– Мне? – эхо вопроса скользнуло по спине мокрым шершавым языком и выгнулось глубоким вдохом нехватки слов и мыслей. Не хватало продуманности и трезвого взгляда – я неслась вперёд... читать далее
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 32°C
jack

[telegram: cavalcanti_sun]
aaron

[telegram: wtf_deer]
billie

[telegram: kellzyaba]
mary

[лс]
tadeusz

[telegram: silt_strider]
amelia

[telegram: potos_flavus]
anton

[telegram: razumovsky_blya]
darcy

[telegram: semilunaris]
edo

[telegram: katrinelist]
eva

[telegram: pratoria]
siri

[telegram: mashizinga]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » because i am flawed i forgive you


because i am flawed i forgive you

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

https://i.imgur.com/TTQUyfM.png

https://i.imgur.com/yEigU4p.png


Megan Darling Cox and Sonya Moon

Sacramento, Vineyard , Summer 2021

история циклична. соня в этом убеждается лично. несколько лет назад сама оказалась в похожей ситуации. по своей дорости чуть не наворотила дел, попала практически в плен к человеку, способному изменить ее жизнь к лучшему или к худшему. он вошел в положение, а  судьба преподнесла им несколько новых встреч. теперь мун возглавляет винодельческий бизнес, и вряд ли одобрит вторжение незваной гостьи на свои владения. 

[NIC]Sonya Moon[/NIC][STA]your soul will be mine[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/B96Qo8I.png[/AVA]
[LZ1]СОНЯ МУН, 25 y.o.
profession: слышащая, гадалка, управляющая виноградником;
[/LZ1]

Отредактировано Hannah Mercer (2021-09-05 20:56:38)

+2

2

Колесо жизни никогда не останавливается, движение происходит постоянно, вне зависимости, хочешь ли ты этого или нет. Так и Сони, ее личное колесо  сделало несколько оборотов, круто изменив все то, к чему девочка так привыкла. Еще несколько лет назад была той, что искала клиентов в баре, той, кто перебивается случайным заработком, влипая в неприятности, но теперь все изменилось. А ведь звучит довольно интересно: Соня Альфюрсдоттир, управляющая. Ладно, большинство знало ее как девочку с фамилией Мун, так для всех легче: для многочисленных партнеров, с которыми приходится заключать разные сделки и договора, для работников, большинство из которых – индейцы местного племени, ну  и для всех остальных. Кстати, свое любимое дело она не забросила, продолжая  принимать клиентов дома, правда в последнее время делала это несколько реже обыкновенного. Не подумайте ничего плохого,  Соня никогда не торговала и не собиралась торговать собственным телом, ведь дело в другом – она гадала, предсказывала судьбу, ну и иногда даже давала некоторые полезные советы тем, кто приходил к ней на сеанс. Куда реже – связывалась с умершими родственниками, дело это очень сложное  и отнимало слишком много ментальных сил. Один подобный сеанс хорошо оплачивался, но после приходилось несколько дней лежать с сильной головной болью. Дело тут вовсе не в шарлатанстве, да и не было в  помине никакой магии, а простой, на первый взгляд, но довольно глубокий психоанализ личности, концентрация внимания на мелочах.

Однажды благодаря своим непревзойденным способностям она даже спасла если не жизнь, то хотя бы бизнес одного человека. Да, того самого итальянца, что захватил ее в плен. История давнишняя, вспоминать ее девочка не любит, однако, получила урок на всю свою оставшуюся жизнь – не следует лезть туда, откуда не сможешь выбраться. Она залезла, связалась с какими-то бандитос, мексиканцами, которые представили ей вполне рабочий план ограбления склада. Говорили, что там нет охраны, а наживы больше, чем можно себе представить. Предполагали, что куш окажется где-то по несколько тысяч долларов на рыло. Весьма неплохо для той, кто брала пятьдесят за один сеанс. Срубить столько за один вечер – настоящая удача, вот только все пошло, да нет, буквально полетело под откос со скоростью света с самого начала. Мало того, что на складе была охрана, так еще парни оказались вооруженными до зубов, дали отпор, не позволили незваным гостям покуситься на их собственность. Когда началась стрельба, Мун спряталась среди стеллажей, надеясь остаться незамеченной. План провалился, но она хотя бы не осталась в числе тех неудачников, что откинулись прям там.

Ее нашли, привязали к стулу и начали допрашивать. Оказалось, что она лишь жертва  случайных обстоятельств, не хотевшая, если честно, ввязываться во все эти перестрелки, ограбления и прочую ересь. Ей пришлось несколько дней провести там же, в маленькой тесной коморке, под охраной, пока владелец склада разбирался с теми, кто дал наводку на его собственность. Казалось, на этом история и закончится, но судьбе куда виднее. Дорога завела  Мун в итальянский ресторан, предлежавший, кому бы вы думали, все тому же сеньору, что владел складом. Именно в тот вечер фарерка обнаружила в старом  семейном граммофоне жучок, обозначавший лишь одно – в семье завелся крот. В тот раз она даже получила некое подобие приглашения на работу, и очень хорошо проявила себя во время карантина. Настолько, что после своего вынужденного отхода из города, старый итальянец передал девочке временные права на собственность. Он говорил, что это всего лишь на несколько месяцев, весной  двадцатого должен был прийти его человек, стать новым главой бизнеса, вернуть в Сакраменто итальянские имена, вот только ничего из этого не произошло.  Видимо, таков был хитрый план бывшего собственника, подготовить себе преемницу со стороны, человека, который вряд ли будет заинтересован во всех мафиозных махинация, сделках, обманах  и рэкете: честная трудяга, Соня Мун.

Не проходило и недели, чтобы не возникало новых проблем. Когда возглавляешь бизнес подобного масштаба, приходится постоянно быть начеку, оперативно реагировать на любую возникающую угрозу, быть рыбой в воде, но у гадалки не имелось за спиной багажа опыта в управлении, чтобы стать серфершей, акулой, кем угодно, кто чувствует себя в этой стихии как у себя дома. Ей несколько раз приходилось брать в долг у крупных банков, но каждый раз она отдавала все до последнего цента, умудрялась при этом даже выходить в плюс. Ее работники всегда получали стабильную заработную плату, причем она была даже выше среднерыночной, правда стать работником виноградника оказалось не так просто. Преимущество отдавалось тем, кто раньше имел дело  с подобными сферами, претенденты проходили проверку у местной службы безопасности, а затем лично беседовали с Соней, и далеко не всегда у нее оставалось хорошее впечатление о новичках. Проходилось не больше десяти процентов, но они, в свою очередь, очень радовались представившейся возможности, работали честно, отдавая самих себя на благо общего дела.

Ранчо охватывало все этапы производства. Сначала виноград бережно взращивали под нежным калифорнийским солнцем на плантациях, общей площадью несколько гектар. Затем собирали, когда приходило время. В большинстве случаев, на этом цикл бы завершался, сырье на большинстве виноградников грузили бы на большие грузовики, отправляли на завод, но производственных цех был прям тут, на территории, недалеко от главного административно-жилого здания. Пару месяцев назад Соня взяла новый кредит на обновление оборудования зная, что полностью окупит все средства. Так и выходило. Виноград собирали, мыли, отправляли в путешествие всего лишь на несколько сотен метров, после чего запускался непростой процесс изготовления вина. Конечный продукт отправлялся в подвале, где в погребах хранились сотни бутылок, некоторые из которых оказались старше самой управляющей. Она изредка проходила мимо них, где-то в глубине своей северной души мечтая, что когда-нибудь откроет одну из них, чтобы отпраздновать какое-нибудь знаменательное событие, вот только работы пока было слишком много, не до проб. Кстати, местное вино оказалось весьма конкурентоспособным. Первые партии покупались магазинчиками, у которых имелись обоюдовыгодные соглашения еще с предыдущим владельцем виноградника. Скорее, винные лавки, где клиент был немногочисленный, но искушен в своих вкусах.
За последние полгода удалось расширить пределы, отправляя товар в новые точки. Теперь клиентами были не только маленькие лавки, но и рестораны, а так же многие большие магазины, способные скупать товар оптом. Тут, признаться честно, не всегда находилось там много готового вина, но девочка с командой старались в поте лица, задумываясь о том, что когда-нибудь им придется расширяться.

Она как раз разговаривала по телефону с одним коллегой. Этот человек стал довольно часто выступать посредником в сделках между производственным цехом и теми, кто готов был и способен  сбыть товар. Вино с этой фермы теперь оказалось и за пределами штата, будто бы приятный виноградный вирус, распространяясь по территории Соединённых Штатов Америки. Вашингтон, Орегон, Невада, Канзас, Техас, теперь и там знали о вкусном напитке, вот только ведать не ведали, сколько всяких проблем стоит за каждой из бутылок. – Если мы хотим привлечь внимание высших слоев общества, то придется порвать себе, - запнулась, иногда ей стоило следить за своими словами, в особенности при разговорах с потенциальными покупателями. – Очень постараться. У нас всего две линии, если захотим производить дорогой продукт, то придется запускать третью, а затем выдерживать. Сколько лет? Пять, десять? Мои технологи скажут лучше, но это слишком долгосрочное вложение, однако, я подумаю над вашим предложением. – Ей хотели что-то возразить, н о не успели, в кабинет вошел начальник службы охраны, итальянец Марио, ему было уже под пятьдесят. – Сеньора Мун, у нас нарушение периметра и, возможно, поджог. – Высказав короткое «до связи», бизнес-леди, которая даже не знала точную дату своего рождения, буквально сорвалась с места.

Через пару минут уже ехала в джипе в направлении места назначения. Оказалось, что кто-то проник на территорию виноградника через забор в юго-восточной части. Одиночка, но затем началось какое-то веселье (не для самой Мун). Незваная гостья решила поджечь сарай, в котором хранились инструменты рабочих, в том числе несколько дорогостоящих мотокультиваторов и одна сеялка. Соня, как и всегда, при себе держала бритву, опасный клинок, который, возможно, сегодня будет пущен в дело, если того потребует случай. Они ехали минут семь, прежде чем добрались до той части виноградника, на которой произошло чрезвычайное происшествие. Над холмами поднимался дымок, пламя успели потушить, вот только часть имущества потеряна безвозвратно. Интересно, что было у нее в голове? Может, очередная наркоманка, которой нечего делать? Если так, то  пустить ее в расход, станет отличным удобрением. Шутка, отвезут в участок, предварительно проведя поучительную беседу.

В качестве переговорной выбрали небольшой хлев, в котором на постоянной основе проживало несколько лошадей и коней. Мун заметила несколько мотовездеходов, на них очень удобно перемещаться по территории виноградника. Двери были распахнуты так, что лучи вечернего солнца озаряли практически все внутреннее убранство, состоявшее из стогов сена, вил и нескольких загонов с животными. Что-то ей напоминала эта картина – странная и немного дикая девчонка, сидящая на стуле, в окружении нескольких воротил. Ага, прям как сама Соня пару лет тому назад. – Ну, привет, дорогая, - обращается к поджигательнице. – Меня зовут Соня, я в ответе за все, что находится здесь, -  обвела рукой, показывая свои владения. – И  очень не люблю, когда кто-то портит мое имущество, рассказывай, зачем тебе понадобилось поджигать сарай, чем он тебе не угодил? – Чувствовала важность момента, свою силу, хотя не хотела бы переусердствовать, ведь незнакомка даже будто бы дрожала. Что  ж, это будет для нее новым уроком на пути. Ведь все мы знаем, что колесо жизни никогда не останавливается, движение происходит постоянно, вне зависимости, хочешь ли ты этого или нет.

[NIC]Sonya Moon[/NIC][STA]your soul will be mine[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/B96Qo8I.png[/AVA]
[LZ1]СОНЯ МУН, 25 y.o.
profession: слышащая, гадалка, управляющая виноградником;
[/LZ1]

Отредактировано Hannah Mercer (2021-09-12 21:28:06)

+2

3

Босые ножки на носочках мягко ступают по зеленой траве. Странная танцующая девушка шла по тонкой тропиночке, расставив руки в стороны, будто держа баланс и боясь упасть. Напоролась на острую ветку, остановилась, грязно выругалась, наклонилась и подняла предмет своей ярости. "Вот так идешь, радуешься жизни, а потом оступаешься из-за какой-то маленькой чертовой ветки, запинаешься, впадаешь в ступор". Молодая девушка очень долго рассматривала ветку, затем достала из кармана черную зажигалку "zippo" и подожгла обидчицу. Непреодолимое болезненное влечение к поджогам возникло у Меган после смерти отчима, в ее нежном тринадцатилетнем возрасте. Боль от утраты была настолько невыносимой: Мегги сгрызала губы не просто до крови, а до огромных ран, перманентно кровоточащих, не заживающих, частями зарастающих плотной белой пеленой; она царапала свое тело, оставляя под ногтями частицы собственной кожи; она кричала, срывая голос; билась головой о стену, а потом падала ничком и не вставала до утра, оставляя свое тело в бесформенном неестественном состоянии. Никто. Никогда. Не обращал на бедняжку Кокс никакого внимания.

Она сбежала их психиатрической больницы, потратив на сам план и его реализацию чуть больше двух месяцев. Каждый день девушка упорно играла одну и ту же роль слабоумной, ничего не понимающей пациентки, чтобы в одну ночь распрощаться с бесконечными таблетками и никому не нужной терапией. Распрощаться и начать новую счастливую жизнь. Выдавала Кокс только белая больничная рубашка, от которой нужно было срочно избавиться. Увидев развешанное белье на втором этаже, девушка ловко забралась по пожарной лестнице и добыла себе платье в три раза больше, чем она. Длинное и бесформенное, оно было бледно-красного застиранного оттенка, но переодевшись Меган начала чувствовать себя намного увереннее.  Теперь дело оставалось за малым - найти пару долларов, чтобы поесть - желудок подавал требовательные знаки внимания, сводил и заставлял ее тело время от времени скорчиваться от спазмов. Дабы передохнуть, оперлась на столб со знаком "остановка запрещена", глубоко вздохнула, огляделась по сторонам и пошла дальше. Она вспомнила, что медбрат, принимающий участие в ее побеге, дал ей десять долларов, которые Мег старательно запихала в бюстгалтер. Конечно, парень не просто так подверг себя возможной напрасной ответственности, а за услугу, которую Кокс оказала ему в грязном туалете. Она привыкла расплачиваться натурой. Тот медбрат грубо взял ее, не удосужившись подумать о прелюдии, чтобы Кокс было комфортнее претерпеть акт совокупления. Он впечатал ее в кабинку, небрежно прикусил за шею, развернул спиной, наклонил, попросил прогнуться посильнее и больше не проронил ни слова. Он всё пыхтел и пыхтел, а когда закончил швырнул деньги [хах, всего-то несколько долларов, а кинул так, будто сорил миллионами] и тихонько провел к входной двери только для персонала. Зато... Зато прежде чем попасть на чужую территорию, Меган заказала в круглосуточной забегаловке кофе, сэндвич и купила сигареты. Сидела за металлическим уставшим столиком одна на красном кожаном потрескавшемся диване и лицезрела через большое заляпанное окно тусклый свет от уличных фонарей, не боясь, что в такое позднее время к ней могут подсесть и начать приставать. Меган совершенно ничего не боялась. Порог боли, страх за собственную жизнь, ответственность за свои поступки - всё это просто отсутствовало. Просидев так пару часов и словив косые взгляды работников забегаловки, она вышла на улицу, поправила спутанные волосы и пошла туда, куда глаза глядят, пытаясь свернуть со всех людных мест и вообще сбежать из города. — Мне все равно куда. - она поймала попутку и села на переднее сиденье, как будто знала водителя всю свою жизнь. Он оторопел от такой дерзости и лишь промолвил, что едет на юго-восток, на что Меган коротко ответила: "и так сойдет, только, дядь, денег у меня нет, доллара два". В этот раз Кокс повезло - мужчина, лет пятидесяти пяти - шестидесяти не стал приставать, намекать на непристойности, проявлять нахальство и вез ее, рассказывая добрые поучительный байки, будто знал, что в скором времени Меган совершит очередную ошибку в своей жизни. — О, остановите здесь! - она увидела виноградники и решила, что это лучшее место для пересидки, пока ее будут искать сотрудники психиатрической больницы. — Это частная территория. - задумчиво проговорил мужчина, но девушка в ответ махнула рукой, мол, и что?

Дошла до плантаций под первые сонные лучики солнца. Легла. Уснула под солнечным одеялом, и проспала так часов пять, не меньше. Когда проснулась, встала, отряхнулась и закурила сигарету, думая, чтобы сделать такого - этакого. Наверное, Меган застала одинокий сарайчик в обеденный перерыв, поскольку поблизости было ни единой души. " Если игнорировать это, оно уйдёт,  если игнорировать это, оно уйдёт" - повторяла про себя, кусая губы и зажимая в руке зажигалку, но языки пламени, так по-настоящему окутывающие сарай, не давали ей покоя. Иллюзия была настолько четкой, что для Кок не составляло труда воплотить ее в реальность. "Нет... Ну, нет же.." - Мегги отрицательно мотала головой, будто договариваясь с собой, но этот спор проиграла - створки сарая оказались открытыми, и Кокс ловко юркнула внутрь в поисках горючей жидкости, которую можно применить по назначению. Мегги уже не думала, да и тело вновь ей не принадлежало. Как зомби сделала пару движений, чтобы вылить разжижку из канистры, открыла свою любимую зажигалку и бросила на землю.  Она бы лучше использовала спички. Кажется, эффекта от них побольше, но, к сожалению, спичек под рукой не было. Огонь поначалу никак не хотел разрастаться, Меган надула губки, но терпеливо стояла рядом и ждала когда, когда же оно свершиться!

И оно свершилось. Языки пламени быстро удваивались, утраивались, превращались в один единый костер. Когда Меган была маленькой, мать заснула пьяной за столом, оставив плиту включенной. Случился пожар, и Кокс видела эти клубы дыма. Смотрела на них, как завороженная. Языки пламени, их силу и могущество. С самого детства Мегги стала зависимой от этой стихии, и она всюду сопровождала ее. Когда ей было херово, Мег просто открывала зажигалку и смотрела на маленький теплый огонек. Пиромания... Слыхали о таком? Вот, это ее болезнь... Даже когда Меган услышала крики и ругань, ее глаза не оторвались от прекрасного ее сердцу зрелища, от которого тепло разливалось по всему телу.
Её скрутили, как великую преступницу, куда-то отволокли, даже ударили. На все вопросы Меган отвечала закатистым смехом истерически неуравновешенной девицы, которую попросту можно спутать с наркоманкой, но Мег давно не принимала запрещенных препаратов. Ей угрожали, тыкали в нее пальцем, кричали, судорожно жестикулируя руками.  В ответ Кокс хихикала, как маленькая девочка. Теперь в винограднике стало на порядок интереснее, только главное, чтобы ее обратно не сдали в психушку. Сейчас если она и испытывала страх, то только из-за этого.

Девушка не знает, сколько времени прошло, прежде чем внутрь зашла ОНА. Представилась Соней, вела себя по-хозяйски. С ее появлением гул, угрозы и грязная ругань утихла. Воцарило напряженное молчание, и Меган немного напряглась. — М-м-м... Дай подумать... Сарай не угодил мне тем, что он здесь стоял. Внешне он уж очень мне не понравился и я решила его поджечь. Теперь сараю тепло. А как пахнет костер... - она закатила глаза и облизнулась. Она вновь сильно проголодалась. Тот сэндвич уже давно позабыт ее организмом. — Что ты со мной сделаешь? - с толикой игривости спросила Мегги, легонько повернув голову набок. — Скажем так - я не специально, хоть в это и трудно поверить. - а вот это уже было правдой. Отрешенные от реальности стеклянные глаза Кокс долго рассматривали женскую фигуру, хозяйски возвышающуюся над ней. Мег никак не ожидала, что хозяйкой плантации окажется девушка, да еще и с такой нестандартной завораживающей внешностью. — Что там было внутри? Я видела только хлам. Ничего страшного ведь не произошло. - с обидой буркнула она, будто ругают ее просто так, в профилактических целях, будто она совсем не понимает, что посягает на чужую собственность; будто то, что поймет и пятилетний ребенок, для нее совсем не понятно. Ее длинное мешковатое платье задралось чуть выше колена, Мегги заметила это и медленно поправила кусок ткани. Что дальше?.. Насколько суровым будет для нее наказание?..

[NIC]Megan D. Cox[/NIC] [AVA]https://i.imgur.com/I7KcxEm.gif[/AVA]
[LZ1]МЕГАН ДАРЛИНГ КОКС, 19 y.o.
profession: порно актриса, ню-фотограф[/LZ1]

[SGN]https://i.imgur.com/Urcvy2t.gif[/SGN]

Отредактировано Lexus Humphrey (2021-09-06 23:28:55)

+1

4

На пути каждого из нас попадаются люди разной степени интересности. Начиная от самых скучных представителей человеческого рода, простых обывателях, как их бы назвали в околонаучных кругах, заканчивая кладезями, настоящими фолиантами, которые не поддаются никакой классификации. Первые составляют подавляющую часть населения любого города, любой страны. У них нет определенных целей, просто живут так, как получается, как предначертано им судьбой, не стремясь практически ничего менять. Найденную девушку, скорее, можно было отнести к другой группе. К людям, о которых говорят порою диаметрально противоположные вещи, от самых приятных и хороших, до далеко не лестных. Диалог с ними превращаются в настоящую игру характеров и личностей, ты со своей стороны пытаешься проникнуть в глубины подсознания, понять, о чем именно думает твой собеседник, ну а он, в свою очередь, возможно просто хочет, как можно быстрее отправиться куда подальше с этой плантации.- Что с тобой сделаю? – Ответила вопросом на вопрос. Когда-то Соню можно было назвать жестокой. Она словно собачка, которую нещадно лупили все прохожие. В один день нашла себе место, где можно прикормиться, набраться сил, а затем вынести свою агрессию в окружающий мир. Сколько человек отправилось в больницу из-за действий северянки? Не меньше десятка, кто-то даже говорил, что были те, кто не вынес нанесенных ею ударов. Резала нещадно, преднамеренно стараясь задевать самые важные кровеносные линии. Мучали ли ее кошмары по ночам? Скорее нет, чем да. Когда связываешься с преступным миром, приходится чем-то жертвовать, в том числе и собственными переживаниями. Они были погаными представителями расы человеческой, сами по уши погрязли в насилии, извращениях, махинациях и аферах, наживались на всем, что только имело цену, не чураясь продажей детей, наркотиков и сбытом краденого. Без них мир стал только лучше.

Соня отвергла все свои чувства по отношению к незнакомке, приняла решение действовать максимально холодно и отстраненно, чтобы не наворотить лишнего. – А что бы ты хотела? – Мун перемещается взад-вперед перед девушкой, симпатичные ножки которой оказались привязанными к стулу. Ей не дадут свободу передвижения, по крайне мере, в ближайшее время, дабы обезопасить себя и свои посевы от случайного вмешательства. Огонь уже успели потушить, но как быть с ущербом? – Могу сделать так, что тебя больше никто никогда не найдет. – С важным, даже деловым видом посмотрела ей в глаза, намекая на серьезность своих высказываний. – И поверь, речь тут не о том, чтобы просто запереть тебя где-нибудь всерьез и надолго, точно не об этом. – Думала, какие еще варианты предложить той, кто просто ради «согревания» решила спалить склад. За то непродолжительное время, пока держался их диалог, Соня успела сделать несколько выводов. Поняла, что девица явно не в себе, да и все окружающее воспринимает будто бы находясь где-то за сотни миль отсюда. - Сжигать тебя, конечно, никто не собирается, - где-то на фоне послышался смешок одного из охранников. Мун развернулась, серыми глазами строго дала понять, что сейчас явно не место и не время для подобного, заставив паренька довольно быстро убрать все подобия улыбок со своего лица. – Но и просто так ты отсюда не уйдешь. – Ни документов, ни телефон, лишь пара мятых купюр и платье не совсем по размеру. На этом результаты первичного досмотра заканчивались. Не исключено, что у нее где-то рядом имелся лагерь, может, полноценная палатка, какая-то еда, сбережения, вот только верилось в это с трудом. Разумный человек вряд ли будет так нелепо выдавать свое месторасположение, да и в округе точно не было замечено никаких «лагерей» незваных гостей. – Самый простой выход для нас обеих, вызывать полицию. – Мун достала телефон, сделав несколько движений рукой. Три простые цифры: девять-один-один и через семь-десять минут, конечно, Мун скажет, что особо торопиться не стоит, потому что проблема была практически решена, сюда явится несколько полицейских автомобилей. Они ярким светом красных и голубых проблесковых маячков озарят опустившиеся на виноградники сумерки, подъедут как можно ближе, чтобы установить, что же именно здесь произошло. А потом заберут поджигательницу с собой для оставления первичного протокола. Сама фарерка проходила подобную операцию несколько раз в своей жизни.

Как с ней общаться? Как ей все объяснить, ведь тут даже не поможет простое проявление силы, бездумная агрессия, направленная на перелом всего, чего только можно. Нет, она не осознает, надо просто попытаться достучаться. – В это трудно поверить, ты абсолютно права, - добавила скандинавка, слегка кивая, - и я не поверю. Знаешь, не привыкла верить в случайности, в простые совпадения. Я знаю, что все делается по определенному плану, не все разделяют мою точку зрения, - Она снова повернулась, ища поддержки в лицах охранников. Большая часть из них – итальянцы и простые американцы были слишком далеки от судьбы, рун и всяких других вещей, которую считали нечистой силой, либо вовсе не придавали никакого значения, до встречи с Соней Мун. – Но ты сделала то, что должна была, что было на твоем пути, а теперь мы узнаем, что еще уготовано тебе судьбой. – Сомневалась, сработает ли фокус с чтением прошлого и будущего на этот раз. Казалось, что с течением времени потусторонних сил в ее хрупком теле поубавилось. Вызов принят, Мун подходит ближе, слегка наклоняется, будто бы изучая пациента, ее черты лица, приятные на вид волосы, платье, которое абсолютно не подходит этой фигуре. Ладно, попробовать стоит. Явно совершает ошибку, так близко приближаясь к пиромантке. – Там были дорогостоящие инструменты. И мне крайне не хотелось бы покупать их заново за свои деньги. – Пока та не поняла, что именно происходит. Резко хватает ее руки своими, слишком крепко, буквально впиваясь в гостью своими цепкими коготочками. Ощутила несколько капелек крови на своих ладонях, хотя точно определить невозможно, Сони или ее новой знакомой. – Ничего страшного не произойдет. – Добавляет Мун, начиная свой ритуал. Пусть она уже не обладала той силой, пусть практики в последнее время было недостаточно, но кое-что почерпнуть смогла. Кто-то рассказывал, что у Мун феноменальные способности в плане обработки данных. Ее мозг совершает несвойственное количество операций, собирает информацию, делает на основе некоторого анализа выводы, которые превращаются в подобие магии на выходе, однако, эксперты так и не дали ответа о том, как с помощью способностей можно заглядывать и в будущее.

- Сбежала, значит, - смотрит ей в глаза, не отрывая взгляда. – И не стыдно? Ведь там должны лечить. – Продолжает сжимать руки, определенно доставляя массу дискомфорта заложнице. – Своими действиями ты ничего не изменишь, - добавляла Мун, повышая свой голос. – Ее уже не вернуть, тот пожар, не твоя вина, но тебе с этим жить, не научишься контролировать – закончится все слишком плохо, в первую очередь, для тебя самой. Куда ты денешься, ведь за душой ни гроша, а санитары уже объявили тебя в розыск. Сколько еще сможешь пройти, проехать автостопом, расплачиваясь своим телом. – Видимо, на это намекали некоторые повреждения, которые управляющая смогла разглядеть на ногах. – Никаких гостиниц, никаких магазинов, где придется расплачиваться картой. Я не понимаю, каков твой план? Ведь та дорога, по которой ты сейчас идешь, ведет лишь к одному. – Мун запнулась, потому что перед ней возник образ. Резко отпустила руки, сделав несколько шагов назад, будто бы ее испугали неожиданными и не самым приятным известием. Она видела перед собой всю ту же девицу, вот только лицо ее изменилось, превратилось в неузнаваемую маску.

Не могла определить, что именно возникало перед ней, скорее, какие-то обрывки, пытающиеся сложиться в общую картину. Дело трудное, но выполнимое. Она видела огонь, много огня, непонятные комнаты, рассчитанные на одного человека. За ними сидели люди, кто-то пытался кричать, другие смеялись. Были и люди, ходившие вне этих комнат, потом Соня будто бы переместила ближе к одной из таких, внутри пахло гарью, смесь неприятных ароматов, тяжёлых и трудновыносимых. В этой камере, которая похожа была на клетку, сидел один человек, его тело изменилось до неузнаваемости, кто-то явно решил поиздеваться над пациенткой, прежде чем нанести последний удар. Ее насиловали, много раз, подолгу, причем большое количество человек, а затем подожгли, как она сама поджигала сарай. Это была месть, кара, простое издевательство над тем, на чьих похоронах не будет произнесено ни одной речи. – К смерти, к твоей смерти, и она куда ближе, чем ты думаешь. – Покивала головой из стороны в сторону, пытаясь забыть все то, что только что увидела. К черту всех этих полицейский с их мигалками и пончиками. Если сдать эту девчонку обратно служителям закона, то судьба ее привет лишь в могилу, что что может предложить Соня взамен, какую альтернативу? Как есть спасть не только тело, но и душу этой заблудшей скиталицы? Пока не знала ответа на вопрос, но, возможно, он придет сам, если только адекватная сторона незнакомки возьмет верх, в чем Мун, почему-то, сильно сомневалась.

[NIC]Sonya Moon[/NIC][STA]your soul will be mine[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/B96Qo8I.png[/AVA]
[LZ1]СОНЯ МУН, 25 y.o.
profession: слышащая, гадалка, управляющая виноградником;
[/LZ1]

Отредактировано Hannah Mercer (2021-09-08 14:23:26)

+2

5

Меган, возможно, не отличалась бриллиантовым умом, ей уже никогда не стать великим ученым, ну, или хотя бы закончить магистратуру, хотя она всегда прикладывала огромные усилия к учебе, была прилежной ученицей, надеющейся, что таким поведением добьется внимания кого-то адекватного; того, кто сможет протянуть руку помощи [но, наверное, в школе она выбрала неправильный путь, поскольку за ее отличные оценки ее только гладили по головке, не обращая внимания на внешний вид матери; на то, что девочка одевается буквально в лоскутки; на ее огромные глаза, молящие всех старших о помощи]. Мегги ходила в школу, таскала учебники у себя в потрепанном ранце, сама причесывалась, сама гладила школьную форму таким старым тяжелым утюгом. В столь юном возрасте её посещали довольно взрослые мысли, она рассуждала не так, как свои одноклассники. Она  завидовала им, да. Любила проводить время дома у подруг, любила ночевать у них, просыпаться в их кроватях, завтракать на первом этаже с их нормальными семьями. А от тоста с джемом у несчастной Мегги скручивал желудок, потому что её организм никак не мог привыкнуть к такой еде. Коль старше она становились, подруги стали дарили ей ручки и карандаши, тетрадки, пеналы, какие-то футболки, шорты, но Меган это только унижало и злило. "Да, Боже мой, я блять что совсем низшее звено?" Ей никогда не нравилось ощущать на себе липкий, скользкий жалостливый взгляд. Надо отдать должное хозяйке виноградника - она смотрела на Кокс далеко не так, как привыкли смотреть остальные, узнавая какие-то факты из ее биографии. Взгляд Сони хоть и не был безучастным, но на Кокс она, как на подбитую, дворовую собаку, не смотрела.
Меган всю свою сознательную жизнь пыталась скрыть боль и обиды, преодолеть невзгоды, усовершенствовать себя и свой образ жизни. Она была круглой отличницей, и таким образом как бы самоутверждалась. До старшей школы наивно полагала, что имея хорошее образование, прилежно готовясь к урокам - можно многого добиться, но став полноценным полувзрослым подростком поняла, что не образование решает всё, а деньги, которые можно получить как и этим долгим сложным путем, так и путем чуть попроще. Всего то надо рассчитаться со своими моральными принципами и засунуть их в пятую точку. Мегги перестала беспокоиться о том, что подумают другие. После смерти отчима ее мать пошла по наклонной окончательно.  В свои шестнадцать Кокс жила в трейлере , уже вполне самостоятельная, взрослая, и речи её намного рассудительнее, чем у своей матери. Она стала ее опекать, подрабатывать официанткой в кафе, вправлять ей мозги. Оно, возможно, и шло бы так своим чередом, если бы не подъехавшая к трейлеру машина. Работники службы опеки? На кой черт они теперь тебе нужны, почему не приехали раньше? Меган хотела остаться с матерью, но её забрали в интернат. После стольких лет просьб, криков о помощи, взрослые решили отреагировать на всё это лишь тогда, когда Кокс только-только начала жить.
Жизнь в интернате убила всю веру в искренность; растоптала иллюзорные планы и великие мечты.  Жить по правилам в суровом мире грязи и дерьма было невозможно, и Мегги приняла очень важное для себя решение - связаться с наркотой и порно. Я вам так скажу: даже самые правильные и хорошие девочки вынуждены стать плохими, и не от хорошей жизни. У неё были все основания для толкания дури в школьных толчках и для раздвигания детских ног перед камерой.

  Самые низменные, уродские чувства, эмоции - всё это было доступно ей, но ничего из светлого и радостного. Именно поэтому она здесь. И была там, в психиатрической клинике, куда попала по постановлению суда, а вовсе не из-за того, что родственники беспокоятся о ее здоровье. Да и какие, собственно, родственники? Родного отца девушка никогда не видела, а мать [мать года, ей богу] в первый же вечер, когда Мегги стукнуло восемнадцать, и она с полной надеждой на светлое будущее вернулась к матери, попыталась за очередную дозу продать не руль от трейлера, а саму Меган. Пришли какие-то дружки миссис Кокс, один из которых потребовал деньги за предыдущий пакет с наркотой, на что ее мать небрежно кинула фразу мол, денег нет, но вот моя дочь, ей уже восемнадцать, а вы можете трахать ее во все щели, только долг спишите, а новую дозу, пожалуйста, дайте. Эта выходка поставила точку в слепую веру воссоединения так называемой семьи. Кокс достала из-за пазухи острый ножик и закричала, что перережет горло любому, кто к ней приблизится, включая и саму мать. С тех пор с этим ножиком Мегги не расстается, и даже сейчас, когда руки и ноги ее связаны, маленькое, но нужное ей орудие по жизни, вдохновляет в ней уверенность и чувство защищенности. Кстати сказать, она тогда спалила трейлер до тла, развернулась и ушла, понятия не имея, выжила ее мать в пожаре или нет. Мег привыкла решать все проблемы, сжиганием их до тла, даже если проблемы ей приносят живые люди.

  Чувство защищенности, кстати, не покидало девушку даже тогда, когда ее оппонентка кидала фразы, больше похожие не на расклад действий, а на натуральные угрозы. Кокс окинула взглядом присутствующих в маленьком полутемном помещении и поняла, что попала не только на чужую территорию, но и на территорию людей серьезных, возможно, уважаемых. Может криминальная организованная группировка? Может, наоборот, виноградник одного из уважаемых чиновников? На самом деле, Кокс было всё равно. Она явно ощущала себя не связанной, а все еще свободной, счастливой и воздушной, только вот не здесь и не сейчас. — Делай, что хочешь! Отрежь руку, ногу, сожги, окуни лицо в кислоту, но не звони полиции! - долгое время оставаясь безэмоциональной и отрешенной, она вдруг закричала, пытаясь топать ножками и, запрокинув голову назад, с вызовом посмотрела на девушку. Меган вытерпит все, что угодно, лишь бы не оставаться наедине со своими мыслями в замкнутом пространстве на долгое время. За решеткой даже повеситься не дадут - подручные средства отсутствуют. Опять придется давать, только теперь какому-то полицейскому, чтобы веревку принес или хотя бы стержень от ручки. Внезапно разговор ушел в другое русло. Меган испугалась. Она не боится насилия, жестокости, но испытывает стресс из-за вещей, которых совсем не понимает. "О какой судьбе ты говоришь?" Кокс притихла, нахмурилась, вжалась в себя. Незнакомка подходит слишком близко, наклоняется и заглядывает Мегги в глаза. Взгляд владелицы виноградника сосредоточенный, глубокий, задумчивый, но никак не жестокий. Будто поняв чувства Кокс, незнакомка добавляет, что ничего страшного не произойдет. И эта ее фраза немного успокаивает заложницу обстоятельств. — Что ты творишь, черт возьми?! - Кокс ошарашенно выпучила глаза, чувствуя неприятные ощущения в районе ладони. Происходящее обретало мистические, таинственные нотки.

Сложно сказать, верила ли Мегги в паранормальное. Одно время, как раз до старшей школы, когда девочка хорошо училась и умела мечтать, Мегги верила в сказки со счастливым концом, а потом резко перестала верить не только в подобные произведения, но и в людей, себя, все хорошие качества, описанные в тех самых книгах. Сказки - это ведь тоде от части паранормальное, на так ли? Зато Кокс верила в магию огня. Всегда. Даже сейчас она винила именно себя в поджоге, но не само пламя. Пламя никогда не делает никому ничего плохого. Пламя согревает души скитальцев, окутывает уютом и теплом.
Незнакомка говорила, а Меган будто язык проглотила. Она не перебивала ее, лишь все сильнее и сильнее изменяясь в лице от искреннего недоумения и сбившего ее с толку удивления. "Как она узнала, что я сбежала? Может, мое фото показывают по новостям? Может, где-то бирочка осталась? Я же все убрала. Ничего не понимаю... Как узнала про пожар?.." - ей бы хотелось, чтобы незнакомка увидела ее счастливой на руках у красивого, бородатого мужчины - ее покойного отчима. Той точки невозврата, от которой всё пошло по накатанной. Тринадцатилетнюю Меган, стоящую у рыхлой земли и оплакивающую своего названного отца. Владелица собственности, на которую нагло посягнула Меган, очень красочно описывала события как прошедшего, так и будущего времени, произведя на девушку откровенно сильное впечатление. И когда незнакомка, описав с невероятной точностью события из жизни Меган, замолчала, Кокс еще долго просто смотрела в ее глаза, не отрывая взгляда. Она была готова попросить помощи у девушки, впервые за всю свою гребаную жизнь открыто попросить у кого-то помощи, но посмотрела на ухмылки охранников, их язвительные взгляды, оценивающие ее тело, и разозлилась. — Сдохну, да сдохну. Не боюсь я ее. Не боюсь! - показала гримасу с языком охранникам. — Эй ты, осел, хватит пялиться на меня. Иди подрочи! - плюнула в его сторону и начала раскачиваться на стуле. — Ты красивая. Понятия не имею, как и почему ты сказала озвученные вещи. Да, действительно, у меня нет никаких планов на будущее. Какие могут быть планы, если самого будущего нет? Ты видишь, куда смотрят твои охранники? Ненавижу мужчин. - буркнула себе под нос конец фразы, громко шмыгнув носом. Она не собиралась заглаживать свою вину, не хотела хотя бы извиниться, хотя и чувствовала вину перед владелицей виноградника. Возможно, если бы не присутствие охранников, она бы вела себя тет-а-тет совершенно по-другому. Привычка у нее такая - лезть на рожон, накаляя и без того плачевную ситуацию.

[NIC]Megan D. Cox[/NIC] [AVA]https://i.imgur.com/I7KcxEm.gif[/AVA]
[LZ1]МЕГАН ДАРЛИНГ КОКС, 19 y.o.
profession: порно актриса, ню-фотограф[/LZ1]

[SGN]https://i.imgur.com/Urcvy2t.gif[/SGN]

0

6

Соня научилась быть разной. Вести себя так, как того требует случай, окружение, общественное мнение. Порою приходится засовывать свое собственное «я» куда поглубже, чтобы заключить новые сделки, обновить старые, разжиться новыми друзьями или превратить в таковых тех, кто раньше был врагом, ну или хотя бы конкурентом по винодельческому бизнесу. Вот только сейчас могла проявить настоящую себя, ведьмочку, снимающую квартиру. Девочку, много лет тому назад сбежавшую из дома. Гадалку,  что хотела однажды отправиться на родину дабы разгадать все тайны своего происхождения. Но, видимо, этим планам пока не  суждено было сбыться. Каждый раз ее что-то останавливало. Поначалу простая нехватка денег, подобные перелеты обходятся в копеечку, потом связи не с теми людьми  и не в то время,  а после, когда уже, казалось, вырвалась из всех порочных кругов, стала зарабатывать себе на жизнь честным образом, случился страшный вирус, коснувшийся всех без исключения работников плантации, ограничивших свободу их передвижения, сделав из большого дома, пристроек и нескольких индейских шалашей фактическую тюрьму на несколько месяцев, выбираться из которой было опасно для жизни. Но теперь Мун даже разрешала своим подчиненным ходить без маски, вот только свободного времени у нее не прибавилось, мечты о путешествии снова откладывались в долгий ящик. А теперь еще, словно снег на голову, новая проблема в виде страной девчушки, дикой и неприкаянной.

Картина ее жизни была ясной, хотя и не представлялась перед Соней единой лентой красочного повествования. Тяжелая судьба, переломы, сказавшиеся на состоянии. В чем-то это было похоже и на саму Мун, если вспомнить тот злополучный случай с людьми, которых фарарека должна была называть семьей. Кто-то говорит, что насилию нет места в этом мире. У каждого может быть своя точка зрения, но будем объективными, место есть, причем в иерархии насилие стоит довольно высоко, вытесняя многие другие вещи, а те, кто думает иначе, просто перечитал утопической литературы. Тот случай изменил жизнь девочки на «до» и «после», надломил, практически разорвал, но сделал из нее ту, которой она является сейчас. Нет, ни при каких обстоятельствах не будет благодарить того человека, если вдруг судьбой им уготована новая встреча, Мун сделает все возможное, чтобы лишить  его самого дорогого – жизни. Вот и у самозванки наступил новый этап жизни. Можно было предположить, готова была дать восемьдесят процентов против двадцати, что в жизни поджигательницы шел как раз второй этап, после серьезной травмы. Она закалялась, но процесс этот крайне опасный. Переборщив с температурой можно превратить твердый метал, способный рубить дерево или плоть, в хрупкий образец, крошащийся при любом ударе. – Я вижу, куда они смотрят. – Серьезно ответила девушка, обращая внимания на своих парней. Признаться честно, итальянцы никогда не церемонились в отношении женщин, частенько подмечая их сильные внешние качества. Сама Мун к этому привыкла, пару раз в день ловила на себе взгляды, особенно, если надевала довольно короткие платья-сарафаны. Пусть, зато они верой и правдой защищают собственность, выполняют приказы и не позволяют конкурентам лишний раз выкрасть секретные формулы идеальных крабсбургеров.

- Будущее есть всегда, оно постоянно с нами, в каждый новый момент времени мы приближаемся к нему, тебе только нужно попробовать его увидеть, - снова ответила Мун. Интересно, а если сильно постараться, можно ли показать с вои видения другому человеку, передать их дистанционно, ну или с помощью старого доброго тактильного обмена. Впрочем, далеко не факт, что увиденное понравится поджигательнице, да оно и понятно, никому не хочется видеть свою смерть, но подобные впечатления способны замотивировать человека на изменения. А Мун попросит у Норн, чтобы те вплели новые нити в судьбу этой  крошки. – Мало ли кого ты ненавидишь, - хмыкнула управляющая, но все же решила избавить их разговор от лишних лиц. – Марио, принеси нашей гостье какой-нибудь одежды из гостевой спальни, только не очень много, чтобы она не подумала, что приехала в отель. – Парень лишь кивнул, вышел из хлева, отправившись в сторону главного дома. Остальные же поняли негласный приказ своей начальницы и так же вышли на улицу один за другим. Кто-то закурил, другие отправились обратно на посты, дел найдется у всех, в том числе и у самой Сони, которая теперь вынуждена нянчится с незнакомкой.

Они остались тет-а-тет, могли поговорить с глазу на глаз, без всяких мужчин, раз они так стесняли эту малышку, без лишних глаз и ушей, только одна заблудшая душа, и та, которая знает путь. – Я вижу многое, но все еще не знаю, как тебя зову, дитя. – Почему-то употребила именно это слово, ведь чувствовала ответственность за человека. Именно от действий Сони сейчас зависит будущее. Она уже отказалась от вызова полиции, это направило  сюжет повествования в иное русло, но все еще может измениться, если сама незнакомка сделает несколько неосторожных действий. – Мы остались одни, только не думай, что сможешь неожиданно на меня напасть, хорошо? Я хорошо обращаюсь с лезвиями и покромсаю твое личико быстрее, чем моргнешь своими чудесными и такими глубокими глазками, усекла? – На этом Мун извлекла бритву, с помощью которой ослабила узел на ногах своей пленницы. Нет, та никуда не убежит, почему-то Альфюрсдоттир была в это уверена, у них есть, что обсудить, о чем поговорить, ведь каждая испытала на своем веку много ужасного, а чаша горя была заполнена практически до краев. Сможет ли Мун стать той наставницей, ментором, который изменит если не разум целиком, то хотя бы попытается привнести толику адекватности в расшатанную психику. – Сегодня обойдемся без кислоты и отсеченных конечностей. – Владельца виноградника прохаживалась из стороны в сторону, сложив руки на груди. – Ты, - выставила вперед указательный палец левой руки, - подожгла склад, спалила инструменты и технику, а я теперь должна буду все заново покупать. Эти расходы не входили в мой план. Конечно, я могу сейчас заставить тебя хорошенько поработать своим телом, в том числе и ротиком, но почему-то мне кажется, что подобную перспективку ты явно не оценишь, да и мне не хочется видеть тебя в подобном обличии.

В приоткрытую дверь хлева постучали, парень обернулся даже быстрее, чем Мун предполагала, он просто протянул ей сверток из вещей, а  та, в свою очередь, сложила их на деревянную скамейку рядом с тем местом, где сидела Меган. Удалось найти спортивные штаны, пару маек, толстовку, несколько пар носков и даже кроссовки. Увы, никакого нижнего белья.  – Переодевайся, платьице тебе явно не по размеру, и чувствую, что ты его не на свои кровные покупала. Сегодняшнюю ночь проведешь здесь. – Соня придумала, что организует ей спальню в комнате старшего конюха. Это прям тут, десять метров, первая и единственная дверь направо. Небольшое окно, закрывающееся на кованую решетку, ну и дверь, ведущая в хлев. По идее, когда-то тут сидел днями человек, отвечающий за скот, делал разные подсчеты, нагружал работой своих подчинённых, но вот с тех пор животных в хлеву  поубавилось в разы, поэтому и людей, отвечающих за  их состояние стало не так много. Кабинет, в котором был стол с креслом, раскладывающийся в полуторную кроватку диванчик приятного темно-бежевого цвета. Не взирая на потертости и пару следов от сигарет, он все еще был годным к использованию. Кажется, там еще был телевизор, подвешенный где-то напротив дивана, у потолка. Не факт, что окажется полно каналов, его уже пару лет никто не включал, но будет, чем себя занять. Ну и небольшая уборная, с крошечной душевой кабинкой. Кто-то принес туда холодильник и микроволновую печь, вот только Мун распорядилась убрать оттуда технику несколько месяцев назад, да и вверять подобное поджигательнице было опасно. – Поживешь вон там, - указывает на дверь. – Пока я не придумаю, что с тобой делать. Если у тебя где-то есть пожитки, лучше скажи, поручу своим парням поискать, уж куда лучше, чем оказаться добычей копов, не правда ли?

Еду и питье ей будут приносить пару раз в день, ну или столько, сколько попросит, в пределах разумного конечно. Возможно, даже будут выводить на прогулку, да и глава виноградника думала о том, что много времени на план ей не потребуется. Можно попытаться выйти на каких-то мафиозных знакомых старого владельца, у нее осталось немало телефонов. Помочь сделать новые документы, новую личность, а потом уже отпустить, предварительно позаботившись о том, чтобы девочка целиком и полностью отработала свой долг. С чем черт ни шутит, может она и вовсе решит остаться на винограднике, не сказать, что Соне так уж прям необходимы свободные руки, но  из поджигательницы может выйти  что-то дельное, вот только всегда останется страх, подозрения, что может произойти рецидив, новый поджог, и в таком случае фарерке за себя будет ой как трудно ручаться. – Сбежать не думай, поставлю к тебе охрану, подглядывать не будут, а ты, в свою очередь, не чуди, окей? – На всякий каждому выдаст огнетушитель, чтобы моментально пресечь любое поползновение нового воспламенения. Что ж, вроде план довольно нормальный. Дать человеку немного передохнуть, побыть наедине с самой собой, дать осознать содеянное, дать время на то, чтобы понять, какие пути перед ним открываются, какие перспективы. Их не больно много, либо обратная дорога в клинику, где все закончится плачевно, либо уж если не новая жизнь, то хотя бы  попытка быть полезной этому обществу, быть благодарной тем, кто заботится о тебе (пусть и довольно странно), даже не взирая на причиненный тобой ущерб.

- Я пока приготовлю тебе комнату, - пробормотала Мун. Надо распорядиться, чтобы принесли какое-нибудь покрывало, комплект постельных принадлежностей, ночами за городом бывает довольно прохладно, не хватало, чтобы девица тут окоченела. – Ну а ты будь паинькой, если захочешь есть, скажи. – Мун снова подошла к воротам, отдав несколько несложных распоряжений все тому же парню, который еще несколько минут назад принес комплект одежды, казалось, что за спиной у фарерки уже пошел процесс переодевания. – Наведаюсь к тебе завтра вечером, обсудим твое будущее, ну а пока, прошу, не пытайся никого согреть, иначе я тебя сдам обратно. – Хотела сначала сказать, «иначе я тебя убью», но, судя по всему, смерть не самый страшней приговор для поджигательницы,  куда ужаснее для нее оказаться снова в четырех белых стенах, где каждый день ее будут пичкать новыми препаратами, пока окончательно не превратят в овоща. Довольно милого овоща, стоит отменить, но не имеющего никаких возможностей думать и решать самостоятельно.



[NIC]Sonya Moon[/NIC][STA]your soul will be mine[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/B96Qo8I.png[/AVA]
[LZ1]СОНЯ МУН, 25 y.o.
profession: слышащая, гадалка, управляющая виноградником;
[/LZ1]

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » because i am flawed i forgive you


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно