полезные ссылки
он улыбается радостно, словно звезду с неба украл и спрятал меж ладоней...
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 37°C
jack

[telegram: cavalcanti_sun]
aaron

[telegram: wtf_deer]
billie

[telegram: kellzyaba]
mary

[лс]
tadeusz

[telegram: silt_strider]
amelia

[telegram: potos_flavus]
jaden

[лс]
darcy

[telegram: semilunaris]
edo

[telegram: katrinelist]
andy

[лс]
ronnie

[telegram: mashizinga]
dust

[telegram: auiuiui]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » Мир заблудших слов


Мир заблудших слов

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

| январь 2021 |

Teo J Marino & Denivel Simon

Прошлое всегда возвращается, когда ты ждёшь этого меньше всего. Корзиной цветов. Телефонным звонком. Внезапным разговором.

Отредактировано Denivel Simon (2021-09-14 09:32:38)

+1

2

Новый год, как начало новой жизни. Ещё один виток земли вокруг солнца, как Новый чистый лист. И всем мы ждём от него чего-то хорошего, нового и прибыльного для себя. И я не стал исключением.
Хотелось сделать рывок вперёд, не застаиваться на одном месте. Увязнуть в болоте - что может быть страшнее? Необходимо стать лучше, мудрее. Быть на голову выше прежнего себя. И ты начинаешь думать, что всё получается, только вот всё равно что-то тяготило. Тянуло назад. Висело огромным камнем с удавкой на моей шее. Она затягивалась туже, не давая сделать вдох, только мелкие урывки свежего воздуха. Плечи опускались под тяжестью этого камня каждый день всё сильнее и сильнее.
Один шаг на пути к отчаянию.
Новый день. Новый я. Новая жизнь.
Январь пролетел не заметно в суматохе праздников, весёлых встреч и дел на работе. И я плыл в этом потоке, на время забывая о том самом камне. Рядом были друзья, семья и случайные  люди, которые добавляли красок на мой холст жизни. Но дома я оставался один. В собственной квартире я чувствовал то, как давят стены. Тиши звенела всё громче. Головные боли чаще. Камень на шее стал тяжелее.
Утром, стоя около зеркала около раковины в ванной, я уставился на собственное отражение в нём. Взъерошенные чёрные волосы, пара новых морщин около глаз и недельная щетина. Последняя исчезнет под лезвием острой бритвы. Но одна деталь не давала мне покоя уже третий месяц: тонкая алая полоска заживающего шрама под левым глазом. Ещё немного времени и она побелеет и затянется сильнее. Побелеет, но не исчезнет навсегда, забирая дурные воспоминания с собой.
Я дотрагиваюсь до неё снова и временной портал воспоминаний отбрасывает меня назад в тот самый день октября, когда ненависть между мной и бывшей женой достигла предела. Мы были словно два вулкана, что раздались огненной лавой ненависти и желчи. Мы кричали. Бились в истерике и ненавидели друг друга большем чем кого-либо.
Один шрам. Одна пометка в воспоминаниях.
Может быть это мой шанс? Моя возможность закрыть эту дверь навсегда. Но не громким хлопком, что содрогает стены рядом. А тихо и плавно, как должно было быть. Я наговорил лишнего. Был жесток. Можно оправдывать себя сколько угодно, только душевного равновесия это не принесёт.
Так неправильно. Так грязно.
Это не давало мне покоя. Сжирало изнутри. Нет, я не такой.  Не озлобленный монстр, что сметает всё на своём пути. Я сильнее этого. Лучше.
С этими мыслями, я отправился в цветочный магазин в нескольких кварталах от дома. По пути руки дрожали от волнения. Правильно ли я делаю? Примет ли она букет или разрежет цветы на части отправит обратно? Я сомневался в своём решении. Останавливался, думая о том, что делать этого не стоит, лучше оставить, как есть. Но снова шёл. Уже в магазине я выбрал любимые цветы Денивел, а после доверился флористу в выборе упаковки к ним. Оставалось только одно: написать записку и попросить отправить букет по адресу работы Симон. Почему-то я был свято уверен в том, что она именно там. Наивно и глупо, должно быть.
«Нам пора зарыть топор войны. Прости за боль и слёзы».

+1

3

Жизнь, зацикленная на работе, давалась сейчас проще, чем любая другая. Казалась единственной верной и правильной, хоть и не единственной доступной. Не было желания даже лечить свои проблемы так, как всегда раньше - через случайные связи, бесперспективный секс. Казалось, что тратить себя на всё это просто откровенно лень. Гораздо приятнее было зарыться в работу, которая никогда не заканчивалась. Забыть про выходные, забыть про все праздники. Забыть вообще про все, перемежая дела, связанные с агентством, и личные съемки, в которых я всё ещё принимала участие, чтобы продолжать бесстыдно и фальшиво-счастливо улыбаться с обложек журналов. Не дать забыть о себе всем тем, кто любит или ненавидит. Не дать забыть себе самой о том, что я всё ещё живая и настоящая.
Мэл появилась на пороге моего кабинета без пятнадцати пять. Загадочно улыбаясь, ассистентка протянула мне большой букет горячо любимых мной алых роз.
- Курьер просил передать вам лично в руки, мисс Симон. Видимо, это не от партнеров или клиентов.
- Спасибо, Мэл, - я благодарю и улыбаюсь уголками губ, прижимая красивый и неожиданный букет к груди. Нет, цветы мне дарили часто. Но гораздо чаще это были действительно презенты по работе, как дань уважения или попытка сгладить углы. Всё реже это было что-то личное и близкое, приятное девичьему юному сердцу. И я сама не знаю, как отношусь к этому. С грустью или безразличием? Всё чаще мне кажется, что я теперь о себе вообще ничего не знаю.
Длинными черными ногтями цепляю за край маленькую открытку-записку, вставленную в букет. Задаюсь вопросом, сунула ли туда уже нос моя любопытная ассистентка, но уже в следующую секунду это перестает иметь хоть какое-то значение. Я дважды пробегаюсь взглядом по тексту записки и сердце подскакивает в горло, бьется часто и тревожно.
Оседаю на стул, закусив полную губу. Кладу букет перед собой на стол, рассеянно пробегаю подушечками пальцев по свежим бархатистым лепесткам. Пальцы дрожат, в комнате как будто бы становится жарко. На самом деле я просто не ожидала, что бывший муж действительно может отправить мне букет с извинениями. Не то чтобы это было не в его стиле. В его. Тео всегда был довольно чутким человеком, хорошим парнем. Но между нами произошло столько разного, что мне стало казаться, будто я его никогда и не знала. Точно так же, как я не знаю теперь саму себя.
Я не успеваю понять или осознать, как в моей руке оказывается телефон. Я набираю на память стертый из телефонной книги номер, совершенно не уверенная, что бывший муж не сменил номер. Но гудки идут, а я прихожу в себя только тогда, когда на том конце снимают трубку. Знакомый голос ударяет в уши привычным "да".
- Тео... - я произношу скорее по инерции, возможно больше для себя, чем для него и сердце в груди сжимается болью, но я снова смотрю на записку, что лежит передо мной, и нахожу в себе силы улыбнуться, хоть Марино мою улыбку увидеть и не может. Возможно, её получится поймать в моём голосе.
- Спасибо за цветы. Очень красивые.
Это мой шаг тебе на встречу. Попытка дать понять, что я готова простить и жить дальше.

+1

4

Ждал ли я, что Денивел позвонит? Скорее нет, чем да.
В последний раз, когда мы виделись ни чем хорошим это не закончилось. Наша ссора была фатальной. Убивающей всё то хорошее, что было между нами. Говорят, что чем сильнее ты любишь, то тем крепче твои обиды и слова. Раньше я никогда бы не согласился с этой фразой. Как такое вообще может быть? Если ты любишь, то просто не в состоянии причинить боль родному человеку. Ты думаешь о нём больше, чем о самом себе. Я так думал… раньше. Но теперь, пройдя этот путь, готов подписаться под каждым словом этой фразы. Тебе больно отпускать.  Тебе не выносимо видеть любимого человека, который счастлив без тебя. Он идёт дальше, а ты утопаешь в омуте из слёз и боли, ненависти к себе самому.
Я отвратителен.
Мы отвратительны.
Наш гнев и слова острее ножа. Наши взгляды и действия прочнее любой удавки на шее. Мы умерли в тот день друг для друга… почти навсегда.
Букет алых роз, как спасительная соломинка, которую я бросаю бывшей жене. Моей бывшей любви и жизни.
Телефон раздаётся звонкой мелодией. Неспешно, мелкими шагами я иду по квартире, шаркая тапками по тёмному полу: из кухни, где пил кофе, в гостиную. Телефон, как обычно, лежал на деревянном кофейном столике, на половину закрытый листком жёлтой бумаги. Я был уверен в том, что мне звонили из бюро или кто-то из друзей, поэтому не спешил ответить на звонок. На худой конец навязчивая реклама очередной ненужной ерунды.
На дисплее высвечивается имя бывшей жены и я моргаю чаще обычного. Мне кажется? Я сейчас сплю? Полный нерешительности я всё же беру в руки телефон. Что она скажет? Каким будет её тон? Нервным, из-за того что потревожил, напомнил о своём существовании? Или спокойным, готовым поговорить?
Не узнаю пока не отвечу.
- Да. - Мой голос спокойный и ровный, но внутри меня пробирает дрожь в ожидании первых слов. От волнения даже не замечаю интонацию голоса Денивел. Нервно сглатываю, когда слышу слова. Спокойные, ровные без намёка на раздражение и злость. Её слова дают мне зелёный сигнал. Симон готова к разговору. Готова обо всём поговорить. Но мне трудно уловить её настроение, мысли. Я смотрю в стену, стиснув кулак свободной руки от волнения. - Я надеялся, что они тебе понравятся. - Тяжёлый выдох, в котором я стараюсь скрыть своё волнение и страх из-за того, что могу сказать лишнее, что не так подберу слова. Сложно говорить, когда видишь перед собой только стену, а не человека напротив. - Почему-то был уверен, что ты сейчас на работе. - Неловкую тишину надо было чем-то заполнить, поэтому говорю первое, что пришло в голову. Не совсем то, что хотелось сказать на самом деле. Но слова не подбирались. - Как ты смотришь на то, чтобы встретиться и поговорить обо всём? Я пойму, если откажешься. - Не успеваю сообразить, как слова вылетают из моего рта. Тут же хватаюсь за голову и начинаю ходить по комнате. Она не согласится. Посмеётся над моими словами и повесит трубку. Надо было просто извиниться за резкие и грубые слова и  попрощаться. - Только обещай больше в меня ничего не кидать. - В кармане джинсов сминаю тот самый чек от цветов, которые послужили хорошим поводом помириться.

Отредактировано Teo J Marino (2021-09-15 21:21:44)

+1

5

Слышать твой голос по ту сторону телефона приятно. Но не легко. Совсем не легко. Даже когда между нами такое расстояние, я всё равно чувствую напряжение. В тебе и в самой себе. Потому что это как снова пройтись по охуенно тонкому льду [не смотря на то, как мы в этом хороши и как часто практиковали что-то подобное, это всё ещё опасно]. Мы не знаем не только, что ожидать друг от друга. Мы, по правде говоря, не знаем чего ожидать от самих себя.
Времени утекло много. И всего того, что мы сделали, уже никогда не исправить и не вернуть. Но, возможно, мы в самом деле могли бы разойтись совсем иначе. Именно поэтому я с легкой подрагивающей улыбкой смотрю на алые цветы передо мной. Именно поэтому я позвонила тебе быстрее, чем поняла в полной мере, что я вообще собираюсь сделать. Но даже если прошлое ушло от нас навсегда и безвозвратно, точно так же навсегда ты останешься частью моей жизни. Частью меня. Я не забыла ничего из того, что ты для меня сделал. И потому неожиданно легко смеюсь, когда ты говоришь о том, что надеялся, мне понравятся цветы.
- Конечно они мне нравятся, - ты ведь знал, что я их люблю. Для кого-то алые розы это банальная классика, для меня - постоянство и красота в каждом лепестке. Мне совершенно не важно, что в этом плане я не отличаюсь оригинальностью. Будем считать, что могу себе это позволить.
- Я почти всё время на работе, - не знаю зачем говорю об этом, но слова слетают с языка быстрее, чем я успеваю его прикусить. С одной стороны мне незачем сообщать тебе теперь личную информацию, с другой стороны разве я звоню не для того, чтобы сделать шаг навстречу в попытке растопить между нами лед?
Каждое слово даётся нам обоим непросто. И у нас нет времени, чтобы обдумывать всё то, что мы собираемся друг другу сказать. Но сдается мне, если бы я не позвонила сразу, необдуманно и импульсивно, то обязательно утонула бы в пучине страхов и сомнений, что вероятно кончилось бы тем, что я не позвонила бы никогда.
- О.. - я действительно удивлена. И ногти мои звонко стучат по столу, потому что тело захватывает еще большая нервозность. Думаю мы оба прекрасно помним, чем кончился наш последний разговор. И как бы в подтверждение этого ты просишь меня на этот раз ничем в тебя не кидать. Я нервно хихикаю, чувствуя как напряжение, скопившееся внутри меня, тугим узлом стянувшее внутренние органы, медленно отступает под мягкостью тона, которым ты со мной говоришь. Совсем как когда-то раньше, когда у тебя еще не было в планах задевать и ранить меня. Совсем как тогда, когда мы говорили друг с другом обо всем на свете и между нами не было секретов.
Почему бы не попробовать снова?
- Да, конечно. Давай встретимся. И обещаю, я не стану больше тебя калечить, - нервно облизываю губы, перевожу взгляд на ноутбук, чтобы выхватить взглядом время. 17:05.
- Можем увидеться прямо сегодня, - я, конечно, нервничаю, и потому еще громче стучу ногтями по столешнице, отбивая одной мне известный ритм, - Ну, знаешь, на всякий случай, чтобы не передумать. Если, конечно, у тебя нет других планов на вечер.

+1

6

Говорят, что люди, которые одиноки, пытаются заполнить эту дыру своей работой или хобби. Мы тому отличное подтверждение. Я почти не появлялся дома, что порой мне приходилось отвозить своих собак в дом родителей, чтобы за ними хоть кто-то присмотрел. Мать всегда с радостью принимала эту ношу на себя, по-доброму ворча, на меня «не о таких внуках я мечтала, но какие есть». Отец всегда холодно воспринимал новость о том, что в его доме снова будут носиться два хвоста. «Разве у меня есть выбор»? Говорил всякий раз эту фразу безразлично, бросал её небрежно, словно укор. И только по рассказам матери я знал, что он носится с ними по заднему двору до отдышки и мокрой спины. Но это наш секрет. Глыба Орландо Марино безукоризненна.
Мои часы на работе вечны.
И сейчас Денивел говорит мне о том, что точно так же пропадает на работе. Видимо, она одинока и дома её никто не ждёт кроме Панкейка. Наши жизни свернули не на ту дорожку.
Одно короткое «о» заставляет мне понервничать. Начать сомневаться в себе самом и в своей идее позвонить бывшей жене. Замереть на месте, чувствуя, как моё сердце бешено бьётся под рёбрами. Его стук бьёт по перепонкам, оглушая. Что значит это «о»? «О, прости, я надеялась, что ты не станешь о таком просить, мне неловко говорить, но давай оставим всё как есть»? Или «о, только не это, зачем»? Вариантов множество и оно увеличивается с каждой секундой, пока Симон молчит. Почему-то в такие моменты мы думаем только о плохом. Почему разум не накинет ещё хороших вариантов, которые приободрят и успокоят. Ведь в жизни есть не только чёрные полосы. Но нет. Раз за разом в мыслях пестрят только плохие картинки. Может, так я готовлю себя к самому худшему раскладу? Чтобы потом не было так горько от поражения.
Кто знает.
Но между тем, Денивел соглашается на встречу. Самые плохие ожидания не оправдались. Это радует, даёт сил и… и мой язык заплетается от волнения.
- Д…д…да. - Выдыхаю в сторону, стараясь собраться с силами и выкинуть, наконец, волнение в сторону. Всё же получилось и очень не дурно. Она настроена на диалог. Даже шутит. Всё не так уж и плохо. - Давай. Я совершенно свободен. - Может и нет, но разгрести дела вполне способен. Что-то отодвинуть, что-то перенести. - Через сколько сможешь? Через час? Два? - Мысленно прикидываю сколько самому необходимо на сборы. Впрочем, порядком меньше, чем девушке. Только бы щетину брить. - Давай в том уютном кафе, которое в центре с вкусным кофе. Буду ждать там. До встречи.

***

До встречи.
Я оставил машину на стоянке около дома и взял такси. Возможно выпью. Много. Но нервы взяли верх и я попросил таксиста высадить меня раньше. Кварталы сменялись друг за другом. Я так быстро шёл, что не заметил, как добрался до кафе. Пересёк перекрёсток и был на месте.
Мой нервный тик. Мои три выкуренные сигареты перед большими витринами кафе.
Ко всему прочему, я пришёл раньше времени. Как самый настоящий невротик или того хуже. Впрочем, мне удалось занять хорошее место подальше от посторонних глаз, где можно будет поговорить в интимной обстановке. Превосходство во времени прибытия на встречу дало мне возможность закинуть в себя одну порцию джина, а после выйти на улицу, чтобы выпустить своё волнение вместе с табаком. Но, признаться, едвали это мне смогло помочь. Поэтому я решил дождаться Денивел уже за столиком, нервно листая меню. Кто знает, может быть, смог найти что-то интересное в этом заведении кроме джина.
Минуты тянулись бесконечной вереницей мимо меня. Казалось, что я пришёл не на полчаса раньше, на на три часа. Прошедшие пять минут казались чуть ли не часом. Под упорным натиском официанта «вы уже выбрали» в сто пятисотый раз, я заказал себе кофе. Может быть отстанет.
- Отлично выглядишь. - Симон подошла к столику в тот самый момент, когда кофе в моей чашке закончился. Я встал со своего места, чтобы по привычке помочь ей сесть. - Как добралась? - ничего больше в голову не лезло. Глупые повседневные вопросы вместо того, чтобы поговорить. Но это я позвал её сюда. И мне начинать этот разговор. - Я хотел извиниться перед тобой. За то что наговорил. Я не должен был так поступать.

Отредактировано Teo J Marino (2021-09-22 21:48:19)

+1

7

Мы всё ещё временами ведем себя как школьники. Нервничаем, разговаривая друг с другом по телефону. Словно теряем все свои привычные слои обороны, которые привыкли натягивать на себя по утрам, только бы никому не удалось ранить нас лишний раз или прошмыгнуть к нам в самое сердце, прорвав защиту. Поэтому когда я слышу по дыханию на том конце телефона, что ты переживаешь и разговор дается тебе не легко (точно так же, как мне самой), я испытываю нечто похожее на облегчение - вместе с этим с моего лица падает еще одна маска и разбивается вдребезги. Я никогда не умела скрывать свои эмоции от тебя. Ты же всегда умудрялся доставать прямо до моей души, трогать сердце. Умелый волшебник, мой лучший друг и внимательный любовник в одном лице. Мне снова становится страшно, что я умудрилась потерять тебя во всех твоих ипостасях.

Отключившись от диалога с тобой, я наконец-то перевожу дыхание. Подхожу к зеркалу в кабинете и критично оглядываю своё отражение, чуть качая головой. Это до безумия глупо, но мне очень важно выглядеть хорошо перед тобой. Пусть ты и без всяких подсказок знаешь (или догадываешься), что за исключением работы в моей жизни едва ли происходит что-то важное и выдающееся, а я почти похоронила себя под ворохом договоров и различных обязательств, перед тобой мне хочется выглядеть по меньшей мере хорошо. Типичное человеческое желание, как будто у меня есть необходимость доказывать, что без тебя я не зачахла и не умерла от тоски. Тем смешнее от осознания того, что в какой-то мере я действительно сильно сдала позиции больше не находя в себе силы снова ввязываться в какие-то серьезные отношения. Чаще всего я не хочу даже интрижек на одну ночь, потому что мне жалко на это времени.
Не старость ли это?
В любом случае, поправив и без того идеальный макияж, я выжидательно таращусь на часы, чтобы не приехать на встречу раньше времени. Почему-то в голове свербит мысль, что приехать первой было бы очень глупо, ведь по всей логике я должна заканчивать сейчас какие-то дела, а не нервно подскакивать на стуле каждые несколько минут. К счастью, Жаклин приезжает к агентству строго к назначенному времени, а значит у меня просто не остается шанса приехать первой - иначе я бы уже давно сидела за столиком в том кафе, которое знакомо нам обоим.
Я переживаю и всю дорогу, которая на машине от агентства до центра занимает всего минут пятнадцать, стискиваю ручку сумки так крепко, что в какой-то момент белеют пальцы. Пытаюсь убедить себя, что ничего страшного не может произойти. Разве мы уже не испортили всё настолько, насколько это вообще возможно?
Толкаю дверь в кафе через пару минут после назначенного времени. Взглядом сразу натыкаюсь на знакомый силуэт и сердце привычно пропускает удар в груди, а затем подпрыгивает куда-то в горло. Я заставляю себя улыбнуться не смотря на дрожь, которая проходит по всему телу.
- Привет, - улыбаюсь тебе и тому факту, что ты по привычке поднялся, чтобы помочь мне сесть. Всё такой же воспитанный. И подобные мелочи успокаивают, нашептывая мне на ухо, что на самом деле ты никакой не другой человек. Ты всё тот же Тео Джей Марино. Просто старше, опытнее и увереннее.
- Спасибо, - слышать от тебя комплимент приятно, даже если он скорее знак вежливости, чем действительно дань моему внешнему виду, - не переживай, Жаклин всё ещё отлично водит, - я смеюсь, устраиваясь удобнее на стуле, - хотя, безусловно, не так хорошо как ты, - немного юмора, немного флирта - это всё, что я могу сделать, чтобы разрядить обстановку между нами, ведь мы всё ещё отлично помним прошлую встречу и то, как она прошла.
Когда ты извиняешься, я опускаю взгляд в стол всего на секунду, чтобы собраться. Румянец касается моих щек, игнорируя тот факт, что я не хотела бы показывать, как на самом деле волнуюсь. А потом я смотрю на тебя и вижу, как ты внутренне вырос за время нашей разлуки. И то, что в тебе есть смелость вот так вот извиниться передо мной говорит об этом очень явственно.
- Наверное, я бы всё равно не могла сердиться на тебя долго, знаешь, - говорить с тобой откровенно всегда было проще, чем с кем-то еще. Не понимаю, в какой момент мы потеряли этот навык. - Ты тоже извини меня, Тео, - никто из нас не вел себя идеально, а значит и извиняться нужно нам обоим, - я не хотела задевать тебя своим поведением, - в моих планах действительно не было оскорблять бывшего мужа отношениями с Реджи или чем-то еще, я просто пыталась забыться, но как это объяснить? И имеет ли это хоть какое-то значение теперь? - и уж тем более я не хотела кидать в тебя вазу, - я слабо улыбаюсь подрагивающими уголками губ, цепляюсь взглядом за тонкий шрам на щеке Тео. Моих рук дело. И, судя по тому, что он всё ещё на месте, избавиться от этой метки мой бывший муж едва ли сможет. И пока официантка ходит где-то с нашим кофе, я протягиваю руку к такому знакомому и родному лицу, чтобы пробежаться по линии шрама подушечкой пальца, словно в попытке стереть этот недоразумение. Эмоционально я мечусь между "мне так жаль" и "теперь на тебе тоже останется шрам от меня".
- Правда. Прости. Мне жаль, что я причинила тебе боль.

Отредактировано Denivel Simon (2021-09-27 14:21:58)

+1

8

Белоснежные пальцы ложатся на тонкую полоску шрама. Еле ощутимое прикосновение отдавалось острой болью во всём теле, словно меня пронзило током. Так непривычно. Так больно.
Отголоски памяти кружат в моих мыслях огромным и шумным хороводом, размывая всё вокруг. Когда-то мы могли касаться друг друга без страха и боли, что второй отвергнет, отдёрнет руку и может послать на все четыре стороны. Когда-то мы были ближе друг другу, чем кто-либо на свете. Ты помнишь это? Мы не волновались так сильно перед тем, как увидеться. Звонки были чем-то привычным и обыденным. Нам не нужно было время, чтобы подбирать слова и фразы. Мы не прятали свои чувства, не считая того времени, которое нам понадобилось, чтобы разобраться в себе и осознать кто же мы друг другу на самом деле. Сейчас же мы словно два диких зверя, что действуют осторожно, продумывают каждый шаг и с замиранием сердца смотрят на реакцию противника. Когда мы успели стать такими чужими? Когда нам стало так невыносимо смотреть друг другу в глаза? Когда имя обоих стало непосильным грузом на губах?
Я так же осторожно касаюсь твоей руки. Едва заметно провожу подушечками пальцев по белоснежной коже. Мне неловко и непривычно. Как какой-то подросток я мнусь в нерешимости, что же делать дальше. От того я опускаю твою руку на стол, задерживая свою на ней всего лишь на пару секунд. Этого мгновения мне хватает, чтобы показать тебе «мне не противны твои прикосновения». Этого достаточно, чтобы избежать неловкого молчания после.
Смотреть в твои глаза более, чем трудно. Почти невыносимо. Чувство стыда за мои поступки гложет изнутри, нашёптывает о том, что я вообще недостоин сейчас находится здесь, что лучшим выходом было вообще не видеться. Букет цветов отличное решение, чтобы загладить вину. Но этот гештальт необходимо закрыть для нас обоих. Нам вместе нужно идти вперёд без оглядки на прошлое. Без этого разговора это было бы трудно сделать. Чувство недосказанности никуда бы не ушло, а только росло бы день ото дня, словно снежный ком, пока не обрушилось бы ледяной лавиной на наши головы. Не самая радужная перспектива.
- Физическая боль это ерунда, не переживай. Я ничего почти не почувствовал. - Она ничто по сравнению с болью душевной. Мы достаточно изрезали друг друга за эти годы. На наших душах уже нет живого места. Поэтому я не хочу говорить об этом, предчувствуя, что это направление разговора ни к чему хорошему не приведёт. Лучше отшутиться с улыбкой на лице, чем в очередной раз показать моё отношение к тебе. Мне больше не противно на тебя смотреть. Больше не больно. Меню под рукой оказывается так к стати. Самое время кивнуть тебе, мол давай что-нибудь закажем, я жутко проголодался. Бумажные страницы затанцевали под натиском длинных пальцев. - К тому же друзья говорят, что это, - указываю на алую полоску на лице указательным пальцем, кривя лицо и не отрываясь от меню, - добавляет мне мужественности и шарма. Представляешь?
Я смеюсь, но внутри мне хочется съёжиться от контраста мыслей. Мне хватает мгновения, чтобы поднять свой взгляд на тебя и убедиться, что ты тоже улыбаешься.
И снова взгляд на меню.
- Говорят, здесь появились вкусные фирменные тосты с креветками и белым соусом. Никогда не любил подобное, но думаю, что самое время попробовать что-то новое. Как считаешь?
Меню отправляется обратно на стол. Есть что-то более сытное я бы не смог точно, а вот самый обычный тост и чашка кофе были бы уместны.
Официант занят другими гостями кафе и не видит нашей готовности сделать заказ, давая нам время ещё поговорить. Но о чём? Опять затянуть разговор о самых обычных вещах? Спросить о фильмах, которые ты смотрела? О музыке? Справиться о состоянии панкейка и не сдох ли он?
Всё не то. И ни один из этих вопросов не приблизит на с к тому зачем мы пришли - расставить все точки над «и».
- Как твоя жизнь? - Этот вопрос мне кажется вполне уместным. Не таким травмирующим, но я чувствую, что он тянет время, как пластырь на коже, который медленно снимают с кожи. Он где-то рядом, тянет время, но не даёт вожделенного облегчения. - Я слышал, что твой бизнес процветает. Я рад, что ты решилась на такое. Готов поспорить, что было не просто и очень волнительно.

Отредактировано Teo J Marino (2021-11-06 20:54:30)

+1

9

Но душу не излечить ни сном, ни травяным чаем.
На кухне твои ключи,
О боже, как я скучаю.

Твоя кожа под моими пальцами мягкая и такая теплая. Родная и знакомая. Прикосновение, которое я так бездумно себе позволяю, отдается во мне тоской и уколом сожаления где-то под сердцем. Я стараюсь не думать о том, что когда-то могла касаться не только твоего лица, но и всего тела бесчисленное количество раз, безрассудно и бесконтрольно, наслаждаясь близостью и теплом, которые всегда были между нами вне зависимости от того были мы друзьями, любовниками или мужем и женой. И от этого всё ещё больно. Всё ещё немного кружится голова, когда я вспоминаю как ты целовал мои губы, как сжимал меня в объятиях. А уж если я начинаю вспоминать день нашей свадьбы, то в голове звучат клятвы, что мы дали, и к горлу сразу подступает тошнота. И раз я всё ещё не в силах принять тот факт, что мы так безнадежно всё просрали, то стараюсь просто не думать о том, что было, сосредотачиваясь полностью на настоящем. Уговаривая себя, что прошлое осталось в прошлом. И мне почему-то кажется, что ты, может быть, убеждаешь себя в том же.
Ты перехватываешь мою руку, скользишь по коже подушечкой пальца. И это такая мелочь, но отчего-то наравне с тоской становится очень тепло на сердце. Тепло потому, что ты не изменился в лице, когда я позволила себе коснуться тебя. Тепло потому, что ты не отбросил моей руки, а мягко опустил её на стол между нами, задержавшись на мгновение кожей к коже.
Нам обоим с трудом даются любые слова. И фразы, что мы так сложно подбираем, складывая в предложения, кажутся неловкими и неуклюжими. Это смешно, если честно. Смешно до нелепости, какими далекими можно стать в том случае, если раньше вы всегда были близки до головокружения, едва ли не впаяны друг в друга сакраментальной близостью. И каждое предложение теперь похоже по ощущениям на то, как пройтись по краю пропасти, по лезвию ножа или по охуенно тонкому льду. И вот мы тут сидим за одним столиком друг напротив друга и опасно балансируем, не замечая ничего, что происходит во внешнем мире.
- О да, что-то типа "шрамы украшают мужчину"? - Тео Джей Марино смеется и я вторю ему своим собственным смехом, который всё ещё звучит немного нервно и насторожено, но мне искренне хочется, чтобы вся неловкость между нами растаяла, пусть даже так, как раньше, больше никогда не станет. Прошлого не вернуть, но всегда можно попытаться построить что-то новое.
Я беру меню следом за тобой, проследив направление твоего взгляда. И, наверное, в этот момент мы обе испытываем облегчение, сойдя со скользкой и опасной тропинки нашего разговора. Несомненно, нам придется вернуться обратно, чтобы закрыть все гештальты хотя бы в какой-то мере и степени, но сейчас мы оба получаем необходимую передышку, потому что я только что чуть не сказала, что шрам на твоей щеке выглядит сексуально.   Впрочем, именно так я и считаю. Будь мы чуть более близки на данном этапе, и я бы уже представляла, как наклоняюсь и скольжу по нему кончиком языка. Стоп. Я только что действительно это представила.
- Люблю креветки. Знаешь, это действительно звучит очень аппетитно, - я соглашаюсь с тобой и киваю, как бы в знак того, что нам стоит попробовать эти самые тосты с креветками под белым соусом. Но чтобы занять чем-то руки и взгляд, не смотреть на твой гипнотизирующий меня шрам, я продолжаю листать меню и застываю над страницей с кофе. На самом деле я всегда пью простой капучино без сахара, но теперь старательно изучаю взглядом различные предложенные напитки с сиропами, сливками и маршмеллоу. Словно я действительно собираюсь выпить что-то из этого.
Разговор не очень-то клеится. Возможно потому, что я всё ещё пытаюсь не думать о соблазнительности шрама на твоем лице. Одна маленькая тонкая полоска способна наделать столько проблем! Закусив губу, я подымаю взгляд ровно тогда, когда ты спрашиваешь меня о жизни и так кстати предлагаешь тему работы. От облегчения я готова хлопнуть в ладоши, потому что действительно рада буду узнать и о твоем бизнесе, о котором откуда-то уже слышала. Не уверена, от Адама или нет, но в голове крутится информация о том, что ты ушел из госпиталя и открыл свое похоронное бюро.
- Я всё ещё волнуюсь, если честно, - я смеюсь искренне и открыто, потому что о том, что касается моей работы, я могу говорить просто и легко. По крайней мере уж с тобой так точно, - внутренне паникую каждый раз, когда ситуация выходит из-под контроля, - постучав пальцами по краю стола, я склоняю голову на бок и нахожу в себе силы смотреть в твоё лицо, а не куда-то мимо, - а ты как? Справляешься со стрессовыми ситуациями? Я тоже слышала, что у тебя теперь свой бизнес, - и это снова заставляет улыбку заиграть на моих губах. Немного нервную, но не натянутую, а настоящую и теплую, - Подумать только, теперь мы оба бизнесмены, Тео. Позволю себе гордиться твоими успехами. Хотя знаешь, немного жаль, что ты больше не работаешь в госпитале. Или вскрытия всё ещё скрашивают твой досуг? - Я спрашиваю, потому что мне действительно интересно. А еще я, вне всякого сомнения, вспоминаю наш первый раз в морге и мурашки ползут у меня по позвоночнику, а щеки вспыхивают румянцем. И, наверное, ты поймёшь причину его появления на моих щеках. Что ж, я всегда была не безразлична к тому, чем ты занимаешься.

+1

10

05.02.2020

Гостевая комната новой квартиры завалена картонными коробками, которые я обещаю себе разобрать уже почти месяц. Почти месяц я живу в новой квартире, но как в чужой, будто бы готовый схватить свои пожитки и рвануть в неизвестность снова. В эту среду выдался выходной. Утро было более чем спокойным: я смог просидеть на кухне за кружкой кофе около часа, прочитать местные новости, полюбопытничать о том, что творилось в мире и посмотреть личную почту. Куча спама от магазинов, куда уже давно не захаживал, рекламные буклеты новых мест и письма, на которые так и не ответил. С последним разобраться было сложнее всего. А уж после такого героического поступка, я стоял на входе в гостевую спальню, окидывая взглядом поле битвы с хаосом и вещами, половину из которых стоило давно бы выкинуть. Шар для пинг понга, который треснул год назад, майка с концерта местечковой группы давно растянула и выцвела, стопку журналов за прошедший две тысячи девятнадцатый год и многое другое. И, спустя четыре часа, комната разделилась на два лагеря: то, что стоит расставить по местам и то, что отправится в мусорный контейнер. В желудке заурчало, когда я добрался до очередной коробки. Азарт не давал мне просто встать и отправиться к холодильнику, чтобы нагнать пропущенный мною обед, поэтому я открыл коробку и запустил в неё руки. Взгляд зацепился за чёрный пластик. Это была старая видеокассета. На обороте каллиграфическим почерком было написано “Тео пять лет”. Потёртые временем буквы сразу вызвали внутри хоровод воспоминаний. Мой детский смех, песня Битлов, которую я пел перед рождественской ёлкой в костюме эльфа и смех Денивел. Она любила эту запись и поэтому выпросила её у моих родителей в личный архив. А теперь… теперь я сидел на полу в собственной квартире совершенно один с плёнкой в руках. от тёплых воспоминаний осталась лишь пыль на пальцах.

15.01.2021

- Волноваться в таком деле нормально. Ты большой начальник и от твоего решения зависит очень многое. - Возможно, надо было сказать эти слова как-то мягче, чтобы не подсадить в голову Денивел параноидальную мысль о том, что вся ответственность за бизнес лежит только на её плечах, но я успеваю подумать об этом только после того, как произношу эти слова. - Было бы странно, если бы ты была спокойна, как удав. - Продолжаю разговор, чтобы не акцентировать внимание на предыдущих словах. Впрочем, больше чем уверен, что бывшая жена понимает это и без моих слов. Глупые девушки меня никогда не привлекали. - Так что я так же как и ты волнуюсь временами больше положенного. Первое время, когда бюро ещё не открылось, я вообще почти не спал. Внешне больше походил на макет покойника, чем на живого человека: бледное лицо, мешки под глазами и красные глаза. Слава богу, что время в прошлом. Открытие прошло хорошо, рабочий процесс наладился и всё идёт своим чередом. Сама понимаешь, что клиенты у меня будут всегда. А с моими связями, - на этих словах мои губы поджимаются, а голову я наклоняю чуть в бок, намекая на мою связь с криминалом. Говорить о таком открыто в общественном месте не стоит, поэтому обхожусь игрой с полутонами. Денивел и так меня поймёт. - Мне не стоит опасаться, что кто-то захочет мой бизнес себе.
Похоронный бизнес был делом прибыльным, но в то же время очень опасным. За сферу влияния в нём всегда боролись сильные [точнее подлые] мира сего. И если бы я не стал связывать свою жизнь с мафией, то точно бы не сунул свой нос в эту сферу. Остался бы работать в госпитале, чтобы в один из дней Янг передал мне бразды правления в от деле. Или же открыл своё частную лабораторию. Варианты были, но вместо этого я решил пойти по скользкой дорожке. Теперь оставалось только не провалиться под этот тонкий лёд реальности.
- Да, мы теперь с тобой большие люди. Кто бы мог подумать? - Свой смешок я разбавляю поднятой вверх рукой. когда вижу официанта, который смотрел в нашу сторону. - Шампанское не предлагаю, а вот отметить этот момент кофе можно.
- Вы готовы сделать заказ?
Худощавый парень подошёл к нашему столику, готовы сделать пометки в своём блокноте. Он то и дело перемещал свой взгляд с меня на Денивел в ожидании, кто из нас первым заговорит. Этим человеком оказался я.
- Да, капучино, - я бросаю взгляд на Денивел, ожидая её кивка. Конечно же она как и прежде пьёт капучино без всяких добавок. - Два капучино и две порции брускетт с креветками.
- Это всё?
- Да.
Официант удалился с нашим заказом, оставив одно меню на случай, если мы решим заказать, что-то более серьёзное. Это так и читалось в его взгляде. И мы снова остались наедине. Поэтому я цепляюсь за вопросы, на которые не успел ответить из-за подошедшего к нам официанта.
- Я всё ещё практикую. Сложно от этого отказаться, когда отдал столько лет этому. Не хотелось терять навык да и вообще. - Машинально пожимаю плечами, бросая взгляд в сторону кухни. Сейчас я стараюсь смотреть куда угодно, но только не в глаза Денивел. Стыдно? Да. Больно? ещё не прошло. - Поэтому я всё ещё занимаюсь вскрытиями, только платят мне за это в разы больше. Я занимаюсь независимой экспертизой. так что если кто-то сомневается в результатах, которые им выдали в больнице - могут обратиться ко мне.
И вот, слова снова кончились. Кофе всё ещё нет. Значит, пришло время для разговора ради которого мы пришли сюда оба. От того я тяжело выдыхаю, поправляюсь на стуле и всё же смотрю в глаза бывшей жены. Прятаться больше негде.
- Я хотел извиниться за то, что произошло. Тогда. Я не хотел на тебя кричать или бросать в твою сторону едкими словами, чтобы ранить. Просто… - снова тяжёлый выдох, который не помогает мне набраться сил, - просто всё свалилось. Все эти переживания. Обиды. Недомолвки. Всё это никуда не делось. Мы тогда так и не поговорили толком и все эти чувства… они не испарились. она застыли в ожидании того часа, когда можно будет вырваться наружу. И так вышло, что этот день настал. Я не хочу расставаться с тобой врагами, которые будут корчится при воспоминаниях друг о друге. Между нами столько всего было. Хорошего… плохо… безрассудного.. и это было не зря. Поэтому мне кажется, что оставлять всё в таком состоянии было бы преступлением.

+2

11

Ты всегда умел говорить. Складывать слова одно к одному, облекать их в красивые предложения, играться с ними и преподносить почти любую информацию как самую интересную в этом мире историю. Я всегда слушала с удовольствием и тембр твоего спокойного голоса и то, что ты им рассказывал, искусно и маняще, как змей-искуситель. Вот и сейчас я попадаюсь на твою удочку и мягко соскальзываю в плавность твоего голоса, пока ты вещаешь мне о том, как волновался и почти не спал на старте открытия похоронного бюро - и я охотно тебе верю, потому что почти параллельно с тобой переживала аналогичное волнение и стресс. Меня заставляет улыбнуться мысль о том, как синхронно мы с тобой выросли, какое время для этого выбрали и как старательно делаем вид, что никакие отношения нас больше не интересуют в принципе. Или правда не интересуют?
Я позволяю себе тихонько рассмеяться на словах "шампанское не предлагаю", а потом киваю, когда ты заказываешь у официанта капучино, подтверждая свой выбор, которым явно никого за этим столиком не удивила.
Меню, которым я так успешно занимала свои руки и глаза всё время до этого, приходится отложить, ведь выбор уже сделан, а заказ озвучен. Теперь ничего не остается, как сцепить пальцы рук между собой и положить на край стола, чтобы не начать судорожно постукивать ногтями по гладкой поверхности, выдавая свою нервозность, которая всё ещё плещется где-то внутри меня.
- О, я могла и не сомневаться, что своего дела ты не бросишь, - улыбка трогает уголки губ, теплая и мягкая, как ощущения, которые разливаются в груди в тот момент, когда Тео Джей Марино говорит о своей работе с любовью и заинтересованностью. Мне всегда это нравилось. Нравится и сейчас видеть, что мужчина, с которым раньше моя жизнь была очень плотно связана, не потерял себя, а, кажется, напротив, только укрепился в своих позициях. Умный, сильный, смелый и упорный - вот что приходит в голову, когда я смотрю на своего бывшего мужа. И совершенно не важно, что между нами произошло и каких дров мы умудрились наломать, ослепленные своими чувствами и болью, которую испытывали, я никогда не считала Тео плохим или слабым духом человеком. Просто так уж между нами всё сложилось. Точнее не сложилось. Больно и грустно. Тоскливо. Но это не меняет моего человеческого отношения к мужчине, который сейчас сидит напротив и точно так же старается смотреть куда угодно, лишь бы не на меня, как я сама.
- Знаешь, ты большой молодец, - едва ли ты нуждаешься в моей похвале,  но сама я абсолютно точно нуждаюсь в том, чтобы сказать тебе что-то теплое и значимое, приятное. Хотя бы в память о том, кем мы были друг для друга. В память о том, как много мы друг друга поддерживали. Ох, Тео. Ты всегда был отличным другом и не менее отличным молодым человеком. Каждый раз, когда я думаю об этом, у меня болезненно сжимается сердце от непонимания, как мы могли так всё испортить. Но видимо такова судьба и с ней остается только смириться, раз ничего исправить уже нельзя. Да и, наверное, никогда было нельзя.
А потом ты говоришь о том, ради чего мы и встретились, собственно говоря. И у меня сразу начинает щипать в уголках глаз. Я судорожно втягиваю носом воздух глубоко-глубоко в себя, чтобы не дай бог не заплакать. Тебе не нужны мои слезы. Мне они тоже не нужны, но воспоминания буквально душат, стоит только начать говорить о них, допускать о них мысль. Я сжимаю пальцы своими же пальцами крепко накрепко, до боли, чтобы как-то восстановить равновесие в своем внутреннем мире. До отчаяния нуждаюсь в том, чтобы прямо сейчас официант поставил перед нами по чашке кофе. Но ничего этого не происходит. И мне становится просто необходимо хоть что-нибудь сказать. И посмотреть тебе в глаза.
По привычке хочется громко выругаться вслух. Но я почему-то этого не делаю.
- И ты прости меня тоже, Тео. Правда, - что сказать еще? Как объяснить, что мне действительно жаль? Что мне действительно было так больно, как, наверное, никогда в жизни, но я больше не виню в этом тебя, потому что так просто сложились наши жизни, - Я знаю, что причинила тебе много боли, ранила. Но я никогда не делала ничего из этого специально. Знаю, прозвучит не очень убедительно, наверное, но я пыталась забыться, а не сделать тебе больно любым способом. Я никогда не хотела причинить тебе боль, - грустно улыбаюсь и часто-часто моргаю, отведя взгляд в сторону, - ну разве что кроме того раза, когда кинула в тебя вазу, - позволяю себе ухмыльнуться и снова неуверенно посмотреть на тебя, - я тоже не хочу, чтобы воспоминания друг о друге причиняли нам так много дискомфорта и вызывали злость или агрессию. Помимо всего плохого было очень много хорошего, радостного и очень настоящего. И я благодарна тебе за каждое мгновение, в котором ты заставлял меня улыбаться или смеяться. С того самого дня, когда увидела тебя в том клубе, знаешь, - и от этого воспоминания я действительно улыбаюсь ослепительно-искренне и ярко, так отчётливо припоминая ту ночь, когда над тобой решили подшутить коллеги, тем самым изменив всю твою жизнь на 180 градусов. Моя жизнь в ту ночь тоже изменилась. И нам не стоит об этом сожалеть, ведь когда-то мы были так по-настоящему счастливы друг с другом.

+1

12

Говорить всегда сложно. Признать свою вину перед самим собой ещё сложнее.
Я так много раз думал о том, что эта встреча ошибка, что нам не стоит встречаться, ведь всё может пойти наперекосяк. Из-за неправильного взгляда. Из-за неправильно подобранного слова. Да из-за чего угодно! И пропасть между нами станет еще больше. Столько раз мне хотелось взять в руки телефон и всё отменить, пока не стало хуже. Это было бы трусостью, но все остались бы живы.
Это всё сложно.
Сложнее, чем сдать экзамен. Ведь не существует теории о жизни и методичек.
Есть только ты сам и твои шаги в темноте.
Я боялся боли, когда увижу такие знакомые глаза, которые будут смотреть на меня, как на чужого человека. Я боялся, что меня захлестнёт желание дотронуться до белоснежной кожи. Провести ещё хотя бы раз кончиком пальца по руке, чтобы после переплести наши пальцы, как в старые времена, будто бы ничего не случилось. Но больше всего на свете я боялся того, что Денивел не простит. Рассмеется мне в лицо, приправив это парочкой едких слов. Ведь такое сложно простить. Невозможно забыть.
И вот мы сидим напротив друг друга. Ещё не чужие, но уже не родные друг другу. Никто из нас не решится дотронуться первым. Да и зачем? Все наши чувства в прошлом и нет дороги назад. Нам остаётся лишь собрать воедино то малое, что между нами осталось - уважение.
В зелёных глазах напротив я вижу прощение, которое мне было так нужно и раскаяние. Стало ли мне легче? Немного. Но внутри, где-то между рёбер отдаются тонкой болью воспоминания, где мы вместе.
Время лечит. Но не сразу. Оно медленно обволакивает в кокон новых событий и людей и та боль… она не уходит, просто притупляется и до неё сложнее добраться.
Но она никуда не уходит.
Мне всё ещё больно.
Раны всё ещё саднят.
- Да… - растягиваю слово в вымученной улыбке, хватаясь за чашку с кофе. - Том и Эндрю. Видела бы ты их лица, когда я им всё рассказал, что та самая шутка обернулась таким событием. - В такие моменты хочется иметь в глазах камеру, чтобы записать их и спустя много лет пересматривать. Их вытянутые от удивления лица. Недоверие в голосе, косые взгляды друг на друга. Они не верили моим словам ещё неделю, пытаясь в разговоре поймать меня на лжи. Такие же выражения лиц были у них, когда я вручил им приглашения на свадьбу. Такие же лица были у них, когда я сообщил о разводе. - Долго они ещё потом считали себя купидонами и продумывали план по открытию бюро знакомств. - Но до дела так и не дошло. Шутка осталась шуткой. Да и представить этих двоих в роли свах было очень сложно.
И вот мы сидим в тишине. Что ещё сказать? Что спросить? Есть ли кто-то? Это слишком личный вопрос, который может потянут за собой неприятный разговор. Да и имею ли я права спрашивать об этом? Больно? Немного. Спросить о Лесси? Помирились ли они? Тоже нет. Это имя подобно лорду Волан-де-Морту. Его нельзя произносить в суе, словно бы она может материализоваться из воздуха и устроить переполох. Да и стыдно. Немного.
- Как там Панкейк? - единственная личность в жизни Денивел, о которой я могу спросить без последствий.
Так будет всегда? Всегда будет сложно подобрать слова? Всегда между нами будет повисать неловкое молчание? Всегда будет сложно смотреть друг другу в глаза?
Неожиданным спасением возникает официант, который ставит перед нами закуски.
- Что-нибудь ещё? - Надежда в его глазах.
- Нет спасибо. - я разбиваю её вежливой улыбкой.
Брускетта выглядят сносно. Много зелени, хрустящий багет и яркими пятнами виднеются креветки. В любой другой день я бы с большим удовольствием умял свою порцию. Сегодня волнение перекрыло мне глотку. Не лезет ни чего кроме кофе.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » Мир заблудших слов


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно