полезные ссылки
лучший пост от сиенны роудс
Томас близко, в груди что-то горит. Дыхание перехватывает от замирающих напротив губ, правая рука настойчиво просит большего, то сжимая, то отпуская плоть... читать далее
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 17°C
jack /

[telegram: cavalcanti_sun]
aaron /

[telegram: wtf_deer]
billie /

[telegram: kellzyaba]
mary /

[лс]
tadeusz /

[telegram: silt_strider]
amelia /

[telegram: potos_flavus]
jaden /

[лс]
darcy /

[telegram: semilunaris]
edo /

[telegram: katrinelist]
eva /

[telegram: pratoria]
siri

[telegram: mashizinga]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » просто тебя не любить (когда ты рядом)


просто тебя не любить (когда ты рядом)

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

реал

ноябрь 2018 // благотворительный вечер семьи Фоули // Анджей и Алекс
https://i.imgur.com/vP58Snq.png

Хорошо там, где нас нет.
Там ведь вечное лето, а дома — ненастье.
И печаль, что не в деньгах счастье.
А то бы я на раз-два смог бы счастье украсть, и
Рвёт на куски, словно сто сквозных.

за графику спс Соне

[LZ1]АЛЕКС ФОУЛИ, 26 y.o.
profession: папина радость, мамина гадость;
бесишь, Андрейка.[/LZ1][AVA]https://i.imgur.com/OE6wDgd.png[/AVA][NIC]Alex Foley[/NIC][STA]мисс Крематорий[/STA][SGN]https://i.imgur.com/BrZ4uPf.gif https://i.imgur.com/IxPsRi4.gif[/SGN]

Отредактировано Krzysztof Kopernik (2021-11-21 14:15:19)

+6

2

На языке крутилось "спасибо", но как же глупо было бы это произносить без объяснений, но объяснять ничего не хотелось. Просто будь рядом — единственная просьба, невысказанная, но такая явная. ОЧЕНЬ ГРОМКАЯ.
Провалилась в сон без мыслей и мучений, забытье обняло также крепко, как Анджей. А утром — чуть позже рассвета — зазвонил телефон опять. В этот раз я уже не стала отключать, ответила на звонок и тихо прошептала: — я скоро приеду.
Ох, зачем мне столько вещей — собирая все вокруг себя. В комнате по сравнению с ночью стало значительно теплей. Натянув нижнее белье, поднимаю футболку Анджея, которую он мне выдал для сна, и которой я так и не воспользовалась, натягивают вместо платья, которое было ещё влажным. Чулки, ботинки, футболка, еле прикрывающая задницу — если таксист не решит, что я какая-то дешевая шлюха, которой разорвали всю одежду, то у него весьма пуританские взгляды. Вызываю через приложение такси, подхватывают курточку. Я не хочу будить Анджея, не хочу всяких "я тебе позвоню" — это даже не обсуждается. Конечно, позвоню и напишу, когда нужна будет очередная доза [но скорее, потому что ты захочешь его, найдя самый глупый предлог из возможных]. Только не нужно то, что было ночью опошлять.
Крамер просыпается сам, ловит за запястье, когда я подхожу к кровати, чтоб забрать телефон. Немая сцена длится слишком долго. Если бы он не отпускал меня ещё несколько секунд, сдалась бы. И все стало бы в разы тяжелей для нас обоих. Но отпускает, я улыбаюсь на прощание. Мне не хочется уезжать — впервые за долгое время хочу остаться с кем-то рядом. Разом делая эту ночь особенной.
Особенной для себя.

Приходится быть хорошей дочерью, после того, как сильно накосячишь: жить в особняке родителей, возвращаться домой в полночь, забыть о наркотиках. И отгонять мысли об Анджее, особенно, когда в привычном клубе его нет и некоторые общие знакомые говорят, что он здесь больше не появляется. Все изменилось. Он ждет моего звонка или не хочет больше знать? Все еще сомневаюсь, что тогда он не шутил. Все еще сомневаюсь, что между нами все осталось прежним.
При встрече отец пытался казаться суровым, но на деле был слишком рад, что я в порядке. Он уже рисовал страшные картины, как я лежу где-то в наркотическом трипе, а мой телефон отдан за очередную дозу первому попавшемуся дилеру. Ладно пропажи, но выходка Анджея повлекла за собой кучу последствий. Самым значимым был вопрос с кем я находилась все это время. Отец никогда ничего мне не запрещал, но как только в моей жизни появлялся кто-то новый, он обязательно проверял и как мог влиял на мои отношения с теми, кто ему не нравился. На счёт Анджея он впервые был категорически против нашего общения. Даже не зная его, хотел свести наше общение на нет. Я же даже имени его не говорила, только ничего не значащее — знакомый. Вот только сама понимала, что уже давно куда больше, чем знакомый. Куда глубже душевно. Это расстраивало и бесило. Это заставляло постоянно возвращаться к той ночи. И только это отбивало всякое желание спать с другими. Но так быть не должно. Я не должна в принципе задумываться о нас... ведь  н а с  — не было, да? Две недели я мучаюсь этим вопросом и никак не могу забыть тепла, что случилось между нами.

Играя в хорошую девочку, соглашаюсь идти на благотворительный вечер с тем, кого выбрал отец. Он счастлив, а я просто хочу хотя бы попытаться перестать придавать значение тому, что больше не повторится. Анджей испорченный до самой своей сути, а у меня, хотелось верить, ещё все не так плохо. И веря в это, я совсем забывала, каким он был той ночью. Каким он был, когда уже не осталось аргументов, почему стоит сопротивляться и прогнать меня опять.
Патрик из семьи банкиров, уродился в папочку, потому блистательно продвигался по волнам семейного бизнеса, собираясь перенять всю империю. Мы знакомы уже давно, иногда тусили вместе, но я никогда не видела его рядом с собой, в отличие от наших родителей и, что немаловажно, самого Патрика. Он иногда шутил, что в тридцать лет обязательно возьмёт меня замуж, если никто не заберет до этого момента. Пассий у него было немерено, но когда появлялась возможность выйти в свет со мной, то о других даже не вспоминал. Я всегда считала, что он так за мной упадает только потому, что я еще не была его, совсем не замечая, что он действительно смотрит вслед влюбленным взглядом. Мне просто было наплевать на него.
Мероприятие намечалось в новой галерее молодых и одаренный, отец с мамой умчались все контролировать ещё с самого утра, сестра поехала в салон готовиться к вечеру, а я вызвала мастера на дом. Ехать никуда не хотелось, но в этот раз от моего желания зависело очень мало. Потому прическу и макияж делали две девочки, платье привезли от модельера еще пару дней назад, в общем-то не хватало только моей блистательной улыбки и желания быть обаятельной и привлекательной.

Маленькое черное платье всегда к месту, вот и сегодня я решила не изобретать велосипед, а использовать проверенную классику. Войдя в зал под руку с Патриком, привлекла к себе массу внимания. Мало того, что я считалась паршивой овцой нашего семейства, так еще и ухватила в пару на сегодня достаточно известную и желанную в определенных кругах личность. Зато отец так и сиял, заметив, что я выполнила обещанное.  — Предлагаю напиться и свалить отсюда пораньше, ненавижу такие сборища. — Тихо говорю Патрику, со стороны выглядит, как будто мы воркуем, ведь я все еще сжимаю его локоть, а он приобнимает меня за талию. — Все, что захочешь Алекс. Все, что захочешь.
К нам подходит официант, мы берем по бокалу, — за тебя, — тихий перезвон бокалов. Делаю глоток, мы медленно продвигаемся от картины к картине, и я чувствую на себе взгляд — вначале пытаюсь его не замечать, списывая на завистливых клуш, но потом как будто от удара током оборачиваюсь и вижу того, кого здесь просто не должно было быть. Анджей Крамер. Блять. Ты меня преследуешь? Или тебя теперь нет в клубах, потому что барыжишь в галереях... смешно. Мне очень хочется подойти и расставить все по своим местам, напомнить, что это место и эти люди — не его. Что ему стоит уйти отсюда как можно скорей. Но вместо этого, только шире улыбнусь: — поздороваемся с родителями? — Внутри все дрожит от волнения, но я стараюсь не выказывать этого. Внутри меня идет война. С одной стороны хорошая дочь хочет предупредить отца, какой человек пришел на торжество, с другой стороны плохая хочет этого плохого человека забрать себе. Есть еще третья, и вот она пока берет второй бокал, пытаясь сделать вид, что все хорошо. Эта Алекс прекрасно умеет делать вид, но разве игнорирование проблемы хоть когда-то спасало от нее?[LZ1]АЛЕКС ФОУЛИ, 26 y.o.
profession: папина радость, мамина гадость;
бесишь, Андрейка.[/LZ1][AVA]https://i.imgur.com/OE6wDgd.png[/AVA][NIC]Alex Foley[/NIC][STA]мисс Крематорий[/STA][SGN]https://i.imgur.com/BrZ4uPf.gif https://i.imgur.com/IxPsRi4.gif[/SGN]

Отредактировано Krzysztof Kopernik (2021-11-21 14:16:08)

+5

3

Кляксы голубого и желтого с прожилками черного и изумрудными каплями, хаотичные линии, завитки и изгибы, петляющие по белому фону холста. Два квадратных метра нелепой экспрессии ввысь, три метра испорченного полотна в ширину. Нескончаемые тугодумные взгляды, слишком серьезные лица, глаза пытаются зацепиться за любую деталь, чтобы понять истину. Голоса вокруг кидаются словами, значения которых поляк не знает. Апокрифично. Тривиально. Аутентично.
Все, что привычно и может радовать здесь - алкоголь, но и тот безобразно сладкий и шипучий. Бокал шампанского он осушает залпом, взял бы второй, да не за бесплатной выпивкой он сюда пришел. Слышит очередное "апокрифично!", смотрит в десятый раз на хаотичную мазню, в уголках его губ замирает усмешка. Богатеи и представители богемы мельтешат вокруг, не обращая на него внимания, потому что он - ничуть не выделяется среди них в дорогом черном костюме и расстегнутой на две верхние пуговицы рубашке. На его запястье - часы в целое состояние, и не нужно никому знать, что позаимствовал он их у брата. Он мог бы чувствовать себя здесь чужим, если бы не было в его прошлой жизни миллион лет назад подобных светских вечеров. Тогда он искал глазами дилера, ему нужны были наркотики, чтобы выдержать напыщенность и пафос, забивающиеся в ноздри. Крамер предпочитал забивать их коксом. Теперь он тот, кого ищут глазами, и в этом чувствуется своеобразная власть с толикой превосходства. Он знает об этих людях больше, чем они могут себе представить. Знает об их грехах. Знает адреса некоторых - не раз подвозил к ним шлюх. Эти хитрожопые ублюдки, изменяющие своим женам, поглядывают на него с опаской, как будто он может встать на пьедестал и зачитать их исповеди вслух. Крамер переходит к другому полотну, на котором изображена - ни дать, ни взять, - вагина, представленная в том ракурсе, с которого он предпочитал ее не видеть, и в тех цветах, которые ассоциируются с охладевшим трупом, и стоит прочитать название, как все встает на свои места. В современном искусстве ничего не нужно понимать, оно должно вызывать эмоции. Эмоция этого холста - отвращение. Эмоция поляка - однохуйственно. Что так, что эдак - пизда мертвой шлюхи. Только автор выбрал слова поизящнее, а люди пытаются не подавать виду, что сразу распознали изображенное, сдержанно улыбаются, отводят взгляды и переходят к следующему полотну. "Смело!" - говорят они.
Анджей смотрит время на экране смартфона, позабыв, что на его запястье есть часы, поднимает голову и смотрит по сторонам.

часом ранее.

— Только оденься поприличнее, — последнее напутствие перед тем, как отдать ему кейс, плотно забитый пакетами с белым порошком.

утром.

— Есть для тебя задание посерьезнее. Приезжай в офис, — слышит он прокуренный голос из трубки, что-то бурчит в ответ и нажимает сброс, чтобы поваляться еще минут пять. Да не судьба. Сказано ехать - будь добр, не забывай свое место.
Щенок на привязи, мальчик на побегушках - эти и многие другие, не менее неприятные эпитеты он повторяет мысленно, проклиная все на свете, и разгораясь желанием поскорее избавиться от удавки. Но не так-то это просто, если не идти по головам и трупам.

полтора часа назад.

— Я в деле, — небрежно кидает Анджей, скрывая заинтересованный блеск в глазах за сигаретным дымом. Выдыхает его и с ленцой тянется к пепельнице, стряхивает пепел.
Слушает вполуха и все поглядывает на тесно прижимающиеся друг к другу пакетики с коксом в строгом черном кейсе. Настоящее дело, говоришь? Не подстава? А может, ну его нахуй, взять товар и съебаться подальше? В Канаду, например, а там продолжить начатое. Конкуренции, правда, больше после легализации.
Перспектива провести вечер в светской компании вызывала у него смешанные чувства. Последним аргументом был процент, который ему отвалят за выполненное задание.

И тогда он видит ее. С каким-то напыщенным петухом, при полном параде, в платье явно не из сэконд хэнда. Это была не та Алекс, уставшая, взъерошенная, бледноватая. Это была Алекс - королева вечеринки. Алекс с подиума. Алекс - слишком дорогая для тебя. Только взгляд от нее не отвести, что злит неимоверно. Анджей заковыристо выругался себе под нос, смешав английский с польским, злобно зыркнул на дамочку, которая прошла мимо него, загородив обзор на девушку, и продолжил смотреть, ничуть не скрываясь, как другой приобнимает ее за талию, как она улыбается ему, явно флиртует. Поймал пару флешбеков - как тогда она уводила парня за руку, улыбалась тоже. Ему она так же улыбается? Одна улыбка - для всех. Но после - та самая, которую она оставила в конце, уходя, когда он отпустил ее руку. Раздражает.
Сердце, ты - кусок мяса, уймись.
Но этого мало.
Делать вид, что не заметил, что не знает ее? Какая глупость.
Крамер идет напролом, невольно задевая кого-то плечом и не извиняясь.
Приближается и преграждает сладкой парочке путь, молчит, сунув руки в карманы брюк, на губах - легкая ухмылка. Смеривает взглядом обоих, но не позволяет никому из них начать разговор, посмаковав момент, без приветствий и любезностей, говорит:
— Так ты из элиты? — Нет-нет, он вовсе не про ее благородное происхождение. — Может, стоило доплачивать за еблю с тобой?

Девочка моя, ты думала все теперь будет иначе?
И не нужно ей знать, что с той ночи он не захотел ни одной девушки, что несколько дней после он зализывал раны в одиночестве, ни к кому под бок, что глаз его цепляется лишь за темно-русые пряди, что сердце оживает при мыслях о том вечере, а шрам под кудрями служит постоянным напоминанием.
Подходит ближе к Алекс и не наклоняя головы добавляет вполголоса, не заботясь о том, чтобы не услышал кто-то другой:
— Дам двадцатку, если отсосешь мне у него на глазах.
[NIC]Andrzej Cramer[/NIC]
[STA]сжигаешь меня дотла[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/HoP57l1.png[/AVA]
[LZ1]АНДЖЕЙ КРАМЕР, хз y.o.
profession: каскадер/дилер;
держись от меня подальше[/LZ1]

Отредактировано Levi Francon (2021-07-13 22:14:52)

+4

4

Можно сколько угодно бегать от хищника, но если он обозначил тебя своей жертвой так тому и быть. Догонит в три или десять прыжков, разорвет на части и сожрет. Крамер был тем самым плотоядным зверем, который смотрел на меня, как на любимую из добычей. Ощущение "под прицелом" больше не отпускало и я пыталась избрать путь, чтоб не столкнуться с ним слишком близко, ведь я еще недостаточно пьяна, чтобы прятать свое истинное отношение: блики обожания и влюбленности в своих глазах. Романтическая чушь все еще не выветрилась из головы, даже самой стыдно, что она там вообще разрослась. Ведь я не влюбляюсь. Больше я ни в кого не влюбляюсь! [хоть сама слышишь, как это жалко звучит?] Диалог с собой — это всегда попытка обмануть себя, ведь окружающих куда легче. Окружающие не видят, как все дрожит внутри при взгляде на одного человека. От страха или желания?
Как ни плутай, если кто-то захочет догнать — догонит, преградит собой путь и ни пройти мимо, ни обогнуть. Что творится в его голове я не представляла, но не ожидала ничего хорошего. Мы ведь не виделись после того раза. Быть может, он хотел новой встречи, как и я, но отгонял эти мысли? Хотелось бы верить, но верится с трудом. Я даже на миг не могла представить, что он потеплел хоть на градус в своем отношении ко мне. Как будто разрешить ему хоть немного быть человеком слишком страшно. Как будто никто из нас недостоин любви. Хотя бы влюбленности.
Надо было сказать: привет, что ты здесь забыл? Надо было шепнуть ему на ушко: проваливай. Надо было ощетиниться ежом и первой пойти в наступление. Не дай себя растрогать, обидеть или влюбить в себя. Не дай себе привыкнуть хоть к кому-то. [ты проиграла, девочка]
Анджей начинает диалог первый и если Патрик не понимает о чем речь, то я врубаюсь сразу. Он думает, что я — элитная шлюха. В общем-то, меня эта мысль забавляет, но я не хочу продолжения, а потому пытаюсь заставить его не продолжать: — Не надо. — Прошу даже без улыбки и с серьезными нотками в голосе. Я не знаю, как Патрик отреагирует, и надеюсь, что только словами. Я не хочу становиться в очередной раз "звездой вечера" и привлекать к себе слишком много внимания, но Крамер продолжает. Ничего не могу поделать с собой: хочется ответить, хочется вывести его на эмоции. Хочется так сильно, что еле сдерживаюсь, а потому прячусь за маской: начинаю смеяться. Отличная шутка, чувак. В этот же миг сжимаю руку парня, смотрю на него и отрицательно киваю головой. — Алекс... — он еле сдерживается, чтоб не ударить Крамера, но хорошее воспитание все же берет верх. Прекрасно понимает, почему я сейчас смеюсь и всячески показываю, что на слова реагировать не надо — мы здесь гости. Мы не должны устраивать сцен, которые потом будут обсуждать.

В смехе рассыпана жженая корица.

Что могло пойти не так, после встречи с наркодилером, нет, даже больше, с человеком который стал многим для меня? Все. Потому что скрывала от него так много, оставляя в догадках, что за "папики" звонят, откуда деньги на квартиру в приличном районе и наркотики. Почему в таком ритме жизни еще не сдохла...
Анджей завелся и его уже не остановить: злые слова и предложения не к месту. Моя реакция быстрее, чем у Патрика, потому получается схватить его за руку прежде, чем он ударит. — Забей. — Прошу парня до того, как произошло то, о чем все потом пожалеют. Мне слишком нравится Крамер, чтобы я могла признаться в этом самой себе. Признаться и сказать правду. Не шлюху ты имел все это время, а золотую девочку. Только я не хотела это говорить, как будто принижая себя к его уровню. Самолично. Думая, что так проще будет ему меня принять, даже не задумываясь, что он может оказаться не тем человеком, которого я привыкла видеть. Мы скрываем друг от друга себя.
— Выйдем? — Серьезно говорит Патрик, ему совсем не нравится, как говорит со мной этот незнакомый парень. А меня настолько сильно возбудили слова Анджея, что я еле сдерживаюсь, чтоб не согласится. Вместо "для тебя, Анджей, что угодно", требую: — Патрик, не надо меня защищать. — Говорю ему, но смотрю на Крамера. Понимая, что совсем не хочу переубеждать его. Пусть думает, что прав. Пусть видит во мне грязь. Это ведь даже забавно. Водить его за нос.
Чувствовать себя его хотя бы чуть-чуть.

Напряженную ситуацию разбивают две девчоночки — одну я узнаю, она была одной из художниц, выставленных в галерее — они появляются рядом и сходу обращаются к Крамеру: — добрый вечер, как вам выставка? — Мы все втроем смотрим на девчонок непонимающе, как будто вопрос об обоях на стенах: нам плевать на них. — Мы когда вас увидели долго спорили вы Анджей Крамер — тот самый — или ошиблись. Раньше нам безумно нравилось наблюдать за вашими выступлениями. Не наше дело, но есть ли шанс, что вернетесь в спорт? — Еще миг назад я разве что молнии не швыряла во все стороны, а теперь удивленно смотрела на Крамера. Как будто узнала новость: он тоже человек. Не отброс общества, а вполне себе нормальный человек.
— Извините, нам пора, — улыбаюсь девочкам, как будто мне совсем не интересно послушать, что же ответит Анджей. Как будто я хочу поскорей избавиться от его общества, но прежде, чем уйти, шепчу ему в самое ухо: — ты меня завел. — Легкая музыка и разговоры других людей заглушают мои слова, разрешая услышать это только Крамеру.

Мы с Патриком, огибая людей, идем к моему отцу, но напряжение все еще между нами. Парень спрашивает: — кто это? Почему ты разрешила ему так с собой разговаривать? — Хотелось сказать "потому что люблю его", но это была бы очередная провокация. Если и люблю, то не готова признаться в этом серьезно, а сводить все в шутку лишком примитивно. Не хотелось опошлять. Все еще не хотелось опошлять ту ночь.
— Это не твое дело, просто забудь. Он не знает ничего обо мне, потому и ошибается в суждениях. — Говорю спокойно, но внутри чувствую непреодолимое желание забить на всех и вернуться к Крамеру. Сказать правду: скучала. Только вина перед отцом держит сильнее, чем природный эгоизм.
[LZ1]АЛЕКС ФОУЛИ, 26 y.o.
profession: папина радость, мамина гадость;
бесишь, Андрейка.[/LZ1][AVA]https://i.imgur.com/OE6wDgd.png[/AVA][NIC]Alex Foley[/NIC][STA]мисс Крематорий[/STA][SGN]https://i.imgur.com/BrZ4uPf.gif https://i.imgur.com/IxPsRi4.gif[/SGN]

Отредактировано Krzysztof Kopernik (2021-11-21 14:17:15)

+5

5

Он не улыбается.
Скалится хищно, неприятно.

Подмечает взгляды и действия, но ни на мгновение не удостаивает вниманием парня рядом с ней. Как будто знает, что тот - на короткой цепи (ты всех своих мальчиков держишь на привязи?), и не дернется дальше, не достанет его. Лживые нотки ее смеха и еще одно движение в адрес ее спутника. Какой послушный мальчик. Благородный? Богатый? Если она так избирательна в том, перед кем раздвигать ноги, как между ними вдруг оказался Анджей?

Кого ты пытаешься защитить, Алекс?
Нет, не поляка от чужих ударов и лишнего внимания.
Нет, не своего спутника от позора среди своих.
Себя. Она может защищать только себя и свою репутацию.

Не_улыбка исчезает с его лица. Ее смех стал для него отравой.

Крамер перевел взгляд на оппонента только теперь, когда он стал более осязаем благодаря волнам агрессии с щепоткой адреналина. Холеное лицо парня покраснело, на сжатом кулаке выступила вена.

— Выйди. Ты здесь как раз лишний. — Патрик. Глупое имя. — Лучше бы ты согласилась, ему бы понравилось это зрелище.

Не старается помочь и сгладить углы, но и не провоцирует намеренно, даже не думает о том, чтобы уладить конфликт или наоборот, вывести на эмоции. В голосе - непривычная холодность, существующая в гармонии со строгим костюмом, черной рубашкой, дорогими часами и кейсом. Даже без привычного ножа в кармане или кастета, с еще не до конца зажившими старыми ранами, он чувствует себя уверенно и ни во что не ставит Патрика. Это становится понятно даже без слов.

Он хорошо тебе платит, или это осознанный выбор?

Вопросу не суждено было прозвучать вслух, и искрящийся тестостероновым фимиамом воздух разрядился мгновенно благодаря вторгшимся в их тесный треугольник девушкам. Анджей вслушался в их болтовню не сразу, только после того, как прозвучало его имя. Был уверен, что обращаются не к нему. Может быть, этот петух - какой-нибудь певец со сладеньким голоском, и они хотят автограф. Может быть, Алекс - порнозвезда, вдохновляющая молодых девушек своей глубокой глоткой. Чего еще он о ней не знает? И хочет ли знать? В любом случае, после стольких лет популярность и собственное имя чужими голосами кажется издевательским приветом от судьбы, пережитком прошлого, и чем-то совсем чуждым теперь. Лениво, по-прежнему не выпуская свободной ладони из кармана брюк, он повернулся к источнику шума и дурацких вопросов, но даже не попытался изобразить хоть толику благодушия.

Как проницательно, это действительно не ваше дело. Есть шанс, что вы пойдете нахуй.

Но Анджей отвечает им фразой, подходящей для любого интервью, только смотрит через плечо в сторону уходящей Алекс:

— Мне не нужны шансы. Если я чего-то захочу, то сделаю всё, чтобы добиться своего.

15 минут спустя

— Убери лишних людей.

Мужчина дает знак охране, и они перемещаются по другую сторону двери. Крамер кивает на камеру в углу кабинета, в ответ ему показывают экран монитора с видом на кабинет, где нет ни одного из двух присутствующих в данный момент. Анджей подходит к дубовому столу, открывает кейс и небрежно вываливает содержимое перед носом покупателя. Босс говорил не церемониться. Покупатель хмыкнул и выложил рядом с товаром пачки денег. Не так много, как казалось навскидку, но купюры крупные.

— Мне стоит проверить качество? — Спрашивает покупатель, направляя взгляд к ножу для писем.
— А мне стоит пересчитать деньги? — С вежливо-снисходительной полуулыбкой ответил Анджей.

Человек напротив откинулся на спинку кресла, пошатнувшегося под его весом. Крамер не шелохнулся и не отреагировал на предложение жестом сесть напротив. Деловито разложил пачки денег по дну кейса, закрыл его, ввел цифры пароля на замке и направился к двери.

— Не спеши, Крамер. Говорят, ты хорошо управлялся с мотоциклами? Мне кажется, ты не до конца осознаешь свой потенциал. Мне понадобятся твои навыки для одного дела.

Он провел визиткой по столу к противоположному краю и вновь вернулся в удобное положение. Поляк испытующе посмотрел на него, на нож для писем, на камеру и экран, и в конце - на визитку. Приблизился к столу и забрал прямоугольник с золотыми цифрами и именем своего собеседника. А говорили - никаких имен и перехода на личности. Тогда какого хуя этот ублюдок знает, кто он?

— Что за дело?

10 минут спустя

Визитку он убрал во внутренний карман пиджака, к купюрам своего сегодняшнего заработка.
Пора было уходить с этой вечеринки, на которой он может быть/однажды/снова станет своим. Впрочем, эти люди были ему неинтересны. Он знал, что многие из них будут восхвалять его за кулисами афтерпати этого сборища снобов, когда их носы будут набиты белой пылью, которую он любезно доставил сегодня так нагло и бесстрашно. Теперь он смотрит на этих людей совсем иначе, зная, что они все такие же грешники, только в более дорогой одежде. Кивнув одному из охранников, Крамер скрылся за дверью туалета, запер и проверил ручку, положил кейс на раковину, достал из отсека для документов мусорный пакет, бесцеремонно свалил в него наличные, хорошо скрутил и завязал, открыл окно нараспашку, глянул по сторонам улицы и выкинул мусор подальше. Нажал на смыв, вымыл руки, закрыл и забрал опустевший кейс. Оказался не пустым только правый карман пиджака - нож для писем казался ему неплохой подстраховкой от возможных проблем.

Анджей замер, прислушиваясь к стуку каблуков. Показался знакомым на мгновение. На еще одно мгновение он вдруг стал уверен, что узнал его, хотя в его доме по скрипучим половицам она ходила в развязанных (и достаточно развязно) Мартинсах. Дело не в обуви, дело в ритме, который она держала, когда трахалась, и в ритме ее походки, почти схожем. Он не стал дожидаться, открыл дверь и выступил за порог, уже понимая, что она оказалась так близко, как он того и хотел. Так близко, что почувствовал запах ее духов (тебе не идут эти дорогие парфюмы) и жар ее тела (а вот это уже лучше), и услышал испуганный вздох (то, что я люблю), жаль, что от неожиданности, но после... После, в ее расширенных зрачках, он мог увидеть отражение всех проведенных ночей, огни клубов, в которых она смотрела на него в полутьме, ее тень в утреннем мареве, когда она уходила из его промозглой спальни.

Поляк не позволил ей отшатнуться, отступить, как не позволил издать ни звука, потому что все ее вздохи и все ее громкие гласные должны принадлежать ему. Крепко схватив за талию, прижал лопатками к стене, взял ее губы своими жадно, не ожидая ответной реакции, задрал подол платья и прошелся свободной ладонью по внутренней стороне бедра вверх. Почувствовал, как она узнаёт его прикосновения, не успевшие стать привычными, минуя все лишние ткани провел пальцами между. Вместо талии схватил теперь за подбородок, приоткрывая ее рот, чтобы целовать глубже, жарче, и ощущать, как горячо и приветливо влажно становится внизу, там, где он трогает ее по-хозяйски, не размениваясь на подтверждение ее согласия.

Послышались шаги неподалеку, Анджей отстранился неспешно, на полшага, глядя на нее исподлобья. Он злится. Он хочет ее наказать. Размазав влагу между пальцами, мазнул губами по подушечке большого, не отрывая от нее пытливого, полного затаенной боли взгляда.

— Ты по всем скучаешь так же, как по мне? — Уязвленно, думая о том, возбуждается ли она так легко с другими, — куда делся твой щенок?

Противоположность любви - безразличие, а не ненависть, и если он способен чувствовать к ней последнее, значит сможет и полюбить. Ревность говорит о том, что это уже неизбежность.

[NIC]Andrzej Cramer[/NIC]
[STA]сжигаешь меня дотла[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/HoP57l1.png[/AVA]
[LZ1]АНДЖЕЙ КРАМЕР, хз y.o.
profession: каскадер/дилер;
держись от меня подальше[/LZ1]

+5

6

Да, тебя заводит поломанный чел
Юзал, но наркотик не дал мне любви
У меня есть выход, а выхода нет
Я хотел исправить тобой свой дефект

Кому-то приходится долгие годы учиться, чтобы в высшем обществе быть под стать основному контингенту. Я не просто оказалась в этом пространстве потому что меня удочерили и вырастили такой, а потому что где-то на небесах отстояла очередь за навыком: где бы не оказалась, быть своей. Потому в клубе - отвязная девчонка, которая согласна на все; на работе - скучающая девушка, читающая любовные романчики и сидящая девяносто процентов времени в социальных сетях; на открытии галереи - светская леди, не отличающаяся ничем от них всех. Роли, маски, камео - и нигде нет меня настоящей, словно эпизоды - мой потолок. Когда и с кем уже будет главная роль? Тяжело быть собой, когда даже для себя - как будто второстепенный персонаж.
Только Крамер, хочется верить, видит во мне то, что скрываю очень глубоко: мне скучно от любой из этих ролей, которые мне приходится исполнять. Только он спасает, вытаскивая из этой ямы вечной скуки и попытки побега от себя. Рядом с ним наркота - лишь повод, главное развлечение это он сам. Но даже в его пространстве не могу поверить, что я это я. И что у меня есть возможность быть такой собой, какой я есть, а не такой, какой меня хотят видеть. Понимает ли это сам Анджей? Я его об этом никогда не спрошу.
Бежать от себя, тоже самое, что и бежать от него. Сейчас я убегала. Как и тогда с утра. В свою богатую жизнь, в свои проблемы, главная из которых выбор платья на вечер. Туда, где все понятно и привычно. Где отец ревностно оберегает от всех нежелательных связей, а мама закатывает глаза, когда я в очередной раз переступаю границы дозволенного. Где лучший друг во френдзоне, а моя же идеальная сестра - по уши влюблена в него и имеет плюс одну причину для нелюбви ко мне. От себя не убежишь, появления на этом вечере наркодилера, как очередное подтверждение.
- Не уходи от ответа. Как там его, Анджей Крамер? - Парень достает смартфон и вбивает в гугл. Я почему-то уверена, что там он ничего не найдет, хотя я сама никогда и не проверяла. Как-то было безразлично, потому что он сам и его публичная личность не имели для меня точек соприкосновения. Считала обычным барыгой. Патрик хмыкает: - а он оказывается звезда спорта. Был. До тюрьмы. Никого получше не могла найти? Или это очередной вызов семье? Может, уже хватит? - Он осуждает, слышу это в каждом произнесенном слове. Выплевывает их, как будто это плевки на самого соперника. У меня в горле комом застревает смех. Горький такой и терпкий, как обида перебитая вместе со злостью в блендере. Коктейль под названием "чертов Анджей, какого хера ты опять лезешь в мою жизнь?".
Заглядываю в телефон, смотрю на знакомого парня и не узнаю его. Я совсем не знаю того, кто смотрит на меня с экрана телефона. Мой Анджей - совсем другой. - Слушай, замолчи, ладно? Я не хочу это обсуждать, а ты не знаешь о чем говоришь. Все, что он наговорил - это ревность и самообман на мой счет и всем будет лучше, если все так и останется. Пусть думает, что хочет, я не должна оправдываться, а ты не должен пытаться его как-то усмирить. Его слова - не трогают меня. - Говорю уверенно, но внутри все дрожит. То ли от возбуждения, то ли от горечи, то ли от удивления, то ли от возмущения. Мне хочется защитить ту ночь и нас в ней от всего мира. Кто бы мог подумать, что не только у меня есть другая жизнь, но и у самого Крамера - если не другая, то хотя бы прошлая кардинально отличающаяся от того... где он сейчас.

Все меня ломали, я верил в тебя
Детка, нахуй страхи, твой страх — это я?
Ты забрала солнце, сбежав без оглядки (Похуй)
Можешь меня бросить, я буду в порядке

Под его пальцами я распадаюсь на липовый мед и плесень. Плавлюсь, словно воск от высокой температуры. Все блоки отключаются, когда понимаю, кто прижимает к стене и так властно целует. Я хочу его каждой клеткой своего тела, это не скрыть никакими словами или напускной холодностью. Реакция тела выдает меня с потрохами. Если он захочет - я кончу только от его пальцев во мне. Если он захочет, я опущусь на колени и отсосу, даже не задумываясь о том, кто нас здесь может увидеть. Рядом с ним нет ничего невозможного. Рядом с ним мозг буквально отключается. Рядом с ним максимально похуй на последствия.
В коридоре полумрак, потому я не увидела Крамера, не поняла, что это он. Первые секунды, пока не осознавала, кто прижимает меня к стене - хотелось кричать, даже попыталась оттолкнуть. Но пальцы нащупали и привычное тело, и знакомые волосы. Я помнила его всего и смогла бы узнать, кажется, из тысячи. Все его шрамы - это карта, по которой блуждала и пальцами, и языком, и даже мыслями. Его запах - такой привычный, что колени подгибаются только от этого. От него пахнет желанием, силой и опасностью. Мне всегда страшно. Мне всегда мало. Мне всегда хочется позволить ему сделать все, что он только захочет... но я никогда не скажу ему об этом. Слова - тот же инструмент и та же власть, не хочу вручать себя Анджею добровольно. Каждый отвоеванный сантиметр моего пространство - это наша общая победа, а не мое поражение.
Кто-то нарушает наше уединение. Крамер отступает, не подставляя меня. И я бы сказала ему "спасибо", если бы могла сейчас сказать хоть что-то. Вместо этого только поправлю юбку и посмотрю насмешливо, пряча за этим всем истинные желания. Притворяться легче, чем позволить себе капитуляцию.
Будь я чуть-чуть смелее, уже принялась объяснять все. Открылась бы полностью, не опасаясь, что он повернет все знания обо мне против меня же. Но правда в том, что я - трусиха. Напускная смелость и дерзость обыкновенный щит, запрещающий всем вокруг знать правду: я чертовски подсела на Анджея, хоть и пытаюсь себя убедить, что только на его член. Ложь и самообман - это то, что я предпочитаю принимать после еды два раза в день, но чаще все же вместо.
Мимо нас проходит кто-то из гостей, даже не оборачиваясь в нашу сторону. Но я все равно чувствую себя здесь, как будто на витрине, и вот-вот кто-то увидит меня и Крамера. Тот, кто не должен был вообще приходить и смотреть. Меня это смущает и немного заводит. Хочется верить своей интуиции, но я иду наперекор ей, в который раз выбирая такое детское хочу. - Заплати мне, - проглатываю: за секс, - и узнаешь. - Все это - только для него. Потому что он злится. Потому что он ревнует. Потому что он ненавидит.
Я хочу всех его чувств. Ведь я буквально готова съесть его всего, но эмоции - любимое блюдо. Анджей, ты может быть еще хуже? Хуже, чем я?..

Круглая, как солнце, таблетка лечила
Я тебя люблю, но забыл твоё имя
С ней или с тобой моя боль уходила
Но лишь когда исчезну я — исчезнет причина

Отец рад видеть меня с Патриком. В тайне он надеется, что рано или поздно мои побеги от собственной жизни закончатся, и я сделаю один-единственный правильный выбор: соглашусь выйти замуж за этого "хорошего парня". Именно Патрик тот, о котором может мечтать любая девушка в мире, любая, но черт возьми, не Алекс!
Все это время, показываясь на выставке самых лучших сучек, как будто даже стала - самой лучшей. Общество готово такую меня принять, простить и забыть все прошлые прегрешения и выходки. Тебе уже двадцать шесть, девочка, пора взрослеть. Да-да, именно - пора. Я смотрю на это все, пытаюсь смотреть на себя третьими глазами, их - общества - и даже понять зачем стоит меняться. Поменялась бы. Стала бы. И вот эти все "бы", не появись опять Крамер. Он одним взглядом разъел в моем образе дыру, оголив неприятную действительность. Пока что только Патрик заглядывает туда и думает, что же там прячется? Патрик, который и так понимает, какая я на самом деле дрянь и никакое высшее общество не сможет это поменять. Я - из другого теста. Потому и тащит магнитом не к идеальному Патрику, а в такому же павшему Анджею.
- Мне нужно в дамскую комнату, развлекайся, я быстро. - Легкий поцелуй в щеку, потому что мама смотрит. Потому что всей этой своре благородных девиц, что жмутся по углам, нужно будет хоть что-то обсудить. Пусть это будет мой очередной выход с подходящим парнем, а не разговоры о таком влекомом, но опасном, Анджее. Ухожу, чтобы покурить в туалете. Хотя бы так расслабиться. Даже не представляя, что только делаю хуже, встретив того, кого здесь быть не должно.

- Он понравился тебе больше меня? - Все внутри дрожит, как будто в ожидании удара. Я - натянутой тетивой - жду самого худшего, понимая, что еще немного и просто сломаюсь под его взглядом. Говоря это ложу руку на его грудь, сжимаю пальцы на одежде и прижимаю(сь) к нему ближе, чтобы прошептать: - что-то еще хочешь или мне позвать Патрика, чтоб вы продолжили петушиться? - Довести его до безумия. Заставить разозлиться. Заставить захотеть меня трахнуть, но скорее изнасиловать. Чтобы он выбил из меня и, конечно же, из себя, всю нежность, что родилась между нами в ту дождливую ночь. Как будто злость способна разрушить невероятное притяжение между нами. Как будто мы сами уже давным давно не переступили все границы на пути друг к другу, оставив на обороне только гордость и правду о жизни каждого. Откровенность - это ведь так страшно.[LZ1]АЛЕКС ФОУЛИ, 26 y.o.
profession: папина радость, мамина гадость;
бесишь, Андрейка.[/LZ1][AVA]https://i.imgur.com/OE6wDgd.png[/AVA][NIC]Alex Foley[/NIC][STA]мисс Крематорий[/STA][SGN]https://i.imgur.com/BrZ4uPf.gif https://i.imgur.com/IxPsRi4.gif[/SGN]

+3


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » просто тебя не любить (когда ты рядом)


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно