– Мне? – эхо вопроса скользнуло по спине мокрым шершавым языком и выгнулось глубоким вдохом нехватки слов и мыслей. Не хватало продуманности и трезвого взгляда – я неслась вперёд... читать далее
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 32°C
jack

[telegram: cavalcanti_sun]
aaron

[telegram: wtf_deer]
billie

[telegram: kellzyaba]
mary

[лс]
tadeusz

[telegram: silt_strider]
amelia

[telegram: potos_flavus]
anton

[telegram: razumovsky_blya]
darcy

[telegram: semilunaris]
edo

[telegram: katrinelist]
eva

[telegram: pratoria]
siri

[telegram: mashizinga]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Альтернативная реальность » All of our choices draw our destinies closer


All of our choices draw our destinies closer

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

https://forumupload.ru/uploads/0010/a8/ca/7990/t377305.png

Cirilla & Yennefer
Иногда даже одной смелой и самостоятельной ведьмачке нужна помощь, а Йеннифэр никогда не умела ей отказывать

[NIC]Yennefer of Vengerberg[/NIC]
[STA]Умные честно не играют[/STA]
[AVA]https://forumupload.ru/uploads/0010/a8/ca/7990/t983752.png[/AVA]
[LZ1]ЙЕННИФЭР ИЗ ВЕНГЕРБЕРГА, 100 y.o.
profession: чародейка
[/LZ1]
[SGN]Засунь свое предложение a d’yeabl aep arse[/SGN]

Отредактировано Yaroslava Vlasova (2021-08-08 03:03:51)

+1

2

Прохладный солоноватый ветер обдувал лицо, заигрывая с седыми от рождения волосами. Когда-то это место могло называться вторым Домом, острова, далекие от остального мира, со своей культурой, со своими закаленными морскими набегами людьми. Она здесь росла, приезжала к дяде, что отдал свою жизнь в сражении, финальной битве этого мира. Нынешняя правительница Кэрис стала истинной наследницей своего отца, способной объединить враждующие кланы, положив тем самым конец многочисленным и многолетним раздорам. Как бы сейчас хотелось подставить лицо свежему дуновению, пасть ниц на вересковом поле, чтобы потом отправиться в баню с местными девушками. Хотелось бы сделать в медовом зале могучего Каэр Трольде, выпивая с правительницей, но все это отходит даже не на второй, а третий план. Она делает новый шаг, пытается обернуться, посмотреть, нет ли преследования. Одна, казалось, единственная живая во всем этом проклятом лесу, лишь дикий крик черных воронов оглушительно давит на перепонки. Нет, ей это кажется. Она практически теряет сознание, присаживаясь на одно колено, но затем поднимается, продолжает свое движение, оставляя после себя цепочку кровавых подтеков.

Казалось, обычный заказ, ничего не предвещало беды, разве что информации чуть меньше, чем обычно. Чудовища не перевелись на земном шаре, да и работы у ведьмаков стало даже чуточку больше, после того, как Белый Волк отбыл в Туссент. Он передал все свои знания той, что способна была стать ведьмачкой, даже не испытывая на себе всех ужасов принудительного мутирования. Дитя старшей крови была сильнее многих, но и ей порою нужна помощь. Должны были заплатить не меньше восьмидесяти пяти флоренов – цена довольно большая, за такие деньги можно купить настоящую баллисту, вот только это осадное орудие не справится с тайнами, таящимися на островах. Цири узнала о деревушке Бландаре, слышала и ранее, даже когда-то посещала, но нынешние новости отличались от всего того, что ей доводилось узнавать раньше. Несколько жителей в спешке покинули это место, как и некоторые другие окрестные поселения. Возможно, всему виной разлом, и кто-то смог выбраться, ведь бывшая жительница, скрывающаяся теперь где-то в глубинах Редании, без умолку говорила о том, что неопознанное чудище несколько раз выходило к окраинам их поселения, просто наблюдая за происходящим. Казалось, что это какая-то высшая сила, следящая за стечением событий.

Первый подобных «выход» случился спустя несколько месяцев после битвы на Ундвике. Почему-то повелительница пространства и времени сразу подумала об остатках Дикой Охоты, но ведь они не могли выжить, не могли так долго скрываться от человеческих глаз, поэтому второй идей было проникновение какого-то иного существа, с этим стоило разобраться. К сожалению, Циррилла не рассчитала свои силы,  но провела должной разведки, хотя делала все то, чему ее учил наставник. Прибыла заранее, нашла место, чтобы заночевать, собрала необходимые ингредиенты для магических зелий, заточила мечи и отправилась искоренять нечисть. Однако, чем дальше в лес продвигалась, тем меньше ей нравилась затея. Она не находила практически никаких следов, но чувствовала своим нутром присутствие кого-то еще. Двигалась медленно, держала оружие наготове, чтобы в любой момент ответить на вражеский выпад. Солнце находилось в зените, только вот вокруг все равно стало слишком темно, сплетенные кроны отказывались пропускать свет, а плотный туман неизвестного происхождения резко снижал видимость.

Брела практически наугад, все время желая вернуться обратно, не так уж и сильно ей нужны эти восемьдесят пять флоренов, можно сделать несколько других заказов, попроще,  но не таких мистических. Но чего именно боялась Цирилла? Она практически в одиночку способна была противостоять армии народа aen elle, она сражалась против мантикор и грифонов, против самых опасных головорезов и убила двух могущественных ведьм (обязательно выследит последнюю, но чуть позже), так почему сейчас хотела повернуть вспять? Необычное чудище, не результат эксперимента древних алхимиков и не душа, что ищет покоя. Здесь скрыто нечто больше, что-то такое, с чем девочке еще не приходилось сталкиваться. Возможно, именно поэтому ее рука дрогнула, когда тень бросилась на нее. Резкий прыжок, но Цири была готова, она пользовалась своими силами, совершенствуя это владение изо дня в день, переместилась на несколько метров вперед, перенеся свое тело сквозь пространство, нанесла удар, но клинок лишь рассек спертый воздух. Оглядывалась по сторонам, сосредоточивалась, прислушивалась, чтобы не пропустить следующую атаку, не оставляя своему противнику никаких шансов. Резко развернулась, чтобы принять удар вражеского клинка.

На долю секунды ей показалось, что нападавший был… Геральтом? Нет, такого просто не может быть, ведь он сейчас так далеко. Цири пропускает несколько ударов, слишком сильных даже для такого опытного бойца, пытается переместиться в пространстве, но что-то будто бы ловит ее в момент перемещения, такого раньше ни разу не случалось. Магия, сильная, неизведанная и страшная. Вырывает свое хрупкое тельце из невидимых оков, осознавая, что ее ранили. Это касание, этот удар мог бы стать летальным для Ласточки, переместись она в другую сторону, кто-то неведомый пытался пойматься ее в подпространстве, а значит ему были известны тайны перемещения. Сегодня этот бой не закончится. Тело пронзала слишком сильная боль, оставалось лишь отступить. Придерживая себя за живот, Цири пыталась бежать из леса, но была слишком слаба. Тело разрывало изнутри, казалось, что его пронзало тысячью нильфгардских мечей. На деревьях, о которые опиралась ведьмачка, оставались кровавые следы. Главное добраться до безопасного места, до ближайшей деревни, ведь там ей помогут?

Но кто? Надеяться на местных лекарей не стоило, они никогда не сталкивалась ни с чем подобным ранее. Цири падает, пытается встать, но только лишь приподнимается на руках, продолжает ползти. Сейчас бы могла помочь Кэльпи, но осталась на континенте, слишком старая для таких приключений. Нет, беловолосая сможет добраться, она уже видит солнечный свет, мелькающие вдалеке человеческие фигуры, что вряд ли когда-либо зайдут за границу таинственного леса. – Йен, ты нужна мне. – Единственная надежда. Могущественная чародейка, лишь она могла бы сейчас явиться с помощью, вот только слышит ли. Сил оставалось все меньше, будто бы сама земля высасывала последние соки, еще несколько метров. – Йен… - Голос девушки тает, растворится, теряется среди шума листвы и потрескивания коры столетних дубов. Свет все ближе, как бы он не стал последним, что  увидит Цири в своей жизни. Кажется, навстречу бежит несколько мужиков, они что-то кричат про раненую, кто-то требует срочно принести воды, но они не знаю, что водой тут не справиться, здесь нужно что-то куда мощнее. – Я зову тебя сквозь миры и время. – Последнее, что произносит Цирилла перед тем, как потерять сознание. Несколько человек, видимо, самых смелых, нарушили границы лесополосы, прибежали, оперативно оценив обстановку схватили бездыханное тело под руки, чтобы оттащить его как можно дальше от проклятой земли. В деревню, все лучше, чем оставлять бедняжку погибать (или она уже отправилась в мир иной?) на сырой и проклятой земле.

[NIC]Cirilla Fiona Elen Riannon[/NIC][STA]Zireael[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/y0rUlSg.png[/AVA]
[SGN]https://i.imgur.com/uMxStU0.gif
[/SGN]
[LZ1]ЦИРИЛЛА, 21 y.o.
profession: Ведьмачка;
[/LZ1]

Отредактировано Hannah Mercer (2021-08-20 15:37:24)

+2

3

Чародейка точно не знала, возникла ли любовь к путешествиям у нее из-за любви к Геральту, или, несмотря на это,  но последнее время Йеннифэр не сиделось на месте. После всех неприятностей, произошедших с ней и ее близкими не так давно, ей хотелось только покоя. Неожиданное понимание того, что она осталась одна, не сильно ударило по ее самолюбию, но все же стало немного неприятно, наверное, чтобы охладить свои чувства, она решила вернуться на север. Но так и не решила, в каком городе осесть. Чаще всего перемещалась между летней и зимней столицами королевства Ковир и Повисс, но периодически заглядывала и в соседние. Ей нравилось накладывать на себя совсем простенькие иллюзии и прикидываться еще ничего не умеющей чародейкой. Парочка волшебниц, с которыми она еще поддерживала связь, каждый раз хохотали, называя двимвеандрой. Впрочем, ее это не обижало, она только усмехалась стервозно и говорила, что это намного лучше, чем отъедать себе пятую точку, почти ничего не делая.

Единственным местом, которое она давно не посещала, оставались острова Скеллиге. Не кривя душой, она бы и дальше их игнорировала, но последнее время в памяти все чаще возникали воспоминания, с ними связанные. А в голове пока ещё не очень настойчиво, но уже начинал звучать голос, туда ее призывающий. Она не могла понять, что именно, но что-то древнее, не поддающееся контролю, пугающее, буквально заставляло ее отправиться на Скеллиге. Ард Скеллиг ждал чародейку, но пока неясно было зачем. На островах она давно не была, да и если быть честной с самой собой, не особо хотела там появляться. Свежи были еще воспоминания о поисках Цириллы, а вместе с воспоминаниями о вздорной ведьмачке, обязательно вспоминался и ее наставник. Думать о Геральте все еще было сложно, наверное, поэтому она предпочитала заниматься чем угодно, а когда дел не находилось, просто пила, чтобы хоть ненадолго затуманить разум. Но сразу же ругала себя за собственную бесхарактерность, плакаться о делах минувших было глупо.

И все же, несмотря на все свое нежелание, она оказалась на островах, особо не торопилась, сила, которая все ее подгоняла, ближе к островам успокоилась, а после прибытия на них Йеннифэр и вовсе пропала, приказав ждать. Чародейка так и не смогла понять, что это было, расшалились ее собственные силы, интуиция или и правда что-то древнее, чему нет объяснения. Не понимала, что делать дальше, острова словно бы замерли, готовясь к чему-то великому. Потому и решила наведаться в столицу, повидать знакомые лица и послушать слухи, на острове их всегда было много. Может из-за расположения, может из-за слишком большого количества трупов, запах смерти давно пропитал эти места.

Каэр Трольде, как и всегда встречает промозглым холодом и горечью воспоминаний. Иногда Йеннифэр думает, что все еще жива только для того, чтобы расплачиваться за все совершенные ошибки. Ей сложно смотреть на окружающие ее суровые пейзажи и не вспоминать Крах ан Крайта, со временем воспоминания стираются, особенно, если ты живешь уже сотню лет, поэтому колдунья и не помнит уже всего, что когда-то связывало ее с этим мужчиной, но вина почему-то все равно давит на грудь. Она думает, что могла бы по-царски зайти в крепость, ей бы предложили теплый кровь, еду и вино, но не может, или не хочет, кто разберет чародейское сердце. Потому разворачивается примерно на половине уже пройденного пути и направляется в ближайшее селенье, там и слухов узнать можно больше и сердцу спокойнее. По итогу она напрашивается на ночлег к одинокой старухе, та ее явно узнает, поэтому без проблем пускает, отнекиваясь от денег и Йен соглашается, предлагать дважды не в ее правилах.

- Не спокойно на островах нынче, - делится с ней старуха, ее голос звучит совсем глухо, она словно чего-то боится, периодически поглядывает в окно на догорающее солнце, что отражается в ее глазах, а потом резко разворачивается к чародейке, - уезжала бы ты отсюда, да поскорее. Тебе не рады здесь, и не о нас я говорю, сами острова против, быть беде, - старуха предсказательницей не является, может голову повредила или просто верит в сказки, чародейка ее словам не верит, заливается смехом и просит налить еще вина. Уверяет, это острова должны ее бояться, а не наоборот, потому что перед Йеннифэр из Венгерберга склоняет голову всё живое. На том они и расходятся. Старуха все продолжает бормотать предупреждения, а она улыбается даже во все. Острова всегда звали ее, готовые проглотить или подчиниться воле, с годами ничего не могло поменяться.

Утром становится не до смеха, хватает пары разговоров с местными, чтобы узнать, что седовласая ведьмачка где-то на Скеллиге. И Йеннифэр теперь предупреждениям приютившей старухи начинает немного верить. Потому что Цирилла, несмотря на все свое везение, неприятности привлекала с завидной регулярностью. Больше ей ничего не рассказывают, не доверяют чужачке, оно и понятно, но Йен не сдается, бродит по поселку, накинув на себя отвод глаз и слушает, много слушает, впитывает в себя всю информацию, которую только может найти. Здесь точно творилось что-то ужасное, но что именно, было непонятно. Несведущие в подобных делах селяне говорили о нечистой силе, да и только. Как же много этой нечистой было, такие разговоры не помогали определиться с тем, что же поселилось где-то на Ард Скеллиг. В конце концов Йеннифэр сбросила заклинание, ничего полезного не узнала, а силы тратить на ерунду не хотелось. Она была уверена, что Цири сама со всем разберется, но на всякий случай приготовилась.

Напряжение ее так и не отпустило, жители деревни поглядывали с недоумением, не понимая, зачем могущественная чародейка так долго у них живет. Сама Йеннифэр с каждым днем становилась все злее, странное чувство не отпускало, тугой ком сомнений становился все больше, она была уже готова раскинуть поисковые чары, что бы найти хоть что-то, что привело бы к тому, кто скрывается на острове. Но этого не понадобилось, в голове раздался слабый, едва различимый голос, не будь она постоянно наготове, точно бы пропустила и не заметила. Это была Цирилла, и она просила о помощи. - Я зову тебя сквозь миры и время, - вздрагивает от знакомой формулировки, на миг зажмуривается, чтобы не дать страху расползтись по телу, если ведьмачка просит о помощи, значит, беда приключилась большая. В последний момент успевает примерно понять, где сейчас девушка. Телепорт настраивает с опаской, точных координат нет, да и не до конца передалась местность, но все же бесстрашно в него входит. Сейчас важнее найти Цириллу, а не думать о себе.

Ласточку она видит сразу, ту несут воины, и Йеннифэр сдерживает молнии, готовые сорваться с рук, понимает, что будь те виноваты, просто добили бы девушку, а не пытались спасти. Обычные люди здесь не помогут, она добегает до мужчин и перехватывает хрупкое тело, сверкает глазами, запрещая задавать лишние вопросы, и строит портал обратно в деревню. Старуха, кажется, охает и суетится вокруг, но чародейка слегка повышает голос и заставляет ее выйти, лишние глаза здесь не нужны. Первым делом избавляет девичье тело от одежды, размачивает присохшие куски ткани и разрезает ножом, но все старается делать аккуратно, чтобы заново не повредить раны. Зрелище в итоге предстает не самое приятное, израненное тело буквально истекает кровью. Она накладывает на седовласую ускорение регенерации, но понимает, что этого будет мало. Нашаривает котомку, что прихватила в путешествие, и приподняв голову, в приоткрытый рот Цириллы вливает ласточку, должно помочь. Теперь главное ждать и поддерживать заклинание, чтобы девушка точно пришла в себя.

Старуху она в дом не пускает, сует все-таки в морщинистую ладонь горсть монет и просит пару ночей переждать у соседей. Сразу, как выгоняет хозяйку, самостоятельно смывает кровавые разводы, еще раз проходясь опытным глазом по ранам, они уже начинают затягиваться, несмотря на отсутствие мутаций, регенерация у нее на порядок выше, чем у простых людей. К вечеру у девушки начинается сильный жар, рубаха, найденная в мешках, намокает, сама Цири мечется в бесконечной агонии, борьба с нанесенными ранами сложна для нее, Йеннифэр старается сделать все, что облегчить страдания, меняет холодные повязки, вновь и вновь накладывает заклинания, бесконечно вливает в ведьмачку зелья, но все помогает плохо. Организм словно борется сам, и не принимает инородные средства упрямый, как и его обладательница. Чародейка не сдается, три дня к ряду усиленно заботится о девушке, ни на минуту не отходя от постели, шепчет успокаивающие слова, как Цири вновь забывается в бреду, поит, стоит только девушке приоткрыть глаза. Периодически мажет особенно алые шрамы мазями, чтобы прошли быстрее, и колдует, колдует и колдует, бесконечно обращаясь к силам природы, полностью игнорирует состояние собственного организма. А еще постоянно на нее ругается. Помнит, в детстве это помогало, вот и сейчас надеется, что крепкое слово поможет, и гордячка откроет глаза, просто чтобы высказать чародейке все, что она о ней думает. Но пока этого не происходит, Йеннифэр кажется, что еще немного и она начнет молиться богам, ну или отправиться на поиски джина, плевать, сделает все, но маленькая ведьмачка очнется и все расскажет о падали, посмевшей на нее напасть.

- Хватит валяться, Цири, не думала, что ты превратилась в слабачку, - устало говорит, скорее уже шепчет, колдунья, дни сменяются, а Цирилла все не просыпается. Собственные силы уже на исходе, еще немного и она сама свалится, радом с беловолосой. Йен отгоняет подобные мысли, упорно продолжая выхаживать ее. И на четвертый день ее старания дают результаты, чародейке кажется, что она только прикрыла глаза, удовлетворенная состоянием своей подопечной, как со стороны кровати разносится протяженный стон, и сухие губы что-то пытаются сказать. – Что? – переспрашивает взволнованная колдунья, поднося к губам девушки кружку с водой. Дает немного времени, чтобы убедиться, что Цирилла и правда очнулась, а потом заваливает вопросами, надеется, что ей ответят хотя бы на парочку. – Как ты себя чувствуешь? Помнишь что случилось? Кто это был? – Йеннифэр тараторит, знает, как важно сейчас получить хотя бы крупицы информации, потому что все еще не уверена, что девушка пробудилась окончательно и через время не свалится вновь. И пока Ласточка пытается прийти в себя, спешит в соседнюю избу, чтобы попросить чашку куриного бульона и кусок хлеба. По возвращении сразу пихает еду девушке. – Тебе нужно поесть, даже если будет тошнить, иначе организм совсем ослабнет, последние три дня он питался только моими зельями, - переживает за девчонку, что давно уже стала родной, но старается лишний раз это не показывать, нечего другим знать о ее чувствах.

[NIC]Yennefer of Vengerberg[/NIC]
[STA]Умные честно не играют[/STA]
[AVA]https://forumupload.ru/uploads/0010/a8/ca/7990/t983752.png[/AVA]
[LZ1]ЙЕННИФЭР ИЗ ВЕНГЕРБЕРГА, 100 y.o.
profession: чародейка
[/LZ1]
[SGN]Засунь свое предложение a d’yeabl aep arse[/SGN]

Отредактировано Yaroslava Vlasova (2021-08-11 00:01:56)

+1

4

Она чувствует прикосновения чуждых ей рук, проваливаясь все глубже в забытье, опуская на дно неведомого беспамятства. Нет, далеко не любовник, не любимый человек, чьи касания хочется ощущать по утрам, просыпаясь в свое теплой постели, даже не лучшая подруга, с кем порою делишь одну кровать, грубые, мужские и такие неприветливые. Но они ее тянут, помогают не остаться в этом лесу навсегда, подталкивают к спасению, отводя опасность как можно дальше от хрупкого тела ведьмачки. У нее практически не осталось сил. Чего уж говорить о том, чтобы держаться на ногах – она даже двух слов связаться не способна, как бы в такой момент не начать бредить, выставляя себя на всеобщее обозрение. Но, кажется, такому не суждено будет случиться. Цири всегда чувствовала магию вокруг себя, ибо сама была ребенком Старшей Крови, не обделенной паранормальными способностями. Кто-то считал ведьмаков уродами, нелюдями, хотя, по сути, когда-то они были вполне обычными детишками с тяжелой судьбой. Некоторых оставили не вполне способные прокормить потомство родители, другие пали жертвами местных противостояний, лишись родных и близких, других же, что случалось довольно редко, предки целенаправленно отдавали в школы, расположенные неподалеку от их поселений. Всего таких существовало шесть, по крайней мере, известных Цирилле и ее учителю. На своем пути встречалась с представителями каждой, даже тех, о ком ходят лишь слухи. Обучалась в Каэр Морхене, но можно ли приписывать ее к волкам, если девочка не проходила испытания травами? Она не мутант, она не человек, она нечто большее, нечто опасное, достаточно сильное, чтобы остановить Белый Хлад, но оказалась не способна справиться с собственными страхами и прошлым, преследующим ее  по пятам.

Она чувствует, что находится на грани миров. Нет, в прошлый раз она свободно путешествовала между оными, оставаясь при этом в полном сознании, а сейчас дела обстояли куда хуже. Будто бы видит, что ее физическая оболочка перемещается все дальше от таинственного и проклятого места, куда-то в безопасность, а сделать это мог лишь один человек, сказать точнее, одна вполне способная и могущественная чародейка, которая откинулась на зов о помощи. Негласной наследнице престола казалось, что она слышит ее бархатный голос, такой притягательный и очаровывающий, но ничего не могла сказать в ответ, ведь сейчас ее нутро находилось за сотню лиг от места пребывания такой ненадежной плоти из костей и крови. – Ты даже не представляешь, с чем я столкнулась, - чуть ли не кричит, но не произнести при этом ни слова, ей нужно выкарабкаться, справиться с недугом, а потом можно будет и поболтать по душам. Сил придает зелье, кажется, обычная ласточка, хотя, например, элексир Раффарда Белого сейчас оказался бы к месту тоже, как и десятки других, некоторые из которых известны лишь ведьмакам. Одна ли из них? Либо просто повезло стать охотницей на нечисть? Она всегда будет изгоем среди людей, потому что слишком сильно отличалась от них, ее не примут, не будут любить: будь то за странную внешность, за возможность перемещаться в пространстве, будут завидовать за отличную, по мнению некоторых барных выпивох фигуру, за способность управляться мечами лучше сотен рыцарей Туссента вместе взятых. Ей не стать настоящей ведьмачкой, она не проходила испытаний травами, снами или испытания гор. Ведьмачка, но не до конца. Она единственная девочка в ремесле, предназначенном для мужчин. Она находилась между двух миров, в прямом и переносном смысле.

Она чувствует, как силы возвращаются к ней. Всему причиной сильная магия той, что могла бы заменить ей мать, возлюбленную и лучшего друга в одном лице. Чародейка знает свое дело, но юную девицу не так просто вернуть в чувство, ее одолели сильные кошмары. В них она одна, где-то в неизвестном ей мире, где нет никого – только голые скалы,  поросшие кустарником, что простираются до самого горизонта. Ей не холодно и не жарко, ей никак, мир, давно покинутый всеми живыми существами, если они здесь когда-либо существовали, мир,  в котором жить могут лишь демоны. Кажется, она заметила кого-то вдалеке, она двигалась навстречу, медленно, обдумывала каждый свой шаг, прощупывая почву под ногами, двигалась, сокращала расстояние, но вначале казалось, что не приблизилась ни на йоту. За ее спиной не оказалось меча, а грудь и талия были перемотаны бинтами. Ей тяжело наступать, но она хочет узнать немного больше об этом госте, либо гостей стала она в этом отрешенном микрокосмосе. Он оборачивается, но девочка не видит лица, не видит ничего, чтобы опознать существо, кажущееся гуманоидом, на первый взгляд. Разумно ли оно? Ведьмаки старались не убивать субъектов, не обделённых извилинами мозга. Тут что-то другое, с чем раньше никому не приходилось сталкиваться. Может, новое сопряжение сфер не только навсегда избавило миры от опасности быть навсегда погруженными в вечную мерзлоту, но и открыло новые червоточины, откуда повыползали неведомые доселе создания?

Она протягивает руку вперед в надежде прикоснуться к неизведанному, познать, познакомиться, если можно так выразиться, и Цирилле даже показалось, что местный обитатель отвечает ей взаимностью. Но именно в тот момент, когда должен был состояться первый контакт, ее сознание начинает новое путешествие, безумную пляску по мирам и пространствам, заканчивающуюся в ее собственном теле. Она издает приглушенный вздох, что должен был стать воплем отчаянной борьбы за жизнь. Она видит перед собой спасительницу – колдунью, многими отвергнутую, что души не чаяла с беловолосой. Делает несколько глотков воды, ничего при этом не сообщая. Йен куда-то уходит, в то время как спасенная пытается подняться. Она и правда обмотана бинтами, практически так же, в прошлое свое путешествие по островам Скеллиге. Она поднимается с кровати, собрав все остатки своей воли и своих сил в кулак, когда на пороге снова объявляется Ценнифер. Цири кидает глиняную чашку, в которой когда-то была вода в сторону, разбивая ее об стену. Делает несколько шагов вперед, она должна добраться до своего оружия, до верных мечей, которыми готова была раз за разом сражаться с нечистой силой. – Я должна вернуться… - Самая странная фраза, которую может услышать человек, что несколько дней денно и ночно следил за состоянием тяжело раненной ведьмачки.

Еще шаг, новый, кажется, чародейка подоспела вовремя, ведь Зираэль падает, так и не добравшись до пункта назначения. Она снова  проваливается в дрему, но в этот раз все куда прозаичнее – обычная потеря сознания, никаких путешествий, никакого возвращения в потерянный мир. Она видела его однажды, она твердо уверенна в его существовании, не Aen Elle, не мир, где когда-то властвовал Король Артур, не умерший Ддиддвет, и уж тем более не Tedd Deiradh. Сколько еще неизведанного остается в параллельных измерениях? Наверное, человек не узнает этого никогда. Ей понадобилось еще несколько минут, часов или даже дней, чтобы снова прийти в себя. В этот раз решила без лишних резких необдуманных действий, просто открыла глаза, поняла, что находится в горизонтальном положении, села на кровать,  подвинув еду поближе к себе. Несколько глотков, приятная теплота расползалась по телу, опускаясь все ниже, дарила приятное ощущение наслаждения. Силы к ней возвращались, а вместе с ними и способность объяснить свои недавние действия. – Что? – Вскидывает одну бровь, оставляя на лице ухмылку. Она видела, сколько сил на нее было потрачено, негоже расходовать свой внутренний потенциал вот так, просто падая в обморок в попытке добраться до оружия. – Если честно, я не знаю. – Она съела практически все, что принесла ей  «сиделка», что было куда больше обычно рациона двадцатиоднолетней девочки. Наверное, готова была бы съесть больше, через силу или нет. Расправившись с едой, откинулась на кровать, вздымая руки над головой. – Меня будто бы что-то звало. – Она снова закрыла глаза. Тяжелый ребенок, ее часто называли капризной и неспособной обучаться, но выросла, вроде бы, весьма хорошая ведьмачка, хотя у девочки был вариант даже стать императрицей, но все это ей не по душе.

Она чувствует, что Йеннифер – единственная, кто может ее понять. Поэтому в этом случае стоит изложить все по порядку, объяснить в мельчайших подробностях, пусть звучать это будет даже очень странно. – Мне казалось, что это обычный заказ, накеры, ну или леший, ничего сложного, но там я почувствовала сильную магию, знаешь, - вернула свое худое тело в исходное положение, снова попытавшись встать с кровати, делая это куда более осторожно, опираясь об стену. – Примерно то же самое, что было во время битвы, - они обе прекрасно понимали, про что именно говорила Зираэль. – Я испугалось, но испугалось и оно, будто бы нашло в моей памяти, в моем подсознании что-то, чем можно отпугнуть охотника, думаю, что это существо поступало так и с другими. Не отсюда, это точно. – Поднесла руку к лицу, нет, новых шрамов у нее не появилось, чего не скажешь о теле. Когда-нибудь она будет похожа в этом плане на своего наставника и вот тогда уж точно никогда не встретит принца на гнедом коне. – Я видела его во сне, где-то в иных мирах, незнакомых мне, далеких и безжизненных. Я чувствую там магию, столь сильную, что одной мне, возможно, с ней не совладать. – Она обернулась, ища в глазах чародейки поддержку. Не могла просить большего, но не отличной ли парой они станут в распутывании этого сложного дела. – Готова поделиться флоренами, чем угодно, если только ты поможешь мне понять, с чем я столкнулась… - не призыв, скорее, мольба о помощи, снова  и опять. Они ввязываются во что-то, что может быть выше их обеих, сильнее, но быть настолько интересным, что  стоить будет каждой потраченной минуты их драгоценного времени.

[NIC]Cirilla Fiona Elen Riannon[/NIC][STA]Zireael[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/y0rUlSg.png[/AVA]
[SGN]https://i.imgur.com/uMxStU0.gif
[/SGN]
[LZ1]ЦИРИЛЛА, 21 y.o.
profession: Ведьмачка;
[/LZ1]

Отредактировано Hannah Mercer (2021-08-13 19:57:35)

+2

5

Она не может перестать благодарить высшие  силы, хотя, они тут конечно ни причем. Ведьмачка справилась сама, смогла, победила мерзкую болезнь. Но Йеннифэр плюет на все доводы разума, потому что Цирилла жива и относительно уже здорова, а помогли ли ей на самом деле какие-то силы или нет, совершенно плевать. Главное, что она открыла свои глаза, и уже даже начала говорить. У колдуньи не так уж и много осталось близких людей, тех, за кого бы она действительно переживала. Зато обо всех оставшихся она переживает вдвое больше, неприятно было бы осознать однажды, что тебе еще только сотня лет, а на земле уже нет ни одного близкого человека. Когда-то она считала, что люди, которые тебе дороги, только мешают, делают слабей. Сейчас же, наоборот, понимает, как важно, чтобы такие были. Потому что именно они помогают сохранять человечность, а не превратиться в какое-нибудь безумное чудовище.

Аппетит у ведьмачки хороший, вскользь отмечает Йеннифэр, обычно на подобные вещи она внимания не обращает, но сейчас что угодно может указать на все еще сильные ранения Цири, потому чародейка беззастенчиво впивается в нее взглядом, отслеживая все движения. Как сидит, с какой скорость ест, как реагирует на еду, проходится опытным взглядом по забинтованному телу, радуясь, что раны больше не открываются. И заодно припоминает, куда дела тряпки, что пустила на бинты, повязки было бы неплохо заменить, на них все еще виднеется немного запекшейся крови, некоторые из ран ведьмачки закрывались с трудом. Пока колдунья размышляет, полостью погрузившись в свои мысли, Цирилла успевает опустошить почти все миски, чему Йеннифэр необъяснимо радуется. Но сразу же возвращает лицу серьезное выражение, в их случае не до улыбок, потому что уже было понятно, что на Скеллиге затаилось что-то жуткое, что-то, с чем нужно разобраться как можно быстрее. 

- Звало-о-о, - тянет чародейка, задумчиво прикусывая губу. Ее тоже звало на остров, но к счастью, она пока обходится без ран. И все же Йеннифэр сомневается, что на остров их привело одно и то же существо, те силы, которые затащили ее сюда, явно делали это, чтобы она смогла помочь ведьмачке. Йен вздрагивает, будь она сейчас в столице, скорее всего бы не смогла услышать зов, слишком далекое бы расстояние не позволило бы слабому голосу Цириллы просочиться в ее сознание. – Меня тоже что-то влекло на Скеллиге, но не думаю, что мы сейчас говорим об одном существе, та сила, что привела меня сюда, скорее всего, тебя защищала. Даже думать не хочу, чтобы с тобой случилось, останься я в королевстве, - она зябко передергивает плечами, отгоняя плохие мысли. Кошмары мучают ее довольно-таки часто, словно зная, что ее не напугать монстрами, они приходят к ней в виде дорог, обагрённых кровью родных ей людей. А заканчиваются они все одинаково, горой трупов, что укоряющее смотрят на нее пустыми глазницами, словно говоря, что она одна виновата. Йеннифэр с трудом сбрасывает оцепенение, вызванное воспоминаниями о снах, сейчас важно сосредоточиться на поисках, а не предаваться глупым размышлениям о снах. – Нам понадобятся все детали, которые ты только сможешь вспомнить, - мягко просит она, присаживаясь на краешек постели, с которой сама ведьмачка предпочитает встать, - любая деталь сможет помочь, - и Цирилла начинает говорить, действительно стараясь сделать рассказ как можно более подробным.

- Остатки охоты? – предполагает, пристально смотря на ведьмачку, та вздрагивает, хотя и сама, скорее всего, думает о подобном. Перед глазами опять встает та битва, они могли потерять многих, могли погибнуть сами. Кто знает, если это и правда охота, то со временем даже ее остатки, самые трусливые могут придумать что-нибудь крайне неприятное. - Я помогу, не могу позволить тебе еще раз пострадать. Да и этому отребью не место в мире живых, чем бы оно ни было, - кивает чародейка, едва слышно фыркая, неужели Цирилла и правда решила, что она возьмет и пропадет, не для того она ее так долго выхаживала, чтобы вновь в одиночку отпускать сражаться непонятно с чем. – Но еще пару дней мы проведем здесь, - говорит строго, чтобы беловолосая даже не думала с ней спорить. А та уже смотрит недовольно, словно бы не понимая причин для вынужденной задержки. – Надо дать ранам время, чтобы они точно затянулись. Не хочу потом среди леса обрабатывать какую-нибудь открывшуюся рану, - да и тогда сражаться придется еще больше, даже представить сложно, сколько всего сбежится, как только почует кровь Цири. – Так что будем считать, что я твой личный лекарь, который пока что запрещает длительные прогулки, - улыбается Йен, слабо представляя себя в роли лекаря. Она уже и разучилась заботиться о других, все же время, проведенное наедине с самой собой оставляет видимый отпечаток.

Они задерживаются в селении ровно на два дня, на большее Цирилла не соглашается, впрочем, ходит она уже уверенно, от боли не морщится, а значит и правда можно отправляться дальше. На прощание Йеннифэр накладывает на старуху, чей дом они так долго занимали, парочку простых заклятий, сил они не отнимают, а старухе будет чуть легче жить с ними. И оставляет на деревянном столе в избе еще одну горсть монет, потому что так будет правильно, потому что пользоваться чужой добротой, никак не отплатив, в какой-то степени даже опасно, любой сведущий человек может потом спросить у нее, в качестве долга. Хозяйка избы на последок опять просит их уехать, но теперь они вдвоем отмахиваются от ее предостережений. Впрочем, теперь уже самим же жителям острова будет худо, если они его покинут, так и не узнав, что на нем поселилось. На последок они покупают немного припасов, запасаются зельями, и только после этого отправляются в путь. – Веди меня, - усмехается чародейка, пока что передавая бразды правления в руки несостоявшейся императрицы. В какой-то степени Йен даже чувствует себя беспомощно, она редко бывает на островах, плохо их уже помнит, потому чувствует себя слепой. Остается только следовать за ведьмачкой, стараясь не отставать. С легким неудовольствием ощущает разницу в их физической подготовке, даже несмотря на умение Цириллы перемещаться в пространстве, та видимо много ходит, потому что выносливости ей не занимать. Поэтому первой о привале в итоге просит Йеннифэр, но все же пытается выглядеть так, словно бы не из-за усталости она опускается на первое попавшееся бревно.

- Нам нужно отдохнуть, твой организм еще не до конца оправился, нельзя его сразу нагружать, - пытается пропустить в голос заботливые нотки, но по итогу голос остается настолько пропитанным усталостью, что ведьмачка, судя по хитрой улыбке, прекрасно понимает, для чего они остановились. Первое время они молчат, Йеннифэр переводит дух, еще некоторое время, оставаясь сидеть на бревне. После чего подскакивает и протягивает Цирилле флягу, с просьбами набрать воды, сама прикрывает глаза и проверяет, ни затаился кто-нибудь в ближайших кустах, когда точно убеждается, что поблизости нет никого, кто бы смог ночью перерезать им глотки, решает заняться костром. Скидывает пару веток в середину поляны, на которой они остановились, после чего кидает простенькое заклинание, благодаря которому ветки тут же разгораются, забавно потрескивая. К этому моменту уже возвращается и ведьмачка, с наполненными флягами, Йен благодарно кивает и кидает в них еще одно заклинание, в этот раз для очистки воды. Кто знает, как часто в этом ручье кто-нибудь купается или делает еще что-нибудь. – Ты голодна? – спрашивает скорее для того чтобы нарушить затянувшуюся тишину, даже не дожидается ответа, а сразу тянется к мешку и достает прихваченное вяленое мясо. – Такая себе еда конечно, зато сытно, - морщится колдунья. Не сказать, что она была слишком изнежена, ела только в лучших тавернах, или сама превосходно готовила, но все же предпочитала еду более изящную. Едят они молча, а потом Йеннифэр все же предпочитает скрасить вечер беседой. – Позволь осмотрю плечо, - поднимается она с места, и сразу же направляется к ведьмачке, - оно пострадало больше всего, перед новой битвой хочу убедиться, что раны прошли окончательно, - быстро осматривает едва заметный шрам, в очередной раз поражаясь регенерации девушки, после чего отходит от нее.

Йеннифэр неспешно прогуливается по поляне, периодически задавая ведьмачке вопросы, то пытаясь подначить, то просто разговорить. Видит, что Цирилла чем-то озадачена, но сама не спрашивает, может просто задумалась, а может и что-то гложет. Если захочет, то сама расскажет. – Никогда не жалела, что выбрала этот путь? – спрашивает, присаживаясь напротив, больше разглядывает костер, чем ведьмачку, та кажется, пристальное внимание не очень любит. – Сейчас бы могла жить во дворце, развлекаться на балах, может уже бы вышла замуж, - саму Йеннифэр никогда подобные перспективы не радовали, потому и отказала не одному правителю, не видела себя сидящей на троне. Ей куда больше нравилось стоять за ним, но при этом управлять ситуацией. – Наверное, такой образ жизни утомляет, - обводит рукой лес, после чего закидывает ногу на ногу и поднимает пытливый взгляд на ведьмачку, - никогда не хотела другой жизни? – Йеннифэр часто малодушно радовалась, что родилась колдуньей, пожалуй, такая жизнь ей нравилась больше всего. Ее почитали, боялись, уважали. Да, парочку раз устраивали охоту, но это скорее было забавно, помогало разогнать скуку. А вот постоянные скитания по миру, в поисках монстров, ее как-то угнетали. Помнит, пыталась быть рядом с Геральтом, постоянно путешествуя, перебиваясь таким же сухим мясом и флягой с вином, когда-то это даже казалось романтичным, сейчас, признаться честно, немного напрягало, Йеннифэр хотела для себя другой жизни, и, к сожалению, в данный момент, только она сама же и могла ее для себя обеспечить. – Представь, как можно роскошно жить, а ты скитаешься по лесам, - не пытается звучать наставнически, потому что ее слова, ни разу не советы или предостережения, а бесконечные вопросы. Обычное любопытство, желание чуть сильнее понять ведьмачью суть, что же именно постоянно толкает ведьмаков на такую жизнь.

[NIC]Yennefer of Vengerberg[/NIC]
[STA]Умные честно не играют[/STA]
[AVA]https://forumupload.ru/uploads/0010/a8/ca/7990/t983752.png[/AVA]
[LZ1]ЙЕННИФЭР ИЗ ВЕНГЕРБЕРГА, 100 y.o.
profession: чародейка
[/LZ1]
[SGN]Засунь свое предложение a d’yeabl aep arse[/SGN]

0

6

В такие моменты не хочется никуда идти. Единственным желанием сейчас было развалиться на не самой мягкой кровати, поднять руки, вдохнуть поглубже свежий морской воздух, ну а затем… будь что будет. Жизнь, однако, дана нам не просто так, нельзя тратить выделенные тебе часы на такие мелочи, ну или, по крайней мере, не сейчас. У нее появилось призвание, можно сказать – настоящая работа, которую девушка выполняла, отдаваясь полностью. Ей нравилось то, чем она занималась, буквально чуть ли не впервые в жизни чувствовала себя в своей тарелке, и, пожалуй, пока ничего не способно было надломить сложившееся состояние. За те пару дней, которые две женщины провели в домике, Цирилла попыталась восстановить все события того дня, от первого звоночка до того момента, как отключилась. Получился аж небольшой рассказ, который, возможно, попадет в учебники ведьмачьего мастерства.

Все начиналось, как она уже говорила раньше, с какой-то необъяснимой тяги, место будто бы ждало ведьмачку, а его обитатель явно ждал новую гостью. Цири заверяла, что ей очень сложно было искать хоть какие-то подсказки на траве или деревьях. Не было ни крови, не отдельных и четких известных следов, просто небольшая дорожка, уводящая случайного путника все глубже в чащу. Специально или случайно ли, но охотница была обманута своей неведомой жертвой, попалась в ловушку. Она рассказала Йеннифэр, что почувствовала угрозу, когда было уже слишком поздно. Была уверенна в обитавшем в тех местах зле, но, как оказалось, сконцентрированная магическая сила могла быть и вовсе невраждебным существом, порожденным извращенным разумом древних колдунов, но чем-то боящимся, запуганным и, возможно, желающим вернуться домой.

Лес явно отличался от всего того, где приходилось бывать девочке раньше, даже на кривоуховых топях ощущала себя иначе, знала обитателей, знала, к чему примерно ей готовиться. Однако, здесь входила в пучину полной и всепоглощающей неизвестности, таящей в себе неведомые доселе могучие силы. – А за раны мои не волнуйся, на мне все заживает быстрее, чем на зерриканской собаке. – подмигнула наставнице. Они составили небольшой план, основываясь на рассказе Ласточки. Она рассказала и о главном, почему не напала первой, почему позволила нанести удар не только по своему телу, но и по самолюбию. Ей показалось, что из чащи вышел Геральт, хотя что-то в нем отличалось от того ведьмака, которого она помнила. Небольшие детали, вызывавшие сомнение, однако, их оказалось недостаточно, чтобы вовремя понять об опасности. Удар был четким, резким, возможно, в руках у чудища, у существа, а в его физической оболочке Цири была более, чем уверена, был либо острый меч, или лапы его заканчивались бритвенными когтями. Судя по характеру ран, это далеко не василиск или архигрифон, крылатым там трудно было бы развернуться, скорее – что-то размером чуть больше человека, раза в полтора.

Заключили, пришли к выводу, что это явно не остатки Дикой Охоты, не было сопутствующих элементов, холода и запаха разложения. Собрав все подсказки воедино, не пришли к выводу о том, что могло обитатель в лесах. Дабы не потерять горячий след, хотя все же немало времени провели в домике, восстанавливая силы, решили двинуться обратно, опасно приблизиться к месту, где Цири чуть не лишилась сил. Сейчас их было двое, ведьмачка знала, что ей ожидать, какие опасности поджидают на пути, ну а в сопровождении была одна из самых могущественных чародеек этого мира, которая явно не убежит в поля боя, если придется сражаться. – Если мы так часто будет останавливаться, придут другие ведьмаки, и я боюсь, что и они могут угодить в ловушку. – Хмуро ответила Цири, но продолжать спор не стала. Если организм требудет отдыха, то лучше сделать привал, иначе все может обернуться очень даже не в пользу охотниц. Не забыла снять серебряный меч со своего коня, прежде чем отправиться за водой. Тут было красиво, древние деревья, чей возраст измеряется сотнями лет, камни, покрытые мхом, животные, которые вовсе не боятся человека. Нетрудно оказалось найти и ручеек с кристально чистой и обжигающе холодной водой.

Вернулась довольно быстро, заметила, что ее напарница уже успела разбить лагерь. Интересно, сделала ли это сама или с помощью чародейских способностей? Не самый лучший обед в ее жизни, но ведя кочевую жизнь, привыкаешь спать на сене, перебиваться вяленым мясом, собранными своими руками фруктами и водой или вином не самой первой свежести. Когда приближается Йен, ведьмачка, оголяет плечо, стягивая вниз ворот своей довольно свободной блузы. Чувствует прикосновение наставницы, одной из тех, кто искал ее на протяжении долгого времени, одной из тех, кто так много отдавал, не требуя ничего взамен. Хотела была положить свою руку поверх, сказать ей спасибо за все те старания, крепко обнять, но сейчас не самое лучшее время для проявления нежных чувств, как-нибудь потом, а, немного отдохнув после перекуса, следовало потренироваться.

Они вновь встретились на поляне. В руках Зираэль был верный меч, который она успела подточить с помощью переносного комплекта кузнеца. – Не жалела, - уверенно отвечает неудавшаяся императрица, делая первый выпад, плавный и аккуратный. Наставники говорили, что у нее недостаточно сил, чтобы рубить, как то делал Геральт, Ламберт или, например, нелюбимый многими Лето. Но ее преимущество в скорости и хитрости. Цири всегда была настойчива, упорна, бросалась в бой с врагом, превосходящим по силам, таких качеств зачастую недоставало у всех вышеперечисленных. – А что мне мешает, ну, через год или два вернуться во дворец, заявить свои права на престол? – Резко разворачивается вокруг своей оси, нанося рубящий удар. Воздух рассекается с характерным свистом. Будь на этом месте утопец или гуль, голова чудища отправилась бы в полет обратно на материк. – Просто представь, блудная наследница, пышный прием, пир в честь новой королевы! – Шаг, удар, шаг, удар. Меч держала крепко, в обеих руках, как ее учили, хотя со временем поняла, что от устоявшихся правил нужно отходить, когда того требует ситуация. – Не верится? Мне, если честно, тоже. – Развернулась, обращаясь к Йен. Меч свой воткнула в землю так, чтобы получить возможность на него опереться, поставив одну свою ножку на носок. – Я никогда не знала, чего я хочу…

Чтобы добраться до места засветло, нужно было собираться, выдвигаться в путь, потом где-нибудь по дороге переночевать, в местах, наиболее близких к зловещей чаще, а затем выйти снова с первыми лучами солнца. – А ты, не хотела другой жизни? Найти тихое местечко где-нибудь в Ковире или Тальгаре? – Запрягла лошадку довольно быстро, хотя еще пару лет назад ей все это казалось таким утомительным занятием. – Мне всегда казалось, что я приношу пользу, что делаю вещи, способные изменить этот мир к лучшему, пусть и подобными мелочами. Меня явно не хватит на все эти дворцовые интриги, хотя попробовать иногда хотелось бы, частенько думаю о таком перед сном. – Не кривила душой, когда обо всем этом рассказывала. Ведь правда, у нее, в отличие от тысяч человек, был выбор, о котором можно только мечтать. Какая из нее императрица? Зачем ей все это? Ей нравилась свобода: перемещения, слова, действия. Могла сама брать контракты, в тех местах, где хотела это делать, ночевала там, где хотела, останавливалась в тех корчмах, где хотела. – В этих лесах я нахожу себя, здесь мое место и мое предназначение.

Ехали рядом, прислушиваясь и всматриваясь. Не хватало только стать жертвой нападения каких-нибудь бандитов, хотя, с приходом к власти Кэрис, ситуация на островах изменилась в лучшую сторону. Кланы помирились, расцвела торговля, и хотя была боевая мощь была несколько утеряна, грозные моряки все еще оставались непокоренными. – Что нас ждет завтра? – Задает будто бы философский вопрос чародейке, пытаясь получить ответ, которого не существует. Что спряталось в лесах, кто их поджидает, нападет ли оно снова? Слишком много необъяснимого. С собой у них было несколько зелий, способных быстро вернуть владелиц обратно в мир живых, укрепить не только их тела, но и успокоить нервы. Солнце медленно плыло за горизонт, птицы разлетались по гнездам, готовясь к длинной островной ночи. А кони тем временем вывели странниц к новому поселению, находящемуся на границе того самого леса. Им предстояло переночевать в практически покинутом месте. Как оказалось, Цириллу подобрали пахари, направляющейся в соседнюю деревню. Всего пара домов, и лишь половина из них подавала хоть какие-то признаки наличия обитателей.

Местные боялись, это видно по запертым на засовам дверь, даже собаки и те попрятались по своим конурам и будкам. Никто не желал выходить за пределы безопасных, по их мнению, домиков после вступления темноты в свои законные права. Что ж, лишний раз никто не будет доставать. Они заняли хату на самом краю хутора. Когда-то здесь жили люди, вполне возможно, хозяйкой была та сама женщина, оставившая заказ на стене объявлений. О бывших обителях напоминали лишь незакрытые и пустые сундуки, какие-то высохшие травы на полках и несколько бутылок островного эля, явные забытые в спешке сборов. – Даже не представляю, с чем или с кем мы можем столкнуться в дебрях. – Пролепетала Цири, положив голову на плечо Йен. Они развели огонь в печке, наполнили это место теплом, даже сумели приготовить какую-то еду, а теперь обе забрались на кровать, а точнее то, что от нее осталось. Походные вещевые мешки стали отличным матрасом, ну а дополнительно согреваться можно, прижавшись друг к другу. – Но верю, что загадка будет нам по силам. Знаешь, - подняла головушку, всматриваясь в бездонные чародейские глаза, - спасибо тебе за все, я рада, что в мире есть хоть кто-то, кому я не безразлична. – Наверное, немного преувеличила, ведь фактически именно беловолосая решила судьбу множества миров, избавив их от отчаянного страха перед наступлением неизбежного вечного хлада. Каждый был ей чем-то обязан, частичной своей сущности, но пусть это лучше все останется в прошлом, ведь теперь она простая ведьмачка, которая взяла слишком необычный заказ.

[NIC]Cirilla Fiona Elen Riannon[/NIC][STA]Zireael[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/y0rUlSg.png[/AVA]
[SGN]https://i.imgur.com/uMxStU0.gif
[/SGN]
[LZ1]ЦИРИЛЛА, 21 y.o.
profession: Ведьмачка;
[/LZ1]

Отредактировано Hannah Mercer (2021-09-04 21:52:49)

+2

7

Костер приятно согревает, все же на Скеллиге было неприятно находиться не только из-за воспоминаний, все еще задевающих душу, но и из-за погодных условий. Холод пробирается почти до самых костей, останавливаемый лишь огнем и теплой одеждой, Йеннифэр в очередной раз передёргивает плечами, продолжая следить за ведьмачкой. Та, как и в детстве, ни секунды не может усидеть на месте, постоянно двигается, что-то делает. В этот раз Цири тоже предпочла размяться со своим мечом, а не сидеть на нагретом стволе дерева. Плавные движение сразу же выдавали в ней опытного мечника. Но стоило похвалить девушку, в отличии от многих мечников, которые не так и давно обучились своему искусству, Цирилла не пыталась повторять за кем-то, использовать чей-то стиль, наоборот, в оточенных движениях чувствовалась сама Ласточка. Будто бы рассказывала историю своими выпадами, Йен была уверена, что даже смени Цири цвет волос, она бы все равно сразу же бы ее узнала, по одному лишь взмаху меча. И несмотря на идеальную технику, ведьмачка успевала разговаривать с ней, совершенно при этом не путаясь в движениях. Не сказать, что своими речами она сильно удивляет колдунью, мало бы кто поверил, что Цирилла Фиона Элен Рианнон умеет жалеть о собственных решениях. В этом она особенно сильно была похожа на Геральта, может потому они и привязались друг к другу так крепко, что были безумно похожи, а может, наоборот, сказывалось общество ведьмака, и поэтому девушка выросла именно такой. Впрочем, ведьмаки воспитали ее как нужно, с другим характером и меньшим набором умений, нужных для выживания, Цири скорее всего бы не размахивали сейчас мечом недалеко от чародейки, а, вполне возможно, кормила бы нежить на дне какого-нибудь оврага.

Йеннифэр звонко смеется, представляя картину, где уставшая ведьмачка заваливается в тронный зал и говорит, что готова стать императрицей. Даже в ее голове выглядело забавно, и возможно, ей бы хотелось на это посмотреть. – Если когда-нибудь мы окажемся соперниками в гвинте, обязательно загадаю это в качестве желания, - подмигивает колдунья, - просто хочу посмотреть на эти рожи, когда ты заявишь, что готова сесть на трон. Думаю, такая новость бы взорвала все королевства. А вообще, - перестает смеется Йеннифэр, - я рада, что ты не осталась в замке. Может тебе покажется, что я так незамысловато желаю тебе худшей жизни, но мне и раньше казалось, да и сейчас я остаюсь такого же мнения, что тебе не пойдет сытая жизнь, в тепле и в постоянной безопасности, так можно и растолстеть, - усмехается, внешность для нее до сих пор остается сложной темой, все же детские травмы самые въедливые. Да и беловолосую и правда сложно представить в такой роли, словно бы, как бы противоречно это не звучало, она была рождена не для того, что бы сидеть на престоле.

Цирилла говорит, что никогда не знала, чего хотела, Йеннифэр задумывается. На самом деле у нее никогда не было времени подумать, а знала ли она, чего хочет? Мысли получались не особо радужные. В свое время судьбу за нее выбрали родители, и пускай она им безумно благодарна, кто знает, чего хотела маленькая Йенни, может мечтала о другой судьбе. Впрочем, не ей жаловаться на действия родителей, сейчас она красива и влиятельна, а если бы они тогда прислушались к ней? Решили бы поговорить, узнать, чего хочет сама Йен, может сейчас бы она все еще была слишком уродлива и глупа, прислуживала бы каким-нибудь господам и не знала хорошей жизни. О том и думает, пока запрягает лошадь, недовольно морщась, когда животное в очередной раз дергается, не давая ей закончить приготовления. И все же у нее получается совладать с животным, довольно ухмыляется и ловко прыгает в седло. Лошадей Йеннифэр не любила, и те, кажется, отвечали ей взаимностью. Она бы лучше построила несколько телепортов, чем путешествовала на них, но лучше было не оставлять лишних магических следов, поэтому выбора особенно и не было.

Даже не знаю кто кого доведет быстрее, - опять смеется колдунья, вновь и вновь предпочитая скрывать свои эмоции за звонким смехом. – Я тихое место или оно меня. Неужели ты представляешь меня живущей в какой-нибудь избе? Нет, я бы точно заняла местный замок или самый лучший дом, но все же постоянно бы доводила местных жителей, просто от скуки, - в моменты затишья она сильно скучала по Геральту, с ним всегда было весело, казалось, что приключения буквально следуют за ведьмаком, как и за его маленькой копией. – Я считаю, что это все влияние твоего наставника, - отмахивается чародейка, но они определенно обе замечают, как подрагивает голос, когда Йеннифэр упоминает мужчину, - до встречи с ним я не так сильно любила путешествовать. Ну и опять же, осядь я в одном месте, я бы обязательно растолстела, - переводит брюнетка все в шутку, морщась просто от представления себя не с самой привлекательной фигурой. Она скорее просто боялась остаться наедине с собой, выбери она одно место для житья, в какой-то момент определенно бы закончились даже самые банальные дела, и тогда бы пришлось поговорить с самой собой, узнать, что таится внутри. А к этому чародейка все еще не была готова. Боялась саму себя, глупо и смешно для столетней ведьмы, но ничего не могла с собой поделать.

- И правда, - кивает чародейка, - даже представить страшно что было бы с людьми, не существуй ведьмаков, - она еще сильнее закутывается в шубу, запрещая даже думать о мире, в котором не существует людей, способных дать отпор любому чудовищу. – Знаешь, - тянет Йеннифэр, закидывая голову к верху и слишком пристально разглядывая пролетающих птиц, только бы спутница не поняла, что тени, мелькающие в глубинах глаз, не отражение кружащих над ними птиц, а ее эмоции, что всё пытаются выбраться наружу, - будь у меня ребенок, я бы хотела, чтобы он стал ведьмаком. Потому что, тогда бы я точно была уверена, что он выпутается из любой ситуации. Ты тому прямое подтверждение, - опускает голову обратно в сторону Цириллы, - я рада, что они смогли достойно тебя воспитать. Несмотря ни на что, в этом мире уже никогда не будет спокойно, и я рада знать, что ты способна дать отпор кому угодно, так я точно буду знать, что ты жива, - вновь возвращает свой взор на окружающие пейзажи. Йеннифэр всегда боялась связываться с другими людьми, потому что, несмотря на характер, быстро привязывалась к ним, а потом постоянно переживала, если они долго не выходили на связь. С ведьмаками такого не случалось, наверное, поэтому глубоко в сердце больше всего любила их компанию. Точно знала, как далеко бы они не забрались, выживут, смогут.

Чем ближе приближались к границам леса, который должны были посетить уже завтра, тем неспокойнее становилось колдунье. А вдруг что-то пойдет не так? Не сможет помочь, подставит Цириллу. Ведь ее собственные способности в боях не так полезны, ей часто не хватает реакции и физической подготовки. Она слишком привыкла полагаться на магию, главное, чтобы она не подвела. Цирилла словно бы читает мысли, спрашивает о том же, что волнует чародейку. – Не знаю, - качает головой, - главное выжить, - пугает себя собственными же словами. Звучит так обреченно, словно они идут на верную смерть. – Мы победили дикую охоту, неужели мы не справимся с ее жалкими остатками, ну или чем-то другим, - вдруг уверенно говорит Йеннифэр, понимает, что сейчас важно приободрить и себя и свою спутницу, чтобы вера в собственные силы не покинула их в самый не подходящий момент. – Ты дитя старшей крови, сильная ведьмачка, воспитанница Геральта, возможная императрица, ну а я Йеннифэр из Венгерберга, у этого существа просто нет шансов против нас, - говорит уверенно, рассматривая покосившиеся дома деревни, к которой они приближались.

Ломиться в чужие дома не стали, запертые ставни, пустые дворы прямо указывали, что их ни за что не пустят на порог. А они слишком выдохлись, чтобы еще и спорить с оставшимися людьми, поэтому заняли пустующую избу, продуваемую со всех сторон. Место было совсем не располагающим ко сну, но чародейку так вымотала дорога, что она смогла бы уснуть даже на промерзшей земле. После того, как они развели огонь в печи, стало немного теплее. Ну а после того, как уселись на остатки кровати, тесно признавшись друг к другу, так и вполне себе сносно. Они медленно разговаривали, разморенные едой и дорогой, речь была медленная и тягучая, но все же поговорить хотелось, кто знает, будут ли они еще когда-нибудь сидеть вот так, близко друг к другу. – Так будет всегда, - проводит рукой по щеке девушки, даря, непривычную для самой себя, ласку. Несмело улыбается, а в глазах невысказанное обещание, которое Цирилла, Йеннифэр в это верит, понимает и без слов. Пускай она и не всегда телесно рядом с Ласточкой, но стоит ей только прошептать, как чародейка тут же окажется рядом, готовая, что угодно сделать для этой девушки. Перед сном протягивает ведьмачке укрепляющее зелье. На всякий случай, оно точно поможет организму, если он вдруг еще не до конца оправился, да и завтра Цирилла будет чуть бодрее, чем обычно. Небольшой запас сил ей точно пригодится. После того, как убедилась, что девушка выпила зелье, накинула защитные чары, и немного подумав, докинула еще согревающие. Не забыв ворчливо отметить, что Скеллиге совершенно не создан для того, чтобы на нем жили люди. И все же, несмотря на ворчание, в сон провалилась моментально. Снилась ей полнейшая ерунда, которая все же заставила чародейку испуганно подскочить еще до зари. Перед глазами все еще стоял сон, в котором она безрезультатно пыталась догнать все время убегающую от нее ведьмачку. Та не слушала наставницу, бежала все глубже в лес, к чему-то страшному, а Йеннифэр словно бы не шла даже, ползла, чувствуя, что не успевает.

Едва солнце начало подниматься, растолкала недовольную Цири. – Вставай, все равно сон в этих землях плохой, - настроение у нее после собственных сновидений, было ужасное. Неприятное чувство засело где-то в груди и отказывалось покидать чародейку. Завтракали они в тишине, только поглядывали друг на друга, понимая, что бесконечно кусок мяса жевать не получится, и все же придется вставать и идти в лес. – Лошадей здесь оставим, попробуем пройти по кромке леса, следы поискать, может увидим что, - говорит уверенно, что и сама часто охотой занимается, но все же посматривает на спутницу, вдруг ей что-то в плане не понравится. – Думаю, нам не обязательно за сегодня уже устранить это существо, можно для начала просто пособирать зацепки, чтобы понять, с чем мы столкнулись, а потом вернемся сюда. И уже обсудим план по уничтожению. Может придется просить помощи, лучше точно рассчитать наши силы. Прошу, не лезь в драку, лучше вначале точно убедимся кто именно перед нами, - а перед глазами опять чертов сон, только бы он не стал реальностью. Но Йеннифэр уверена, что Цири достаточно умна, чтобы не поступить также опрометчиво, как в ее сне.

К лесу они двинулись вновь молча, каждая думала о чем-то своем, но все же обе кидали обеспокоенные взгляды в лесную чащу. Уже на подходе к краю леса Йеннифэр почувствовала ужасающую энергетику, она пугала, отталкивала от себя. Словно бы заставляла повернуть назад, но они с Цири только переглянулись и смело шагнули на лесную границу. Лес был не рад вторжению, но пока не пытался им помешать. В его глубине назревало что-то ужасное, и оно уже наблюдала за двумя девушками, что осторожно ступали по самой границе, въедливо рассматривая каждый куст. Они перебрасывались редкими фразами, собранные и готовые к сражению. Напряжение никуда не уходило, наоборот, наседало все больше. – У меня такое ощущение, что оно не такое уж и страшное, просто умеет правильно управлять нашими эмоциями, - задумчиво тянет колдунья, с трудом подавляя очередной приступ ужаса. Она точно уверенно, что это не ее настоящие эмоции. Она никогда не была трусихой, не визжала даже из-за самых мерзких монстров. - Может и сил в нем не так много? А оно просто смогло внушить тебе мысли о том, что ты не справляешься? - идея кажется неплохой, но память услужливо подсовывает израненное тело ведьмачки, слабое существо не смогло бы ее так избить. Значит ли это, что оно и в самом деле так сильно, или же дело в чем-то еще.

[NIC]Yennefer of Vengerberg[/NIC]
[STA]Умные честно не играют[/STA]
[AVA]https://forumupload.ru/uploads/0010/a8/ca/7990/t983752.png[/AVA]
[LZ1]ЙЕННИФЭР ИЗ ВЕНГЕРБЕРГА, 100 y.o.
profession: чародейка
[/LZ1]
[SGN]Засунь свое предложение a d’yeabl aep arse[/SGN]

+1

8

Самая темная часть ночи обычно перед рассветом. В этом Цири убеждалась многократно, просыпаясь от непонятных шорохов, дежуря часами напролет в своей походной палатке или попросту встречая рассвет, ведомая бессонницей. Всего лишь маленькая девочка, которая прожила на этом свете меньше двадцати двух зим. Кто она такая? Какое место занимает в мире? Неужели на ее хрупкие плечи снова ложиться такой тяжелый груз ответственности, как ложился однажды. Что ж, вызов принят, Цирилла не из тех, кто отступит, не из тех, кто испугается проблем. Она решительная, смелая, местами даже излишне самоуверенная, но такая настоящая. Возможно, не знала, чего именно хочет от своей жизни, но занималась тем, что было ей по душе. Вот и сейчас, пусть у них нет кроватей, которые стоят обычно в спальнях господ или лучших городских борделях. Пусть домик, в котором они ночуют, продувается всеми ветрами, но они явно не охотились за королевскими удобствами. Достаточно было того, что имели, и главное – не потерять это. Цирилла лежала, плотно прижавшись спиной к Йеннифер. Огонь, разведенный в старой печи, практически не согревал, в отличие от тепла, исходившего от чародейки. Между ними настоящая пропасть, восемь десятков зим разницы в возрасте, да и опыта у темноволосой было куда больше, в десятки раз больше. Причем касательно практически всех сфер жизнедеятельности, начиная от дворцовых  интриг, заканчивая любовью и постелью. Интересно, сколько бы людей сейчас хотело оказаться на месте седоволосой ведьмачки, вот так просто лежать под одним покрывалом с одной из  самых красивых женщин на этом свете.

Цирилла касается внешней стороной ладони щеки своей наставницы, подруги,  той, что преодолела пространство ради неотложной помощи. Сделала это, перевернувшись к ней лицом, ощущала мерное дыхание заснувшей чародейки, в то время как сама ведьмачка почувствовала на своем лице улыбку. Что это? Неужели проблески уверенности в том, что завтра у них все получится, либо внушение, ставшее результатом нескольких зелий, бережно выпитых перед сном. Пора спать, для выполнения контракта нужны силы,  Цирилла знала это много лучше других, отдохнувший организм куда быстрее воспринимает информацию, обрабатывает ее, принимает решения, от которых может зависеть жизнь. Ее глаза сомкнулись, а душа и тело отправились в путешествие  по мирам грез. Куда занесет девочку  в этот раз, явится ли к ней снова образ того незнакомца, того высшего, без всяких сомнений,  существа, что живет отшельником в своем погибающем мире. Кто виновен в этой гибели, неужели люди? С каждым разом появлялось все больше вопросов, Цири буквально сама придумывала себе новые проблемы, при этом оставаясь неспособной их решить. Действовать следовало последовательно, шаг за шагом приближаясь к разгадкам, таившимся за ширмой неизвестности.

Она снова идет, чувствует, что при ней только один меч, сражаться можно и им, ничего страшного, если честно, несколько раз даже думала о том, чтобы с помощью магии, алхимии и прочих наук соединить воедино свойства обычного меча и серебряного. Как было бы удобно – универсальное орудие, которым сражаться можно как с нечистью,  так и людьми, решившими встать на пути у  ведьмака. Но сейчас речь не об этом, она идет вперед, делает аккуратные шаги, оборачивается при каждом новом. Казалось, приближается к лесу, вот только выглядел он несколько иначе. Да и окружение стало не простым, превратилось в диковинную смесь мира настоящего, того, что виден на островах Скеллиге, с тем, что явился взору девушки в бреду несколькими днями ранее. Стиралась сама граница фантазии и реальности, будто бы художник своими неаккуратными движениями, кисть, сделанной из конского волоса, смешал несколько  красок, родив новый оттенок. Звезды, спутники, которых Цири не знала, травы и деревья, все  похожие на те, которые росли в округе, но с новыми, не присущими данным видам чертами. Ускорялась, ее будто бы что-то звало,  влечение шло откуда-то изнутри, сама понимала, что необходимо двигаться вперед, все дальше и дальше, но что ей явится в конце пути, что будет  итогом?
Снова он. Виднелся вдалеке, стоящий в пол-оборота,  он будто бы заранее знал, что к нему явится гостья, посетительница, был готов к этой новой встрече, ведь две предыдущих окончились не очень удачно. Он всматривался вдаль, находясь на опушке леса, поднимал свою голову к небесам, не показывая лица. Ведьмачка испытывала недоверие, предполагала, что все это может быть лишь ловушкой ее собственного разума,  но продолжала двигаться, а ее рука теперь оказалась на навершии клинка, готовая в любой момент извлечь его из ножен. Сделала еще несколько шагов, прежде чем решила сказать свои первые слов. – Кто ты? – Этого вполне хватило, чтобы не только привлечь внимание  диковинного создания, но и мгновенно вспугнуть его. Видела, как повернулась его голова, видела пару (или несколько пар) буквально горящих глаз, но больше -  ничего, никакой приметы, ни одной зацепки. Из рассказов своего наставника знала о демоне, способном путешествовать во снах. Господин Зеркало, так его звали, мастер заключения сделок, из которых победителем выбирается лишь он один, игрок судьбами простых смертных, был навсегда изгнан из мира живых. А что если он решил вернуться? Нет, вряд ли, сделал бы это совершенно иным способом. Ласточка чувствовала здесь д ругой спектр эмоций, среди которых было одно – до боли знакомое, простой страх. Оно боялось, именно поэтому старалось отгородить себя от влияния рода человеческого.

Мир вокруг начал складываться, будто бы деревянная паллета под тяжестью груза. В два, в четыре раза, все ближе и ближе, горизонт приближался с немыслимой скоростью, в то время как небо стремилось воссоединиться с матушкой землей. – Вставай, все равно сон в этих землях  плохой. – Что это? Голос знакомый, даже очень, Зираэль последний раз поднимает голову наверх, прежде чем… открывает глаза. Это всего лишь сон, очередной  странный кошмар (?). Нет, вряд ли сновидение можно было бы назвать ужасным, скорее непонятным. Цирилла потягивается, отказываясь осознавать то, что находится в реальном мире. Но солнечные лучи и запах мяса  довольно быстро возвращают ее обратно. Поленья превратились в черные угли, от которых уже несколько часов как не было никакого тепла, в следующий раз надо будет заставить себя проснуться, чтобы подложить топлива, дабы не окоченеть. Спать на островах без хотя бы части верхней одежды – настоящее самоубийство. Да и утром довольно удобно – проснулся и уже одетый. – План по уничтожению.- Повторяет девочка со шрамом, будто бы сомневаясь в только что сказанных словах. – Знаешь, я уже уверена, практически полностью, что  мы столкнулись с чем-то опасным, но  не имеющим никакого отношения к Охоте. – Ощущала себя одной из первых ведьмаков. Они в свое время так же сталкивались с тварями, не имея никаких записей, сами делали заметки касательно поведения, слабых мест, зелий и масел, которые следует использовать в бою. Метод проб и ошибок, он стоил жизни множеству борцов с нечистью, не хотелось бы, чтобы Цири стала одной из них. Будут действовать крайне аккуратно, а в случае необходимости можно обратиться… в этом мире еще остались и другие чародейки, опытные маги, друиды,  те, кто может обладать хоть какой-нибудь крупицей ценной информации. Да и отказываться от заказа иногда приходится, если риск неоправданно велик.

Личное оружие заточено, ну а много брони Зариэль никогда не носила за ненадобностью. Ей шли легкие доспехи.  Неспособные защитить от удара цвейхендера или краснолюдского молота, они не сковывали движений, ведь Ласточка всегда делала акцент на проворстве, скорости и мастерстве. Да и кто ей мешает, в конце концов, во время боя несколько раз перемещаться в пространстве, дезориентируя врага? Делала так практически постоянно, чуть ли не смеялась, когда на ее пути возникала очередная малочисленная шайка бандитов. Говорили что-то про деньги, про то, что изнасилуют ее и убьют, либо наоборот в случае отказа. Особенно ей нравилось смотреть на лица остальных, после того, как она со своего коня мгновенно перемещалась за спину самому говорливому, обнажала свой меч и прокалывала бедняжку насквозь. В большинстве случаев отделывалась малой кровью, но ее наставник бы, в подобных ситуациях, укладывала бы абсолютно всех.  Цири действовала иначе, ее небольшое представление обычно производило впечатление на остальных головорезов, которые  предпочитали быстренько разбежаться, побросав свое оружие. – У него достаточно сил, чтобы обмануть мой разум, а затем еще и несколько раз являться во снах. – Суховато отвечала девушка, двигаясь подле чародейки. Сейчас они просто приближались к месту, не  чувствуя никаких особенных изменений. Обычный лес, несколько тропинок, поля по правую руку, с виду так все идеально, хотя ощущения бывают крайне обманчивыми.

- Один раз я спала, между прочим, довольно далеко. – Она оборачивается к напарнице, проходя несколько шагов полубоком. Подойдя чуть ближе к началу чащобы, приседает на одно колено, чтобы изучить следы, но видит всего два набора. Один принадлежит какому-то диком зверю, парнокопытному, может, небольшому островному оленю, а другой – чудищу, но небольшому. Накер, не иначе. Пригодится масло против огров, хотя с одиноким накером можно разобраться даже голыми руками, чего не скажешь о цели визита. – У меня возникло такое ощущение, хотя я не совсем в этом уверена, что оно хочет со мной связаться, может, что-то передать или сказать, но не может сделать это привычным способом. Не из мира сего, как сказал бы наш общий знакомый. – Девочка делает первый шаг в направлении густого леса, первый из множества, оборачивается, чтобы поманить за собой Йеннифер. – Ну что, ты идешь, или так и будешь любоваться крестьянскими посевами? – И в тот момент, когда солнце начало все чаще скрываться за зелеными кронами, произошло какое-то изменение. Если игнорировать это, оно уйдет, это дурацкое ощущение собственной беспомощности. Обстановка действовала угнетающе, ведьмачка чувствовала упадок сил, но при этом какое-то легкое возбуждение от прикосновения к неизведанному.

- В тот момент в моей голове было слишком много мыслей, я не знала, как реагировать. – Продолжала свой рассказ Цирилла, двигаясь немного впереди. Она все еще не обнажала меча, поступая в точности так, как делала это в своем сне. – В голове моей была лишь одна идея – прибыть на место, уничтожить существо, терроризирующее людей, получить награду, а что если он прочитало во мне эти позывы? – Вопрошающе оглядывается на чародейку, которую эти странные девичьи бредни, возможно, даже немного выводили из себя. – Решило защититься, вполне адекватная реакция! Я бы поступила так же. Если мне  хотят нанести ущерб, бей первой, демонстрируй свое превосходство, защищай себя всеми возможными способами. Поэтому в этот раз попытаюсь подойти с другой стороны, не как наемница, убийца и племянница Краха ан Крайта, но как та, что способна выслушать,  но если не поможет. – Цири будто бы в шутливой форме продемонстрировала руками те самые чародеичьи штуки, при помощи которых Йеннифер из Вергенберга вызывает свои умопомрачительные молнии, сражающие врагов. – Придется  справляться своими силами.

Деревья становятся будто бы знакомыми, не то, чтобы девочка раньше тут уже проходила, но сам лес изменился, стал несколько другим. Где-то определенно точно уже видела все эти хитрые переплетения, странные узоры на стволах, листья, которые будто бы лишними и диковинные цветы, напоминавшие самобытные армюры роголистника, феаинневедда и дикого лотоса. Это место обладало необыкновенной силой, было чуть ли не настоящим источником, не зря существо решилось гостить именно здесь, хотя вполне вероятно, что именно оно наполняло своими флюидами все окружение, заставляя обстановку видоизменяться. Нет, сто процентов знакомые стволы. Кажется, уже здесь в прошлый раз у нее случился первый приступ, в тот момент ей показалось, что на нее напали, но сейчас держалась относительно спокойно, однако, видела сомнения на лице своей спутницы. Сделала несколько шагов назад, развернулась и поравнялась со своей наставницей, крепко взяв ту за руки. – Расслабься, нам не придется сражаться, думай о чем-нибудь хорошем, и тогда мы узнаем всю правду. – В подтверждении своих слов она без задней мысли оставила след своих губ на щеке могущественной чародейки, а затем снова побрела в сторону логова. Впереди ее ждала одна из самых интересных встреч в ее жизни, встреча, которая запомнится на все оставшиеся годы, станет, возможно, локальной легендой, если только в живых останутся чародейка и ведьмачка, способные легенду эту вынести целой  и невредимой из непроходимой чащи, в которую зашли по собственной воле.


[NIC]Cirilla Fiona Elen Riannon[/NIC][STA]Zireael[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/y0rUlSg.png[/AVA]
[SGN]https://i.imgur.com/uMxStU0.gif
[/SGN]
[LZ1]ЦИРИЛЛА, 21 y.o.
profession: Ведьмачка;
[/LZ1]

Отредактировано Hannah Mercer (2021-09-04 21:53:10)

+2

9

- Во снах? – недовольно морщится чародейка, думая о том, что это совсем плохо. Даже за всю свою жизнь она встречала не так уж и много существ, которые могли легко разгуливать по сознаниям других людей. Нет, конечно, чаще всего сознание человека слабее всего именно во время сна, ведь мало кто постоянно держит ментальные блоки, но существ, которое могут заниматься подобным на расстоянии, Йеннифэр не встречала давно. Много лет назад она видела чудовище, что называли безымянным. Оно могло принимать чужие облики, проникать в чужие мысли. Безымянных боялись, и не так, как обычных монстров, намного сильнее, многие верили, что про них нельзя говорить в слух, некоторые боялись даже думать про них. – Я встречала подобных всего раз, Безымянные, - произносит чародейка и чувствует, как по телу проходит неведомая сила. Неужели и правда оно? – их давно истребили, как мне казалось. Охота тогда развернулась нешуточная, удивительно, если выжил кто, - чародейка бы и дальше стояла на кромке леса, опасливо вглядываясь в темноту, но Цирилла все же решила идти вглубь.

- Иду, куда я денусь. Хотя, виды здесь прекрасные, для всяких уродцев, которые в лесу живут, так точно, - мягко усмехается, проверяя защитные чары, совсем слабенькие, чтобы не расходовать лишний раз силы, но все же от первого удара защитят, а дальше они уже смогут сориентироваться и, если будет нужно, напасть в ответ. И все же в лесные владения вступает с неприятным ощущением, которое редко покидало ее после встречи с Цири. Ощущение давит, это не страх, скорее предупреждение, им говорят уйти. Но Йен не согласна, если это и правда то существо, о котором она думает, им лучше будет его найти. Для ведьмачки новый опыт, для нее редкие ингредиенты для зелий. Да и людям помогут, хотя, последнее колдунью заботило мало, в конце концов это не ее обязанность. Но часто люди считали по-другому, пытались призвать чародейку к исполнению обязанностей, Йеннифэр во время таких разговор поступала так, как сделала бы ведьма, насылала на людей что-нибудь неприятное, чтобы неповадно было такое говорить. – Мерзкое чувство, - передергивает Йен плечами, неустанно следя за любыми движениями, происходящими в лесу, - словно бы оно и дальше продолжает следить за нами, наслаждается, мерзавец.

- Одна мысль, значит? – удивляется чародейка, будь они немного в другой ситуации, она бы обязательно съязвила что-нибудь касательно этой фразы. Но сейчас обеспокоенно прокручивает ее в голове вновь и вновь. – Внушение? – размышляет вслух, о безымянных она слышала непозволительно мало, раньше не особо ими интересовалась, а потом их вроде как всех истребили и больше не приходилось о них вообще думать. В деревнях тогда долго кутили, отмечая исчезновение «дьявола», как его называли почти все крестьяне. Вскоре безымянными только пугали детей, никто уже не интересовался чудовищем, что кануло лето. – Слишком быстро мы о них забыли, - недовольно отмечает колдунья, досадуя, что никогда сильно не интересовалась монстрами. Ей всегда были ближе дворцовые интриги, а не чудовища, способные гипнотизировать людей. – Могло и правда прочитать, - соглашается с Цириллой, внимательно слушая размышления своей спутницы. – И все же это не повод тебя убивать, - злость вновь охватывает колдунью, стоит только вспомнить израненное тело ведьмачки, которое она едва успела спасти. – Пусть оно и защищалось, но если у него хватило на это мозгов, то могло бы и просто тебе что-нибудь внушить, - Йеннифэр понимает, будь она на месте чудовища, поступила бы также, убила бы того, кто вторгся на ее территорию, но, когда дело касается родных людей, у чародейки всегда срывает чувство справедливости. И в этот раз она готова обвинить весь мир, вывернуть ситуацию как угодно, в конце концов оно просто чудовище, которое может быть и не заслуживает жизни. И стоит последним мыслям пронестись в голове, как тут же перед глазами вновь возникает недавний сон, теперь все складывается, монстр пытается ее запугать, и тот сон был послан им, теперь он просто напоминает, что колдунья, не смотря на ее мнение, не всесильная, и защитить их обеих будет трудно.

Несмотря на то, что в лесу жило нечто, сам лес был наполнен прекрасной магией, которая буквально ластилась к рукам чародейки, казалось, захоти она сейчас щелчком пальцев убить то, что здесь жило, вся магия леса бы помогла ей. В какой-то момент малодушно захотелось сделать именно так, даже если пострадает часть леса, но в глазах Цириллы было столько нетерпения и желания во всем разобраться, что Йеннифэр оставалось только бессильно сжимать кулаки и думать о чем-нибудь не особо кровожадном. В конце концов это задание Ласточки, она здесь скорее в качестве наблюдателя и помощи на крайний случай, поэтому стоило позволить девушке разобраться со всем самостоятельно. – Думаю, - нарушает она молчание, - что если это и Безымянный, то он скорее всего не осознает, что делает, учитывая ту охоту, что велась за ними, выжить могло только их дитя, а значит оно необученное и действует скорее инстинктами и рефлексами, чем действительно осознавая свои действия. Это может неплохо нам помочь. Без должны тренировок он долго не продержится против нас, - пыталась мыслить не так враждебно, но получалось слишком плохо. Цирилла тоже заметила волнение, не сходившее с лица, поэтому подошла максимально близко, и взяв за руку, как когда-то в детстве, аккуратно поцеловала в щеку. Горячие губы придали сил, напомнили ради чего и кого она здесь. Тело непроизвольно расслабилось, перестало ожидать нападения каждую секунду, но мозг все же отказывался признавать эту ситуацию нормальной. Интерес в глазах девушки был слишком явственным, она так горела собственной идеей найти то, что на нее напало, что Йеннифэр испугалась, что на Цириллу все же успели наложить внушение. Беглые чары подсказали, что с ментальным здоровьем у ведьмачки все хорошо. Просто природное любопытство, на этих мыслях чародейка усмехнулась. Было бы глупо ожидать от Цириллы другого, учитывая, что ее воспитывал ведьмак, всегда бывший затычкой в любой бочке, да и она ушла от Геральта недалеко, тоже постоянно и во все влезала, правда это чаще касалось сплетен, но все же, они оба были слишком любопытны.

- Думаешь после длительного одиночества оно захочет поболтать? – прекрасно понимала, что скорее всего оно и правда их не убьет, но кто знает насколько малыш смог продвинуться в собственном обучении. Может быть, пока она считает его туповатым, он на деле самостоятельно разобрался со всем, что ему досталось от предков и теперь заманивает их в тщательно подготовленную ловушку. Причем мысли о ловушке начали мелькать в голове уже давно, еще когда они двинулись вглубь леса, вроде бы сами брели в неизвестном направлении, но в тоже время периодически возникало ощущение, что они по тщательно спланированному маршруту, на дорогу ни разу не выскочило даже мелкой нечисти. Наоборот, лес жил и дышал свободно, придавая сил. Безымянный словно бы показывал, что настроен к гостьям дружелюбию, но Йеннифэр лучше многих других знала, как легко разыграть подобное дружелюбие, они не были застрахованы от того, что это просто на просто спектакль, где они по воле случая оказались главными актрисами.

В какой-то миг вокруг все будто бы замерло, затихли все звуки, а они вышли на поляну, идеально выстриженную, словно бы здесь жил трудолюбивый крестьянин. Посредине горел костер, огонь которого из-за солнца еще не сильно бросался в глаза, и больше ничего не было. Но в тоже время ее теперь не покидало ощущение, что оно где-то совсем рядом. На рефлексах выскочила вперед Цириллы, придерживая ту от резких движений. Хмурый взгляд ведьмачки чувствовала даже спиной, но ничего не могла поделать, желание защищать вырвалось бессознательно. Об обещании, данном еще совсем недавно, Йеннифэр помнила хорошо, но пальцы все равно начало покалывать от сдерживаемых молний. Она была готова к сражению, но пыталась не допускать этих мыслей в голове. Думала на отстранённые темы, пару раз даже попыталась соврать, что жаждет познакомиться с владельцем поляны. Зашуршали ветви деревьев, словно смеясь над враньем чародейки. – Ну же, покажись, - пока еще не кричит, просто просит, но лес и существо, которое в нем прячется, остаются безмолвными. – Мы просто хотим узнать, кто ты, - объясняет причину, по которой они пришли – Ты сильно ранил мою спутницу, думаю, если ты и в самом деле безвредный, то тебе стоит показаться и извиниться, не думаешь? – говорит как с ребенком, вспоминая те беспечные деньки, когда Цирилла была еще совсем маленькой, и Йеннифэр говорила и с ней подобным ласковым тоном, ограждая от импульсивных действий.

Ответа они так и не получают, тогда колдунья кивает на деревья, поваленные около костра, предлагая присесть. – Как думаешь, есть смысл ждать, или пойдем дальше? – она и сама понимает, что дальше идти скорее всего бесполезно. Они сейчас примерно в середине леса, в его сердце, в самом безопасном месте, если чудовище все еще в лесу, то оно определенно прячется где-то поблизости, потому что, уходя в любую из сторон, у него намного больше шансов нарваться на людей. – Я не чувствую враждебной энергетики, оно словно бы успокоилось, ну или же просто выжидает, - не позволяет Йен себе полностью расслабиться. Не понаслышке знает, что такое, правильно подобранный момент, иногда нужно было всего на несколько часов дольше посидеть в ближайших кустах, чтобы потом без лишних проблем отрубить голову какому-нибудь чудовищу. Да и с людьми этот метод работал безотказно, стоило просто кинуть пыли им в глаза, заставить поверить, что поблизости ее нет, как окружающие тут же расслаблялись, и именно этот момент всегда был идеальным для нападения. – Может и правда стоит просто поговорить, - задумывается колдунья. – Но я сильно переживаю из-за его умений влиять на наши мысли, знаешь, в данный момент я не доверяю даже сама себе, - подвигается чуть ближе к своей спутнице. Тепло чужого тела напоминает, что все хорошо, что пока они еще в относительной безопасности. Особенно спокойно становится, когда она понимает, что рядом не кто-то посторонний, а ее Цири. Бесстрашная ведьмачка, властительница времени и пространства, та, которой Йеннифэр готова доверить свою жизнь.

[NIC]Yennefer of Vengerberg[/NIC]
[STA]Умные честно не играют[/STA]
[AVA]https://forumupload.ru/uploads/0010/a8/ca/7990/t983752.png[/AVA]
[LZ1]ЙЕННИФЭР ИЗ ВЕНГЕРБЕРГА, 100 y.o.
profession: чародейка
[/LZ1]
[SGN]Засунь свое предложение a d’yeabl aep arse[/SGN]

0

10

Кроны древних деревьев мерно покачиваются, нашептывая свою историю. Им нет дела до того, что происходит на земле, они тянутся наверх, как можно ближе к солнцу, чтобы получить свою порцию  теплоты и света. Они не замечают двух девушек, прогуливающихся вдоль массивных стволов. Это похоже на прогулку, ведь они так часто смотрят по сторонам, подмечают детали, складывают части головоломки в единое целое, вот только пока еще не смогли сделать окончательных выводов. То, с чем они столкнулись, обладало колоссальной силой, способно было воздействовать на человеческое сознание, появляться во снах,  меняя содержание происходящего, в то время как человек наслаждался крепким забытьем.  Такого пока не описали ни в одной книге. По крайней мере, ни в одной книге, знакомой Цири. А прочитала она их предостаточно. Все началось довольно давно, в Каэр Морхене, в больших залах с огромными шкафами. Помнила, как трудно было добираться до самых верхних полочек, обычно там содержались редкие экземпляры книг, чуть ли не единственные в свое роде. Любопытство всегда было сильнее всяких внутренних ограничителей, Цири несколько раз вкарабкивалась наверх, даже без помощи  специальных лестниц, она доставала трактаты, некоторые из которых были написаны на непонятных девочке языках. Спускалась вниз, к деревянным столам, раскладывала все сокровища, принимаясь рассматривать. Даже любоваться картинками порою было крайне познавательно и интересно. Часто ей запрещали это делать, ссылаясь на то, что некоторые вещи слишком рано узнавать не следует, но плевать хотела на все гласные и негласные правила, придуманные этими ведьмаками.

Она другая, она отличалась от всех, с кем Весемиру приходилось иметь дело. Настырная, своевольная, но очень способная малая. Она часто действовала не так, как то предписывали  ведьмачьи норм, порою даже ставила под угрозу не только свое здоровье, но и здоровье своих учителей, чему те были не очень то и довольны. Но она росла, а вместе с годами приходили силы. Вскоре ведьмаки поняли, что сдержать Цириллу просто невозможно. Она настоящий ураган, торнадо, сильнейший ветер со Снидхалля или Хиндарсфьялля, заключенный в человеческую оболочку. С ее мнением приходится считаться, а сил даже побаивались, ведь никто не знал предела возможностей. – Я читала что-то о безымянных, - нарушает тишину Ласточка. В ее памяти отложились десятки, нет, сотни образов различных монстров всех форм и обличий, от больших до маленьких, от тонких до самых жирных, но вот безымянные оказались где-то в  самых глубинах сознания,  достать откуда их будет не так просто.  – Я помню одну зерриканскую книгу, автора, - пришлось сильно напрячься, чтобы вспомнить фамилию этого, наверняка, достопочтенного господина. – Саира Хакана, может, слышала о таком, он жил, когда нас еще на свете не было, три сотни лун тому назад. – Дорожка буквально вела их все ближе к опушке, очертания которой стали проглядывать сквозь расступавшиеся торсы и ветви. – Испытываю недоверие к тем, кто пишет о существах, ни разу на них не охотясь, но он утверждал, что в доме по соседству поселился Безымянный. – Вскинула руку, проведя по волосам и подозрительно хмыкнула, завершая свою мысль. – Хотя чаще всего это  простые допплеры. посуди сама, ведь люди  говорят о смене облика, а это вернейший признак. – С кем бы они ни столкнулись в этот раз, это точно был не векслинги или бедняр.

Костер, красные языки которого безмятежно играли среди пожелтевшей листвы, первый признак обитания разумных существ. Кажется, ведьмаки не брали на тех, кто обладал крупицами рассудка, но как быть с монстром, терроризирующем окрестности, пусть он даже и умен, изворотлив и даже отчасти хитер. Наверное, самым логичным вариантом в этой ситуации станет его обнаружение, а затем развернутый доклад тем, кто должен вершить правосудие в этих краях, правящему клану. Пусть они присылают сюда своих ребят, сами договариваются, вот только что-то подсказывает, что из подобной затеи вряд ли что-то выгорит. Если оно так умело играет с разумом двух довольно сильных представительниц слабого пола, среди которых одна профессиональная охотница на нечисть и сильная чародейка, то представляется, что станет с горсткой местных солдат, что привыкли на абордаж брать вражеские суда, ничего не понимая при этом в колдовстве и не отличая обычного грифона от архигрифона. Цири сделала несколько простых выводов из того, о чем мимолетом подумала: простая и верная смерть. На такое она обречь людей попросту не могла, поэтому твердо решила, что справится в напасть самостоятельно (ну или с помощью Йеннифер из Вингеберга. Они расположились рядом, готовые в любой момент столкнуться со своей судьбой. Не ведали, что встреча предстояла скорая, коротали время за беседами. – Я не знаю, захочет ли оно поболтать, но не зря же звало нас в  это место?! Конечно, даю шанс на то, что это всего лишь хитро выстроенная ловушка, но зачем столько мороки? Если бы оно захотело, могло сожрать вообще всех тут, ну или убить, хотя я не уверена, что  именно оно делает со своими жертвами, если такие имеются в достаточном количестве.

Холодало. На опушку опускались сумерки, дальний конец опушки медленно менял свою расцветку с бледно-зеленой сначала на бардовую, будто бы вторя угасающим лучам, а затем и вовсе скинул оковы цвета, оставшись абсолютно невыразительным серым. Они провели тут не меньше нескольких часов, пару раз добавляя топлива в костер. В ход шли найденные палки, вот только их не хватит, чтобы провести в этом месте целую ночь. Это и не потребовалось вовсе. С ними вышли на связь, сделав это довольно неожиданным образом. Что же, кажется, начинается сражение, которого бы Цирилле хотелось избежать, но деваться ей некуда, ведь вызов принят, а дороги обратно нет. Существа, причем в большом количестве, чем можно себе представить. Они наступали из тени, двигаясь небольшими группами. Боялись приближаться, будто бы оценивали своего врага, но затем кто-то из них ринулся в бой, сорвавшись с места. Цири поняла, что видела она лишь копии, точнее – очень  похожих друг на друга путешественников из того самого сна. Ей странным казалось нападение, н о не первая начала. Не будет защищаться, ей же хуже. Они встали практически одновременно, расположившись чуть поодаль от огня, прижались друг к другу спиной к спине, так резко, что даже обернулись, но переглянувшись, снова заняли свои боевые стойки. В руках Цири меч, она знает, что  справится даже с превосходящим в количестве противником. Ее напарнице же  готовится произносить свои заклинания, вызывая удары молний, взрывные волны, ну и проделывать разные другие фокусы, доступные в ее арсенале.

Первый враг проносится с копьем, девочке приходится отступить, увернуться довольно резко, сама не думала, что так хорошо выйдет. Враг буквально пролетел мимо нее, а затем получил удар мечом по своей спине. Да, у них есть кровь, хотя по цвету она несколько отличалась от той, к которой привыкла и Йен и Цири. Что-то невразумительное бледное и не особо желающее вытекать из глубокой раны. Его добил  резкий удар молнии, а затем второй разряд пролетел рядом с Зираэль, сразив еще одного – существо с мечом в руке, точно таким же, каким была вооружена Цирилла. – Это он, тот демон из моего сна, - только и успела произнести ведьмачка, как ей снова пришлось пустить в дело острие клинка. Двигалась быстро, практически так же, как молнии ее напарницы. Несколько взмахов, сражаться они явно не умели, девочка легко парирует выпад сверху, отражает удар, наносит свой, проводя контратаку, рассекает нападавшего в районе живота, заставляя того сложиться на земле. Заметила, что они ни разу даже не вскрикнули от боли. А может у них просто не было для этого средств? Может, они только и умели, что общаться со своим хозяином через сны или телепатию. Оглянулась, теперь угроза пришла с другой стороны, оттуда, откуда несколько часов назад явились охотницы. В этот раз нападавших было несколько. Один с кинжалами, довольно странными, а следующий за ним – с мечом, опять таким же, вот только торс прикрывал довольно большим, но бесформенным  и не очень то удобным щитом. Используя свою  силу фактически прошла сквозь врага, появившись перед вторым, резко снеся ему голову одним точным ударом. Внутри ничего не оказалось? Либо все это обман зрения?

Совершила ошибку, пытаясь разглядеть останки во время боя. В пылу сражения нельзя отвлекаться. За это поплатилась. Кто-то нанес ей удар по спине, заставив согнуться, но Цири знала, что лучше всего получалось увернуться, применяя свои способности, что быстро и сделала. Став бестелесной на  мгновение, набралась сил. У нее открылось второе дыхание, чтобы снова ринуться в бой, теперь с удвоенной яростью и силой. Ответ не заставил себя долго ждать, один взмах, другой. Сначала отлетает рука, а затем враг просто падает на землю, так как лишается всякой возможности продолжать сопротивление. Они побеждают, но все ли это? Нет, только самое начало. Вокруг становится все больше однотипных существа, топоры, копья, даже вилы, все идет в бой. Женщин обступают со всех сторон, заставляя буквально прижиматься не только друг к другу, но и к костру, что теперь вместо согревания начинает неистово обжигать. Пламя разгорается все сильнее, вытесняя защищающихся из под своей опеки, все сильнее, пока не взрывается. В этот момент Цирилла поднимает голову, понимая, что снова уснула. Впрочем, решила вздремнуть и ее напарница, вот только вряд ли делали они это по своей воле. – Оно здесь, я это чувствую. – Растолкала Йеннифер, чтобы привести наставницу в чувства. – Близко.

Если игнорировать это, оно уйдет, вот только они сами прибыли в это место, чтобы разгадать все тайны, узнать секреты. Были близко, даже слишком, на расстоянии вытянутой руки, одной небрежной мысли. С ними связались. – Помогите, я умираю. – Короткая фраза, ничего больше одновременно раздалась в их головах. Сомнений быть не может. Это оно, то самое зловещее существо, но вышло почему-то с такой странной фразой. Вышло в их сознании, но не появилось в реальности. Вся эта битва, все эти сражения с его копиями всего лишь были сном, странным, возможно, даже отчасти пророческим, но сном. Интересно, ее напарницу, Йен из Венгеберга, тоже преследовало что-то подобное, необъяснимое сновидение, либо все это коснулось лишь разума ведьмачки? Как бы то ни было, им не предстояла реальная битва, а лишь новый путь, теперь уже более короткий к тому, что просил о  помощи. Проследовали по маленькой тропе чуть дальше, удаляясь от своего единственного источника освещения. Страшновато, даже для той, кто привык сражаться с монстрами денно и ночно. В этот раз столкнулись с серьезным противником, который, судя по его собственным словам, умирал. Так почему же он напал в первый раз, неужели посчитал Цириллу серьезной угрозой, требующей устранения? Либо уже сталкивался с ведьмаками до этого. Что если беловолосая уже не первая, кто приходит по таинственному следу. Что если здесь побывали представители иных школ? Смогли нанести серьезные травмы, вывести противника из строя на долгое время, вот он и обозлился на весь мир, атакуя первым.

Ответы на эти  и некоторые другие вопросы девушки теперь могли получить воочию. Ведь перед ними представал тот самый «виновник» торжества. Несколько сросшихся стволов древних деревьев обрамляли убежище, частично сплетенное из корней. Внутри горело несколько самодельных лампад, а между ними сидело что-то отдаленно напоминающее человека. Высокого, даже выше чем представители  народа aen-elle, где-то на пару десятков сантиметров, статный, вот только сгорбившийся под тяжестью ран. Невозможно было разглядеть его лицо, ведь его скрывала не только тень, но и шлем. Походило на  роговые, какие-то костные доспехи, будто бы составлявшие с носителем единое целое. Ансамбль, который невозможно представить раздельно. Это настоящая броня, наверное, защищала от нападения хищных зверей, а, возможно, предотвращала от ударов мечами, если такие водились в том мире, откуда прибыло это существо. – Ты меня понимаешь? – Произнесла Цири, приближаясь чуть настороже. Она держала одну руку на рукояти своего клинка, а сама была готова в любой момент переместиться, испариться, перейдя в параллельное субизмерение. Готова была сказать наверняка, что и ее напарница подозревала всякое нехорошее, готовая в любой момент не только защитить себя и свою боевую подругу, но и нанести серьезный ответный удар, вот только понадобится ли он? – Да, - еле слышно произнесло чудовище, теперь уже настоящим скрипучим голосом. Но нет, рот не открывался, это снова происходило в голове у дочери императора Нильфгарда. Она посмотрела на чародейку, кивнула, подождала ответа. С ними разговаривали одновременно, так что можно было продолжать задавать свои вопросы, вовсе не волнуясь ни о каких переводах.

- Ты не из этого мира, не так ли? – Снова сказала Цири, сделав еще несколько шагов вперед. Все, хватит. На этом можно было остановиться, сокращать дистанцию дальше – опасно, ведь никто не знал предел сил этого монстра. Если он слышит их, они слышат его – все в полном порядке, можно продолжать беседу. – Я видела твое измерение во сне, ты приглашал меня туда, помнишь? – В ответ лишь снова короткое, но ясное да, в сопровождении какого-то кашля. – Твой мир красив, но ты не можешь существовать без него, ведь там источник твоей силы? – Цирилла угадывала раз за разом.  Существу лишь приходилось время от времени соглашаться с ее изречениями, с ее дальновидными умозаключениями. Она поняла не только о родном мире, но и о том, что сюда он попал по чистой случайности, и готов был поведать свою историю. – Я сам не понимал, - каждый раз прерывался на кашель, - они предали меня, отправили в изгнание, но я должен, - опять раздирающий тело и душу кашель. – Вернуться, если я хочу спасти свою семью. – Видимо, силы его иссякли, больше ничего он сказать способен не был, однако, у Цири не закончились еще вопросы, поэтому она задала тот, который волновал ее больше других. – Если тебя отправили в изгнание, то почему ты напал на меня? Зачем ранил? – Пристально всматривалась в темноту в надежде получить ответ. Получила. – Я не знал, кто ты есть. – Чувствовалось, что он не лукавил, говорил прямо. – Ты убийца, уничтожительница всего живого, - и даже отчасти гость из другого мира был прав. – Ты прибыла в этот лес, приблизилась к моему убежищу с одной лишь целью – убить меня, я защищался, думал, что выведу тебя из строя, но только после этого понял, что лишь ты способна меня спасти. – Он жалобно закряхтел, пытаясь перевалиться на другой бок, - Ты дитя старшей крови, поэтому я через тебя нашел подругу, черноволосую чародейку, вы вместе, вы сможете.

На этом его рассказ был закончен. Снова кашель, а затем что-то похоже на мерное дыхание с перерывами на стоны и всхлипывания. Оказалось, что он слишком поздно понял, кем именно была Цирилла, оказалась – единственным шансом на спасение, и как по иронии судьбы, именно та девочка, которой он нанес первый удар. Теперь на ее плечах лежала ответственность принятого решения. Что делать дальше? По идее способна была обнажить клинок прямо сейчас, прекратить страдания, выполнить заказ, но ведь можно помочь, и ведь чародейка была рядом, следует спросить у нее мнения. – Что думаешь? – Отдаляется от места пребывания этого чудовища, хотя зачем, ведь ему под силу читать их мысли. – Что нам делать?




[NIC]Cirilla Fiona Elen Riannon[/NIC][STA]Zireael[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/y0rUlSg.png[/AVA]
[SGN]https://i.imgur.com/uMxStU0.gif
[/SGN]
[LZ1]ЦИРИЛЛА, 21 y.o.
profession: Ведьмачка;
[/LZ1]

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Альтернативная реальность » All of our choices draw our destinies closer


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно