Джованни тяжело хватал ртом воздух, лёжа на боку и подобрав колени практически к груди, чтобы собрать боль в одну точку. Смешанная с адреналином и вязью мышечных сокращений, она рвала его изнутри... читать далее
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 32°C
jack

[telegram: cavalcanti_sun]
aaron

[telegram: wtf_deer]
billie

[telegram: kellzyaba]
mary

[лс]
tadeusz

[telegram: silt_strider]
amelia

[telegram: potos_flavus]
anton

[telegram: razumovsky_blya]
darcy

[telegram: semilunaris]
edo

[telegram: katrinelist]
eva

[telegram: pratoria]
siri

[telegram: mashizinga]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » «Pequeña Habana»


«Pequeña Habana»

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

«Pequeña Habana»

https://i.imgur.com/yAfCZ9q.gif

https://i.imgur.com/utGtshK.gif


место:
Florida, Miami

время:
May, 2021

участники:
Selena Price, Eli de la Vega


[AVA]https://i.imgur.com/s4LjeW7.gif[/AVA][NIC]Eli de la Vega[/NIC]
[LZ1]ИЛАЙ ДЕ ЛА ВЕГА, 38 y.o.
profession: механик[/LZ1][STA]мы сеньоро де ля воро[/STA]
[SGN].[/SGN]

Отредактировано Abigail de la Vega (2021-08-19 20:22:21)

+6

2

Covid-19 разделил жизни всех людей на этой планете на «до» и «после». Локдауны по всему миру. Сотни миллионов переболевших, и миллионы умерших. Разбитые семьи и участившиеся разводы. Новая эра доставок и уютных ужинов дома, закрытых границ и закрытых масками лиц. Отрицания, гнев, торг, депрессия и принятие — стадии, через которые вы проходили всем миром, чтобы смириться с тем, что прежним он уже никогда не будет. Даже когда вирус отступит, даже когда вы забудете о масках и социальных дистанциях, даже когда всё это будет казаться плохим сном. Такие события всегда оставляют след. Да, Covid-19 разделил жизни всех людей на этой планете до «да» и «после». И твоя не стала исключением.

Этот вирус не просто коснулся тебя или твоих близких. Нет. Ты, по роду своей деятельности, оказалась в самом эпицентре событий. В самом центре разрастающегося пламени, буквально своим телом пытаясь остановить надвигающуюся стихию. Долгие смены, постоянные следы от масок, нехватка оборудования и совершенное непонимание, что со всем этим делать. Шли дни, недели, месяцы. Сотни умерших на твоих глазах, тысячи переживающих родственников, которых даже не пускали в больницы. И вечное чувство усталости. Ты сама успела переболеть в самом начале и просидеть на полной изоляции в одиночестве в своей квартире, чтобы уберечь близких. Ты брала дополнительные смены, когда выздоровела, потому что заработала антитела. Без преувеличения, это был самый тяжёлый период в твоей жизни. И тяжёлый удар по текущим отношениям. Смертельный. На удивление, тебе это расставание далось не настолько сложно, насколько можно было представить. Наверное потому, что к этому моменту у тебя не осталось никаких ни моральных, ни физических сил. Никаких. Сил. Ты знаешь, что сердце однажды перестанет болеть, дыра в грудной клетке зарастёт, и всё это останется лишь воспоминанием. Ярким, обжигающим, но канувшим в прошлое.

Одно ты знала наверняка — тебе нужна перезагрузка. Отвлечься, забыться, выдохнуть, и начать дышать заново. Не судорожно вдыхая больничный воздух сквозь два слоя медицинских масок, а размеренно и спокойно. Тем более, что ситуация с вирусом вошла в колею, стартовала массовая вакцинация, а у тебя накопился приличный такой отпуск. И когда встал вопрос, куда отправиться из Сакраменто, ответ пришёл незамедлительно - Майами. Место, с которым у тебя было связано много приятных воспоминаний о беззаботной молодости. Место силы и полного умиротворения, даже не смотря на кипящую вокруг жизнь.

Ты прилетела днём, заселилась в отель, немного отдохнула в прохладном номере и с приближением вечера отправилась на встречу с городом. На Оушен Драйв кипела жизнь: веранды ресторанов были заполнены, по улицам рассекали на роликах, самокатах и велосипедах загорелые люди, пальмы были всё также зелены и высоки, песок — всё также девственно бел, солнце — всё также обжигающе, океан — также притягателен. И вообще, складывалось полное ощущение, что весь этот ковидный ад просто прошёл мимо Майами, будто решил: «Пусть этот рай останется нетронутым — слишком здесь хорошо».

И был абсолютно прав. Ты вдыхала свежий океанский воздух, подставляла лицо лучам медленно опускающегося к линии горизонта солнца и впервые за долгое время почувствовала себя живой. Лёгкий ужин, бокал холодной белого, и ты готова отправиться на пляж. Первым делом — скинуть босоножки и почувствовать тепло ещё не успевшего остыть песка. Затем — взять холодный джин с тоником и разместиться поодаль от толпы отдыхающих людей. Вся эта суета тебе сейчас была не нужна. Опускаешься в платье прямо на песок, поправляя полы воздушной белой ткани, вытягиваешь ноги и обращаешь лицо к океану. Солнце опускается всё ниже, на прощание лаская гладкую поверхность воды своими лучами, купает последних солнечных зайчиков, и скоро вот-вот окрасить весь этот мир во всевозможные оттенки красного. Встретить закат на океане — то, о чём ты могла лишь мечтать последний год. Закат на океане — однозначно лучшее лекарство от всего, что за последний год произошло. И ты здесь. Свободная. Расслабленная. И, пожалуй, счастливая? Но если нет, то здесь ты точно отыщешь это счастье, потому что Майами — город, где невозможно оставаться грустным.

+5

3

— У нас вообще-то тур на целую группу
— Я понимаю, мисс, но...
— Какая я тебе мисс!
Если всему тоскующему по нормальному отпуску миру казалось, что во время пандемии лучше всего сейчас на пляжах — потому что никого нет, чистый песочек, свободные лежаки и полупустые забегаловки — то он глубоко ошибался. Многие островные штаты понимали, что если они перекроют поток от внешнего и материкового мира, то окончально развалят свою финансовую инфраструктуру. Поэтому пока международные рейсы были закрыты, внутри страны люди старались как можно быстрее сбежаться в одну очень уютную кучку, куда-нибудь на побережье или в свои резиденции. И такие места как Гавайи, Майями и половина мексиканского побережья с радостью их принимали. Другими словами: стоило лишь немного ослабить меры карантинного режима и вот уже береговая линия вновь переполнена туристами, как будто никогда и не существовало никакой пандемии. Остались лишь грубые шрамы опустелых витрин, вывески малых бизнесов захваченных компаниями покрупнее и брошенные летние дома, которые так и не дождались своих северных хозяев. Все это очень хорошо проглядывалось через привычный ритм Оушен Драйв, стоило лишь немного присмотреться: фотографии на фоне популярных стрит-артов, стройные пальмовые ряды, водные каналы вместо дорог и общая картина того, за чем обычно люди рвут когти в Майями. Но люди устали бояться неминуемого, сейчас он хотят расслабиться и радоваться тому, что то, что произошло — произошло не с ними, и наслаждаясь своим счастливым билетом в Майями.
— Мэм, я прощу прощения, но факт остается фактом
— Что за "мэм"?! Ты вообще английский-то знаешь?!
Обычно это люди не самого лучшего разлива, но обязательно из какой-нибудь богатой касты. Как например сейчас, тучная женщина, с целым табором подобных ей, готова была продавить стойку регистрации, лишь бы сотрудники исследовательского бюро «Палтус» сделали все что угодно, но тучи разогнали бы руками. Судя по диаметру полам шляпы, она была рассчитана для эффектных фотосессий, когда девушка практически укатывается в нее, словно в обволакивающие объятия. А если сравнивать по отношению к даме перед глазами, то подобная панамка едва ли смогла бы спасти от солнечного ожога ее плечи.
Илай старался молчать и кивать, молчать и кивать, молчать и... Он вообще думал о том, пройдет ли хотя бы половина из этой группы по весовой категории для того погружения, которое они себе наметили. Или сразу предлагать морскую прогулку со скатами? Но, как обычно, люди упорно требовали ответа, услышать который они вряд ли захотят. Она не давала вставить ему и лишнего слова, вечно перебивая и находя все более новые причины того, к чему можно было придраться. А по факту они просто не хотели принимать отказ и пытались выжать из этой ситуации по максимуму. Как деликатно объяснить человеку, что с его параметрами ни один дайвер не согласится сопровождать их в любом погружении. Просто потому что их таких от пяти до десяти человек, а он там будет один. И пока кого-то из них будет крыть паникой из-за отсутствия минимальной подготовки, которую они отказались пройти, другого уже может дожимать давлением и привет кессонка.
— Я всего лишь хочу сказать, что ваша бронь считается действительной на сегодняшнюю дату только при условии, что до текущего дня вы уже прошли подготовительный курс. В противном случае у меня нет прав принять вас и вашу группу на исследовательское погружение сегодня. Мы можем просто перенести дату. Или...
— Или? - женщина заинтересованно подкинула брови.
— Могу предложить вам прогулку со скатами.
Илай не выдержал и предложил клиенту то, что логичнее всего было бы предложить для такого контингента с самого начала. Да, это не дайвинг, да, это дешевле и скорее всего компании пойдет в убыток. Но если бы они с самого начала попали на эти долбанные курсы этого разговора просто не было. Никто не хочет платить лишние пару десятков за курсы, которые возможно спасет им жизнь.
Ответ заросшего кубинца вызвал шквал очередного громкого недовольства и привлек внимание мужчины из противоположного угла зала, который бросил все свои дела и рванул к ним. Судя по его мгновенной реакции, он тут был владельцем бюро, который тут же нашел, что ответить недовольным женщинам и даже пойти с ними на компромисс.
— Гребаный вторник...
— Илай! Ну сколько раз я тебе говорил - побрейся! Чтобы клиенты лучше видели твою шикарную улыбку.
Мужчина не сильно старше кубинца обернулся на него и возмущенно развел руки в стороны. Судя по всему, это не первый раз, когда один из них не может отказаться заказчикам из-за бабла, а второй не может согласиться из-за высоких рисков. В ответ на очередную просьбу о смене внешнего вида, мужчина получил вполне емкий ответ и средний палец.
— Так лучше, Джимми?
— Надеюсь, что это улыбка фирменная и только для меня. И ты никаким леди ее не показывал.
Пока Джимми строго указывал на Илая пальцем, тот не сдержал смешка и закивал с улыбкой, чего не смог не отразить Джимми.
— Тебе нужно отдохнуть. Возьми пару дней отгулов. Эти дамы все равно вернуться не раньше, чем дня через три, если вообще вернутся. А всю остальную работу возьмет на себя Эндрю.
То есть, Джимми таки заставил этих экземпляров эпохи возрождения пройти подготовительные курсы, но наверняка в качестве скидки уже что-то пообещал. И скорее всего это что-то будет разгребать Илай. Но это будет аж через три дня, а на сегодня у него намечается отгул. Только вот слова про напарника Эндрю заставили нахмуриться  и притормозить.
— Остальную работу? Но в журнале больше нет никаких записей.
— Я знаю. Но он сегодня утром притащил несколько парней с досками и те попросили ночной заход по рифу.
— Ночной? Но с вечера обещали шторм.
— Неа, не будет. Они серферы и тоже кое-что в этом понимают.
— Они пижоны, Джимми. А Эндрю еще зеленый новичок. У него с подсчетом времени беда да и понтов в этом возрасте знаешь сколько?
— Илай... - мужчина подошел и положил ему ладонь на плечо, похлопывая, — Поговорим об этом завтра.
В одном Джимми уж точно был прав - Илаю пора было взять отгул и как следует...выспаться? Напиться? Загулять? Он понятия не имел чем ему теперь заняться, потому что за последние несколько месяцев, перешедшие в год, он только и делала, что работал.
На туристическом дайвинге сильно не заработаешь, особенно когда в мире пандемия и все сезоны отменены. Приходилось брать на сегодня подработки и промышленным водолазом, и ремонтировать лодки в доках, и даже иногда по вечерам ковыряться в оборудовании. Все это худо-бедно помогала оставаться на плаву какое-то время, а потом перешло просто в режим нон-стоп, даже когда уже в нем не было необходимости. И тогда появилась цель создать свое бюро. С таким опытом как у де ла Вега нужно было только одного — деньги. Много денег. Просто дохренища. И в этой цели режим нашел свое оправдание.

Илай сопротивлялся совету Джимми ровно до тех пор, как не зашел домой и не рухнул на диван. Дальше происходила магия вне Хогвартса и мгновенная телепортация в вечер. Кажется он уснул под стрекочущий телевизор и заработал лишний шрам от подушки. Зеркало настойчиво подсказывало, что Джимми был права и в кое-чем еще. Пора было привести себя в порядок и немного облегчить и без того тяжелый взгляд. Отсутствие порезов говорило о том, что навыки бритья по непроходимым джунглям Кубы не были растеряны. В целом, у Илая многое получилось довольно неплохо и удалась карьера механика именно потому, что он «руки помнят». За что ни возьмись: сковородка, гитара, разводной ключ или даже акваланг, везде ему одинаково хорошо известно доколе нужно жать, когда остановиться, насколько крутить или держать. Везде ему помогла определенный счет времени, который Илай выработал за года работы ныряльщиком и часто вспоминал их шабаки с братом в детстве. Всегда считай.
И если говорить о счете времени, то сейчас было уже достаточно, чтобы выбраться на улицы Саут-Бич и попытаться разыскать там Эндрю. Илая никак не покидала мысль о том, что ребята зря затеяли эти ночные ныряния в шторм и по-хорошему их стоит отговорить. А на крайний случай - попытаться подстраховать.
Линия заката, что сейчас была больше похожа на тонкую багровую нить горизонта, только подтверждала ветреный день на завтра. А значит где-то в океане собирается буря, которая дойдет до них уже сегодня ночью. Поглядывая на свои бессменные наручные часы, Илай старался припомнить где именно в последнее время тусовалась кучка серферов. Ведь Джимми сказал, что парни пришли с досками. А значит если им не влом было тащиться с ними в бюро, то и на вечернем район обязательно захотят ими покрасоваться.

Саут-Бич отличался тем, что здесь одновременно всегда можно было найти себе компанию или по желанию уединиться даже будучи у всех на виду. Все дело было в берегой линии, которую уже давно искусственно поддерживали насыпью, ибо масштабные постройки ближайших отелей и ресторанов подъели ественный край, угрожая обвалиться с концами. На этот случай и был рассчитан широкий песочный пляж, который сейчас считает одним из самых престижных в Майями. А еще это место тусовок молодежи и всех, кто так или иначе, хотел бы забыться.
Прошерстив несколько рядов подряд, Илай заметил, что солнце село окончательно и вдоль пляжа загорелись антуражные фонари. Тучи настойчиво затягивали небо и пока алый зака разливался по облакам, то они выглядели впечатляюще. Но стоило свету скрыться за горизонтом и стало ясно, что сегодня звездной ночи не видать. Тусовщиков оно и не особо интересовало, судя по тому, где Илаю пришлось пройти, сегодня народ предпочитал оттянуться по полной, а в таком состоянии пляжная охрана их уже никуда не пустит. Но были и тем, что более культурно провожал закат, а потом так и не смог распрощаться с теплыми объятиями песка.
Неужели он опоздал? Неужели ребята уже погнали за оборудованием и лодкой? Неужели Джимми такой осел, что согласится на уговоры их кошелька?
Все было бестолку. Судя по расспросам, никто сегодня не видел Эндрю, по крайне мере вечером точно. А про компанию серферов тут вообще не слышали, якобы те тусуются на другом пляже.
А может быть и правда нужно было просто отпустить ситуацию и расслабиться? Перестать всех опекать и пытаться сделать так, как правильно, и просто пойти вон в тот бар, и выпить шот другой? Может правда нужно было так сделать, от того Илай остановился посреди пляжа, глубоко выдохнул и потер лицо, благодаря чему вспоминая, что теперь он без бороды.
Чтобы отвести душу, он решил окликнуть и предупредить девушку, сидящую неподалеку от пляжа, так упоительно наслаждаясь морским воздухом и коктейлем, что стоял рядом с ней на песке.
— Мисс, советую вам с этим не затягивать, надвигается шторм.
[AVA]https://i.imgur.com/s4LjeW7.gif[/AVA][NIC]Eli de la Vega[/NIC]
[LZ1]ИЛАЙ ДЕ ЛА ВЕГА, 38 y.o.
profession: механик[/LZ1][STA]мы сеньоро де ля воро[/STA]
[SGN].[/SGN]

Отредактировано Abigail de la Vega (2021-08-19 20:22:57)

+5

4

Как бы прекрасен не был закат, он являлся лишь прелюдией, потому что именно ночью побережье Майами наполнялось особой магией. Темнота окутывала город, забиралась в каждый уголок, укрывала звёздным покрывалом всех, кому сегодня было не до сна, проникала в глаза свидетелей этого чуда, чтобы горящее в них пламя казалось ещё ярче, наполняла океан, размазывая тёмной акварелью границу воды и неба, от чего он в миг становился ещё более бескрайним. И люди под покровом ночи снимали маски таких привычных, но чужих образов, скидывали оковы, обретая свободу, стирали границы, являя миру своё истинное «я». Когда, если не под завесой тьмы? Пусть лишь на несколько часов. Пусть на одну эту ночь. Но иногда это большее, о чём можно мечтать.

Сегодняшняя же ночь свинцовой тяжестью опускалась на пляж. Некогда голубое, безоблачное небо зарастало плотными тучами. Ни луны, ни звёзд, лишь лучи прожекторов из прибрежных баров растворяются в толще облаков. Липкий, будто наэлектризованный воздух проходится по твоей коже, путается в распущенных тёмных волосах, без стеснения забирается под ткань платья. Ещё полчаса назад здесь царил лёгкий бриз, разнося капельки океанской воды на загорелые тела отдыхающих, а сейчас пусть и не сильный, но крайне настырный ветерок то и дело пытался сорвать шляпки с прогуливающихся вдоль берега дам, вырвать трубочки из приторно-сладких коктейлей у веселящихся молодых людей, растрепать солёные локоны у тех, кому днём повезло искупаться. Он ласкал мелкие волны, подхватывал скучающие песчинки, шелестел листьями пальм. А ты всё ещё сидела и смотрела на океан.

Сидела и думала, как быстро всё может поменяться. Как быстро ночь перехватывает первенство у вечера. Как быстро погожий день может смениться надвигающейся непогодой. Как быстро беспечную гладь воды скроют нарастающие волны. Как быстро один вирус может накрыть планету, загребая в свои тонкие костлявые пальцы все существующие страны и города. Как быстро мир привыкает к новым реалиям, подстраивается, возрождается из пепла спустя месяцы и месяцы ограничений. И как быстро всё может измениться в наших собственных жизнях. Как некогда близкие становятся чужими, как улыбки стираются усталостью, как некогда целое сердце вдруг превращается в гору мелких осколков, как кровать начинает казаться безмерно широкой, как завтрак — снова на одного, и один бокал для вина — для одного. И ты не чувствуешь себя свободной, ты чувствуешь себя пустой. И пустоту эту хочется заполнить чем-то стоящим, живым, тёплым. Пожалуй, океанский воздух — далеко не худший вариант. Особенно в сочетании с обжигающим глотку джином.

От этого молчаливого лицезрения тебя отвлекает мужской голос неподалёку. Ты даже не сразу поднимаешь взгляд, всё ещё завороженная видом ночного океана, готового вот-вот проявить себя во всей красоте и силе стихии. — Значит придётся его оседлать, — отвечаешь, отсылая к небезызвестной песне группы The Doors, пожимаешь плечиками, и только тогда ты приподнимаешь голову, посмотрев на говорившего. И силуэт его вдруг показался тебе таким знакомым. И голос сразу обрёл знакомый тембр. Пожалуй, будь в тебе сейчас больше крепкого напитка, ты бы списала всё на алкогольные галлюцинации, но зрение тебя однозначно не подводило. Перед глазами тут же всплыли картинки из прошлого, словно кто-то перемотал плёнку назад, а теперь запустил её для тебя в ускоренном виде. Приёмное отделение в клинике, проникающая рана, танцы на кухне, самый вкусный стейк в твоей жизни, поцелуй на прощание, новые запоминающиеся встречи и то, каких усилий стоило перестать разрываться между: «наверное, я самый ужасный человек на земле» и «я должна была быть честной, он это заслуживает».

Ты не была уверена, узнал ли он тебя. А если узнал, захочет ли говорить? Но ты просто не могла сделать вид, что вы не знакомы. Не хотела. Поэтому забираешь напиток, поднимаешься с песка, слегка оттолкнувшись рукой, и подходишь к мужчине ближе. — Совпадение или чудо? — вместо приветствия, с лёгкой улыбкой на губах. Тебе вдруг так сильно захотелось его обнять, но ты сдержалась, потому что не знала, как он к этому отнесётся. Ты чувствовала некое волнение, будто только вчера сказала ему, что у тебя есть чувства к другому мужчине. Головой ты понимала, что прошло достаточно лет, что он давно должен был забыть тебя и жить счастливой жизнью, вот только сердце по-прежнему сжималось, вспоминая, с каким трудом тогда тебе дались эти слова.

Отредактировано Selena Price (2021-06-11 01:03:58)

+5

5

— Селена?... - прошептал он одними губами имя, которое должен был забыть несколько лет назад. Почти три года, если быть точнее.
Как-то резко так воспоминания унесли на улочки Сакраменто и к той жизни, от которой он однажды уехал. Не сказать, что город был плох или его жители, чаще всего Илай всегда во всем винил себя. Недостаточно старателен, недостаточно аккуратен, недостаточно умен, силен, мил. Так много факторов, который привязались за ним еще из глубокой юности, когда они с братом не могли быть лучше кого-то просто потому что родились не в той рубашке и без ложки. Сейчас чтобы отвязаться от просевших предрассудков можно разве что хорошей психотерапией, а лучшим специалистом Илай считал береговую линию океана и его непостижимые глубины. Если уж ты родился на острове посреди Атлантического океана, то бесконечные участки суши наводят на тебя тоску. Они такие же ограниченные, как люди, что живут в своих запертых со всех сторон офисах и квартирках, наслаждаясь максимально приземленными радостями, вроде телека или интернета. А чуть стоит их оторвать от экранов и вырвать на какофонию естественных звуков и окружения, то ни один из них не сможет почувствовать себя полноценным. Может быть в этом и было дело? Илай бежал не только потому, что ему по факту было все равно где жить, можно было менять города хоть каждый день. Но и от того, что он чувствовал себя не в своей тарелке с тем ритмом жизни, к которому раньше всегда стремился, покидая Кубу.
Еще до того, как девушка из прошлого перешла в активное наступление по направлению к нему, Илай за доли секунды успел посерфить по воспоминаниям трехгодичной давности и вернуться наконец-то к осознанию происходящего в реальности.
Нет-нет-нет, этого не может быть! Это все больше похоже на тот сон, который все еще не отпускает его с дивана в квартире. Или это ты так готов признаться, что тебе до сих пор иногда сниться Селена Прайс? Ох, черт.
Хотелось ущипнуть себя лишний раз и убедиться наверняка, что это не какой-нибудь розыгрыш, а Илай достаточно выспался, чтобы распознавать лица людей в толпе. Только толпы тут нет и других людей тоже. Есть только девушка с коктейлем в руках, немного западного ветра и уверенность в том, что один из них не может ошибаться. Если уж старый дайвер имел возможность прошляпить, обознаться и быть невнимательным, то уверенные шаги, утопающими голыми стопами в теплом песке, принадлежащие хирургу из госпиталя Святого Патрика - нет.
— Глазам своим не верю...вот так встреча! - почему же не веришь? Неужели такая девушка, как Селена, не может себе позволить шикарный отдых в Майями? О, она может себе позволить очень многое.
В такой ситуации совершенно не знаешь куда же деть руки: то ли пожать ее ладонь, то ли приобнять, то ли спрятать их в карманы от греха подальше. В итоге, так и не определившись с нормальным приветствием, кроме удивленной улыбки, Илай прекрасно понимал, что момент для всего остального уже был упущен. Оставалось поддаться накатившим эмоциям удивления и развести руки в стороны.
И правда ведь, все это было так давно, не в самом романтичном и подходящем для этого дела месте, а именно в приемном отделении госпиталя. Илай тогда мало мог чем гордиться, особенно причиной, из-за которой он оказался на кушетке у дежурного хирурга. И тем не менее, в тот день снизошло слишком много чудес на один квадратный метр: приятное знакомство, удачный шов, состоявшее свидание и никаких копов. Можно еще докинуть пару килограмм отборного стекла и вспомнить чем в итоге все закончилось, но... но какое это уже имеет значение спустя столько лет?
Тогда три года назад они в целом расстались на хорошей ноте, если к расставанию вообще применимо прилагательное "хороший", но совершенно не поддерживали связь все это время. А разве это было нужно? В таких случаях, как у Селены и Илая нужно было просто смириться с тем, что каждый должен пойти своей дорогой и дать другому возможность жить по-своему без чувства вины.
— Вау, - вполне искренний восторг и первичное остолбенение переросли в широкую улыбку и покачивание головой, — Как же вовремя я сегодня побрился, - раз в ход пошли легкие подтрунивания над собой, значит Илай начинал волноваться и пытался как-то скрасить ситуацию, в данном случае - как умел.
Повисшее неловкое молчание между ними перерастало в тонкое напряжение, которое как натянутая  шелковая нить с каждой секундой становилась только опаснее. Но Илай задумался над тем насколько же это сложно - аккуратно подбирать слова для того, чтобы просто начать обычный разговор и завис. Ведь она могла прилететь в Майями не одна, что вероятнее всего так и было, а эта встреча на пляже для нее настолько же неловкая, как и для него.
— И тем менее мой совет остается прежним. Надвигается шторм. Советую перебраться в местечко с крышей, да повыше. Можно и парой стен, так будет надежнее. Плотнее завернуться в плед, потому что дожди здесь холодные, накатить чего-нибудь согревающего под The Doors и ... созерцать.
Сложно было удержаться и элементарно не спросить: как у нее дела? Живет ли она все еще в Сакраменто? Как обстоят дела на работе? Работает ли она все еще хирургом в госпитале или нет? Да можно было бы даже на личные вопросы поболтать и обсудить идет ли ей новая фамилия, а Илай похвастался бы новой проседью на висках. Но он нашел в себе силы сдержаться и промолчать. Не стал навязываться там, где этого делать бы не стоило. И немного понизив тон голоса мягко добавил.
— Рад тебя видеть.
[AVA]https://i.imgur.com/s4LjeW7.gif[/AVA][NIC]Eli de la Vega[/NIC]
[LZ1]ИЛАЙ ДЕ ЛА ВЕГА, 38 y.o.
profession: механик[/LZ1][STA]мы сеньоро де ля воро[/STA]
[SGN].[/SGN]

Отредактировано Abigail de la Vega (2021-08-19 20:23:31)

+4

6

Ты помнила тот самый день в мельчайших подробностях, словно это было вчера. Помнила, что это был летний калифорнийский вечер, непривычно пасмурный и прохладный. Помнила всех пациентов, что успела принять за утреннюю смену. Помнила песню, играющую в такси, на котором ты ехала к месту встречи, и помнила лицо таксиста. Помнила, как нервно держала в руках одноразовый стаканчик с кофе, и его горькое послевкусие. Помнила, что на тебе был тренч и платье не по погоде, которое ты то и дело ловила с очередным порывом ветра. Помнила его мягкую приветственную улыбку и лёгкий поцелуй. Помнила каждое сказанное тобой слово, и то, как менялся его взгляд. Помнила, как крепко ты обняла его на прощание. Помнила, как закутавшись в пальто, решила пройтись пешком, чтобы хоть немного проветрится, и как изо всех сил старалась не заплакать.

Ты была убеждена, что люди появляются в наших жизнях не случайно. Каждый оставлял след: кто-то почти незаметный, эфемерный, как дуновение ветерка, кто-то проносился вспышкой, сбивая всё на своём пути, а потом исчезал, напоминая о себе лишь следом резины на асфальте, кто-то переворачивал твою жизнь с ног на голову, кто-то вносил умиротворение и спокойствие, кто-то помогал выбраться, кто-то возвращал на дно, а кто-то навсегда занимал особое место в сердце, отзываясь приятными воспоминаниями даже сквозь годы. Илай де ла Вега точно относился к последним. Ему удавалось вызвать искреннюю улыбку на твоих губах даже в самые сложные дни, когда казалось, что всю радость просто высосали из атмосферы. Он мастерски отвлекал тебя от изнуряющих мыслей о работе своими потрясающими историями и вновь и вновь удивлял кулинарными и музыкально-танцевальными талантами. А его испанский каждый раз задевал струны твоей души. Ты правда была счастлива. Уже после вашего расставания рука периодически тянулась к телефону, чтобы просто набрать сообщение с таким простым вопросом «Как твои дела?», ведь тебе и правда было интересно. Но каждый раз ты одёргивала себя, отбрасывая эгоизм в сторону, потому что понимала, что для него это могло бы быть нелегко. Так что оставалось просто всем сердцем желать ему счастья и надеяться, что вселенная тебя слышит.

Но, кажется, вселенная — дама не только крайне своенравная, но и со своеобразным чувством юмора. Именно сейчас, когда чувствовать себя счастливой было так трудно, именно здесь, в Майами, у самой кромки океана, ты вдруг встречаешь человека, который показал когда-то, что порой счастье — в мелочах, и рядом с ним ты и правда это ощущала так ярко, подпитываемая его невероятной энергией. И вот он стоит перед тобой, как и ты чуть смущённый этой неожиданной встречей, и улыбается всё также тепло и притягательно.

— Правильно, мало ли, какую русалку выбросит штормом на берег, — улыбнувшись, отвечаешь на его фразу про «вовремя». Он будто совсем не изменился. Может это всё эффект сумерек и затянутой тучами луны, а может дело в том, что ты смотришь только в его тёмные глаза. Изменилась ли ты? Выглядишь ли уставшей? Грустной? Разбитой? Увидит ли он это в твоём взгляде? Или ты мастерски научилась это скрывать?

Погода продолжала портиться, будто вторя тому напряжению, что повисло между вами. Вы оба явно не понимали, как лучше себя вести. Боялись сказать что-то лишнее, сделать что-то неуместное, поставив второго человека в неудобное положение. Вы ничего не знали о текущей жизни друг друга, не знали, что происходило с каждым последние несколько лет, и какие обстоятельства привели вас сюда, в эту точку на карте Майами. Но тебе очень сильно хотелось попробовать разрушить эту стену, потому что сегодня, после всего ада последнего года, ты испытала настоящее счастье от этой встречи. И не смогла ответить иначе на его последние слова: — И я рада. Правда.

Но Илай был прав — пора было покинуть пляж и укрыться где-то, куда не заглянет шторм. — Да, пожалуй, пора перебираться под крышу, — переводишь взгляд на воду, что будто начинала закипать. Ты не знала, есть ли у него планы, ждёт ли его кто-то, чтобы укрыться от стихии вместе, и вообще, захочет ли он продолжить ваше общение, но просто не могла не узнать: — Составишь мне компанию? Ты была готова к ответу «нет», и даже была почти уверена именно в таком варианте развития событий, представляя, что отправишься на такси в номер, закажешь туда бутылку вина и проведёшь вечер за просмотром кабельного.

Его же ответ заставляет тебя мягко улыбнуться уголками губ. Ты оказалась не права, и была чертовски этому рада. Ветер набирал скорость, поднимая песок, что мелкими иголочками впивался в кожу. Стихия была готова вот-вот обрушиться на побережье. Люди хватали свои вещи и спешным шагом разбредались по барам. Набережная пестрила кучей небольших заведений, маленьких домиков и палаток, которые готовы были распахнуть свои двери отдыхающим, радуясь приближающейся непогоде. Ты же подхватываешь свои босоножки, не спеша их надевать, допиваешь напиток из пластикового стаканчика, который скоро отправится в мусорку, и поднимаешь взгляд на мужчину: — Есть какое-нибудь местечко неподалёку на примете?

Отредактировано Selena Price (2021-08-28 23:49:29)

+5

7

Русалка?...Главное, чтобы это была не сирена. Илай за малым сдерживал свои нервные шуточки, прикидывая какая сейчас неспокойная гладь у океана накануне шторма и кому это точно было бы выгодно. Но когда такая игра слов накладывается на невероятно-случайное стечение обстоятельства, невольно думаешь, что у кого-то сверху (или снизу) потрясающее чувство юмора.
И снова перед ним разворачивается знакомая история, старая как мир и почти до боли родная, где в главной роли всегда есть господин Случай и его напарник Как Это Все Вашу Мать Всегда Невовремя.
Может быть речь Джимми про близкие отношение с бритвой была не такой уж и напрасной? Она, как теперь выяснилось, очень кстати повлияла на конечный выбор Илай между дополнительным часом сна на облюбленном, продавленном диване во внезапный выходной. И несколько почти подзабытыми махинациями в ванной, где волшебство твориться по мгновению одной очень острой палочки - и вот перед зеркалом уже совершенно иной облик. Жаль, что нечто подобное нельзя было провернуть с приличным гардеробом и стиральной машиной. Илай настолько привык ночевать на работе и считать это вполне нормальным, что домашняя бытовая техника становилась чем-то вроде «Не сегодня, дорогая». Поршни и клапаны воздушных фильтров стали куда родне, чем любимая кофемашина, чего уж тут говорить о какой-то норме гардеробного шкафа, это уж совсем какие-то потемки.
И поэтому на выходе имеем то, что имеем - Илай выглядит как типичный экскурсовод-профи в удлиненных шортах с тысячью и одним карманом, какие-то спортивные сандали, чтобы нога не вываливалась в песок и безразмерная льняная футболка, с потертым печатным рисунок напоминая о том, что он фанат Foo Fighters.
Видимо, где-то было предначертано, что ни одна встреча с Селеной Прайс не пройдет в более лучшей физической форме, при полном параде, с букетом роз и парочкой миллионов за спиной. Нет, это было бы слишком просто. Куда забавнее встречать эту девушку с дырой меж ребер или в старых сланцах на пляже посреди начинающейся бури. Ведь для полной картины им не хватает только проливного муссона, верно?
Послышался характерный звук, будто кто-то где-то просыпал огромную цистерну зерна, а оно в свою очередь создавало иллюзию нашествия лесных цикад. И только огромные выемки на поднимающихся волнах океана угрожали скорым приближением мокрых последствий. Где-то вдалеке люди с криком детей начали подпрыгивать со своим насиженных мест, а это значит, что первые дождевые почести уже были отданы горизонту. На секунду Илай снова выпал в свои мысли и подумал о том, что раз еще даже стемнеть не успело, а шторм уже здесь, то может быть он ошибся и Эндрю с его авантюрной компанией не станут выходить в открытый океан. По крайней мере, Илай очень хотел в этой верить, ведь еще через минут десять даже на пляжной линии будет уже некомфортно, не говоря уже о каких-либо контактов с водой. Но тут в реальность его возвращает внезапный вопрос девушки и Илай думает, что не так и уж плохо быть окаченным с ног до головы чем-то прохладным, может даже холодным, а то он похоже перегрелся и не совсем уверен, что верно ее расслышал. Виной тому были мысли о прошлом, о том, что осталось в Сакраменто и не должно было накладываться на настоящее. Но если есть где-то на свете такой гуру, что умеет совмещать самобичевание и помощь небезразличному тебе человеку, то Илай с радостью бы у него взял пару уроков. А пока нужно было что-то решать, потому что туча с минуту на минуту будет над ними.
— Идём, - скромная улыбка и емкий ответ, который не требовал пояснения, убивал сразу два вопроса и четко составлял представление о том, что будет дальше. Илай протянул руку с раскрытой ладонью вперед, становясь перед девушкой полубоком, что означало одно - он ее подхватит под спину, чтобы поскорее скрыться от дождя и тем самым, не нарушая личным границ, покажет нужное направление. Но пока они шли, потом прибавили шаг и под конец уже бежали с пляжа до улиц, дождь уже успел прибить первые потоки горячей пыли и разрисовать незатейливым узором раскаленный тротуар вдоль пляжных кафешек.
Множество людей бежали под первые попавшиеся зонтики, шатры, навесы и даже мосты. А учитывая ветер, который поднялся в самом начале шторма, уличные веранды ближайших заведений не так уж и спасали от стихии. Но Илай на них и не рассчитывал. Уже было не важно в чем ты был одет, все промокало за считанные минуты. Ноги хлюпали даже в хваленных сандалях, а про волосы, прически и все остальное можно было забыть - вода текла буквально с кончика носа, смешно добавляя своих игривых капель в общую акапеллу погоды.
— Сюда! - он аккуратно придерживал широко раскрытую ладонь в районе ее лопаток и касался только тогда, когда это подворачивал случай. Чтобы направить и быть указателем в этом нелегком пути, быть глазами и ушами Селены, пока они не спасутся от майямских щедрых приветствий.
Над головой звонко щелкнул дверной колокольчик и пара людей вбежали в какое-то типичное заведение, что напоминало им о пляжном отдыхе. Везде тематические картины, плакаты, чучела рыбацких уловов, плетеные стулья и яркие этнические акценты в интерьере. Судя по тому, что никто не удивился гостям и посетителей в целом было немного, таких вот мокрых зайцев было еще несколько штук, кто тоже успел забежать, но скорее всего были совсем неподалеку. А сейчас они сидели за столиками, грелись текилой и наблюдали сквозь прозрачные витрины как буря набирает обороты.
Отряхивая руки, с которых буквально слетали дождевые капли, откидывая мокрые кудри с лица назад и протирая глаза, Илай невольно усмехнулся и тяжело вдохнул.
— Занимательное вышло родео, - вспоминая слова Селены про то, что шторм можно оседлать, так вот Дверям наверно можно, а вот из Илая ковбой не очень. Но это только веселило и заставляло смеяться куда громче.
— Прости. Сейчас здесь вряд ли можно дождаться такси. Пока буря не утихнет никто и носа не высунет. Но если хочешь, то я могу раздобыть зонт попрочнее и проводить тебя до отеля. Ты где остановилась? - недалеко от входа и панорамного окна был как раз свободный столик, пока разговор пошел легко, Илай одним движением в процессе своей болтовни кивнул ей на свободное место и предложил присесть.
[AVA]https://i.imgur.com/s4LjeW7.gif[/AVA][NIC]Eli de la Vega[/NIC]
[LZ1]ИЛАЙ ДЕ ЛА ВЕГА, 38 y.o.
profession: механик[/LZ1][STA]мы сеньоро де ля воро[/STA]
[SGN].[/SGN]

Отредактировано Abigail de la Vega (2021-08-19 23:12:31)

+2

8

Стихия была неумолима. С каждой секундой, с каждым чуть взволнованным от неожиданной встречи вдохом она будто собирала все свои силы, чтобы обрушиться на вас, представая во всей своей неукротимой красоте. Мгновение, и тёмное небо наполняется влагой, щедро рассыпая гигантские капли на побережье. Пожалуй, если бы не Илай, тут же взявший ситуацию в свои тёплые руки, ты бы непременно осталась там, прямо у воды, наслаждаясь этим диким буйством природы. Подставляла бы лицо потокам воды, позволяла бы ливню путаться в волосах и мочить белое платье, и совершенно точно бы улыбалась, будто вместе с водой, что стекала по телу, ты смывала с себя всю ту усталость, что накопилась за прошедший год. И даже если на следующий день ты бы проснулась с лёгким ощущением наступающей простуды, ни капли не пожалела об сделанном. Но Илай оказался рядом, уверенным шагом направляющий вас к временному укрытию. И, признаться, этот вариант развития событий нравился тебе не меньше. А если уж совсем разоткровенничаться, то ты была даже рада этому ливню, благодаря которому после случайной встречи вы не разошлись по разным сторонам пляжа. Но сейчас ты вряд ли себе в этом признаешься.

Судя по всему, мужчина точно знал, куда шёл, уводя тебя подальше от открытых веранд и ненадёжных конструкций уличных баров. И вот совсем скоро вы оказались внутри небольшого питейного заведения, где сейчас, на фоне с барабанящими в окно каплями и гулом ветра за стеной, было особенно уютно и тепло. Уютно, тепло и даже как-то удивительно тихо. Лёгкая мелодия лилась из динамиков, а негромкие разговоры разбавлялись разве что ударами стопок по деревянным столешницам и звоном соприкасающихся бокалов.

— Зато совсем не скучно, — улыбаешься Илаю в ответ. Да, отпуск только начался, но уже стал самым интересным событием за весь этот год. Неплохое начало. У самого входа отжимаешь чуть завившиеся от воды волосы, проводишь пальчиками по лицу, радуясь, что тебе не пришло в голову воспользоваться тушью перед пляжем, затем отжимаешь подол платья, и тут же отмечаешь, что в баре достаточно тепло, так что есть шанс, что вскоре лёгкая ткань подсохнет. Но и сейчас ты совсем не испытываешь дискомфорт. Возможно, всё познаётся в сравнении, и чуть влажное платье в ста метрах от океана куда приятней, чем защитный костюм, пара масок, перчатки и очки, что долгое время были обязательным условием нахождения врача в ковидарии.

— В отеле неподалёку от Оушен Драйв, — выбрала первый попавшийся с неплохими отзывами, за пару дней до поездки. Но тебе совсем не хочется сейчас запереться в номере и ждать, смилостивиться ли погода. Здесь была жизнь. А в номере отеля — миллионы поводов для рефлексии, неизменно накрывающей тебя в одиночестве. — Пожалуй, я бы не отказалась от пары стопок текилы, — осматриваешься по сторонам. Атмосфера точно способствовала горячительным напиткам и разговорам. Но. Одно важное Но. — Но если тебе нужно идти, я пойму. И снова мягкая улыбка на губах. Ты правда поймёшь. У него могут быть планы, его кто-то может ждать, а ещё он просто может не захотеть провести это время с тобой. И ты прекрасно это поймёшь.

Но он остаётся. Неожиданно. И точно приятно. Почему? Может потому, что рядом с ним ты чувствуешься себя также, как несколько лет назад? Будто всего этого ада попросту не было, являясь лишь дурным сном?

Вскоре на столе появляется неизменная святая троица: текила в стопках, соль в баночке и нарезанный на дольки лайм. — За шторм, совпадения и чудеса. Белые кристалики ссыпаются на впадинку у большого пальца, чтобы тут же быть слизанной, запитой маслянистым напитком и закусанным насыщенным цитрусом. Выдох. Чувствуешь тепло, что расползается по пищеводу и будто смазывает то волнение, что всё ещё сидит где-то внутри. Ты смотришь на Илая, невольно задумываясь о том, сколько времени прошло с вашей последней встречи. За три года может поменяться так много: семейный статус, профессия, наличие детей, взгляды, место жительства, города, страны, домашние  животные. Три года — это очень и очень много.

А что изменилось в твоей жизни? Да, сам путь был крайне насыщенным, но что получили в итоге? К чему пришли? Всё также одна, всё также — хирург-ординатор, всё в той же квартире неподалёку от центра. Да, с разбитым сердцем. Да, рука стала уверенней, и на твоем счету уже несколько самостоятельных операций. Да, с небольшой перестановкой, устроенной во время самоизоляции.
Но насколько нынешняя Селена Прайс отличается от той, что когда-то накладывала ровный шов на ножевое ранение в области селезенки обаятельному брюнету? Видит ли Илай разницу? Или ему, как и тебе, кажется, будто этих лет и вовсе не было?

Тебе так о многом хочется его расспросить, но насколько уместным будет вторгаться в его жизнь? Поэтому ты начинаешь издалека, позволяя разговору самому выбрать подходящее русло и скорость течения. — Как давно ты в Майами? Поднимаешь взгляд на загорелое лицо мужчины, слегка проходишься по нему, останавливаешься на волосах, что рассыпались сейчас чуть непослушными завитками, и просто не можешь не добавить: — Тебе очень идёт близость океана.

+2

9

— И ты хочешь, чтобы я пошел туда? - делая ударение на последнее слово, кивая в сторону окна, — Прямо сейчас? В такую погоду? - его брови подпрыгивали все выше и выше с каждым новым вопросом, а под конец опустились вместе с наигранным возмущением, — Мне срочно нужен телефон, я хочу заявить о жестоком преступлении бессердечности.
Немного увлекаясь в мимике с юмором и улыбкой, Илай решил перевести весьма неловки вопрос в шутку, потому что...да не готов был так сходу переходить к таким серьезным вопросам. А если быть точнее, то к честным ответам на них. А как иначе? Он никогда не мог ей соврать, даже легонечко приукрасить. Все хотелось делать как-то сразу начистую, быть искренним и знать, что она это оценит. Быть откровенным и чувствовать, что ей это понравится. Не стесняться себя, то, каким ты был и понимать, что человек воспринимает тебя настоящим. Т И все же то время прошло, а привычка осталась.
Как показала практика, к сожалению, подобные методы не работают и не имеют веса. Когда выбирать приходится между чем-то на уровне ментальных чувств и материальных благ. Оно и понятно, любого расчетливого человека с планами на будущее осудить за это было нельзя. Каждый, кто имеет хоть малейшее представление о том, чего он хочет от жизни, предпочтет стабильность и уверенность в завтрашнем дне каким-то там меланхоличным разговорам до утра на храмом английском или беглом испанском. Но ничего другого Илай дать на тот момент не мог и он это понимал лучше, чем кто-либо другой.
Поэтому не было никаких затаенных обид, недосказанных слов или задавленных комом в горле признаний — все это он давно запил еще будучи на съемной квартире в Сакраменто, без достойного гроша в кармане и каких-либо нормальных перспектив по работе. Но это было так несколько лет назад, сейчас казалось чем-то столь нереальным, как и сидящая напротив него Селена Прайс, оказавшись с ним на одном и том же клочке суши.

— Bienvenido! - рядом с их столиком нарисовался круглопузого типа мужичок, с шикарными густыми усами с проседью и абсолютно отрицательной волосатостью на голове. И если про нее с уверенностью можно было сказать, что тут пузач полный ноль, то уж про остальное язык не повернется. Ведь судя по фартуку на его поясе и достаточно крупному телосложению, вряд ли он был официантом этого заведения. Скорее поваром или каким-нибудь сотрудником кухни. Но тогда возникает логичный вопрос - и что же он в таком случае тут забыл?
— Добро пожаловать в Маленькую Гавану! - разведя свои массивные руки широко по сторонам, словно хотел обнять сразу их, окинул тем самым сие заведение и сразу стало понятно, что этот мужчина его владелец.
— Привет, Жозе. Можно мы тут у тебя погреемся? - Илай ответил мужчине глубоким кивком и широкой улыбкой, не став протягивать руку, потому что знал, что его как минимум мокрая, а у здоровяка напротив как максимум крепкая и пригодится где-нибудь еще на кухне.
— Илай! Ну что за вопросы ты такие задаешь? Хочешь, чтобы мне перед девушкой было стыдно? - своей манерой активно жестикулировать и постоянно менять интонацию в словах мужчина свободно мог сойти за итальянца. Но гордый профиль и характерный акцент с потрохами выдавали в нем коренного островного жителя, — Вы как два маленькие мокрые коати, без слез не взглянешь!
По разговору мужчин остановилась понятно, что они давно знакомы или что Илай здесь постоянный посетитель. Но а как еще могло быть, если это скромное питейное заведение называлось «Маленькая Гавана»? Кусочек родных пенатов на одном из самых популярных курортов в штатах. Зато теперь становилось понятно почему здесь такой антуражный интерьер, который создал определенную атмосферу не за счет муляжных элементов декора ради туристов, а благодаря людям, что создавала здесь маленький кусочек своего родного.
— Мне пиво и текилу для моей прекрасной компании.
— А может мне тебе еще молока налить? - Жозе то ли передразнивал Илая от его выбора, то ли хотел еще немного повыделываться перед Селеной, а может и то, и другое, так или иначе, устоять с серьезном лицом перед такой девушкой было сложно.
— И плед тогда!
— Есть пончо.
— Сойдет!
И махнув рукой, Жозе куда-то укатился в глубь зала. Его на посту почти моментально сменил молоденький официант, который видимо стоял все это время неподалеку и внимательно записывал за хозяином заведения и его гостями полный заказ. Набор для текила, пиво и немного орешков почти моментально расположились на их столе под новые раскаты грома.
Илай поддержал тост взаимным кивков бутылкой пива в руке и сделал синхронно с Селеной первый глоток. Он хотел избежать более крепких напитков, потому что знал, что сейчас был немного не тот момент. Вечер только начинается и обещает быть интересным, хотя бы потому, что Илай уже пообещал проводить Селену до отеля или вызвать ей такси. А до тех пор нужно будет держать себя в руках и ясно уме, чтобы все пошло именно по плану и никак иначе. Но смотря на то, как она ловко справляется с соленым ритуалом для текилы, мысли начинали плясать по косой.
— А...третий год примерно, - думать становится немного проще, когда разговор начинает звучать вслух, а не вести невидимую борьбу в своей голове, — Когда меня уволили с автомастерской, я решил, что сухопутный транспорт это не мое, - усмехнувшись, он сделал ще один глоток и продолжил, — Ближайшая вакансия была только в Майями, так что... и вот я здесь, - не стоило наверно говорить, что в Сакраменто его больше ничего не держало. Между строк это и так понятно, а вот вслух подобное озвучивать было бы уже не комильфо в сложившейся ситуации.
— Не сказать, что моя деятельность как-то сильно изменилась, одни моторы на другие, но... иногда будни подкидывают невероятные приключения в мире подводного царства с детьми и их нервными родителями. А так же неугомонными туристами, - до сих пор с трудом вериться, что посреди рабочей неделе Илай может себе позволить вот так сидеть с длинноногой красоткой в баре, а не заправлять баллоны для завтрашней вылазки. Шутливое настроение и улыбку тормозят следующие слова девушки, которые кажется были похожи на комплимент, но Илай либо медленный газ, либо очень скромный тормоз, который до сих пор не отдуплил что к чему.
— Ты имеешь ввиду этот загар? - немного отодвигая ворот футболки, он показывал весьма странную полоску чуть светлой кожи, которую видимо оставлял водолазный костюм. А если верх снять, то могло сложиться впечатление, будто он как искусственный Кен, у которого руки, туловище и голова были отдельными частями.
— Ой, да брось, ты мне льстишь, - не сказать, что контраст был настолько суровый, как палитра черно-белой плитки шоколада, но если обращать на это внимание, то вполне можно заменить отметины. Забавно, что за почти три года, Илай так и не нашел немного времени, чтобы выровнять свой загар даже естественным путем.
— Зато ты ни капельки не изменилась. Я запомнил тебя именно такой. И мне до сих пор не верится, то все это действительно происходят наяву, прямо сейчас, в «Pequeña Habana», - эта его немного вредная привычка иногда перескакивать на испанский или вставлять словечки посреди рассказа и сейчас бы показалась привычной, если бы не оригинальное название заведения. Жозе понимает, что не каждый турист сможет это выговорить и для милой гостьи, как и для каждого иностранного посетителя, привык озвучивать Маленькую Гавану с распростертыми объятиями. Он хотел было наконец-то спросить - как ее дела, что привело ее в Майями, что нового и почему сейчас она предпочла остаться в каком-то захолустном баре с ним, вместо того, чтобы вернуться в комфортный номер к своему...прежней жизни. Но тут в их неловкий разговор снова ворвался старый знакомый.

— Si, señora! Ваше пончо! - и снова неожиданно к ним подлетел Жозе, разворачивая перед Илаем настоящее, немного залежавшееся пончо.
— Ты что, серьезно принес пончо? Это у вас теперь сервис такой? - едва сдерживая широкую улыбку, поднял и перехватил у мужчины вязаную тунику, прикладывая к своей груди, словно примеряя.
— Слушай, ты просил пончо, я принес пончо. Только попробуй потом скажи, что я тебя не согрел в такой шторм! - снова растворяясь в зале, пока Илай не стал отказываться от внезапного подарка, Жозе уже успел подмигнуть Селене и сделать вид, будто так и задумано было изначально.
— Что ж, это не плед конечно, но думаю выручит тебя на какое-то время, - подойдя к Селене, Илай уже вывернул пончо так, чтобы помочь ей его надеть, потому что с самого начала примел, еще когда они только вошли в бар, что ее платье сильно промокло. А в ближайшее время, тем более в ночь, погода солнечной не станет, чтобы как следует просушить одежду и не дать всем угодившим под нее простудиться.
[AVA]https://i.imgur.com/s4LjeW7.gif[/AVA][NIC]Eli de la Vega[/NIC]
[LZ1]ИЛАЙ ДЕ ЛА ВЕГА, 38 y.o.
profession: механик[/LZ1][STA]мы сеньоро де ля воро[/STA]
[SGN].[/SGN]

+2

10

Конечно, заведение называлось «Маленькая Гавана». И, конечно, Илай был знаком с владельцем. Все эти маленькие детальки так идеально друг-другу подходили и складывались в полную картинку, которая с головой окунала тебя в прошлое. Ваше прошлое. Первое время ты не переставала удивляться этим чудесным встречам, что случались во время ваших с брюнетом свиданий, восхищалась, какие прекрасные и открытые люди его окружают. А когда всё прекратилось... Чёрт. Ты точно скучала по этому. Особенно в последний год, когда рукопожатия, поцелуи и объятия на время стали табу для тех, кто не входил в круг самых близких. И сейчас воспоминания смешивались с кадрами настоящего, и вместе образовывали коктейль, что грел похлеще текилы.

Он начинает рассказ, и ты понимаешь, что почти всё это время, что вы не виделись, он провёл здесь, у океана. Уехал прочь из Сакраменто, за тысячи миль. Хотелось верить, что ваше расставание не было первопричиной снова бросить всё и начать заново в другом месте, но логика подсказывала: если и не первопричина, то один из аргументов «за». Иногда тебя даже удивляло, как вам удавалось ни разу не пересечься в городе, где население не сильно переваливает за полмиллиона, но теперь всё вставало на свои места. Что ж. Будь у тебя возможность, ты бы сама первым делом укатила куда подальше от прошлой жизни, но ординатура не давала тебе такой манёвренности.

Илай демонстрирует чуть менее загорелый участок кожи, скрытый футболкой, и ты улыбаешься. Хорошо. Пусть будет загар. Ты бы могла ему рассказать, что дело совсем не во внешних проявлениях. Да, он явно выглядит более загорелым, чем в последнюю встречу прохладной зимой. Да, его волосы от долгого воздействия соли завиваются чуть сильнее. Но дело не в этом. Ощущение это куда глубже и куда сложнее обличается в слова. Ты встретила его у самой кромки воды, ты смотришь на него сейчас среди антуража этого уютного прибрежного заведения, и чувствуешь, что всё это чертовски ему идёт. Ч у в с т в у е ш ь. Но любое объяснение кажется тебе либо недостаточным, либо пошлым, либо неуместным. И ты просто отвечаешь Илаю мягким взглядом и приподнятыми уголками губ. Пусть будет загар.

— Ой, да брось, ты мне льстишь, — повторяешь недавние слова мужчины и смеёшься. Тебе-то кажется, что ты должна выглядеть, как минимум, куда более уставшей. Но может дело в приглушённом свете заведения, а может ему и правда кажется, что ты не изменилась. Всё же следы от масок давно исчезли, а зияющая в грудной клетке пустота заметна только тебе и никому кроме. Может для него ты и правда выглядишь также, как при расставании, разве что на тебе на плащ, а лёгкое платье, а вместо искреннего сожаления и тяжести принятого решения, на твоём лице сейчас покоится улыбка. — Я была уверена, что год работы в ковидарии оставил свой след — пожимаешь плечиками. Да, кажется это первая за вечер фраза, хоть немного раскрывающая то, что происходило с тобой за последние несколько лет.

Это могло бы быть началом небольшого диалога о работе, и о том, как и почему ты оказалась в Майами, но вас прервал добродушный владелец «Маленькой Гаваны», с довольным видом протягивающий пончо. Да-да, настоящее пончо. Как быстро появился, так быстро и ретировался, с чувством выполненного долга вновь оставляя вас наедине. Ты лишь успела выкрикнуть: «Спасибо» его удаляющейся фигуре и добавляешь, уже обращаясь к Илаю: — И тебе, за заботу. Приподнимаешься со стула и вскоре оказываешься облачённая в вязаную ткань, сразу же ощущая тепло от её соприкосновения с ещё влажной тканью платья. — Мне идёт? — не можешь не рассмеяться, чуть повращавшись для демонстрации нового наряда.

Но скрип дверных петлей вновь отвлекает тебя от разговора. Помещение ненадолго наполняется шумом стихии, бушующей снаружи, а на пороге появляется пара молодых людей. Один придерживает другого под руки, и только когда дверь захлопнулась, ты увидела, как на штанине второго расползается кровавое пятно. — У вас есть аптечка? Какая-то вывеска сорвалась и прилетела острой стороной прямо в его ногу, — чуть запинаясь поведал тот, что не бледнел и не оседал на пол на глазах посетителей. Да, аптечка тут не поможет. Взглядом извиняешься перед Илаем за то, что придётся прервать разговор, но ты просто не можешь остаться в стороне.

— Я — врач, — направляешься к юношам, мысленно радуясь, что не успела выпить больше, чем одну стопку. Посетители уже собираются вокруг, а бармен протягивает маленькую аптечку. Пластыри, бинты, обезболивающее, йод, антигистаминное, перекись водорода и что-то от отравления. Мало, но хоть что-то.
— Несите водку, а ещё возможно понадобятся нитки и иголка. Как его зовут? — последний вопрос задаёшь сопровождающему.
— Оливер. Парню и самому не помешает стопка чего-нибудь горячительного, чтобы успокоить нервы.
Вскоре тебе приносят всё необходимое, и ты сразу обрабатываешь руки водкой. За неимением перчаток приходилось импровизировать. Пора бы оценить повреждение. Сквозь разрезанную брючину струится кровь. К счастью, явно венозная, а значит бедренная артерия не задета. Сильнее разрываешь ткань, аккуратно прощупываешь довольно глубокий разрез.
— Оливер, ты слышишь меня? — и получив кивок в ответ продолжаешь: — Меня зовут Селена Прайс, и я хирург. Рана не очень серьёзная, но нужно остановить кровь. Я наложу пару стежков, но это будет очень больно. Да, укол новокаина бы очень помог, но искать ближайшую аптеку — не вариант.
— Дайте кто-нибудь ремень, — не поднимая взгляд, принимаешь протянутый предмет, тут же перетягивая бедро ремнём выше пореза. Бинтами убираешь кровь, обеззараживаешь перекисью водорода, и пока затихает шипение, заливаешь нитку и иголку водкой. Ты знаешь, что это не лучший вариант, но он даст ему возможность переждать шторм. Вдох. Выдох. На долю секунды в памяти всплывают кадры, как ты много лет назад накладывала швы одной из сотрудниц Маркуса. Тогда ты была студенткой, и руки твои немного дрожали. Сейчас же ты была абсолютно спокойна. Стягиваешь края раны и начинаешь накладывать шов. Обычная нитка идёт туго, но ты стараешься делать всё аккуратно. Последний стежок, и кровотечение почти остановилось. Накладываешь повязку, даёшь Оливеру пару таблеток обезболивающего и рекомендуешь активно дозваниваться до скорой. В уборной смываешь кровь с рук, умываешься прохладной водой, успевая оценить, что удалось не запачкать ни платье, ни пончо, и возвращаешься к Илаю.

— Этот вечер становится всё более запоминающимся — произносишь с улыбкой, опускаясь на стул и залпом опустошая вторую стопку текилы. Эффект первой всё равно был начисто смыт адреналином, что щедро выплёскивался в кровь. — Так на чём мы там остановились?

Тебе начинало казаться, что сама Вселенная пытается помешать вашему разговору. Вот только что она хочет утаить? Реальность, которую никто из вас не готов принять? Или реальность, на которую вы оба в тайне надеетесь?

Отредактировано Selena Price (2021-08-28 23:49:55)

+1

11

Сегодня точно не тот день, когда можно позволить себе немного поностальгировать, нырнуть с головой в воспоминания и оставить решать Вселенной по какому течению вам плыть. Потому что Вселенная решила так — кто может позволить себе расслабиться, тот получает раненного парня посреди наичудеснейшего вечера.
Не успел Илай расправить пончо на мягких, полузабытых плечах; не успели они перейти наконец к разговорам на более откровенные и личные темы; не успел он сказать как она чудно выглядит в этом старой вязаной тряпке и ничего милее за последнее время он не видел — как Вселенная напоминает о том, что у нее в запасе есть очередной раненный парень.
Селена врач и тут ничего не поделаешь, вряд ли он когда-либо сможет оставаться в стороне в подобных ситуациях. И будет полностью в этом права. Не это ли верный признак настоящего призвания, когда бросаешься на помощь человеку, не имея после этого ежемесячной выплаты за отлично проделанную работу? Да что там, даже Илай не смог бы спокойно оставаться в стороне наблюдая сцену, развернувшуюся у входа. Кажется, этому Оливеру чертовски повезло, дважды, если быть точнее.
Большинство в людей при схожем раскладе предпочтут не вмешиваться, не лезть туда, где могут остаться крайним. И в какой-то степени это элементарный инстинкт сохранения своих нервов, времени и возможно даже лишних проблем. Но при этом львиная доля тех, кто в душе радуется тому, что на месте этого парня сейчас не он, предпочту остаться зеваками, вместе того, чтобы хоят бы набрать 911.
«Маленькая Гавана» не сильно полна посетителями в дневного время суток. Да если по-честному, то и в вечерние дела идут не пышными залами и переполненными столами. А если дать стопку другую Жозе и завести разговор по душам, то он откровенно признается, что «пошуметь» это место может только по выходным и праздникам. И то большая часть посетителей это местные некогда переселенцы из Мексики, Кубы и немного иммигрантов с других бедных островов. Богатые туристы не слишком любят захаживать в подобные заведения, ведь перед ними целый пляж ночных клубов и куда более привычных, легкодоступным способом как следует напиться. Но сейчас это было только на руку «Маленькой Гаване» Жозе и двум молодым ребятам, которые решили обраться за простой человеческой помощью.
— Ну-ка, давай сюда, - пока друг несчастного Оливера пытается дотащить его до ближайшего стула, а Селена пытается понять что к чему, Илай подходит к скудной толпе вместе со своей спутницей и перекидывает через свою шею вторую руку раненого. Так его другу стало куда легче приподнять парня и пересадить уже на свободный диван, где стоило немного подвинуть ногой плотно стоящий стол - и вот уже куча места для разворота врача первой помощи.
Парень заметно нервничает, оно и понятно, но что бы ему ни говорила Селена, ни утверждал его друг, Оливер лишь лихорадочно крутил головой из стороны в сторону и словно не верил, что эта реальность происходит сейчас именно с ним. Его пугал вид крови, начинало немного трясти; он не слышал сидящего рядом приятеля и даже умудрялся переспрашивать то, что ему и так уже сообщили; а резко накатившая боль от обработки раны спиртом вызывает в парня такой визг, что кажется он совсем забывал где находится.
— Эй, Оливер. Смотри сюда. Я здесь, - Илай стоял рядом с Селеной, которой присела перед раненым и теперь уже ее прямым пациентом, чтобы заняться непосредственно тем, что она умела лучше остальных здесь собравшихся. Он не мешал, не толкался, был чуть позади, но при этом очень хорошо ловил взгляд сидящего, потому что был самой прямой точкой для его расфокусированного внимания, — Как мы уже все прекрасно услышали - рана не серьезная. Но чтобы не усугублять, ты должен постараться не мешать доктору сделать то, ради чего он распорол тебе штанину. Это ради твоего же блага. Понимаешь?
Оливер слабо замотал головой и было сложно понять, то ли он согласно кивает, то ли его все еще трясет от шока произошедшего. Взгляд так и порывался вернуться к ноге, где сейчас кипела работа, но Илай каждый раз одергивал парня и просил смотреть только на него, постоянно задавая простые житейские вопросы и почти что вынуждая на них отвечать. В конце концов, когда дело подошло уже к кройке и шитью, кубинец схватился за бутылку и свободный стопарик рядом. Быстро наполняя его и протягивая Оливеру, парень был строго настрого предупрежден, что проливать напиток во время тоста - верх неуважения, а потому придется держать крепче и ровнее. И при каждом новом стежке, когда Селена прорывала его кожу иглой с нитью, Илай предлагал опрокинуть стопку другую за каждый очевидный факт из жизни Оливера.
Когда в ход пошла повязка, то парень уже так размяк, что совершенно не слышал слова друга о том, что бригада скорой уже выехала и тот пойдет встречать их на улице. Илай же с ноткой легкого сожаления поглядывал на полупустую бутылку текилы в своей руке и со вздохом понимал, что его стратегический план по удержанию себя в здравом уме с треском провалился. Он, конечно, был куда крепче, чем Оливер и на ногах абсолютно стоял ровно, но текила к пиву добавила чуть больше самоуверенности, которая еще неизвестно чем обернется.
Бригада медиком явилась достаточно быстро - стоило ли говорить о том, что Оливеру уже трижды за сегодня так круто повезло? - все это, буквально, за то время, что Селена провела в уборной, пока отмылась от спонтанной операции. Пока фельдшер немного возмущенно пытался выяснить, кто споил раненого, Илай ретировался в сторону уборной и аккуратно прислушался к звукам воды, безмолвно проверяя, все ли в порядке у Селены. Решив лишний раз ее не дергать, он вернулся к их изначальному столику и похлопал по одному из карманов своих широких шорт, выуживая пачку сигарет.
Еще мгновения и меж пальцами красуется свежая струйка дыма, а на стол рядом со вскрытой бутылкой пива полетела со звоном зажигалка. В какой-то момент, пока можно было словить минуты одиночества за столом, Илай понимает, что этому чертовому парня по имени Оливер и правда охренеть как повезло. А вот его молодому напарнику и по совместительству сменщику на работе - куда меньше. Ведь именно его Илай надеялся перехватить на пляже, пока тебе не вышли в открытые воды за ловлей адреналина перед штормом. Все может закончиться куда плачевнее, чем рана от какой-то там вывески. И куда стремительнее, если у этих олухов не хватило мозгов вовремя остановиться.
Но тревожные мысли старается потеснить реальность, в которой перед ним снова появляется Селена Прайс и летящей походкой приземляется на стул прямо напротив. В данной ситуации волнение за Эндрю может подождать до завтра, когда Илай сможет заскочить на работу и наверняка все выведать у такого же остолопа Джимми. А сейчас нужно было признать власть текилы над ним и легкий шлейф очаровательной девушки, которая несмотря на кровь и панику улыбалась тебе как самая прекрасная нимфа на Земле.
— Что тебе чертовски идет это пончо, - усмехнувшись и указывая на ее наряд той рукой, в которой держал сигарету, Илай сделал очередную затяжку и ненадолго зажал палку губами.
— И то, чем ты занимаешься и как виртуозно орудуешь с иглой. Я тебе этого раньше говорил, нет? О, ну, моя селезенка все помнит, - язык развязывался сам по себе и видимо это было уже не остановить. Перехватив сигарету в другую руку меж пальцами, продолжал без пауз.
— А еще тебе идет кожная куртка, та черная, что эффектно подчеркивает весь этот роковой образ, который скрываешь под белым халатом ангела милосердия, - придвинув к себе небольшую пустую солонку, что стояла на их столе, она тут же стала импровизированной пепельницей и немного перетянула сверлящий взгляд Илай на себя. Позволяя ему сделать короткую паузу и широко улыбнуться, а так же наконец закончить свою мысль.
— А еще мне кажется, что в такой шторм всегда есть о ком переживать, - он поднял на нее взгляд и ухмыльнулся. Ведь если даже он вспомнил про Эндрю, простого коллегу с работу, то наверняка должен быть тот, кто оборвал бы Селене телефон, в надежде выяснить, все ли с ней в порядке и где она сейчас находится, если не в номере отеля. Но он быстро осекся, понимая как глупо и резко выглядит сейчас перед ней, а потому поспешил извиниться и постараться исправить ситуацию.
— Прости. Думаю, что раз машина скорой помощи сюда добралась, то можно попробовать вызвать тебе такси. Вечер выдался сумбурный, уверен, ты хочешь поскорее смыть с себя его остатки и как следует отдохнуть. Я попрошу у Жозе номер, - и привстал из-за стола, чтобы метнуться к бармену за визиткой местных водителей.
[AVA]https://i.imgur.com/s4LjeW7.gif[/AVA][NIC]Eli de la Vega[/NIC]
[LZ1]ИЛАЙ ДЕ ЛА ВЕГА, 38 y.o.
profession: механик[/LZ1][STA]мы сеньоро де ля воро[/STA]
[SGN].[/SGN]

+1

12

Слова Илая окунают тебя с головой в прошлое. И погружение это точно не похоже на последствия шторма: вода не прохладная, и тонкое платье не липнет к коже, и ветер не ждёт настойчиво, когда ты вынырнешь наружу, чтобы принять тебя в свои покалывающие кожу объятия. Нет. Ты будто погружаешься в тёплую ванну с воздушной пеной, сладкий аромат которой обволакивает и расслабляет. И тебе очень и очень тепло.

«Что тебе чертовски идёт это пончо». И ты возвращаешься к неспешным утрам в выходные, что вы проводили вместе. К вкусным завтракам, танцам и атмосфере уюта. Туда, где ты могла быть собой, облачившись в длинную футболку и убрав волосы в пучок. И он всё равно смотрел на тебя так, что предательски подкашивались коленки.

«И то, чем ты занимаешься». И вот ты уже переносишься в день вашего знакомства. Конец смены, жуткая усталость, последний пациент в приёмном, надоедливый Дейв, и то, как Илаю удалось отправить его куда подальше. Ровный шов, от которого через несколько месяцев осталась еле заметная розоватая полоска, которую можно разглядеть, только если знаешь о её существовании. А ещё, конечно, первый поцелуй, сопровождаемый первыми нотками чувств, что уже тогда зарождались где-то глубоко внутри.

«А еще тебе идет кожная куртка, та чёрная». И ты вспоминаешь ваши свидания зимними вечерами, сорванные на ходу прикосновения губ и его горячие руки, крепко обхватывающие твои ладони. Вы провели достаточно времени, чтобы он узнал тебя. Узнал такой, какая ты есть на самом деле, вне больничных стен. И всё равно остался.

Тебе буквально приходится заставить себя выплыть наружу, приподнять голову над этими обволакивающими теплом воспоминаниями, чтобы сделать вдох пьянящего кислорода и вернуться к реальности, улыбкой сопровождая всё сказанное мужчиной. У тебя просто нет иного выхода. Всё это осталось в прошлом. Разрушено твоими собственными руками. Так что остаётся только удивляться, что Илай не только не сделал вид, что не узнал тебя, но и до сих пор не предпочёл отказаться от твоей компании под каким-нибудь благовидным предлогом. Да, время лечит, тем более — на расстоянии. Но вот простить — вопрос уже совершенно иной плоскости.

— Кончено есть, — отвечаешь ты мужчине на его вполне уместный вопрос, кивая головой. — О бездомных собачках, бездомных кошечках и о таксистах, вынужденных работать в такую погоду. Вроде никого не забыла, — и ты усмехнулась. Да, надо полагать, что ты бы спешила в номер, если бы приехала в Майами не одна. Сама периодически отвлекалась бы на загорающиеся на экране уведомления, а может и отправляла пару десятков смс, чтобы убедиться, что с тем, с кем вы оказались по разные стороны шторма, все в порядке. Однако тебя в номере ждали разве что мини-бар и кабельное. Илай приподнимается из-за стола, чтобы взять номер такси, но ты останавливаешь его за руку, обхватив пальцами запястье. — Мне не ради кого спешить в отель, — совсем без сожаления или грусти, абсолютно ровным тоном и с полуулыбкой на губах. И тут же убираешь руку, чтобы не продолжать это наглое вторжение в личное пространство.

И только сейчас ты задумываешься, а не спешит ли сам Илай к кому-то. И даже вновь хочешь сказать ему, что одно его слово, и они разойдутся по своим делам, больше не претендуя на личное время друг-друга, но потом всё же решаешь промолчать. Очевидно, если бы ему нужно было срочно уйти, он бы сам сказал тебе об этом. Да, ему бы было неловко оставить тебя, и он бы искренне извинился, но точно бы не бросил дорогого человека одного в такую погоду. Илай де ла Вега бы никогда так не поступил, в этом ты не сомневалась.

Что же, ты понимаешь сомнения Илая и его желание отвезти тебя в отель. Готова поспорить, что он уверен: в Майами ты прилетела с Маркусом. Может даже в статусе мужа и жены. И это было логичным умозаключением, учитывая весь бэкграунд. Тебе же очень хотелось быть честной, сказать как есть, но почему-то было несколько неловко. Наверное потому, что однажды ты собственноручно прекратила прекрасные отношения с прекрасным мужчиной ради того, с кем в итоге не сложилось. Но ты не можешь и дальше растягивать эту недосказанность, повисшую в воздухе. Пора уже расставить точки над «i». — У ковида нашёлся ещё один неприятный побочный симптом, — начинаешь ты, когда мужчина возвращается за стол. — Оказалось, что не все отношения могут его пережить, — отшучиваешься с улыбкой на губах. Дело ли в атмосфере, или в компании, или просто прошло достаточно времени, но впервые с расставания тебе чуть легче даются эти слова.

По-видимому, жизнь всегда стремится к равновесию. По крайней мере, весь твой жизненный опыт раз за разом был ярким тому доказательством. За черной полосой непременно наступает белая. За чередой неудач — череда везения. После шторма обязательно выглянет солнце. И если ты разбиваешь сердце, чтобы погрузиться в новые отношения, твоё собственное сердце непременно окажется разбитым. Круг замкнулся. Поворачиваешь голову к официанту, указывая на пустеющие стопки на столе, и пальцами просишь принести ещё две. Пара порций текилы после таких откровений точно не будут лишними.

— Если задуматься, с нашей последней встречи в моей жизни толком ничего и не изменилось — и снова, без сожаления. А на фоне последних мировых событий отсутствие изменений вообще можно считать подарком судьбы, не иначе. — А что насчёт тебя? Не считая, конечно, переезда и новой работы. Кивком благодаришь официанта, уже опускающего на стол пару стопок, новую порцию соли и лайма. Ты не настаиваешь на откровенности, не будешь выуживать из брюнета то, что он захочет скрыть. Просто тебе и правда интересно, как за эти три года изменилось жизнь. Очень хотелось думать, что они были полны счастливых моментов.

Вдруг за стенами бара стало совершенно тихо, и голоса людей в баре тоже вторили этому неожиданному покою. Каждый прислушивался к тому, что происходит за окнами. О стекла больше не разбиваются крупные капли, ветер не гудит под крышей, не поднимает волны и не раскидывает влажный песок по крыльцу. Даже сердце вдруг на миг замедлило бег, чтобы не спугнуть такую непривычную тишину. Обращаешь взгляд на Илая. — Как думаешь, это конец? Или затишье перед тем, чтобы ударить с новой силой? Соль, текила, лайм. Привычный ритуал перед глотком обжигающей жидкости.

Так всё же... Круг замкнулся? Или это лишь кусочек раскручивающейся спирали?

+2


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » «Pequeña Habana»


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно