Зак не может найти ни одного аргумента против неопровержимого факта: его прошибает от одной близости Аарона Мёрфи.
Факт: его кроет, когда чужие руки оказываются по бокам от него, чужие плечи - выше него.
Когда поднимает взгляд и смотрит на чужие губы так близко снизу вверх - тоже.
Аарон еще не сделал ни-че-го, Зак уже готов на в с ё... читать далее
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 16°C
• джек

[telegram: cavalcanti_sun]
• аарон

[telegram: wtf_deer]
• билли

[telegram: kellzyaba]
• мэри

[лс]
• уле

[telegram: silt_strider]
• амелия

[telegram: potos_flavus]
• джейден

[лс]
• дарси

[telegram: semilunaris]
• ронда

[telegram: mashizinga]
• даст

[telegram: auiuiui]
• цезарь

[telegram: blyacat]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » - happy birthday, mr. president


- happy birthday, mr. president

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

https://i.imgur.com/2ZyGDXJ.png
mary & mj
august `22

Отредактировано MJ Cunningham (2022-06-23 14:52:10)

+2

2

С ума сошёл...
Сижу и пялюсь в экран монитора, на котором ровные календарные строчки оповещают меня о рабочем расписании Эмджея - чтобы я была в курсе, когда можно явиться к нему на работу полностью голой под пальто, а когда он всё же немного занят и не готов к моим подобным выходкам.
Вот например пятнадцатого августа две тысячи двадцать второго года Эмджей занят.
Занят в день своего рождения!
Щурю глаза, чтобы получше рассмотреть название события [хотя, конечно, и так хорошо видно] - в надежде, что мне показалось, но черные символы на белом экране - неумолимы.
15 августа 2022 года в эскорт-агентстве "Platinum" состоится благотворительная Golden party. Можно сделать доброе дело, а потом, как говорится, и погулять смело - желательно ещё в компании полуголых красоток, в чём за Платинумом не заржавеет.
Вздыхаю и откидываюсь на спинку стула. Прикрываю глаза в попытке успокоиться.
Что это значит для меня? Что Эмджей будет занят не только в день своего рождения, а ещё и всю неделю до и несколько дней после.
Накрылась медным тазом наша поездка. Надо отменять бронь.
Собственно это и делаю в первую очередь, и лишь потом, слегка успокоившись рутинными делами, наконец-то набираю благоверному довольно сдержанное сообщение.
"Почему пятнадцатого?"
"Дома поговорим."
Дома всё оказывается довольно прозаично: что-то о крупном инвесторе, лишь на два дня собирающемся в Сакраменто, и обещании отпраздновать на следующих же выходных. Пожимаю плечами - против таких аргументов я бессильна. Остается только принять и миролюбиво согласиться отложить празднование до лучших времен.
Никаких проблем.
Но это так думает Маркус, что всё улажено и "никаких проблем", я же всю предшествующую его дню рождения неделю думаю, как же всё таки исправить ситуацию и не оставить мужчину без подарка. На помощь мне приходит Кей Имоджен, управляющая агентством, чей номер у меня сохранился с незапамятных времен.
Она мою идею воспринимает без должного энтузиазма, потому что в её план подготовки к мероприятию не входят мои выдумки, но оставить любимого босса без подарка, да и отказать его любимой спутнице рука всё же не поднимается - поэтому мне чинно выделяют час в общем зале, а потом по надобности безлимит в кабинете у начальника, "но это уже с ним договаривайся".
В "Platinum" четырнадцатого августа я приезжаю где-то около одиннадцати вечера. В окнах кабинета Маркуса - приглушенный свет.
"Буду поздно, ложись" - ещё раз бросаю взгляд на оставленное без ответа сообщение мужчины, которое получила в такси по дороге сюда, и ухмыляюсь, после чего набираю Кей - она должна помочь мне пробраться внутрь незамеченной.
Затем ещё несколько минут мне надо, чтобы рассчитаться с водителем, выскользнуть из автомобиля и проследовать за блондинкой на задний двор здания.
Про себя отмечаю, что Эмджею, очевидно, нравятся красивые блондинки.
Потом несколько длинных неосвещенных коридоров, закулисья с бархатными шторами серебристого цвета и наконец-то дверь личной гримерки. По словам Кей ни в одну зону видимости камер наблюдения мы не попали, так что за сохранность сюрприза я могу не беспокоиться.
- Понимаю, почему Маркус так хорошо о тебе отзывается. Спасибо, - киваю, в ответ на что получаю вежливую улыбку, после чего девушка удаляется, и наконец-то я остаюсь наедине.
На подготовку у меня есть ещё минут сорок.
Так что я полностью раздеваюсь, а затем медленно натягиваю на длинные ноги колготки в крупную сеточку, думая о том, что их можно будет и не снимать, поверх - черное атласное боди, элегантно подчеркивающее каждый изгиб тела, на руках - высокие перчатки выше локтя, волосы собираю в пучок, надеваю кожаную маску с заячьим ушками, крашу губы красной помадой, чтобы получить возможность оставлять следы на теле Маркуса, где только вздумается, и напоследок обуваюсь в ужасно неудобные, но охуенно сексуальные босоножки на бесконечной шпильке с тонкими золотыми цепочками вокруг лодыжек.
На часах - 23:55.
На мне - весь этот соблазнительный прикид и капелька любимых духов Эмджея.
"Я готова" - пишу Кей, а сама места себе не нахожу - чем ближе становится к заветному часу.
Слышу, что в зале включается музыка.
Сердце начинает выпрыгивать из груди.
На часах - 23:59.
У Маркуса на телефоне входящее сообщение от управляющей со срочным требованием спуститься в главный зал. Сама управляющая сидит в своём кабинете, закинув ноги на стол, и попивает подаренное ей дорогое красное аргентинское вино.
"Вкусно" - думает управляющая. "Минут через десять в главном зале уже никого не будет" - ухмыляется.
Но сейчас огромные настенные часы в главном зале делают лишь только первый круг пятнадцатого августа две тысячи двадцать второго года - и впереди ещё достаточно времени.
В этот момент я уже стою за бархатными серебристыми шторами - пока первые ноты знакомой песни наполняют помещение, разливаясь откровением где-то в самых глубинах сознания.
Немного волнуюсь, но тянуть дальше некуда. Именинник, надеюсь, уже на месте.
Делаю несколько шагов и медленно выхожу из-за кулис на сцену. Свет софитов тут же ударяет мне в глаза и несколько мгновений я двигаюсь по наитию, ничего не видя, и не понимая, появился ли уже Маркус в зале.
Но музыка продолжается, и поэтому моё представление тоже должно продолжаться.
Так что я подхожу ближе и цепляюсь за пилон, делая первый оборот вслед за первым оборотом новых суток на настенных часах. Кажется, в этот момент моё тело буквально сливается воедино с хриплым тембром исполнителя. Хотя, конечно, лучше бы с Эмджеем.
Но уже в следующее мгновение, когда накнец-то встречаюсь взглядами с тем самым - я больше не думаю ни о чём.
И просто посвящаю всю себя этому танцу. И Маркусу.

+2

3

Хочешь нифигово повеселить богическую тусовку, скучающе восседающую на Олимпе — расскажи им о своих планах на будущее. Забронируй билеты на самолет, номер в гостинице, столик в близлежащем ресторане и обязательно билеты назад. Спланируй маршруты почасово и обязательно подготовь чемодан… Не сомневайся в успехе.

Долгожданный отдых уже маячил на горизонте. Вовсю размахивал красным флагом, пока кое-что пошло не по плану. Нет. Не так. Пока абсолютно всё пошло не по плану.

Звонок одного из инвесторов быстро разложил всё по полочкам и заодно ловко перечеркнул всё, что они с Дэниэлс тщательно запланировали. 15 августа 2022 года. Благотворительная вечеринка на 50 человек. Все организационные моменты за Платинумом (разумеется, комиссия за проявленную заботу о клиенте прилагается). Личное присутствие Каннингема на вечеринке (курсивом) обязательно. Варианты не обсуждаются.
Громкая вечеринка на миллион долларов под вполне себе приличной маской благотворительной (и грязной мордой лица, прячущейся под ней) грозилась затянуться до рассвета, плавно перейти в день и закончиться ближе к вечеру следующего дня (если повезет). Выпивка, блэкджек, шлюхи. Всё в лучших традициях благотворительных вечеринок.
Отказать влиятельному чуваку (и постоянному клиенту по совместительству) Каннингем не смог, поэтому в новой войне между личной жизнью и бабками снова победили бабки, а ближайший праздничный уикенд пришлось перенести на неделю (для Мэриэн). По факту  — на неопределенный срок.

Мысленно Каннингем уже подготовился к разбору полетов и вселенскому разочарованию в небесных глазах блондинки по поводу несложившегося отпуска, тяжело вздохнул и, чтобы прямо с порога немного сгладить углы, купил по пути домой пышный букет розовых пионов. Не станет же она убивать Каннингема подаренным им же букетом?

14 августа. 23:59.

Подготовка к мероприятию закончилась ближе к ночи, когда стрелки часов еще не успели перевалить за отметку двенадцать, но были очень близки к этой цели.

Внезапно экран мобильного загорается новым сообщением. Маркус отвлекается от пустого созерцания условий очередного договора, тянется за ненавистным изобретением человечества, подхватывает смартфон и с удивлением перечитывает текст несколько раз: «босс, спустись в главный зал». Каннингем, конечно же, удивляется, но не спрашивает «на кой?». Молча поднимается с насиженного места и, признав, что немного проветриться не помешает,  спускается вниз по крутой лестнице.
Чем ближе мужчина подбирается к заявленной в месседже локации, тем громче до него доносятся звуки музыки. На долю секунды он даже останавливается перед массивной дверью, прислушиваясь к мелодии. Плавная, гипнотизирующая, притягательная. Она словно подталкивает протянуть руку, потянуть на себя ручку, посмотреть, что происходит за дверью.
Так какого хрена ты всё ещё здесь?

Оказавшись в зале, Каннингем осматривается. Взглядом ищет бессменную управляющую, однако, внутри никого. Обстановка всё та же, если бы не… стройный силуэт в свете софитов.

Первая мысль очевидная: херовый сюрприз ко дню рождения от Кей и ко в виде специально нанятой танцовщицы. Не столько хреновый, сколько неуместный сюрприз. Особенно ввиду наличия у Каннингема прекрасно дополняющей его блондинистой половины.
Вторая мысль, что оказывается менее предсказуемой, но более приближенной к имеющейся реальности: Мэриэн? Мэриэн. Достаточно присмотреться получше, чтобы из просто “девушки в маске” она легко трансформировалась в “его любимую девушку”.

Сердце пропускает удар, когда он осознает, кто сейчас танцует на сцене в свете единственного чертовски яркого прожектора для одного зрителя. Для него.
В этот конкретный момент ночь моментально перестаёт быть прохладной.
Каннингем скидывает с плеч черный, классический пиджак и бросает его на спинку близ стоящего стула. Буквально застыв на месте, завороженно наблюдает за плавными, грациозными движениями блондинки. Трек заканчивается, а вместе с ним наступает полная тишина, в которой можно легко услышать два бешено бьющихся сердца, а следом — его аплодисменты, которые она честно заслуживает.

Каннингем шаг за шагом, нарочито медленно подходит к импровизированной сцене. Поднимается вверх по невысокой лестнице в несколько ступеней. Ближе к Мэриэн и, встретившись с её взглядом, тянет вверх ушастую маску, решив на всякий случай удостовериться, убедиться в своих догадках.

Так-то лучше, — улыбается, отбрасывая ненужный аксессуар куда-то в сторону,  — ну, привет, — тщательно подбирает слово, и произносит будто уже успел распробовать на вкус, — …зайка, — обнимает за талию и, прижав к холодному металлу, целует идеально-пухлые губы, — не знал об этих твоих… талантах, — нехотя отстраняется, вспомнив о наличии в зале камер, — это было чертовски неожиданно. Спасибо, — легко касается её шеи и отстранившись, ведет за руку из зала, — пойдем в мой кабинет. Покажешь, чему еще научилась в мое отсутствие, — произносит уже тихо, едва касаясь её уха.

Когда ты не можешь вписать её в свои планы — она с необычайной легкостью делает это сама. И этим сводит с ума и влюбляет в себя ещё больше.

+2

4

Я танцую, словно я и есть танец. Словно я - мелодия, тянущаяся из динамиков вязкой карамелью.
Я танцую - с каждым мгновением всё более уверенно. Под пронзающим взглядом Маркуса, который не вижу, но знаю, что с наслаждением скользит по каждой шероховатой детали моего образа - всё более и более уверенно.
Я танцую, обвивая шест - как змея свою жертву. Но главная моя жертва, и он же - главный бенефициар этого представления - всё ещё на несколько ступенек ниже меня. Кажется, такой недостижимый, и в тот же момент - самый близкий во всём этом чёртовом мире.
Смотрит, как я танцую только для него. Сейчас. И вообще.
Я никогда ни для кого не танцевала. И, кажется, ещё никогда настолько никому не принадлежала, как сейчас Маркусу.
А ещё этой мелодии между нами, притягивающей нас тонкими капроновыми нитями всё ближе друг к другу.
И как далеко мы бы не бежали в разные стороны, как бы не прятались, не ускользали, как бы не растворялись в прохладной ночной дымке постновогоднего расставания пятилетней давности - по итогу мы всё равно здесь.
Потому что тонкие капроновые нити никогда не рвутся. Как и неуловимая связь между нами.
Хотя сейчас - вполне себе уловимая, буквально искрящаяся от высокого градуса напряжения.
Я ощущаю, как тепло разливается по моему телу, как всё более мягкими и неконтролируемыми становятся мои движения к концу песни. Каждая моя клеточка противится всё ещё не иметь возможности прикоснуться к Эмджею. В глотке начинает щекотать от подбирающегося возбуждения.
И оно становится даже более ощутимым, когда любые звуки в зале утихают.
Послабление одного из чувств, слуха, приводит к тому, что все остальные устремляются куда-то в бесконечность, поэтому, как только мужчина оказывается рядом со мной в непосредственной близости - я едва справляюсь с тем, чтобы удержать над собой контроль.
— Так-то лучше, - улыбается, обволакивая меня своим хриплым голосом, и одним легким движением тянет маску верх, словно желая убедиться в реальности происходящего. — Ну, привет, - убеждается, и на длинное мгновение замолкает, изучая меня легким прищуром любимых глаз, — …зайка, - подыгрывает, но среагировать не даёт, потому что тут же накрывает мои губы своими в томительном умоляющем поцелуе.
И я поддаюсь ему.
Тянусь вперёд, обвивая мужскую шею длинными руками. Хочется слиться воедино и растворится в этом моменте, чтобы запечатлеть его в непредсказуемой бесконечности, но бесконечность разбивается о десяток камер наблюдения, разбросанных по залу и, ожидаемо, отстранение Маркуса под их [точнее - службы охраны] пристальным взором.
— Не знал об этих твоих… талантах, - загадочно растягивает уголки губ в томном наслаждении и ведёт своим большим пальцем по моей раскрасневшейся щеке. - Мне ещё есть чем тебя удивить, - шумно выдыхаю, прикрывая глаза, будто за каждое слово приходится платить огромную цену, и цена эта - возвращение в реальность из нашего эфемерного купола уединения, — пойдем в мой кабинет. Покажешь, чему еще научилась в мое отсутствие.
И мы идём. Молча. Держась за руки.
Каждый думает о своём, но, кажется, думаем об одном и том же. И чем дольше мы идём, тем сложнее становится - как добежать марафон перед самым финишем.
Маркус идёт впереди, я же на своих бесконечных шпильках семеню следом, пока за одной из дверей неожиданно не оказываюсь у мужчины на плече. Мы громко смеемся, я картинно возмущаюсь и испытываю мужскую спину на прочность своими кулаками. На несколько мгновений настроение становится игриво-детским, но как только мы оказываемся за запертой дверью кабинета владельца эскорт-агентства "platinum" - будто в одночасье падают кулисы, обнажая все припрятанные от сторонних глаз доселе чувства.
Напряжение моментально улетает в бесконечные космические просторы, сбивая на своём пути все тела в солнечной системе.
Наши глаза тут же находят друг друга в жадном желании проглотить недостающее.
- Маркус... - хриплю осторожно, не находя в себе силы сдвинуться с места, и в то же время руки в длинных атласных перчатках сами тянутся к волосам, чтобы распустить пучок. Белокурые локоны тут же ниспадают по плечам, освобождая меня, и на короткое мгновение моё лицо озаряет расслабленная улыбка, пока я не ловлю на себе очередной пожирающий взгляд.
- Кажется, ты хотел посмотреть, чему я ещё научилась в твоё отсутствие, - говорю, будто не своим голосом, будто ступаю по тонкой корке весеннего льда, опасаясь провалиться под воду. Но сейчас я не опасаюсь. Я хочу провалиться в бесконечное освобождение этой непроглядной ночи, потому что утро снова отберёт у меня Эмджея.
А пока он только мой.
- Ну так смотри. Но обещай не подходить, пока я не разрешу, - замолкаю и несколько длинных минут выжидаю хотя бы согласного кивка, потому что, очевидно, мужчине не совсем нравится такой расклад вещей. - Можешь присесть пока на диван, - дергаю плечиком и игриво ухмыляюсь, наблюдая за тем, как нехотя блондин повинуется моим хотелкам.
Но как только он оказывается на мягких бархатных подушках, я, не роняя больше ни слова, тут же тянусь к задней молнии на своём атласном боди - и уже в следующий момент остаюсь без него - лишь в полупрозрачном белье, длинных перчатках, колготках в сеточку и всё ещё на высоченных шпильках. Пожалуй, не буду их снимать - мне нравится быть с Маркусом на одном уровне глаз. - Знаешь о чём я думала, когда одевалась в одной из ваших гримерок,  - упираюсь бедрами в край стола, прямиком напротив дивана, на котором сейчас располагается Эмджей, и смотрю на него сверху вниз с некой долей превосходства человека, контролирующего ситуацию. - Что на этом моменте мне можно будет ничего больше не снимать.

+2

5

two feet — i feel like i’m drowning

Предвкушение.
Каннингем мягко сжимает её ладонь в своей руке, увлекает блондинку за собой. Ведет вверх по лестнице, преодолевая немногочисленные ряды ступеней одну за другой. Шаг за шагом, вдоль опустевшего полутемного коридора агентства. Сегодняшняя ночь в непривычно тихом Платинуме звучит по-особенному. Сопровождается его излюбленной симфонией — размеренным стуком её невъебенно высоких каблуков, смешанного со звуком его тяжелых шагов, затем — её звонким смехом, когда Каннингем дурашливо закидывает Мэриэн на плечо и, встречаясь с её безрезультатным протестом-сопротивлением, уносит в свой кабинет. Как можно быстрее. В нетерпении. Находясь внутри, опускает Дэниэлс на пол, мягко придерживая, чтобы она не утратила равновесие и, во избежание разного рода неловкостей (на случай, если кто-то из персонала всё еще не покинул здание и вдруг захочет заглянуть на ночь глядя к боссу, поинтересоваться его самочувствием), закрывает дверь на ключ.

Внутри небольшого помещения — полумрак. Свет ненавязчивой настольной лампы едва ли в состоянии охватить площадь больше метровой столешницы письменного стола. Этот момент Маркуса ничуть не смущает. Смущает другое. Душно. Воздуха катастрофически не хватает, так что первым делом он открывает окна, а затем, не теряя времени зря, возвращается к Мэриэн, одиноко стоящей посреди кабинета. К Мэриэн. Его долгожданному и, наконец-то, идеальному подарку к очередному дню рождения. Оказавшись за её спиной, Каннингем нежно обнимает блондинку за талию и уже в следующую секунду слышит, как она произносит его имя.

Она осторожно окликает, он отзывается.
— Да? — тихо вторит, глядя в глаза цвета ясного неба напротив, точно таким же голосом, с легкой хрипотцой. Вожделение не отступает. Напротив, успешно укрепляется. Нарастает в геометрической прогрессии. Да, черт возьми, он хотел. Хотел посмотреть, но чертов запретный плод слишком сладок, чтобы просто смотреть. Просто наблюдать. В этом Каннингем убеждается прямо сейчас. На практике. Наблюдая за тем, как Дэниэлс избавляется от единственной одежды, хоть что-то прикрывающей, оставаясь в прозрачном белье (читать: почти полностью обнаженной). Опирается бедрами о стол прямо напротив блондина. И смотрит. С вызовом. Превосходством. Разрешает смотреть, но не трогать.

— Я постараюсь, но…не обещаю? – Маркус не доволен такому раскладу. Не доволен. Но, тем не менее, выполняет её просьбу (приказ?) и беспрекословно садится на блядский диван. Беспрерывно смотрит на Дэниэлс, не смея отвести взгляд. Цепляясь за каждую деталь. Яркую алую помаду на идеально-пухлых губах. Роскошные локоны, рассыпавшиеся волнами по плечам. Длинные эластичные перчатки, покрывающие её руки вплоть до самых локтей. Абсолютно прозрачное бельё… На этом моменте он ненадолго подвисает, чувствуя, как от одного только вида блондинки внизу живота завязывается тугой узел, и, наконец, опомнившись, скользит взглядом дальше — к черным колготкам в крупную сетку, босоножкам на высоченных шпильках. Каннингем нервно сглатывает, сообразив — своё обещание «не подходить, пока этого не захочет Мэриэн» он (с вероятностью 199,99%) не выполнит. От напряженно-рейтинговых мыслей мужчину снова отвлекает её голос.

— О чем же? — уточняет всё так же хрипло и, пожалуй, риторически. Ответ не заставляет себя долго ждать.
— Что на этом моменте мне можно будет ничего больше не снимать,ну, это мы еще посмотрим, — на этом моменте Каннингем красноречиво промолчит, нагловато улыбнется и позволит ей побыть у руля еще немного. Пять минут. Три минуты? Еще несколько секунд? Ведь блядский воздух уже давно наэлектризован до невозможности. Ещё чуть-чуть — и начнет искрить. Так почему бы не взять всё в свои руки прямо сейчас?

Маркус уверенно поднимается с насиженного места и в несколько небольших шагов преодолевает расстояние между ними. Бережно приподнимает блондинку над полом и усаживает на близстоящий стол. Откидывает светлые, вьющиеся пряди назад, оголяя шею, смотрит в глаза. Действовать дальше не спешит. Тянет время. Каннингем уже достаточно понапрягался-понервничал. Теперь пусть понервничает она. Улыбнувшись своим мыслям, скользит ладонью по её щеке, подбородку, опускаясь ниже по шее, ненароком цепляя пальцем шлейку бюста, но не стягивает её вниз.

— Ты прекрасна, Мэриэн, — дьявольски прекрасна, — произносит и тут же притягивает блондинку еще ближе, сокращая оставшиеся между ними считанные миллиметры до нуля, позволяя физически ощутить степень его возбуждения. Рваными поцелуями скользит по нежной коже её шеи, медленно опускаясь ниже к ключицам. Дальше — ниже, к упругой груди, прикрытой прозрачной сетчатой тканью, от которой пока Каннингем решает не избавляться. Ладонями скользит по её спине вниз, под тонкую резинку белья, сжимает ягодицы до ярких алых следов, которые обязательно заметит когда-нибудь после.

Она же сама хотела больше ничего не снимать, верно?

+1

6

Маркус скользит по мне хищным взглядом, и всё внутри будто переворачивается.
Обрывается.
Воспламеняется от одного только контакта глазами.
Маркус сидит на диване. Держится. Терпит. Терпит, чтобы никоим образом не показать своё недовольство.
Но в ответ я лишь снисходительно улыбаюсь.
По правде, уже даже немного жалею, что затеяла подобную игру, потому что ощутить на себе прикосновение мужских пальцев хочется сейчас больше всего на свете, и в то же время, мне эгоистично не хочется сдаваться первой, тем более после того, как сама установила это дурацкое правило - только смотреть.
В глубине души неистово желаю, чтобы Маркус это правило нарушил.
Сам.
Просто потому, что только ему это можно. Нарушить мои личные границы, и поплатиться за это удовольствием.
Его голос - низкий, с хрипотцой, патокой растекается по моему сознанию. Я прикрываю глаза. Наслаждаюсь. Вбираю в себя каждое колебание воздуха. И это его "— О чем же?" - прошибает внутренности, словно пулей навылет из дула, приставленного в упор к самому сердцу.
Вдох.
Выдохнуть забываю.
Потому что когда открываю глаза - Маркус стоит прямо напротив меня. Между нами расстояние - меньше вытянутой руки. Но и оно растворяется, когда мужские ладони ложатся на мою талию, чтобы притянуть к себе поближе и закинуть на стол. Я поддаюсь, обвивая его бедра ногами и заставляя вжаться в себя ещё сильнее. Хотя куда ещё?
Выдох.
Спускаю тормоза.
Ощущаю обдающее меня тепло и терпкий аромат парфюма вперемешку с запахом тела. Делаю глубокий вдох. Хочется вобрать этого мужчину в себя до последней капли. Хочется насытиться им, хочется впечатать этот момент на подкорку сознания и раствориться в нём до обезумевшего катарсиса.
Особенно, когда Эмджей смотрит на меня вот так.
Когда откидывает волосы назад и просто выжидает.
А затем просто ведёт бархатистым пальцем вдоль шеи и спускается вниз к ключице. Мне хочется, чтобы это мгновение длилось всю блядскую вечность, и чтобы до конца вселенной мужской палец чертил эту самую дорожку, вознося моё бренное тело куда-то к звездам.
Вздрагиваю.
Ток обдаёт каждую мою клетку, но прежде, чем я успеваю, хоть как-то среагировать, Маркус снова слегка отстраняется, чем вызывает во мне едва уловимый стон. Ну же, малыш, за что ты так со мной? В отместку? Просто смотришь? И просто так спускаешься пальцем к бретельке бюстгальтера, даже не пытаясь её стянуть? Придерживаемся первоначального плана?
Или пускай катится всё к чертям собачьим?!
Ведь что ты мне сделаешь, когда мои руки опустятся на пряжку твоего ремня? Всего несколько ловких движений - и вот мои пальцы уже проскальзывают под резинку нижнего белья и тут же нащупывают полуэрегированный член, вызывая на губах легкую усмешку. Мне нравится, как ты на меня реагируешь. Мне нравится, как приоткрываются твои губы в томном предвкушении продолжения, когда ладонью я обхватываю пульсирующий ствол и медленно начинаю водить ею вверх-вниз.
Мне нравишься ты.
Нравится любить тебя. Нравится чувствовать твою любовь.
Нравится чувствовать нас одним целым.
И в этих своих ощущениях в моменте я преисполняюсь таким невероятным возбуждением, что уже едва могу с ними справиться.
К чёрту эту дурацкую игру и все дурацкие правила.
Я хочу Маркуса сейчас же!
Поэтому, не давая мужчине и шанса опомниться, чтобы снова прервать нас на самом интересном моменте, я буквально стекаю со стола на пол и падаю на колени у мужских ног, тотчас ловко выдергивая член наружу. Облизываюсь, причмокиваю и короткое мгновение завороженно смотрю, как на кончике головки выступает первая капля влаги. Собираю её языком, и это ощущение вырывается откуда-то снизу живота протяжным гортанным стоном.
Прикрываю глаза.
Пропускаю происходящее через себя, но уже в следующий момент без спроса наклоняю голову и тут же ловко обхватываю мужской член красными губами, попутно поглаживая мошонку свободной ладонью. Начинаю сосать медленно, дразняще, давая блондину возможность привыкнуть к ощущениям. Но проходит совсем мало времени, прежде, чем наращиваю темп и уже вовсю своим ртом насаживаюсь на мужской член, упирая его головкой в левую щеку. Член набухает. Места становится меньше. Слюна начинает соблазнительно стекать с уголков губ, размазывая помаду. Я начинаю захлебываться в собственном возбуждении, и ощущать, как неистово набухают вены на мужском достоинстве.
Я ощущаю, что Маркус подбирается к финалу, а поэтому заставляю себя отстраниться и поднять на него взгляд из-под пушистых ресниц.
Дышать тяжело. Но кое-как, через силу, спотыкаясь о каждое слово, я таки нахожу в себе последние остатки самообладания, чтобы умоляюще попросить - к чёрту это дурацкое "просто смотри", возьми меня сейчас же.

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » - happy birthday, mr. president


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно