внешности
вакансии
хочу к вам
faq
правила
кого спросить?
вк
телеграм
лучший пост:
эсмеральда
Он смущается - ты бы не поверила, если бы не видела это собственными... читать далее
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 40°C
jack

[telegram: cavalcanti_sun]
aaron

[telegram: wtf_deer]
billie

[telegram: kellzyaba]
mary

[лс]
tadeusz

[telegram: silt_strider]
amelia

[telegram: potos_flavus]
anton

[telegram: razumovsky_blya]
darcy

[telegram: semilunaris]
edo

[telegram: katrinelist]
eva

[telegram: pratoria]
siri

[telegram: mashizinga]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » вторая встреча должна быть первой


вторая встреча должна быть первой

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

2

-…поэтому я считаю, что это самая оптимальная стратегия.
Толчок в бок, неожиданность которого заставляет вздрогнуть. Руки чуть ли не с шумом падают на документы, лежащие на столе, а вода в стакане начинает дрожать, предательски демонстрируя неуклюжесть Клода.
- Так у Вас есть вопросы? – Сидящая девушка за столом поодаль смотрит серьезно, перебирая в руках ручку.
- Нет, - Клод опускает голову, поправляя документы, чтобы они лежали ровно, - у меня вопросов нет.
Небольшая комната, внутри было шесть человек. Это была переговорная с прозрачными стенами, за которыми можно было видеть снующих офисных работников и небольшую очередь из молодых стажеров, которые готовились к презентации. Внутри же помимо больших окон, в которые проникал свет солнца, был длинный черный стол и десяток стульев, стоящих то вдоль стены, то страдающих от восседавших на них людей. Пятеро людей сидело: Клод посередине, справа мужчина и девушка из отдела кадров, слева Джон, тыкающий в бок и руководитель небольшого отдела, в котором работало несколько временных работников. Шестой человек, девушка, стояла около компьютера и интерактивной доски на другом конце, немного нервничающая, она то и дело расплывалась в улыбке, но каждый раз что-то мешало ей до конца расслабиться, так как новые вопросы вызывали ее громкий вздох, а затем она растерянно начинала что-то рассказывать. Видимо понимала, что тонет.
- Даже если у Вас нет вопросов, - девушка за столом, казалось, отчитывала Клода, однако это была ее обычная интонация, - я все-равно считаю, что исследование довольно слабое. Здесь нет никаких сложных анализов и… - она опустила взгляд в лист бумаги, - Катерина, вы говорите по-китайски?
- На начальном уровне, - виновата отозвалась девушка у доски.
- На начальном уровне, - вновь строго повторила брюнетка, поворачиваясь к Клоду и смотря ему в глаза, - спасибо за презентацию. Дадите нам десять минут, а затем пусть заходит следующий человек.
- Перерыв?
- Перерыв.
Все поднялись со своих мест, кроме Джона, изучавшего что-то в своем телефоне и Клода, который с уставшим лицом принялся доливать воду.
- Ты сегодня усталый, - Джон не поднял взгляд, - не спал всю ночь?
- Не-а, - Клод так же не повернулся на него, занятый своим делом.
- Даже боюсь предположить почему, - он рассмеялся, - тебя достает отец или это все твоя новая пассия? Хотя последнее время ты стал более грустным.
- Забей, - Клод сделал несколько глотков воды, - какие планы на вечер?
- Хм, дай подумать, - парень машинально заблокировал телефон, начиная стучать им по столу, - меня отец звал на ужин. Там все приезжают, даже моя тетя. Но я еще думаю идти или нет, в конце концов, в один момент он позовет меня в кабинет и начнет отчитывать. А у тебя?
- Не знаю. Неделя дается тяжело. Буду отдыхать дома.
На секунду в переговорной повисло молчание. Клод уставился в анкеты временных работников, а Джон, сначала пялившийся на усталого друга, вернулся к своей работе – листал инстаграм, улыбаясь глупым видео.

- Джон, можно спросить? – С цоканьем Реймонд разбил тишину, поднимая взгляд на друга и пересекаясь с ним взглядом, - Это личный вопрос.
- Ну, чего? – Он сделал серьезное лицо.
- Джейк…он единственный с кем ты хочешь заниматься сексом? – Реймонд скрестил руки на груди, демонстрируя всю серьезность этого вопроса.
- Эм…это…ну… - его друг сначала опустил взгляд, но спустя пару секунд поднял обратно, - я…нет.
В ответ Клод кивнул, откидываясь на стуле, но теперь Джон пододвинулся ближе, кладя локти на стол:
- Зачем ты это спросил? Это как-то связано с той горячей незнакомкой, с которой ты переспал на прошлой неделе? Я помню, как ты сиял в пятницу, - Джон закатил глаза, - а затем начал тускнеееееть. И сегодня ты прослушал презентации. Прослушал же, да?
- Да, - несколько кивков, - почему-то такое чувство что…
- Что никто не может удовлетворить тебя кроме нее? – Джон начал загадочно улыбаться, понимая, что тем самым раздражает своего друга.
- В точку, - неожиданно дверь открылась и в нее зашла секретарша.
- Меня попросили узнать не хотите ли Вы чаю и готовы ли продолжать слушать выступления.
- Готовы, - Клод закрыл глаза, вздыхая, - позови, пожалуйста, всех сюда.
- Я же угадал?
- Угадал.
- Делай выводы сам, - Джон дружески похлопап по плечу, а затем отодвинулся, приветствуя возвращающихся коллег.

♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦

На часах было девять вечера. Клод был у себя дома, расстегивая рубашку и с интересом изучая журнальную статью на компьютере. Неделя для Клода прошла ужасно что на работе, что дома, поэтому все чего он хотел сейчас – расслабиться за просмотром фильма, а потом лечь спать в десять как воспитанный мальчик. Но как только он уселся на диван, выбирая какой-нибудь боевик, он вспомнил дневной разговор со своим другом, морща лицо.
И вам, наверное, тоже стало интересно узнать причину и все, что случилось за неделю. Начну с того, что ровно неделю назад Клод познал свой первый раз с парнем. Это оказалось куда лучше, чем он представлял, но все еще были сомнения, ведь на пьяную голову и по гвоздям хорошо походить, а потому через пару дней он снял себе еще одну проститутку, Карла, который несмотря на высокий ценник, запретил поцелуи, а после был Ник, который казался слишком громким. А затем был еще один парень, но не суть. И пусть ощущения были все-равно приятные, что-то Клоду казалось не тем. Не тот цвет кожи, не тот изгиб, не тот взгляд, завлекающий обратно. И даже подбор слов шлюшек был не таким, каким пару раз его одарил парень из гей-клуба. И понимая все это, Клод загрузился настолько, что рассказал другу, что недавно повстречал одну девушку, но появилась проблема в их отношениях. И результат был виден сегодня, когда он решился спросить совета у Джона, но который не открыл ничего нового, лишь помог понять и принять старое. Да, похоже Клоду нужен был именно тот парень. Реймонд назвал его «кокосовая проститутка». Смешно, правда?
И вот мусоля и перемусоливая одни и те же мысли, делая каждый раз одно и то же заключение, Клод не мог сидеть и наслаждаться перестрелкой на машинах, а лишь ритмично постукивал пальцами по дивану, считая сколько времени у него займет дорога до клуба, встретит ли он там кого-нибудь и во сколько вернется домой, чтобы отдохнуть перед завтрашним рабочим днем. И в один момент, собравшись с илами, он заказал себе такси и принялся одеваться, натягивая бордовую футболку и джинсы, отсчитывая наличные деньги и засовывая их себе в карман.

♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦

За неделю ничего не изменилось. Здание все еще стояло. Люди все еще болтали и смеялись. А таксист все так же недоверчиво смотрел на Клода, принимая оплату. Реймонд же старался сохранять безразличное лицо, отсчитывая доллары сначала водителю, а затем охране при входе. Он снова прошел мимо толпы к бару, заказывая стакан воды, а затем окинул взглядом темное помещение, которое освещалось разноцветным светом и где была толпа людей. Клод в этой толпе искал только одного человека.
Кокосовую проститутку.

+1

3

Неделя выдалась не менее тяжелой, чем предыдущая: преподаватели будто сорвались с цепи, считая, видимо, что только их предмет имеет значения и только на него нужно тратить все свои силы. Дорисовывать курсовой проект приходилось урывками перед очередной сменой в клубе, отчего процесс затягивался. Мне не нравилось то, что получалось – слишком много темных красок, слишком густые мазки. Не осталось той акварельной прозрачности, какая была еще год назад. Я сравниваю то, что рисовал тогда с тем, что выходит из-под моей кисти сейчас, и готов скулить от ужаса. Слишком резко, слишком грубо, почти болезненно мрачно: никаких лишних красок или ярких акцентов, никакой надежды, даже когда пробираешься взглядом через множество оттенков тьмы и безысходности. Но начинать что-то заново, не имея ни идеи, ни времени на ее качественную реализацию, я мог лишь доводить до ума тот кошмар, что сейчас стоял у меня на мольберте посреди гостиной.
Учеба, работа, проект – все это сжирало мое время, отнимая по кусочку от сна, и я знаю, что скоро мне это аукнется. Но пока я не мог остановиться и выпустить из рук хоть одни поводья. На моем теле немного прозрачных блесток, которые переливаются под прожекторами при каждом моем движении. Глаза подведены для большей выразительности – так из зала они смотрятся глубже. Более томными, если хотите. А это то, что нужно для того, чтобы меня пожелали угостить выпивкой. Или чтобы оплатили танец на коленях, длиной в 3 минуты без прикосновений. Или все остальное, но уже с прикосновениями за 350 долларов в час. На сцене все так же светло, я те же, как обычно, не вижу лиц в зале, но знаю, что они следят за каждым моим движением, за каждым прогибом, прикидывая, как бы я смотрелся под ними в постели. И кому-то повезет, я не планирую отказывать или снова убеждать себя, что можно быть здесь и не заниматься ни с кем сексом. Танцы, коктейли – это достаточно.

Нет.

Этого недостаточно для того, чтобы выживать в Калифорнии.

Последние звуки трека заканчиваются, и небольшие сцены погружаются во тьму, пока я спускаюсь вниз. Чувствую прикосновения чужих рук, но не одерживаю, мне становится почти все равно – у меня не осталось прав даже на собственное тело, лишенное неприкосновенности. Можно было бы задуматься о том, что у меня вообще осталось, но тогда я не смогу уже ничего. Ни давить фальшивые улыбки, ни отрабатывать свои чаевые у кого-то на коленях. Мне все равно у кого, я не запоминаю лиц.

Около бара было не так ярко, как на танцполе и немного тише. Мне нужно было отдышаться и дать коже немного обсохнуть перед следующим заходом, а пока я осматривал людей, не захочет ли кто-то из них угостить меня водой с сиропом. Правда, они будут думать, что это что-то изысканное, заставляющее меня быть посговорчивее, но зачем им знать правду? Правда по большей части уродлива настолько, что ее впору прятать. Не успеваю сделать заказ бармену, как замечаю пристальный взгляд мужчины, сидящего со стаканом воды в отдалении. Я не запоминаю лиц, но его я помнил – прошло немного времени, и он был красив. Да и проведенный с ним час был неплохим. И я не про деньги, хотя щедрые чаевые добавили этому парню плюсов в карму.

Оказываюсь рядом через мгновение, почти случайно касаясь его свои локтем.

- Снова скучаете? Кажется, кто-то обещал больше никогда не появляться в этом месте и забыть сюда дорогу. Что изменило планы?

+1

4

На трезвую и пьяную голову клубы воспринимаются по-разному. Без алкоголя в крови музыка кажется грубой, слишком громкой, раздирающей барабанные перепонки, которые, кажется, не могут уловить даже человеческую речь. Хочется выключить музыку, сменить дурацкую песню или вовсе погрузиться в себя, усевшись на диван и засунув наушники в уши. И пока все вокруг будут петь и танцевать под медленное «Feel me», в наушниках будет играть что-то более активное, мелодичное или может жесткое. Атмосфера совсем не расслабляла, наоборот, создавалось впечатление, что каждый трезвый гость – лишний гость, которому не место в клубе или которому срочно стоит опрокинуть пару шотов или другой бокал с алкоголем, чтобы влиться в коллектив, состоящий из веселых, подвыпивших и ужратых. Все эти изгибающиеся тела на танцполе, заказ новой выпивки и опорожнение кишечника в грязных туалетах – не то что любит Клод.

Он одиноко сидел за баром, то и дело переводя взгляд на танцующую воду в стакане, на бордовую салфетку и небольшое меню, которое лежало слишком близко, будто бы заманивало заказать чего-то спиртосодержащего или же перекусить дорогой, но не самой вкусной пищей. Реймонд окидывает взглядом бар, изучая бутылки из-под алкоголя на полках, а затем делает небольшой глоток воды, морщась из-за леденящего чувства в горле. Он достает телефон из кармана, открывая чаты и проверяя новые сообщения, но хоть снаружи он и выглядит занятым, в голове происходит сложный анализ ситуации. Как уже было сказано, Клод приехал в клуб не просто оттянуться под конец недели или найти нового партнера, с которым можно провести ночь, а затем попрощаться раз и навсегда. Клод искал ту кокосовую проститутку, которая (непонятно почему) зацепила, напоминая о себе каждый раз после неудовлетворительного секса. И, если честно, эти мысли раздражали, злили и навевал тоску. Реймонду не нравилось думать о незнакомцах, особенно о…будем честны, о людях со столь низким социальным статусом. Но он думал. Злился и вспоминал.
Клод решил, что, освежившись, он попробует найти того парня – спросит у бармена, узнает когда он появится вновь или может Реймонду повезет и бармен, кинув «одну минуту» сходит в служебное помещение и позовет проститутку, обрадовав, что появился потенциальный клиент. Мда, если честно этот план не был из разряда «надежный, как швейцарские часы», но это было единственное видимое решение по скрашиванию одиночества. И делая новый глоток, парень почувствовал как кто-то задевает его локтем, поворачиваясь параллельно начиная подбирать слова для отказа и желания быть одному. Однако.
Однако!
Рядом с ним стояла кокосовая проститутка, которую не пришлось искать через барменов или выискивать в толпе (Клод не заметил, что до этого парень был на сцене).  Парень обратился к Клоду, как последнему показалось, совершенно непринужденно, пропустив приветствие и словно продолжая разговор, который был неделю назад:
- Не издевайся, - Клод ухмыльнулся, отворачиваясь и делая еще пару глотков воды, - Появилось…свободное время.
Если вдруг вы пропустили мимо ушей, я напомню, что Клод – лжец. Но врет он не потому, что чувствует себя неуверенно или пытается набить себе цену. Его ложь, как он сам считает, во благо. Она не для того, чтобы люди волновались о нем или думали, что с ним что-то не так. Будет глупо сказать проститутке правду: «мне понравился наш быстрый секс, поэтому я спустя неделю сломался и снова оказался тут». Намного лучше прозвучит про освобожденный график, не так ли?

- Что насчет твоего? Хочешь что-нибудь выпить?

+1

5

На танцполе было чертовски шумно, но не здесь, куда долетали не все звуки: можно было спокойно поговорить, не пытаясь перекричать музыку. Мне нравится, как он смотрит на меня, ухмыляясь – узнал и вспомнил, как и я его. Хотя, казалось бы, этого не должно было случиться ни при каких обстоятельствах. Просто секс за деньги двух незнакомцев, которые разбежались потом каждый в свою сторону. Без возможности или желания встретиться вновь. Хотя я бы не назвал эту встречу случайной: сюда редко попадают любопытствующие, тем более второй раз.

- Свободное время? Как удачно вы решили провести его в нашей теплой компании. – Я улыбаюсь, не убирая локоть, которым касаюсь его, почти флиртуя. Отчего-то мне нравится эта игра: он знает, зачем пришел, я знаю, зачем он пришел, но все равно мы просто беседуем за барной стойкой. Напрочь игнорируя тот момент, что неделю назад мы занимались сексом, и, скорее всего, повторим все через полчаса, все так же разбегаясь по своим делам после. Как это всегда бывает. Чистая физиология, без примеси какой-то химии или эмоций, просто выверенные движения для того, чтобы получить разрядку. В этом есть своя прелесть, если при этом все не происходит за деньги: купюры, брошенные передо мной, стирают собой любые приятные воспоминания о близости – они напоминают мне о том, что я не выбираю, я просто подставляю себя под чужие желания. Интересно, что сейчас видит во мне этот парень? Вариант нескучного досуга или компанию для разговора, пока не выловит глазами из толпы кого-то более смазливого и юного.

- Мое время строго тарифицируется, так что свободного не так много. Выпить? Пожалуй да, что-то с кокосом, чтобы не нарушать традицию. – Я щелкаю пальцами бармену, после чего тот показывает мне «фак». Теплая атмосфера дружеского коллектива сочится из всех щелей. Бармены считают, что они лучше танцоров тем, что работают в штанах и им не требуется сосать за чаевые. Такая зыбкая основа для самооценки, но все же я иногда им чертовски завидую: они и правда способны отказать каждому, кто попросит у них номер или решит потрогать красивого парня, смешивающего коктейли. У меня такой привилегии нет: в любой ситуации я должен улыбаться и делать вид, что мне не противно. Что меня не тошнит. Что я сам не против уйти в задние комнаты для того, чтобы меня выебали.

Но я улыбаюсь, когда передо мной ставят коктейль. Я втягиваю губами через трубочку сладкую жидкость, не отрывая глаз от мужчины рядом. – Я был бы не против провести вечер с вами. – Закусываю губы, не сдерживая улыбки: обычно это всегда работало, это почти безотказный метод. Но вместо того, чтобы продолжать сидеть за стойкой, я беру незнакомца за руку и тяну за собой к танцполу. – Как насчет потанцевать? – Кричу я, оборачиваясь к нему, утягивая к скоплению человеческих тел. Мои руки на его шее, а лицо так близко, что стоит лишь качнуться вперед, как наши губы встретятся.

Так и происходит – я целую его медленно, пробуя, вернее, вспоминая его вкус. Не настаивая, а позволяя раскрыться для меня, пока мы двигается не в такт музыке. Не могу вспомнить, когда я последний раз танцевал с кем-то, как простой посетитель, а не как шлюха, скачущая в витрине в ожидании покупателя.

+1

6

Клод не мог спросить прямо и навязать свое общение парню рядом. Первая причина – его воспитание. Да, я уже упоминал, что Клод с самого начала стремился заполучить внимание родителей, стараясь угодить им через личные достижение, успехи и поведение. Ему всегда говорили: «Если человек с тобой не говорит, значит ты ему не интересен и смысла отвлекать его нет». Это Реймонд запомнил на всю жизнь и приносил эту фразу на каждый семейный ужин и деловую встречу. В присутствии отца парень открывал рот лишь тогда, когда к нему обращались, а все остальное время сидел молча, кивая или создавая вид, что увлеченно слушает. И многие друзья и знакомые, с которыми Клод общался уже давно, посвящая их в свою жизнь, отзывались комично о поведении взрослого парня рядом с отцом. Но все было так как было, а поменяться по щелчку пальца спустя такое долго время почти нереально. Вторая же причина, по которой Реймонд не мог прямо арендовать проститутку, наплевав на ее состояние и другие рабочие обязанности заключалась в том, что Клод все еще чувствовал дискомфорт от столь тесного общения с другими мужчинами. И пусть он для себя осознал, что ему это нравится, почти принял (а ключевое слово «почти»), окружающие его вряд ли бы поняли. Чего стоит Джон, которому запретили появляться дома со своими вторыми половинками и поднимать эту тему, даже когда за столом плещется и бушует грубая критика.

- Мое время строго тарифицируется, так что свободного не так много. Выпить? Пожалуй да, что-то с кокосом, чтобы не нарушать традицию.
- Можешь не волноваться… - о деньгах. – Твой напиток не слишком сладкий? Может разбавить его ромом?
Клод улыбнулся и довольно опустил голову, изучая полупустой стакан с водой. Реймонд допил оставшуюся жидкость, раздумывая, стоит ли ему выпить чего-нибудь покрепче, наплевав на завтрашнее состояние на работе и дав себе немного отдохнуть. Однако взвешивания всех «за» и «против», которые происходят в голове за считанные секунды, не дают заказать что-либо, а лишь отметить хамство бармена за стойкой, которому общение с парнем рядом явно не нравилось. Грубо. Вульгарно. Клод увидел это впервые, как человек за работой в общественном месте гордо демонстрирует средний палец. Клод хмурится, а в голове все больше закрепляется мысль о том, что у такого мудака заказывать ничего не стоит.
Ой, он назвал этого бармена мудаком, извините. Клод хотел сказать…а, ну да, все правильно.
Сложно представить как в ресторане, куда часто ходит Реймонд, работники будут открыто показывать друг друга средние пальцы при гостях. Их бы точно сразу оштрафовали и сделали выговор. Но что мусолить эту тему. Это не вестсайд. Это даунтаун.

- Целый вечер обещать не могу, но час, может два… - Клод смотрит на парня и то как он закусывает губу, вспоминая приятные ощущение когда этот рот был занят кое чем другим, - Потанцевать? Как хочешь.
Проститутка хватает Клод за руку и начинает вести на танцпол. По пути Реймонд оборачивается, смотря в незнакомые лица людей, сжимая руку парня чтобы не отстать и не потеряться. На самом деле Клод не был заядлым танцором. Он всегда предпочитал отсиживаться в углу, заниматься своими делами или вести приятную, немного, возможно, скучную беседу в рамках безбашенных вечеринок, но его воспитание не позволяло броситься к извивающимся телам и трястись вместе с ними. «Вульгарно» и «танцы для геев» - доносило ему его окружение.

Клод кладет свои руки на талию парня, смотря ему в глаза. Музыка слишком живая, а они слишком медленные. Они как животное с солнечным ударом, которое движется в несколько раз медленнее своих сородичей, не реагирующее на внешние раздражители и чужие взгляды.
Но долгого переглядывания или молчания не происходит. Парень проявляет инициативу, касаясь губ Клода своими. Это приятный, медленный поцелуй. Реймонд сразу вспоминает других проституток, которые запрещают целоваться и думает, что они никчемные привереды. Парень отвечает на поцелуй, чувствуя чужие влажные губы и привкус кокоса.

- Чем больше раз ты меня поцелуешь, тем больше чаевых я оставлю, - констатирует Реймонд.

+1

7

Мне нравилось то, что происходило сейчас – я ощущал себя не потаскухой, которая должно продаться сегодня за пару сотен, а человеком, которому просто нравится танцевать. Этот парень не перегибал палку, охотно выйдя со мной почти в середину танцпола, чтобы медленно двигаться, так же медленно целуясь. Мне был все равно, что происходит вокруг, кто задевает меня локтями в энергичных движениях, кто пытается протиснуться мимо к бару или выходу. Это не имело никакого значения для меня сейчас – это мелочи, которые не могли испортить момент. Не припомню, когда я в последний раз ощущал себя настолько «нормальным», когда мог просто расслабиться, чувствуя теплые руки на своей талии, которые не пытались прямо сейчас спуститься к заднице, как к собственному трофею. Кажется, я совершенно забыл о том, что можно просто жить, не купаясь в собственной ненависти к самому себе, не занимаясь разрушением своей жизни, чтобы доказать самому себе, что я всего лишь вещь и не больше.

Эти теплые губы были как глоток воздуха – я медленно ласкал их, то пробегая языком, заставляя раскрыться сильнее, то мягко прикусывая, тут же увлекая в новый почти жадный поцелуй. Понятия не имею, зачем он пришел сюда, но я цеплялся за его присутствие, не желая снова натянуто улыбаться престарелым кобелям, которые решили гульнуть на стороне «с изюминкой».
Час или два? Этого вполне хватит – в прошлый раз все прошло довольно приятно, без лишней грубости или жестокости. То ли от неопытности общения со шлюхами, то ли от выпитой текилы… Я не берусь судить, но я ловлю себя на мысли, что повторить я не против, и мне даже не придется имитировать желание – прелесть молодости в том, что она живо реагирует на все, избавляя от неловкости, когда разум не настроен на секс. А тело можно слегка подтолкнуть, оно живо отзовется нужной реакцией.

- Мои чаевые будут зависеть от этого, а не от других умений? – Я широко улыбаюсь, как Чеширский кот, прежде чем снова утянуть парня в долгий и сладкий поцелуй, с привкусом кокосового сиропа. И никакого рома. Он тоже трезв, но это ничуть не портит картину, наоборот, мне нравится, когда от партнера (пусть и на час) не пахнет алкоголем. Как будто ему не нужен допинг для того, чтобы уйти в дальние комнаты, спрятавшись от любых посторонних глаз.

- Так час или два? – я веду влажными губами по его щеке, прижимаясь в танце так тесно, что нас разделяет только его одежда. Небольшая и временная преграда. – За два можно успеть куда больше, например, узнать имена друг друга. – Я говорю это ему прямо в ухо, обжигая горячим дыханием, почти касаясь губами мочки. Мне нравится слегка поддразнивать, тем более что оба мы знаем, чем это кончится – деньгами на простынях. И разочарованием. А утром каждый из нас вернется в свою постель, не особенно задумываясь о другом. Говорят, что шлюхи быстро становятся циничными, и я готов с этим согласиться – во всем видишь практичную сторону, но ровно до того момента, как не позволишь себе подумать о том, что ты тоже достоин любви и счастья. С этой точки все покатится по пизде, и ты уже не научишься верить людям и их словам. Только поступкам.

- Еще потанцуем или уйдем целоваться в более приватное место?

+1

8

Все вокруг кажется слишком живым. Музыка быстрая, ритмичная, двигаясь под которую необходимо постоянно отбивать ритм ногами и руками, постепенно теряя силы и отставая от ритма, но не особо задумываться об этом, ведь алкоголь в крови не дает успокоиться и замедлиться. Он, как и музыка, пробуждает мысли о том, что стоит танцевать быстрее, сильнее сексуальнее. А потому двигаясь вокруг в безумном жаре, совершенно не обращая внимание на пот и незнакомцев, с которыми танцуешь. Молодая кровь так и просит новых ощущений, эмоций и поступков. Сильнее, быстрее, жарче. И не удивляйтесь почему я снова поднимаю эту тему, в который раз обращая внимание на атмосферу. Все для того, чтобы в лишний раз подчеркнуть что Клод (не просто в таком месте), а в таком мире, наполненном драйва и адреналина, чужак. Он не умел отдаваться музыке. Никогда. Нигде. Он пропустил эпоху вечеринок в университете, посвящая себя учебникам и заданиям. Пропустил тусовки школьников, когда мама вписывала в расписание новые занятия. Клоду редко удавалось выбраться с друзьями, заняться тем, что будоражит кровь. И с одной стороны его тянуло в море развлечений, а с другой его слишком уж серьезный взгляд на мир не давал расслабиться. А с возрастом, кхм., пусть Клод и не старик, с каждым днем свободного времени становилось все меньше, а страсти в семье накалялись, грозя взорваться в скором времени. И средний сын был уверен, что он будет одним из главных персонажей в этой трагедии, которому придется собирать семью по частям, как и матери, которая грустно улыбается, смотря на своих детей. Но, знаете, бездействие заставит бросить все и посвятить время самому себе. Попытаться стать самостоятельным, ощутить новые эмоции. Но все это будет еще в будущем, которое приближается поминутно. А сейчас.

Сейчас Клод держит руки на талии, ощупывая одежду, как модельер, проверяющий качество ткани. Реймонду не нравится что они не попадают в такт, предполагая, что окружающие уже успели покрутить пальцами у виска и посмеяться. Клод всегда в первую очередь думал о возможной критике, только потом перебирая в голове положительные мысли, о которых могли подумать окружающие. И да, все это из-за отца, который добрым словом никогда лишний раз не одаривал.

- Мои чаевые будут зависеть от этого, а не от других умений?
Клод смотрит на довольную улыбку, улыбаясь в ответ, немного наклоняясь для нового поцелуя. Хватая чужие губы своими, Клод проводит по ним языком, чувствуя привкус сиропа, окутывающий своей сладостью и застревающий в горле. Парень скрещивает руки за спиной проститутке, немного отодвигая голову и смотря прямо в глаза:
- Конечно нет, - Клод все еще довольно улыбается, а затем делает серьезное лицо, продолжая, - посмотрим, что мне больше понравится.
- Так час или два?
Клод смотрел на парня, отмечая в голове как хорошо он совмещает рабочие моменты с заигрыванием. Он, знаете, так аккуратно прощупывает почву, выуживая необходимую ему информацию, просчитывая свое время и деньги. Его заботили более приземленные вещи, нежели Реймонда, так как тот даже не зная имя, все-равно был готов к дальнейшим действиям. Я имею в виду, когда вокруг тебя появляются все новые и новые люди очень трудно запомнить все имена. Так что Клод ими почти не интересовался, иногда спрашивал ради приличия, но чаще представлялся сам.
- Если тебе интересно, то меня зовут Клод, - правая рука начинает подниматься для рукопожатия, но парень одергивает себя, кладя ее обратно на пояс, - кхм, привычка... А твоем имя? – Интересно, он представится своим настоящим именем или псевдонимом, который используется для работы, - Тебе так хочется провести со мной два часа? Неужели работа такая скучная.
Не спорю, что фраза может показаться издевательской или грубой, но внутренний экономист Клода никогда не спал, резко реагируя на любой вопрос о трате денег. Однако Реймонд был не против провести с этой проституткой два часа. В конце концов именно из-за него он приехал в клуб в середине недели, жертвуя лишними часами сна перед работой.
- Лучше пойдем… - …не хочу лишних глаз.
Клод еще раз наклоняется за поцелуем, сжимая правый бок парня в руке, отмечая, как же все таки ему нравятся чужие губы.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » вторая встреча должна быть первой


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно