полезные ссылки
лучший пост от джеймса рихтера [джордж маллиган]
Идти. Идти. Идти.
Тупая мантра в голове безостановочно повторялась всякий раз, когда Джорджу казалось, что следующий шаг он уже не сделает... читать далее
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 10°C
jack /

[telegram: cavalcanti_sun]
aaron /

[telegram: wtf_deer]
billie /

[telegram: kellzyaba]
mary /

[лс]
tadeusz /

[telegram: silt_strider]
amelia /

[telegram: potos_flavus]
jaden /

[лс]
darcy /

[telegram: semilunaris]
edo /

[telegram: katrinelist]
aj /

[лс]
siri /

[telegram: mashizinga]
dust

[telegram: auiuiui]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » creepy, right?


creepy, right?

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

Ophelia Schwartz & Sonya Moon
20.11.2021 | Бостон, Салемский музей | весь день

https://i.pinimg.com/564x/47/90/9a/47909a600084cc4b24d49848e84d1f6b.jpg

https://i.imgur.com/VKId8TW.jpg

https://i.pinimg.com/564x/26/06/54/260654c667e55bab31a9f2e534da0d3d.jpg

ведьма ведьме ведьма

+1

2

Карантин был увесистым шлепком по щеке, отбросившим голову назад так, что заскрипели от нагрузки шейные позвонки. Офелия сплюнула на пол окровавленную слюну и смело подставила вторую щёку. Её так не учили, она сама пришла к этому, и в итоге всё разрушилось, словно карточный домик. Августин поставил последнюю карту, отчего всё задрожало и рассыпалось, как рассеиваются, трескаясь, утренние грёзы после пробуждения от внутреннего толчка. Что-то снилось, однако сон улетучился, развеялся дымкой, распался на сотни неровных осколков. Это время было похоже на затянувшийся кошмар.

Одиночество казалось непозволительной роскошью. Они сбились в горстку обеспокоенных своей участью барсуков, одна только Офелия ни за кого не тряслась и держалась самоуверенно храбрым медоедом. Толстая шкура трещала под ударами общительного друга и отца, в котором неожиданно проснулся родитель с синдромом гиперопеки. Все хотели её чем-то занять, она, в свою очередь, хотела убежать, спрятаться ото всех и от всего мира. Под одеялом, под кроватью, в ванной комнате, в отведённом ей пространстве не было ни единой мысли о том, что Шварц может остаться одна и насладиться непозволительной роскошью тишины и спокойствия. Везде её находили дела, подлавливал охочий до разговоров Августин, которому возможность выяснить отношения застлала глаза. И казалось, что сбежать невозможно, однако она спряталась, укрылась на просторах социальных сетей, где на одном из форумов нашла отдушину, человека, который понимает и разделяет её странные интересы. Без лишних вопросов, без намерения влезть в душу, в голову. Это понравилось Офелии, стало панацеей от всех болезней. Это приглушило необщительную натуру, вывело из анабиоза ту активную до жути и мистики маленькую девочку и позволило продолжить активное общение.

Соня Мун, так её звали, оказалась необработанным алмазом, прекрасной возможностью убежать от гнёта суровой реальности, заблудиться в чертогах разума, в запутанных мистических теориях. Впервые в жизни Офелия с радостью согласилась на встречу. Настоящую, живую, где придётся смотреть на человека, выдерживать его ответный взгляд и продолжать щупать едва вспаханную перед этим почву. Совместить приятное с полезным оказалось довольно просто. Исторический экскурс в рамках факультатива показался подходящей возможностью для того, чтобы пересечься в свободное от вещания гида и преподавателя время на почве общих интересов. Предложение было озвучено, взвешено и принято так, будто они знали друг друга больше реального срока, исследовали вдоль и поперёк, сплелись, словно разлучённые с момента рождения близнецы. Похожие и одновременно разные.

Офелия приложила пылающий от жара предвкушения лоб к холоду оконного стекла экскурсионного автобуса. В одно ухо лилась мелодия случайной песни, запущенной смешанным выбором аудиодорожек, в другое же экскурсовод, имевший довольно скудный словарный запас и изводящую манеру повествования, пытался влить случайные знания о попадающихся случайному взору исторических постройках, что, по сути, представляло лишь поверхностный интерес для тех, кто собрался в теле автобуса.

Дорога плыла с размеренным покачиванием. Будь у неё проблемы с вестибулярным аппаратом, давно распласталась бы на автобусном кресле, то бледнея, то зеленея от подступающей к горлу тошноты. Движение успокаивало, работало подобно снотворному, вводимому в организм по капле. Спокойное музыкальное сопровождение и монотонный голос экскурсовода располагали к тому, чтобы подпереть рукой покрасневшую от давления ладони щёку и устремить затуманенный взор в размытые дали, тронутые осенней желтизной, лёгким поцелуем подступающей зимы, а вместе с ней и смерти.

Прохладный воздух взбодрил, обжёг слизистую носовой полости, наполнил лёгкие, заставляя задохнуться в порыве неожиданного восхищения окружающим миром. Офелия чёрной птицей вылетела из автобуса, едва не споткнувшись на крутых ступенях. Пока все прочие лениво выползали из тёплых недр транспорта на уличную сырость, темноволосая девушка осматривалась по сторонам, пытаясь запечатлеть каждую жуткую ветвь, покрытую осенней листвой, и каждое строение, представлявшее для неё хотя бы долю интереса.

+1

3

Форумы, многочисленные и, казалось, похожие друг на друга стали новым увлечением, новой формой нахождения хоть кого-то, с кем можно поговорить, разделить проблемы, скоротать время во время карантина. Когда не спасали видеоигры, когда заканчивались темы для разговора с местными работниками, фарерка открывала свой лэптоп, а иногда и просто телефон, набирала пару заветных букв в адресной строке и погружалась в новый, но с другой стороны, такой знакомый мир магии, предсказаний и мифологии. Была там словно рыба в воде, иногда даже давала советы начинающим, хотя понимала, отчасти, что ее дар вещь сложная, и трудно поддающаяся рациональному объяснению. День за днем, новые темы, новые люди, объемные посты, все это затягивало с головой. Порою даже приходила в себя, а на часах шесть утра, бессонные ночи, к счастью, никак не сказывались на производительности фермы. Месяцы сменяли друг друга, и стало казаться, что в конце тоннеля и правда виднеется свет. Стоило к нему тянуться изо всех сил, ведь, возможно, это настоящая возможность получше узнать не только другого человека и историю страны, в которой выросла, но и познать саму себя.

Одна девочка казалось особенно интересной, у Сони нашлось немало точек пересечения, хотя общались только средствами интернет-ресурсов, оставляя друг другу несколько сообщений в день. Случайные аватарки не давали никаких подсказок, Мун приблизительно знала возраст своей собеседницы, но остальной портрет рисовала лишь на основе внутренних ощущений от общения. Вкусы, увлечения, все это притягивало, будто бы говорило фарерской ведьме: «ну вот она, родственная душа, может, именно она станет твоей удачной попыткой?». И ведь Соня прислушивалась. Пыталась дружить, пыталась встречаться, но из раза в раз все оканчивалось неудачей, не фатальным крахом, но тлеющим костром, в который никто не собирался подкладывать новых дров. Причем почему-то инициаторами этих отдалений были именно новые знакомые Мун, может, все дело в самой ней? Отбросила эту мысль куда подальше, собирая рюкзак. Ей предстояла поездка через всю страну. На экране ноутбука от известной яблочной фирмы сообщение от знакомой: Бостон, конец ноября, будем на связи! Была, наверное, слишком старой, чтобы присоединиться к университетской экскурсии, но достаточно взрослой и самостоятельной, чтобы пересечь всю страну в одиночку ради встречи с человеком, с которым познакомилась в интернете.

Кто-то скажет, что за безрассудство? Но Мун лишь встряхнет крашеной шевелюрой и усмехнется в ответ: она вполне способна за себя постоять, даже при встречах с мужчинами, превосходящими ее по габаритам, вряд ли что-то может пойти не так при рандеву со студенткой. Паспорт, электронные билеты, такси до аэропорта. Одна пересадка, семь с половиной часов пути, если честно, немного утомительного, да и не самого приятного. Мун практически никогда не летала на самолетах, поэтому взлет и посадка изрядно потрепали ее девичьи нервишки. И вот он – город отцов-основателей. Место,  с которого началась современная история этой великой, по мнению большинства, страны. Ей предложили экскурсии прямо около выхода из терминала, отказалась. Сейчас хотелось простой добраться до забронированного отеля, чтобы завтра встретиться с Офелией.

Любовалась городом, изредка загребая опавшие листья. Погода далеко не самая теплая, но можно гулять без многочисленных наслоений верхней одежды, да и дождя, кажется, сегодня не предвиделось. Они обменялись еще парой сообщений. Казалось, что собеседница сомневалась в серьезности намерений гадалки. Но она тут, как и студенты университета штата Калифорния, что выползли сюда на историческую экскурсию. Они проведут тут несколько дней, познакомятся с достопримечательностями, и даже получат немного свободного времени, чтобы самим узнать о городе и его окрестностях чуть больше. Конечно, кто-то выберет Нью-Йорк, отправившись туда на автобусе, но ведь одного дня вовсе недостаточно, чтобы насладиться красотой Большого Яблока, путь других лежал на север, в небезызвестный пригород под названием Сэйлем. Вот и соня, купив билет на общественный автобус, отправилась навстречу приключениям.

Студенты, их нельзя было ни с кем спутать, и, кажется, среди прочих должна быть та самая девочка. Сердце начинает учащенно биться, Мун делает несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоить бешеный моторчик. Уже успела провести тут пару часов, нашла одно уютное место, где ей предложили «ведьминский» тур всего за сто двадцать долларов с человека. Билет в музей, персональная экскурсия и особая вечерняя программа, слишком заманчиво, чтобы не воспользоваться возможностью. Не будет ли она выглядеть странной? Что скажет гид, ведь, судя по всему, он должен выступать  и опекуном своей паствы во время поездки. Была ни была, попробовать надо. Пусть они мало знали друг о друге, по крайней мере, в плане внешности, почему-то довольно быстро поняли, с кем именно должны сегодня встретиться. Ее кожа белым мраморов выделялась на фоне темной одежды, приятно гармонируя с букетом осенних красок. Робкая улыбка, кажется, Соня мимикрировала, отвечая тем же. – Офелия? – Спрашивает, протягивая свою руку. Заочно знакомы уже (кажется) около года, но лишь сейчас встретились воочию, а это равносильно новой стадии знакомства, не меньше.

[NIC]Sonya Moon[/NIC][STA]your soul will be mine[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/B96Qo8I.png[/AVA]
[LZ1]СОНЯ МУН, 25 y.o.
profession: слышащая, гадалка, управляющая виноградником;
[/LZ1]

+1

4

Дышит глубоко. Задыхается от морозного воздуха, пока глаза слезятся от непрошенной зевоты и прохладных поцелуев ветра. Букет запахов проносится перед самым носом, скачет игривой кобылкой, взмахивая хвостом, вскапывая копытом сырую землю, пахнущую прелой листвой, пахнущую разложением, следствием процесса обновления природы. Запах дешёвого кофе из автомата едва зацепил, толкнул плечо случайным прохожим, заставляя развернуться на каблуках тяжёлых осенних ботинок, распахнуть крылья отцовского плаща, чтобы только бросить взгляд, воткнуть его меж лопаток удаляющейся фигуры, за которой верным псом тянулся шлейф сигаретного дыма и привлёкший её аромат нелюбимого напитка.

Мир распахнулся перед ней точкой отсчёта начала истории, достаточно весомой, как чернильное пятно посреди расчерченной вручную карты мира, на которую было потрачено немало часов кропотливого труда. Клякса расползлась, расплылась неровными краями, потянулась чёрными щупальцами к границам. Промокнули, однако след остался. Так и город закрепился в истории. Продолжает стоять и неизвестно, сколько простоит ещё. Офелия его запустения и падения уж точно не застанет, да и все кровожадные и мрачные мысли канули в Лету, унесённые ветром и потоком рассеянных мыслей.

Студентка смотрела на мир через улучшающую зрение пелену контактных линз, выдыхала облачка тёплого воздуха, что тут же разносился ветром. Слышала лишь биение собственного сердца. Умиротворённое, однако ощутимое так, словно уши под водой заложило. Так бывало во время полёта, когда самолёт набирал высоту, заставляя всё внутри неё трепетать, даже многострадальные барабанные перепонки. Все звуки слились в один, синхронно потакая каждому удару, что не позволило нахлынувшей и распавшейся облаком брызг толпе захлестнуть сознание Офелии волной неприятного шума. Чужие руки накрывают утонувшие в большего размера верхней одежде, пальцы чуть сжимают, словно пытаются добраться до сути. Шварц унесена потоком мыслей, гаммой нахлынувших на неё чувств, уязвима в своей отрешённости от окружающих, оттого и вздрагивает. Едва заметно, однако цепкие пальцы не обманешь, как и взгляд. Хищный, с долей улыбки, привычного оскала, от которого волосы на затылке начинают нервно шевелиться, подобно водорослям, поддавшимся волнению течений у самого дна. Холодных и непоколебимых. Как и весь он.

Хмурится, не без усилия сбрасывает руку с плеча. С отвращением, но не без внутренней дрожи, потому что в душу смотрит. Слова срываются с губ, но Офелия не слышит. Лишь биение сердца ускоряется, словно он — явление её первородного страха. Одна из масок страха, что пробирается под одеяла неспокойной ночью и холодит кожу прикосновением ледяных рук. Отворачивается резко, впивается ногтями в кожу головы, у самых корней волос царапает, лишь бы не выдать дрожи, не показать слабую сторону, в которую можно вцепиться острыми, как бритва, зубами. Юноша молвит ещё что-то, голос его для студентки похож на белый шум, такой же неразличимый и навязчиво приемлемый, когда не хочется концентрироваться на звуках. Она крутит головой из стороны в сторону, сминает свободной от чужих прикосновений рукой початую пачку сигарет, касается костяшками пальцев холода подаренной отцом зажигалки. Всматривается в лица, лишь бы в глаза не смотреть. Пытается зацепиться за кого-то выловить среди людей того, кто поможет вырваться без лишних жертв.

Иначе сейчас прольётся кровь. И Офелия выйдет из этой схватки невиновной или же падёт жертвой чужой победы.

Вот оно. Дуновение осеннего ветра принесло любимый с детства запах сушёных трав, благовоний и чего-то мистического, одаренного ореолом необычности, той стороны, про которую всегда находила нужным поведать бабушка. Юноша сплетает свои пальцы с её хищно скрюченными орлиными когтями, Шварц ведёт плечом, подаётся вперёд всем телом, заставляя ослабить хватку и отпустить. Поддаться. Упустить не дающую покоя возможность. Растягивает губы в улыбке, когда он становится мрачнее тучи. Такие ей не нужны, когда в жизни переменчиво светит личное Солнце. Робкая ответная улыбка на чужом лице. Протянутая рука тепла в сравнении с вечно холодными ладонями студентки. С плеч падает камень, позволяя выпрямиться и взглянуть прямо в глаза девушке.

— Соня, — кивает в ответ. Не спрашивает — утверждает. Будто предвидела это, словно образ, пришедший во снах и нашедший воплощение в реальной жизни. — Я так рада тебя видеть, — ещё никогда она не была настолько искренна во время первой встречи. Однако сыграла скидка на то, что знакомы они, почитай, уже год. Заочно, однако в современном обществе некоторым и этого вполне достаточно, чтобы повысить шкалу жажды общения.

+2

5

Этот город совершенно иной, чужой и далекий. Здесь веет холодом, словно северные ветра касались этих земель своими колючими пальцами. В Калифорнии все иначе, на смену теплой зиме, той самой зиме, где не находилось привычного места для снега, приходила еще более жаркая весна, сменяющаяся летом. Сотни людей приезжали в те места, чтобы провести свой отпуск, понежиться в лучах солнца, либо просто провести несколько дней или недель в местах, где гораздо теплее, чем в родном штате. Когда-нибудь Мун переедет, на север, подальше от многочисленных туристов, разбирающихся на улицах банд, многочисленных домохозяек откуда-нибудь с Фримонта. Они приезжали к Соне, чтобы спросить об изменах своих мужей, не нашли ли любимые и обожаемых мужья себе какую-нибудь молоденькую девочку, остаются ли они верными, и останутся ли таковыми до гроба. Не нужно быть гадалкой, чтобы сложить два и два в уме. В местах, где водятся деньги, измены становятся неотъемлемой частью повседневной жизни, происходят повсеместно. Вот только главная проблема: как подать правду, ведь далеко не все готовы ее услышать, а Мун в последнюю очередь хотелось бы становиться соучастницей домашнего насилия, ведь именно она может стать катализатором бурной цепной реакции.

Здесь хорошо, прохладно и как-то беззаботно. Все еще ловит на себе порою странные взгляд местных прохожих, но чем дальше отдаляется от центра, тем реже. Люди привыкли, казалось, ко всему, их ничем не удивить, ничем не испугать, ничем не выбить из выбранной колеи. Мун жила вне ее, вне типичных правил поведения, вне рамок, прописанных обществом. Ей нравилось такой вид существования, нравилось самой распоряжаться своим свободным временем, тратя его лишь на те вещи, которые считала необходимыми. Встреча с девочкой с форума – необходимость. Просиживание в офисе на протяжении семи часов в день – излишество. Поездка в Бостон – необходимость, все остальное сейчас – излишество. Соне не хочется отпускать руку, но явно не станет той, что полезет обниматься во время первой очной встречи. Она уважает чужое личное пространство, да и сама не очень то любит вторжения посторонних нарушителей. Хотя сейчас одна милая девица точно попадет в список тех, кому доступ явно разрешен двадцать четыре часа в сутки, и даже вполне возможно все семь дней в неделю. Рядом чувствовала себя непринужденно, даже смогла раскрепоститься, не сразу, но постепенно. – Это взаимно! – Честно ответила фарерка. Не самая болтливая, сейчас почему-то ей хотелось говорить. – Моя первая встреча с человеком из инета, - констатирует, кивая головой. – Отрадно, что ты не оказалась каким-нибудь пятидесятилетним мужчиной, а ведь такие бывают. – Ухмыльнулась, вспоминая многочисленные истории о знакомствах на форумах и разных сайтах знакомств, коими Мун не пользовалась.

Их оставят наедине, другого варианта просто не может существовать в природе. Сколько есть времени? По крайней мере, до сегодняшней ночи, может, еще завтра, а там посмотрим. Кто знает, куда заведет эта извилистая тропа. Девочка рядом чуть младше, это Соня поняла еще с первого взгляда. Но не так, чтобы очень сильно, у них будут и общие темы для разговоров, и много новых общих интересов (помимо тех, что уже имелись). – Знаешь, я тут уже побродила, место очень интересное, все пропитано историей. Не знаю, развели меня или нет, но приобрела экскурсию по знаковым местам, плюс проходку в музей и на какое-то вечерние шоу. – Никаких бумажек, все на телефонах, продемонстрировала Офелии несколько qr-кодов на экране смартфона. – Это наш пропуск в мир развлечений на ближайшие несколько часов. Надеюсь, ты не против такого сюрприза? – Возможно, следовало купить какой-нибудь презент или как обычно поступают в этих случаях? Шоколадка или самодельный кулон? Рано, да и ситуация неподходящая, а вот небольшое совместное приключение никому не навредит. Тем более, за этот вечер девушки смогут узнать друг друга чуточку лучше.

а улочках не так много людей, все куда-то бегут, не успевая полюбоваться городом. Они привыкли к этим зданием, к опадающей листве. Ее убирают практически сразу, но ведьме так хотелось поднять их наверх, легким движением ноги заставить желтые и красные листики танцевать сумасшедший вальс, разлетаться, отправляясь в путешествие в тот момент, когда их подхватил ветер.  Разговоры обо всем и ни о чем одновременно. Они общались на протяжении года, но так мало знали друг о друге. Души, нашедшие толику родства, теперь могли стать чем-то большим, чем переписывающимися бестелесными аватарами. – Была здесь раньше? – Какой глупый вопрос, Соня. Ты же сама прекрасно знаешь ответ на этот вопрос. Ты сама, как и твоя знакомая были в Бостоне впервые, для вас обеих это ознакомительный тур, только ты приехала сюда сама, а Офелия со своими студентами-однокурсниками. – Согласна, странный вопрос, - Мун улыбнулась, пытаясь скрыть неловкость всей ситуации. Ей было довольно просто гадать, раскладывать судьбу человека по полочкам, предсказывать будущее, отталкиваться от событий, которые произошли в прошлом,  да чего уж, даже управление виноградником перестало быть чем-то сверхъестественным. Но вот обычная дружеская беседа ставила девочку в тупик. – Ты веришь в призраков? Говорят, что они появляются к вечеру в музее. Не боишься?


[NIC]Sonya Moon[/NIC][STA]your soul will be mine[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/B96Qo8I.png[/AVA]
[LZ1]СОНЯ МУН, 25 y.o.
profession: слышащая, гадалка, управляющая виноградником;
[/LZ1]

Отредактировано Hannah Mercer (2022-01-16 23:03:00)

+2

6

Её рука приятно прохладная. Как и обстановка в городе. Прохлада была слабостью Офелии, ветра далёкой родины её предков, по рассказам отца, до сих пор откликаются в характере Шварц, и девушка это чувствует. В приливах внезапной грусти, гнева или тоскливой ностальгии, от которой сердце сжимается, сбиваясь с ритма, и дыхание перехватывает от этого, словно она на одном ритме собственного пульса взбежала на утёс, резко остановившись на самом его краю, а ветер ринулся её навстречу, растрепал волосы, защипал глаза до слёз, что потекли по щекам. И бушующее у подножия скал море без конца и края даровало ей желанный покой холодных мест, в которых закопаны корни древа семьи Шварц.

Офелия выдохнула с облегчением, едва заметно, когда юноша отошёл. Присоединился к остальным, недовольный, разочарованный очередной неудачей, уязвлённый её маленькой победой. Несомненно, лавры должны достаться не Офелии, а Соне, которая явилась спасательным кругом среди пучины безжалостных волн и острых спинных плавников заинтересованных барахтающимся телом акул. В качестве пищи она им не интересна, Шварц была слишком костлява, без лишнего жира, местами даже с его недостатком, какой тут протеин, когда средний тюлень выглядел и в острых многорядных зубах был привлекательнее. Однако неизведанное всегда манило, пусть и вселяло первородный страх перед новым, необычным и привлекательным в своей новизне. Так и он был акулой. Кружил рядом, изучая, иногда тыкался тупой мордой, задевал боком торпедообразного тела, проносился стремительно в нескольких метрах, заставляя сердце замереть и сжаться от страха, вытолкнув часть крови, но не спеша впускать новую.

Шварц любила акул, находила их интересными. Возможно, именно поэтому позволяла следить за собой, кружить рядом, изредка касаясь. Не говорила никому, не жалуясь, внутренне надеясь на то, что в роковую минуту сможет удержать всё под контролем, увернуться от хищного оскала, от стремительного броска. Иной раз не спешила учиться на своих ошибках.

Нежелание опускать чужую руку было взаимно, улыбка из робкой перешла в более широкую и доброжелательную. Тонкие пальцы плавно выскользнули из расслабленной хватки девушки и вернулись в карман плаща, где сталь зажигалки вновь обожгла кожу, заставив едва заметно вздрогнуть от неожиданности. Взаимность была наградой, редкой роскошью, оттого и приятно грела нутро, создавая приятный контраст с окружающей пониженной температурой. Далеко до тёплой Калифорнии, любящая холод Офелия тому и рада. — Да, такие истории заставляют сомневаться в искренности человека за той стороной экрана, — ухмылка Сони передалась и её собеседнице, несмотря на низкий уровень эмпатии, Шварц иногда неосознанно перенимала манеру и эмоции тех, с кем хорошо общалась. Исключением был только выбивавшийся из всех допустимых рамок лучший друг.

Они отошли чуть дальше от образовавшейся толпы. Гомон был неприятен, однако не мешал вести взволнованную беседу. Контакт был установлен и изначально оказался довольно крепким, чтобы обращать какое-либо внимание на внешние раздражители, именно поэтому Офелия не стремилась убежать, лишь постепенно отстранялась от сокурсников, желая быть наедине с новоприобретённым человеком, который её действительно понимает. По внешности трудно было судить о том, сколько примерно лет Соне, однако манера её речи, некоторые суждения, которые Шварц успела выловить и проанализировать во время их разговоров в режиме онлайн, позволили сделать несколько пометок и убедиться в том, что Мун либо рано познала сущность взрослой самостоятельной жизни, либо была намного старше тех цифр, которые Офелия могла приписать ей, исходя из одной только внешности. Эта головоломка была приятна. Как и всё мистическое, сложное и запутанное. Такой она видела Соню. Загадкой, которую предстояло решить. И Шварц планировала растянуть этот процесс, насладиться им сполна. Впервые желание дружить вспыхнуло в ней синим пламенем. Обманчиво холодным и безобидным, однако и оно могло обжечь при неправильном обращении.

— Я только рада буду убежать как можно дальше от этой толпы, — засмеялась тихо, кивнув головой в сторону разбившихся на несколько крупных групп студентов и суетящихся вместе с экскурсоводом преподавателей. Представленные ей мероприятия в сумме в имеющимися у Сони qr-кодами не могли не радовать. Она и сама желала предложить нечто подобное, пусть и не дошла до мысли о том, что можно всё заранее спланировать, а после уже поставить перед приятным фактом человека, который с большей долей вероятности поддержит предложение этой авантюры. — Тоже думала над чем-то подобным, только не решилась всё организовать, поэтому очень тебе за это благодарна, — незримая связь между ними ощущалась на уровне дыхания, словно когда-то давно Офелия потеряла не мать, о которой и думать не хотелось, а сестру-близнеца, украденную прямо из соседней кроватки, по которой болело по ночам и тоскливо ныло сердце. Сейчас, казалось, она её нашла, отчего вся трепещет, пусть внешне виден только восторг телесной оболочки.

Людей было не слишком много, не все любили бродить без цели в довольно прохладную погоду, кутаясь в плащи и обматываясь шарфами, чтобы защитить свои кости от агрессивных порывов любопытного ветра. Немногие изъявляли желание блуждать в свой выходной по городу, который и так им был знаком почти до каждого кирпичика. Да и не всякий приезжий пылал нетерпением исследовать городские улицы. Многие из них предпочитали ютиться в кафе и ресторанчиках, часть их рассредоточилась по музеям. Они говорили друг с другом, подхватывая и глотая на лету одну тему за другой. Без какой-либо связи, без сакрального смысла, однако было приятно просто беседовать, пока весь мир ронял, словно слёзы угасающей юности, багряно красные листья.

— Проездом, — Офелия отыскала неприбранную маленькую кучку листьев и подцепила её носом ботинка, разрушив импровизированную башенку. — Заглянули в пару случайных кафе, подкрепились, на том знакомство с городом и завершилось, — улыбнулась как-то грустно, связав всплывшее воспоминание с тревогой переезда и волнением, которое наравне со страхом тогда ею овладевало. — Странный, как и все мы, — кивнула уже позитивно, ухмыльнувшись на фразу смущения, но не была ни капли не задета подобным вопросом. Они были близки и знакомы, однако знали друг друга мало. Хотелось наверстать упущенное, будто Офелия действительно нашла потерянную много лет назад сестру.

— Верю. Бабушка говорила никогда их не бояться, лишь с осторожностью относиться. Потому что многие из них, как летучие мыши, боятся тебя больше, оттого и навредить могут неосознанно, — перспектива наткнуться на призрака лишь подначивала проснувшийся в ней дух авантюризма. Именно поэтому Шварц была готова безропотно следовать за Соней в любое подобное музею место, без какого-либо страха и лишних мыслей.

+1

7

Как их назвать? Как охарактеризовать? Призраки прошлого, либо те, кто давно ушли из этой жизни? На вопрос не существует однозначного ответа, ведь любые варианты окажутся верными. Тогда кто же именно появляется в мимолетных и довольно продолжительных видениях ведьмы, кто является  ей во снах, иногда достает своим навязчивым присутствием. Кто рассказывает ей о прошлом, рисует неосязаемые картины будущего? Неужели всему виной ее сломанный мозг, ведь эксперты, будь то обычные медики, либо те, кто по своей профессии готов копаться в голове у человека без хирургического на то вмешательства, все как один говорят о странностях неполадках, а  некоторые даже пытаются выписать таблетки. Нет, Соня не больна, она не нуждается в лекарствах, по крайней мере, в тех, что ей советуют. Они говорят, что каждодневный прием сделает ее нормальной, вернет концентрацию, избавит от кошмаров, от невидимого преследования потусторонних монстров, коих она часто описывает на редких посещениях разных «специалистов». Но ведь ей не хочется быть нормальной, и что это вообще значит? Кто из нас нормален на сто процентов? Где эта  грань, кто диктует правила? Кажется, лет восемьдесят тому назад, Мун не так хороша в истории, а даты, так и подавно, ее самая слабая сторона, была группа людей, жили они тогда на территории Германии, что решили провести черту между нормальностью и отклонением. Практически все знают, что из этого не вышло ничего хорошего. Нормален ли Гвидо, на которого фарерке пришлось некоторое время поработать? Тот еще мужчина, со своими тараканами в голове, стремящийся делать добро своим родным и близким, жестоко расправляясь с теми, кто переступает ему дорогу. Нормальна ли Офелия? Выглядела не так, как многие вокруг, да и поведение ее, если пристально всмотреться, несколько отличалось плавностью движений. В конечном итоге, нормальна ли Соня? В какой-то степени, хотелось бы надеяться.

- А я тут впервые. – Брели просто вперед, не зная конечной точки маршрута. Точнее, она у них вполне имелась, вот только, кроме нее, еще около часа в запасе. Можно потратить на какое-нибудь кафе, либо просто прогуляться. – В самом Бостоне остановилась в отеле, город толком и не поглядела, надо бы исправить ситуацию. С самолета в номер, а с утра на автобус и сюда. Тут мило! – Добавила, снова улыбаясь. Выглядела глупо, ничего с этим не  поделать. Как всегда – трудно давалось общение. Если честно, ее предыдущие «случайные» знакомства, будь то Венера или Эмили, концентрировались вокруг ситуации, обычно связанной не с самыми приятными намерениями не вполне трезвых молодых людей. Парень был и здесь, вот только ситуация не приняла критически конфликтный оборот, чтобы стать катализатором реакции активации болтательных способностей Сони. Сделав несколько шагов чуть быстрее, развернулась на сто восемьдесят градусов, чтобы идти и глядеть на лицо своей собеседницы одновременно. Впереди никого не было, а бетонные плиты под ногами – достаточно большие и относительно ровные, чтобы сохранить равновесие, даже если шагаешь задом наперед. – Бояться призраков не стоит, следует бояться живых, они куда опаснее. – Это фарерка поняла очень давно, еще в детстве, в то время, когда жила в приемной семье. Призраки не могут навредить, кто бы что ни говорил. Иногда шалят, пытаются пакостничать, но в большинстве своем становятся лишь воспоминаниями, изредка связывающимися с теми, кто слышит их голоса. Живые куда опаснее, ведь не всегда знаешь, что на уме у человека. Даже если он должен быть твоим братом, отцом или матерью. В Хель их, покарай их Мировой Змей. – Если они вдруг захотят поговорить, - снова развернулась, чувствуя, что еще несколько шагов и точно впишется в какое-нибудь дерево, устроив обильный листопад, - я обязательно дам знать!

Прошли мимо какого-то парка, из-за деревьев открывался вид на местную гавань. Почему-то Соне казалось, что тут все интереснее, чем на противоположном берегу. Больше цветов, меньше людей. Когда-нибудь соберет все свои вещи и отправится (если не на свою  малую родину), то куда-нибудь в эти края, может чуть  севернее, в Нью-Хэмпшир или Мэн, места, так бережно описанные Стивеном Кингом. Купит себе домик с видом на океан, будет изредка принимать у себя в гадательной комнате разных дамочек, что не поскупятся на билет из солнечной Флориды, а после Соня будет играть со своими псами, чем не рай на земле. Здесь полно кладбищ. Старый и не самый большой городок, плохо знала его историю, но вроде бы  когда-то тут  жили британцы-колонисты. – Мы можем сначала отправиться в ведьмин дома на Эссекс-стрит, - снова открыла смартфон, чтобы свериться с программой. – Но, судя по отзывам, это просто черный дом с утварью начала прошлого века, не самое интересное место, либо в музей. Там о том самом процессе тысяча шестьсот девяносто второго года расскажут, но это к трем, а сейчас половина второго. Перекусим и к музею, как думаешь? – Предлагала план действий, не зная, на что именно согласится ее спутница. Соне тяжело было самой генерировать идеи, но раз уж купила билеты, будь добра направляй! – И, кстати, чуть не забыла. В одиннадцать вечера у нас экскурсия по кладбищам и какое-то шоу, тебя не будут искать? – Явно намекала на сопровождающих. На Мун плевать. Она управляла немалым бизнесом, и сама могла отправиться в отпуск, когда хотела. Сейчас, особенно когда нашла людей, буквально живущих идеями о винограднике. Знала, что может на них положиться в свое отсутствие, а вот студенты – совершенно другое дело. Лучше всего перестраховаться и спросить, чем потом стать причиной разборок между учеником и преподавателем, в чьи планы явно не входили поиски пропавшей девочки по всему пригороду.

[NIC]Sonya Moon[/NIC][STA]your soul will be mine[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/B96Qo8I.png[/AVA]
[LZ1]СОНЯ МУН, 25 y.o.
profession: слышащая, гадалка, управляющая виноградником;
[/LZ1]

+1

8

Офелия не могла припомнить, какие впечатления на неё произвёл этот город в первый раз. Первые ощущения обычно правдивы и следуют за тобой до тех пор, пока время не подточит воспоминания, оставив от стёклышек разбитых бутылок лишь маленькие камушки, отбрасывающие цветные блики на своих серых соседей, также обточенных пенистыми языками морских волн. Она тогда была слишком взволнована, слишком занята своим внутренним конфликтом, возникшими на его почве переживаниями. Страх застилал глаза, делая весь мир чёрно-белым. Ни красок середины августа, которому подступавшая осень томно дышала в спину, не рыжих кудрей восторженного Августина, для которого всё это тоже было в новинку, однако детский восторг его смог победить все переживания. Шварц тогда желала быть такой же беззаботной, как её лучший друг. Либо же такой холодно-сосредоточенной, как не спавший около суток отец. Прекрасный с своей суровой твёрдости, непреклонный перед чарами дарящего сон Морфея. Они тогда уговаривали его остановиться, задержаться в городе, заночевав в каком-нибудь мотеле. Однако воля непреклонна, то же порой ощущала на себе и сама Офелия. Ведь она папина дочка, ничья другая.

— Мило, — кивнула утвердительно, рассматривая стены старинных зданий, тронутые временем балкончики жилых домов, разбавленные зеленью домашних садов, разбитых заботливыми хозяевами и брошенных на медленное угасание под прикосновениями холодного ноября. — Не так тепло, как в Сакраменто, — что не могло не радовать. Жара порой выматывала привыкшую к холоду девушку, однако в голове её за несколько лет жизни в Калифорнии, ни единой мысли о переезде не возникло. Возможно, когда-нибудь потом. Она встанет на ноги, купит машину, чтобы можно было свободно перевозить подросшую Хель. Августин обязательно увяжется за ней. Если только они сохранят общение до тех пор. Однако в одном Офелия была уверена: отец её поймёт, даже одобрит подобное рвение, хоть и скучать будет безмерно. Когда-нибудь Шварц вырвется. Только вот это уже другая история. — И то верно, — лицо Сони в нескольких шагах от неё расплывается множеством оттенков, плывёт забавными пятнами и в одно мгновение становится чётким. Офелия параллельно вспоминает о завалявшемся в рюкзаке футляре с очками и о том, сколько мерзких людей повстречалось ей на пройденном пути. И не все из них были трусливыми уличными грабителями, что бросаются прочь, пырнув несчастного ножом и выхватив их окоченевших рук сумку. Нет, были среди них и те, что наступали на случайного свидетеля. Заворожённого магией крови, таинством и непредсказуемостью смерти. Тогда Офелии приходилось защищаться, бежать, прятаться. Однако никогда она не обращалась в соответствующие органы, её никогда не преследовали, потому что в плохо освещённом переулке девушка в чёрном была лишь тенью, призраком, привлекательной никсой, до которой не сумели дотянуться похотливые ручонки. Отец и Августин подобного не одобряли, однако вместо того, чтобы запрещать её и дальше заниматься своим специфичным хобби, они лишь предлагали помощь и всевозможные меры защиты и предосторожности. Слушала ли Офелия их? Раз на раз не приходится.

Улыбка расцвела на бледном лице. Взгляд глаза в глаза, связь их крепла, словно на дрожжах росла. Они просто шли и беседовали. Никуда и ни о чём. Однако это не мешало считать подобное приятным времяпровождением. Лишь бы компания была соответствующая, в чём подозрительная Офелия почему-то не сомневалась. Соня Мун говорила так, словно была реинкарнацией её бабушки. Призраки, таинства, ведьминские ритуалы. Именно это в ней привлекало Офелию. Странности и сама манера общения, которая юному студенту-психологу позволяла увидеть в ней необщительно человека, которому в данной ситуации и с данным человеком, наоборот, общаться очень даже хочется. Это не могло не льстить, однако какой-то маленькой частью умудрённая опытом девушка была настороже. Как и всегда, за редким исключением в тех случаях, когда её покидало чувство страха, делая ещё более безрассудной. Тогда и случались всякого рода проблемы, сваливались на голову, подобно бетонному блоку. Однако и из таких ситуаций Офелии удавалось выходить сухой из воды. Лишь ноги иногда мочила, случайно вступая в озеро неприятностей. И понять не могла, удача ли это, либо же просто особый заговор Вселенной. Если же последнее, то ей когда-нибудь воздастся вдвое, а то и втрое больше.

— Звучит заманчиво только в своём названии, — прокомментировала Шварц, сорвав с ветки попавшегося по пути дерева пылающий внутренним пламенем меланина кленовый лист. Тонкие суетящиеся пальцы тут же принялись делить его на части по чертежу прожилок. — Я была бы не против перекусить перед походом в музей. Неподалёку есть уютное кафе, так нам говорили, когда мы только ехали, — припоминая наводящий смертную тоску голос экскурсовода Офелия скривилась, будто надкусила лимон, однако тут же вспомнила, как сидевшие позади девушки шушукались о чём-то интересном. Там и прозвучало название кафе, как-то связанное с ведьмами. Как и всё, чем они собирались сегодня заняться. — Можем сходить туда, а дальше уже по намеченной программе, — заправила выбившуюся тёмную прядь за покрасневшее от прохладных поцелуев ветра ухо, второй рукой поправляя сползающую лямку рюкзака. Задумалась ненадолго после последних слов своей спутницы. Будто не могла найти ответ какое-то время, однако позже вспомнила, что не обещала себе держаться группы долгое время. — Нет, не будут, — она предупредила одного из преподавателей, только вот не была уверена в том, что её слова нашли хоть какой-то отклик внутри его загруженного разума. В любом случае, ей кивнули, а это уже можно считать знаком того, что Офелию услышали, что с ней согласились.

На остальное плевать с высокой колокольни кладбищенской церквушки.

+1

9

Странное чувство, когда хочется посетить сразу все. Приходится опираться на отзывы совершенно незнакомых людей, уже прошедших через этот путь. Все упирается во время, его вечно катастрофически не хватает. Куда бы ты ни отправился, оно везде будет следовать по пятам, напоминая о себе, раздражая и пытаясь вытащить тебя из умиротворенной  колеи размеренного отдыха. Это всего лишь Сэйлем, даже не большой Бостон, но и тут есть на что поглядеть. Возможно, одного вечера девушкам не хватит, но никто не отменял повторной прогулки, новой встречи, доселе не посещённых экскурсий. Не сейчас, потом, как-нибудь в иной раз и даже, вполне возможно, в другом месте, но их судьбы уже переплелись, от этого никуда не деться. Насколько крепко, покажет время, ну а пока решили отправиться в кафе. Мун перехватила что-то на завтрак в своем отеле, заблаговременно позаботившись о такой приятной функции. Однако чувствовала, что ей хотелось подкрепиться, восполнить жизненные силы, а тут подвернулась просто замечательная возможность. – Целиком и полностью тебе доверяю! – Не имела ни малейшего представления о месте, в которое направлялись, но где-то на подсознательном уровне была уверенна в правильности каждого шага, каждого их сегодняшнего выбора. Все складывалось как нельзя лучше, и ничто (буквально от слова совсем) не могло разрушить устоявшуюся идиллию.

- Такое чувство, что я здесь уже была, - говорит Соня, когда ее рука легонько касается податливой двери, открывающейся буквально от небольшого толчка. Такое уже случалось. Чувство похожее на дежа-вю, иногда случалось что-то отдаленно напоминавшее событие сегодняшнего дня. Некоторые называли это видением, но информации оказалось слишком мало, чтобы увидеть хоть самую маленькую крупицу реальности. Наверное, была в похожем месте, только и всего, возможно, в своей прошлой жизни, от которой фактически отреклась, но точно не в Бостоне или его пригородах. Встрепенулась, покрутив головой из стороны в сторону, открыла дверь настежь, предлагая своей спутнице зайти первой. Офелия что-то знает об этом местечке, лучше, если она будет чуточку впереди. Мун отставала от прекрасной брюнетки буквально на полшажочка. Их встретил кто-то выполняющий роль официанта, проводил за ближайший свободный столик. Сказать честно, их тут было очень даже много. Не то время не самое людное, либо место не такое уж и популярное, не смотря на разглагольствования сопровождавшего студентов преподавателя.  Два столика заняты, на одном небольшая табличка с надписью «забронировано». На этом все, их усадили к окну, за которым открывался весьма притягательный вид на осенний городок. Все тихо и размеренно, без лишней суеты, без кричащих детей, без спортсменов, несущихся на тренировки, без клерков, обсуждающих падения акций на фондовых биржах, поймала себя на мысли, что здесь ей нравилось, возможно, даже чуточку больше, чем в Сакраменто, в котором прожила так долго. – Ты не думала переехать? – Вот так прямо в лоб поинтересовалась фарерская ведьма. Манеры вернулись к ней довольно скоро, - прости, если спрашиваю. Просто знаю все эти темы с академической мобильностью, грантами на обучение. Ты бы могла попробовать себя, ну не знаю, тут вон Гарвард недалеко, - а ведь правда, кампус этого знаменитого на весь мир колледжа находился именно территории Бостона, - всякие Массачусетские технологические, ведь там тоже есть направления, связанные с психологией. Почему именно Калифорния?

Меню – два больших листа формата А3, по одному для каждой из девушек. Блюд не так уж и много, набор весьма посредственный, можно сказать, стандартный. Здесь есть все, чтобы удовлетворить вкусы не самых искушенных посетителей, но и еще кое-что для тех, кто любит необычные вещицы. Разные молочные коктейли, судя по фотографиям недурно сложенные и довольно большие. Цены обычные, наверное, Мун не ходит в рестораны, чтобы знать обо всех тонкостях. Знает, сколько стоит гамбургеры в ее любимых забегаловках, знает, где и как можно относительно дешево заказать еды на дом, на этом, по большому счету, ее гастрономические познания и заканчиваются. Мальчик, ему не больше шестнадцати, просто подрабатывал, возможно, по какой-нибудь программе работы для школьников в Соединенных Штатах, на неплохом английском с акцентом, которого фарерка разобрать не могла, посоветовал фирменную пасту, двойной чизбургер, говорят, что он получается здесь одним из лучших в городе, ну и шоколадный коктейль. Сочетания жирного мяса, мучной продукции и молочных коктейлей девушке не сильно нравилось, поэтому она остановила свой выбор на кесадилье с пятью видами сыров, ну и коктейле, раз на нем так сильно настаивал паренек. Сдала большую бумагу обратно сразу после того, как заказ сделала Офелия. У них полно времени, хватит и на еду  и на то, чтобы немного лучше узнать друг друга. – Я ведь тоже своего рода психолог, - пробубнила Мун, пародируя довольно известный мем, гуляющий по интернету уже не первый год. – Сложное прошлое, меня отправили учиться практически насильно, но повезло, закончила и теперь понимаю, что навыки в жизни пригодились. – Сложила руки перед собой, скрестив пальцы в замочек. – Про призраков я серьезно. Не многие верят, кто-то вообще глупостью все это считает, но, - покачала головой из стороны в сторону, словно автомобильная игрушка, - иногда вижу несколько больше, чем другие. Дар или проклятие, называй, как хочешь. Могу о  тебе кое-что рассказать, хочешь? – Странное предложение, от которого в обычных условиях люди отказываются, считая все это темной магией, наворотами, цыганской порчей, вот только Соня вовсе не цыганка и золотить ей ручку уж точно не придется.

[NIC]Sonya Moon[/NIC][STA]your soul will be mine[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/B96Qo8I.png[/AVA]
[LZ1]СОНЯ МУН, 25 y.o.
profession: слышащая, гадалка, управляющая виноградником;
[/LZ1]

+1

10

Съеденная на завтрак стопка оладий провалилась, не успев толком где-то зацепиться, и уже давненько переварилась, отчего Офелия ощущала лёгкий голод. Поверхностный, не слишком глубокий, чтобы пускать слюни на любое упоминание о еде или удачно подкинутое возбуждённым мозгом воспоминание о каком-нибудь далёком шикарном обеде, который на скорую руку сообразил её отец после долгой смены. Он едва касался, заставляя стенки желудка дрожать и трепыхаться, что являлось хозяйке в виде лёгкого тянущего дискомфорта. Едва ощутимая угроза, мол, наполни меня, накорми себя, иначе будет хуже. Шварц знала последствия затяжного голода. Если ни кусочка в течение дня в рот не клала, то после мучалась незначительной, но доставляющей немалый дискомфорт в районе желудка. Так и до гастрита не далеко. Именно это говорил ей с умным видом Августин. Как бы невзначай, однако попытка как-то повлиять на подругу угадывалась в изменявшемся заряде окружающего их воздуха, когда Офелия раскусывала подброшенный ей орешек и раздражалась тому, что нутро у него несъедобное, сгнившее.

— И то верно, — пожав плечами в своей привычной манере, задумчиво согласилась со спутницей и ловко прошмыгнула в обдавшее лицо теплом помещение, воспользовавшись вербальным приглашений пройти первой. Почти в дверях их встретил официант. Мальчишка, которому едва перевалило за шестнадцать. И которого едва ноги удержали в стоячем положении при виде двух странных девушек, от которых веяло особой аурой. Завораживающей и отталкивающей одновременно. Шварц кивнула в ответ на его вялое, похожее на блеянье ягнёнка, приветствие, бросила короткий взгляд через левое плечо в сторону вошедшей следом Сони и двинулась за официантом вдоль разбросанных по небольшой площади кафе столиков. Посетителей было не густо, однако им это только на руку. Меньше глаз, меньше шума, больше свободного кислорода и возможности быть открытыми друг с другом. Если бы только посторонние мешали Офелии быть такой, какая она есть. Пока что её пугало только большое скопление людей: от сердца отлегло, когда девушки убедились в обратном.

Столик у окна, места напротив, словно по регламенту, чтобы собеседники чувствовали своё участие в беседе, смогли спокойно смотреть друг на друга во время разговора без лишней необходимости вертеть головой из стороны в сторону. Офелия спустила с плеч рюкзак, зацепила лямками за специальный выступ на спинке стула, скинула с плеч плащ, освобождаясь от связывающих её оков, расправила его также на спинке стула и уж только тогда подалась вперёд, утыкаясь острым подбородком в тыльную сторону верхней из обеих сложенных ладоней, взглядом заинтересованным и чутким впиваясь в лицо собеседницы. Будто каждую чёрточку запомнить пыталась, оказавшись ближе, пока есть возможность рассмотреть. — Ничего, не извиняйся, — отмахнулась, как от назойливой мошки, в миг смутившись от искренней вежливости Сони, заправила за ухо нервными пальцами выбившуюся прядь. — Думала, думаю и, как мне кажется, буду продолжать думать об этом и над этим, — вновь пожала плечами, будто подобные масштабные темы были в ходу повседневности. Будто она каждое слово репетировала, трясясь в автобусе, сводя параллели мыслей и настойчивой сонливости. — Однако пока это не представляется возможным. Нет острой необходимости, так сказать, — поковыряла пальцем углубление на покрытой лаком поверхности стола. Возможно, здесь когда-то на эмоциях воткнули острый предмет. — Отцу предложили неплохое место, я сорвалась вместе с ним. Тогда отпустить боялась, да и сейчас особого желания не возникает, только в мыслях о грядущем подобные варианты рассматриваю. Есть несколько привязанностей, которые держат меня в Сакраменто, множество незаконченных дел и разговоров, от которых проще сбежать, однако не хочется. Это похоже на муки творчества, когда хочешь завязать со всем, выбросить все свои работы в мусорный бак и поджечь, а потом поджарить на прутике зефир с шоколадом и уехать далеко, на север. Потом реальность бьёт по голове, обязанности хватают за руки, а неуверенный забитый ребёнок внутри падает в ноги и молит о том, чтобы отложить перемены.

Меню было небогатым, однако у Офелии тут же глаза разбежались, стоило только ухватить обоими руками тонкую ламинированную бумажку. Обслуживающий их парнишка уже набрался храбрости, переборол внутренний страх общения с девчонками. То было слышно в тембре его голоса, видно в изгибах позы, в деталях мимики. Шварц оторвала взгляд от покрытого испариной пота юного лица и вернула лихорадочный взор к списку блюд и напитков, вполуха слушая рекомендации официанта. Обещание сочного мяса подкупило охочую до сока и белков девицу, поэтому Офелия выбрала для себя двойной чизбургер и стакан колы. Сдала меню в руки юноши, что тут же удалился, и вернулась к изучению собеседницы, вновь подперев голову руками, тем самым выражая неподдельный интерес ко всему, что говорила ей Соня Мун. — Я пока не вижу себя в роли психолога, — улыбнувшись пародии на популярный мем, проговорила в ответ Офелия, — люди иногда наводят тоску, чаще — страх, однако копаться в их головах интересно, решать проблемы — тоже. Однако я бы связала свою работу с психбольницей, там можно увидеть множество уникумов и набраться опыта в общении с «не такими как все», — последнее словосочетание выделила изображёнными в воздухе кавычками, скривив губы на манер издевательской улыбки. — Это звучит довольно интересно, — чуть подалась вперёд, явно не скрывая присущего ей энтузиазма, когда дело касалось жути и мистики. — Давай, я не против.

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » creepy, right?


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно