полезные ссылки
он улыбается радостно, словно звезду с неба украл и спрятал меж ладоней...
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 37°C
jack

[telegram: cavalcanti_sun]
aaron

[telegram: wtf_deer]
billie

[telegram: kellzyaba]
mary

[лс]
tadeusz

[telegram: silt_strider]
amelia

[telegram: potos_flavus]
jaden

[лс]
darcy

[telegram: semilunaris]
edo

[telegram: katrinelist]
andy

[лс]
ronnie

[telegram: mashizinga]
dust

[telegram: auiuiui]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » you don't belong here


you don't belong here

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

Код:
<!--HTML-->
<div class="aesthetic-upd">
<div class="aesthetic-photo-upd" ><img src="https://i.imgur.com/yaR37KT.png"></div> 
<div class="aesthetic-text-upd">roy & lil
<br>29.09.2021</div> 
</div> 

Отредактировано Roy Vexler (2021-09-26 21:45:24)

+7

2

Рой Векслер.
Вздыхаю и прикрываю глаза, пока имя бывшего вперемешку с табачным дымом оседает на легких.
Неужели он снова вернулся в мою жизнь? Спустя четыре блядских года молчания после последнего из наших расставаний - а, как оказалось, всего лишь крайнего.
Мы не виделись сорок восемь месяцев - и вот несколько дней назад я встречаю его имя в деле сенатора Уильяма Брекена. "Рой Векслер, его правая рука" смотрит на меня со страниц протокола допроса одного из свидетелей, и спустя несколько дней всё не выходит из головы. 
Неужели я правда могу упустить такую возможность - поболтать со старым знакомым о его делах, точнее делах его уже бывшего босса? Неужели я правда могу упустить возможность просто с ним увидеться? В очередной раз. Всего лишь.
- Векслер прибыл, сейчас проведём, - из раздумий меня вырывает голос дежурного, показавшегося в дверях, в ответ на что я лишь киваю. - Погоди, Билл, а где его досье? Ты обещал поднять из архива, - я отряхиваю сигарету и тушу её о край пепельницы, переключая внимание на бумажный стаканчик с уже успевшим остыть кофе - к допросу бывшего я подготовилась основательно. - Точно, сейчас принесу, поднял его ещё вчера - кивает и закрывает дверь, давая мне ещё несколько минут побыть наедине и собраться с мыслями перед встречей с мужчиной, на которого мне давно уже всё_равно
Рой Векслер.
Что у него спрашивать?
Как дела, дорогой? Что нового? Через какие каналы гоняли трафик в Калифорнию? Кокс отменный?
В голове роится не меньше десятка мыслей, но все они завязываются в тугой узел вокруг единственного образа в моей голове. До тех пор пока неожиданно образ не оживает на пороге допросной.
- Здравствуйте, агент Уэйн, УБН - медленно поднимаюсь на ноги, пытаясь успеть насладиться всей палитрой эмоций на лице у своего бывшего, когда он видит, куда, точнее к кому, его привели. Он удивлён, возмущён и, кажется, немного хочет сбежать, пока не поздно. Я же в это время стараюсь казаться спокойной, хотя сердце внутри заметно учащает свой ритм.
Удивительно, сколько времени прошло - а я так и не перестала реагировать на Роя вот так.
Вот так - как и чёртовых двадцать лет назад.
- Спасибо, - киваю ещё одному дежурному, переминающемуся с ноги на ногу в дверях, и даю знак, что он здесь больше не нужен.
- Присаживайтесь, - указываю ладонью через стол - на стул напротив своего и дежурно улыбаюсь.
Так сразу и не скажешь, что мы знакомы.
- Вас вызвали на допрос в качестве свидетеля по делу Уильяма Брекена. Вы имеете право не свидетельствовать против себя, а также на присутствие адвоката во время допроса. Вам нужен адвокат? - голос звучит ровно, практически не выдавая внутреннего смятения. Всеми своими действиями и видом пытаюсь очертить рамки ситуации, как обычной, которая не обременена никаким совместным прошлым.
Но, чёрт подери, она обременена.
И особенно отчетливо я это понимаю, когда Рой усаживается напротив - ещё чуть-чуть и его взгляд продырявит мне череп.
Потому что сердце моё и так изрешечено уже давно.

+6

3

Сохраняй спокойствие - он говорит это себе каждый раз, когда оказывается в отделении полиции или DEA. Сохраняй спокойствие и не говори лишнего - заучит в висках голос мертвого шефа, пока Рой пересекает длинный коридор. Сохраняй спокойствие и держи себя в руках, бро - говорит каждый раз Макс, когда узнает о новом допросе. Сколько их было в его жизни - не сосчитать, но каждый раз Рой Векслер отчаянно и самозабвенно ненавидит это место, подпитываясь и искрясь собственной яростью.
Уже долгих четыре года он не был в DEA отчего разглядывает отдел, лениво скользя взглядом. Кажется, что здесь ничего не изменилось, хотя его жизнь изменилась кардинально. Рой ступает по паркетному полу, слушая разговор двух агентов друг с другом, но не вникая в суть - ему совершенно не хочется знать о том, как и кто из них провёл вечер и что ели на завтрак.

Его заводят в кабинет для допросов, Рой пересекает порог, кивнув сопровождающему, и в ту же секунду, как в пустой комнате раздаётся знакомый голос, а глаза встречаются с другими, обещание, данное самому себе, оглушительно рушится. Обещание сохранять спокойствие разбивается, его осколки с метафорическим звоном падают на пол и хрустят под обувью. Рой старается держать лицо, но сам понимает, сколько мимолетных эмоций успело пролететь на лице. Глаза напротив изучают каждую смакуют и наслаждаются, Рой знает это, ощущает её интерес и удовлетворение.
Вероятно, она специально не разглашала свое имя в повестке, чтобы насладиться этой минутой.
Скорее всего, хотела сделать ему неприятный сюрприз.
Чтож, у него есть сюрпризы и для неё.
Рой настраивает лицо на невозмутимый вид и кивает своему "новому знакомому агенту". Новому, потому что со времени их последней встречи в таком же кабинете, вместо окна которого стекло для наблюдения, его жизнь кардинально изменилась. По документам.

Кивает в ответ на предложение присесть и опускается на стул напротив. Минимум лишних движений, минимум ненужных слов - характерная черта Роя, только усилившаяся с годами. Иногда его просят расслабиться, считая, что напряжение сковывает тело, но на самом деле - напряжением Рой Векслер живет и питается. Оно стало практически базовой потребностью, срослось вместе с ним и липкими щупальцами обхватывает тело, поэтому ни одна из просьб расслабиться так и не реализовывается. Особенно, не с человеком, кто каждый раз терзает тело и душу, кто мастерски уничтожает, стоит по-настоящему расслабиться и забыться.
Он с интересом разглядывает почти не изменившиеся черты лица, локоны, обрамляющие лицо и внешний вид. Кажется, будто она вообще не меняется. Лил говорит про адвоката, Рой ухмыляется и ведет головой. - Нет, - отвечает на вопрос практически сразу. В прошлый раз адвокат стал его спасением, не позволив вывалить на неё всё, что твориться в голове. С тех пор Рой потратил достаточно сил и времени на то, чтобы научиться контролировать себя и не взрываться. Хотя бы не сразу.

- На самом деле, я не до конца понимаю почему меня вызвали, - это - откровенная ложь. Раз за разом его руки смыкались на шеях тех, кто был неугоден Уильяму Брекену. Снова и снова он выполнял поручения Брекена, черт, даже в день его смерти! По примеру преданности Роя Векслера можно писать учебники и слагать легенды, но сейчас, когда подноготная Уильяма вылезла, Рою приходится строить из себя несведущего, чтобы не попасться самому. Карточный домик может рассыпаться в любой момент и Рой не хочет быть тем, кто столкнет самостоятельно первую карту. - Мы работали с ним всего ничего и сталкивались исключительно по легальной составляющей, - в его документах имя Брекена фигурирует всего единожды, во всех документах Брекена имя Роя Векслера практически не задействовано. Миллион свидетельских показаний могут сказать обратное, но и Рою и Лил известно, что одних свидетельских показаний не достаточно.
Дверь открывается, но Рой даже не ведет головой в сторону, всё его внимание сосредоточено на Лил. Ей передают серую папку с документами, Векслер проводит ладонью по острой щетине, наблюдая за тем, как её рука перехватывает бумаги. Судя по тому милому приёму, который она устроила, Лил ещё не успела заглянуть в эти сведения, иначе узнала бы, что...

Рой Векслер, 34 года.
Родной город - Авалон, Калифорния. В настоящем проживает в Сакраменто.
Сфера деятельности: управляющий охранным агенством в Сакраменто.
Рантье, имеет в собственности несколько квартир, акции voight music production center, обладает правами на несколько товарных знаков.
Не судим.
3 штрафа за неправильную парковку, 1 штраф за превышение скорости.
Женат. Супруга - Шарлотта Векслер, 21 год, студентка бизнес-факультета csus, проживает в Сакраменто.

... информация совсем не вяжется с тем, как она приходила к нему девять лет назад в тюрьму для допроса, как он проходил свидетелем 4 года назад по делу о распространении наркотиков по территории Лос-Анджелеса, в конце концов совсем не вяжется с тем пятнадцатилетним взрывным, безумным, яростным хулиганом, державшим в страхе всю школу.
Рой прожигает взглядом в Лилит ебанную дыру, подпитываясь её непониманием.
Его козыри на столе, у неё что-нибудь припрятано в рукаве?

Отредактировано Roy Vexler (2021-09-12 17:46:18)

+7

4

Рой всегда умел держать лицо, не всегда себя - в руках, но прикидываться, будто так всё и должно быть - с давних времен служило величайшим из его умений. И даже сегодня - всего лишь на короткое мгновение я считываю в его глазах удивление вперемешку с раздражением - и то, только потому, что за эти двадцать лет научилась, куда смотреть. А потом - всё, садится напротив, и больше ни единый его мускул не выдает недавнего дискомфорта.
Он опять делает вид, что так всё и должно быть.
В этом ему точно нет равных.
- На самом деле, я не до конца понимаю, почему меня вызвали, - возмущается, в ответ на что я лишь ухмыляюсь, качая головой. Наверное, наша беда в том, что мы оба всё понимаем, но ещё понимаем, что без других доказательств, показаний единственного свидетеля будет для суда недостаточно. Поэтому я просто надеюсь, что смогу вывести Роя на чистую воду, выбив из него признание взамен на сделку, Рой же надеется, что нашего прошлого хватит, чтобы я не захотела утопить его в ворохе уголовного разбирательства.
В который раз.
Но в который раз я снова ставлю работу превыше всего.
- Это мы и выясним сегодня - понимаете ли вы..., - едва заметно вскидываю брови, задумчиво поджимая губы. Подобная игра нравится нам двоим - но лишь до тех пор, пока я не знаю о наличии у мистера Векслера нескольких козырных тузов в рукаве. И пока я ещё не знаю, что крыть эти тузы я смогу лишь своим богатым словарным запасом.
- Лилит? Можно? - на пороге допросной Билл оказывается весьма кстати, в его руках - серая папка, в которой - досье человека, сидящего напротив меня. - Да, проходи, - кивком приглашаю его в комнату в предвкушении снова окунуться в краткую сводку увлекательного жизненного пути Роя Векслера в мире американского криминала.
Но всего несколько секунд мне нужно, чтобы пробежать глазами по первой странице и... - это что, шутка какая-то? - я с недоумением зачем-то проверяю обложку папки и всё так же вижу на ней знакомое имя. - Это шутка? - сейчас вопрос адресуется виновнику, но он лишь невинно хлопает глазами, поэтому я перевожу взгляд на ничего не понимающего Билла. - Ты уверен, что ты поднял все тома? Их же было несколько, да? - но по выражению лица своего сотрудника, понимаю, что в моих руках - единственный экземпляр.
- Лил, тебе нужна помощь? Что-то случилось? - и тут до меня наконец-то доходит, что случилось, что, блять, случилось.
А случилось преступление, караемое секцией 115 Уголовного кодекса Калифорнии - подделка документов.
Но есть ли у меня этому доказательства, кроме честного слова и обрывков воспоминаний?
Нет. Поэтому...
- Всё в порядке, Билл... Я... просто запуталась, - шумно выдыхаю, пытаясь обратно придать своему лицу спокойное выражение, но, кажется, выходит плохо, и мне верят не до конца. Хорошо лишь, что в присутствии свидетеля по делу сенатора - не лучшее время и место, чтобы выяснять отношения, поэтому дежурный просто кивает и удаляется из комнаты, снова оставляя меня с Роем наедине.
- Ты что, блять, издеваешься? Рантье? Не судим? Какого черта?!! - тут же вскакиваю на ноги, как только дверь закрывается и, рысью перегибаюсь через стол. Как бы я ни хотела, но сдержать эмоции у меня всё же не выходит. - И... Шарлотта Векслер? Серьёзно?! Ты женат? На малолетке? - я возмущена - просто подобное совершенно не укладывается в моей голове. Как отпетый хулиган, ценитель свободы и всяческий потуратель своему желанию не ввязываться в длительные серьёзные отношения... докатился до такого?
Точнее, как он из такого выбрался?
И как теперь этого примерного американского гражданина можно склонить к сделке с обвинением?
Блять.

+7

5

Было бы откровенной ложью сказать, что он не думал о возможной встрече с Лил в стенах УБН.
В коридоре, в комнате допроса, на выходе, да хоть возле туалета, но он все же понимал, что эта встреча вполне вероятна. Хоть и надеялся на то, что пронесёт. Встречи с ней именно в этих стенах только лишь напоминают об их кардинальной разнице. С их прошлого раза в стенах аналогичной комнаты, она продолжила взбираться по карьерной лестнице, ловя и засаживая за решётку его так называемых коллег. Или подчинённых. Рой знает это, потому что следит за ней - его пташка сообщает обо всех важных изменениях в жизни Лилит Уэйн, ровно, как и о тех изменениях, которые не случились. Например, она все ещё не ушла от своего «мистера идеальность», и все так же целиком и полностью принадлежит службе - это неизменная константа навсегда отделяет их миры от возможности соприкоснуться. Рой смотрит в глаза напротив. Кто-то разыгрывает эротические сцены из фантазий, притворяясь в постели преступником и полицейским, Рой же не видит ничего сексуального в реальности, когда вы по разные стороны баррикад, но каждый одинаково предан своей стороне.

В любом случае они встречаются.
И, наверное, только из-за ее реакции на досье стоило желать сегодня с ней встретиться. Похуй на то, что только она может по-настоящему его вывести, похуй на то, что она знает о его прошлом и, зацепившись за это, может начать копать и припаять к подозрениям реальный срок за подделку документов. Увидеть воочию то, как ее взгляд хаотично метается по записям, как раздуваются от гнева ноздри, как недоумение отскакивает от стен, подобно теннисному мячику - лучшее зрелище за последние несколько месяцев. Рой, впитывая каждую ее микроэмоцию, улыбается. Смотрит на лицо напротив и торжествует по-детски, как будто мальчишка. Уже давно он не испытывал подобных эмоций, сосредоточившись исключительно на ярости.
Ее коллега наконец-то растворяется, а на Роя обрушивается лавина злости - он и не ожидал, что она позволит выйти из себя в отделе. Бросает мимолетный взгляд на непрозрачное стекло за ее спиной и понимает, что вряд ли она выплеснула на него все своё негодование, зная, что за ними наблюдают, но советовать ей напрямую сохранять спокойствие не хочется. Да и зачем, она так прекрасна в своем негодовании.

- Не понимаю о чем вы, агент Уэйн, - разводит руками, как будто на самом деле ничерта не понимает причин ее негодования и игнорирует прямые вопросы.  Слегка прищурившись, ухмыляется, как только может. Наипаскуднейше. - Да, не судим, получаю доход с имущества и некоторых ценных бумаг.
Её вопрос и акцентирование внимания на супруге не могут не порадовать, ему так и хочется возмутиться: "а что тебе можно, а мне нет?", но на самом деле этот брак служит другим целям и заключался он не исключительно ради того, чтобы выбесить Лилит Уэйн из себя. Три с половиной года назад, когда он расписывался с Шарлоттой, они уже полгода, как не разговаривали после своего последнего расставания. Тогда он и не думал, что они снова увидятся и уж тем более считал, что до этого брака ей не будет никакого дела. - Моя супруга студентка, умна не погодам и потрясающе готовит, - на самом деле Рой не представляет о том, знает ли Шарлотта Векслер о том, что такое продукты и как их нарезать для нужных блюд, но он знает, что Лил никогда не умела готовить и подобный комментарий может её взбесить ещё сильнее. Нет, ну разве не здорово впервые оказаться на её месте, ведь обычно это она выводит его из себя.
- Так что я до сих пор не понимаю в чем причина, почему вы меня вызвали и думаю, что произошла какая-то ошибка.

+7

6

Так, Лил, спокойно. Ты же специальный агент УБН. Сколько у тебя уже было таких, как Рой, и сколько ещё будет.
Все они говорят, что не понимают о чём речь, все строят невинные глазки, похлопывая ресницами и думая, что кому-кому, а уж женщине точно - с ними не справиться, раз их конкуренты всё равно не смогли. У них это в крови: играть, прикидываться, ходить по краю лезвия. Один неверный шаг на другое ребро этого лезвия - и конец жалким попыткам извернуться. Но они уже давно на игле адреналина, получаемого в стенах УБН. Каждый раз выходить от сюда своими двумя это почти что игра в русскую рулетку.
Молодец: не сдал и не сдался, раз ещё позволили подышать свободным воздухом. Можно спокойно продолжать крутить делишки до следующей повестки или постановления об аресте.
Но Рой не такой.
В том-то и проблема, что он всегда был другим. И не только из-за прошлой [а прошедшей ли?] связи со специальным агентом УБН. Просто он никогда и не играл в эту игру.
Он был её воплощением. Эта игра была в нём, текла по его жилам. Эта игра была его реальностью. Потому что он никогда не играл. Ни в чём. Он всегда был собой.
И это подкупало и злило одновременно.
Он не хотел и не готов был меняться ради меня. Отказаться от своей темной стороны - было выше его сил. Потому что «темная сторона» это и был он.
- Не понимаю о чем вы, агент Уэйн, - щурит глаза и ухмыляется так едко, что всё его грязное нутро буквально просачивается наружу в этом едва заметном изгибе губ. В ответ на что я лишь неодобрительно качаю головой,  осознавая, что истериками вряд ли добьюсь ожидаемого результата.
Так что вдох-выдох.
Спокойно, агент Уэйн.
Особенно уговариваю себя быть спокойной, когда разговор заходит о личной жизни Векслера и его хваленной молодой супруге. Не знаю почему, но где-то на самой глубине души чувствую небольшую ревность, на которую, я понимаю, у меня нет ни малейшего права, ведь это я была инициатором последнего нашего разрыва и это я выскочила замуж за перспективного хирурга буквально спустя три месяца после драматической концовки наших отношений [очередной из].
А ещё, ревновать Роя, как минимум, нечестно по отношению к Бенджамину, моему мужу, поэтому я делаю глубокий вдох [очередной из] и снова опускаю глаза в досье.
- На самом деле, могу лишь порадоваться, что ваша жизнь, мистер Векслер, так стремительно пошла вверх. В отличии от сенатора Брекена. Вы же знаете, что он был убит? Расскажите, пожалуйста, подробнее о «легальной составляющей» ваших с ним взаимоотношений, - на «легальной составляющей» намеренно делаю акцент, чтобы показать, что я не верю в такую, после чего на мгновение поднимаю глаза на своего собеседника и затем сразу же отвожу их в сторону затемненного стекла, за которым просто стенка. Но ведь Рой об этом не знает, и я успеваю увидеть, как на мгновение он смотрит в том же направлении, после чего обратно возвращается к своему вальяжному здесь нахождению, чтобы показать нам всем [и тем, что «за стенкой»], что ему нечего скрывать. Но, как прискорбно, что из нас «всех» действительно убедить в своей невиновности ему никого не получиться, ведь и он, и я [и мы все двое] и так хорошо осведомлены о его прошлом.
- Ведь это просто удивительно, чем таким легальным… в теории… может заниматься сенатор с людьми, не раз бывавшими в наших стенах. Речь ведь точно не о вас. Рантье у нас не самые частые гости. Так что вам не о чем волноваться. Или я не права?
Всё это переливание из пустого в порожнее - лишь просто попытка [очередная из] прощупать, настолько ли прочный фундамент обосновал себе Векслер, или эта бумажка у меня в руках именуемая его досье - лишь плохо разыгранная шестерка пик, и больше ему нечем крыть.

+7

7

Рой знает, прекрасно знает, что Лил - гребанный профессионал, живущей собственной работой. Единственное, он не в курсе, почему она стала именно агентом УБН, а не ФБР или копом. Очень давно он считал, что  всему виной именно он и решила сделать она это в тот момент, когда они сидели на лавочке в пустынном парке. Она плакала, а он говорил, что они не могут быть вместе. Желтый свет от фонаря бил по глазам, выдавал грусть и злость в её глазах, отчаяние в его. Он говорил, что у него нет другого выхода, что он не в состоянии распрощаться с теми, кто распространяет наркотики по школе и отказаться от этого, она же не понимала почему. Кардинально разные миры в ту ночь столкнулись оглушающим непониманием и, собирая осколки своего сердца, она не была в состоянии его простить или принять. Тогда она сказала, что будет бороться с наркотиками и он запомнил её, слово-то своё она сдержала. Сидит напротив со значком на брюках и уполномочена усадить его на несколько пожизненных, если сможет добыть доказательства. До сих пор он не знает, действительно ли причина в нем, но за столько лет он ни разу не был в состоянии усомниться в её профессионализме и тому, как она держалась на допросе.
О, в этом она мастер.
Несмотря на сексизм, предубеждения и красивое лицо, она втаптывает допрашиваемых в грязь своими вопросами, уничтожает каждого и способна добиться признания даже от самых неразговорчивых. Лил подбирает к каждому собственный, уникальный подход, чтобы поддеть, разговорить и заставить признаться и сейчас, сидя напротив человека, кардинально изменившего себя по документам, она экстренно подбирает новый способ разговорить того, у кого сейчас выигрышная позиция.

Ему кажется [кажется ли?], что в какой-то момент в глазах напротив проскальзывает ревность. К супруге? Или к тому факту, что ради супруги он смог измениться, а ради неё нет?
Если бы он изменился ещё тогда, в средней школе, то, возможно, это она носила бы фамилию Векслер. Если бы она поняла тогда, ещё в школе, что такое, когда твоя мать в очередной раз напилась, её избил очередной любовник, а брату совершенно нечего есть, то, возможно, они были бы до сих пор вместе.
Но он не изменился.
А она не поняла.
Поэтому у него фиктивная супруга - студентка первого курса, а её супруг каждый вечер готовит блинчики и забирает общего сына из школы. Или что там делают порядочные мужья?

Он склоняет голову на бок и поочередно ударяет пальцами о столешницу, когда она говорит о смерти Уильяма. Незначительный жест кистью, который его успокаивает. Смерть Уильяма до сих пор вызывает в груди неистовое желание рвать и уничтожать каждого, кто хоть как-то был к ней причастным. Неспособный принять, по-настоящему принять этот факт, он как потерянный щенок, привязанный к столбу и брошенный хозяином. И сделать ничего не может, так как удавка на шее давит, и смириться не в состоянии, всё ещё надеясь, что он вернется.
Хатико сколько там лет ждал на вокзале своего хозяина?
Если бы кому-то надо было сравнить верность Роя Векслера с чем-то понятным для восприятия, можно было бы смело назвать эту кино-картину. Несмотря на всю степень её ванильности, не вяжущейся в его жизнью в целом.

- Да, слышал, - вытаскивает из кармана аккуратно сложенный вдвое лист бумаги и передает его агенту. Он ведь подготовился, когда шел в это гнездо обвинения. Поднимает на неё взгляд: - Это копия нашего с ним соглашения о приобретении квартиры в Лос Анджелесе. И это единственное наше с ним пересечение, - Рой знает, что этого слишком мало, чтобы хоть как-то зацепиться. Даже ей. Уильям был очень умен, в сто раз умнее Лил и уж тем более самого Роя. Он не зря продержался в политике столько лет, так как прекрасно знал что надо делать и как, лишь бы не вызывать подозрений. Этот документ - сплошная юридическая фальшивка, просто способ Уила вывести активы с себя на кого-то другого, фактически он встречался в этой квартире со своей любовницей. Но разве сейчас это может помочь в деле о борьбе с распространением наркотиков?
- И это все, более мы с ним не пересекались. Поэтому, специальный агент Уэйн, я бы хотел узнать будут ли у вас ещё вопросы или я могу идти? если я вдруг понадоблюсь, думаю, в личном деле есть мой адрес и вы всегда сможете меня найти.

+7

8

Кажется, за эти четыре года мало что изменилось.
Потому что сейчас, сидя напротив Роя, я почти что верю в им сказанное. Или хочу верить - просто потому, что это Рой.
Поэтому протянутую мне мужчиной бумагу о покупке жилья несколько минут изучаю с особой тщательностью, чтобы немного остудить свой пыл и напомнить себе, что передо мной прежде всего сидит преступник, и лишь потом бывший любовник и далее по списку.
- Зачем Вам квартира в Лос-Анджелесе? Останавливаетесь там по выходным с супругой? - наконец-то поднимаю глаза и даже не пытаюсь скрыть язвительность в голосе, поэтому, к сожалению, Рой, наверное, успевает заметить, как меня всё же раздражает упоминание о его сложившейся личной жизни [не со мной]. - А какой тут адрес? Что-то не могу разобрать... - всё я, конечно, могу разобрать, но просто проверяю, настолько ли хорошо Рой ознакомлен со своей легендой. К счастью, он не настолько глуп, и ответ на вопрос сбегается с тем, что я вижу на бумаге, поэтому протягиваю её обратно, а затем уже более расслаблено откидываюсь на спинку стула, понимая, что сегодня мне тут и так больше нечего ловить.
- Деньги на покупку жилья, я так понимаю, это доход с имущества и некоторых ценных бумаг... - повторение точь-в-точь фразы, брошенной мне в начале разговора, это скорее даже не вопрос, а просто ещё одно лишнее напоминание Рою, что я всё знаю и не верю ни единому сказанному им слову. - Мы проверим эту информацию. А пока можете быть свободны.
Весь последующий день для меня проходит словно в тумане. Я злюсь, что меня так ловко обвели вокруг пальца с этим досье, злюсь, что мне нечем было ответить, злюсь, что мне снова приходится допрашивать Роя, потому, что ничего не изменилось [кроме его блядского досье, конечно]. И он не изменился: всё так же смотрит на меня снисходительно, разрешая поиграть с собой в игру, кто кого первым доведёт.
И в этот раз он выигрывает.
Так что, не найдя в себе силы поставиться к сложившимся обстоятельствам, как профессионал, около десяти вечера я нахожу себя в роли сумасшедшей бышей в автомобиле, припаркованном у дома, адрес которого был указан у Роя в досье.
А что, я просто проверяю легенду...
Так я себя успокаиваю.
Во мне половина фляги виски, припрятанной в бардачке на такие вот дурацкие случаи, и полно решимости таки вывести Векслера на чистую воду.
То, что дверь мне может открыть его супруга, я понимаю лишь после того, как нажимаю на звонок. И, очевидно, что логических объяснений, почему специальный агент УБН околачивается возле её дома в такое позднее время, у меня нет.
Интересно, знает ли она о прошлом Роя.
Или их брак это такая же фальшивка, как и его блядское досье.
На мгновение от этой мысли мне становится легче, но потом я слышу за дверью шаги, и буквально чувствую, как сердце тут же падает в пятки. Приходится опереться одной рукой на стенку - в такой позе меня и застаёт открывший двери Рой.
Рой. Уже хорошо.
- Привет. Ты один? Есть разговор, - я тут же резко выпрямляюсь и встряхиваю головой, показывая, что настроена решительно и вряд ли уйду так просто. Поэтому у моего давнего друга не очень-то и много вариантов в распоряжении.
Хорошо лишь то, что он это тоже понимает.

+7

9

Рой знает, что в отличие от многих женщин, чья эмансипация порой достигает абсурдных масштабов, Лил всегда пользовалась тем, что она женщина. Несмотря на предрассудки, проскакивающий сексизм и снисходительные взгляды она могла заткнуть любого своими знаниями, характером или опытом, но это не мешало ей пользоваться собственной красотой, чтобы с ее помощью очаровывать и завлекать, чтобы ею уничтожать и властвовать. Она всегда ходит на каблуках, чтобы быть выше многих мужчин, она всегда следит за собой, чтобы выделяться на фоне коллег, которые не успевают накраситься или причесаться перед сменой. Рой знает это, он наблюдал за ее действиями, за тем, как она проводит время перед зеркалом по утрам, как тщательно собирает себе образ, чтобы тот был строгим и одновременно привлекательным. Когда они три месяца тайком встречались и некоторые ночи она проводила в его квартире, он все это видел, так что сейчас не ведётся на то, чтобы с энтузиазмом восторженного мальчишки рассматривать ее лицо (если только украдкой).
Он чувствует сталь в голосе, как она дословно повторяет его слова, как будто не верит ни единому (что, вероятно, правда). Векслер смотрит ей пристально в глаза и не сдвигается с собственного лживого образа приметного гражданина. - Лексингтон авеню семнадцать, - отчеканивает, будто ничего странного в ее вопросе не видит. Но он был бы дурачком, не заучив адрес недвижимости, которой собирался крыть, как козырной картой. - Да, останавливаемся, - здесь он даже не врет, скорее пятьдесят на пятьдесят. Он лично останавливается в той квартире, когда приезжает в ЛА, Лотта же в ней ни разу не была. - Супруга очень близка с отцом и, когда она хочет с ним повидаться, то мы останавливаемся там, - а вот это вполне могло бы быть правдой, будь они с Шарлоттой в том виде брака, который нормален для всех нормальных людей.

Напоследок попрощавшись с Лил, он выходит из здания и моментально закуривает. Он уверен, на все сто процентов уверен, что на Уэйн эта встреча произвела такой же эффект тлеющей бомбы, как и на него, поэтому делает мысленно сам с собой ставку: когда же бомбанет?
Выяснить это удаётся вечером, когда в дверь раздаётся стук. Инстинктивно переведя взгляд на прихожую, он испытывает сразу две эмоции: удовлетворение и злость. Последнюю, потому что она всегда с ним и потому что Рой примерно представляет, что это не просто визит вежливости, он прекрасно понимает, что Лилит будет сейчас его испытывать и вынуждать сказать правду.
Открывает дверь, наблюдая перед собой трансформацию позы и намерений. Он рассматривает ее внешний вид, блеск в глазах и понимает, что бомбанет с минуты на минуту, вопрос лишь кого первого.
- Заходи, - он не ёрничает, не бросает что-то из самоуверенного, типа «ой как неожиданно», «какие люди». Рой в принципе не играет в подобные игры. Отступив на шаг, даёт ей возможность пройти и осмотреться, тут же предупреждая: - Не обращай внимание на мебель и ремонт, мы только купили эту квартиру и ещё не успели ее обставить, все осталось от старых хозяев, - он не делает акцент на «мы», но уверен, что "мы" не останется без внимания. Собственно, он говорит это, потому что не знает что ей сказать. Рой чувствует себя неловко и скованно, как будто находится не в своём доме и не в своей тарелке. Несмотря на то, что рад ее приходу, он совершенно не знает как себя вести, можно ли ее обнять или нужно послать вон. Проведя ладонью по волосам, бросает первое, что приходит в голову: - Чай, кофе, что-нибудь будешь?

квартира

Отредактировано Roy Vexler (2021-10-17 21:19:47)

+7

10

Если честно, я удивлена, что двери мне открывает именно Рой.
А ещё я удивлена, что он меня не прогоняет, а вполне даже гостеприимно приглашает внутрь и даже предлагает мне что-то выпить.
Я измеряю его взглядом и, кивнув, прохожу за хозяином квартиры, тут же спеша пробежаться глазами по видимой мне части кухни-студии, пытаясь определить в ней наличие женских вещей, ведь брошенное мимолетом "мы" не может ускользнуть от моего внимания, как и то, что в восемь вечера среды Рой находится дома... один.
- Кофе, пожалуйста, - наконец-то определяюсь с выбором напитка и присаживаюсь на мягкое кресло в гостевой зоне. А пока Рой отправляется на кухню, ещё раз осматриваюсь по сторонам в поисках хоть единой зацепки, предполагающей наличие в этой квартире постоянной женщины.
- Благодарю, - снова киваю, когда передо мной появляется чашка с кофе, и беру её в руки, с наслаждением вдыхая горький аромат. Это меня немного расслабляет. - Мы не помешаем Шарлотте? Или она не дома? - натянуто улыбаюсь, продолжая пытаться скрыть своё раздражение от каждого упоминания женщины, с которой у Роя, возможно, смогла сложится лучшая жизнь, чего со мной, к сожалению, так и не произошло. - Расскажи мне о ней немного, пожалуйста. Как вы познакомились? - убеждаю себя, что спрашиваю только ради дела и для того, чтобы проверить легенду, потому что мне совершенно не интересно, чем же эта Шарлотта лучше, чем я, что сумела то, что не сумела я.
Так-то мне совершенно на неё плевать.
- Наверное ты хочешь меня спросить, почему я пришла, - неловко улыбаюсь, когда Рой замолкает и на мгновение прячу глаза в чашке с кофе, - вероятно, ты не поверишь, что меня интересует только твоя личная жизнь, - хотя, на самом деле, это вполне себе нормальное основание для такого неожиданного ночного визита с моей стороны. Вот только, к сожалению, не в нашем случае. Как бы там ни было с моими чувствами к Рою, я сейчас сижу напротив него не только ради информации о прошедшей свадьбе и планах на детишек - я всё так же пытаюсь уловить в речи Векслера хоть единую нестыковку, которая могла бы уличить его в связи с сенатором Уильямом Брекеном - помимо покупки квартиры. Пытаюсь расслабить его и убедить в том, что я не представляю угрозы. Пусть лучше думает, что во мне взыграло чувство ревности, собственничества и сожаления, пусть пытается мне доказать, что у него всё вышло и без меня.
А я просто сделаю свою работу.
И уйду.
- Если честно, я и сама не знаю, почему пришла, Рой, - наконец-то после затянувшейся паузы я тяжело вздыхаю и отставляю в сторону чашку с недопитым кофе. Взгляд тем временем ускользает куда-то в сторону. - Просто мы так давно не виделись с тобой... И я сама не заметила, как оказалась у тебя под домом, даже не подумав о том, что, возможно, ты сейчас предаёшься романтике со своей женой, - наконец-то резко возвращаю взгляд к своему собеседнику, ныряя прямиком ему  в глаза, чтобы буквально почувствовать, как начинает искриться воздух от неожиданно взлетевшего вверх напряжения. - Прости, если и правда помешала твоим планам, - пожимаю плечами, но даже не пытаюсь сделать вид, что собираюсь уходить, дабы не продолжать беспокойство.
Нет, я всё так же сижу в кресле.
И всё так же смотрю Рою в глаза.
И сердце моё всё так же пытается не подать своей реакции на мужчину напротив.
И я совершенно не думаю о мужчине, ожидающем меня дома.
Потому что сейчас у меня есть только работа... и Рой.
И это катастрофа.

+5

11

Лил выбирает кофе, Рой кивает и направляется на кухню, чтобы приготовить: привычно достает турку, засыпает перемолотые зерна и включает огонь. Эти действия дают и ему и ей некоторый манёвр: он знает, что Лил ничего не сможет найти в этой квартире, потому что в ней по сути ничего нет: ни того, что должно быть связано с его работой, ни того, что могло бы быть вещами Лотты. Но он знает, что женщина за спиной ищет и позволяет ей это делать.

- Нет, она не дома, - Рой отвечает кротко, как только чашка с кофе оказывается в женских руках. На долю секунды они оказываются чуть ближе, что позволяет почувствовать нотки алкоголя - забавно, с каких пор ей нужен допинг? - Про твоего хирурга я у тебя ничего не спрашивал, помнится, - отвечает Рой. И ведь он правда не спрашивал, но с тех пор, как Лил связалась со своим "мистером идеальность", он знает про него все: его профессиональная пташка Клэр за внушительную сумму предоставляет сведения о любом интересующем его человеке - это был вопрос времени, как скоро он наберет её номер и затребует на Уэйна полное досье. Но Рой знает, чувствует на подкорке сознания, что Лил раздирает любопытство. Лилит умная, самодостаточная и красивая женщина, которая стопроцентно удивлена, что ей предпочли малолетку. Поэтому он даёт ей то, что она хочет (или всё же не хочет?) услышать: - Мы познакомились с Лоттой, когда я купил акции продюсерского центра её отца и начал  постигать все тонкости этого бизнеса, - это отчасти и ложь и правда, поэтому ей не в чем его уличить. - Лотта и правда умна не по годам. Но она юна, ей в силу стиля жизни хочется развлекаться, а я не того и возраста или характера, чтобы ей это давать, поэтому мы не проводим каждый вечер дома, держась за ручки. Как я недавно узнал - это называется уважение личных границ и интересов, - всё, что он говорит, является одновременно и правдой и ложью. Рой умело подбирает каждое слово - этому он научился за все десять лет работы с Уильямом Брекеном. - Да и ведь ты знаешь, я никогда не был романтиком и не особо разбираюсь во всём этом, - уж ей-ли не знать про то, что в части отношений Рой - настоящий валенок.

Лил говорит о том, что сама не знает каким образом оказалась у него на пороге. Рой не верит ей сразу по двум причинам:
во-первых, он прекрасно осведомлен о том, что Лил - профессионал от кончиков ногтей до мягких пяток и упустить возможность прийти и проверить его ещё раз она не могла;
во-вторых, Рой категорически не верит в то, что он всё ещё может интересовать её, как мужчина. Что он может интересовать кого-то, как мужчина. Все сказанные ею напоследок слова-ножи после каждого их расставания прочно впивались в его броню и разрушали её защитный слой настолько, что он уверовал в свою никчемность в контексте отношений с женщинами, как люди уверывают в господа.

Поэтому, пока они сидят  напротив друг друга, он стоит перед сложным выбором: поступить так, как хочется или как должен. Ведь по-хорошему, он должен был прогнать её сразу же, отрезав фразой про адвоката, но она сидит напротив и смотрит на него так, что сердце пропускает несколько ударов. От взгляда, от осознания того самого "по-первых", которое он озвучивает: - Мы ведь оба знаем, что ты пришла затем, чтобы проверить всё сказанное мной в участке. Вопрос только - есть ли на тебе микрофон под одеждой или ты решила сначала проверить сама, а уже потом поднимать вопрос перед руководством о том, что с моим досье произошло что-то неладное.

+5

12

В общении с Роем я забываю об одном: Рой знает меня так же хорошо, как и я его.
Поэтому мои намерения по поводу настоящего визита не долго остаются в секрете, и буквально в следующее мгновение знакомый голос словно озвучивает мои собственные мысли, в ответ на что мне остаётся лишь снисходительно улыбнуться.
- Ты прав, - киваю, потому что мне хочется, чтобы Рой уверовал в свою правоту. Мне просто самой хочется в неё уверовать, потому что мысль о том, что я приперлась в его дом только из-за дурацкой ревности к нашему совместному прошлому - неприятно щиплет горло, и заставляет думать о себе плохо - у меня ведь есть муж.
А так, я просто делаю свою работу: проверяю легенду, сопоставляю факты, пытаюсь вывести преступника на чистую воду.
И всем будет проще думать именно так.
Тем более это так похоже на правду, как и то, что...
- На мне нет микрофона. Можешь сам убедиться, - наконец-то изрекаю с вызовом, понимая всю двусмысленность сказанного, при этом не отрывая глаза от субъекта своей двусмысленности. - Но ты всё-таки признаёшь, что с твоим досье что-то не так, да? Например род деятельности, прежние судимости... и семейное положение? - мой голос всё ещё звучит дерзко, уверенно, потому что, не увидев вокруг ни единой вещи или фотографии Шарлотты Векслер, я словно не почувствовала её здесь присутствия, и, как следствие, конкуренции - даже, если припустить, что это дамочка реальна, что тоже надо будет ещё проверить, как и бизнес её отца, ещё неизвестно, на какие деньги построенный. Но Рою о моих столь далеко идущих планах быть в курсе не обязательно. И вообще, - откуда ты знаешь, что я вышла замуж за хирурга? - резко перевожу тему и пододвигаю свой стул ближе к Рою, жадно подбираясь к нему взглядом, в попытке вывести из себя. - Ты что, пробивал меня? - хриплю, понимая, что моё дыхание жарко обдает мужскую щеку, но не отодвигаюсь. Я слышу аромат его парфюма и нотки табака, и эта смесь вдруг кажется мне такой знакомой, что в следующее мгновение волна воспоминаний накрывает меня буквально с головой, заставляя прикрыть глаза. В один момент я вдруг ощущаю такую горечь на языке, такую тяжесть в сердце, что почти что физически хочу вырвать эти чувства из себя. Я слышу, как сбивается дыхание Роя. Он так близко. Очень близко - совсем, как в мгновении из прошлого, когда я так же вдыхала его аромат.
Я вдыхаю снова. Открываю глаза. Он всё ещё смотрит на меня.
И я... его целую.
Без памяти, без рассудка, без взвешиваний "за" и "против".
Я убеждаю себя, что просто проверяю, действительно ли он женат. Ведь, если их отношения с Шарлоттой настоящие - он никогда не поддастся на провокацию. Это же Рой - он верный, как собака. Он не способен на предательство. Даже, если к слабости его толкает бывший предмет обожания.
Но если я сейчас почувствую, как обмякают его губы под моими, как его язык прорывается в мой рот - я пойму, что всё им сказанное вранье.
И мне будет ничуть не жаль.
И совсем не будет стыдно.
Потому что я просто проверяю легенду, а не то, остались ли у меня ещё чувства к этому мужчине.
Не остались.
И этот поцелуй - для меня лишь лишнее тому подтверждение.

+3

13

Лил подтверждает его правоту, внутри Роя образовывается чёрная дыра, вакуумом заполняя пространство внутри грудной клетки.

Проблема Роя Векслера заключается в том, что он совершенно не понимает ничего в полутонах и скрытых смыслах, он не думает, что Лил пришла сюда к нему, он уверен, что она пришла сюда исключительно с целью разнюхать и, убедившись в своей правоте, восторжествовать. Восторжествовать, что всё ещё имеет на него не только права, но и техпаспорт.
А ведь проблема-то и заключается в этом; краеугольный камень его жизни - ему хочется, чтобы она шла к нему. Без побед и поражений, без проверок и допросов, просто шла, потому что хотела этого, потому что хотела его.
С пятнадцати и до сих пор, каждый проклятый раз, когда она приходила, когда она оказывалась в поле зрения, она всегда так и оставалась недостижимым идеалом, мечтой и несбывшейся надеждой. Она уходила с криком, с обвиняющими словами, ими она разрубала воздух и все связывающие их нити; она кричала и утверждала: «я тебе никогда не достанусь». Утверждала и убедила, а он уверовал, как люди верят в Бога - недостижимый идеал, которого не заполучить, не увидеть, не подчинить. Она уходила, оставля после себя воспоминание на выжженной пустоши, уходила, сминая его уверенность тончайшими каблуками. И, самое ненавистное - она всегда уходила к другому. К тому, кому принадлежала, кого посчитала достойным.
Её хирург, её ебанный хирург всегда был и будет между ними, в отличие от той же Лотти, которая, даже если придёт сюда, не будет иметь на него никаких прав.

- Сложно не догадаться, учитывая, что твоя фамилия на его объявлениях о частной практике развешена по всему штату, - со всех этих баннеров улыбается счастливый и успешный врач, услуги которого обходятся пациентам в несколько тысяч долларов. Каждый плакат - недвусмысленное напоминание о том, что он лучше.
От убийства этого напущенного ублюдка его отделяет осознание, что это ничего не решит. Даже, если его растерзать на тысячу мелких кусков или разобрать до сантиметра, задавшись самоцелью выяснить чем же он, сука, лучше, это ничего не изменит. Лил не изменит своим принципам и никогда не смирится с его жизнью, а он никогда уже не сможет ей доверять, учитывая специфику работы.
Паршиво - паршивая псина здесь он.
Как и всегда. Он просто за двадцать лет не смог это понять и выучить наизусть.
Паршивая псина, сорвавшаяся с поводка хозяйки, не привыкшей выпускать из поля зрения свои игрушки.

Рой смотрит на Лил, как та змеёй врывается в личное пространство, обволакивает своим запахом и влиянием. Она касается губами, как всегда одурманивая; если бы можно было описать её влияние на его организм, то это как три литра водки выпить залпом - ведет так, что проваливается в бессознательное. Прикрывает глаза, повинуясь желанию. Он целует её губы, его рука поднимается, будто бы желая запутаться пальцами в локонах, но вместо этого два пальца сжимаются на женском подбородке и он отстраняет её лицо от своего, внимательно вглядываясь в знакомые наизусть черты лица.

- С каких пор измена твоему драгоценному мужу входит в перечень проверочных мероприятий УБН? - каждое его слово припорошено горечью и ненавистью: он всё ещё помнит, как вытягивалась её спина всякий раз при звонке супруга, пока три года назад они скрывались от мира в его квартире, как менялся её голос при разговоре с ним. Нежный и мирный, она говорила с мужем так, как говорила с самим Роем, когда им обоим было по пятнадцать: мягко, умиротворяюще; она говорила с ним так, как с Роем уже никогда не будет. Так почему же она пришла? Разозлилась вероятности, что у её любимой зверушки появилась та, из-за которой его спина будет также вытягиваться, а голос становиться мягче? - Или ты пришла сюда проверить исключительно моё семейное положение, не в состоянии простить, что я сорвался с твоего поводка?

Отредактировано Roy Vexler (2021-11-17 12:07:04)

+3

14

Весь предшествующий этому вечеру сегодняшний день с момента встречи с Роем Векслером в отделении я уверенно убеждала себя в отсутствии чувств к объекту бывшего вожделения.
И даже когда мои губы опустились на его, я всё ещё продолжала мысленно твердить про себя, что этот поцелуй ничего не значит.
Ни трепет в груди, ни даже тянущееся внизу живота желания не сулили мне возможности снова сойтись со своим бывшим.
Я была уверенна, что просто делаю свою работу. 
И только когда неожиданно для меня самой, Рой отстранил моё лицо ледяными пальцами, я вдруг почувствовала на языке такую горечь, что в один момент на меня будто обрушились все сожаления прошлых лет.
Уверена, моё лицо в это мгновение искривилось в болезненной гримасе, вполне однозначно отображая моё отношения к произошедшему.
- С каких пор измена твоему драгоценному мужу входит в перечень проверочных мероприятий УБН? - Рой сверлит меня взглядом, и, на удивление, я не могу понять, чего в этом взгляде больше: попытки понять мой поступок или презрения.
В ответ лишь качаю головой. Прозвучавшая с уст мужчины правда прорывает дамбу сознания не хуже весенней лавины. И мне надо какое-то время, чтобы собраться с мыслями и понимаем того, что же меня всё-таки коробит больше: факт этой самой измены, или факт, что Рой меня отверг. Снова. И если даже отверг: то из-за любви к жене или из желания отомстить за все мое предыдущие прорехи.
- Это не измена, Рой Векслер, - только и могу отрезать ледяным голосом. От предшествующей едва прикрытой двусмысленности не остается ни следа. Я снова ощущаю себя агентом Уэйн, а все воспоминания о Лил, какой я была только рядом с Роем, надежно упаковываются в самый дальний ящик воспоминаний и запихиваются на самую высокую антресоль подсознания.
Я не знаю, как должна себя чувствовать. Наверное, самой понятной была бы обида. Или злость. Потому что быть отверженной - не самое приятное состояние.
Но, на удивление... Я понимала Роя.
Я знала Роя, и за всей этой мишурой о былой любви, оказалось, что единственной правильной реакцией на мои действия было отшить меня.
На что мне в ответ остается только покачать головой.
- Мистер Векслер, простите, что я вас побеспокоила сегодня. Желаю вам хорошего вечера с супругой… если она вернется, - поднимаюсь с дивана, хлопая себя по коленям, будто наше сегодняшнее общение только и ограничилось этим «дружеским» разговором. От прошлой неудавшейся романтики не осталось и следа. Словно в последний раз мы с Роем целовались все эти чертовы четыре года назад.
Всё прошло.
И теперь я вижу это отчетливо, как никогда.
Я всё понимаю.
И всё равно не смотря на это, по пути ко входной двери, я чувствую внутри неприятный холодок.
Пустоту.
Словно лишилась в своей жизни чего-то важного.
Того, что потеряла четыре года назад.
И чем никогда не обладала.
Создавалось ощущение, что это именно сегодня я лишилась Роя.
И это грызло внутри похуже отказа в поцелуе.
- Надеюсь, в ближайшем времени нам больше не доведется увидиться, мистер Векслер. До свидания, - киваю, отделываясь дежурной рабочей улыбкой. После чего дергаю дверную ручку и… вижу по ту сторону порога рыжую девушку. Это не Шарлотта Векслер, с чьими фотографиями я ознакомилась у неё в Инстаграме.
Ухмыляюсь.
- У вас довольно… широкий круг общения. Будьте бдительны, - снова киваю и, показательно обойдя гостью, направляюсь к лестничной клетке.
А сама чувствую, как подкашиваются ноги.
Удивительно, в жизни Роя Векслера за эти четыре года появились и другие женщины, кроме меня.
Жаль только, что меня это задевает.
Как бы я не хотела, чтобы мне было плевать.

+5

15

Её лицо кривится, его - расползается паутиной ярости. Она [ярость] кроется в каждой морщине, в изгибах губ и бровей.
<Прочь из моей головы!
Наугад в темноту, c середины концерта
>

Они всё ещё в преступно-неприличной близости, Рой в состоянии отследить каждую микро эмоцию на её лице. Но проблема в том, что они не сменяются. Лил как будто замирает, зависает в состоянии собственного не_понимания. "Как это он смог сорваться с её крючка? Как посмел не поддаться?"
Рой, наверное, задаст себе те же вопросы чуть позже, но сейчас, находясь в непосредственной близости, он ощущает на подкорке сознания ядовитый ком презрения. К самому себе.

Потому, что всё это - слишком поздно.
Потому что она - совершенно не вписывается в эту атмосферу.

Лилит Уэйн слишком хороша для данной квартиры; для всего района в целом.
Рой вспоминает слова Лотты: — Ты выбрал этот район, чтобы не привлекать внимание? и хмурится.
В таких районах агенты УБН появляются исключительно для зачисток. Векслер в курсе, ввиду богатого личного опыта, из-за знания, что, развернувшись, она уедет в другой, фешенебельный район, под стать богатому супругу и статусности его профессии. Рою известно, что годовое обучение в школе её ребёнка стоит примерно столько же, сколько и месячная аренда подобной квартиры, и к горлу подкатывает ком. Уже второй за секунду.
Он не мог ей этого дать раньше, когда она искала достатка и стабильности.
Он смог бы дать ей это сейчас, когда добился, но ей уже не надо.

<Прочь из моей головы!
Здесь и так кавардак. Разбросав фотографии, выбросив вещи
Уничтожив улики
Все диски отправив в мусорный бак
>

И Лил всё это подтверждает.
Вместо попыток откреститься, вместо просьб поговорить, обсудить, простить, она, хлопнув себя по коленям, поднимается в непринужденном жесте.
Как будто всё происходящее до этого - фикция, идеально продуманная бесчувственным агентом УБН.
Лил поднимается, в простом, но до изящества восторженном порыве поднимает сумочку. Закинув на плечо, следует к выходу; её каблуки звонко впиваются в сознание и пространство. Рой наблюдает со стороны практически с маниакальным желанием: с одной стороны хочется переломать ей ноги, оборвав каждое коленное сухожилие, с другой, хочется с мазохистским намерением убедиться, что ни одно движение её не дрогнет по пути.
Собственно этого и не происходит, хотя чего он ждал?
Они оказываются возле двери, Лил бросает громкую фразу, как будто сама сейчас не окажется в объятиях любимого мужа. Рой смотрит на неё с явным недовольством, перекатывая слова, застрявшие на языке, по нёбу. Что сказать на это он не знает, ибо в курсе, что из них двоих, у неё у единственной есть тот, кто сможет пригреть на груди и порадоваться возвращению любимого человека домой.
Ровно тогда, когда у Векслера проскальзывает красной мыслью в голове мысль об одиночестве, Лил открывает дверь, за которой стоит Лиза. Лиза, как будто ангелом подосланная, смотрит на них с нескрываемым любопытством, он с удовольствием ответил бы ей, разъяснив, кому имеет дело быть представленной, но события развиваются слишком стремительно и ярко, чтобы он сумел внятно и красиво отреагировать.
<Прочь из моей головы!
Босиком, кувырком, с чемоданом в руке
Или без чемодана в руке - налегке, вдалеке
Пока я по тебе не проехал катком
>

Лил говорит: — Будьте бдительны. Как будто до этого Рой общался исключительно с монахами и впускал людей в свою жизнь и в квартиру по щелчку пальцев. Зацепившись за ручку, чтобы придержать дверь перед блондинкой, буравит затылок Лил, пока женщина обходит его гостью. Говорит разве что: — Всенепременно, — ему хочется сказать ей многое и надавить словами посильнее, но Рой никогда не был гениальным оратором и не владел искусством краснословия настолько, чтоб укладывать фразами собеседника на лопатки.

<Прочь из моей головы!
Оборвав провода, спутав карты, фигуры сметая с доски
Разбивая шлагбаумы на полном ходу
Оставляя разрушенными города
>

Он смотрит ей в спину. Три секунды - на лице начинают играть желваки. Пять - его лицо некрасиво кривится в гримасе гнева. Рой даже не обращает внимание на то, в какую комнату проходит Кловер, резким движением ладони захлопывает дверь.

Его все это вымораживает. В целом ее приход, тот факт, что делом Брекена занимается Уэйн и в особенности то, что она сейчас вернётся к своему супругу как ни в чем не бывало и будет с ним нежна так, как с ним не была десять лет. А то и больше.
<Из моей головы, где сферой становится плоскость
Где то горит фейерверк, то тлеет свечка из воска
Где музыка Баха смешалась с полотнами Босха
И не дружат между собой полушария мозга
>

На пол летит обувница.
Это происходит молниеносно, Рой в едином порыве опрокидывает неприметный шкафчик, и дело совсем не в желании обновить мебель по всей квартире.

Его кроет. Если после допроса и своей первой победы он ощущал себя лучше, то с тех пор, всё изменилось в противоположную сторону.
Следом летит стол, шикарный дубовый стол, который расхваливала Риелтор перед совершением сделки некрасиво кривится, одна его ножка ломается, вторая в критичном состоянии смотрит по диагонали. Слетевшая кружка с недопитым кофе разлетается по полу, расползаясь коричневым пятном по ламинату.
Привыкшему к порядку Рою на это сейчас Буква Ю - пахую.
— Сука! — Лил? Ситуация в целом? Его ебанная жизнь?
<Где крутится строчка одна днём и ночью
"Вали из моей головы очень срочно"
И вместе с собой забери о тебе мои мысли
Чтобы Богу не показалось, что мы в этом мире слишком зависли
>

Проведя ладонью по щетине, пытается успокоиться, но получается скверно. Вернее, скорее не_получается. Рой подходит к кухонному окну, заряжает в рот сигарету, но даже справиться с ручкой не может; та летит вправо под действием его пальцев и, отскочив по плитке кухни, оказывается прямо под ногами Лизы.
— Да блядство! — срывается Рой, находясь в шаге от того, чтобы разъебать окно в целом.

Отредактировано Roy Vexler (2021-12-25 19:56:43)

+6


Вы здесь » SACRAMENTO » Доигранные эпизоды » you don't belong here


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно