Зак не может найти ни одного аргумента против неопровержимого факта: его прошибает от одной близости Аарона Мёрфи.
Факт: его кроет, когда чужие руки оказываются по бокам от него, чужие плечи - выше него.
Когда поднимает взгляд и смотрит на чужие губы так близко снизу вверх - тоже.
Аарон еще не сделал ни-че-го, Зак уже готов на в с ё... читать далее
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 16°C
• джек

[telegram: cavalcanti_sun]
• аарон

[telegram: wtf_deer]
• билли

[telegram: kellzyaba]
• мэри

[лс]
• уле

[telegram: silt_strider]
• амелия

[telegram: potos_flavus]
• джейден

[лс]
• дарси

[telegram: semilunaris]
• ронда

[telegram: mashizinga]
• даст

[telegram: auiuiui]
• цезарь

[telegram: blyacat]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » yikes


yikes

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

https://i.imgur.com/2G8GTST.png
Landen Hughs & Kieran Strid
september 2021

Отредактировано Kieran Strid (2022-11-06 06:14:33)

+1

2

[AVA]https://i.imgur.com/UMklRXZ.gif[/AVA]

[NIC]Landen Hughs[/NIC]
[LZ1]ЛЭНДЕН ХЬЮЗ, 32 y.o.
job: тренер воллейбольной команды университета[/LZ1]
[STA]questions are fatal[/STA]
[SGN]by kraken[/SGN]

Боль. Спазм. Разрыв. Новый и новый разрыв с каждой попыткой сделать незначительное движение бросает меня в душную едва ощутимую дрожь, вызывает неприятный прилив испарины и заставляет окаменеть прежде, чем я вновь осмелюсь проверить на прочность больное плечо. Fucking плечо, твою мать, чтоб тебя, - что-то подобное не в первый раз выпаливаю я, упрямо отказываясь поверить, что этот хронический, отпускающий лишь на недолгое время недуг отныне вечный незваный мой компаньон, и глухо спускаюсь на пол, свирепея от глупой беспомощности и вероломной удачи, что подложила мне под бок такую свинью.
-Пора завязывать…да как же, видимо, не сегодня - горькие мысли поднимаются в прорве сознания новую волну злобной самоиронии, пока рука знакомым резким движением тянет за ручку прикроватной тумбы и нетерпеливые пальцы шуршат в пыльной темноте, натыкаясь на привычный бардак в темном ящике и наконец удовлетворенно хватаясь за сомнительный и все же спасательный круг. Из темноты они извлекают чертов флакон, что способен принести столь необходимое облегчение на сутки, а может быть несколько дней. Невзрачной таблетке хватает доли секунды, чтобы едкой прохладой заворочаться у меня на языке и проскользнуть дальше, проделывая привычный свой путь.
Тик-так-так-так, стрелка старательно отмеряет свой шаг, а пресловутая таблетка мучительно медленно вытягивает тягучую боль, сжимает ее до мелкой частицы, что тухнет в глубинах моей нервной сети.  До конца не веря, я делаю вдох, судорожно замираю, прислушиваясь к себе и с облечением замечаю: она уже не глодает с прежней остервенелостью мои нервные клетки, оставляя после себя лишь блеклый фантом.
  -Охуительно, - неслышно выпаливаю я свой вердикт, пока она запускает новый невидимый таймер и дни снова начинают бежать на счет.

Первый.
Сколько в этот раз подарит она мне спокойных дней?

Второй.
Еще одна пережитая ночь без нее.

Третий.
Существовала когда-нибудь вообще эта боль?

Четвертый. Душный, калифорнийский, начинающийся не с кофе, не с животного секса и даже не с терпкого виски день. Лишь с вязкости мыслей, что служат увы не единственным отпечатком прошедшего вечера в баре, и иступляющего воя будильника, поставленного на 6:00 и благополучно посланного куда-подальше в 6:15.
6:20. В смутном полумраке зеркала восстает бесформенно чудовище с вытянутым, перекошенным нездоровым сном, лицом. В глубине гортани принимается вилять влажным хвостом тошнота, затуманивая и без того расплывчатый отупленный взгляд. Бездумно я открываю кран, смывая прочь новождение душного сна и подношу ледяную влагу к губам, что ощутимой прохладой сдерживает неприятный желудочный спазм.
-Электронное письмо от Роджерса Гаффина, - где-то между постной булкой и бодрящим смузи из шпината и сельдерея, ударяется раздраженным лязгом об экран телефона стандартная рассылка от руководства, что резким движением, без интереса стекает прочь по экрану, пока непримечательный шрифт «Ежегодный анализ на наркотики» отблеском задевает усталость сетчатки, ускользая прочь от воспалившегося сознания. 
-Ежегодный анализ на наркотики. Не забудь, - уже громче, отчетливее и яснее звенят слова в голосе университетского служащего при входе в спортивный блок.
-Ежегодный…чего? – вязко тонут слова в трясине похмелья, вяло всплывают вновь и вновь под привычный шум ботинок, направленный в сторону волейбольного зала, где тренировка назначена в 7:00.
Ботинки продолжают заполнять собой сонное пространство университетских коридоров. В голове прокручиваются пустяковые мысли, блуждают по тусклым коридорам сознания, как бесцельный курсор по цифровому экрану. Мимо проносятся полузнакомые лица, заставляя натягивать вежливую улыбку и здороваться уже десятый раз за утро.
Узкая, но безопасная коморка с миниатюрным окном у самого потолка, величаемая тренерской, продолжает тонуть в утреннем полумраке, пока мое долговязое тело расслаблено занимает собой большую часть пространства у тренерского стола, жадно поглощая остатки воды в забытой на прошлой неделе бутылке.  Неохотно загорается тусклый экран, пока тягучий процессор выплескивает на цифровой холст нужные вкладки, включающие расписание и план будущей тренировки. Зрачки напряженно въедаются в буквы и цифры, пока в голове молниеносно выстраиваются образовательные этапы в стройную логичную цепь. И напоследок назойливо и нетерпеливо собой заполняет холодный экран и внутренним голосом бьет по вискам уже знакомая фраза, что неясным тревожным волнение пробивается сквозь поволоку прочих не самых приятных физиологических ощущений.
-Проверка на наркотики, - три слова безмолвно и нервны перекатываются на языке, а нарастающее волнение плодит в поисковике череду поспешных и на скорую руку сформулированных вопросов, а длинные пальцы в суете прокручивают экран и судорожно замирают, когда по двери раскатывается незваный удар.
-Войдите, - басисто реагируя я и пустым взглядом упираюсь в мальчишеское лицо.
-Ага, скажи пацанам подождать пять минут, а сам вернись сюда, - реагируя на обрывки безумных идей, что роем жужжат в мозжечке, выдаю наказание Стриду я и по его возвращению ставлю на стол типовой контейнер для сдачи анализов, - Не знаю, в курсе ли ты, но сегодня проводится ежегодный анализ на наркотики во всех университетских командах, - уверенно и непринужденно заверяю я усевшегося передо мной пацаненка я, -Тебе выпала честь сделать это первым. Держи контейнер, сгоняй в уборную и сдай мне, да пошустрей на тренировку, - лицо мое искажается стандартной улыбкой, пока моя тяжелая ладонь размашисто опускается в похлопывании на плечо паренька.

Отредактировано Elijah Ross (2022-09-05 10:23:44)

+1

3

Голова гудит в висках, наливаясь свинцом и не давая трезво думать. Раздражает малейшая мелочь, но усталость смазывает это зудящее чувство изрядной порцией меланхолии. Надо бы дойти до кухни и закинуться обезболом, но влом. Решение во всех отношениях неудачное – дальше тренировки и, вероятно, второй раунд ругани с Донной. Вчера вы не закончили, пусть и замолчали ближе часам к трём. Тебя гнетут все эти ссоры, высасывая последние силы, которых и без того не слишком много, но привычка доводить все до конца не позволяет забить болт и просто лечь спать. Срётесь до победного. Как итог – сонливость, мигрень и понимание, что вы прошлись по кругу, так ничего и разрешив. Ага, круг ада, похоже.

Подъем в шесть утра, к слову, отличному расположению духа тоже не способствует. Ты любишь волейбол, но не настолько, чтобы вставать ради него с первыми петухами. В целом, когда спорт был твоим хобби, он приносил куда больше удовольствия. Теперь же от того, насколько хорошо ты будешь отбивать подачи, зависит твое нахождение в университете и будущее, так что разъебать будильник о стену нельзя при всём желании.
6:30 и вот ты уже готов к выходу.

Спасибо, что теперь живешь гораздо ближе к университету.

6:45 часть ребят уже давно пришла и разминается в зале.

Сам ты не торопишься, голова начинает болеть сильнее, и ты начинаешь задумываться о том, что всё-таки надо было выпить таблетку утром. Если так дальше пойдет, тренировку будет продолжать нереально, что уж там говорить про пары после неё. Лучше сходить в медкабинет. Даже не переодеваясь, решаешь заглянуть к тренеру – предупредить, что скорее всего задержишься минут на пять-десять. Про себя молишься, чтобы врач в принципе в такой час был на месте – всё-таки в семь утра в стенах родной альма-матер можно найти либо самых отчаянных задротов, либо спортсменов. Нормальные люди подтягиваются через час-полтора, и в данный момент ты их прекрасно понимал.

-  Тренер, можно? – стучишь и входишь, толком не дожидаясь ответа. Это формальность, чтобы тебе не вставили за опоздание, когда вернешься от медика минут через десять. У тебя не было в планах задерживаться, но Хьюзу на твои это откровенно плевать: он просит тебя дать отмашку и ребятам и вернуться обратно. Приходится вставать и говорить парням, что теперь задержишься уже не ты, а сам тренер. На самом деле перспектива разговора, а иной причины для возвращения в кабинет вместо зала ты не видишь, не сулит ничего хорошего. Лишней головной боли тебе и так хватает даже без метафор.

- Что-то случилось? – первая мысль. Без причины ты бы сейчас здесь не сидел – это факт. В голове перекати-поле – занятия вроде бы не пропускал и выкладывался, если не на максимум, то достаточно, чтобы показать приемлемый результат и чуточку больше. Гадания занимают твою голову, но не долго – Хьюз быстро раскрывает все карты, и ты с легкостью выдыхаешь. Анализы, пусть и неожиданные, пугают тебя не сильно – всё, что не должно быть в твоем организме, уже давно там не находится. Ну, вроде бы как.

Вообще, на самом деле странно, что ты ничего такого не помнишь. Обычно команду предупреждают заранее, чтобы дать фору хотя бы в неделю-две, а тут как-то совсем неожиданно. Списываешь все на то, что был слишком занят и, наверное, пропустил какое-нибудь письмо или объявление. Впрочем, пофиг. Берешь злосчастную баночку и двигаешь по своим делам без задней мысли. За таблеткой от головы, похоже, сходить сегодня не суждено.

Возвращаешься несколькими минутами позже, даже не задаваясь вопросом, почему несешь свое достижение в тренерскую, а не в медкабинет, а уж лёгкий мандраж у Хьюза тем более не замечаешь. Прикидываешь в голове, что как раз, пока остальные будут сдаваться, успеешь сгонять до врача и обратно, а пока неспешно идёшь в раздевалку, чтобы переодеться. Торопиться всё равно некуда, полноценная тренировка начнется не раньше, чем через полчаса.

Выходя минут через семь, слегка опешиваешь – тренировка идёт уже полным ходом. Вопросов снова куча, но ты их не задаешь. Ну хер знает, вдруг остальные будут проходить медосмотр после тренировки. Больше тревожит, что опять приходится мириться с головной болью, которая едва ли проходит через час и тем паче полтора. К этому времени практически успеваешь забыть про утренний инцидент, но снова вспоминаешь о нём, когда приходит осознания – никто из пацанов даже не дергается и в ус не дует о том, что сегодня должна быть какая-то проверка. Подозрительно? Вполне, но разбираться, зачем и куда ушла твоя моча не хочется. Ей-богу, не жалко. Лучше придумать, как пережить остаток дня с этой адовой головной болью.

Доблестно отсиживаешь первую пару, а за ней и вторую – в перерыв сходить за таблеткой не успеваешь, потому что вспоминаешь о коллоке, к которому должен был готовиться всю неделю. Надеешься на краткое содержание и удачу – вдруг не спросят, этим и занимаешься несчастные двадцать минут передышки. Дальше становится просто невыносимо, возможно молитвами международного публичного права, поэтому часам к двенадцати всё-таки доползаешь до врача.

Кабинет отдает болезненной чистотой визуально, а мешанина различных лекарств только усугубляет ситуацию. Тебе здесь некомфортно, благо больше пяти минут проводить в этом помещении не собираешься. По уже ставшей доброй традиции Лэнден Хьюз нарушает твои планы: встречаешься с ним в коридоре на входе и ждёшь своей очереди. Вот только прикол – в руках тренера та самая твоя баночка. А наклейка на ней – с именем Хьюза.

Шестеренки в голове начинают крутиться намного быстрее, даже несмотря на ноющие виски.

На лекарство моментально становится всё равно: забираешь его, коротко благодаришь врача и пулей мчишь к Хьюзу, пытаясь его догнать.

- Тренер, а вы ничего не хотите мне рассказать?

Отредактировано Kieran Strid (2022-11-06 04:40:23)

+1

4

Тебе кажется, что ты научилась врать еще младенцем. Скорее всего, тебе эта привычка досталась от матери, ведь Роберта Хьюз была первоклассной лгуньей и настоящим гуру по части вероломной игры на публику.
Из детства до сих пор, даже теперь доносятся смутные отголоски былых времен. Тогда Роберта (мамой она просила тебя не называть) умела очаровать любого, пустив в ход магнетическое, почти сверхъестественное обаяние, природную сексуальность и красоту, а также неотъемлемую порцию едва ощутимых нежных ухищрений и манипуляций.
Пожалуй, ложь, сорвавшаяся с губ, без толики сожаления и с поистине бесстрастным лицом - то единственное, что Роберта смогла оставить после себя как наследство. Все остальные прелести миссис Хьюз прискорбно затерялись в хитросплетениях генетической лотереи: ее харизма и красота. Ведь сам ты немного привлекательнее чудовища из небезызвестной сказки для наивных детей, а возле двери твоих скромных апартаментов томительной ночью не выстраивается хоровод из мужиков, готовых отвезти тебя на Канары или пожертвовать ради твоего благосостояния внушительный трастовый счет в Банке Америке.
-Я что похож на человека, с которым что-то случилось? - спокойно, почти лениво ухмыляешься ты, протягивая гипнотический взгляд в сторону Стрида, что в очередной раз обращает на тебя свои осоловелые оленьи глаза. - Давай без лишних вопросов, время и так идет на счет. Ты собираешься тут торчать или тренироваться?
Тик-так-тик-так - пыльную тренерскую заполняет единственный звук, часы привычно действуют на нервы.  На гладь маленького окна, задранного к потолку, медленно оседает ранний осенний туман. Высокие голоса вечно снующих мимо студентов отрывками выдергивают тебя из раздражительной и молчаливой задумчивости.   Где-то по коридорам ужасно медлительно снует Киран Стрид в попытках раздобыть весьма ценный сейчас для тебя материал. Не иступляй тебя бесконечно мучительная необходимость беспомощно ждать, ты мог бы издевательски посмеяться над комичной историей, в которую ты угодил.
C едва ощутимым облегчение ты выдыхаешь, когда в конце концов Стрид опускает заветный бутылек перед тобой на стол. Ты никогда и не ожидал, что будешь радоваться чему-то столь тривиальному и вместе с тем отвратительному!
-Молодец, Стрид, настоящий чемпион! - приятельски ты треплешь жесткую шевелюру теперь любимого и самого исполнительного твоего игрока, секундой ранее спрятав образец в темную глубь тренерского стола, где ты закрыл столь легко добытый клад на предусмотрительно вставленный тобой замок.
Тренировка начинается ровно с той самой секунды, как ты перекидываешь ногу через порог знакомого зала, выкрашенного в изумрудные тона, отличительные цвета вашего родного университета. Ты привычно перекидываешь через голову тренерский свисток и без лишних сомнений и промедлений идешь по намеченному плану, который, если вам всем повезет, приведет команду хоть к какой-нибудь маломальской победе на состязании между юниорскими лигами западных штатов.
Питерсон по своему обыкновению спит на ходу, пока Ковальски выкладывается по полной, а Чуань послушно взирает на тебя исподлобья и делает ожидаемо все ровным счетом наоборот. Стрид по-прежнему пропадает в тишине раздевалки, но сегодня ты благосклонно согласен простить этому очаровательному пареньку любую оплошность.
Один, два, три часа пролетают незамеченными за спиной, пока ты рефлекторно выполняешь слегка приевшуюся работу и неохотно констатируешь приближение злополучного решающего полудня, когда ты невозмутимо шагая мимо коллег, протискиваясь в нелюбимый тобой кабинет врача. И по иронии злобной кармы, упрямо и туго зажимая чужой образец в широкой ладони, ты столь несвоевременно упираешься взглядом в измученное лицо того самого игрока.
-Хей, Стрид, - приветственно реагируешь ты на внезапное появление невольного соучастника твоего преступления и невозмутимо продолжаешь свой путь.
-Спасибо. Хорошего дня, - произносишь на автомате и спешишь поскорее убраться из чертового больничного крыла, поспешным шагов бросаешь тело на улицу и вовсе не радуешься длительному началу столь неудачного дня, пока знакомые юные проносятся мимо, не обращая внимания на плачущее небо, застывшее в ряби у них под ногами и столько несвойственный для сентября меланхоличный туман.
  -Как бы я хотел, чтобы лето не кончалось, - дурацкая мысль проносится в голове и ты знаешь, что проблема заключается вовсе не в неожиданных прихотях местной погоды, а в том, что совсем нежданный низкий голос ударяется сзади о твои собственные плечи.
-Стрид, ты что заделался мозгоправом? - не можешь сдержать раздражение ты, стреляя кривой улыбкой в сторону паренька, - Видишь, у человека стресс из-за начала учебного года, - дружески ты опускаешь руку на плечи паренька, что по сравнению с тобой кажется непростительно хрупким.
-Ты что-то сегодня не в форме, чемпион. Так и спортивную стипендию недолго потерять, я жду от тебя  полной отдачи, надеюсь ты не забываешь об этом? Результатов не будет, если ты и дальше будешь гулять вместо работы на тренировках и витать в облаках, - уже предвосхищая тягостный разговор, ты апатично падаешь в свое кресло шоколадного цвета в углу тренерской, где вы иронично уже во второй раз оказались за недолгое начало проклятого дня.
[AVA]https://i.imgur.com/UMklRXZ.gif[/AVA]

[NIC]Landen Hughs[/NIC]
[LZ1]ЛЭНДЕН ХЬЮЗ, 32 y.o.
job: тренер воллейбольной команды университета[/LZ1]
[STA]questions are fatal[/STA]
[SGN]by kraken[/SGN]

Отредактировано Elijah Ross (2022-09-03 12:34:24)

+1

5

Мама всегда учила тебя быть хорошим мальчиком. Будучи сыном любящим и благодарным, её стараешься не разочаровывать и радовать — рассказываешь о своих успехах и достижениях, а вот о том, что спиздил чужой велосипед, почему-то, умалчиваешь. Как и о драке после школы, в которую не мог не влезть. Чтобы замести следы преступления, приходится потом самому зашивать порванную одежду и заклеивать ушибы пластырями — так учишься самостоятельности, а маму и вовсе беспокоить незачем. Она и без того работает сутками, чтобы тащить на себе тебя и твоего горе-папашу. Последнего, к слову, давно не было видно, да вы его и не интересуете, а вот твоя приставка, например, очень даже. За безделушку неплохо дадут, достаточно, чтобы пропасть ещё хотя бы на вечер в попытках отыграться.

Его зависимость вызывала у тебя отвращение, но мама, несмотря на все скандалы, угрозы и пролитые слёзы, почему-то продолжала его любить. Ты часто задумывался над тем, что заставляло её оставаться рядом, не пытаясь уйти, не понимал и долго ломал голову. А потом вспоминал времена, когда всё ещё не было настолько запущено: как вы вместе украшали дом к Рождеству, когда Ронда ещё не уехала, или как отец помогал тебе готовить костюм к Хэллоуину, мастеря какие-то детали для образа своими руками. Тогда он был действительно хорошим — со своими бедами с башкой, но не без доли обаяния и шарма. В него действительно можно влюбиться и, вероятно, таким в представлении матери он и оставался до сих пор. Ты же разочаровался в нём окончательно и к своим шестнадцати годам почти потерял всякое уважение. Ну, во всяком случае тебе самому так казалось.

Главная цель — не быть как он, а значит не доставлять матери проблем.

Тем не менее пай-мальчиком ты никогда не был, но отменно мог отыгрывать эту роль, когда требовалось. И сейчас в этом не было необходимости.

В обычной ситуации ты бы скорее всего удивился, но спустил момент на тормозах. Лэнден  мужик, заслуживающий уважения хотя бы за то, что лично поспособствовал твоему отбору в состав команды. Если бы не он, не видать тебе ни вышки, ни юридического, поэтому вредить ему — последнее, что было у тебя в планах. И всё же не воспользоваться ситуацией, когда всё этому благоволит, право, глупо. Хотя ты и без того далеко не самый умный.

- Да что-то голова весь день болит, не обессудьте, тренер. Ещё и анализы эти без предупреждения взяли. Переживаю, вдруг что не так с ними. — замечания Хьюза раздражают и зарывают в землю твоё в прогрессии растущее желание забить на мутную ситуацию, как только тренер придумает какую-нибудь удобоваримую ложь. Угрожать потерей спортивной стипендии — слишком сильно, а значит ты поймал на чем-то серьёзном и можешь выжать из этого личную выгоду. - Да вы не волнуйтесь так, нормально всё будет. Я за зож, все дела.

Садишься напротив тренера поудобнее и смотришь на него без капли смущения. Даже наоборот — с легкой ноткой возмущения. Наверное, так раздражаешься с фигни из-за пресловутой головной боли, но тебя искренне задевает замечание тренера про то, что ты мало работаешь: вы из зала с ребятами практически не вылезаете, проводя на площадке все свободное время утром и после пар. Ты даже подработку нормальную найти себе не можешь, потому что совмещать её с вашим диким расписанием практически невозможно. То что находишь — низкооплачиваемое, но даже это годится, учитывая, что живешь один и сам себя пытаешься содержать. Чувство несправедливости и общая заебанность пробуждают внутри обидчивого ребенка, который быстро придумывает, как компенсировать боль от этой невыносимой душевной травмы, нанесенной тебе Хьюзом.

- Надо будет, наверное, вернуться сегодня обратно к медикам и попросить их держать меня в курсе результатов анализов. - скрещиваешь на груди руки и смотришь на тренера, всем своим видом давая понять, что эта игра одного с половиной актера тебя уже порядком достала, - Вы вот недавно говорили, что нам в ближайшее время потребуется нового капитана выбирать, а я, может, свои силы попробовать хочу. Для этого же нужно отличное здоровье иметь, да? – энтузиазм поддельный настолько, что по лицу можно прочитать — до этой самой минуты ты даже не задумывался о капитанской должности. Слишком морочно и не совсем твое, хотя из всех ребят ты, пожалуй, подходишь лучше за счет года тренировок с нынешними выпускниками. В любом случае, заниматься муштрой своих раздолбайских сокомандников желания не было никакого, чего не сказать о желании получить надбавку к стипендии.  Это и стало решающим фактором твоего импульсивного решения.

Да воздастся тебе за все пропущенные возможности подзаработать деньжат из-за долгих вечерних тренировок.

Как думаете, у меня есть шансы? – после такого перфоманса-то точно должны появиться. Ну, либо тебя завтра же вышвырнут из универа по надуманной Лэнденом причине. - Вы пока подумайте над ответом, а я побежал в библиотеку, пока она не закрылась. В медкабинет тогда в другой раз. Ученье всё-таки важнее, оно — свет, а доктора и завтра будут на месте.

Решение, конечно, опрометчивое, особенное в отношении человека, который может вершить твою судьбу. С другой стороны, капитанская надбавка — это реально тема. Можно жить и вообще не бедствовать.

- До завтра, тренер!

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » yikes


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно