Джованни тяжело хватал ртом воздух, лёжа на боку и подобрав колени практически к груди, чтобы собрать боль в одну точку. Смешанная с адреналином и вязью мышечных сокращений, она рвала его изнутри... читать далее
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 32°C
jack

[telegram: cavalcanti_sun]
aaron

[telegram: wtf_deer]
billie

[telegram: kellzyaba]
mary

[лс]
tadeusz

[telegram: silt_strider]
amelia

[telegram: potos_flavus]
anton

[telegram: razumovsky_blya]
darcy

[telegram: semilunaris]
edo

[telegram: katrinelist]
eva

[telegram: pratoria]
siri

[telegram: mashizinga]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » «Greed»


«Greed»

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

весенний вечер в Сан-Франциско. Бар  «Greed»

Christian van de Velde, Anthony MacIntyre, позднее присоединяется Ivo Salvatore
https://i.imgur.com/E3HXdG8.gif https://i.imgur.com/qkfQfJb.gif

Бар «Greed» находится на задворках улицы, где расположен бутик «Salvatore». Место это тихое в дневные часы, да и в ночные не самое шумное. Здесь негромко играет джаз, а интерьер выдержан в стиле ар деко – много золотого и черного, много бархата, натуральной кожи и лакированного дерева.
Папарацци сюда вход воспрещен, зато здесь всегда рады литераторам и художникам. Здесь бывают и состоятельные люди, коллекционеры современного искусства, критики. Это место, где тусуется свой круг, где эстеты, объединенные общими интересами в искусстве приятно проводят время, отводят душу и предаются излишествам.
В «Greed» бывали и некоторые европейские художники и писатели, но только те, кто имел знакомых среди постоянных посетителей бара.

Вокруг «Greed» ходят легенды. Поговаривают, в этом самом доме, в этом самом помещении бар находился еще со времен сухого закона. И тогда внизу, под ним, в подвальных помещениях хранились запасы запрещенного алкоголя, мафиозный арсенал оружия и ящики с неправедно нажитыми деньгами.
Ходят слухи и о том, что в этом же подвале были оборудованы секретные комнаты, тайный бордель для сильных мира сего, где посетители, желающие остаться неузнанными, могли предаваться самым шокирующим порокам…
Так ли это? Никто точно не знает. Возможно,  нынешний владелец придумал эту легенду, чтобы впечатлить искушенную публику, которая собирается здесь. Возможно также, что это выдумки журналистов. Ведь далеко не каждый из них бывает приглашен сюда. Есть и те, кто в «Greed» никогда не были, но в кругу друзей уверяют, что они там желанные гости. Ну, и, естественно, придумывают всякое.
Так или иначе, а в подсобных помещениях бара никто из посетителей не был, вход туда посторонним воспрещен. Так владелец охраняет одну из тайн этого места, создающих вокруг бара ореол загадочности и порочной притягательности.

Говорят также, что самого владельца никто не видел входящим в бар или выходящим  из него. В смысле – через дверь для посетителей либо через кухню. И этот факт дает почву для еще одной легенды – более правдоподобной.
«Greed» был открыт как раз во времена сухого закона и стал одним из тех мест, где можно было купить разнообразный алкоголь. И, поговаривают, доставлялся он туда через подземные ходы, ведущие к заброшенным складам, где мафиози оборудовали тайные цеха по производству спиртного. Возможно, бутлегерские склады располагались как раз в подвалах, вместо того самого подпольного борделя из первой легенды. Хотя – как знать? Возможно, подземелья под баром достаточно велики, чтобы вмещать и то, и другое.
Так вот, некоторые полагают, что владелец и некоторые особо приближенные к нему работники входят в бар и выходят из него через один из сохранившихся с бутлегерских времен подземных ходов, который начинается в подвале бара, и ведет неведомо куда. Но вероятнее всего – в одно из соседних зданий. Возможно, он заканчивается в подвале соседнего жилого дома, цветочного магазина или булочной. В числе других возможных мест - магазин рок-атрибутики, страховое агентство и ветеринарная клиника. Но владельцы и сторудники всех этих мест на вопросы о подземном ходе лишь загадочно улыбаются.

В любом случае «Greed» - это одно из культовых мест для богемы Сан-Франциско, окутанное ореолом легенд и даже по сей день таящее некоторые загадки

Отредактировано Christian van de Velde (2021-09-09 15:18:21)

+2

2

Интерьер бара впечатлил Кристиана. Стиль Ар деко прочно ассоциировался у него именно с Америкой. Это все из-за нью-йоркского «Эмпайр Стейт Билдинг», засвеченного на множестве логотипов, на открытках, в комиксах, в несметном количестве культовых фильмов и знаменитых фото.
Пока что посетителей было совсем немного. Похоже, место было из тех, куда народ стекается за полночь. Энтони подвел гостя к стойке бара. Там, за спиной колоритного бармена стояли ряды рубиново-красных, янтарно-желтых, изумрудно-зеленых бутылок. Светильники-шары свисали с потолка на золотых шнурах.
-Нет-нет! Не алкоголь. Я начну с кофе, - сказал Крис. – Мне надо взбодриться. Я странно себя чувствую из-за перемены часовых поясов. Вроде как и выспался, но как будто немного в зазеркалье.
Бармен с невозмутимым видом поставил перед ним чашечку кофе.
-Этот бар прекрасен. У меня ар-деко ассоциируется почему-то с вампирами, - сообщил Крис бармену. – Не знаю – почему. Кино, наверное, влияет. «Американская история ужасов», все такое. Кстати про «Американскую историю ужасов»! Там в той части, где леди Гага играет вампиршу, действие происходит в отеле как раз оформленном в стиле ар деко. Видели?
Кристиан умел располагать к себе людей – как это ни странно для человека его профессии. А бармен никогда и ни с кем не обсуждал посетителей, но почему бы не обсудить вампиров? И Бармен охотно поддержал беседу:
-Впервые в Сан-Франциско?
-Да. Более того, я в США второй раз. А первый был давным-давно. Когда-то я ездил посмотреть на Луизиану, на Новый Орлеан. Выступал там на Хэллоуин и заработал прилично денег! Совместил отдых и удовольствие.
-Ты, видимо, музыкант? – осведомился бармен. Вообще говоря, он был несколько удвилен осведомленностью этого иностранца в вопросах искусства. Ведь тот был больше похож на рок-музыканта на гастролях. Правда, вид у посетителя был свеженький, не в пример многим старым добрым рокерам его лет. Но, судя по акценту он был европейцем, а, говорят, в Европе сейчас таких полно – на волне хипстерства и ЗОЖа.
- Кристиан заговорщицки подмигнул ему, извлек из воздуха старый серебряный доллар, заставил его несколько раз исчезнуть и возникнуть снова.
-А, так ты фокусник, значит, - закивал бармен.
-Именно! Хотел там отыскать что-нибудь вдохновляющее для нового шоу. Там же родина вампиров и джаза одновременно, а и то, и другое я люблю. Поппи Брайт, Энн Райс, Барбара Хэмбли. Да еще архитектура удивительная….
-Ну, если любишь всякую мистику, то тебе здесь понравится. В этом баре, в смысле, - и он жестом намекнул, что у него самого рот на замке, но вот Энтони знает что-то о мистической истории этого места.
Тем временем Кристан осматривался. Антураж, музыка, общая атмосфера многое говорили о вкусах местной публики. Он хотел продолжить заниматься фокусами, но ему обязательно нужно будет найти и новую аудиторию. Ведь он дал себе слово – больше никаких ужасов, никакой бутафорской крови. Возможно он откажется даже от своих намеков на БДСМ. Не факт, конечно. Хотелось бы не отказываться. Но не эти ли образы так взбудоражили воображение того человека, который убивал его фанаток?
Именно так считал инспектор Мук. Спасибо ему, он хоть не считал, что это сам Кристиан их убивал, один или с сообщниками. И все же его версия казалась Кристиану не очень правдоподобной.
В конце концов, это не он, а его пилили на сцене, связывали и подвешивали на крюках. Благодаря небольшому росту и некрупному телосложению в своих шокирующих садомазохистских шоу он исполнял роль сабмиссива, в этом плане он отличался од других иллюзионистов хоррор направления.
Особой популярностью пользовались те представления, где женщина-бодибилдерша чуть не на голову выше Кристиана проделывала с ним всякие зловещие трюки. Да и шли ему все эти ошейники, собачьи шлейки, наручники и прочая атрибутика.
У Кристиана было довольно много фанатов мужчин. Но во-первых, они скрывали свою одержимость им, отмечаясь лишь в анонимных комментариях, тайно обмениваясь видеороликами с его шоу, а во-вторых, похоже, считали Криса гетеросексуалом, потому в массе своей не пытались познакомиться лично. Инспектор предупреждал его, что у некоторых садистов, привлеченных к суду, на компьютерах были записи  эпизодов из выступлений Кристиана. Но подобные личности представляли опасность скорее для него самого, чем для девушек, следующих за его шоу.
Было бы здорово сделать что-то умное, ориентированное на более интеллектуальную публику. Он все думал: вот если бы сделать номера более художественными, менее провокационными и жестокими. Убрать весь этот садомазохизм, а вместо него… А что – вместо него? А Кристиан не знал. Как-то ничто другое его особо не вдохновляло. И вдруг он понял, что даже с барменом болтал сплошь про мистику и ужасы! Ни одного приличного фильма или книги не упомянул, естественно, он мало их знал - приличных.
Сейчас он смотрел вокруг в поисках новых впечатлений. Надеялся, что из этого в конце концов родится новая концепция.

Обменявшись любезностями с барменом, Кристиан спросил у Энтони:
-Может, пересядем за столик? Туда, на диванчик в углу. Мне до этой чашки кофе казалось, что там я могу уснуть, но теперь вижу – нет. Я уже в порядке. Давай сядем туда и закажем чего-то посерьезнее. Я бы выпил вина. А можно даже и съесть чего-нибудь потом.
Когда они отдалились от стойки на некоторое расстояние, Кристиан отметил:
-Этот каджит мне нравится больше. У него тоже есть товар, если только у тебя монеты имеются, но он хоть улыбается и поддерживает беседу. Похоже он хорошо знает тебя. Ты, значит, в этом роскошном месте завсегдатай? На самом деле – вдохновляющая обстановка, этого не отнимешь. И все же – он меня разыграл или правда есть мистическая история про этот бар?

Отредактировано Christian van de Velde (2021-09-09 22:49:28)

+2

3

Бар, в который они вошли, был хорошо знаком Энтони; приятная теплота уюта разлилась в груди согревающей волной, и художник почувствовал прилив энергии, что было очень кстати, учитывая, что их вечер не собирался заканчиваться в ближайшее время. Повернув голову, он с довольной улыбкой наблюдал за выражением лица Кристиана, отмечая реакцию - пока что исключительно положительную, как Энтони и рассчитывал.
- Добрый вечер, Брайан, - он приветливо кивнул бармену, которого успел запомнить в лицо, - мне, пожалуйста, джин-тоник. 
Кристин ограничился кофе. Энтони и бровью не повёл при виде кофейной жижи в чашке друга, напомнив себе, что бедняга преодолел парочку часовых поясов по дороге на другой континент. Он молча улыбнулся и сделал глоток алкоголя, который немедленно согрел его изнутри. Предоставив другу развлекаться беседой с Брайаном, который, уж конечно, был собеседником хоть куда - работа обязывала, как ни крути, каждый успешный бармен должен быть на полставки психологом и уметь располагать к себе людей разного типа, - Энтони лениво слушал их разговор и украдкой рассматривал присутствующих, выискивая интересные лица, знакомство с которыми пошло бы Кристиану на пользу. Здесь никогда не было много народу, но тем самым бар и подкупал - никакой тесноты или толкучки, во всяком случае, по меркам Сан-Франциско. К примеру, за одним из столиков сидел мистер Ашенберг, продюсер, который, как слышал Энтони, отыскал немало талантов прямо тут, за барной стойкой. Ашенберг носил длинную бороду, нелепые жёлтые очки, из-за которых казалось, будто он нацепил на нос банановую кожуру, и тесноватые синие джинсы, над которыми угрожающе свешивался внушительных размеров пивной живот, но несмотря на эксцентричный внешний вид - или, быть может, благодаря ему - продюсер умел устанавливать контакты с правильными людьми и выводил подопечных в свет софитов и рекламных афиш в рекордные сроки. Наверное, Кристиану стоило бы иметь его телефонный номер - так, на всякий случай...
Или нет? Только Энтони собрался было предложить пригласить в свою компанию третьего, как его губы сжались в плотную бледную нитку и он промолчал, проглатывая слова и запивая их джин-тоником. Художник вдруг засомневался, стоит ли разрушать их уединенный дружеский вечер посторонними знакомствами. Может, не надо?.. Вернее, надо, но не сегодня?.. Поборовшись с сомнениями пару минут, он всё же принял решение не портить дружескую атмосферу. Ну его, Ашенберга этого! Телефон продюсера у Энтони где-то хранился, так что... успеется ещё, успеется...
Наконец от барной стойки они плавно переместились за столик в углу. Кристиан тут же полюбопытствовал об истории бара, и Энтони рассмеялся:
- Дружище, ты неисправим! Тянет же тебя на всякую чертовщину... Садись, - он кивнул на удобный диван, придвинутый к столику, - я принесу вина. У меня самого в бокале пусто. А потом всё расскажу, идёт? - Энтони подмигнул Крису. - К слову, зря ты так про того каджита... Мне он показался просто уставшим и оттого молчаливым. Представь, как сложно работать в торговле, тем более натуральной кожей? Клиенты наверняка попадаются капризные... И мы его ещё задержали, беднягу... Мне даже совестно теперь. Верный знак, что пора утопить свою совесть в тяжёлом вине! Жди меня здесь, никуда не уходи.
Усадив друга за стол, Энтони в приподнятом расположении духа отправился к барной стойке, на ходу допивая последние капли джин-тоника. "У каджита есть товар, если у тебя есть монеты"... ну и привязывающийся слоган! Кто бы ни работал у того странного магазина маркетологом, он явно знал своё ремесло!
Энтони встал на защиту незнакомого продавца и даже запоздало проникся к нему сочувствием, потому что и к сорока годам ни черта не научился разбираться в людях. Он сам, конечно, предпочитал считать иначе, но по факту художник часто доверял тем, кому не следовало.
- Брайан, мой друг созрел наконец на бокал вина, - оповестил Энтони бармена, - и я, пожалуй, тоже. Не подскажешь, что у тебя из красного есть?
Сделав выбор, художник вынул из кармана деньги - он практически никогда не пользовался наличкой, но оставить Брайана без чаевых было бы чудовищным кощунством. Вооружившись наполненными до краёв бокалами, он изящно проскользнул между чужих столиков и поставил порцию Кристиана прямо перед ним:
- Угощайся, это прекрасный сорт, 25 лет выдержки. Так вот, про историю... - удобно устроившись напротив, Энтони сложил руки перед собой, наклонился через стол к приятелю и заговорщецки заговорил: - Давным-давно это место было не баром, а отелем, хоть сейчас в это почти невозможно поверить. И останавливались здесь далеко не богемные звёзды, а кто попало - студенты, туристы, подростки-бунтари, сбежавшие из дома... Атмосфера в отеле установилась соответствующая: торговали наркотиками, сексом, поддельными документами, из-за чего к отелю начали проявлять интерес разные сомнительные личности - беглые преступники, например. Руководство отеля, к слову, прекрасно понимало, что у них под носом буквально разворачивается бордель и чёрный рынок, но ничего не предприняло - понадеялись, наверное, что проблема разрешится сама собой, мол, если игнорировать это, оно уйдёт. А вот оно никуда не ушло, потому что однажды ночью на пороге появился очередной парень нездорового вида и без документов, и ему спокойно выдали ключи от номера - решили, должно быть, что наркоман в ломке ищет крышу над головой, чтобы переждать отходняк. А парень не наркоманом оказался, а психом, сбежавшим из больницы Атаскадеро. Знаешь, что это такое? Психушка для невменяемых преступников, вот что. В общем, беглец из Атаскадеро вместо номера направился в комнату, где холодильники со льдом стоят, схватил нож для колки льда и этим ножом проткнул шеи шести девушкам из ближайших номеров - все они были проститутками, поэтому двери на ночи не запирали. И, как в любой доброй истории про убийства, призраки этих девушек остались в отеле и блуждали по нему до тех пор, пока отель не разорился к чертям собачьим, после чего его зачем-то приобрёл один предприимчивый человек, который и превратил его в бар, который ты видишь сейчас. Если честно, мне кажется, история больше омерзительная, нежели мистическая - во всяком случае, я никак призраков не видел ни разу. Даже жаль... Может, мёртвые дамы не считают меня достойным контакта? - Энтони с деланной грустью пожал плечами и усмехнулся в бокал: - Давай за встречу? С приездом в Штаты, Крис, - он звонко чокнулся бокалом о бокал собеседника.

0

4

- Ну, что ж это выходит - отель разорился, и призраки его тут же и  покинули, - рассмеялся Кристиан. - Тут в Америке даже привидения меркантильные и слишком обеспокоены респектабельностью. Зато сама история просто роскошная. Я думал, здесь на таких местах обязательно зарабатывают. Открывают, знаешь, отели – для любителей острых ощущений. В Европе люди не так подвержены алчности, но я лично бывал в нескольких похожих отелях. Как говорится, с историей. Сам понимаешь, с  какой…

Кристиан мечтательно улыбнулся и отпил глоток вина.

- Однажды обратился ко мне один из французских, так сказать, каджитов. Ну, из господ, у которых есть товар, только если у тебя деньги имеются. Он купил два маленьких отеля, собственно, даже скорее пансиона со слабенькими мистическими историями. Ну, в одном жена мужа отравила - еще в начале ХХ века, в другом было несколько самоубийств. Хотя я порылся в местных газетах, оказалась, лишь одна юная бездарная актриса наглоталась в номере таблеток. Остальные  – это скорее передозировки были. Но ты ж понимаешь, передозировка – это совершенно не романтично и никакой мистики в этом нет. Одна суровая реальность. Ни один дурак не станет платить за суровую реальность, которая, увы, дается нам всем и так от рождения. Как в той поговорке – больно, зато бесплатно.

Кристиан поудобнее откинулся на спинку стула, как всегда, когда собирался рассказать одну из своих занимательных историй.

- Так вот, он обратился ко мне, чтобы эти свои отельчики раскрутить. Но реально там, в их историях, зацепиться было не за что. Он, естественно, клялся, что там живут привидения, но это курам на смех. Если б при таких банальных обстоятельствах призраки появлялись, в мире от них бы уже проходу не было. Ему надо было обратиться ко мне до покупки, но он спохватился потом, когда уже вложил деньги. Не, ну это нормально, да? Ах, люди есть люди. Так вот. Он мне хорошую цену предложил, если я придумаю, как ему раскрутить эту ерунду. Денег мне, конечно, хотелось. У меня ж два варианта хорошо заработать. Либо я делаю что-то мерзкое, а то и опасное для здоровья, либо я выдумываю, как заработать на чем-то мерзком и страшном, но безопасном. Ну, когда оно еще и опасное, так такого на  свете пруд пруди, тут и выдумывать нечего – можно же просто и незатейливо бухать. И вот, чтоб не нырять вниз головой в цепях в стеклянную бочку, я стал думать, как заработать иначе. Клянусь, на пару дней я даже потерял сон и аппетит! Наконец, я решил, что надо разобраться с этим делом на месте.
- Я приехал в тот отель, где типа серия необъяснимых самоубийств. Номер снял, там уже, конечно, все отремонтировано было и выглядело не как наркоманский притон. То есть, владелец легенду убил вообще. Я б на его месте нанял какого-нибудь андеграундного дизайнера, который реально все б там стилизовал под наркопритон… ну, знаешь…

И Кристиан принялся описывать, мечтательно глядя в потолок:

-Знаешь, минимализм такой стены местами кирпич, местами бетон. С намеком на лофт. И разводы на стенах фактурные такие. Фурнитуру б авторскую заказал, чтоб формой отдаленно напоминала гнутые ложки в копоти, все такое… И светильники такие чтоб – типа голых лампочек. Ну ты понимаешь. Дорогой такой, дизайнерский притон. Ты смеешься?
Кристиан  увидел, что друга забавляет полет его дизайнерской фантазии:
-Вот-вот, хорошо, что я не дизайнер. Я б вам навел там шороху. Так вот, лег я спать, лежу и думаю: «Вот если б тут хотя бы какой Джимми Хендрикс от передозировки умер, ну это хоть куда ни шло»… То есть, лучше бы, конечно, Джимми Хендрикс жил! Но суть моей печали ты понимаешь, да? И вот, лежу я, думаю, может нам повезет, и тут правда какие-нибудь шумы в вентиляции, потрескивают рассохшиеся половицы, ветер зловеще в трубе завывает. Но там труб не было, это было послевоенное здание. Вот во втором притоне…тьфу, отеле, там было несколько каминов, но там тоже ни фига никто не завывал. А тут даже каминов не было! Голяк! Не было даже старых половиц – сплошь дорогой ковролин. И вентиляцию они там идеально прочистили, в каждом номере кондиционер. Там можно было бы повеситься, если тебя достал этот мир тупых обывателей, это да! Но поверить, что там прежде кто-то романтически самоубился – ну никак. И уж точно неприкаянный дух не стал бы в таком унылом говне задерживаться.

Он изобразил на лице притворное страдание.

- И вот я так мучился, мучился, пока не заснул. А кровати они хорошие поставили, да и сплю я крепко, несмотря на содержание моих номеров. Вот сплю я сплю и вдруг чувствую – дуновение воздуха на лице, будто кто-то открыл окно или дверь или какая-нибудь эдгарпошная Лорелея вылезла из своего гроба в подвале, чтобы покуситься на мое целомудрие, и задела мое лицо своей инфернальной вуалью. И я сквозь сон думаю: «Черт! Неужто не спиздел?». И тут вдруг надо мной голоса такие, нифига не Лорелеи:
«Ну что? Что было?»
А это пришел мой заказчик со своим заместителем и с будущим директором этого самого отеля. С утра пораньше. Представляешь. Я открываю глаза, а надо мной три мужика неприятной наружности хищно склонились.
Я подскочил такой:
"Охренеть. Что могло по-вашему быть, а? Чего вы ждали? Что отравившаяся  актриса явится ко мне ночью? Возможно – изнасилует? Не исключено, что сожрет? Вы меня бросили на растерзание демоническим сущностям?"
А мой заказчик такой:
"Нет нет, я верил, месье, что вам под силу спровадить в ад любую сущность."
"То, что мертво, - говорю, - умереть не может. Сущность захочет – уйдет, не захочет – останется. Не в нашей власти эти самые сущности. Вот здешняя явно давно отчалила, разочарованная вашим пошлым ремонтом."
"Что? Пошлым?" – возмутился заместитель.
"Ладно-ладно, - говорю. Шторы из синего бархата я одобряю. Они напомнили мне моего любимого Дэвида Линча."

-А они, представляешь, стоят такие надо мной, эти мелкие служители золотого тельца, и говорят: «Ну, актриса – ладно, а с другими-то что?»
Я их чуть не прибил. Их спасло только то, что я не мог вылезти из-под одеяла, на мне были мои готические кружевные труселя, а я деловые переговоры в них не провожу. Хотя и выступаю иногда.
Но вот тогда меня и осенило. Можно, думаю, сделать несколько типа передач, где люди будут собираться в одном из его этих мистических отелей и рассуждать о сверхъестественном, истории всякие страшные рассказывать. А дело должно происходить ночью, все это снимают типа камеры видеонаблюдения, чтобы призраков зафиксировать. И там чтоб всякие инфракрасные приборы, счетчики эктоплазмы, всякая такая хрень. Ну, ты понимаешь.

И Кристиан сделал загадочное лицо:

-И мы сняли несколько таких типа стримов. Часа по два каждый. Там на самом интересном месте, естественно слышались шорохи и даже какие-то предметы с полок падали. Это, ясное дело, подстроил я, но гости этого не знали и травили байки, и пугались совершенно искренне. Я немыслимые деньги заработал на этих гостях. Ко мне через аукцион записывались на эти эфиры. Кстати, авторские права на такие шоу я получил. Может сам еще куплю такой отель на старости лет. Так что видишь – я очень даже не равнодушен к таким историям и таким местам. Вот обзаведусь тут знакомствами, глядишь, что-то подобное здесь замутим. Ты только никому ни слова, что это не призраки буйствуют, а я фокусничаю, - он рассмеялся и задорно подмигнул. Делая второй за вечер глоток вина.

+1

5

Энтони глотнул алкоголя из бокала, с интересом слушая Кристиана. Почему-то он даже не сомневался, что тому понравится история о прошлом бара, таком мрачном, гнетущем, чёрном прошлом, которое превратилось в настоящее, сверкающее неоновой вывеской. Впрочем, какой-то заманчивой вывески у бара как раз не было - незачем; главными маркетологами этого места являлись его же посетители, которые потом передавали адрес чудесного убежища от надоедливых фанатов или репортёров из рук в руки или, если выражаться точнее, из уст в уста. Никаких броских аляповатых картинок, витиеватых рекламных слоганов вроде "У каджита есть товар, если у тебя есть монеты" - ничего подобного. Бару абсолютно не требовалось создавать себе рекламу извне, потому что при первом взгляде на дверь заведения можно было понять, что тебя за ними ждёт и по какой цене.
Энтони, к его чести, никогда не жадничал и не пугался высоких цен. Вот и сейчас, ещё не успев допить свой бокал до дна, он уже вынул из кармана деньги, раздумывая, не стоит ли метнуться за новой порцией - наверняка пригодится; но в последний момент художник засомневался и, позволив сомнениям победить, убрал деньги назад. Проблемы надлежит решать по мере их поступления.
Но и Кристиан умел рассказывать истории ничуть не хуже Энтони - харизма прирождённого артиста здорово помогала. Как ни крути, а мужчина умел воздействовать на публику, даже если она была в единственном лице. И жизнь он вёл весьма интересную, увлекательную, поэтому склад историй скопил обширный... Энтони ничуть не возражал и слушал с неподдельным вниманием, одной рукой лениво помешивая вино в бокале.
- Стилизация под наркопритон - о, это было бы любопытно! - эксцентричный художник живо подключился к разговору. - Но тут нужно действовать осторожно, не перегнуть палку. Чтобы не распугать массовую публику. Мы, конечно, оба с тобой привыкли на массового потребителя не рассчитывать, но дизайнерское дело, пожалуй, подразумевает больше коммерческого начала... - он позволил другу завершить воображаемый ремонт и рассмеялся, согласно кивая головой: - И ещё граффити по стенам расписать, что-то вроде старого доброго знака анархии ярко-жёлтой краской! Или пафосных цитат, к примеру: "То, что мертво, умереть не может".
Энтони ещё не раз смеялся в следующие минуты, пока Кристиан живописно вещал о своих приключениях. Он вспомнил, какая забавная у Криса манера изъясняться, как ловко он умеет ввернуть то шутку, то некий серьёзный фрагмент, который нет-нет, а всё же заставит задуматься... И акцент, Боже, храни Королеву! Какой же у него по-хорошему, по-доброму нелепый акцент! Энтони редко встречал выходцев из Нидерландов, чаще - немцев или австрийцев, и у них, конечно, акцент ещё хуже, но ни у немцев, ни у австрийцев нет столь поразительного притяжения - или, быть может, это из-за того, что ему очень редко встречались творческие европейцы. То политики, то бизнесмены... сплошная скукотища!
У Кристиана, впрочем, тоже имелась определённая деловая жилка, и Энтони с готовностью поддержал идею приятеля, полушутливо пообещав:
- Звучит великолепно! Я бы с удовольствием поработал в таком проекте - по большому счёту, я тоже не дизайнер, увы или к счастью - я, естественно, предпочитаю думать, что к счастью, - но кое-что могу. Так что если однажды я устану от картин, а ты решишь податься в гостиничный бизнес, ты знаешь, где меня найти!
Энтони поднял бокал с остатками вина на донышке, как бы салютуя светлой голове Кристиана, и с улыбкой опрокинул в себя содержимое, допивая порцию. Он поставив бокал, осторожно отодвинув его подальше от края, чтобы не смахнуть ненароком, и вдруг прилип к дивану, заметив невнятный женский силуэт, уверенно плывущий ему навстречу.
"Только не Кейтлин, чёрт бы её побрал!" - он тихо простонал с досады, не сводя глаз с тонкой фигуры. Кейтлин Райан считалась одной из самых влиятельных журналисток в крупном журнале, где вела собственную колонку, освещающую новости мира искусства. Неудивительно, что Энтони МакИнтайр и его живопись периодически становились объектом её пристального внимания, что для самого Энтони не заканчивалось ничем приятным. У Кейтлин имелось несколько странных особенностей: во-первых, она называла себя ярой феминисткой, убеждённой лесбиянкой, а по факту являлась обыкновенной мужененавистницей, и любимой темой её статей звучало "ужасное угнетение женщин мужчинами в современном кошмарно патриархальном мире". Энтони, который, несмотря на собственную гомосексуальность, всегда уважал женщин, восхищался многими из них и всегда подчёркивал, что женщины нисколько не уступают мужчинам ни в творческом потенциале, ни в интеллектуальном, ни в любых других данных, искренне недоумевал, чем заслужил несправедливые тычки и упрёки в свой адрес, но препираться с мисс Райан открыто было опасно, потому что она, помимо всего прочего, была ещё и дочкой какого-то калифорнийского политика, а портить отношения с политическими деятелями даже безголовый и легкомысленный Энтони не хотел без веской причины.
Но вот женщина подошла ближе, попала в луч более яркого освещения, и художник почувствовал облегчение: к счастью, он ошибся. Зрение с годами подводило его всё сильнее, в повреждённом глазу его практически не осталось, и хоть Энтони был уверен, что это не мешает ему работать, в бытовом плане, бывало, возникали определённые неудобства, особенно при тусклом (или, наоборот, слишком ярком) освещении.
Теперь он понял, что незнакомка похожа на Кейтлин разве что хрупким силуэтом. Она приблизилась, деликатно примостилась на край дивана и улыбнулась обоим мужчинам:
- Простите, что прерываю вашу беседу, господа, но я не могла пройти мимо. Я бы никогда не простила бы себе, если бы не подошла.
Девушка повернула голову, обращаясь к Энтони более адресно:
- Мистер МакИнтайр, мы с вами не знакомы. Меня зовут Шеннон Рассел. Но вы, наверное, знаете мою мать, Веру Рассел, владелицу картинной галереи в Нью-Йорке. Я была на вашей выставке и потом долго себя корила, что не успела к вам подойти; знаете, у меня целая куча вопросов! Ваши работы настолько необычны, что мне интересно, что вас на них вдохновляет, где вы берёте идеи? Ах, вас, должно быть, всегда об этом спрашивают, ха-ха! Я такая неоригинальная... - мисс Рассел покачала головой, сетуя на собственную банальность, и перевела заинтересованный взгляд на Кристиана. - Вы представите мне вашего собеседника? Надеюсь, я не отвлекаю вас от важных дел своим назойливым присутствием, ха-ха!

Отредактировано Anthony MacIntyre (2021-09-14 21:52:00)

0

6

Энтони позабавил рассказ и он полушутя отметил:
- Звучит великолепно! Я бы с удовольствием поработал в таком проекте - по большому счёту, я тоже не дизайнер, увы или к счастью - я, естественно, предпочитаю думать, что к счастью, - но кое-что могу. Так что если однажды я устану от картин, а ты решишь податься в гостиничный бизнес, ты знаешь, где меня найти!

-Вот уж будь уверен, если мы затеем что-то подобное, у нас отлично  получиться. Помнишь, я звал тебя на репетиции, чтобы ты меня разоблачал? У тебя особое зрение и ты очень наблюдательный, так что о природе наших привидений никто не смог бы догадаться. Но меня там тоже не разоблачили, в этом шоу. Чтобы и дальше этого не произошло, я от греха подальше дело это свернул и смылся. Я же уже заработал денег и показался перед пристойной публикой. Было очень приятно. Обычную ж мою публику ты знаешь. Посмотреть на них интересно, но иногда они слишком уж безбашенные. А то и опасные…

Тут он осекся. Нельзя, чтобы здесь, в Америке узнали об убийствах фанаток Кристиана и о подозрениях относительно него самого. Да, тех, кто его подозревает немного и их претензии не обоснованы, но они есть. И в первую очередь нужно сделать все, чтобы Энтони не узнал. Здесь и сейчас в его компании Кристиану так легко и беззаботно. Ни к чему разрушать это. И он продолжил как ни в чем не бывало:

- Вот я решил попробовать найти подходы к людям приличным. Простым, так сказать, обывателям. И в целом мне это удалось. Простые обыватели любят, чтобы всего было по чуть-чуть. Они это называют «в меру». Ни в чем не идут до конца, понимаешь? Им надо чуть-чуть страшно, самую малость противно, иногда немножечко смешно. А я привык иметь дело с людьми, которым нужны крайности. И с ними, знаешь, куда интереснее. Каждо выступление – как вызов. У них большин ожидания! И каждый раз говоришь себе: «Вызов принят» - и делаешь шаг на сцену… - он мечтательно улыбнулся. -  Зато с обывателями, с такими вот «умеренными зрителями» – бесконечно проще. Они предпочитают сюжеты в духе желтой прессы и сами способны их придумывать в несметном количестве. Прямо почти ничего делать не надо.

Он по привычке задумчиво вертел в руках монетку, которая то появлялась, то исчезала между пальцами. Очень удобная привычка, которую он приобрел в подростковом возрасте, когда не знал, куда деть руки.

- И вот тогда с этой передачей все вышло так просто. Установили камеры – якобы скрытые, наняли пару операторов. Потом я продавал места желающим переночевать в этом отеле. Только мы не спали носью, а красиво при свечах в одном из номеров рассказывали страшные истории из жизни. То есть там люди собрались, которые столкнулись с чем-то паранормальным, и они типа делились своими переживаниями по этому поводу. На манер психологической группы. А я у них был как нечто среднее между психологом и ведущим. В какой-то момент мы слышали шорохи, где-то что-нибудь падало в самый интересный момент и прочее, ну, ты представляешь. А отели же оба маленькие, мы там были одни. Это сильное производило впечатление и на моих гостей и на наших зрителей.

Он покачал головой:
-Тут секрет был в том, что и сами участники не знали, что все эти звуки, черные тени за окном, внезапно включающиеся телевизоры и прочее подстроено мной. Кстати, и хозяин отелей, и члены съемочной группы не знали. Потому все было очень красиво, очень натурально и многие поверили, что у меня вообще какие-то паранормальные способности и я типа привлекаю духов. Вот этого я, честно говоря, совсем не имел в виду! Просто делал хорошее шоу. Я установил там незаметные приспособления в неожиданных местах, так, что непросто было их обнаружить, поскольку они были замаскированы под самые обыкновенные объекты. Так что это я опрокидывал и разбивал предметы в соседних комнатах, просто я делал это, так сказать, дистанционно. Знаешь, потом и эти осколки и обломки за неплохую цену с аукциона уходили. Закон этого… как его… - каджита! Товар всегда найдется, если у тебя есть монеты. Но меня вот что смущает: их же покупали люди, которые верят в призраков! Покупали как доказательство существования паранормальных сил. Верили, что там эктоплазма на этом хламе осталась. И вот это вот оно тянули к себе в дом! Я б вот поосетергся, если б в призраков верил, к себе домой нести такие вещи!

Он сокрушенно вздохнул.
-Потом хозяин отелей стал торговаться со мной, хотел, чтоб вырученные от продажи всего этого ломья деньги мы делили. Ну, еще чего. В наш договор это не входило. И к тому моменту, когда дело раскрутилось, поздно было вносить какие-либо изменения… Похоже, эта история выставляет меня каким-то ужасным торгашом и прохиндеем. Но ты же понимаешь, хороший фокусник просто обязан быть хитрюгой и плутом – чтобы форма соответствовала содержанию. С другой стороны хорошо, что наше с ним сотрудничество закончилось до того, как мне все это надоело. В этом деле как в спорте - главое вовремя уйти... Собственно, в мошенничестве тоже именно это главное.

И тут Кристиан заметил, что Энтони смотрит куда-то поверх его головы. Он положил ладони на стол, незаметно спрятав куда-то монетку. А секунду спустя за их столик присела приятная молодая женщина:
- Простите, что прерываю вашу беседу, господа, но я не могла пройти мимо. Я бы никогда не простила бы себе, если бы не подошла, - сказала она.
И Кристиан, и Энтоли вежливо заулыбались ей и закивали, хотя, похоже, оба не были с ней знакомы. Но девушка тут же пояснила:
- Мистер МакИнтайр, мы с вами не знакомы. Меня зовут Шеннон Рассел. Но вы, наверное, знаете мою мать, Веру Рассел, владелицу картинной галереи в Нью-Йорке. Я была на вашей выставке и потом долго себя корила, что не успела к вам подойти; знаете, у меня целая куча вопросов! Ваши работы настолько необычны, что мне интересно, что вас на них вдохновляет, где вы берёте идеи? Ах, вас, должно быть, всегда об этом спрашивают, ха-ха! Я такая неоригинальная... - мисс Рассел покачала головой, сетуя на собственную банальность, и перевела заинтересованный взгляд на Кристиана. - Вы представите мне вашего собеседника? Надеюсь, я не отвлекаю вас от важных дел своим назойливым присутствием, ха-ха!

-Очень рад, - кивнул Кристиан после того, как Энтони представил его. Но представил просто как артиста, без подробностей. Он догадался, что Кристиану будет приятно самому постепенно раскрыть карты перед собеседницей. Сохранить интригу хоть на пару мгновений, подогреть к своей персоне интерес – в этом весь Кристиан, и он был таким всегда.
– Представьте, как раз об этом мы и говорили! Об источниках вдохновения и поиске новых идей! И, честное слово, не представляю, где берет их Энтони, но я у него время от времени что-то заимствую. К счастью, я не художник, потому это не плагиат, а именно – источник вдохновения. А, вижу вы заинтригованы, - он хитро прищурился,  - Это потому, что мистер МакИнтайр назвал меня артистом. Но я артист довольно специфического жанра. И необычные сюрреалистические работы Энтони имеют самое прямое отношение к некоторым моим идеям…
- Даже не представляю, чем вы занимаетесь, - заинтересовалась незнакомка. – Вы режиссер, да? Не только играете, но и снимаете что-то?
Кристиан покачал головой:
- Я – иллюзионист. Потому я так ценю работы художников, которые способны обмануть наше восприятие. Эшера. Магрита и… мистера МакИнтайра! И у каждого из них есть что-то, что я просто обожаю. У Энтони – труднообъяснимые особенности перспективы…
-А у Магрита – игра размерами объектов? Когда яблоко на картине размером с человеческую голову, а то даже больше, чем проем окна? – догадалась она? – догадалась она.
-Совершенно верно! Но еще – красные шторы. Но это личное. Понимаете, обожаю сериал «Твин Пикс»! Я все думаю, а сам Линч не вдохновлялся этими шторками магритовским, когда придумывал свой Черный Вигвам?
- Вот это да! Я никогда об этом не задумывалась…
- Думаю, вполне мог. Может, неосознанно, подсознание подсказало, как-то так, - предположил Кристиан.
- Такое вполне возможно. Источники фантазии художника – это одна из величайших загадок, кто бы что ни говорил, - кивнула она.
На этой вдохновляющей ноте Энтони отошел к стойке, чтобы заказать еще напитков и им обоим, и их новой знакомой, которая выразила желание также выпить бокал вина.
Энтони вышел из-за стола, а Кристиан и его новая знакомая продолжали свою беседу, будто в мгновение забыв о его существовании…

___________________________________________________________________________________________________________

ЗДЕСЬ КАРТИНЫ РЕНЕ МАГРИТА С КРАСНЫМИ ШТОРАМИ
белый кролик не его, он у меня на аэстетиках часто - как альтер эго Кристиана

Код:
<!--HTML-->
<div class="aesthetic-upd">
<div class="aesthetic-photo-upd" ><img src="https://forumupload.ru/uploads/0010/a8/ca/8360/730054.jpg"></div> 
<div class="aesthetic-text-upd">Christian van de Velde</div>
</div> 

Отредактировано Christian van de Velde (2021-09-18 02:45:18)

+1

7

[NIC]Ivo Salvatore[/NIC]

[AVA]https://forumupload.ru/uploads/0010/a8/ca/8360/49287.jpg[/AVA]

Иво собирался остаться в подсобке магазина до утра. Он углубился в изучение информации об Энтони МакИнтайре. Но на этот раз его любимое занятие совсем не развлекало его. Теперь все было не так, как прежде. До того ему приходилось искать, собирать данные по крупицам, шарить по десяткам страниц людей, добавленных в друзья. Здесь же сведений было так много, что он даже растерялся.
Как, однако, непросто следить за знаменитостью!
Иво попытался собраться. Потянулся в кресле, потом встал, прошелся по крошечной комнатке без окон. Здесь не было даже чайника и чашек – он сам никогда не пил здесь кофе и охраннику запрещал – чтобы не залить клавиатуру.
Он ходил из угла в угол, заглядывал в коридор подсобки, в темный торговый зал, потом возвращался. Так прошло несколько минут.
Так, про искусство он изучил и все понял. Ему казалось, что то же проще простого. Вт Энтони рисует, вот его выставки, вот работы. С этим блоком информации покончили.
«С чего начать изучать его жизнь?» - думал Иво.
Действительно – какой момент в жизни объекта принять за точку отсчета?
Для Иво далеко не все события жизни людей, к которым он испытывал интерес, что-то значили. Например, он никогда не задумывался, каким был объект в детстве, кто его родители, какие у него сейчас с ними отношения. Он же не мог с ними познакомиться, не мог использовать их, чтобы контролировать избранника. Значит, они были бесполезны и не имели значения.
Иво мало интересовался и работой своих объектов – по той же причине. Чаще всего невозможно было задействовать этот рычаг, не разоблачив себя. Наверное, в окружении художника полно нарду и, если он исчезнет, найдутся подозреваемые и поинтереснее, чем он, Иво Сальваторе. Там же, среди этой богемы, полно психов! Иво видел об этом много фильмов. Художники и сами сплошь психи. Будем надеятся, МакИнтайр не псих, хотя это не важно. Иво быстро его вылечит. Ведь что такое все эти психозы богемы? Элементарная распущенность. Им там не хватает дисциплины, крепкой руки.
Итак,  с чего-то надо начинать. Может, прямо с этого момента? Возникнут вопросы – разберемся потом.
Где же МакИнтайр прямо сейчас?
Иво снова обратился к записи камер видеонаблюдения. Оказывается объект со своим дружком стояли перед магазином еще какое-то время. Они вертели головами, смеялись, указывали в направлении вывески: «у каджита есть товар, если у тебя есть монеты».
Иво не мог слышать, что они говорят, но немного понимал по губам. А этих, иностранцев, понять было совсем легко – они так старательно артикулировали, пытаясь говорить на правильном английском. А Иво всю жизнь прожил в США и считал правильным именно американский вариант английского.
Он был совершенно уверен, что дружок художника спросил, куда они пойдут. МакИнтайр в это время стоял к камере спиной, а камеры на противоположной стороне улицы не передавали мимику. Но Иво увидел, как дружок повторяет за Энтони: ««Greed»? Что это за место - «Greed»?
Иво прекрасно знал, что это за место и знал, где оно. Он мог бы дойти туда пешком минут за 7-8. Но он решил поехать на машине.
Он отключал оборудование, запирал двери, разбирался с сигнализацией – все это на автомате. Его мысли были заняты тем, что вот он – шанс. Если художник выпьет в том баре, можно будет взять его телефон и установить программу-шпиона. Та программа, что была у Иво, работы ныне покойного хакера, устанавливалась через порт зарядного устройства с флешки. Он отказался от использования писем, которые нужно было открыть, чтобы распаковать файл. Такие письма рождают подозрения и оставляют за собой следы. Само это письмо – след. А эту программу нужно специально искать, чтобы найти. И пароль, и разблокировка для нее не нужны. Ее можно загрузить на ощупь, спрятав телефон в карман, никто ничего не увидит. Потому Иво предпочитал ее.
Он сел  в машину, пристегнулся и отъехал от тротуара.
Игра начиналась! Теперь он не чуствовал себя растерянным, а очень даже хорошо знал, что делать.
Если МакИнтайр и этот второй и узнают его, то что в этом такого? Это ближайший от магазина приличный бар того уровня, какой достоин мистера Сальваторе. Его видели там не раз, там даже может быть кто-то из знакомых и наверняка – кто-то из знакомых его матери, она же изображает меценатку, поддерживает всякие эти галереи.
А, возможно, они там уже поднабрались, и не узнают его. Да и привыкли ли они обращать внимание на обслуживающий персонал – горничных, продавцов, шоферов.  Для большинства людей все они – неразличимые серые лица. А то и вовсе люди без лиц.
Иво не задумывался нал тем, что у художника профессионально развита наблюдательность, и он может очень даже обращать внимание на самых неожиданных людей и очень хорошо запоминать их лица. Но Иво всегда было плевать на профессии объектов, на их навыки и интересы. Он не задумывался над такими вещами никогда.

Иво аккуратно припарковался на некотором расстоянии от бара. Ему надо будет какое-то время посидеть там, немного выпить. У стойки или за столиком. У стойки лучше – надежнее, но это зависит от того, где будет находится объект.
Телефон можно вытащить из его кармана там же, за стойкой. Или когда объект пойдет в туалет. Или он повесил верхнюю одежду на спинку стула, и Иво сделает вид, что обронил какой-то предмет и наклониться, чтобы его поднять – а сам вытащит телефон. Он уже проделывал такое не раз. У него десятки вариантов... Ведь и правда – у него же были десятки объектов. Он далеко не со всеми встречался и убил лишь малый процент из тех, за кем следил… Нет, нельзя говорить это слово, нельзя его даже думать. Он никого не убивал, с ними произошли несчастные случаи, просто стечение обстоятельств.
Иво вошел, неспеша осмотрелся. Вся та же роскошь оформления: черный лак, бледно-желтая позолота, затейливая геометрия ар-деко. Броско, но в безупречном стиле, потому, что ретро, подумал Иво.
Он направился к стойке. Краем глаза он наблюдал за объектом. Тот сидел за столом вместе со своим дружком и молодой женщиной.
Это было очень хорошо, чем их там больше, тем меньше вероятность, что кто-либо заметит его манипуляции. Ведь он и не подумал поинтересоваться, а кем может быть спутник объекта, ему это было безразлично. Но Кристиан не только сам мог незаметно втаскивать предметы из карманов тех, кому демнстрировал свои фокусы, снимать с них часы и браслеты, и даже подкладывать им в карманы всевозможный реквизит. Он, естественно, легко заметил бы, как это делает кто-то другой. А уж методы маскировки и отвлечения внимания, которые использовал Иво, были на уровне подростка только заинтересовавшегося фокусами.
Но Иво было безразлично – кто он. Для него спутник объекта был просто досадной помехой, внезапно возникшим барьером между ним и намеченной целью. Что ж, не надо концентрироваться на таких помехах. И не надо концентрироваться на этом раздражении, которое они вызывают. Как говорит мама: «если игнорировать это, оно уйдёт»
Но сегодня Иво везло. Он стоял у барной стойки, потягивал легкий коктейль и смотрел через зеркало за спиной бармена на зал.
И вот, объект поднялся и пошел к барной стойке.  Его дружок сидел спиной к ним, а женщина – боком, и они были очень увлечены беседой. А объект прошел мимо, обратился к бармену, не глядя на Иво, не обращая на него никакого внимания.
Они перекинулись с барменом несколькими фразами, было видно, что МакИнтайра тот хорошо знает. И вот, объект погрузился в изучение винной карты.
Иво мельком окинул его взглядом. Беспокойство ушло. Он почувствовал облегчение, ощутил прилив энергии и готовность действовать. Сейчас ему придется пойти на определенный риск. Но он рискнет… Вот он – телефон, лежит в кармане, даже уголок виден. Иво еще раз незаметно огляделся. Собеседники объекта заняты беседой, все спокойно…И Иво протянул руку, уже касаяь прохладного корпуса телефона, но в этот момент откуда-то из-за спины раздался голос:
-О! МакИнтайр! Это ты! – и грузный, громкий и неуклюжий чеговек внушительного роста и веса буквально врезался в Иво.
Тот похолодел, сердце пропустило удар. Но в следующий миг Иво понял, что его трюк остался незамеченным. Пусть в этот раз и не удалось вытащить телефон, но он и не попался. Это ничего. У него будет еще шанс. Так даже лучше, он был не готов, и теперь дыхание сбилось, руки дрожат. Эти эмоциональные качели: шанс-крушение-надежда-отсрочка слишком выводят из равновесия. Теперь ему снова надо собраться. Почему он рассчитывал, что все пройдет легко и просто, да еще так быстро – прямо за первым коктейлем. Нет, это была ложная надежда!
-О! МакИнтайр, - подвыпивший толстяк расплылся в улыбке. – Я как раз начинаю думал, уж не взять ли мне у тебя очередное интервью. Тут намечается аукцион, работы молодых, но подающих надежды, - он хохотнул. – Ищу молодых, но уже оправдавших надежды, кто скажет им пару напутственных слов! Как тебе мой каламбур? Думаю, именно так я и напишу: «напутствие молодым, подающим надежды от оправдавших надежды», но «молодых» сюда не пойдет. Вы там разного возраста все. Так как тебе? А?
И он хлопнул объект по спине своей гигантской ладонью – под ней скрылсь чуть не половина спины МакИнтайра. «Ах, до чего изящный, - усмехнулся Иво, - прекрасное, идеальное телосложение…»
И он снова представил, как приятно будет паковать его в чемодан. И лучше, если объект в это время будет без сознания. Как кукла…

Отредактировано Christian van de Velde (2021-09-19 23:11:36)

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » «Greed»


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно