Сегодня в Сакраменто 25°c
Sacramento
Нужны
Активисты
Игрок
Пост
Чувство невесомости во время полёта каждый раз заставляло...
Читать далее →
Дуэты

    SACRAMENTO

    Информация о пользователе

    Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


    Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » You live on the sun burning a kite


    You live on the sun burning a kite

    Сообщений 1 страница 7 из 7

    1

    ПАБ | 10.05.2022| ТЕМНЕЛО

    Murdoc Mayer and  Esther Blackwood
    https://64.media.tumblr.com/f7bcdbd3d79ff8ac71fd77d2728ce9f3/tumblr_inline_ni5hi4Fpwn1s0wd2z.gif https://64.media.tumblr.com/4509421ee0c352850732b62ca181688a/ca9212534e1c91d1-ad/s400x600/010b4886cc1d5306786d732cccf83bf513b65ffd.gif

    графику сменю, как найду подходящую.
    она вся такая милая девушка, что разбила лицо грубому ухажеру о мусорный бак или о чем мы с тобой Мёрдок договаривались? описание тоже отредачу со временем

    +2

    2

    В вечернее время в пабе всегда было шумно. Были редкие моменты, когда стояла гробовая тишина, но их на своём веку работы барменом Мёрдок мог посчитать по пальцам одной руки. Гомон голосов переливался с вещающим подвесным телевизором, шум не всегда был свидетельством о пьяной перепалке, просто народ приходил сюда довольно громкий и общительный. В основном то были обычные работяги, мужчины в полном рассвете сил и постарше, а то и вовсе дряхлые старики, в которых, отнюдь, порой оказывалось больше жизненной и физической силы, чем в широкоплечих бородатых дровосеках. Они частенько заглядывали в паб, их огненные бороды были своеобразным маяком, знаком, что нужно быть готовым ко всему, пусть вправление чужих мозгов и не входило в обязанности Мёрдока. Загруженные тяжёлой работой, полные тестостерона и не знающие меры в выпивке, они стояли почти на самой верхушке главных зачинщиков драк, уступая лишь имеющим горячий норов ирландцам да тем, кто любил лишь языком молоть, за что и был больше зачинщиком. Подобного Майер старался избегать, однако держать всех из «зоны риска» на прицеле внимательных карих глаз не было возможности, так как, стоит повторить, в его обязанности это не входило.

    Мёрдок специализировался на алкоголе, знал точные дозировки и рецепты различных коктейлей, которые только могут захотеть «брутальные мужики», не было в арсенале заведения ни пина колады, ни какого-нибудь секса на пляже. Зато белый русский юноша подавал почти так же часто, как банальные виски да коньяк. Несмотря на всю свою нелюбовь к алкоголю, он довольно быстро приноровился к работе с ним и стал любимчиком у некоторых завсегдатаев. Многие любят, когда бармен готов поддержать разговор. Мёрдок был готов не только к этому, но и помочь добраться до выхода самым пьяным, оставшимся до закрытия, мог посадить в такси, а также помочь заблудшей в это псарню барышне отделаться от нападок чужих похотливых рук.

    Её Майер заметил сразу. Таких людей не забывают через мгновение после знакомства. След их влияния и характера, своеобразной харизмы остаётся надолго, подобно устойчивому шлейфу духов, что повисает в воздухе после того, как мимо прошла ароматная фигурка девушки. Австралиец знал Эстер лишь номинально, однако не мог забыть, так как периодически пересекался с ней в здании университета. И ладно, если бы всё заканчивалось взаимными кивками, обменом приветствиями, нет, бывали и те случаи, когда завязывался разговор, и тогда Мёрдок начинал своим внимательным взором замечать в ней нечто, скрытое под выставленной на показ картинкой маленькой стервы. То ли желание быть со всеми вежливым и добрым слепило его, то ли в этой девушке действительно что-то пряталось, пока для юноши было тайной за семью печатями. Не было у него времени на то, чтобы разгадывать скрытые в чужих глазах загадки, он и так едва мог выкроить свободную минутку и потратить её на себя любимого. Каждому нужен отдых. Мёрдок в большинстве случаев понимал это довольно поздно, когда приходила родная апатия и заключала его в свои объятия.

    Гомон не утихал, казалось, что он стал лишь громче, стоило только юному бармену отвлечься на объект, явно выбивавшийся из общей картины заведения. Его можно было потрогать, мнилось, что только вытяни руку, как пальцы коснутся вибрирующего воздуха, сожми кулак, и они его схватят, разделят на нити, чтобы вновь сплести из них мелодии различных голосов, выделить их из общего шума, разложить по полочкам. Пиво вспенилось в пивном бокале, капелька прохладной испарины скатилась по его запотевшей от холода стенке, подобно излюбленному рекламному трюку. Натренированная рука быстро выставила заказ перед ожидавшим прокуренным стариком, а взгляд всё не выпускал из своих оков девушку, чья тёмная макушка то терялась, то вновь всплывала в море веселящихся мужчин. А в голове на повторе крутилась брошенная как-то отцом фраза.

    Женщина на корабле — к большой беде.

    +2

    3

    Она пришла в паб, чтобы отвлечься от приевшегося быта. Она в последнее время не могла смотреть на счастливые парочки, на держащиеся за руки влюбленных. Её бесили друзья, ее бесили все, кто пытался выспросить как у нее дела. Это не просто период такой, это мать его часть ее жизни!
    Ее парень уехал в другую страну, оставил ворох воспоминаний и разбитое сердце... У Эстер есть сердце? Глупости.
    Она холодная королева, что привыкла слышать хруст бьющихся чужих надежд у себя под ногами. Она на завтрак съедает слезы своих врагов. Она устала. Ей нужно выдохнуть, перевести дыхание.
    Сменить обстановку.
    Уехать в другой штат, принять лсд, переспать с незнакомцем. Сделать что-то, что делают все в её возрасте.
    Не то чтобы она была правильной девочкой и не творила всякой дичи до этого... Она года два как испытывает себя на слабо. Каждый последующий ее поступок трешовей предыдущего. Она соревнуется сама с собой.
    В пабе было полно взрослых мужиков, впечатление, что они давно не трахали хорошую бабу. Эстер пропускала все сомнительные комплименты, проходя в сторону барной стойки. Лиз умела строить из себя суку, к которой не так просто подкатить. Она всё-таки из клуба людей с завышенной самооценкой. Она будь мужиком была бы лучшим кобелем. Эстер заказала пиво...
    Она не была фанаткой алкоголя, а вот поболеть с баночкой пива за футбольную команду, скачки и прочее она могла. Мало кто знал, как она в последние несколько месяцев отдыхает.
    Всем же хочется отвести ее к психологу, показать что мозгоправ вправит ей мозг. Больше всего терпеть не могла, когда знакомые считают своим долгом предложить ей того или иного сладкого мальчика на вечер. Почему сладкого? Ну вот поэтому, что у каждого свой вкус.  Она быть может любит поострее, а может быть ее тянет на черных или кореевцев. м? И че только на вечер, может она хочет навсегда.
    Эстер не любит сводничества, она это с детства осуждала.
    Один из посетителей паба был пьян настолько, что у него полностью снесло совесть и тактичность. Он позвал своего друга и они уже оба предлагали, не намекали, пойти за паб потрахаться. Девушка согласилась, что двое не сразу врубились куда идти. Если выбирать где, то на заднем дворе места побольше для двух парней и девушки.
    На заднем дворе Эстер уже не выглядела милой девушкой, согласной на секс. Она толкнула одного в стену, второго головой приложила о мусорный бак, удерживая его с такой силой, что он заорал.  Эстер не остановилась на этом и отпустив одного с разбегу ухватила ногами за шею и сделав вертолет уронила мужика мордой в пол. После такого он не сразу встанет. Расправиться с ними не составило труда, даже повеселилась.
    Эстер из-за повышенного спроса на ее тела научилась отбиваться. Она ни разу не плакала из-за того, что привлекает мужчин, что они грубо себя ведут. Она сама способна вести себя грубо. Она способна причинить боль, что собственно она только что и сделала. Парни лежали на полу, не в состоянии пошевелиться. Она стояла над ними рассматривая небо и выступающие звезды... Погода была отличной. Убедившись, что они в состоянии убраться от сюда сами пошла обратно в паб. Все трое прекрасно понимали, что никто ни на кого заявлять не будет. Во-первых, это стыдно, что двух крупных мужиков отпиздила одна хрупкая девочка, во-вторых, стыдно захотеть доебаться до беззащитной девочки, предлагая ей всякие развратные и достаточно грубые штуки, а после позвать настойчиво выйти с ними поебаться. Они еще легко отделались.
    В пабе Эстер заказала еще одну кружку пива, потому что у первой вся пена осела.
    - Привет, напомни, как тебя зовут, — обратилась она к Мердоку. - видела, как собирался помочь. Спасибо.

    +2

    4

    И вот она здесь. На мгновение Мёрдок ловит её взгляд, следит на за движением губ и сквозь колышущееся на ветру полотно шума извлекает образ сказанного, подобный очертанию женской фигуры на той стороне. Пара отточенных движений — некоторые напитки Мёрдок уже мог наливать с закрытыми глазами, — и запотевший холодный бокал касается нежной кожи девичьей ладони. Юноша уже видит, как на неё смотрят. Жадно, как изголодавшиеся волки на изящную лань. Только вот никто даже и не почешется задуматься о том, что и у этой милой добычи могут быть острые, подобно бритве, зубы. Она была акулой, и Майер почему-то это отлично знал. Не спешил ничего с этим делать. В любом случае, её тёмные стороны ни разу ещё его не касались, Мёрдок лишь предполагал о существовании некоторых черт характера Эстер да был свидетелем остальных. И не стоит забывать, что у него тоже есть уши, а у некоторых людей очень длинные языки, что порой мешает просто игнорировать их слова, они сами отпечатываются в подкорке, как бы ни хотелось избежать этого.

    Сама девушка, казалось, ничего не замечала. Оставалось лишь гадать, зачем она появилась на пороге этого заведения. Почему осталась, обнаружив здесь одних лишь представителей мужского пола. Женщины были для Мёрдока загадкой в том или ином своём проявлении. Юноша порой не понимал почвы некоторых их поступков, как и не понимал того, почему порой их «нет» может означать «да». Однако желание одинокой девушки, ступившей на порог паба, убраться отсюда поскорее, стоит только множеству глаз жадно на неё уставиться, было вполне объяснимо для Майера. Да, встречались на его памяти и подобные Эстер. Некоторые из них были из слишком плотного и крепкого теста, чтобы бояться подвыпивших работяг, некоторые просто и мечтали о том, чтобы подцепить кого-нибудь из них, окутать своими чарами и, возможно, наградить букетом венерических заболеваний. Частенько всё было видно по их глазам, однако Мёрдока чьи-то проблемы в пределах паба и территории его двора волновали тогда, когда входили в свой оборот.

    Юноша отточенным движением смахнул купюру с деревянной поверхности барной стойки и отправил её в отсек кассового аппарата. Устройство радостно щёлкнуло, закрываясь под незначительным давлением его руки. Старик отставил опустошённый пивной бокал в сторону, хрипло попросил повторить, что бармен тут же сделал. Волосы на затылке ещё с того самого момента, как взгляд его наткнулся на хрупкую на первый взгляд фигурку, не переставали нервно шевелиться. Всем своим телом, подобно старику с ноющими на погоду суставами, он ощущал наступающую на пятки беду, будто сам был непосредственной её целью. И так было в большинстве случаев.

    Вышибала и по совместительству блюститель местного порядка был здесь никудышный. Как бы Майер не пытался проникнуться к нему хоть какой-то банальной приятельской симпатией коллеги к коллеге, у него никак не выходило. Потому что он был одним из тех, за кем неустанно следили карие глаза юного бармена. Такой же конфликтный, когда не надо, и совершенно безучастный, когда беды начинаются с его закадычных дружков. Именно в такие моменты приходилось вмешиваться Мёрдоку или кому-то ещё из персонала. Порой на помощь приходил Чак, работавший вместе с ним в баре. Они заменяли друг друга при необходимости и погружались в небольшую беседу, когда посетителей было довольно мало.

    — Чак, подмени ненадолго, — Мёрдок положил руку на плечо товарища, вырывая его внимание из цепких рук общего гомона. Парень обратил на него свои чуткие серые глаза и сразу всё понял. Возможно, он тоже сумел услышать лестное грязное предложение, брошенное единственному представителю прекрасного пола в этом пропахшем алкоголем, потом и сигаретным дымом заведении. Они вместе видели, как три фигуры удаляются из заведения, пропускаемые закрывшим на всё глаза охранником. Чак участливо кивнул, готовый в любой момент прийти на помощь по одному только зову.

    Мёрдок прекрасно знал, чем обычно заканчивается выход нескольких посетителей на задний двор паба. Чаще обходились одними синяками, в большинстве случаев приходилось разнимать, однако лишь пару раз за всё время его работы здесь случались попытки изнасилования. И лишь раз они с Чаком не успели. Тогда вокруг паба было много шума, который слишком быстро рассосался. К их общему негодованию, однако достопочтенный охранник, вновь пропустивший неприятность, так и остался на своём посту.

    Всё произошло слишком быстро: неясные очертания людей, вырванные из объятий тьмы жёлтым светом тусклого фонаря, мимолётные движения, приглушённые стоны и полный боли крик. Протяжный, словно кто-то вспорол ножом брюхо свиньи, не догадавшись сначала перерезать ей горло, чтобы долго не мучалась. Мёрдок не сразу понял, в чью пользу выставлены баллы, однако под насмешливым миганием фонаря две мужские фигуры корчились и приглушённо скулили на влажной от прошедшего дождя и испражнений самых нетерпеливых земле. Девушка промелькнула перед ним иллюзорной тенью, заставив лишь испустить тяжёлый вздох, зная, что снова придётся разбираться с чьими-то проблемами. Однако вряд ли кто-то теперь будет жаловаться, главное, чтобы не пришлось вызывать скорую. Заметив шевеление, юноша заметно напрягся, готовый скрутить хотя бы одного из обоснованно пострадавших. Два тела поднялись почти синхронно, покачиваясь, они перебросились испуганными взглядами и побрели прочь. В голове промелькнула мысль, что эти двое, вероятно, не заплатили за выпивку, однако Майер отбросил её, возвращённый к более важным делам.

    Вернувшись к бару, юноша застал там виновницу торжества. Победный огонёк в глазах и нечто, похожее на узнавание. Она тоже его помнит.

    — Мёрдок, — наблюдая за тем, как Чак отдаёт девушке заказанный напиток, ответил Майер, приятель одним взглядом оценил ситуацию и поспешил вернуться к своим делам, оставив их почти наедине. — Не за что. Я, конечно, не одобряю того, что ты сделала, однако я не твой отец или ещё кто, чтобы говорить о чём-то подобном. Главное, что никто особо не пострадал. Особенно заглянувшая в псарню блудная овечка.

    Или волк в её шкуре, — однако эта мысль озвучена не была.

    +2

    5

    - Приятно познакомиться, Мёрдок, - сказала она делая глоток пива, слизав пену с губ. - Не одобряешь что? - она улыбнулась подобно лисе. Не отец или еще кто. - А кто ты мне?
    Последние два года Лиз не занималась боевыми искусствами в местах, где тренирует её мать. Мама прекрасный тренер: жесткий, результативный. Такого стержня она больше ни в одной женщине не встречала. Она восхищалась матерью и вместе с тем не хотела быть её копией. Она из тех, кто предпочитает зажечь свою звезду, чем греться в лучах родительских.
    Лиз тренируется с парнями. Ее спарринг партнеры мужики. Они сильнее, они намного сильнее, но Лиз быстрее. Скорость и ловкость играет не последнюю роль. Спустя два года она задумалась над тем, что еще не готова поставить точку в спорте. Она не хочет снова попасть под власть матери, что означает строгий контроль, никакой личной жизни. Она хочет быть свободной, доказать себе, что может сама себя продвигать. Сейчас Эстер рассматривает реслинг, всего восемь месяцев в подготовительном центре и она сможет пробоваться в основной ростер на красный бренд. Или может пойти на подпольные бои? Лиз не любила насилие, она рассматривала его как средство к защите, но если это будет приносить деньги, зваться работой, тогда к черту.
    Лиз со средней школы участвовала в сотне соревнованиях, где побеждала, где побеждали ее. Всегда проигрывая она сильно расстраивалась. Лиз тяжело дается поражение. Она готова вкалывать до седьмого пота, но чтобы потом никто не мог поднять руку вверх.
    После отъезда парня она чувствует, что хочет крушить, крушить как Халк. Крушить всё вокруг: подаренные им фоторамки и прочие безделушки, готова разорвать связь с некоторыми общими знакомыми, чтобы они не ретвитили любое упоминание о нём. Она рада, безусловно рада тому, что у него светлое будущее, перспективы и тд. Только что делать с эмоциями и пустотой, поселившейся внутри? Что делать, когда нельзя терять лицо? Кто поймет, что такое расстояние длиной в страны?
    Она должна оставаться хорошим другом, готовым поддержать. Она и есть хороший друг для тех кого таковыми считает. Для других она заносчивая, самовлюбленная, балованная, помешанная на спорте сучка. Для других - это тех, кто боится ей даже в глаза взглянуть, с кем она не здоровается в студенческих коридорах. С каких пор необходимо здороваться с каждым? В универе полно людей, она даже не всех своих одногруппников по именам помнит. Всё потому что она не сильно вникает в учебные будни. Сдает экзамены с большой натяжкой, некоторые преподы конечно становятся в пользу, пытаясь проучить наглую девчонку. Но и с такими можно договориться. Еще не попался тот препод, что не сдался и не дал отмашку, чтобы Лиз продолжила учиться.
    Только зачем такая учеба? Кем она станет после окончания университета? Бросит диплом на родительский стол и что? Она остро задумалась над тем, чтобы прекратить это безобразие. Только кто она? Она всю свою жизнь занималась спортом, ее родители в спорте. Чем она может заняться, не возвращаясь в спорт?
    Бои - это как средство к заработку, чем окончательная остановка в ее мечтах.
    Она не хочет еще год зависеть от настроения матери в карманных расходах. Она планирует самостоятельно зарабатывать.
    - Вам тут официантки не нужны или бармен? - она смотрит на парня, - орешки есть?- она ставит кружку с пивом на барную стойку, наблюдая как пузырьки на пене лопаются и пена оседает. Пиво ей интересно ровно до тех пор, пока есть пена... Она не пришла напиться, алкоголь - это последнее, что ее интересует. Лиз плохо переносит крепкие напитки, пьянеет почти мгновенно, а от пива ее не берет. Она попросила Чака сделать погромче телевизор, по которому показывают футбол. Она могла бы вступить в какой-нибудь фан клуб и яростно болеть за какую команду. Только футбол ей тоже интересен по сколько-по стольку. Баскетбол куда интереснее, а хоккей это ее стихия. На экран телека она не смотрела, слушала на фоне.
    Почему ей хочется Мёрдоку задавать вопросы? Узнать его что-ли поближе.
    Он тихий, наблюдательный. Она бы с ума сошла, ожидая когда он сделает первый шаг. Все же Лиз любит, когда инициатива исходит от мужчины. оооооооооо. Кажется она всё-таки малость опьянела. Следовало пообедать. К слову Лиз была голодна, но не хотела топать домой, не хотела, чтобы ее видели грустной или слегка пьяной. Лучше дождаться, когда магия хмельного рассеется.

    +2

    6

    Мёрдок кивнул. Да, они заводили беседы, сталкиваясь в коридорах университета, да, пару раз довелось сидеть за одним столом в столовой, Майер единожды помогал ей подготовиться к зачёту по какому-то предмету, он и сам не помнил, по какому именно. Зато он помнил имя этой девчонки, её открытый взгляд, бросающий вызов всему миру и громко говорящий: «вот она я». То, что Эстер не запомнила его имя, не имело значения. То были лишь издержки тихого образа жизни, несмотря на то, что даже у такого спокойного и не особо общительного человека, как Мёрдок, был свой круг друзей и приятелей. Значение имело лишь то, что когда-то юноша ей помог, возможно, когда-нибудь она сможет или захочет помочь ему. Однако что-то в ней его настораживало, рядом с ней Мёрдок чувствовал себя диким зверем, вышедшим к людям и теперь размышлявшим над тем, принюхаться ли ему к протянутой руке или же впиться в неё острым рядом зубов. — Того, как ты выбралась из положения, — многозначительно промолчал, выдерживая игру взглядов, — однако у каждого свои методы. Раз ты их не сильно покалечила, а они не подняли из-за этого шум, то и порицать тебя за это не стоит. Каждому досталось по заслугам, я считаю, — из-за спортивно сложенной фигурки девушки вынырнул, словно чёрт из табакерки, изрядно подвыпивший мужчина, в бороде которого можно было спрятать выводок галчат, и сделал очередной заказ. Майеру пришлось прервать зрительный контакт, чтобы смешать белый русский и отпустить его пошатывающемуся клиенту. — Без понятия, — пожал плечами так, как делал всегда, когда чёткий ответ никак не хотел приходить на ум, — приятелями или друзьями нас не назовёшь, ты и имени-то моего не помнишь, поэтому будем знакомы.

    Улыбка сверкнула на его лице закатными лучами солнца, улыбался Мёрдок только так, за редким исключением, когда выдавались тяжёлые дни или настроение было слишком уж язвительное и недоброжелательное по отношению ко всем и вся. Задумываться над отношениями он не хотел, не было никакого желания погружаться глубоко в себя, чтобы вытянуть оттуда истинные чувства, которые Майер мог испытывать по отношению к Эстер. Да и не было там ничего такого, что могло вызвать всплеск негодования или игривые искорки в её глазах. Она просто была симпатичной девушкой, стервозной, однако за этой колючей её стороной Мёрдок чётко видел истинный силуэт, то самое мягкое нутро, которое Эстер от всех прятала. Да и чёрт бы с ней, разве нет? Однако карие глаза продолжали смотреть на неё так, словно он безуспешно пытался найти в ней то, за что можно было бы зацепиться, и не прерывал поисков, раз за разом натыкаясь лишь на лисье очарование.

    Будто она не видит в своих действиях чего-то неправильного. Насилие может быть выходом только тогда, когда больше нет ничего иного, когда невозможно остаться в целости и сохранности без применения физической силы. Когда Мёрдоку нужно было прервать назревавший или уже начавшийся конфликт, он старался провести это как можно дипломатично, без лишних жертв и лишнего рукоприкладства. Однако жизнь с порой слетавшего в пьяном бреду с катушек отцом, буйным подстрекателем братом и, собственно, работа в этом пабе, научили его многому. И в этот список входило не только смешивание различных напитков и умение разобрать любой пьяный бред.

    — Орешки? Есть, — отвечает на второй вопрос, пока думает над первым, прочно въевшимся в воздух, пусть и задан был в той манере, которая намекает на желание лишь поддержать завязавшийся разговор. Чак встрепенулся после обращения к нему, распушился, будто первый на хозяйстве петух, словно впервые оказался в курятнике. Словно к ним сто лет не заходили девушки. — Должность официантки есть, и она свободна. Прошлая девчонка, что тут работала, со скандалом уволилась ещё неделю назад, — зачем он всё это рассказывает? — Новую пока не наняли. Девушек, желающих работать в этой псарне, днём с огнём не сыщешь. Но ты можешь попробовать, если только не будешь при любом удобном случае ломать столы головами посетителей, — где-то сбоку послышался хрипящий гиений смех Чака, сумевшего выловить часть разговора из шума общей суеты.

    Время на часах было позднее. Паб работал в своём обычном режиме, поэтому наплыв клиентов в подобный час был сродни час-пику в метро. Толпа гудела, звенела стаканами и пивными бокалами. Кто-то кричал, подбадривая поддерживаемую команду, кто-то слишком уж громко негодовал. То тут, то там велись громкие беседы, некоторые разбились по углам или расположились за полускрытыми тенью столиками, там разговоры были едва уловимы и больше похожи на священное таинство. До конца смены Мёрдока оставалось несколько часов, однако он пока не чувствовал усталости, что настигала его в основном только тогда, когда юноша появлялся на пороге своей квартиры с полным продуктов бумажным пакетом. Потом эта усталость ненадолго сходила на нет, стоило только снова выйти на улицу, чтобы немного пройтись по району со стариной Джо. Во владение им она полноправно вступала лишь после повторного возвращения домой, горячего душа и доброго ужина. Обнимала Мёрдока за плечи, прижималась к нему со спины, подобно верной и ласковой любовнице, и он засыпал в её объятиях под сопение и прерывистый храп старого пса.

    Шум нарастал, почти достигнув своего апогея. Голоса пытались перекричать вещающего из подвешенного над баром небольшого плазменного телевизора. Хриплый голос Чака монотонно что-то доказывал увлёкшего его беседой мужчине. Мёрдок высыпал небольшую пачку солёного арахиса в керамическую пиалу и поставил её на стойку перед девушкой.

    — Если голодна, у нас в ассортименте есть несколько видов сэндвичей и копчёные колбаски, — уловив то мгновение, когда глаза Эстер тронула пелена охватившего хмеля, проговорил юноша, мельком вновь подумав о том, сколько ещё тайн в ней скрывается и стоит ли ему вообще пытаться рассортировать чертей в этом омуте.

    +2

    7

    Серьезный мальчик, тихий. Эстер нос к носу с Мердоком наверное впервые за все время их знакомства. Она бы определенно запомнила, если бы они еще пересекались, кроме как студенческих коридоров. Она не отличалась феноменальной памятью, но память у неё была хорошей. Она помнила, как Сэм во втором классе запер ее в школьном шкафчике, как ему за это н и ч е г о не было. Помнила, но ничего не сделала. Она просто перешагнула эту страницу своей истории, также как перешагивала через все черные пятна в своей жизни. Она предпочитала улыбаться, держа высоко голову, чем реветь и жаться чей-то жилетке. Мама была против, против того, чтобы показывала свои истинные чувства на улице, на людях. Это могут увидеть камеры, это может просочиться в прессу. Её жизнь всегда была под контролем: сначала матери, затем тренера, а после папарацции. Это за последние два года все ее оставили в покое. Забытая звезда дзюдо, медалистка, чемпионка. Ее растили побеждать, но ее не учили проигрывать. Эстер так молода, но опытна. Она могла бы сыграть тридцатилетнюю со всем, что навалилось на нее в столь юном возрасте.
    Блэквуд не представляет себя старше двадцати пяти, она не видит, какой будет в будущем. Последнее эссе в школе она завалила, когда следовало написать кем видишь себя через пять лет.
    Кем она будет через пять лет?
    Бросит универ, уедет путешествовать по миру. Где она еще не была? Казалось, девушка успела облетать все страны, где ей хотелось побывать, но нигде кроме Сакраменто она не хотела бы жить. Ей подходит все здесь: начиная климата, заканчивая людей, обитающих здесь. Пусть люди это не главная составляющая, но она из тех, кто должен вести за собой кого-то. В ее характере врываться в чей-то мирок, захватывать его и подчинять своей воле. Она захватчик, налетчица, угонщица. Она привыкла обладать кем-то, решать за кого-то. Она не лишает воли намеренно, скорее это ее способность очаровывать и подчинять. Она как тот маленький принц, что заботится о своей планете и тех кого приручила. Ее друзья приручены ею. Они обожают ее, они слушают ее, как офицеры своего командира. Она окружила себя спортсменами и киберспортсменом. Если однажды она захочет захватить мир - она это сделает. В этой маленькой женщине живут столько амбиций, власти, столько талантов, но самое важное, что в ней несломленный дух и сила. Эстер очень сильная девушка. Ее сломать, кажется, совершенно невозможно. Ее ничего не печалит дольше минуты, она способна переключиться из неприятных новостей, обсуждая и решая другие вопросы. Она способная девочка. Возможно это ненормально, но она столько лет выстраивала себя. Столько лет кирпич по кирпичу делала из себя машину, бесчувственную, что будет жить только для себя. Да, план удался не в совершенстве. Она не лишена чувств, и участвует в жизни своих близких, помогая им. Она отзывчивый человек, способна решить любые трудности, взвалившиеся на плечи ее родных. Она если нужно тучи разведет руками.
    - Может и попробую, — она достала орешки и закинула парочку в рот. За все свои двадцать лет ей не приходилось работать ни дня. Спорт не считается - это была ее жизнь, это было всем для ее семьи. Спорт приносил и приносит хорошие деньги, благодаря тому, что семья знает механизмы приумножения доходов и выгодного вложения человеческого труда в шестеренку государства.
    Эстер никогда ни в чем себе не отказывала, не сказать, что ей приходило все на блюдечке, нет. Она впахивала на матах, да так, что приходилось с трещинами в ребрах заниматься. У нее были сломаны пальцы, кровоподтеки на теле напоминали части материков, а мышца были так забиты, что она не могла ходить, не могла спать ночами. Сидела на обезболивающих, но и они долго не помогали, а потом и вовсе стали запретными. Эстер если что и знает о боли, так это в с ё.
    Она не была той машиной, что будет разбивать головы мужикам, что будет убивать. Она несмотря на всё то зло, что причинили ей мужчины была хорошо к ним настроена. Самое главное она не боялась мужчин. Она вообще ничего не боится, разве что порой. Бояться - это нормально, это сигнальная система организма оповещающая об опасности. Благодаря страху наши предки делали ноги от динозавров.
    Эстер нравятся компьютерные игры с зомбаками, фильмы с зомбаками, она одно время играла на ролевой по апокалипсису, пока ее партнер не превратился в зомби и не перешел на другую сторону барикад.. Играть с ними одно дело, стать одним из них - это слишком. Из Эстер прекрасный охотник. В ролевых по существам она всегда берет роли охотников или людей, но однажды играла вампира, но там тоже история окончилась не очень. Наверное все игры Эстер на ролевых с несчастливым концом и только на проектах по реальности она играет почти саму себя. - Обещать ничего не буду, так к кому обратиться на собеседование?
    С такой девчонкой нестрашно выходить в смену. Она не бросает своих, она способна цивилизованно говорить. Кулаки это последнее, но достаточное весомое. Не сказать, что с теми двумя можно было по другом договориться, нельзя. Они были слишком пьяны и настойчивы. Кругом не было кто смог бы вовремя заступиться. Да что сейчас об этом говорить? Она сама способна решать свои проблемы. Сама. Сама. Кругом сама. Ей пока не надоело быть самостоятельной. Она всего пару лет отвечает за свои поступки не включая в свои дела агента, директора, тренера и еще человек пять, что всегда в команде.
    Странно, но с бойцами, с которыми она ездила на соревнования она почти не поддерживает связь вне зала. А вот с хоккейной команды, что росла на льду каждый день на связи. Позвони она им, от этого паба не осталось бы живого места. Они бы оживили это место. Хорошо, когда есть тыл.
    - Сэндвич был бы в тему, — говорит Эстер и ставит пустую кружку пива на стол. - Твоя смена когда заканчивается? Может проводишь до ... да просто проводишь? - она захотела узнать Мердока поближе. Что он за человек. К тому же она благодарна, что не вызвал копов, ни к чему им было приезжать.

    +2


    Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » You live on the sun burning a kite


    Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно