полезные ссылки
лучший пост от джеймса рихтера [джордж маллиган]
Идти. Идти. Идти.
Тупая мантра в голове безостановочно повторялась всякий раз, когда Джорджу казалось, что следующий шаг он уже не сделает... читать далее
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 10°C
jack /

[telegram: cavalcanti_sun]
aaron /

[telegram: wtf_deer]
billie /

[telegram: kellzyaba]
mary /

[лс]
tadeusz /

[telegram: silt_strider]
amelia /

[telegram: potos_flavus]
jaden /

[лс]
darcy /

[telegram: semilunaris]
edo /

[telegram: katrinelist]
aj /

[лс]
siri /

[telegram: mashizinga]
dust

[telegram: auiuiui]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » bullet with my name on it


bullet with my name on it

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

https://i.imgur.com/84zJYSz.gif
Chase & Mercedes
2015 year

[NIC]Chase Morales[/NIC] [AVA]https://i.imgur.com/NiYsz3O.gif[/AVA]
[LZ1]ЧЕЙЗ МОРАЛЕС, 40 y.o.
profession: управляющий в компании отца
future: Mercedes
[/LZ1]

[SGN]https://i.imgur.com/VU9PvhH.gif[/SGN]

Отредактировано Lexus Humphrey (2021-12-06 21:58:33)

+5

2

h a t e d   a n d      m o s t    w a n t e d
w h e n      o u r     h e a r t s     c o l l i d e

a n d     i     b e t    w h e n    y o u

kiss, it stings like cyanide

в жизни семьи ривьера слишком внезапно всё понеслось под откос. мерси мать помнила тяжелой женщиной, чей характер тебя сожрать заживо мог изнутри. во всяком случае – это тот образ, который она изо дня в день предоставляла своей старшей дочери. лора ривьера – незаменимая женщина, даже для мерси, даже несмотря на их сложные отношения. ей хочется верить, что однажды она поймёт, почему мать всегда предпочитала младшую сестру; в чем мерседес ей не угодила, что вместо материнской любви и ласки ей нарекания и ремень прилетали. кто-то из её подруг говорил, что возможно, мать через неё пыталась прожить свои мечты и амбиции, мерси в это верить не хотелось. возможно, мать просто хотела, чтобы дочь вершины всевозможные покорила и став безбожно богатой, содержала мать. в последний расклад ей верилось больше. лора ривьера была помешена на материальной составляющей её жизни. она любила дорогие вещи и бросаться деньгами любила тоже. помнится, мерси с матерью зачастую ругалась – её не волновали брендовые шмотки и ходить она была готова в спортивном костюме двадцать четыре на семь. мать никогда этого не позволяла, пока она в школе училась, первые два курса стэнфорда, тоже, а после она погибла, и свобода каким-то тяжким грузом на мерси свалилась. к такому тебя не подготовят в школе, в университете тоже, единственный выход из ситуации – смириться и попытаться научиться жить дальше. получается не у всех, но у мерседес ривьера выбора не было.

- пока, тимми, увидимся в понедельник. – бросит девушка на выходе из офиса. она ненавидела формальную одежду –  выбеленная блузка к ярко-красным юбке-карандаш и пиджаку, совсем не её стиль; туфли на ноги жмут. по всем параметрам – совершенно некомфортное удовольствие. в добавок ко всему, глава отдела маркетинга уже третий день говорит ей о том, что вместо двух-трех пуговиц расстегнутых на блузке, она могла бы просто её не надевать, ограничившись бюстгальтером. ривьера бы обязательно ему высказала всё, что она думает о нём и его миниатюрном члене, о котором шутки пускает весь офис, но не хотелось, чтобы до отца что-либо дошло. мистер ривьера сейчас совсем не в том состоянии, чтобы заниматься рабочими делами и вот уже второй месяц в отпуске. на бумаге – в отпуске, по факту же – работает из дома, но выборочно. отвечает не на все эмейлы, а документы просматривает только пару часов с утра, пока трезвость его опять не покинет, оставив в компании бутылки баллантайнс.

мистер ривьера жену любил невыносимо сильно, всем своим существованием. казалось бы, они – самый настоящий пример большой и чистой любви, уровня сказок, о которой обязательно дисней выпустил бы мультик, если бы конец столь трагичным не был. прошло времени не мало и, если поначалу отец зарывался под переизбытком работы, лишь бы в постель пустую не возвращаться раньше необходимого, но в последнее время одиночество его убивать стало медленно, но верно. мерседес пыталась отца понять, правда пыталась, но не получалось. для него словно жизнь закончилась, словно у него не было детей, которым могло быть тяжело. он в своей боли поселился как самый последний эгоист, оставив мерси бултыхаться в океане, в попытке удержать на плаву всех остальных. что было бы, если бы мерседес была столь же избалованной девицей, как её младшая сестра? они потонули бы все.

- papa, какое у тебя самое любимое воспоминание о маме? – мерси на отца не смотрит, в очертание пламени в камине уставившись. у них с матерью были специфичные отношения, которые вряд ли назовешь отношениями матери-дочери, скорее некой бизнес-транзакцией. лора ривьера ждала от старшей дочери только лучшего, забыв напрочь, что у неё есть и младшая, из которой так же успеется ещё слепить то, что «нужно». мерси зачастую завидовала младшей сестре; любила безбожно, но завидовала. в то время как мерседес пыталась вспомнить значение словосочетания «свободное время», зарываясь в учебниках – её сестра купалась в любви родителей. да, лора ривьера сильно любила младшую дочь, словно на второй попытке у неё наконец-то проснулся материнский инстинкт. со старшей дочерью она до самой смерти так и не наладила отношений, ни разу в сознательном её возрасте не обняла, не сказала, что любит, самоуверенно считая, что простых «молодец» и «умница» достаточно.

- наша свадьба, - он даже не замешкался ни на секунду, тут же навскидку вспомнив момент, который навсегда женщину с именем лора к его сердцу привязал. – она была так красива в белом платье, выглядела словно богиня, сошедшая с небес прямо к алтарю. я плакал как маленький мальчишка. – отец свою жену любил больше всего на свете, мерси зачастую казалось, что даже детей своих так не любил, как их мать. в то время это казалось нормальным, мужчины ведь существа странные и не удивительно, если в их голове всё складывается иначе. мерседес это принимала и понимала, точнее пыталась насколько это было возможно.

после смерти матери внезапно на плечи мерси свалилась вся семья с фамилией ривьера. отец начал всё чаще подносить бутылку к губам, игнорируя даже необходимость иметь под рукой стакан. младшую сестру понесло во все тяжкие: она привыкла быть самой любимой девочкой в семье, внезапно же мать более в задницу не целует и отцу более нет до неё дела. лора ривьера после себя оставила только руины от семьи, которые восстанавливать пришлось старшей дочери, словно этого заведомо от неё ожидали, словно это её обязанность – семью сохранять. мерси же слишком их любила, несмотря на отношение к себе не самое прекрасное, поэтому лишних вопросов не задавала, полностью переняв на себя роль необходимую.

- mi hija, запомни, если мужчина не плачет, когда ты идешь к алтарю – значит это не твой мужчина. – он её за руку берёт и так по-отцовски её сжимает. близость отца для мерседес невиданная роскошь, ощущение которой она за все это время уже успела забыть. – и замуж выходи только по любви, будь счастлива мерседес – это единственное, чего может хотеть отец. – он улыбается тепло и мерси внутри тоже тепло становится. таким она его помнит с детства, когда ещё на неё ожиданий больших не свалилось, когда она просто его маленькой девочкой была.

мерси руль чёрный сжимает, зубы стиснув. домой возвращаться в последнее время категорически не хотелось. отец как обычно будет в состоянии не стояния, а младшая сестра закатит истерику: то отвези её на тусовку, то дай денег. в отличии от мерседес – младшей ривьере прилетали деньги на счет каждый месяц от отца, трастовый фонд она уже успела обналичить и всё проебать. мерси даже не уверена была – на новую тачку или на тусовки в барах, куда двадцатилетнюю малышку ривьера ещё даже пускать не должны. в наше время купить можно что угодно, так что удивляться выходкам сестры она перестала уже давно. выжидала скорее, что та себе мужика состоятельного найдет и сделает ноги из отчего дома, но это вряд ли. чертовски удобно жить у отца, который о твоем существовании забывает; обкладывать хуями старшую сестру, благодаря которой у тебя вообще еда на столе, но это ведь мелочи. мерси понимала прекрасно – младшая сестра её не уважает и добиться её расположения ей вряд ли удастся, а если и удалось бы, то ривьера уже пытаться перестала. ей уже тоже наплевать. она мечтает лишь об одном – чтобы отец на ноги встал, и она смогла уехать куда-нибудь далеко, зарыться в холстах и красках и более никогда не вспоминать про свою семью. месяца три, конечно, не больше; мерси лишком семью любила вопреки всему. перед домом автомобиль черный незнакомый стоит и ривьера свою ауди паркуя перед гаражом, засмотрится на несколько секунд. у них в доме гости появлялись редко, особенно в последнее время. как вариант – кто-то приехал к сестре, а это ничем не лучше, чем гости у отца. в любом случае, хаосу быть.

- papa, я дома! – выкрикнет, как только дверь за собой закроет. сбрасывает туфли в угол, чертыхаясь, упаси боже их опять надеть. пиджак с рук скользнет и мерси едва поймает его перед тем, как он пола коснется. босыми ногами перебирает по полу, достанет телефон из кармана пиджака, принимаясь перечитывать сообщения. на кухне положит его на высокий стул и первым делом примется искать бокал и вино. пройдется по паре шкафов, наконец-то найдя собою спрятанные бутылку merlot и высокий бокал. достанет штопор, откроет бутылку, нальет немного и оставит бутылку стоять на столе. тут же несколько глотков делает, глаза прикрывая и наслаждаясь привкусом терпким на языке. в такие моменты мерседес спокойствие ощущала и бокал вина – именно то, что ей так нужно было в конце каждого рабочего дня. из гостиной донесется хихиканье и ривьера мысленно глаза закатит, её сестра и её попытки в флирт и кокетство – то ещё мучение для ушей. она раз сорок повторяла просьбу не таскать своих друзей и бойфрендов домой, отец не в состоянии и мерси не хотелось, чтобы кто-либо сливал то, что происходит в четырех стенах дома семьи ривьера. единственное, что пока ещё у отца осталось – его имя, которое он сделал сам, долгими годами работы.

- мия, мы же договаривались, что ты не будешь никого таскать домой, - её голос уставший, она взгляд бросает мимолетный как на сестру, так и на мужчину, рядом с ней на диване сидевшего. у него в руках виски стакан и мерси невольно хмурится, на кресло противоположное опускаясь. закинет ногу на ногу, благо разрез на юбке позволял и бокал к губам поднесет, сделает глоток, алкоголь через нутро пропуская. – мерседес. – кивнет мужчине в знак приветствия. диалога выстраивать не собиралась – он гость её сестры, а уселась она с ними сугубо для того, чтобы попортить интимность ситуации, дабы они удалились, не выловив отца. – мия, где отец? – она к сестре обратится, а та лишь демонстративно глаза закатит. но, девушка едва ответить успеет, как отец с папкой в дверном проеме появится.

- mi hija, ты как раз вовремя. – он хмур как никогда и ривьере невольно хочется спросить: опять кто-то умер? – мия, иди в свою комнату и не выходи, это разговор для взрослых. – младшая ривьера противится пытается, ноет, как самая последняя избалованная девка на планете. мерседес бровь изогнет внимательно на отца уставившись, он словно смотреть на неё не хотел вовсе, взгляда избегая. порой мерси казалось, что это попусту из-за того, что она на мать очень похожа, но сегодня от него веет холодом, что ему столь несвойственно.

- papa, что происходит?

+4

3

Десятилетний мальчик с именем резким, хватким белоснежную рубашку идеально отглаженную одевает, пуговицы деловито застегивает, затем запонки и сам себе галстук классическим узлом завязывает, движениями слишком уж отточенными для его возраста; поверх рубашки пиджак черный натягивает и галстук поправляет, взгляд сосредоточенный бросая в отражение зеркала и высматривая итог конечный - образ взрослого и успешного. В комнате он не один – рядом с ним его отец стоит - мужчина высокий,  серьезный, гладко выбритый, с чертами крупными мексиканскими, за которым маленький Чейз все действия повторяет. Тео Моралес свою записную книжку открывает с толстым переплетом из кожи натуральной, Чейз под плечо отца юркает, чтобы хотя бы одним глазом взглянуть на список дел сегодняшних [старший Моралес книжку захлопнет прямо перед носом детским на самом интересном месте, говорит, что расписанное время после 18.00 для Чейза всегда будет покрыто мраком]; Тео Моралес со столика туалетного берет стеклянный флакон одеколона класса премиум, распыляет на себя раза два и на место ставит, Чейз, копируя деловое выражение лица отца, пальцами детскими за парфюмом тянется, но в руках пузырек не удерживает, от чего тот звонко на паркет падает, но не разбивается. Тео эту мелочь игнорирует, к выходу направляясь, за ним спешит Чейз, быстро флакон подняв и на место поставив, так и не распылив на себя тяжелый запах.
«Мама просила сегодня на работе не задерживаться», - аккуратно Чейз скажет уже сидя в БМВ модели последней на заднем сидении с отцом.
«А что нам твоя мать? Если я не буду задерживаться, она бы не отдыхала на островах каждые два месяца с…», - Тео хотел было добавить «с тренером по йоге», но решил, что для десятилетнего сына информация эта полезной не станет. Старшему Моралесу плевать было, кто его жену трахает [лишь бы кто-нибудь, иначе она начнет трахать его мозги,  а этого он вытерпеть не в силах]. Главе семейства забавно было наблюдать, как его жена роман на стороне старательно скрывала, слепо веря, что женщина в доме Моралес может тайны свои в секрете оставить.
«Ну что, готов?», - Тео тяжелую руку на плечо сына положит, крепко пальцами впившись в кожу хрупкую; оба взгляд наверх поднимут золотой вывеской любуясь, на которой выгравировано: «Morales Industries».
Это был первый ознакомительный день в компании отца, а следом - первый рабочий. Чейз быстро смекнул что к чему и вплоть до подросткового возраста занимался рутинной бумажной работой и был на побегушках у отца: пытался напоминать ему о важных встречах, покупал кофе и обед, рассылал почту и следил за корреспонденцией. С каждым годом его обязанности обрастали новыми и новыми, словно снежный ком, под натиском которого Моралес не сломался, а лишь сильнее стал. Он никогда отцу не жаловался, мол, детство так рано в урну выкинули, никогда не мычал недовольно, выражая так свою усталость или разбитость, хоть, порой, и было очень трудно. Чейз свято верил в идеологию своего друга старшего, отца и наставника, а идеология была только одна «Morales Industries».
Школьные годы прошли как-то незаметно и невыносимо скучно. Впервые он попал на праздник лишь в свой выпускной. Чейз до двадцати лет не пил и не курил, хотя с шестнадцати пропускал по стопочке коньяка за семейным ужином. Он будто перепрыгнул возраст нежный, буйный, бурный; словно смог отключить все эмоции и желания, хотя, по праве говоря, у него никогда не возникало острого хотения устроить дестрой, наперечить отцу, не ночевать дома или вообще уйти из него, начав самостоятельную независимую жизнь. Правда в том, что Чейз Моралес выбрал этот путь по убеждению своему внутреннему, и другого ему от жизни попросту не надо. В отличие, скажем, от парня одного - Лексуса Хамфри, который, вполне вероятно, не захотел идти по стопам отца, заведомо думая, что его, бедного, к стене прижали и пож угрозой жизни заставили работать на престижной работе и получать стабильный высокий доход. Чейз бы, глядя в глаза Лекса, пылающие жизнерадостностью и красками яркими, своими стальными сказал бы: "слабак ты". И в какой-то степени был бы прав, но лишь в какой-то...

Чейз Моралес восседает в своем кабинете с закрытыми жалюзи, пытается сосредоточиться на очередном ежемесячном отчете, а для этого бурбона наливает - каплю совсем, но действенно очень; от мигрени средство лучшее - так его отец научил.
Как только он с мыслями собрался и к делу приступил, в его кабинет отец зашел, не стучась. Походка быстра и уверенная, человека, который время в деньги превращает. Обычно он сына приглашает в свой соседний кабинет, но здесь, кажется, ситуация экстренная. Тео хмурится, выдыхает, садится напротив сына и тянется к бутылке бурбона, стоящей на столе, как призыв к беседе качественной.
«Старик Ривьера скатывается на дно. Он губит свою компанию и наш доход. Он губит себя. Он закапывает нас. Я не могу больше положиться на него. Ты знаешь...», - Чейз головой кивает, параллельно отцу наливая жидкость горячительную, в надежде что та поможет близко к сердцу произошедшее не принимать. Чейз знал всё, что происходит в компании отца. Законны ли их махинации со страховой - младшего Моралеса не волновало вовсе, он больше не десятилетний мальчик, перед носом которого записи в ежедневнике захлопывают. «Остается только один единственный выход. Я прикинул еще несколько вариантов, но они не такие железные, как этот. Ты согласен?» - Чейз губы поджал, отца просверлив взглядом каменным, решительным. «Как скажешь, отец. Брак - это всего лишь формальность» - он усмехнулся, вовсе не чувствуя, что его, как мужчину, в жертву отдают. Это всё рабочие моменты и не более. «Не совсем формальность. Всё же Ривьера мой старый друг, а друзей мы не бросаем. Если бы мы были нечестны с близкими, то поступали бы иным путем. Сегодня вечером приедешь в их семью и поговоришь с Мерседес. Она красавицей выросла, тебе понравится», - Чейз глухо выдохнул и на часы посмотрел - до конца рабочего дня минут девяносто, а это значит, пора делать отчет...

Чейз увидел Мерси впервые, когда ей едва стукнуло одиннадцать лет. Ему тогда было уже за двадцать. Он вместе с отцом и матерью подарил ей огромного белого медведя. Смутно помнит события того вечера. Ее день рождения отмечался с размахом, и Чейз весь вечер прокачивал свои формальные скиллы общения с многочисленными людьми намного старше него. "Мерседес милая девочка" - единственное. что он отметил про себя, когда на ее маленькие ручки посадил медведя в раза три больше, чем она сама.
Второй раз они увиделись на одном из праздником, когда Мерседес было четырнадцать. Тогда они даже пообщались на темы отвлеченные, но, конечно же, взрослый парень никаких выводов по поводу ее внешности, как девушки, не делал, он ведь нормальный/взрослый/без отклонений.
Третий раз - ей шестнадцать. И не заметить то, как она выросла, было уже невозможно. Он сделал ей комплимент и вручил очередной подарок, а затем развернулся и весь вечер общался с одной интересной особой, которая разонравилась ему через пару недель плотного общения. Женская милая глупость Чейза Моралеса отнюдь не возбуждала. Еще никогда ему не встречалась по жизни девушка с характером сильным, способная на равне с ним свое мнение отстаивать.
С тех пор много лет прошло, а крупные посиделки давно прекратились.

С какой же завидной точностью Чейз Моралес знал, что от жизни хочет – в этом ему позавидовать несомненно можно. Он из тех типов мужчин, что не любят сюрпризы, подарки, неожиданные повороты судьбы. Его не учили тайм- менеджменту – это в крови у него с пеленок течет. Его не заставляли учиться из-под палки – он прекрасно знал, что полученное блестящее образование в одном из престижнейших учреждений мира – основа основ.
Люди, связи, отточенные фразы, свое собственное мнение на всё - это и есть Чейз Моралес.
Он с мистером Ривьера говорил прямо, сочувствие выражая. В крови Чейза не было адреналина, сердце не стучало и ладони не потели. Говоря о предстоящей свадьбе, он даже дух не перевел, будто пластично сидел на встрече деловой и обсуждал предстоящую крупную сделку. Щекотливую тему упрощал тот факт, что мистер Ривьера и его с пеленок знал, а, значит, относится к нему, как минимум, с уважением, зная из какой он семьи, какое образование получил и что может дать его дочери.
А дать он ей может немалое.
Чейз помнит отношение отца к матери, и эту модель поведения на себя примерит обязательно. Главное правило семейного благополучия Моралес - есть деньги, нет проблем. Счастливая женщина, это сытая женщина, одетая женщина, женщина, сидящая в дорогой машине и занимающаяся всем, чем пожелает.
Мистеру Ревьера такой подход, кажется, по душе. Возможно, потому что он вину чувствует за ситуацию сложившуюся ничего лучше не придумает, чем выгодная партия для своей любимой дочери.

– Мерседес? - она комнату осветит своим появлением и каменное сердце Чейза чуть вздрогнет от неожиданности. Моралес выросла, и отец не соврал, сказав, что та - красива чертовски. - Ты меня не помнишь? Я Чейз. Мы виделись пару раз, когда ты была маленькой. Я подарил тебе большого белого медведя... - он от себя не ожидал, что действительно хочет, чтобы она его вспомнила, будто встречи их были чем-то значимым и уж точно не мимолетными. Это, конечно, глупость чистой воды....
Чейз на младшую сестру не обращает никакого внимания, взгляд его пришкварился к ее губам алым.
- papa, что происходит? - в голосе тревога. Чейз хотел было руку ей протянуть, но решил сидеть смирно, пока мистер Ривьера ей все не расскажет.
Она так и застала их: отец хмур, потому что все же чувствует себя скованным и разбитым, жалким и глупым, Чейз - в замешательстве, поскольку понимает от части эмоции старого друга отца, но без приза он из этого дома не уйдет. Проигрывать - не в правилах Чейза Моралеса.
- Дочка, ты ведь знаешь, что жизнь наша до неузнаваемости изменилась. Поправить положение я самостоятельно не в силах. Матери нет. Ты загибаешься на нелюбимой работе. Я всё это вижу. Мия растет, а следом растут ее аппетиты, - виновато протягивает он и нервно сглатывает, а затем на Чейза смотрит и тактику свою меняет. - Сейчас я вас вдвоем оставлю. Думаю, так будет лучше. Просто помни, что жизнь - сложная и несправедливая. А еще, что все мы в ответе за членов своей семьи. Конкретно ты - должна помочь мне и своей сестре. Подумай об этом, - он встает, подходит к Мерси и в лоб целует, глаза прикрывает.  Затем минутная пауза - в глаза ее заглядывает и с ней без слов говорит, а после выходит медленно, будто всё еще раздумывая, но дверь за собой захлопнет плотно и громко, оставив обоих почувствовать оглушающую тишину двух сердец.
- Мерседес.... - Чейза в неудобное положение поставили, ибо он откровенно надеялся на то, что мистер Ривьера сам все карты раскроет, но, кажется, ему для этого смелости не хватило. - Мерседес, ты взрослая, умная девушка. Будем говорить без мишуры и по-взрослому, слукавил, поскольку мишура в виде букета роз огромного и кольца с внушительным бриллиантом все же в его арсенале была. Помните, главное правило Моралес по отношению к женщинам в их доме?..
- Чтобы в том числе поднять твоего отца на ноги, нам необходимо заключить сделку. Точнее, пожениться, но я бы назвал это сделкой, поэтому не пугайся. Мы просто оформим документы и ты спокойной можешь жить своей жизнью. Но если ты захочешь настоящего праздника, я тебе его устрою. Я сделаю все, что ты пожелаешь. Что в моих силах. А в моих силах многое, - она для него так юна, так красива. Он на молодость ее залип, признав откровенно, что сейчас кольцо и цветы ей вручит, не думая о том, что это бизнес-проект. Да, проект, но очень красивый.
Она молчит, а у него потеют ладони... Мужчина толком понять не может, ему отказ ее неприятен будет из-за срыва многомиллионного или из-за нее самой.

[NIC]Chase Morales[/NIC] [AVA]https://i.imgur.com/NiYsz3O.gif[/AVA]
[LZ1]ЧЕЙЗ МОРАЛЕС, 40 y.o.
profession: управляющий в компании отца
future: Mercedes
[/LZ1]

[SGN]https://i.imgur.com/VU9PvhH.gif[/SGN]

Отредактировано Lexus Humphrey (2021-12-06 23:14:35)

+2

4

i ' m   u n h o l y  ,    l i k e    i f
i      s a t     d o w n     w i t h    g o d

h e     w i l l     i g n o r e    m e

cause he ain't got a clue

мерседес всю свою жизнь слушала других; слушала и молчала, потому что, что ей ещё оставалось? мать и слова не давала вставить, ведь мнение мерси – неправильное мнение, в принципе мнение всех неправильное, если оно в противовесе мнению миссис ривьера. отец никогда не влезал, даже когда видел, что миссис ривьера относилась к дочери несправедливо. в подростковые годы мерси безбожно раздражало то, что фаворитизм матери предела не знал. каждая пятерка мерседес сопровождалась сухим «я знала, что так будет»; никогда «ты лучшая» и только иногда «молодец». откуда у мерси такая нескончаемая любовь к семье – один лишь черт знает. ведь, по сути, мать и младшую сестру любить особо не за что было. мия – копия лоры, любит только себя и все остальные лишь массовка в её фильме, где главная роль, понятное дело, оставлена была ей.

она на отца смотрит и пытается понять, когда у них секреты появились друг от друга? после смерти лоры ривьеры ей казалось, что они с отцом ближе стали, что понимать друг друга лучше стали, тоже. видимо, нет. несмотря на то, что она все свои мечты сгребла под ковёр в своей голове; несмотря на то, что каждое утро поднималась черт знает во сколько, чтобы успеть вовремя на нелюбимую работу. она это всё делала больше ради отца, меньше ради сестры. у отца не было возможности и времени нормально прочувствовать утрату жены, сестру же смерть матери будто и не сильно затронула. мия любила красивую жизнь и любила красивую себя, пока родители могли закармливать её аппетит – всё было в порядке.

- дочка, ты ведь знаешь, что жизнь наша до неузнаваемости изменилась. поправить положение я самостоятельно не в силах. матери нет. ты загибаешься на нелюбимой работе. я всё это вижу. мия растет, а следом растут ее аппетиты, - боже, как же мерседес раздражало, что даже в столь неприятных ситуациях отец никогда не забывал свою любимицу. ривьере всего-то хотелось признания и любви родителя, но это видимо невиданная роскошь для неё. хоть не вредно, возможно, однажды она перестанет загадывать одно и то же на новый год; возможно, однажды поймёт, что в этой жизни не сдалась никому. ей совсем не нравилось, куда отец клонит своим монологом, выражение его лица не нравилось тоже. отец никогда не умел особо свои эмоции прятать, поэтому ривьере не составило труда понять, что то, что ей сейчас скажут – ей очень и очень не понравится. сукин сын.

- сейчас я вас вдвоем оставлю. думаю, так будет лучше. просто помни, что жизнь - сложная и несправедливая. а еще, что все мы в ответе за членов своей семьи. конкретно ты - должна помочь мне и своей сестре. подумай об этом, - нихуя она думать не хотела. она девять часов провела за тем, что думала, думала, думала. за работников некомпетентных думала, за отца думала, за всех, сука, думала. мерси устала, мерси думать больше не хотела. тем более о том, что жизнь несправедливая, она это знала и без наставлений отца. в конце концов – это ей приходилось разгребать дерьмо в фирме, пока отец заливал в себя очередную бутылку виски, а сестра сплавляла нереальные суммы на онлайн-шоппинг. ривьера ничего другого и не делала, кроме как думала и была в ответе за всю гребаную семью, частью которой ей порою и быть то не хотелось. девушка щурится, отца взглядом провожая. папку со стола берет, которую мистер ривьера так небрежно бросил и внимание на чейза не обращает вовсе. демонстративно, потому что может; потому что ей порою тяжело совладать со своими эмоциями.

мужчина к ней обращается и по её телу дрожь пробежит, ибо, черт возьми, голос у него как сейчас говорили «panty dropping». выдохнет шумно, пальцы на папку положив, на коленях. всё ещё закрытую, шанс решает дать словесному объяснению, ведь на бумаге всё сухо – уж она то знала. диалогом можно как-то смягчить удар, вопрос, конечно же, оставался в том – сможет ли это сделать чейз. мерседес слишком привыкла на работе кусаться с мужчинами, которые с ней разговаривали так, словно вместо мозгов ей выдали матку, и она ничего не понимала. совершенно нелепо упуская факт, что её айкью, скорее всего, самое высокое во всей фирме. тимми смеется, что мерси – гений, она же отмахивается совсем. возможно, правда за ним, но ривьере не нравилось внимание излишние привлекать, особенно на работе. взгляд поднимает на мужчину, сидящего напротив и ногой, закинутой на колено покачивает, вальяжно даже как-то. первое правило – никогда не показывать свой страх, второе – держать свои эмоции под контролем. если первое она успела отточить на отлично, то со вторым у неё зачастую случались проблемы и оставалось надеяться, что в этот раз пронесет. мерси слушает внимательно, зубы стиснув. понимает прекрасно – вина ведь вовсе не мужчины напротив, нет. даже если он с подобным предложением и появился на их пороге, отец мог отказаться попусту: объявить банкротство или продать фирму. да, мии пришлось бы сократить свои затраты, но это ведь намного лучше, чем дочь свою замуж выдавать, особенно после тех слов, что он ей в детстве говорил. ему повезло – он женился на лоре по любви, дочери же подобной роскоши лишает.

- чейз, да? – конечное «да», это абсолютное ненужный вопрос, но она не знала вовсе откуда начать и дабы собрать мысли воедино, нужно было откуда-то начинать. – я помню, медведь до сих пор в моей комнате. – её губ на долю секунды улыбка тронет. медведь с ней действительно многое прошел, большую часть времени был её верным другом, в себя впитывающим нескончаемые слёзы. отец говорил, что ей помнить о несправедливости жизни надо, но несправедливая жизнь – это то, что она всегда только и знала. несправедливая, потому что у неё вместо друзей книжки были, в то время как у мии друзей были десятки. потому что на день рождение мерседес приходили друзья родителей со своими детьми, которых она и не знала вовсе; на день рождение же сестры она всегда приглашала кого хотела. вся жизнь мерседес – ебучая несправедливость. её улыбка тут же исчезнет, губ тонкой линией оставляя.

- ты, конечно, прости, но, - она заминается, не зная даже как высказать всё, что на уме сейчас, не прозвучав как самая последняя сука на планете. это не она – мерседес ривьера не сука нутром, но это тот образ, который прилип намертво и, возможно, сейчас ей надо было думать не как мерси, а как мисс ривьера. – мой отец, взрослый мужчина, только что сбросил обязанность донести до меня эту новость, на тебя? – она на смех срывается, не истеричный, а скорее тот, в котором услышишь ноты «unbelievable». мерси никогда не думала, что её отец всего лишь трус, который не удосужился даже самолично переговорить с дочерью ситуацию, сбросив всё на человека, которого она видела последний раз лет семь назад.

- когда у него начались проблемы? – она знает, что в папке есть всё, но смотреть на цифры ей не хотелось, в противном случае её сорвало бы к чертовой матери. она уверена была почти что, что дело всё любви сестры тратить деньги, которых у неё нет, а отец не привык отказывать кому-нибудь кроме мерседес. руки в кулаки сжимает с такой силой, что кожа на костяшках белеет, в ней эмоции кипят и ни к чему хорошему это, конечно же, не приведет. – чейз, давай на чистоту, мой отец мог бы продать свою фирму или заявить о банкротстве, покрыл бы все долги и, скорее всего, если мы говорим о продаже, заработал бы немало денег. так какой стороной в это всё влезает твоя семья? – она понимала, в принципе, что моралес видно немало денег ввалил в фирму, но это всё могло окупиться. – я просто очень сомневаюсь, что по старой дружбе твой отец сослал бы своего сына жениться на ком-то, кого он и знать не знает. – бровь изогнется, кулаки разожмет. у неё в голове крутится «ты в ответе за семью» сменяющееся «жизнь несправедлива». отец всё решил и то, что с ней говорят – формальность. да, он не мог заставить её физически подписать что-либо, но мог повлиять всеми иными способами, включая нескончаемый guilt trip.

- и раз уж мы на этой теме, каковы условия, в случае моего согласия? – мисс ривьера вошла в студию. в висках боль невыносимая отдает, словно ножом кто-то в черепную коробку пробиться пытается. так часто бывало, когда её мозг начинал работать в режиме overload. глаза прикроет, шумно выдыхая. она любила свою семью даже когда они этого не заслуживали вовсе, но готова ли она была пойти на столь масштабную жертву? глаза откроет, внимательно на мужчину посмотрев – он красив, старше её порядком, но чертовски красив. говорит с ней не как с ребенком, несмотря на разницу в возрасте и в его поведении совсем не скрыто уважение к ней как к человеку. для неё это очень важно, она устала всем и каждому доказывать, что чего-то да стоит. чейз про брак их говорит, как про сделку какую-то и от этого частично легче, да, они женаты будут, но возможно их жизнь сможет дальше идти так как шла «до». [наивная, пока ещё не знает, что однажды их брак одержимостью и абьюзом обрастет.] вдобавок ко всему, она наконец-то с работы нелюбимой уйти сможет, рисованием вновь заняться и, возможно даже, свалить из этого треклятого дома к чёртовой матери. ей, конечно, придется приезжать зачастую отца проверять, ведь мию за главного оставить нельзя, ей плевать на всех, кроме себя. мерседес на чейза смотрит и в нём видит возможность на побег, но молчит. у неё в голове уже чаша весов перевалила на «за», но для финального решения ей нужно было знать, что её ждёт по ту сторону подписанной бумаги.

+2

5

«Нам следует пожениться» - она стоит в одном пеньюаре на его кухне и взбивает веничком желтки. Густые черные волосы забраны в хвост. Свободной рукой поправляет выбившиеся прядки из на скорую руку сделанной прически. И хотя сегодня суббота, тридцатилетний Чейз спускается к ней в костюме, спешно поправляя галстук. Она хочет ему помочь, но Моралес никому не доверяет столь ответственное дело. Ее фраза поперек горло встала, но он виду не подал, сел за барную стойку напротив нее и в глаза ей пристально посмотрел. «Не следует», - прицокнул, немного головой покачав, параллельно за стаканом сока потянувшись. Ее карие глаза на бледном лице, уставшем от бурной ночи, в недоумении уставились на него и ждали объяснения/продолжения. Она перестала взбивать желтки и веничек аккуратно в сторону отложила, оперлась ладонями на барную и к нему наклонилась, чтобы расстояние между ними максимально сократить, надеясь на то, что впечатляющее декольте, под таким углом - еще более впечатляющее, поможет ему правильно ответить на ее вопрос. «Мы слишком мало друг друга знаем. Этот шаг ответственный, нужно взвесить все "за" и "против", а жить эмоциями я не привык. Свадьба с тобой - для меня мероприятие нецелесообразное и энергозатратное», - он стакан свежевыжатого апельсинового сока осушил до дна, стянул свежеиспеченный ею оладушек и в джем макнул, вовсе не смотря на какое-то там декольте. Она же застыла в этом положении и не знала, куда податься. К такому хамству явно была не готова. Она искренне считала, что у них все серьезно, ведь они знакомы год, а ночует она у него по меньшей мере пол. В его большой, до одури роскошно обставленный дом, она перевезла почти все свои вещи, и он ни слова ей не сказал. Разве это не жест доброй воли? Разве это не молчаливое согласие на "долго и счастливо"? Видимо, он так не считал. «Если тебя что-то не устраивает, ты можешь молча собрать вещи. Я не хочу выяснять с тобой отношения, учитывая что я никогда не упоминал это слово. Их не было. Отношений. Между тобой и мной ничего не было», - он ей сердце лезвием рвет на части, не стесняясь совершенно. Но Чейз Моралес абсолютно прав - он ничего ей не обещал. Этот мужчина свои обещания выполняет всегда, слово держит, даже если это стоит ему убытков, даже если придется действовать во вред собственной персоне.
Но она не может просто так уйти: пеньюар свой поправит, руки на талию поставит, большими пальцами зацепившись за шлевки от пояса, покраснеет от злости, но всё еще будет в руках себя держать, когда спросит: «У тебя кто-то был эти полгода?» Он глаза закатит и хладнокровно примется за второй оладушек, вальяжно так причавкивая, откинувшись на спинку стула. «Ты серьезно? Если тебе от этого станет проще, то нет. У меня нет времени на это. Зачем кого-то искать, когда всегда можно позвонить тебе?» - она хочет ему пощечину дать, но вместо этого рукой замахивается, на что глаза Чейза не дернуться даже. Подобные спектакли видел не раз, но чтобы кто-то открыто сообщил о том, что ему следует пожениться - такая наглость - впервые.
Он закончит свой завтрак и уедет на работу, а когда вернеться, поймет, что она не оставила в его доме даже своего длинного черного волоска. Он усмехнется, устало одежду с себя стянет и на кровать повалиться, наслаждаясь тишиной.

С тех пор прошло четыре года, и Чейз по-прежнему не желал вступать в брак, но от принуждения той девушки и просьбы отца была разница существенная. Он эту грань четко видел, поэтому в сложившейся ситуации с Мерседес вел себя не как редкостное чмо, прекрасно понимая, что девушка здесь не при чем. Более того, он осознавал, что ей досталось даже больше, чем ему. Для себя Чейз приметил в этой ситуации кое-что хорошее - в последнее время его финансовых партнеров стал смущать тот факт, что у Моралеса нет семьи,а, значит, нет инструментов давления на него, а еще это могло бы означать то, что он непорядочен и не разборчив в связях. А если ты не можешь организовать свою личную жизнь, то о каком бизнесе может идти речь?  Обручальное кольцо на его пальце и званые ужины, на которые он станет приходить совместно  с Мерседес станут своеобразным апгрейдом, ведь  семейные люди, а особенно семейные люди с детьми, обременены большими  обязательствами и ответственностью, нежели их несемейные коллеги. Им необходимо просчитывать каждый свой шаг, они уже не толерантны к риску, они более стабильны. Чейз бросит пыль своим финансовым партнерам в глаза, прикрывая тем самым махинации и фиктивный брак.

Он смотрит на мисс Ривьеру, и каждое ее слово заставляет Чейза мысленно выдохнуть, улыбкой лицо озарить облегченной. Он ведь все варианты продумал, в том числе разложив по полочкам ту ситуацию, когда Мерседес руками и ногами биться будет, в доме все крушить/ломать, ему высказаться не даст: одним словом, будет вести себя, как девчонка маленькая, что в двадцать два ее вполне вероятнее было бы чем то, как она разумно ведет себя по итогу. Ее речь хорошо поставленная, вопросы правильные автоматически уважение у ней вызовут. Моралес женщин уважать не привык, но эта - special thing.
Тот факт, что она узнала его, хоть и  в общих чертах, но все же узнала, обрадовал его очень. Иметь почву, даже столь рыхлую в виде ее детских воспоминаний, уже знак неплохой. Ему в ней видеть отчаянно хочется человека, который прежде всего сможет стать его очередным деловым партнером. Женщин ненавидел за сгустки их эмоций непонятных и истерик неоправданных.
- Видимо, он посчитал, что так будет лучше. Не вини его, хотя, в этом я тебе не советчик, - он руками развел и виски свой допил, стакан осушив до дна. Причмокнул, выдохнул и добавил: - Для меня его любовь к тебе очевидна. Но любовь не всегда бывает безоговорочно прекрасной. Изъяны и побочные эффекты есть даже у тех, кого ты любишь бескорыстно, - Чейз многое знает, и на любой вопрос Мерседес он ответ даст -  в этом будьте уверены.
Пытается на формальности перейти, но ее образ категорически мысли в его голове путает, хаотичный порядок образовывая. Она смотрит на него глазами рассудительными, но горят они так ярко, смело и молодо. Губы ее пухлые, алые задают конкретные, серьезные вопросы, но ей так идет цвет помады. Ногу на ногу закидывает по-деловому общаясь, но у Моралес эти ноги от ушей - хочется за лодыжку взять и к себе притянуть. С другой стороны, Чейз всегда видел только красивых женщин, ведь в его кругу неухоженная жаба, скорее, исключение из правил. Покуда есть деньги, женщина будет всегда на высоте.
- Мерседес, он не сможет вывести свои акции, даже если сильно захочет. У него нет такого права. Я не знаю, что произошло между твоим отцом и вторым партнером, но ситуация двоякая: пока твой отец совершенно не хочет заниматься работой, пребывая постоянно в состоянии не легкого опьянения, его партнер просто смотрит за тем, как всё рушится. Я навел на него справки. Он не так давно стал директором одной фирмы по страхованию, механизм которой до боли похож на механизм компании твоего отца. Если отец продаст акции своему партнеру, то на следующий день компания просто перестанет существовать , - многолетняя, имя свое отстаивающая и на слуху у всех, просто исчезнет по щелчку пальцев.
Радуется тому, как она логику держит.
- Ты права, дело не только в этом. Наш бизнес подвязан с бизнесом твоего отца. Много лет мы вели общую деятельность, которая приносила высокую прибыль. Не считая того, что на начальных этапах мой отец хорошо помог твоему, - замечает, как ее настроение меняется резко и злится она на отца. Молчит. Дает ей время эмоциям негативным отдаться.

Моралес, привыкший к каждой детали относиться с уважением, довольно быстро смекнул, что Мерседес ее дом родительский душит. Хотел было нажать на это, словно болячку ей вспарывая, но решил, что обойдется методами другими. Честными. - Мне необходимо, чтобы ты появлялась со мной на публике, участвовала во всяких семейных праздниках, званых ужинах, ходила со мной на все мероприятия, где будут мои потенциальные партнеры по бизнесу. Если у тебя есть молодой человек, сообщи ему, что это формальность. Если у тебя его нет и тебе некомфортно дальнейшее нахождение в этом доме, то двери в мой дом для тебя всегда открыты. Если тебе нужны деньги - просто скажи об этом. Если у тебя проблемы, сразу же сообщи, он с места встает и к полке на камине тянется, чтобы лично ей букет цветов вручить, так сказать, за понимание. - Какой ответ ты не дашь, мне было приятно твое общество, в руки ей передает немного сковано, затем открывает коробку с кольцом и на стол перед ней кладет. - После всех формальностей я смогу уладить дела внутри фирмы твоего отца. Он снова встанет на ноги, - галстук поправляет, откашлявшись немного. У него времени нет, он и так здесь задержался, на часы украдкой посмотрит, чтобы понять, через сколько другая встреча.
- Извини, что с таким напором. Но мне нужен твой ответ. Нужен сейчас, Мерседес, - указательным пальцем вперед немного, к ней поближе, коробку придвинет и дышать перестанет, с замиранием сердца ее ответ ожидая.

[NIC]Chase Morales[/NIC] [AVA]https://i.imgur.com/NiYsz3O.gif[/AVA]
[LZ1]ЧЕЙЗ МОРАЛЕС, 40 y.o.
profession: управляющий в компании отца
future: Mercedes
[/LZ1]

[SGN]https://i.imgur.com/VU9PvhH.gif[/SGN]

Отредактировано Lexus Humphrey (2021-12-16 16:33:38)

+2

6

s h e   w a n t    i t    b a d
w a y      t o o     b a d

s h e ' l l    n e v e r    l a s t   

i know, i know, i know

злость – эмоция, которую мерседес всегда старалась избегать, в силу своего ментального состояния и мозга, что в извечном режиме переработки работал, эмоции были у неё слишком хаотичные и временами неуправляемые. в подростковые годы спасали таблетки, теперь помогает вино, которое она пить может и на завтрак, и на ужин, и на промежутки тоже. сейчас ривьера зла на отца. она пока ещё не определилась – в силу того, что он оказался нереальным трусом, который сбагрил столь важные новости на чужого для неё человека; то ли из-за того, что в положение подобное её ставит; возможно же, вовсе из-за того, что так запустил свое дело, которое на плаву держало всех.

забавно, конечно, что в очередной раз фаворитизм отца в лицо ударил. он мог вполне сбагрить мию в жены моралесу, она подошла бы по всем параметрам, но, скорее всего, пожалел бедную девочку. может, конечно, он даже с ней обговорил это, а она отказалась, подумав, что мужем окажется старик, который едва самостоятельно с кресла встать может. jokes on her now, у мерседес наконец-то шанс реальный появился с прошлой своей жизнью распрощаться. как бы то ни было, сколько бы мерседес не бесилась – она все равно свою семью любила, а её преданность предела не знала. она все равно переживать за отца будет, зная наверняка, что младшей сестре плевать будет даже если он захлебнется собственной рвотой при очередном отходняке.

ривьера голову склонит, в мужчину напротив всматриваясь. он статный, порядком её старше и, давайте на чистоту, не самый плохой кандидат на роль мужа. во всяком случае, он не бросается требованиями и слушает её, даже если не вслушивается; слушать – уже больше, чем многие мужчины готовы были сделать. у неё внутри надежда зарождается, может, всё не так плохо; может, звёзды наконец-то сошлись и для неё. страх о подвохе, ожидающем за углом, правда, не отпустит, но немного притупится. невозможно же, чтобы всегда всё было дерьмо, правда? после чёрной полосы обещают всегда белую. wishful thinking.

- тяжело быть умной, ривьера? – анна покачивает ногой, перекинутой через колено, вальяжно и самоуверенно. щурится, в лицо мерседес всматриваясь тщательно очень. почему-то с губ анны «умная» звучало как оскорбление, словно она freak. возможно, так и было, к «особенным» мерси себя никогда не относила, но и стыдиться своего ума не собиралась. ей не нравилось быть умной, ведь помимо самого факта, что ты не тупой – её жизнь сопровождалась слишком большим потоком мыслей, бессонницей и извечными головными болями.

- ты бы не потянула, - ривьера плечами пожимает и залпом шот выпивает, шумно на стол стопку опуская. мерси двадцать один и она текилу пьет без лимона и соли, крепкое ненавидит, но от него накрывает быстрее и мысли все стирает под ноль. в родительском доме в последнее время абсолютно плевать, кто в каком состоянии домой приходит, главное, чтобы у отца выпивка к утру ещё осталась и мерседес на работу вовремя пришла, у мии никаких обязательств.

мерси вымораживает.

- ха-ха, - анна глаза закатывает, но на слова мерседес вряд ли обидится, они никогда не умели быть доброжелательными по отношению друг к другу. анна скорее находила общий язык с младшей сестрой ривьеры, в конце концов, обе трахались с, теперь уже, бывшим мерседес. она, скорее всего, страдала бы безбожно, если бы любила его сильно, но в последнее время она сомневалась, что любила вообще. острая боль в висках отдает, господи, может наконец-то у неё в мозгу что-нибудь лопнет, и он перестанет работать. вряд ли, конечно.

- знаешь, правильно говорят: в семье один умный, другой красивый, - анна как бы невзначай бросит, на что мерседес зубы стиснет. – жаль, конечно, что тебя внешне обделили, быть красивой и умной – вот это приз. – ривьеру выносило сильно, что она сестре собственной завидовала. мия всегда отличалась от мерси: красивее, в общении легче. в то время как мия могла разговорить любого мужчину пасть к её ногам уже в восемнадцать – мерседес воевала со своими мыслями, натягивала безразмерные футболки и тенниски. мия старалась всем понравиться, из кожи вон лезла, мерседес предпочитала оставаться в стороне. тем не менее, недовольство собственной внешностью её стороной не могло обойти, когда нон-стоп родители младшую сестру восхваляли. судьбой мерседес было выучиться и пойти по стопам отца, тащить на себе семейное дело. для мии родители пророчили удачный брак с мужчиной, что с обложки журнала сошел, всё как надо, американская мечта, где он работает, чтобы обеспечить все её хотелки; она же просто красивая ходит на бранч и в спа-салоны.

он про любовь так отчетливо говорит, словно сам знает прекрасно, что это такое, но мерси почему-то кажется, что мужчина перед ней – любит исключительно свою работу. no hard feelings, в её случае это самый лучший исход, он будет слишком занят работой, чтобы тратить своё внимание на жену; она будет тратить своё внимание на всё, кроме него. таков план на данный момент. ривьера почти согласна, но оттягивает момент из принципа. её этот год работы в фирме отца многому научил. например, нельзя сдаваться в первые пятнадцать минут переговоров – показывает, что у тебя нет никакой хватки и ты слаб, от женщин в бизнесе этого ожидали куда чаще, чем от мужчин. так что, даже если чейз куда-то спешил, ему стоило устроиться поудобнее, переговоры ещё идут. так как они в исходе удачном заинтересованы оба, он, возможно, больше чем она, то положением она пользуется. плюсом, конечно, возможность заведомо будущему мужу показать, что переступать через себя она не позволит.

- мне нравится, как вы ведете переговоры, мистер моралес, - ухмылка губ тронет, ей правда нравится. он говорит по делу и не скрашивает ничего, в надежде сладкими речами её уломать. не обещает ей невозможного: ни любви, ни трех собак и пяти детей с отпусками каждые два месяца где-нибудь на мальдивах. мерси и не хотела бы, это не её тема, её подобное не интересовало. она цветы принимает, опуская их поверх папки с документами, специально внутрь не заглядывая, потому что боится, что найдет выход для отца, что свою возможность на побег потеряет. для неё картина складывалась идеальным образом – будет муж без обязательств, они позже на тему детей договориться смогут, может, даже, к тому моменту от него уже залетит какая-нибудь из его любовниц. на последнее она надеялась и очень. брак на бумаге, от которого, по сути, все в плюсе. минус нашла бы в свадьбе, если бы сама замуж мечтала выйти, но не мечтала. мерседес не задумывалась даже о подобном, знала, что детей захочет в какой-то момент, но в далеком будущем, а брак – это так, мелочное дополнение. она прыгает с «ты» на «вы», потому что их диалог один в один похож на переговоры, они сейчас сделку заключают, которая будущее их обоих затрагивает, semantics.

- после того как фирма отца перейдет официально мне, после его ухода, за мной останется его доля. – для неё это важно, потому что даже если ей придется фамилию менять, в душе она ривьера и фирма её по всем заслугам. – так же за мной остается право при желании ознакомиться с финансовыми составляющими фирмы. видите ли, мистер моралес, мой iq достаточно высокий и так уж получилось, что моя специализация – цифры, поэтому я думаю, что тут мы оба согласимся, что я могу оказаться незаменимым атрибутом в данной области. – она не оставляет ему возможности ответить, но выдерживает паузу между своими утверждениями, прямо как её учили.

- мне кажется ваши партнеры не оценят, если узнают, что мы живем раздельно. я люблю свое пространство, так что проблем не составит разделить наши местонахождения. – положение ног меняет, перекидывая теперь левую через правую, на спинку кресла откидывается и взгляда с чейза не сводит. – мне плевать кем и чем вы себя развлекаете в свободное время, пока ваши пассии не переходят порог моего дома и не светят своими задницами в медии. честности ради, обещаю придерживаться этих же правил. – не то чтобы ей было кого в дом тащить, но всё же. моралесу не нужно было знать про её несуществующую личную жизнь, посему она часть про бойфренда тактично проигнорировала. вперед подастся, коробку с кольцом закроет и пальцем указательным обратно ему придвинет. – своё кольцо я выберу сама. – она с начала самого знала, что согласится вопреки всему, но это ничуть не значило, что жизнь отца она в ад не превратит остаточное время, что в его доме живет.

- do we have a deal, mr. morales? – руку протягивает, как при любой сделке – рукопожатие вносит точку.

+1

7

Моралес привык, что женщины с ним услужливы и осторожны. Его слова резкого боятся, потому как Чейз в гневе страшнее, чем третья мировая война. Правда, чтобы довести его до состояния losing control, постараться надо. У той черноволосой бывшей, что под венец его склоняла, задеть Моралеса не выходило никак, хотя попыток было множество великое: она на его глазах флиртовала с другими, несчадно списывала деньги  с его платиновой карты, одевалась откровенно и вульгарно, чтобы мимопроходящие мужские взгляды в несчетном количестве на себе собирать, его под руку параллельно ведя, но attempts to manipulate this primal shit are futile. Моралес из разряда мужчин, механизм которых намного сложнее, чем просто жахнуть первую встречную. Это он сделал бы и без особых усилий. Тут даже спортивный интерес отсутствует. Он не соревнуется в количестве юбок, под которые к своим почти тридцати пяти заглянуть успел. Моралес каждый день пытается себя превзойти: больше денег, больше силы, больше власти, больше сведений_информации_статей. Чейз Моралес слишком серьезен, чтобы жизнь свою на мелочи и мелочных разменивать.
Сегодня Чейз был готов ко всему [впрочем, как и вчера, и завтра, у него всегда будет plan A,B,C e.t.c.]. И хотя всё [абсолютно всё, кроме того, что мистер Ривьера об их плане должен был самолично собственной дочке рассказать] шло по плану A, стиль общения Мерседес заставлял Моралеса свои мозги напрячь и думать, что говорит, словно он не в компании обворожительной молодой девушки, а за столом р е а л ь н ы х переговоров, где каждое слово, брошенное неосторожно, будет последствия иметь. С этим ощущением Чейзу приходится свыкнуться в сроки кратчайшие, поскольку их живой напряженный диалог пауз долгих претерпеть не может.
- мне нравится, как вы ведете переговоры, мистер моралес, - он подмигнет ей в ответ, бросив фразу, что дюже опытный в таких делах, а опыт - не пропьешь. В речах Ривьеры и мистер Моралес проскальзывает, и Чейз, но чаще первое, чем второе, и мужчине неудобно становится от формальностей в их общение. Всё же без пяти минут жена, хоть и на бумаге. Да и, если захочет узнать его поближе, быстро поймет, что перед ней не старик, в могилу себя закапывающий, а просто парень, но с опытом поболее, чем у ее ровесников. - Чейз. просто Чейз, - поправляет ее мягко и слушать продолжает, не перебивая. Тем временем Мерседес, быстро переобувшись [слишком - для девушки простой, двадцатилетней] о будущем тут же думает, свои планы, как пасьянс перед Моралесом раскладывая. Причем тоном безотлагательным. Если бы голос ее идентифицировать было невозможно, он непременно бы подумал, что перед ним мужчина, и требования его - мужские, основательные. Чейз ошибся во второй раз, когда вместо просьб, как ему думалось, о Мальдивах, болонках и тачках крутых, она о бизнесе заговорила, не забыв себя в долю включить. Моралес губы поджал и прищурился, теперь по-новому ее оценив: не было той девчонки больше, что с медведем в обнимку стояла и бантики на волосах длинных, волнистых от косичек, поправляла. Она не говорит о свадьбы пышной, о чувствах заочных, Мерседес тонко (нет, толсто) намекает, что ему стать может либо партнером, либо врагом достойным. - С финансовой составляющей фирмы? - он тихо переспрашивает, хотя мог бы этого и не делать, будто произнеся это вслух, себе же доказательством в лицо бросается, что Ривьера Мерседес - не такая как все. Он еще не знает, чем это обернется, ведь умная женщина - это не шутки, но находиться в постоянном обществе пустышек так наскучило, что глаза его загораются искрой новой, в которой его желание ее узнать тотчас возникает.
- Ты не просишь ничего сверхъестественного. Будет по твоему. Но я еще раз подчеркну, что в фирме ты можешь не работать. Ты вообще можешь не работать. Чем тебе нравится заниматься в свободное время? - но на этот вопрос ответа пока не последует. У него слишком мало времени. чтобы в данный момент выяснять ее предпочтения. - Мы вернемся к этому вопросу позже, Мерседес. К вопросу о твоих увлечениях, я имею в виду, - а ко всему остальному он доступ ей даст, все еще сомневаясь в том, что Мерседес механизм фирмы поймет. Но если и так, то почему бы и нет? Главное, уберечь ее взор прекрасный от махинаций незаконных. Тогда вопросы посыпятся скопом и на отца, и на него. Но вряд ли она поймет, что к чему, так ведь?..
Она положение ног так властно меняет, смело и уверенно, словно ей главная роль досталась в "Основном инстинкте", он сглатывает нервно и галстук поправляет, совершенно не понимая, почему женские ноги у него такую реакцию вызывать могут. Может, проблема в том, что здесь не только ноги стройные, но и ум ее выдает?
- О, об этом не беспокойся. Я никогда не выходил в свет ни с одной из женщин. Границы услышаны, нарушений выявлено не будет, - улыбается уголками губ, и головой едва заметно покачает, так и не поняв, есть ли кто-то у нее. А если и есть - плевать, ведь Моралес ни с кем не соревнуется, кроме самого себя и собственного тщеславия.
Коробка отфутболивается ее пальцем тонким ему обратно. Усмешка на его лице шире становится. - Благодарю за откровенность. Я думал, что у меня хороший вкус, но ты заставила меня задуматься. Совсем не понравилось? - он кольцо на столике оставляет - не по статусу сдавать его обратно в магазин, сколько бы оно ни стоило.
С места встает, брюки поправляя, и тянет ей свою ладонь в ответ, чтобы слова закрепить теплым, крепким рукопожатием мужчины и женщины. - Таких тактичных и в тоже время обворожительных переговоров у меня еще никогда не было, - он руку ее не отпустит, а к своим губам притянет, чтобы кротко поцеловать ее бледную кожу [все же переговоры с подтекстом романтическим, ей в его доме жить и время совместно волей-неволей проводить].
- Возьми карту, купи себе кольцо и всё, что захочешь. Позвони мне, как будешь готова к переезду, а я наберу тебе, когда потребуется твоя подпись или что-нибудь еще, - он достает блокнот, открывает лист и записывает свой номер и пароль от карты, папку оставит, не притронувшись к ней, затем кивает, губы поджав и дверь открывает, столкнувшись с сестрой Мерседес младшей.
- Здр-а-а-а-авствуйте, - она в елейной улыбке утопает и руку тянет, чтобы знакомство с ним заиметь, ведь чем она хуже Мерседес, с которой он так много времени тет-а-тет провел? Ему ничего не остается, как руку в ответ протянуть, кратко пожать и бросить, что знакомству он рад, но спешит очень, хотя они непременно увидятся когда-нибудь в другой раз.
Отец к Мерседес зайдет не сразу, во дворе с Чейзом покурит, обсудит план дальнейший без посторонних лиц. В то время, как Мия сестру старшую пытать будет. - А он ничего такой. Наверное, стоит сказать отцу, что я согласна выйти за него замуж. Ты ведь отказала? - она кольцо из коробки жадно небрежно выдергивает и на палец свой натягивает. Кольцо, к слову, оказалось большим для ее безымянного неимоверно.
***
Ровно неделю последующую Моралес не объявится в жизни Мерседес. Ему только уведомление придет, что кольцо она купила. Он улыбнется, телефон в сторону отставит и продолжит важный телефонный звонок по работе, который закончится неожиданным для Чейза поворотом. Он и сам не понял, как в процессе общения сказал, что у него невеста есть и что они с радостью на ужин приедут. Его бизнес партнер потенциальный - ровесник отца, семьянин примерный, а жена младше на лет десять. У них дети взрослые, отчий дом покинули давно, зато двор кишит собаками. Живут в Сан-Франциско и безумно хотят, чтобы Чейз и его невеста их навестили.
Моралес закончил разговор в десятом часу вечера, голову откинул на кресло кожаное, глаза уставшие от напряжения протер, дух перевел, закурил и номер Мерседес набрал.
- Здравствуй, прости, что в позднем часу. Ты была когда-нибудь в Сан-Франциско? Мистер Магуайр ужасный зануда. Построил в Сан-Франциско отель, но никому не доверяет дизайн и отделку. Мой отец делегировал полномочия мне, а я... В общем, ты составишь мне компанию завтра вечером? Надо просто прикинуться моей невестой, - он откашлялся, выдержал паузу и уверенно добавил: - Ты и есть моя невеста.

[NIC]Chase Morales[/NIC] [AVA]https://i.imgur.com/NiYsz3O.gif[/AVA]
[LZ1]ЧЕЙЗ МОРАЛЕС, 40 y.o.
profession: управляющий в компании отца
future: Mercedes
[/LZ1]

[SGN]https://i.imgur.com/VU9PvhH.gif[/SGN]

Отредактировано Lexus Humphrey (2021-12-16 18:39:38)

+1

8

m o o n l i g h t   g o t    s h e   w o l f
o u t     h e r     z o n e

p r a y    t h a t   y o u    e s c a p e

the hunt is on

- papa, но я хочу замуж! – мерси уже двадцать минут слушает о том, как мия пытается отца убедить изменить договоренность с семьей моралес. ривьера вино потягивает вальяжно, ногой покачивая, пока на бокале отпечатки бордовой помады остаются, в стекло въевшись. ровно шесть дней назад чейз моралес оказался в гостиной её родительского дома, за собой кольцо и нескончаемый поток мыслей оставив. помнится, мия влетела следом, как только за ним дверь закрылась, с мечтой в глазах о будущем сочном. с мечтой, которая о чугунную реальность врезалась в тот же самый момент. мерседес себя никогда petty person не считала, но впервые в жизни ей было приятно от того, что сестра младшая своего не получила; от того, что впервые, upper hand у неё.

- мия, нет. я говорил тебе неделю назад и говорю сейчас, мерседес выходит замуж, а не ты. – defeat в голосе его отдает явно, он устал от запросов дочери, которые только лишь росли. ривьера улыбается, ещё немного и ей более не придется выслушивать истерики сестры; ещё немного и она наконец-то в тишину окунуться сможет. на деле, мерси совсем не представляла, как вся эта договоренность по итогу выглядеть будет их совместная жизнь с чейзом, но вряд ли хуже, чем жизнь в отцовском доме. им ведь и пересекаться не нужно особо, а если ей уж совсем не понравится, то снять или купить отдельное жилье проблема несущественная.

дверь захлопнется, послышится как отец в кабинете шкафчики перебирает, абсолютно точно в поиске бутылки. слышится постукивание стаканов, тяжелое что-то на стол опускается. бутылку виски он, все-таки, нашел. мерс глаза закрывает и голову назад запрокинет, бокал пальцами сильнее сжимая. хотя бы не придется каждый день видеть, как отец пытается печень свою посадить, но переживать будет и без этого, в этом вся мерседес. сейчас она радуется, чтобы через несколько месяцев ставить себе напоминание заехать к отцу и спрятать весь алкоголь, что он докупить успел.

- почему ты согласилась?! кто тебя за язык тянул? – мия в гневе, её temper tantrums не меняются уже почти неделю. мерси выдохнет шумно, нехотя взгляд на сестру переводя. с тех пор как мия узнала, что чейз моралес мужчина молодой и красивый, не говоря уже про состояние за его именем, сестра словно с катушек слетела. её мечтой всей жизни было присесть на уши какому-нибудь статному мужчине, кто рядом с ней красиво смотрелся бы и позволял ей тратить свои деньги налево и направо.

- мия, хватит, ты повторяешь одно и то же уже неделю. договоренность была изначально или я выхожу замуж, или банкротство. – залпом в себя остаток алкоголя закидывает. – и если ты не знала, то банкротство, в нашем случае, означало бы бедность. ноль на счетах, понимаешь? может даже пришлось бы распотрошить свои трастовые фонды, чтобы отцу помочь. – с места поднимается и целится мимо сестры пройти, но останавливается, когда они окажутся плечом к плечу. – но ты свой уже растратила, - low blow, да, но губ мерседес все равно ухмылка тронет. впервые за всю её жизнь она не в проигрыше.

звонок раздастся ровно через неделю, номер незнакомый совершенно и мерси нахмурится, у неё отношение к незнакомым номерам очень не очень. как правило, обычно что-то предлагают купить, что-то, что ей совсем не нужно. глаза закатывает и листать продолжает журнал на коленях, на четвертый вызов она, конечно трубку поднимет. нехотя от слова совсем, не вникаясь в речь по ту сторону, но только первые секунды три, пока до неё осознание дойдет, кто ей звонит. тут же сядет удобнее, спину выпрямит и журнал закроет, в сторону отложив.

- здравствуй, чейз. – её пульс прыгал от минимального до максимального за считанные секунды, когда дело касалось моралеса. она могла отнекиваться сколько угодно, но факты на лицо: он чертовски привлекательный мужчина, приятен в общении, и она крашилась на него лет в четырнадцать. – была, но в данном контексте твой вопрос не уместен. – её губ усмешка тронет, мерседес зачастую за слова цеплялась на автомате, намного реже просто издевки ради. в данном случае – ситуация вторая. смешок подавит, когда моралес откашляется себя поправляя. – конечно составлю, чейз. во сколько ужин? – ей короткое «в пять» прилетает, и она головой кивает, несмотря на то, что он движения этого не увидит. – если не ошибаюсь, то ехать до сан-франциско около двух часов. я буду ждать тебя к двум, нам стоит купить по пути вина, с пустыми руками было бы приходить не очень. - у неё рассуждение с самой собой словно, она чейзу возможности встрять не дает. не потому что принципиальная очень, а потому что у неё планы с утра, потому что она план действий составлять любила, это её мозгу выдохнуть помогало. моралесу придется смириться. – спокойной ночи, мистер моралес. – она даже не одернет себя, в её голосе отчетливо улыбка слышится, что на лице играет в этот самый момент. называть его «мистер моралес» словно какая-то inside joke, от которой мерси отказываться не собиралась.

мерседес первой трубку положит, телефон в сторону положив. журнал уже забыт до следующего свободного момента, она руки на глаза опустит, пока в голове картинки рисуются. у чейза черты лица грубые, но в этом своя особенность, а ещё голос низкий с хрипотцой и если его бизнес однажды не вывезет, то он хотя бы сможет пойти работать в отдел секса по телефону. она вряд ли, конечно, на линию позвонит, но никогда не говори никогда, кто знает куда её занесет. телефон в руки возьмет снова, будильник проверяя, но как бы не старалась, мысли её совсем не о походе в галерею и не о предстоящем ужине вовсе. shit just got serious.

смотрит на часы золотые на левом запястье, ровно два часа дня, к окну на кухне подходит, на улицу выглядывая. вновь взгляд на циферблат бросит и следом опять в окно, моралес на месте. улыбается мягко, для мерседес пунктуальность чертовски важна, потому что она любит планы, а планы работают только если время распределено правильно. её опоздания в диссонанс вводят и помимо прилива тревожности она ещё и приступ редкого недовольства поймать может. в доме тихо, потому что мия сорвалась со своими подружками на очередной отдых бог его знает где, а отец отсыпается после тяжело ночи, проведенной в компании алкоголя. телефон хватает с полки, кошелек и ключи от дома следом, ей вряд ли более что-либо понадобится, всё необходимое с собой – остальное можно купить. ногами в туфли черные лакированные скользнет, платье оттенка винного поправит и из дома выйдет, дверь за собой захлопнув. мысленный pep talk занимает считанные секунды, пока она у двери автомобиля не окажется. даже если бы моралес собирался джентльмена включить, то ривьера времени ему на это не оставила, дверь распахнув и на сиденье опустившись.

- благодарим вас за вашу инвестицию, мистер моралес. - карту протягивает ему обратно, между средним и безымянным пальцами зажатую, чтобы он кольцо одновременно оценить смог. мерседес не любила small talk и не собиралась себя излишне ограничивать в привычках перед человеком, с которым ей провести придется всю свою жизнь, или около того. у неё в списке дел на сегодня не было пункта «лезть из кожи вон чтобы понравится чейзу моралесу», так что ему придется просто смириться. – я не знаю вашего мистера магуайра, но надеюсь, что выгляжу подобающе, если нет, то нам придется заехать ещё и за новым платьем. – мерси ненавидела бальные платья и весь снобизм, что сопровождался вместе с ними, поэтому и сегодня платье её вряд ли назовешь одеждой с модной недели милана. прелесть её гардероба заключалась в том, что, как правило, одно платье она могла надеть и с туфлями, и с конверсами. предпочитала она, конечно, второе. на спинку сиденья откинется, все вещи свои на коленях сложив и внимание на чейза переключит,

- как прошла твоя неделя? – шутки про «мистера моралеса» забавны, но ей привыкать надо к нему на «ты» обращаться. ей вообще ко многому стоило привыкнуть.

+1

9

Ее голос его слуху приятен очень. Она его не забалтывает, не сюсюкает, не строит из себя девочку десятилетнюю. Подобное часто в его жизни случалось, будто у него на лице написано, что он видеть рядом с собой хочет суку инфантильную. С образами каждая глубоко промахивалась, ведь его неимоверно бесила нарочито наигранная елейность. Он, конечно, джентельмен и все такое, но фраза, брошенная сладким голосом по типу: " ой, не могу открыть дверь" или "ой, порезала палец о бумагу" его вымораживала на ровном месте. Несамостоятельность его не возбуждала. Закос под пубертат, очевидно, тоже. - В пять, - сигаретой затянется и после кратковременной паузы произнесет, дым выдыхая. - К твоим правильным рассуждениям мне добавить нечего. Спасибо, - тембр голоса его мягче станет, он улыбнется и глаза прикроет. Чейзу нравится, что ничего не приходится по сто раз разжевывать - Мерседес всё схватывает на лету и в правильном направлении сразу же думает. - доброй ночи, будущая миссис Моралес, - произнесет на легке, выделяя Моралес абсолютно ее же интонацией, шуткой простой, но оба знают, что фраза эта - часть четко запланированных событий близлежащих. Сколько длился их разговор? От силы минуту - не более. Он прервется также кротко и по-деловому, как и начался, и Чейзу такой расклад более чем понравится. Поговорив с ней, вновь глаза прикроет и на этот раз вырубится резко, глубоко в дрему провалившись, из которой его вытащит беспокойный звонок матери. Он забыл записать в своем ежедневнике, что сегодня дома у родителей ужинает, и как следствие, об этом мероприятии совершенно забыл.
- Возьми еще салат, - мать подбегает к нему, хотя в доме есть и прислуга, и кухарка и еще много женщин, выбранных лично отцом. Чейз на нее внимания не обращает, с отцом в полемику вступает, но довольно спокойную и конструктивную. Они не ссорились с ним никогда и в одну сторону по жизни смотрели. - Ну что? Подросла Мерседес? - она, не выдержав, их громко перебьет. Оба замолчат, головы в ее сторону повернут. - Да, действительно, Чейз... - отец тему поддержит, что выбора мужчине не оставит. - Она да. Выросла, - ему неловко вдруг жутко станет, потому как он своих женщин никогда за столом не обсуждал прежде. Но Мерседес, вроде как, и не его вовсе, поэтому можно себе позволить своими мыслями с семейством поделиться. - Она красивая. Знает, чего хочет. Хваткая. Умная, - с лицом каменным по фактам раскидывает, не замечая, как мать и отец улыбнулись, переглянувшись друг с другом секундно. - Я так рада, что мой единственный сын наконец-то женится, - она за руку мистера Моралеса зацепится, своей накроет. - Женюсь. Но ты ведь прекрасно знаешь всю подноготную, - плечами пожмет, ежась от искренних эмоций матери. - А какая разница, если ты так тепло о ней отзываешься? - проигнорирует его раздражение и тему продолжит развивать в нужном ей направлении. Они за столом будут еще пару часов разговаривать, и Чейз останется в дом отчем, в комнате на ночь, в которой из мальчика в мужчину превращаясь, так мечтал на своего отца быть похожим, когда старше станет. Кажется, получилось.
Чейз свое время ценил и ко времени других с уважением относился, а посему отличался пунктуальностью чопорной, от своих коллег и партнеров требовал того же и жутко сердился, когда кто-то ждать его заставлял. Лишь по этой причине он мог завернуть шикарный проект, но отец с ним в этом солидарен был. Если раз опоздал, не факт, что свою работу к дедлайну закончит. Бросит взгляд на часы, и в тот же миг она в его машине окажется, не прося дверь открыть, ухода требуя, вновь тем самым пробиваясь в его сердце медленно, но верно. Салон mercedes тотчас запах ее парфюма окутает. Запах, который описать словами достаточно сложно. Сложно, как и ее саму. Он не сладкий. Скорее дерзкий, уверенный, с примесью ноток мужских. Унисекс. Он вдохнет глубоко и с интересом в ее сторону посмотрит, откровенно рассматривая ее всю с головы до пят. Ривьера карту ему вернет, запястье тонкое протягивая, жестом довольно женственным, легким. Он руку ее перехватит, на свою ладонь положит и повертит в стороны разные, чтобы кольцо получше разглядеть. - Дешевле, чем мое, но выглядит дороже и красивее. Видно, не в деньгах счастье. Исправлюсь. У меня не было опыта в дарении колец, -  ее руку поцелует кротко, медленно губами до кожи дотягиваясь, взгляда от нее не отрывая. - Не напрашивайся на комплименты. Если начну, то ты меня остановить не сможешь. Я и сам не знаю, что нравится этому Магуайру. Главное, что я не могу оторвать глаз от твоего наряда, - он мягко с места тронулся, руль держа одной рукой вальяжно. - На этой неделе я слишком много работал и почти не спал.  Раза четыре я умудрился заснуть прямо за столом, а позавчера, не доехав до дома, уснул в офисе на диване. Жизнеспособность моего организма поддерживает только виски и сигары, - губы подожмет и головой покачает, с грустью понимая, что ничего интересного Мерседес рассказать не может, кроме как о работе, тема о которой вряд ли будет ей интересна. - А как твоя? Как поживает твой отец?, - поправит галстук, немного хватку ослабив. Его черный пиджак накинут на спинку кресла водительского, белоснежная рубашка идеально отглажена.

Они весь путь разговаривали на свободные темы. Чейз шутки травил, сарказмом брызгая, Мерси смеялась в ответ и остроту ума проявляла. На въезде в Сан-Франциско он машину остановил у винного бутика и попросил ее в салоне остаться. Пять минут - и вернулся с парой дорогих бутылок вина. - Любишь вино? - спросил у нее, на передачу переключившись. На въезде в город встряли в огромную пробку, но когда Чейзу надоело быть законопослушным гражданином, он развернулся через две сплошных и поехал другим путем, совершенно не беспокоясь о том, что может быть замечен полицейскими. Солнце еще далеко не село и вид "Золотых ворот" не впечатлял. - Вечером проедемся по нему, - вскользь бросает, вспоминая, куда дальше ехать. По узким улочкам проезжают, больше похожим на серпантин, дорогой в горы. Затем машина мчит по живописной улице с высокими пушистыми деревьями, и Чейз резко по тормозам дает, поняв, что едва ли не проехал дом Магуайров. - Это здесь, - машину глушит, пиджак накидывает, затем тянется рукой на заднее сиденье, чтобы бутылки захватить.
Дом большой и ухоженный. По меркам Чейза газон слишком вылизан, и кусты в форме диких животных напрягают, заставляя задуматься о компетентности в дизайнерских способностях такой семейки. Но пока делать выводы рано. Им дверь открывает усатый мужчина в очках, лет шестидесяти, шестидесяти-пяти, рядом женщина стоит на порядок своего супруга моложе. Моралес не дал бы ей больше сорока. - Здравствуйте, - руку мистеру Магуайру жмет, затем осторожным рукопожатием с миссис Магуайр обменивается. - Это моя невеста Мерседес, - теперь все внимание на нее обращено. Жена партнера с ней воздушными поцелуями обменивается. Этот жест слащавый Моралес не выносил, поэтому даже отвернется инстинктивно. Мерси приходится ответить на такое приветствие. - Мы очень рады, что вы приехали к нам. Проходите, - Чейз кивнул, протянул мини презент мистеру Магуайру. - Шато Шеваль Блан! Изумительный выбор, - Чейз отшутится галантно, поможет Мерседес сесть, стул за ней придвинет и расположится рядом. - О работе поговорим немного погодя, давайте сначала расслабимся, - мужчина с хозяином дома соглашается, глазами интерьер помпезный рассматривает. Этот дом не кричит о деньгах, он буквально о них визжит. Чейз бросает взгляд на Мерси, она его ловит и подмигивает. Оба поняли, что семейка с ебанцой как будто бы. Стаканы наполнены, тарелки тоже. Мистер Магуайер первый тост говорит за знакомство продуктивное. Все, улыбку натянув, дружно чокаются и закусывают. - Мерседес, я заметила твое кольцо. Оно чудесно! Помню, как радовалась, когда мой муж наконец-то сделал мне предложение. Мы встречались пять лет. Мучительно долго, а вы? - Чейз губы поджимает, пытается опередить Мерседес, но Мерси говорит два года, а Чейз два месяца. - Имею в виду, через два месяца наших отношений я понял, что она станет моей женой, но понадобилось еще почти два года, чтобы завоевать ее сердце, - ему смешно, и он сдерживать свой смех абсолютно не хочет. Истерично хохочет. Этот смех лишь Мерседес понимает, а чете Магуайров лишь кажется, что Моралес смеется, ностальгируя по началу отношений с невестой.
"Блять. Вот же блять. Ставлю нам два за выполнение домашнего задания, Мерседес"

[NIC]Chase Morales[/NIC] [AVA]https://i.imgur.com/cHMK5nd.gif[/AVA]
[LZ1]ЧЕЙЗ МОРАЛЕС, 40 y.o.
profession: управляющий в компании отца
future: Mercedes
[/LZ1]

[SGN]https://i.imgur.com/VU9PvhH.gif[/SGN]

Отредактировано Lexus Humphrey (2021-12-18 23:19:14)

+1

10

i ' v e   b e e n   k i n d a    c r a z y
e v e r      s i n c e    i t    w e n t    d o w n

i   g e t   k i n d    o f    l o s t ,    a n d

baby, this what i found

моралес ожидала, что им в закрытом пространстве неловко будет, в непосредственной близости, все же они лучшими друзьями не были и по всем социальным параметрам максимум на что они могли рассчитывать это хорошие знакомые. тем не менее, их динамика доказывала, что их брак будет совсем не плох, во всяком случае, она была готова перешагнуть черту дружбы в ближайшем времени. у неё воздух из легких на долю секунду выбьется, когда он руки её губами коснется, губы подожмет, даже не пытаясь улыбку спрятать. она себе обещала буквально вечером прошлым, что даст этому браку шанс насколько это возможно; близость не обязательна, но целенаправленно отказываться от неё она не собиралась.

- smooth, - смешок подавит, руку перед собой вытягивая, пальцами волной двигая, рассматривая как кольцо под светом блеском отдает. – твоё дороже и в каком-то смысле красивее, согласна, но я хотела что-нибудь практичное, а с камнем на тобою подаренном, я устану цепляться за всё на свете. – пожимает плечами и на секунду удивляется сама, откуда у неё лёгкость такая взялась, сама и не заметила, как отказалась от своего собранного образа, волю давая второй своей стороне. моралесу смириться придется, ему ведь попалась мерседес ривьера два в одном, почти как нивеа, только лучше. бонус, так сказать. она слушает внимательно, взгляда с него не сводит, пока он про неделю свою рассказывает, хмурится её заставив: спать в офисе такое себе удовольствие. в то же время, это её заглянуть на чуть-чуть в его жизнь повседневную,

- буду звонить будить тебя вечерами, чтобы впредь хотя бы до дома добирался, - на её губах ухмылка и весь этот friendly banter помогает атмосферу разбавить ещё больше. ривьере как-то в жизнь моралеса себя включать надо, пусть даже только звонками по вечерам, чтобы он не оставался спать в офисе. – примерно так же, как и твоя, в компании работы и вина, но я, к счастью, спала в своей постели, а не в офисе. – в окно смотрит, на то как сооружения пролетают, как людей куда-то извечно несёт, словно если остановятся, то закончится всё и сразу, словно не успеют никуда. это, конечно, иллюзия, потому что планета крутится не перестанет, если ход замедлишь и бежать в никуда перестанешь. многие, к сожалению, этого ещё не понимают; многие не поймут и к концу жизни. что им в конце останется? из воспоминаний только одна лишь нескончаемая спешка чёрт знает куда, а самое забавное, что спешить-спешат, но так никуда и не успеют. - отец без изменений, - она тему отца затрагивать не любила, тем более с людьми которые о его проблеме знали. с удовольствием проигнорировала бы каждый из вопросов, который относился к её отцу.

- и тебя это не пугает? – лана хмурится, сидя напротив и опять к губам свой стакан высокий с текилой санрайс тянет. лана обожала сладкие коктейли и могла пить их нескончаемо много, как у неё от них не болела голова – was beyond mercedes. они дружили почти пятнадцать лет, и она была самой близкой из всех подруг ривьеры, лане было слишком много дозволено, мерси простила бы ей почти что всё. учитывая, что ривьера прощать особо не умела и каждый косяк в свою сторону могла пронести с собой все двадцать лет – привилегия ланы была ощутима.

- если честно, то – нет. я же не по любви или собственной дурости замуж выхожу. мы в союз идем каждый со своими четкими ожиданиями и границами, которые прописаны, - плечами пожимает, она подозрительно быстро смирилась со всей ситуацией, в которую её толкнул отец. да, он вроде как отбирал у неё шанс на нормальную жизнь, но мало кто со стороны знал, что мерседес в этом союзе больше свободы получит, чем у неё было когда-либо. большего мерседес и не просила, а то, что моралес был крайне приятным на глаз – просто дополнительный бонус.

- сама подумай, никто меня ни к чему не обязывает, я могу даже уйти с нелюбимой работы, я могу даже с ним не жить, если не захочу. – тот фак, что чейз готов был уступить ей почти что во всём, тоже повлияло на её быстрое согласие. он с ней не спорил даже, пусть она и знала сама, что просила реальные вещи, но парочка, что касалась фирмы, могла вызвать спор. не вызвала. если с моралесом было возможно поговорить настолько адекватно на любую тему, то мерси готова была сказать, что ей с мужем будущим очень и очень повезло. – в договоре не было даже прописано про детей, так что я считаю ситуация win-win, захочет детей, сможет заделать одного какой-нибудь из своих баб, мне неважно. – сейчас неважно было, что ждет через год или два никто, понятное дело, не знал. в конце концов, может она ещё успеет теплоту какую-либо к нему испытать, а может и вовсе влюбиться.

мерси сан-франциско казался не таким большим, как сакраменто, но родной город был в разы уютнее, даже со своими миллионными улицами и огромным небоскребами. возможно, она человек привычки и сакраменто любила сугубо в силу эмоциональной составляющей, которая её с городом связывала. ей когда-то мечталось, что она ноги сделает куда-нибудь в майами, будет большую часть времени на пляже проводить и рисовать в своей собственной студии, но, как оказалось, мечте сбыться не доведется. хотя, никто не отрицает, что моралес отпустит её на какое-то время в будущем, сейчас им нужно было успешно убедить всех, что их брак самый настоящий и искренний.

- живу вином, не могу без него существовать примерно так же, как ты без виски, - плечами пожимает, слишком увлеченно рассматривая сменяющиеся пейзажи за окном. в мерседес порой ребёнок просыпался, который своё отгулять не успел под бесконечными книжками и нравоучениями матери. в ней восторг вызвать чертовски легко было порой, сейчас, к примеру, увидеть золотые ворота было в самой верхушке топа лучшего, что с ней случалось за неделю. – я запомню, смотри, если обломаешь меня, я после свадьбы пойду и потрачу все твои деньги в наказание. – серьёзное выражение лица выдержать удается только считанные секунды, прежде чем смехом зальется. её тенденции растрат вряд ли моралеса напугают, мерси никогда особо деньгами бросаться не любила и шоппинг, как таковой, ненавидела всем сердцем. бессмысленная трата времени и денег, слишком много людей, которые ей не нравятся, которые извечно спешат, даже в торговом центре. так что, она отдавала предпочтение покупкам в интернет-магазинах, но и тогда, за год тратила порядком меньше, чем мия за один раз. плюсом ко всему, у ривьеры своих денег было немало, в деньгах чейза она и не нуждалась даже, но угроза должна была быть весомой, иначе смысла в ней даже в шутку, не было.

дом, перед которым они остановились, большой, слишком даже, словно люди скрыть своё состояние не пытались. ривьера этого никогда не понимала, будь её воля, она бы жила в студийке в тридцать квадратов и вряд ли в чём-либо нуждалась бы. мерси из автомобиля выходит, аккуратно ногами перебирая, она хоть и привыкла ходить в каблуках, но добровольно их не надевала, слишком уставали ноги. дверь машины закрывает, под руку моралеса берёт и к входной двери направляется, самое главное сейчас – создать иллюзию единого фронта. им пара открывает, мужчина в возрасте, жена его, кажется, младше лет на пятнадцать-двадцать, но это сугубо спекуляция, в ней филлеров и ботокса слишком много. ривьера надеялась в своем будущем избегать косметического вмешательства до последнего. в конце концов, ей слишком уж сильно было наплевать на мнение окружающих, если она в сорок будет с обилием морщин, значит это судьба. конечно, в двадцать два рассуждать подобным образом было нормально, к сорока вряд ли мерседес ещё того же мнения было.

- здравствуйте, - мерседес свою фирменную улыбку натягивает, жертвой которой пал не один клиент. женщина слишком, видно, физический контакт любит, щекой щеки мерседес касается, словно она француженка, воздушные поцелуи раздаривая. ривьеру это раздражает, она свое лично пространство ценила очень и пускала в него людей выборочно, жена мистера магуайера ей выбора не оставила. - спасибо большое за приглашение, я так давно не была в сан-франциско, а вы дали мне причину его снова увидеть, - улыбается мягко, и следом за женщиной проходит, которая тут же решила из мерси свою лучшую подружку сделать. ривьера, понятное дело, не оценила жеста, но виду не подала, лишних вопросов им не нужно было. ужин разговорами перебивает, они все за столом сидят и ривьера отвечает на каждый назойливый вопрос миссис магуайер. её интересует всё, начиная от того, где она делает свои ногти, заканчивая тем, где она платье это купила. мерси улыбается, отвечает, но в голове мечтает, чтобы женщина наконец-то заткнулась, её слишком много. она сейчас лучше бы золотые ворота смотреть поехала, нежели в обществе магуайеров сидела, but oh well, duty calls.

- два года, - коротко, было бы глупо сказать две недели, которых и без того нет. пара месяцев тоже кажется абсурдной, так быстро люди, как правило, не женятся, но моралес бросает свои «два месяца» с ней одновременно и на смех срывается. она губы поджимает, собственный пытаясь сдержать. магуйеры улыбаются, чейз удачно извернулся, никто не придал внимание, но ривьере хотелось сделать знаменитый facepalm. – чейз каждый раз пытается все внушить, что просто пришел, увидел, позвал замуж и я согласилась, на деле, конечно, я заставила его попотеть. – легкий teasing, магуайеры смеются, миссис магуайер говорит что-то вроде «молодец» и «так и надо», а потом качает головой, добавив «мужчины», кажется у мистера магуайера эго было тоже не маленьким. – а как вы познакомились? – спрашивает мужчина и мерси тут же моралеса опережает.

- ооо, это моя любимая история, - одновременно им отвечать более не стоило. – на самом деле, мы знакомы с детства, наши отцы дружат, - она чуть было не замялась на «дружат», дружили ли более? в какой-то степени – да, иначе бы моралесы не ввязались во все это. – у меня до сих пор в спальне в родительском доме медведь, которого он мне подарил почти десять лет назад. кто знал, что мне повезет выйти замуж за своего краша подростковых лет, - улыбается широко и паре напротив, кажется, ответ её понравился, женщина говорит про прекрасную молодую любовь и ударяется в воспоминания о том, когда и они с мужем такими были. она, понятное дело, младше. – мерседес, а чем ты занимаешься? – внимание внезапно на ней, мерси не любила его, предпочитала лимитировать по возможности. чейз говорит «бизнесом», когда мерседес говорит «финансами» и ей искренне хочется тыкнуть его вилкой в задницу.

- в широком плане, да, бизнесом. у моего отца страховая фирма, но я пока опыт нарабатываю в основном, в отделе финансов, так как у меня высшее экономическое. – бокал к губам тянет и делает два больших глотка, мистер магуайер бросается рассказывать про свою студенческую жизнь. мерси в это время взгляд на моралеса переведет, который кричит лишь об одном: we are in a deep shit.

+1

11

Моралес ожидал, что встреча с потенциальными бизнес партнерами окажется не таким простым заданием, как на первый взгляд кажется. Мысленно с утра в крестовый поход шел, потому что уверен был, что его чопорность и немногословность их с Мерседес не сблизит. Он не был уверен и в том, что Ривьера сможет поддержать разговор и заинтересовать Чейза так, чтобы его рот не закрывался ответно. Но каково же было удивление мужчины, когда он про себя отметил, что путь от Сакраменто до Сан-Франциско пролетел в приятной компании, без неловких пауз и без напрягов. И вроде бы их разговор в машине был не о чем, но одновременно обо всем. Свою улыбку в отражении зеркала заднего вида ловил, и от этого уголки губ еще шире натягивались. Привыкший расслабляться от тяжелых трудовых будней в гордом одиночестве с бутылкой бурбона в руке, открыл для себя совершенно иной способ релаксации - ехать и слушать голос Ривьеры Мерседес. Голос у нее одновременно мягкий и звонкий, молодой, энергии и сил полный. Она в движениях и реакции намного активнее него, и, кажется, стала бы прекрасным дополнением рассудительного и сдержанного Моралеса. Он согласился охотно на ее звонки-оповещения вечерние, чтобы впредь не уснуть в своем кожаном кресле. А на реплику ее о вине ответит, что всегда мечтал завести семью и стать парой алкоголиков, где жена не расстается с бутылкой вина, крепка держа горлышко в руке, а он со стаканом граненым. А когда они проезжали золотые ворота, и Мерседес пригрозила ему за невыполненное обещание растратой денег, он рукой махнул и сказал, что заработает столько же.
Моралесу всегда казалось, что Сакраменто в разы больше был, чем Сан-Франциско, но на деле же этот город, сотканный из дорог неровных, по численности его родной на тысяч двести превышал. Он бывал здесь много раз, с каждым все больше в этот город влюбляясь. А вообще, Моралесу было абсолютно все равно, в каком городе жить, главное, чтобы в нем были все доступные удобства для комфортного существования. Чейз любил деньги, как их любил его отец. Любовь к деньгам у него в крови, и ради преумножения своего и без того немалого капитала Моралес на многое готов пойти. И пойдет. Вот, как сейчас. Мужчина никогда истерик не закатывал, и когда ему говорили "надо, Чейз", он всегда необходимость эту как должное принимал, на себе крест неся настоящего наследника семейства Моралес. Настоящего и единственного. Чейз никогда не хотел,чтобы в их семье пополнение случилось. В этом плане он был довольно эгоистичным, расценивая рождение брата или сестры, как рождение второго наследника, и в случае, если родится сын, то и соперника. Ему была чужда привязанность к женщинам, но он заботу и любовь в отношении своих родителей проявлял вселенскую. Мерседес тоже своего отца любила чрезмерно и сквозь розовые очки, перешагивая через все минусы мистера Риверы. О сестре ее Чейз немногое знал, но не рассчитывал на то, что она готова бежать и руку помощи старшей протягивать. По крайней мере, в день когда он порог их дома преступил и руки и сердца Мерси попросил, у него сложилось именно такое впечатление о Мии. Зная всю подноготную семейства Ривьеры, Чейз во время этой кратковременной поездки, для себя спешно определился, что другом для Мерседес стать точно хочет. Дружба при их сложившейся внештатной ситуации вполне неплохой бонус. Взаимная поддержка ключ к доверию, ведь они партнеры. Начало этой истории могло бы сложиться намного драматичнее, если бы оба не были созданиями разумными, готовыми за семью отдать все до нитки последней.
Чейз так не тупил даже на самых сложных переговорах с зарубежными партнерами, где помимо нескончаемой сводки цифр, ты должен скрытый подтекст и взгляды чужие уловить, способные тебя вокруг пальца обвести. А здесь один единственный, до одури простой вопрос. Он косится на Мерседес, улыбкой еще больше покрываясь от ее выражения лица сдержанного. Она - настоящий солдат! Он представляет, что она сейчас думает об этих "двух месяцах" и смешок в себе с трудом подавляет, затаптывая его мыслями о том, что это всё-таки не посиделки, и на кону крупная сделка с этим усатым и его обколотой женой фарфоровой. – чейз каждый раз пытается все внушить, что просто пришел, увидел, позвал замуж и я согласилась, на деле, конечно, я заставила его попотеть. - ему высказаться на этот счет неимоверно хочется. Он под столом ее легонько ногой своей стукнет, мол, понял, к чему она клонит. Успеет ей на ухо быстро шепнуть, что так оно, вообще-то, и было, но она проигнорирует его комментарий взбудораженный.
– а как вы познакомились? - благо на этом вопросе пиздеть им абсолютно не приходится. Чейз даже выдыхает, выравнивая сердцебиение, потому что, когда он про два месяца выпалил, пульс за двести подскочил. Чейз на спинку стула откинулся, повернул голову в сторону Мерседес и с интересом слушал ее интерпретацию знакомства. - Какого такого краша? - перебивает усатый, хмурясь, явно не понимая значение этого слова. - Она хотела сказать, что была влюблена в меня еще в своем подростком возрасте. Думала только обо мне, и всё такое, - он в ее глаза нагло заглянет и голосом утвердительным скажет, будто это правда конкретная. - А-а-а, вот как! Прекрасно, прекрасно! - мистер Магуайер в улыбке расплывается, довольно головой кивая. Чейз снова напрягается, задницей чувствуя второе пришествие апокалипсиса скорейшего. – мерседес, а чем ты занимаешься? - вот тут Чейзу можно было не встревать совершенно, но он зачем-то выпаливает - бизнесом, - когда та синхронно с ним отвечая, уверенно и твердо произносит свое - финансами!
На этом моменте чета Магуайеров хмурится, но как только Мерседес раскрывает понятия и параллель проводит, всё снова на свои места становится. У них перерыв есть кратковременный, пока хозяин дома вспоминает то время, когда впервые свое дело открыл. Оно прогорело быстро, но было это в его студенческие годы. Мерседес грозно на Чейза смотрит, и тот ей глазами ответить также строго просто не в состоянии. Кажется, за неделю он слишком устал, и за руль дорогой обратной сядет адекватная трезвая Ривьера. Чейз с третьей стопкой разделывается, совершенно не понимая, откуда в нем такое желание расслабиться. Ему уже по факту на всё плевать, он только манящий запах ее духов на себе ощущает. - А чем вы занимаетесь вместе в свободное время? Мы вот любим гулять с собаками, ходим на выставки, - говорит мисси Магуайер и на мужа своего с улыбкой мягкой поглядывает. - Мы свободное время предпочитаем проводить в постели. Молодожены и все такое. Без пяти минут, - чувствует, как острая шпилька надавливает на пальцы через дорогие туфли, проделывая в них вмятину. У него "и все такое" фраза-паразит точно, он ее уже раз десять сказал. Вновь Мерседес исправляет ситуацию, хотя похоже мистер Магуайер слова Чейза понял более, чем хорошо. Они переглянулись взглядом странным, который понять только мужчина может. Магуайер пробежался глазами по Мерседес и наверняка подумал, что Моралесу чертовски повезло проводить все время в постели с этой молодой красивой девушкой. Сам Чейз этого пока не делал, но ему вдруг жутко захотелось свою небылицу в регулярное действие превратить. - Перекурим? - хозяин дома из-за стола встает и Чейз облегченно делает тоже самое. Ему только штанину приходится отряхнуть, испачканную каблуком Мерседес. Он, наклонившись, на нее посмотрит двусмысленно, улыбаясь при этом мягко. Моралес открыто с ней заигрывает. - Мы скоро вернемся. Не скучай, - в висок ее поцелует, к себе прижав, будто делал так сотни раз на дню и проследует за Магуайером во двор, где они смогут быстро обсудить то, зачем сюда в принципе приехали.

[NIC]Chase Morales[/NIC] [AVA]https://i.imgur.com/NiYsz3O.gif[/AVA]
[LZ1]ЧЕЙЗ МОРАЛЕС, 40 y.o.
profession: управляющий в компании отца
future: Mercedes
[/LZ1]

[SGN]https://i.imgur.com/VU9PvhH.gif[/SGN]

Отредактировано Lexus Humphrey (2021-12-25 22:13:32)

+1

12

y o u   h a d     y o u r    r e a s o n s
y o u     h a d   a   f e w

b u t   k n e w   t h a t    i    w o u l d      g o

anywhere for you

люди в жизни встречаются для чего-то, каждая встреча позже перетекает в какой-то урок, который жизненно необходим. мерседес сейчас никаким боком понять не могла, к чему ей жизнь магуайеров поднесла. если чейз на закрепит за собой сделку, то точно не поймет никогда. они совсем не те люди, с которыми ривьера добровольно ассоциировать себя стала бы, но duty calls. она обещала моралесу, что свою роль воспримет серьезно, а сдавать на попятную, не в её стиле. поэтому мерси сейчас сидит, вино потягивает и хочет со всей силы пиздануть чейзу за комментарий про постель. тут суть даже не столько в том, как он это сказал, а вообще. у ривьеры были темы, которые она считала no-go для разговоров за ужином, одной из таких тем был секс. какая кому разница сколько раз, в какой позе и с кем она этим занимается. моралесу, конечно, потом от неё ещё прилетит, за то, что вальяжно словами бросается, словно не думая вовсе.

миссис магуайер принимается вспоминать студенческие годы, присоединится и мистер магуайер и как будто ни моралес, ни ривьеры с ними сейчас нет. они между собой разговаривают и мерси молится о том, чтобы они с чейзом такими лет через двадцать не стали. это, наверное, здорово, когда тебе до других дела нет и ты сфокусирован только на своем партнере, но тут дело не в любви безразмерной, которая не дает замечать ничего вокруг. тут муагуйеры словно хуями меряются, кто во времена универа сделал больше_лучше_круче. мерседес глаза закатить хочется, но она стакан с водой к губам тянет и чертовски обидно, что вино хорошее остается на распивание не ей. моралес теперь должен ей ещё и бутылку вина, чтобы она по приезду домой могла пропустить пару бокалов. каблуком вдавливает в ботинок моралеса, улыбаясь отвратительно-сладко, подбородок на руку опустив, будто слушает внимательно его, как влюбленная дура. на деле же у неё в голове примерно тридцать восемь способов прокрутилось, как чейза можно убить, не оставив при этом свидетелей. решает, что проще всего будет скинуть его с моста, ведь его эго настолько огромное, что весит, наверное, в эквиваленте килограммов немало, а значит с легкостью потянет на дно. мистер магуайер поднимается с место, короткое «перекурим» бросая и чейз следом поднимется, к ней склонится на долю секунды, - мы скоро вернемся. не скучай, - в висок её поцелует и мерседес на два вдоха-выдоха опешит даже. этого в сюжете не было. она улыбку натягивает в сто третий раз за вечер и кивает, миссис магуайер трепещет, все ещё про любовь молодую, а мерси пытается понять, что произойти успело за эти полтора часа, что они здесь провести успели. мужчины выйдут, оставляя их с миссис магуайер вдвоем, по глазам которой видно, что вопросов у неё больше, чем у мерси было ответов.

- не думала, что увижу день, когда чейз моралес решит связать себя узами брака, - звучит как-то двусмысленно и мерседес хмурится, внимательно в женщину напротив всматриваясь. в чём подвох? – я видела несколько раз его на обложках журналов, он мужчина видный, мечта многих. - её голос звучит словно мечтательно как-то и ривьере не по себе становится. у неё муж свой, пусть о нём и воздыхает; она без пяти минут миссис моралес и ей совсем не нравится, как женщина о чейзе говорит, словно он – это его хуй и стамина, о которых слагают легенды в cosmopolitan. на секунду ей даже самой интересно становится, она, когда в интернете искала информацию о том, кто такой чейз моралес, целенаправленно игнорировала вырезки из журналов. там, как правило, сплошные наебки для уебков, а мерседес себя к последним относить не собиралась.

- если честно, я предпочитаю держаться подальше от журналов, не очень им доверяю. – пожимает плечами и ловит себя на мысли, что выдерживать адекватную беседу с женщиной, у которой, по-видимому, краш на твоего жениха, не очень реально. – но согласна, чейз мужчина-мечта, мне очень и очень повезло. – ривьера не врёт даже, потому что по всем параметрам моралес был «вау» мужчиной и любая была бы рада выйти за него замуж, единственное, чего в их отношениях не хватало, чтобы они дотянули до отметки «идеальные», так это любви. но, может они однажды друг друга и полюбят, пусть не как возлюбленные, а как родные друг другу люди, это тоже лучше, чем ничего.

- я просто понять пытаюсь, что его в тебе привлекло, - у мерседес глаза округлятся, если это попытка удара под-дых, то она не сработала. – господи, прости мой язык, я не так выразилась. просто мне интересно, что зацепило такого мужчину как он, ты красивая и умная девушка, мерседес, но есть и другие красивые, умные. ты же понимаешь, что я имею в виду? – ривьера, конечно, понимала, но это не меняло факта, что ей чертовски не нравился ход беседы. она мысленно взмаливает к моралесу, чтобы он вот-вот в дверях появился и сообщил, что им пора обратно собираться. весь этот разговор выглядел как закос в элитно замаскированное оскорбление в сторону мерси, а она в роли жертвы находиться ненавидела. правда, если она сейчас переключится на роль нападающего, сделка может сорваться и её выставят эмоциональной малолеткой. на кану фамилия моралес – мерседес как будущая моралес, не могла упасть грязью в лицо.

- не знаю, если честно, - воды несколько глотков сделает, оттягивая время, чтобы на разговоры меньше его осталось. – думаю, это у него спросить надо. как видите, я не беременна, а значит не в свете данного предикамента наш союз, к тому же выставить себя кем-то, кем я не являюсь – не получилось бы. как я уже говорила, мы знакомы с детства. – тон нейтральный держит и даже улыбкой одарит миссис магуайер, которая губы подожмет, понимая, что её вопросы привели совершенно не к тому исходу, к которому хотелось бы. к счастью прежде, чем женщина, напротив сидящая успеет ещё что-либо сказать, на плечи мерси руки мужские опускаются, и она выдыхает с облегчением. – вы все обсудили? нам скоро надо будет собираться, дорога домой сам знаешь сколько времени займет, ты обещал мне золотые ворота. – её улыбка мягче порядком, чем до этого, искренняя даже и ривьера ладонь свою маленькую на руку мужскую на плече своем правом опустит, голову вверх подняв, взглядом дабы встретится.

стрелки часов настенных перевалят за восемь вечера, когда миссис магуайер поставит чашку кофе перед мерседес. чейз так и не сбавил оборотов на алкоголе и слава богу мерси вовремя ухватилась, ограничившись одним бокалом вина, который уже, скорее всего, из системы почти что полностью вышел. кофе же поможет ей за рулем не уснуть, за спиной день длинный и затяжной ужин, с которого хотелось слиться побыстрее, а дома будут они часам к одиннадцати. ей сливки предлагают, но мерси покачает головой и попросит лимона, на что в ответ получит охуевший взгляд хозяйки дома. мерседес кофе черное пила с лимоном, что многим чуждым каким-то казалось, but oh well. мистер магуайер моралеса разговорами заваливает, а мерси внимательно слушает, не участвуя в рассуждениях, ей просто хочется уже слиться к чертовой матери. как только её чашка опустевшая блюдца коснется, ладонь на колено её обнаженное опустится, заставляя кожу жертвой мурашек пасть. чейз вежлив до невозможного, когда говорит, что им к сожалению пора, но с удовольствием повторили бы, желательно когда отмечать удачную сделку будут. ривьера же надеется только на то, что больше в одиночестве с миссис магуайер ей больше оставаться не придется. она с места поднимается, стул задвинет и следом за чейзом пойдет, впереди него миссис магуайер, а за мерседес муж женщины. они на пороге задержатся, пока всем руки попережмут и все поцелуи воздушные поймают.

- мерседес, я надеюсь, что ты моё любопытство близко к сердцу не приняла, я ничего плохого не имела в виду, - женщина пытается вид создать, будто сожалеет о словах своих, но ривьера сомневается в их искренности, поэтому улыбается и отмахивается, мол, всё в порядке. в карман передний моралеса рукой скользнет, ключи от машины доставая, помашет напоследок магуайерам и скользнет за руль автомобиля. выдохнет шумно, мысленно чертыхаясь, мерседес не для этой жизни создана была вовсе и не понимает, что её раздражает больше: что они так нелепо лоханулись с ответами; что ей с миссис магуайер подобными сталкиваться всю свою жизнь, потому что она недостаточно хороша якобы для чейза моралеса; или что её к нему тянуло, почему он убогим на лицо быть не мог, было бы легче в разы. руки на руль опускает и к чейзу поворачивается.

- готовь свою кредитку, ты должен мне бутылку вина, и я собираюсь выбрать самое дорогое за этот вечер страданий. – машина с места тронется и мерси себя на мысли ловит, что она за рулем его автомобиля, в его пространстве это как-то естественно очень, до безобразного. словно ей всегда тут суждено было сидеть, словно это новая норма её ежедневной жизни.

+1

13

Свежий воздух в ноздри ударил и трезвость уму подприбавил. Когда Мерседес поблизости не оказалось, Чейз вновь себя быстро в руки взял. Шутки, как говорится, шутками, но они не за этим приехали в другой город. Отнюдь. Если бы ему нужно было произвести впечатление на Мерседес, он взял бы личный самолет и поехал в другое место. Точно не Сан-Франциско, город, который по-своему романтичен, но все же не дотягивает до Парижа, к примеру.
- Терпеть не могу интерьер и планировку этого дома, но жена проявила убедительно "тонкий" вкус сразу же после свадебного путешествия. Перечить ей тогда было бы синонимом слову развод, - под тусклым светом фонаря Чейз понять не может, глаза хозяина дома добродушно над ним посмеиваются или как? Моралес подавил в себе детское удивление и облегченную радость от осознания того, что перед ним профессионал, живущий в этом доме из-за своей жены и ее прихотей. - Как вы так можете... Столько лет жить в месте, которое не принимаете из-за женщины, - Чейз затылок почешет и еще раз осмотрится по сторонам. Здесь даже на искусственном фонтане фигурки двух дельфином, которые плавники в форму сердца соединяют. disgusting! - А ты разве не идешь на уступки ради Мерседес? - дым не в то горло заходит, и мужчина никотином поперхнувшись, хрипло процедит: - Пока нет. Она ведь еще не моя жена. Как станет, так наверное буду, - выходит по-детски наивно, будто он не крупный бизнесмен, не мужчина взрослый, а мальчишка, не знающий, как вести себя с женщинами. - Мистер Моралес, повзрослейте. Вам достался неограненный бриллиант. Цените, - Чейз головой сдержанно кивнет, губы подожмет и наконец, под предлогом обсуждения интерьера этого дома, перейдет к самому главному. Они делу уделят минут пятнадцать, каждый по три сигареты подряд выкурит, стаканчик осушит. Магуайер в дом зайдет на минуту, а затем выйдет с толстой папкой эскизов, фотографий, схем и набросков. Чейз в миг почувствует себя в своей тарелке, и сделает то, что должен - подпишет бумаги, красивую размашистую подпись напротив своей фамилии поставив, и закроет этот вопрос, выстраданную сделку заключив наконец. Покончив с формальностями, опустятся оба в качели садовые, немного раскачавшись, и хозяин дома еще раз про невесту Моралеса спросит. На вопрос: "почему же все-таки она?", Чейз вполне честно ответит: "потому что с ней легко и просто". Это для него однозначно одно из самых главных установок. Моралес ненавидел женские хитрости, проверки, двуличность и маски. Он знал, что если женщина захочет, она может прекрасно справиться с любой ролью, уготованной ей судьбою. Да так, что вполне могла бы "Оскар" получить за правдоподобность. Ему подобного сполна хватало в рабочее время. В свое свободное хотелось просто почувствовать себя нужным человеком, чтобы приходя домой, свет в окнах горел и на пороге его ждал кто-то помимо пса, которого Чейз, конечно, очень любил, но все равно, согласитесь, это не совсем то, что нужно тридцатилетнему сформировавшемуся человеку по жизни.
Моралес к Мерседес сзади подходит, и его тяжелые руки покрывалом на ее хрупкие плечи ложатся. Он помассирует их пару раз, прежде чем ее холодная поверх ляжет и Мерси глаза поднимет на супруга будущего. Голову чуть ниже склонив, Чейз подмигнет ей, жестом показывая, мол, дело сделано, оставаться здесь и не обязательно уже вовсе. Пока женская половина перешла на чай, Моралес и Магуайер на алкоголь налегли с двойным усилием, теперь отмечая подписание успешной сделки. Краем глаза видит, что его невеста пьет кофе с лимоном, и обязательно ее похвалит за охуенное необычное сочетание, но не при чете своих партнеров, потому как о ее привычке пить кофе с лимоном он по идее знать давно должен. Моралес активно словами перебрасывается с хозяином дома, будто забывая на какое-то время, что рядом с ним Мерседес сидит. Затем вспоминает резко о невесте своей, руку опускает на ее колено обнаженное, будто тем самым возвращая себя в реальность тактильностью ощущений. - Мы с удовольствием встретимся с вами еще. Можем отметить первый реализованный проект. Почему бы и нет? Отличная компания и шикарный дом, - мистер Магуайер над фразой о шикарном доме от души смеется, ведь Чейз теперь его главный секрет знает. У Чейза улыбка с лица не сползает,  и он понять не может, это от того, что выпил немало или сделку заключил? а может потому, что рядом с ним обворожительная молодая девушка, которой он довериться может, даже в самом непростом вопросе?
- Да, да. Всего доброго, - улыбнется улыбкой, оголяющей все его существующие во рту зубы, даже мудрости. Они с Моралес синхронно развернутся в сторону машины, и их улыбки фальшивые потухнут в одночасье, будто он и она - это команда, единый механизм. Они двор их с облегчением покинут, и Моралес между делом спросит: - О чем тебя допытывала эта наколотая бабка? Что она имела в виду? - рука Мерседес без предупреждения скользнет в его карман передний, и Чейз опешит как-то. - Потерпи. Брачная ночь не сегодня, - Мерси на него взгляд строгий, уставший бросит, Моралес руки расставит в жесте, мол, сдаюсь и сядет покорно на сиденье пассажирское. - Ривьера, ты чего злишься? - в связи с тем, что сделку они все же заключили, осадок от мероприятия у мужчины остался довольно приятным, но как только Моралес вспомнил, как именно вечер начался, он и сам нахмурился. - Стой, - он, конечно, непременно купит ей эту бутылку вина, но до него сейчас дошло наконец осознание того, что Мерседес вклад в переговоры эти внесла намного больший, чем он сам. - Ты устала. Я выпил. Давай снимем номер в отеле. Погуляем без машины, дойдем до золотых ворот. Я ведь обещал тебе. Хочешь, я сниму два раздельных номера. Я куплю тебе самую дорогую бутылку вина, и мы наконец поужинаем по-нормальному, потому что салаты миссис Магуайер на вкус такие же, как и ее стены в доме, - Чейз своей тяжелой рукой ее по макушке погладит. - Ты знала, что этот ублюдский дом идея исключительно его жены. И он каждый день эстетически блюет, приходя с работы домой. Что не сделаешь ради женщины, - головой покачает, все еще искренне удивляясь подвигу мистера Магуайера.

[NIC]Chase Morales[/NIC] [AVA]https://i.imgur.com/NiYsz3O.gif[/AVA]
[LZ1]ЧЕЙЗ МОРАЛЕС, 40 y.o.
profession: управляющий в компании отца
future: Mercedes
[/LZ1]

[SGN]https://i.imgur.com/VU9PvhH.gif[/SGN]

+1

14

a n d    i ' v e    b e e n    l o o k i n g     o u t    t h e   d o o r
t r y i n g     t o    f i n d    s o m e t h i n g   t o    l i v e    f o r

b u t     i      c an ' t   e v e r

seem to find it

было сто три причины, почему выходить замуж по расчету – идея крайне хуевая, но мерседес все игнорировала, словно внезапно ослепшая малолетка. она перед собой видела только свободу, чейз обещал ей тоже достаточно свободные руки в существовании, так что согласие пришло достаточно легко и быстро. оставалось надеяться и молиться черт его знает кому, чтобы обязательно она позже о своем решении не пожалела. пока не жалела, хотя она ещё официально не замужем, фамилию не меняла и, по факту, в её жизни не изменилось ничего кроме становления моралеса явной константой. мерси смотрит в зеркало заднего вида, как дом четы магуайер всё меньше и меньше становится и обещает себе, что таким уебищным их с чейзом дом не будет. в какой момент она перестала делить свой и его дом на таковые, а плавно съехала на «их» - она не знает и не помнит, а чего не помнит, того, как говорится, не было.

сжимает руль пальцами тонкими, костяшки белеют и если бы у неё были нереальные связи где-нибудь, обязательно сбила бы какого-нибудь уебка, не сильно, но просто чтобы приятно. приятно от чужих страданий – у ривьеры в голове определенно демоны поселились, слишком комфортно и по-домашнему себя чувствуя. сомнительное удовольствие. она ведь злится не на моралеса вовсе, а на ситуацию в целом. во всём этом хаосе со внезапной свадьбой, её будущим переездом и всем этим, она упустила немаловажный факт – мерседес в списках важных и богатых лишь в самом конце, начинающая. её же будущий муж – завидный мужчина, перед кем девочки-модели спотыкались, падая на спину с раздвинутыми ногами. ривьере бы, скорее всего, легче было, если бы она по любви замуж выходила, знала бы наверняка, что чейз с ней из-за неё. реальность в лицо плюнула с той стороны, откуда не ждали вовсе. в этом никто не виноват: ни чейз, ни она, только сложившаяся ситуация. девушка выдыхает шумно, словно пытаясь через лёгкие весь негатив выбить из себя. в ней надежда всё ещё жила, что возможно, через время какое-то они с моралесом друг друга любить научатся. их история красивой не будет, мерси никогда детям их (если совместные все же будут) не сможет рассказать, как они встретились и как она поняла, что вот он – тот самый. мерси врать не любила, но эту ложь придется пронести с собой до конца своих дней.

- я не злюсь, - она на моралеса не смотрит, но последнее, чего сейчас хотелось – это выглядеть истеричкой или мозговой малолеткой, которую задевает какая-то хуйня мелочная. скорее всего, её бы тоже не выводило, если бы ей с детства самого не приходилось бороться за своё место под вниманием и любовью родителей. всех остальных, тоже. мерседес слишком часто слышала, что она: не такая красивая как мия; у неё черты лица не такие мягкие, как у мии; голос не такой мелодичный, как у мии; манера общения не такая легкая, как у мии; что она, блять, не мия. ривьера давно борется с задатками комплексов и, если большую часть она поборола – быть недостаточно хорошей, казалось бы, застрянет с ней навсегда. – застала меня просто врасплох, я немного не готова была объяснять рандомной женщине, почему из всех миллионных красавиц мира, ты почему-то кольцо отдал мне.  – глаза закатывает, мол, глупости абсолютные. но она более нервная, чем, когда они ехали в сан-франциско, никаких веселых словесных перебросов и она себя отвратительно чувствует из-за того, что она виною сменившейся атмосфере между ними. блядские магуайеры. – всё в порядке, просто ввело в диссонанс, я и забыла, что с рынка видного холостяка стащила. – в улыбку пытается, но получается процентов на семьдесят. она, конечно, никого не стащила, сама ведь изначально сказала ему, что иметь как и кого хочет он имеет полное право, лишь бы до сми не дошло. сейчас же её слишком подобная мысль не воодушевляет.

она расслабиться за рулем пытается, но в её кровеносной системе катастрофически не хватает вина и чем быстрее она его получит, тем быстрее успокоится и отпустит ситуацию. в этом вся мерседес, она остывает быстро, но никогда не забывает, так что при упоминании магуайеров ещё долго будет напрягаться, но на вечер расслабиться – самое то. мерси по вывескам глазами бегает, в поисках какой-нибудь, что к отелю приведет. черт бы побрал, их слишком много и все не те что нужно. хреновы магуайеры со своим хреновым сан-франциско. излишне длинный язык миссис магуайер испортил наслаждение городом, пусть и на короткий период. её чейз в очередной раз на землю затянет, за что ему безмерно благодарна, а то она сейчас в очередной раз накрутить себя могла, вплоть до того чтобы отцу в дверь спальни постучать и сказать, что она, кажется, всё же не готова к этому.

- ты уверен, что хочешь здесь переночевать? – она и сама понимает, что не с том состоянии, чтобы два часа ехать до сакраменто, моралес тем более, но шанс к отступлению дает. в конце концов, нет ничего, что не вылечили бы пара баночек ред булла или пара чашек двойного эспрессо. если очень надо, мерси бы доехала, но чертовски не хотелось, не сейчас. мужчина кивает и свой рассказ продолжает, часть напряжения из её плеч улетучивается и уголки губ даже в вялой улыбке приподнимутся. – если честно, не удивлена. ты видел, как она была одета? весь её внешний вид кричал disaster, мистер магуайер выглядел более презентабельно, думаю и дом бы он свой держал тоже в ином порядке. – усмехается, миссис магуайер женщина симпатичная, не страшная, пусть в ней и ботокса слишком много, но на глубоком вырезе, когда тебе под пятьдесят, а тела для этого нету, мерси ставила жирный крест. – на самом деле это очень здорово с его стороны, он её видимо безмерно любит, чтобы терпеть подобный цирк ежедневно. – подавит смешок и атмосфера вернется в предыдущее русло, оставляя за собой лишь отголоски нервного напряжения.

- вбей в поисковик золотые врата, поедем в ту сторону и посмотрим, может поймаем отель поблизости. – чертовски тяжело от дороги не отвлекаться на моралеса, который слишком вкусно в своем аутфите официальном выглядит. нет ничего более горячего, чем мужчина, знающий, как носить рубашки с подвернутыми рукавами по самые локти. может, конечно, в ней сейчас говорила женщина, в которой фрустрации слишком много, но не столь суть. губу нижнюю кусает, за кожу сухую цепляясь, но что угодно, лишь бы внимание не сбивать с нужной точки. навигатор в телефоне картинку меняет, когда мужчина обратно к магниту его опускает и ривьера кивает в знак благодарности. не то чтобы чейз на это внимание обратил. телефон отсчитывает двенадцать минуть до места назначения, и она уже в голове себе рисует всевозможные сюжеты, как вино будет пить, но ещё больше как туфли стянет свои наконец-то.

- мне абсолютно плевать какой и сколько номеров ты снимешь, чейз, - у неё на лице написано, что ей, действительно, плевать. – нам скоро в один дом съезжаться, рано или поздно привыкать придется, - плечами пожимает и в этом вся правда. рано или поздно ей придется свыкнутся с его нахождением в непосредственной близости, точно так же, как и ему придется свыкнуться с ней. – единственное, я хочу по пути в ресторан зайти в walmart и купить какие-нибудь балетки, ибо в противном случае тебе придется носить меня на руках по всему сан-франциско, мои ноги отказываются кооперировать с туфлями дольше необходимого. – улыбается впервые за последние десять минут искренне и широко. может, всё ещё не так плохо. их навигатор приведет к парковке задней и отеля многоэтажного, оставь на моралеса выбрать не голден гейт, а сразу дорогой отель пятизвездочный, на абы что не согласится, на ипровизацию в поисках тоже. ривьера бы тоже в мотель не поехала, но всё-таки. она из автомобиля выйдет ноги вытягивая тут же, как только припаркуется и ключи достанет. потянется, плечи разомнет и шагами уверенными в сторону входа направится, через плечо правое на моралеса взгляд бросая.

- вы идёте, мистер моралес? – с издевкой, что им столь привычной стала. возможно, день ещё не слишком убит; возможно, у них ещё есть шанс ночь спасти.

+1

15

Моралес хорошо знал женскую натуру, но в тоже время, как и любой другой мужчина, упорно игнорировал жирные намеки. Он успокаивал девушку, но абсолютно не понимал, почему она настолько раздражена и что причиной послужило состояния, с нервозностью граничащего. Ему сложно было понять те или иные поступки девушки, которую сам Чейз толком то и не знает. Понятия не имеет, насколько сильно в душу Мерси въелась бесконечная травля семьи и возвышении младшей сестры на фоне старшей. Наверное, если бы он достоверно знал об этом факте, то вел себя по-другому, но пока он знает о Ривьере чертовски мало, хотя достаточно, чтобы почувствовать силу притяжения, на которую, если быть откровенным, он совершенно не рассчитывал, когда папку в руки брал и кольцо с бриллиантом в карман положил, порог  дома Ривьеры переходя и предлагая супер важную сделку. Мужчина всё еще удивлен тому, как легко рядом с молодой девушкой, как проста она в общении и как он вновь чувствует себя мальчишкой, лет так восемнадцати - не больше. Ответственность тяжелым грузом легла на его плечи с четырнадцати лет. Моралеса было тяжело уличить в лени, сонливости, пьянках и желании забить на все и просто развлекаться, наслаждаясь скоротечной молодостью. Отец Моралес, узнав, что его сын на сделке пригубил лишнего, удивился бы не по-детски, да, возможно, вообще не поверил в подобные рассказы, посчитав их сплетнями очередными о своем любимом сына. Но в то, что завтра Чейз не явится на утреннее совещание старшему мистеру Моралесу поверить придется. Он окажется в своем кабинете вообще ближе к обеду, потому что не успеет приехать в Сакраменто из Сан-Франциско, полностью увлеченный своей невестой. Узнав, что сделка заключена, отец ругать его, конечно же, не будет, но при этом старший Моралес искренне удивится, что его сын вообще способен думать о чем-то, кроме своей работы. Он с сына обещание возьмет, что как только Мерседес в дом Чейза переедет, жених и невеста ужин организуют и стариков пригласят, Ривьера сама все организует, как хозяйка дома.
- Мерседес, я не знаю, зачем это говорю...  У меня было много женщин, это нормально, но ни одна из них не смогла проникнуть в мое сердце, хотя я уже размениваю третий десяток. Я четко разграничиваю секс и отношения. И все эти бесконечные приписки ко мне длинноногих женщин - мимолетное увлечение, и не более. Я интересен, потому что холост. Как только все узнают, что Чейз Моралес женат, СМИ быстро обо мне забудут, - всё же некая неуверенность Мерседес доходит до него, поэтому он старается приободрить девушку таким образом. В принципе честно и правдиво. Отворачивается и хмурится, пялясь в пассажирское окно, нервничает, понимая, что ведет себя так, словно у них намечаются не фиктивные отношения, а вполне себе реальные. Это теперь его в диссонанс вводит, ибо он не готов. Он был готов свою подпись на бумаге черкануть, переговоры провести, но обескуражен обаянием и красотой девушки, что его женой в скором времени станет. Помните, у Моралеса все четко по плану и расписанию, каждый его шаг в кожаную записную книжку отмечен, но в ежедневнике отсутствует пункт в списке дел  "влюбись в Ривьеру". Ему рассуждать на тему, помешают ли реальные чувства их соглашению, рассуждать еще не приходилось. Но на вскидку, любуясь красотой Мерседес, Чейзу, конечно, кажется, что чем они ближе, тем лучше для обоих.
- ты уверен, что хочешь здесь переночевать? - рука его с макушки на ее правое плечо спадает, он его массирует аккуратно и улыбается мягко, тихо прошептав - уверен. Впервые в жизни он забивает на работу, планы, отчеты и совещания. Выбирает сон, отдых, алкоголь, а самое главное - он выбирает её.. Руку плавно с плеча убирает, и в голове мысль успевает помелькать, что тактильности они на ура научились. Будто касания/объятия - это то, что они каждодневно друг с другом совершали. Они поговорят немного, посмеются, и всё встанет на свои места.
Моралес подчиняется указаниям Мерседес, тактично умалчивая о том, что был здесь ни один раз. Он, конечно, может соврать, что приезжал в этот город исключительно по работе, но обманывать в чем-либо Ривьеру желания нет. Единожды поездка в Сан-Франциско была исключительно по мотиву личному. Правда, в памяти все события того дня стерты давно, да и рядом с будущей Моралес думать о ком-то, вспоминать о ком-то совершенно не хочется. На самом деле, пока Мерседес смотрит на дорогу, Чейз взглядом боковым испепелил ее фигуру песочную. - мне абсолютно плевать какой и сколько номеров ты снимешь, чейз, - Моралес в улыбке довольной растягивается. Мерси права - совсем скоро им предстоит совместное проживание, и раздельные номера при таких обстоятельствах даже смешно, тем не менее он закажет достаточно большие апартаментами с двумя спальными кроватями. - И ты меня совсем не боишься. Я старше тебя. Ты меня плохо знаешь. Я - мужчина,  ты - женщина, но мне нравится твоя решительность. Однозначно нравится, - тембр его голоса становится загадочно-таинственным, но Мерседес абсолютно на это плевать, она в ответ смеется звонко. Волк из Чейза, оказывается, херовенький. - мы можем ничего не покупать. я буду носить тебя на руках. не напугала, - плечами пожимает. - мы сейчас едем сразу в отель, какой у тебя размер? и каким цветом хочешь? привезут в номер - впереди долгая длинная ночь, обещающая быть яркой и интересной.
Наконец, остановятся на парковке отеля, Чейз зависнет, наблюдая за каждым действием девушки. Она через плечо подзовет его игриво, вызывая лучезарную улыбку Чейза в ответ.
- будущая миссис Моралес, вы же сказали, что не можете ходить. Стойте, - он подбегает к Мерседес и закидывает на плечо, не собираясь ее отпускать. Заходит внутрь самого дорогого отеля Сан-Франциско с женщиной на плечах.
И даже у респешна, договариваясь о двойном номере класса люкс, он не выпускал Мерси из рук, игнорируя все ее просьбы отпустить ее. Так буднично, совершенно не стесняясь, заходит в лифт, где даже на кнопку лифта двадцатого этажа нажимает не сам Моралес, а сотрудник отеля.
Наконец, аккуратно выпускает ее из своих объятий на мягкий белый ковер в номере. - Я сейчас, - подходит к телефону и набирает на ресепшн. - Это Моралес. Нам нужны белая обувь без каблуков тридцать седьмого размера и вино с фруктами, - нетерпеливо снимает пиджак и небрежно кидает его на спинку кожаного кресла. - Пока мы ждем обувь, выпьем вина, затем спустимся в ресторан, а потом пойдем на прогулку. Это меньшее, что я могу сделать для тебя, ведь это благодаря тебе мы заключили сделку, - мы - ведь она без пяти минут его жена, и слово "мы" прочно свяжет этих двух. Сигарету достает, пепельницу к себе тяжелую притягивая. Присядет, закурит, наблюдая за Мерседес, взгляда с нее не сводя.

[NIC]Chase Morales[/NIC] [AVA]https://i.imgur.com/NiYsz3O.gif[/AVA]
[LZ1]ЧЕЙЗ МОРАЛЕС, 40 y.o.
profession: управляющий в компании отца
future: Mercedes
[/LZ1]

[SGN]https://i.imgur.com/VU9PvhH.gif[/SGN]

+1

16

s c r e a m    m y     n a m e
w h i l e    y o u ' r e    f a c i n g     t h e     v i e w   

i    p r o m i s e        i t ' s      s t a r i n g

back at you

в голове ривьеры красные флажки должны были взлететь в невыносимую высь уже на самом факте, что они ночевать останутся в городе, а не домой поедут. мерси знала этого мужчину в детстве, но насколько ты можешь знать человека, который тебя старше больше чем на десять лет. сейчас же ей моралеса узнавать приходилось заново, но тем не менее, чувствовала она себя с ним слишком комфортно, чтобы все надписи «осторожно» игнорировать в упор. любая из подруг сказала бы: мерси, думай головой. но, мерси впервые в жизни захотелось импульсивности, свободу кончиками пальцев ощутить, сделать вид, что это проба жизни, что её ждет после замужества. она заведомо уверена была, что их отношения будут исключительно на бумаге, но это ведь не значило, что им не быть друзьями, ведь так? на самом деле, её чертовски привлекала идея сдружиться с моралесом, чтобы поездки подобные повторялись, как плюс один на роудтрип – он компаньон что надо.

мерседес уже тринадцать разных вариаций придумала, что сделает первым делом, как снимет туфли. любая девушка знает – долго носить даже самые удобные попусту невыносимо, в какой-то момент ноги отекают и туфли становятся уже далеко не самым удачным и комфортным выбором. на самом деле, ривьера была готова даже безбожные кроксы купить в маркете, лишь бы было во что переобуться. «будущая миссис моралес» звучит подозрительно приятно, но мерси тут же спишет это на свое дикое желание оставить всю свою жизнь как «ривьера» позади. её брак спасет компанию, у отца с сестрой будут и дальше деньги, она умывает руки. мерседес надеялась, конечно, что сестре будет перепадать в разы меньше, чем раньше, ведь теперь, по факту, сестра будет тратить деньги не свои и даже не отца. мысли в сторону откинет, даже за два с лишним часа от сакраменто, проблемы её семьи не дают ей свободно выдохнуть, но она планирует это дело остановить. у неё есть сегодня, в компании будущего мужа, на сегодня она просто мерси, просто будущая моралес, но никак не «пока-ещё-ривьера».

чейз в непосредственной близости оказывается слишком неожиданно, словно её мысли в плену удерживали непозволительно долго. ровно так же неожиданно на плечо её закидывает и у мерседес едва ли из рук телефон с ключами не вываливается. она кулаками по спине и заднице его стучит, не сильно, но всё же. мерседес никогда не сталкивалась с ограничениями pda, поэтому сейчас не знала даже, норма ли это, но если моралеса не смущал тот факт, что их в виде подобном могли папарацци застать, то и она этому значения придавать не будет. на них в лобби люди смотрят, девушки хмурятся, на чейзе взгляд задерживая; мужчины на задницу самой ривьеры пялятся, а одна пара пожилая улыбается мягко, словно собственную молодость вспоминая. мерси шипит в пятнадцатый раз, что её можно отпустить, но моралес улыбается лишь и карту кредитную передает девушке на ресепшена. ривьера глаза закатывает и не то чтобы она опыт большой с мужчинами имела, но хотелось очень сказать «м-мужчины», на выходку чейза. оставалось надеяться, что если кто-то их в подобной позе и сфотографировал, то хотя бы не её зад, она всё ещё считала, что фигурой ей до сестры не дотянуть и комплексы никто не отменял. перестает бороться, когда они в лифте оказываются, локтем опирается о спину мужскую и подбородок кладет на ладонь, шумно выдыхая. со стороны на них посмотреть – абсолютно обычная пара, никто и не подумает даже, что отношения их от реальных сильно отличаются. как только мужчина её опускает наконец-то, она тут же выскользнет из каблуков, ногами по ковру мягкому проведет по очереди и на диван завалиться, ноги на подлокотник закидывая.

- теперь я умру счастливой, - глаза прикрывает, пальцами ног двигая, чтобы те наконец-то неметь перестали. на локтях приподнимется, на чейза взгляд переводя как раз в тот момент, как он разговор телефонный прекращает и про планы рассказывать берется. – спасибо, конечно, но я не привередлива, в следующий раз можем обойтись кроксами из уолмарта за десять баксов. – мерседес улыбается, к декоративной подушке ну другом конце дивана тянется и под голову свою подкладывает. моралес напротив в кресло опускается и взгляда с неё не сводит, что её, в свою очередь, заставляет бровь в немом вопросе изогнуть. – интересно, в чем секрет счастливой жизни магуайеров, - рассуждает сама с собой, но теперь очередь моралеса в неё немым вопросом бросить. – серьёзно, сам подумай, что-то же должно удерживать вместе этих людей.  понимаю, мистер магуайер жену свою любит, но по тому насколько детально она знала про тебя и насколько глубоко интересовалась фоном наших отношений, я сомневаюсь, что чувства у неё встречные. – взгляд с мужчины на потолок обратно переводит, руки на животе сложив, словно она у психолога. у мерседес опять мозг работает на всех парах и она мысленно радуется, что вино скоро будет и её отпустит. она сплетни не любила и, как правило, в чужие отношения не лезла, это всё её мозг несчастный, ухватывался за какие-либо факты и пытался выстроить вокруг них теорию. 

раздается стук в дверь и мерседес поднимается с места вперед моралеса, босыми ногами по полу перебирая в сторону двери. у неё в голове сейчас крики стояли, и она готова была вино прямиком из бутылки начать пить, но к счастью, бутылка вина шла в комплекте с бокалами. пропускает молодого парня в номер, который тут же на стол опускает бутылку с бокалами, достает штопор из кармана и открывает бутылку, следом разливая напиток. вежливо желает им хорошего вечера и напоминает, что, если что нужно, обязательно дать знать. мерси улыбается, дверь за ним закрывает и в считанные шаги оказывается вновь на диване, поджимает под себя ноги и тянется к бокалу.

- за удачную сделку! – приподнимет бокал и тут же его к губам поднесет, глоток большой делая. горло обжигает, но мерседес глаза закрывает, вкусом наслаждаясь. кто-нибудь посчитает, что у неё нездоровая одержимость данным алкогольным напитком и, возможно, окажется прав, но ей нравилось думать, что вино ей просто помогает успокоить поток мыслей. глаза открыв со взглядом чейза встретится и голову склонит, в линии его лица всматриваясь, без слов лишних. он – красивый мужчина, именно такой, за которыми в очередь встала бы каждая из её коллег; за кем к первому ряду тянулась бы её сестра и тем не менее, вот он здесь, с ней в сан-франциско. забавно было ловить себя на мысли, что ещё с неделю назад она была рада с ним просто со-существовать, оставляя ему абсолютную волю в действиях за закрытыми дверями, а сейчас её мысли подобные отчасти даже напрягали. мерси себе напоминает, что это всё придирки миссис магуайер её в диссонанс вводят, что ей всё ещё без разницы что и кого моралес делать собирается вне поля её зрения. – ну, а если серьёзно, моралес, мы чуть не спалились, - и это не камень в его огород вовсе, а факт, проблема, которую им придется как-то решать. делать это под вино, в люксовом номере дорогого отеля звучит как неплохой вариант.

- давай сыграем в игру, - устраивается поудобнее на диване, опускает бокал на подлокотник, всё ещё пальцами придерживая. – на каждой из локации, где мы сегодня будем, зададим друг другу по десять вопросов, - она не спрашивает конкретно, но тон оставляет возможность на мгновенный отказ. мгновенный, потому что мерседес не ждет ответа долго, ровно пока глоток очередной сделает. – я начну, - щурится, пытаясь придумать с чего начать, но у них вечер весь впереди. – любимый цвет и почему? – заходит издалека не потому что ей более важное что-то менее интересно, а потому что это людям странным покажется, если она столь элементарную вещь о своем женихе не знает. на лице чейза считать можно сто три мысли и пока он над причиной думает, моралес время берет, чтобы осмотреть его с ног до головы. от него веет властью и самоуверенностью, в каждом из его движений; в том, как он сигарету к губам тянет и как на спинку кресла откидывается. почему он не мог быть пятидесятилетним мужиком с пузом, от которого хотелось бы бежать, не оборачиваясь; тогда ривьере было бы легче, тогда она не искала бы возможности оказаться ближе.

Отредактировано Mercedes Morales (2022-01-23 22:56:53)

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » bullet with my name on it


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно