Джоан не выходила на связь уже вторые сутки. Нет, не так. Эта чертова Джоан не выходила на чертову связь уже чертовы вторые сутки. Всякий раз, когда кто-то из своенравных девиц, пыталась мнить себя беспрецедентно крутой, востребованной и высокооплачиваемой, с ней явно начинались проблемы...
читать далее
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 16°C
• джек

[telegram: cavalcanti_sun]
• аарон

[telegram: wtf_deer]
• билли

[telegram: kellzyaba]
• мэри

[лс]
• уле

[telegram: silt_strider]
• амелия

[telegram: potos_flavus]
• джейден

[лс]
• дарси

[telegram: semilunaris]
• ронда

[telegram: mashizinga]
• даст

[telegram: auiuiui]
• цезарь

[telegram: blyacat]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » от грозы до грозы'


от грозы до грозы'

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

осень 2020

сакраменто, сша;
калифорнийский университет etc

уолтер оуэн филипп эбни-гастингс II 
ави
костнер

https://i.imgur.com/xEUtNrT.jpg

даже у детей из счастливых полных семей есть шанс согрешить максимально масштабно прямо в начале пути, да? ведь у них для старта и средства, и вседозволенность и отсутствие тотального желания переживать, что подумают всякие неугодные окружающие. здесь каждому по десять баллов, открываем счет?
чтобы потом, прорабатывая кое-как раскопанные психотравмы, в конце концов, осознать - типажи, к которым тебя влечет неистово - всегда одинаковые. и если собрать всех тех, о ком мечтал в раннем пубертате - получится кто-то, сидящий на несколько парт вперед - утыкаешься взглядом в спину, стараясь сверлить с изысканной тщательностью, чтобы импульс чувствовался ярко. рос в геометрической; чтобы уже не отвертеться.
рокировки рокировками, милый,
но
хорошо,
когда все объективно взаимно.

[NIC]avi costner[/NIC]
[AVA]https://i.imgur.com/kGBjOj6.gif[/AVA]
[LZ1]АВИ КОСТНЕР, 24 y.o.
profession: студентка III курса калифорнийского университета;
[/LZ1]
[SGN]https://i.imgur.com/O6kUBmc.gif
[/SGN]

Отредактировано Inga Caplan (2022-02-25 18:33:29)

+2

2

уолтер медленно оглядывает знакомую аудиторию. парты из тёмного дерева, неудобные, впивающиеся куда-то под лопатки, лавочки и почти блестящие в солнечном свете выбеленные стены. студенты занимают места, создавая фоновый шум, который в принципе легко игнорировать. взгляд автоматически останавливается на доске, на оставленных предыдущей группой записях и плакатах. уолтер привычно щурится, разбирая мелкие буквы, и автоматически вытаскивает из сумки толстую тетрадь с конспектами. [на самом деле, настоящих конспектов в ней мало, в основном листочки в клеточку содержат рисунки, часть из них отдаленно напоминает профиль профессора гайдвилл, часть – аккуратно срисованные с учебных плакатов таблички, диаграммы и схематические рисунки с пометками. уолтер пользуется отличной памятью и не даёт себе труда записать слова лекции].

- эй, гастингс, ты там что, привидение увидел? – сосед справа – роберт - опускает первую часть фамилии и шутливо толкает уолтера в бок, безошибочно находя болезненное межреберье. уолтер смаргивает пелену и поворачивается к соседу, мгновенно забывая, о чем только что думал, разглядывая плакаты. [возможно, о йоле и их не_учебных темах для обсуждения за пределами университетских аудиторий; возможно, о психологических кризисах, которым и посвящены плакаты].
- да нет, - он равнодушно пожимает плечами и занимает привычное место. отсюда отлично видно преподавателя, но не очень хорошо видно его самого. ещё в прошлом семестре уолтер бы предпочел первую парту, как раз напротив преподавательской трибуны, откуда так удобно было посылать недвусмысленные намеки прямо в разгар серьёзной лекции, но сейчас обстоятельства несколько изменились, а, может быть, уолтер [для друзей всё ещё терри] наконец решил повзрослеть. но это, конечно, не точно, потому что подобными вопросами уолтер тоже себя не утруждает. он в принципе мало думает о себе и о том, что из себя представляет: уолтер всё это знает и у него нет абсолютно никаких проблем с принятием себя самого. уверенность в себе, своих силах и в том, что мир, даже если не хочет, а всё равно так или иначе будет вращаться вокруг него, нивелируют вопросы о твоем месте в обществе и трудности с пониманием, кто ты всё-таки есть.

оставляя парту, уолтер лениво пробирается к доске, снимает таблички и стирает записи. интерес к преподавателю, может быть, и поостыл, зато к психологии – нет, и именно поэтому уолтер продолжает записываться на дополнительные занятия и продираться сквозь сложности человеческой психики. он по-прежнему задает слишком много вопросов [часть из них всё ещё не имеют никакого отношения к теме лекции, но к его интересам - вполне] и тщательно готовится к семинарам, где процентов девяносто времени говорит один, заглушая жужжащую тишину кабинета. он не вешает других таблиц, оставляет доску девственно-чистой с парой бледно-розовых разводов от красного маркера в уголках и во второй раз оглядывает аудиторию. знакомые всё лица. взгляд цепляется и останавливается на девушке, склоненной над сумкой. центральная часть, третий ряд, место с. новенькая. уолтер не видит лица, но зато видит волосы и хрупкую фигурку. плавные движения его завораживают, как и общий вид – всё это ему нравится.

уолтер, привыкший потакать всем своим более или менее сильным желаниям, никогда не упускает то, что ему нравится. его не пугают отказы и игнорирование, он не умеет сдаваться и не боится сложностей. всеобщий любимчик дома, всеобщий любимчик в частной школе для мальчиков и всеобщий любимчик здесь, в университете, где чужестранцу в принципе не слишком легко завоевать доверие и благосклонность. у уолтера нет проблем со знакомствами и умением очаровывать, уроки, преподаваемые с младенчества, он усвоил достаточно хорошо. его не смущает тот факт, что кто-то может не нуждаться в предлагаемом ему обществе. он не поддается вопросам, сомнениям и мыслям об аудитории, где изучалась отнюдь не только психология, оставляет в покое подготовленную доску и возвращается на своё место. временно.

- я тебя бросаю, - одним движением подхватывает тетрадку с лекциями и ручку и машет соседу, по совместительству другу.
- ну вот как обычно, - роберт закатывает глаза, не спрашивая, куда сегодня понадобилось эбни-гастингсу. он привык, что уолтеру вечно куда-то и за кем-то надо, как и привык к тому, что между обычными университетскими развлечениями и какой-то унылой работой на кафедре психологии, уолтер, конечно, выберет второе [никакой работы не существует обычно и в помине, и роберт, в отличие от других друзей уолтера, отлично это понимает].

сверяясь с часами, болтающимися на правом запястье, уолтер просачивается к нужному ряду. новенькая [по крайней мере, для этой аудитории] всё так же возится с чем-то и не поднимает головы, не оглядывает людей вокруг себя и вообще не делает ничего из того, что обычно делают девчонки. под “обычно” уолтер понимает сплетенки в уголках, аккуратное укладывание прядей волос так, чтобы все обратили на них внимание, и листание новостной ленты на телефоне. он достаточно внимателен к окружающим, чтобы примерно знать, чем занята добрая часть аудитории в перерывах между лекциями. рядом с девушкой опускается какой-то пацан, но уолтер одним видом намекает тому, что неплохо было бы выбрать какое другое место. пацан испаряется также быстро, как и пришёл, ведь отказов для мальчика, родившегося с золотой ложкой во рту, не существует в принципе. и понимают это приблизительно все. ну или почти все.

- привет, - уолтер подсаживается поближе, включая на максимум приветливую улыбку и обаяние. – как дела? – он не предлагает девушке познакомиться, подразумевая, что в процессе разговора это так или иначе случится. – первый раз? – он кивает на аудиторию, на пустую доску. уолтер знает всех, кто посещает дополнительный курс по психологии, их здесь не так уж и много. будущие психологи посещают другие занятия, проходящие в понедельник, среду и пятницу. уолтер знает их расписание, одно время он сидел на доброй части лекций профессора гайдвилл, потом решил поумерить пыл, в основном из-за сплетен, которые поползли по университету. быть объектом номер один для обсуждения уолтер не хотел, не о такой славе он мечтал и вовсе не хотел, чтобы что-то смогло переползти океан и влиться родителям в уши. – я уолтер, кстати, - как будто бы между делом. точно так же, как между делом, идя к своей парте, уолтер выяснил, что а) девушка действительно новенькая, b) её имени никто не знает и с) на психологию она записалась где-то между получением расписания и знакомством с факультетом.
[NIC]Walter Abney-Hastings[/NIC]
[STA]...[/STA][AVA]https://i.imgur.com/1yMDDYf.gif[/AVA][PLA]
[/PLA]
[LZ1]УОЛТЕР ОУЭН ФИЛИПП ЭБНИ-ГАСТИНГС II, 21 y.o.
profession: студент III курса Калифорнийского университета;
???: yola;[/LZ1]
[SGN]https://i.imgur.com/i0oGJEK.gif[/SGN]

+2

3

- когда я рассказывал, что моя мать, как и твоя, работает в калифорнии, я не имел ввиду вот это, - хью убирает ее чемодан в багажник, не слишком резко захлопывая капот автомобиля; нью-йорк вокруг совершенно серый, но теплый - и если ставить целью поездки - быть ближе к солнцу не только летом, то это определенно выигрышный лотерейный билет. ави усмехается, садится в машину, дожидаясь пока мальчишка обойдет ее спереди, с учетом всего того этикета, когда дама должна всегда видеть своего спутника. до вылета еще достаточно времени, чтобы прокатиться напоследок через любимую часть города, выезжая на трассу, - она наверняка обрадуется, если я запишусь к ней на курс, - ави крутит в руках начатую бутылку воды, редко бросая взгляд на профиль хефнера, внимательно ведущего машину по дороге. между ними шесть лет разницы, но в данную минуту он кажется более рассудительным и серьезным. особенно необычно, ведь кто ждет такого от восемнадцатилетних мальчишек? у костнер впереди часы перелета, рефлексия по поводу возвращения на малую родину, максимально тактичный допрос от матери в ее любимом стиле военного интервью о том, как они обе дошли до такой жизни. решение покинуть нью-йорк слишком громкое и внезапное, но наличие сильнейшей языковой кафедры в калифорнийском - даже ее мать - не способна отрицать. поцеловать хью на прощание и не оборачиваться, потому что у них все закончено, но никто никогда не отберет у девушки щемящего чувства драматичности от того, что она, возможно, приняла неверное решение.
а какие решения еще принимать, когда тебе слегка за двадцать?
и почему не пытаться раскрасить эмоционально свои ощущения в стиле любимых шпаргалок из классических ромкомов. ей не придется сбегать по трапу, останавливая самолет - но, дыхнув на иллюминатор, всегда можно быстро нарисовать никому незаметное сердце. оставляя часть его в большом яблоке до поры.
ави не любит перелеты, стараясь всегда засыпать в первые пятнадцать минут; в этот раз ей обязательно приснится кошмар.
высшее образование столь удобный ярлык для организации тонкого душевного пространства, в котором наверняка можно спрятать отсутствие вовлеченности в общественную жизнь, острую восприимчивость к непокорной реальности и неспособность принять единственное важное решение, связанное с тем, чего она вообще хочет. на самом деле. жизнь на две страны с малолетства, огромное количество языков, постоянные попытки привычного социума показать и доказать, что именно ее жизнь совершенно неправильная и, самое главное - авиталь костнер такой своей жизни должна, по-хорошему, как минимум - стыдиться. а ей хоть и неуверенно, но плевать. а потом паралич. прокрастинация и тотальное желание быть способной делать хоть что-то. огонь мотивации, сменяющийся полным крахом амбиций, растворяющийся в желании выбросить вообще все намерения. терапия. долгая и упорная, чтобы превратиться в прежнюю или лучшую версию себя, когда в один из дней смотришь на таблетки, назначенные для лечения, с одной единственной целью. ави никогда не пытается казаться сильнее, чем она есть, но страх в глазах матери, действительно, вряд ли уже забудет. именно заходя на посадку в городе, где она первый и последний раз думала о смерти - ей вспомнятся эти светло-синие пилюли прямиком во время пробуждения. вспомнятся, на всякий случай, воздвигнув куда-то на первые ряды списка мысль - позвонить психотерапевту, что ее вела и все обсудить. возвращение в калифорнию как обязательный пункт принятия исключительно всех своих ипостасей. всех важных этапов. и попытка начать все сначала; на родине ее матери. на ее родине.

мама говорит, что ей вообще-то предлагали давать лекции в калифорнийском. авиталь тонко намекает, что не пойдет на них даже под дулом какого-либо из любимых огнестрельных ее отца. на этом их обсуждение учебы заканчивается в миг, переходя во что-то более эфемерное, без каких-либо четких формулировок. осень в сакраменто оказывается непривычно-теплой и постоянно напоминает о детстве; костнер максимально готова к флешбекам, но разве что просто ощущает себя по-настоящему дома, довольствуясь легким мандражом только по поводу предстоящей учебы. в сакраменто она знает практически каждый угол, не такое уж и большое это райское место для любителей отвлеченности от столичного и экономического шика. ави отправляет хефнеру фотографию с расписанием лекций профессора гайдвилл, приговор на которые она успешно подписала себе практически сразу, стоило пересечь порог университета. они с йолой не так уж близко знакомы, с учетом дальности расстояний и отсутствия градуса серьезности в отношении их союза с хью, но этого вполне достаточно, чтобы захотеть прослушать курс лично, пока такая возможность есть. не из-за нежных чувств к сыну, но из-за множественной информации о профессионализме. нестандартности подходов. и еще - драматичности судьбы; последнее ави так и не удается спрятать от себя так глубоко, как хотелось бы. увидеть йолу гайдвилл в действии и постараться быть замеченной не так уж и сразу - увлекательнейший аттракцион. аудитория наполнена лишь наполовину, ави приходится сделать над собой усилие, ударить по педантичности и не прийти слишком рано. ряд выбирает, чтобы не броситься в глаза профессору прямо вот так сразу - не слишком близко, но и не в самом конце - черт знает, какая здесь слышимость и что вообще в калифорнии привыкли делать на последних рядах аудитории. черная и красная ручки, тетрадь формата а четыре, весьма увесистая. костнер нужно пространство и на тетрадных листах тоже - привычка еще с детства, когда она просто напросто сшивала листы между собой, собирая из них целые сборники. в двадцать четыре мучиться с нитками как-то уже нет времени. а желание иметь достаточно клеточных полей, чтобы использовать арсенал языков/переводя необходимые фразы сразу на несколько - велико абсолютно в любой момент лекции. из привычек у мисс костнер - вести конспекты на английском, но нота бене, например, всегда на итальянском.
телефон мелькает уведомлением; наверняка от хефнера, который прислал очередное голосовое именно в тот момент, когда ей совсем неудобно слушать. авиталь в момент оборачивается на голос рядом, не понимая, к ней ли вообще обращаются, параллельно садясь и блокируя экран смартфона. в ее планах нет пункта про знакомство с одногруппниками по дополнительному курсу, как и, впрочем-то, их игнорирование. скорее незаметно просидеть первую пару по психологии, наблюдая за преподавателем до неприличия внимательно, отыгрывая сценарий спора с хью - через сколько именно посещений йола ее вспомнит. спор дурацкий, но у ави нет никаких требовательных причин в нем не участвовать. - а ты завсегдатай? - костнер медленным движением отодвигает тетрадь на край парты, внимательно рассматривая своего нового сокурсника? кудрявые волосы, бойкий искрящийся взгляд и вальяжная расслабленность. он здесь наверняка как рыба в воде: излучающий спокойствие и уверенность. и любопытство именно той степени прожарки, когда если что-то пойдет не так, можно хмыкнув сбросить рыболовные сети и умчать подальше в привычный океан. у костнер это уже третий университет и знакомство с его обитателями; и глупо скрывать, что она не в курсе, как очаровательно прекрасна свежая кровь. надо только выбирать тщательно - кому дать ее испробовать; у ави крепнет ощущение, что парень перед ней слишком умен, чтобы быть предсказуемым для нее или для кого-либо еще, и лучше всегда держать эту мысль где-то рядом, - да, первый. и думаю, ты не сочтешь за грубость мое желание отдать этой лекции всю себя, уолтер? - пресекая свой мгновенно-развернувшийся анализ, подмечая лишь что имя не американское, как и манера держаться. простотой тут вообще не пахнет, а вот ненавязчивым искусно-подобранным парфюмом - о да. все еще не отворачивается от молодого человека, позволяя себе задержаться ровно настолько, чтобы взвесить все за и против, - разве что несколько слов о преподавателе, чтобы я знала, к чему быть готовой?

[NIC]avi costner[/NIC]
[AVA]https://i.imgur.com/kGBjOj6.gif[/AVA]
[LZ1]АВИ КОСТНЕР, 24 y.o.
profession: студентка III курса калифорнийского университета;
[/LZ1]
[SGN]https://i.imgur.com/O6kUBmc.gif
[/SGN]

+2

4

по ощущениям – старшая частная школа. в солнечном свете пляшут лёгкие едва различимые пылинки, а на языке появляется знакомый вкус клубничной жвачки. от девушки рядом слабо пахнет шампунем, и этот запах, пожалуй, уолтеру нравится. он разглядывает разноцветные ручки, аккуратно уложенные рядом с большой тетрадью, разглядывает саму тетрадь, как будто пытается узнать, что же внутри неё прячется. девушка, кажется, настроена вполне серьёзно. и это тоже, пожалуй, уолтеру нравится. люди редко по-настоящему увлекаются психологией. многие посещают этот курс, только потому что ничего другого не выбрали. что-то, вроде высшей математики, оказалось слишком зубодробительно, что-то просто скучно, а что-то чересчур спортивно. а психология – практически универсальный предмет с дополнительным бонусом в виде познания самого себя. уолтер действительно интересуется психологией и думает, что если с карьерой в международных отношениях у него не заладится, он обязательно получит степень по психологии и посвятит себя решению чужих проблем. личных, а не глобальных, затрагивающих страну в целом, без разделения её на население. но это лишь запасной план, который, скорее всего, так и останется не реализованным. уолтер знает, чего от него ждут и идти против системы и четко расписанного плана на всю его дальнейшую жизнь не собирается.
но собирается хорошо провести время, по крайней мере, в рамках сегодняшней лекции.

он дружелюбно улыбается девушке, оглядывая её всю разом. пряди волос у лица, тёмные крапинки в радужке глаз, быстро меняющееся выражение лица. она кажется ему кем-то не отсюда: маленький заблудившийся эльф, попавший в совершенно не сказочную калифорнию. что-то не вписывающееся в обыденность, но не в целом новизной, хотя и ей тоже – практически кричащее объявление. уолтер чуть склоняет голову вбок, как художник [у него есть художественное чутье, которое так никогда ему и не пригодится], запоминает мягкость линий и плавность переходов. ему нравится просто смотреть, впитывая в себя атмосферу момента.

- что-то вроде того, - обтекаемый ответ, одновременно требующий и не требующий уточнения. девушка смотрит на него, и солнечный свет причудливо отражается в её глазах. она говорит без акцента, но говор не чисто калифорнийский. [маленькие крупицы знания – в ящичек в голове]. у уолтера же, напротив, акцент выраженный, английский. на нём в принципе крупными буквами написано “великобритания”. ему нравится выделяться, но не нравится выделываться, впрочем, и такое может быть в настроение. уолтер оккупирует внимание девушки, не давая возможность другим познакомиться. пальму первенства он традиционно забирает себе, не спрашивая ни у кого разрешения. а почему бы и нет, когда “да” звучит гораздо лучше?

- да нет, конечно, - уолтер пожимает плечами, мельком бросая взгляд на пустое преподавательское место, а затем на свои часы. у них в запасе ещё несколько минут. уолтер не в курсе темы сегодняшней лекции, он позволил себе расслабиться и на какое-то время утратить контроль над происходящим. ему интересно мнение новенькой, имени которой он всё ещё не узнал, о профессоре – со своими искорками и привычками. йолой, на самом деле, в университетской аудитории совсем несложно очароваться [уолли было несложно сделать это и за её пределами, и слухи всё ещё живы, как никогда, потому что слухи в университете – нечто непотопляемое до тех пор, пока не появится что-то ещё более животрепещущее]. девушка не отворачивается, не играет в интерес к своей собственной тетради. уолтер автоматически накидывает на её счёт ещё один плюс – все первые ушли исключительно внешности, в которое смешивается что-то от эльфа и лесной феи [уолли подавляет в себе желание напроситься на несколько фотографий – ему нравится коллекционировать внешности].

чуть склоняется, оказываясь ближе, но не вторгаясь в личное пространство. он сам не любит бесцеремонное вторжение и себе его не позволяет. – эксцентричность. увлеченность. вдохновение. полтора часа пролетают, как одна минута. тебе понравится, - уолтер подмигивает, одной рукой пододвигает к себе свою тетрадь и открывает её на чистой странице, решая не знакомить так вот сразу новенькую со своими собственными причудами. сходства в рисунках чуть больше, чем хотелось бы, наверное, уолли, и даже невнимательный идиот узнает в них профессора гайдвилл. к тетради в пару уолтер достаёт чёрную ручку, щёлкает кнопкой и, удовлетворенный подготовкой, как будто бы между делом спрашивает: - как тебя зовут? – он не забыл, что маленький лесной эльф так ему и не представилась. уолтер не спрашивает у неё о факультете и курсах, которые она выбрала – пусть это будет сюрприз. возможно, они ещё несколько раз за сегодня пересекутся в аудиториях [а если нет, то в перерыве уолтер посмотрит её расписание: ассистенту кафедры психологии подобную информацию достать до смешного легко].

не стараясь и дальше удерживать внимание на девушке, уолтер, памятуя о дозировании, отвлекается на тетрадь. отделяет поле для заметок, ставит в углу дату и во второй раз в жизни решает сделать конспект, понимая, что желание умрёт где-то между десятой и двенадцатой минутами лекции. можно попробовать заполнить страницу наброском соседки справа, но они для этого недостаточно знакомы, и уолтер сидит слишком близко. запах духов новенькой забавно смешивается с его собственным парфюмом и бьёт куда-то прямо в переносицу. – у тебя… - уолтер вдруг снова оборачивается к девушке, огорошивая её внезапностью вопроса. – в прошлом университете была психология? – он с интересом и серьёзностью смотрит ей в глаза, пытаясь прочитать в них честный ответ. ему не то чтобы очень важно его услышать, он спрашивает скорее под влиянием каких-то собственных мыслей, которые сегодня сосредоточены в принципе на чем угодно, кроме того факта, что через минуту в аудитории появится профессор гайдвилл [интересно, как быстро до ушей новенькой долетят всё ещё популярные сплетни, которые не имеют уже ничего общего с действительностью?].

- а ещё, возвращаясь к началу: во время лекций лучше не отвлекаться, можно пропустить что-нибудь важное, - сказанное мельком, практически между строк. самые интересные мысли, стоящие того, чтобы о них подумали в свободное от занятий время, всегда звучат в тот момент, когда ты отвлекся на что-то, например, на телефон и пришедшее на него сообщение. уолтер больше не задает вопросов, пусть ему интересно и приблизительно всё. уолтер любит знакомиться с новыми людьми, любит с ними разговаривать, узнавать поближе. именно по этой причине на практических занятиях он редко садится в пару с кем-то уже знакомым. это неинтересно, это не утоляет его любопытство. он не спрашивает у новенькой откуда она, ссылаясь на её говор, отличный от большинства местных ребят. он не слишком хорошо разбирается в особенностях речи американцев, потому догадок не строит. не спрашивает её о предыдущем университете и вообще спрашивает подозрительно для себя мало. это не план, скорее причины для продолжения краткого знакомства. в кабинет стремительно врывается йола, уолтер провожает её до стола, точно зная: его она глазами тоже нашла. в какой-то момент их взгляды пересеклись. игра закончилась, но это не значит, что какие-либо взаимоотношения закончились вместе с ней [уолтер многое держит за зубами, продолжая лелеять в себе воспоминания о йоле, медлительно-красиво поднимающейся с кровати]. – расскажи мне потом о своих впечатлениях, - шепотом почти у самого уха, всё ещё не спуская с глаз с преподавателя. его и йолу связывает слишком долгая история, чтобы вот так просто о ней забыть. даже не смотря на девушку, похожую на маленького эльфа откуда-то из популярных в детстве уолли ирландских сказок.
[NIC]Walter Abney-Hastings[/NIC]
[STA]...[/STA][AVA]https://i.imgur.com/1yMDDYf.gif[/AVA][PLA]
[/PLA]
[LZ1]УОЛТЕР ОУЭН ФИЛИПП ЭБНИ-ГАСТИНГС II, 21 y.o.
profession: студент III курса Калифорнийского университета;
???: yola;[/LZ1]
[SGN]https://i.imgur.com/i0oGJEK.gif[/SGN]

+2

5

что-то в его небрежности цепляет слишком резво и сильно, заставляя запинаться за мысли не так уж категорично, но все же. ави не то, чтобы очаровывается, но останавливается где-то между его вдохом и произнесенной фразой. останавливает излишнюю заинтересованность, не пытаясь ее скрыть, но выдвигая ультиматум собственной увлеченности всем новым. исключительно избегая распрей с совестью. то, как уолтер броско описывает йолу - заставляет замереть в неожиданном повороте выводов, и сразу же - откинуть этот самый поворот в дальний ящик. мало ли. не удивительно ли? что именно он, отдающий ароматом вовлеченности в преподавателя, решил заговорить именно с ней, связанной с йолой куда теснее ниток в свитере на коже кого-то там впереди сидящего. ави словно улавливает непостижимую связь, еще не образовавшуюся, но уже впивающуюся в запястье ее помыслов. близость уолтера будоражит не так сильно, как внезапным вихрем возникшая йола, смотрящая именно в сторону костнер. в их сторону. в сторону мальчишки? ави слишком резко поворачивается к нему с несдерживаемой вопросительностью, чтобы не рассчитав, кончиком носа провести по его губам - на секунду. потому что он был слишком близко. потому что она позволяет себе удивиться слишком явно. не понимает - узнала ли ее йола, или все внимание преподавателя вот этому кучерявому рядом. костнер совершенно точно что-то чувствует, но не способна проанализировать до конца - чьи реакции смешались магнитом внутри, меж ребер, задевая все, что не должно чувствовать - прямо в эту минуту? - авиталь, - бросает свое имя в пучине незавершенных выводов, не давая даже тени неловкости коснуться ее лица. прикосновение близости еще витает где-то в воздухе, но уже не так категорично, как точечная внимательность к происходящему; и если он не поймет, что она только что представилась - получится прекрасная уловка на незнакомые созвучные слога.
психология в университете?
- в каком из прошлых? - многозначительно (ехидства ради) вглядывается в его лицо на секунду, чтобы раскрыть тетрадь, чтобы начать конспект. чтобы вовлечься/увлечься. вызволяя смартфон, натыкаясь на уведомление от хью, саму себя заключить в оковы - между двух огней. огней, которые сама разожгла для себя сама. исключительно. ощущая острием ножа взгляд матери хью и саркастичную шутку сына йолы внутри экрана - одна семья, истерзанная до крови милями между штатов. один миг узнавания, чтобы не прекращать пытаться забыть. костнер ловит на себе взгляд мисс гайдвилл так часто, как если бы преподаватель вел лекцию, вызволяя своими глазами любого из аудитории. на секунду ей кажется, что у йолы прямо в зрачках - дьявольский смешок. на вторую секунду, что она уже говорит ави - мол, какая ирония, милая, кто бы мог подумать, что это ты? костнер сдувает прядь волос с напряженного лба, отвлекаясь на заметки на итальянском прямо посреди листа. ей на мгновение кажется, что она теряет реальность происходящего, но это всего-то умение йолы завлекать в свои сети. ави никогда не видела йолу гайдвилл в деле и сейчас, наконец, понимает, почему все лавры - ее; почему хью именно такой, какой есть. ави штормит; штормит от водоворота собственных ощущений, от воспоминаний о коротком и диком романе с хефнером, от вседозволенности со стороны его матери тогда и сейчас, от возможности быть уже узнанной, от шанса остаться тенью. словно все происходящее короткая зарисовка из несбыточного, зарисовка утоляющая ее жажду сродниться с калифорнией в первый же день - не выйдет, милая. и йола гайдвилл расскажет тебе почему. ави растворяется в речи гайдвилл с первых секунд, не позволяя себе сделать окончательные выводы: что важнее - преподавательство или одинаковая кровь с мальчиком, с которыми она уже попрощалась. с мальчиком, который сидит рядом и задает свои вопросы. с другим мальчиком. но притягивающим не слабее того, кто остался в нью-йорке. костнер фыркает на саму себя, отделяясь от тела мыслями, замечая со стороны как рука машинально с дьявольской скоростью строчит лекцию. на английском все, что произнесено йолой - на итальянском - все, что думает она сама.
эта игра изначально неравная, но задумана длительной. что уж теперь поделать.

костнер давится одиночеством в заполненной аудитории.
костнер точно ощущает чужое дыхание в сантиметрах между.

во время лекций лучше не отвлекаться, да, уолтер?
и она не позволяет себе отвлечься ни на секунду. ввязываясь в подобную партию, нужно рассчитывать на поражение в первом же тайме - ави умудряется выстоять. свыкаясь с остротой внимания гайдвилл, очерчивая защитный круг белым мелом, разрывая мысль о том, что вся острота не только для ее персоны. почти восхищаясь йолой, как восхищается собственной матерью, стоит увидеть в работе и задохнуться от важности каждого из моментов. запрещая себе проводить параллели - те самые, что были секунду назад. между сыном и матерью. между своими застарелыми чувствами и новыми ощущениями. во время лекций лучше не отвлекаться, но костнер позволяет себе уловить заинтересованность мальчишки рядом: заинтересованность происходящим, йолой, обстоятельным умением скрывать чрезмерные эмоции. позволяет себе посмотреть в его сторону столь недолго, словно поправляя страницу тетради. усмехнуться. ввернуться в психологию на повороте отчуждения собственного отвлечения. когда пара заканчивается, костнер уверена, что йола точно ее узнала. и что-то чувствует в этом узнавании - то ли к себе, то ли к тому, что уолтер все полтора часа своим локтем в миллиметрах от ее локтя существовал. словно гайдвилл тоже об этом знает, словно ей тоже это сиюминутно важно. ави удерживает себя от того, чтобы не задать вопросы- как другие слушатели. молча дорисовывает одну из затянутых букв, заканчивающих конспект. забирая смартфон с парты, набрасывая смс для хью, способное расшевелить его любопытство.
<влечение к твоей матери будет считаться остаточным синдромом нашего расставания?>
перепроверить за секунду, отправить.
эта игра изначально неравная, и никто не скажет, когда закончится.

- мои впечатления отлично сочетаются с ланчем, - блокируя телефон, закрывая тетрадь, отзвуком пережитых за эту лекцию чувств в интонации, - или хотя бы стаканчиком кофе, понятия не имею, где вы здесь его добываете, - у нее словно есть тяга увести уолтера за собой, учитывая, что это ему показывать дорогу. ловит себя на ощущении, что им нужно уйти вместе, инстинктивно пытаясь докопаться до истинных причин этой конечной цели. ни разу не бросив взгляда в его конспект, цепляется за его внимательные полуприкрытые глаза. слегка хитрые, максимально не.обольщающие, но предвкушающие словно. небрежно. все еще, - если у тебя, конечно, нет никаких дел
здесь

осекается собственной прямолинейностью - их знакомству всего пара часов, но есть предчувствие, что он словно на клеточном уровне уловить способен каждое из ее предположений - если она позволит; не догадываясь даже, как, возможно, близка к сути своих мимолетных ассоциаций - в треугольник, в чертов дремучий квадрат - гайдвиллхейфнеруолтеркостнер. единение так бессмысленно, когда первопричины разные. так важно, когда логика отступает перед дрожью меж позвонков. ави встает из-за парты, проходясь кончиками пальцев по обложке тетради, словно сглаживая углы, будто оправдывая свою медлительность излишним метафоричным восхищением обстоятельствами, - идешь?

[nick]avi costner[/nick][status]дотянись рукой - твоя' [/status][icon]https://i.imgur.com/kGBjOj6.gif[/icon][sign]https://i.imgur.com/O6kUBmc.gif
[/sign][lz1]АВИ КОСТНЕР, 24 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> студентка III курса калифорнийского университета;<br>[/lz1]

Отредактировано Hargy Boydleen (2022-10-03 02:38:37)

+1

6

взгляд сосредотачивается на профессоре. уолтер машинально оглаживает металл ручки пальцами левой руки и, с привычкой воспитанника частной школы для мальчиков, расправляет плечи, усаживаясь поудобнее. рядом укладывает локти на стол а в и т а л ь. имя необычное, но так удобно ложащееся на язык. уолтер повторяет его про себя, прижимая язык к зубам. улыбка не трогает губ, он выглядит увлечённым, чем угодно, но только не соседкой. на самом деле, поглядывает на неё, когда записывает в тетрадь основные моменты. ровные строчки, идеально выписанные буквы. уолтер пишет на британском английском, автоматически заменяя слова профессора на синонимичные. американский английский всё ещё кажется далёким и отчего-то варварским. как будто искажает привычную красоту языка. а в и т а л ь делает заметки на итальянском, и уолтер мысленно улыбается. переводит автоматически, на мгновение теряя нить рассуждения йолы. она смотрит на него. или сквозь него. или на его соседку. что-то однозначно происходит в треугольнике уолтер-йола-авиталь, но от него пока это ускользает. [ но не ускользает желание заправить выбившуюся прядь волос соседки за ухо, заодно убедившись, что они обычные, а не заострённые, как у эльфов ].

обрывает записи через пятнадцать минут от начала. задаёт интересующие вопросы, вовлекаясь в процесс обсуждения. и, если в моменты, когда говорит, немного рисуется, то это исключительно привычка, идущая прямиком из старшей школы. уолтер усиливает британский акцент и смотрит только на йолу. она же продолжает скользить взглядом по а в и т а л ь, даже когда отвечает на его вопрос максимально подробно. это интересно. уолтер облизывает губы и сужает глаза. выпускает из рук ручку, уже нагревшуюся от его тепла. где-то внутри тетради чересчур много портретов профессора гайдвилл, но откуда об этом знать его соседке, которая кажется такой поглощенной темой лекции, словно приняла его слова о неотвлечении весьма серьёзно. у неё на лице печать сосредоточенности: уолтер замечает это, когда оборачивается, чтобы пояснить свою точку зрения, используя в качестве примера эту же университетскую аудиторию.

по истечению девяноста минут лекции, захлопывает тетрадь. в ней скупо нацарапано едва ли пятнадцать строк. уолтер не любит вести конспекты. их всегда можно попросить у кого-нибудь из однокурсников или попросить повторить подзабытое саму йолу: плюсы бывших отношений. — в кафетерии, — отвечает, склоняя голову на бок. а в и т а л ь закончила и, видимо, хочет продолжить общение? уолтер растягивает губы в краткой улыбке, вставляет ручку в пружинку тетради и поднимается на ноги. когда он стоит, сходство ави с маленьким лесным эльфом усиливается: она прилично его ниже. вокруг них суетятся другие слушатели, стремясь поскорее покончить с лекцией. уолтер выходить из-за стола не спешит, только забрасывает бесполезную тетрадь в сумку и не оборачивается на профессора гайдвилл. у него нет никаких дел з д е с ь, все свои вопросы он может задать и позже. пожимает плечами, мнимое равнодушие. как будто ему всё равно, в какой конкретно точке пространства находиться. весь его облик — максимальная незаинтересованность. [ максимальная заинтересованность, тщательно запрятанная за шелестящую обертку ]. уолтеру привычно городить из себя то, чем не является на самом деле.

выходит следом за а в и т а л ь [ идеальны в сочетании сложных имён. у него — насквозь британское, отдающее уходящими вглубь корнями ]. — иду, — склоняет голову и, подавляя желание, не берёт её за руку, стремясь сплести пальцы с её. сумка на плече оттягивает тяжестью бытия. не останавливается у преподавательского стола, только едва заметно кивает и посылает только им с йолой понятный сигнал глазами. — нам в корпус а, — а они находятся в корпусе d. позволяет себе едва заметно коснуться плеча, показывая, где лучше свернуть. выводит ави на пустынную лестницу чёрного хода: так значительно сократят расстояние. это вовсе не причина остаться наедине. или причина?

ты сказала про университеты. где училась? — с любопытством осматривает её всю, пытаясь допытаться, что же прячется внутри. йола смотрела на неё, как не смотрят на новеньких студенток. в ней сквозило что-то ещё, но уолтер пока не может понять что. для подобных личных вопросов слишком рано. — на каком ты факультете? — забрасывает ещё одну удочку, знакомясь поближе, но всё же удерживаясь в университетских рамках. после всё же огорошивая неожиданностью вопроса: — какими ещё языками ты владеешь? — и поясняя: — заметки на итальянском. я заметил, — улыбается, пока в глазах плещутся искорки тепла и искреннего интереса. скорее всего, пересекутся на итальянском? где ещё?

выворачивает к кафетерию, затягивает за собой и ави, уверенно всё же сплетая свои пальцы с её. у неё прохладные руки, как будто она подмерзла. в жесте нет ничего характерно-интимного, так держат родители детей или друзья друзей. они не то и не другое, но уолтер не хочет, чтобы она потерялась в очереди. ставит её перед собой, играя в джентльмена. воспитание не так-то просто из себя вытравить, оно не исчезает, когда осознанно убираешь от имени римскую цифру II. — какой кофе ты пьёшь? — склоняется, задавая вопрос на самое ухо, наблюдая за тем, как по коже разбегаются мурашки. с ним может быть опасно, но а в и т а л ь не боится, ведь так? он видел и то, как она сама смотрела на профессора гайдвилл. уолтер наблюдательный, даже когда кажется увлечённым совсем другими вещами. как будто между делом добавляет, отодвигаясь от её уха на пару дюймов: ни к чему нагнетать обстановку, они ведь только что познакомились. между ними только пара соприкосновений локтями, полуторачасовая лекция и несколько слов в тесноте коридора. — здесь очень вкусные булочки с корицей, ты любишь корицу? — ещё чуть ближе, почти соприкасаясь рукавами. уолтер объясняет это обилием других студентов вокруг. он может воспользоваться своим пропуском ассистента кафедра психологии, но стоять в очереди ему нравится больше. у него какая-то уже своя игра, правил в которой не существует. не знает, что делает, не акцентирует на этом внимание.

у а в и т а л ь приходит сообщение на телефон, уолтер делает вид, что не замечает, и в действительно не смотрит на чужой экран. достаёт свой телефон, чтобы написать эсэмэску гайдвилл. <моя сегодняшняя соседка похожа на лесного эльфа, ты согласна?> небрежно сует смартфон обратно в карман, возвращаясь мыслями обратно к новой знакомой. очередь сокращается, пропихивая их вперёд. в груди зарождается пока ещё непонятное чувство. что-то отличное от простой заинтересованности и искреннего любопытства. на языке едва уловимой сладостью лежит так ни разу не произнесённое вслух имя. что-то в ави есть такое… уолтер не понимает, едва заметно хмурится, отчего между бровями пролегает складка. он кажется старше своих лет и не спешит раскрывать все свои секреты. если полистать британские газеты, то практически в каждом выпуске можно найти его фамилию. никто этого не делает, уолтер не выбивается из числа обычных студентов. а в и т а л ь выбивается. цепляет взгляд. у неё обычные уши: уолтер уже в этом убедился, но всё равно кажется лесным эльфом. или маленькой феей, уолтер не шутит по этому поводу, хотя на языке застревает “решила покинуть свой лесной народ?”. не хочет пока посвящать её в свои ассоциации, рождённые в первые же секунды того, как увидел. и им обоим лучше сосредоточиться на её впечатлениях от лекции, сочетающихся с ланчем.

[nick]Walter Abney-Hastings[/nick][status]...[/status][icon]https://i.imgur.com/1yMDDYf.gif[/icon][lz1]УОЛТЕР ОУЭН ФИЛИПП ЭБНИ-ГАСТИНГС II, 21 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> студент III курса Калифорнийского университета<br><b>???:</b> <a href="https://sacramentolife.ru/profile.php?id=6630">yola</a>[/lz1][sign]https://i.imgur.com/i0oGJEK.gif[/sign]

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » от грозы до грозы'


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно