчина, по которому сложно было определить его возраст. Ему могло быть, как тридцать пять, так и все пятьдесят лет. В его облике не было ничего привлекательного, даже намека на некую миловидность. Лицо вытянутое, с впалыми мелкими глазами, и большим крупным носом. И хоть внешность его была далека от стандартной, но в нем была ярко выраженная харизма.
-Ну-с…- Как правило, его губы расплывались в приветливой улыбке, как только мистер Парсонс садился напротив своего пациента.- Хорошо ли мы себя сегодня чувствуем? Могу ли я попросить чашку кофе?
Ах да. У него была своеобразная “привычка”, постоянно пить кофе. От него даже пахло этим напитком, словно тот пропитал всю кожу доктора. Может потому, его движения были немного импульсивнее, чем у других людей, и речь немного быстрей, чем кто либо успевал полностью её понять. Отцу Скарлетт он не нравился, так как он всегда считал врача простаком и где-то идиотом, но так как мистер Парсонс имел определенную репутацию в обществе, семья Аддерли вновь и вновь обращалась к его услугам.
И сейчас, стоя перед дверью чужой квартиры, Скарлетт ожидала увидеть кого-то, кто хоть в отдаление, но походил бы на мистера Парсонса, так как считала, что профессия накладывает определённый отпечаток на внешность человека, но когда дверь открылась, и на пороге появился высокий и довольно привлекательный молодой человек, девушка немного опешила. Не доверять подруге, у Аддерли не было смысла, в конце концов, та всё утро носилась с её проблемами, и моталась по всему городу вместе с ней, чтобы вылечить последствия неудавшегося кофе. Но вот молодость и внешняя привлекательность специалиста, вызывали в Скарлетт некие противоречивые чувства. С вопросом посмотрев на подругу, младшая Аддерли проследовала вслед за ней в квартиру.
-Неужели?- Нос резанул знакомый запах. Так пахли руки матери, этим ароматом была пропитана вся её одежда. Ладан. Тонкий, едва уловимый запах простирался по всей квартире. Он ели ощущался, но его сладость ни с чем не спутаешь. По спине Скарлетт словно пробежал электрический разряд, заканчиваясь где-то на уровне затылка, и она почувствовала, как краснеют щеки и горят уши. Воспоминания, словно незримой ношей легли ей на плечи и стало немного тяжело дышать. Аккуратно опустившись на диван, она еле заметно кивнула.
-Скарлетт.
Врач аккуратно вертел её запястье в руках, рассматривая ожог с разных сторон. Наблюдая за ним, девушка смогла немного успокоиться. Странно, но его черты лица ей кого-то напоминали. Нет, не так, скорее мимика. Как он плотно поджимал губы, когда неспешно, стараясь причинить как меньше боли, снимал стерильную повязку. И этот задумчивый прищур умных глаз, когда он осматривал небольшие волдыри. Молодой человек развернул руку чуть сильнее, так чтобы ладонь находилась сверху, и тут его взгляд бегло пробежав от запястья вверх, остановился довольно резко на белой полосе, прям посередине предплечья, словно врезаясь в неё. Скарлетт стало весьма неуютно, уже на том моменте, когда её рука оказалась в таком положение, но этот пристальный взгляд... Мало кто замечал её старый шрам, а тем более обращал на него подобное внимание. Ведь он не был типичным, не тонкий, как от лезвия, у него не было четкой формы и границ. Просто белое пятно на руке, как напоминание об отцовских уроках.
Отец называл это воспитание по католическим традициям. Если ребенок его не слушался, он брал его за руку, разворачивал запястье ладонью вверх, а затем деревянной линейкой “вбивал мудрость в неокрепшее духом и разумом тело”.  И хоть Аддерли не был столь религиозен, как его жена, но уроки он раздавать любил, порой слишком увлекаясь, и калеча запястье до крови. Со временем от ран остался лишь шрам, который был едва заметен на бледной коже, и девушке уже не приходилось носить так часто длинные рукава. Но сейчас, когда смотрели на него, это ощущалось болезненно, не только морально, но и физически, словно обжигали взглядом. Захотелось вырвать руку, и спрятать её, прикрывая второй ладонью.
-Это ожог второй степени. Область поражения почти не значительная, заживет относительно быстро. Но необходимо придерживаться рекомендаций, чтобы не сделать хуже... Агнес, да? Ты записываешь?
Он произнёс это с легкой улыбкой, словно ничего и не заметил. А может быть Скарлетт это себе надумала. Затем он повернулся к Лэнгли и начала диктовать курс лечения. Пока Агнес, как хорошая студентка записывала сложно произносимые названия мазей от ожогов, шрамов и просто обезболивающих, Скарлетт осмотрелась в комнате.
-Как пусто.- Заметила она, снова отмечая некое сходство со своим старым домом. В семье Лэнгли у всего была история. Кажется обычный шкаф, а в уголке виднеется маленький рисунок васильков, нарисованный чье-то не очень уверенной рукой. Или причудливое зеркало с резной, замысловатой рамой, на которую закрепили маленькую жемчужную брошку. Рассматривая её, Скарлетт всегда мучил вопрос, где они такую взяли. Она походила на украшение её бабушки, только более тонкой работы. Тетрадки под вазой с сухими цветами, книжки, подпираемые то кубками, то фигурками персонажей книг. Всё это наполняло дом каким-то уютом, хотелось узнать историю и понять его хозяек. А здесь было пусто, идеальный порядок, со стороны могло показаться, что человек сюда только въехал. Ни малейшего признака хаоса, какой-то импульсивности, обжитости.
И лишь две вещи выделялись яркими пятнами на идеально чистом полотне, своей какой-то потрепанностью. Старый медведь, неудачно спрятанный за шторой, и синтезатор, чьи клавиши были изрядно потреплены временем. Словно это было всё имущество, что принадлежало врачу, а всё остальное, это лишь иллюзия, которая рано или поздно должна была рассыпаться. 
-Мы можем теперь идти?- Скарлетт рассматривала перемотанное стерильной лентой запястье, и по привычке попыталась сжать ладонь, но тугие волокна не позволяли двинуться трем пальцам.- Спасибо.- Она смущенно, опустила глаза, продевая руки в рукава пальто, заботливо подданное молодым человеком.- Вы сегодня меня постоянно спасаете. Главное, чтобы это не стало Вашей привычкой, а с тем и головной болью.- Девушка попыталась сама улыбнуться, отходя в сторону Агнес.- Мне сегодня уже сказали, что я как лук вызываю слезы.
-Почему же ты кажешься таким знакомым?- Эта мысль не выходила из головы Скарлетт всю обратную дорогу до дома. Она всё пыталась вспомнить, где же видела эти черты лица. Казалось, что они уже раньше встречались, но чем больше Скарлетт об этом думала, тем более ясно понимала, что видела его впервые.
- Ты давно с ним знакома?- Подруга казалось, тоже была в своих мыслях. Между бровей застыла напряженная морщинка.- О чем ты думаешь?

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » .всё, что я умею


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно