Зак не может найти ни одного аргумента против неопровержимого факта: его прошибает от одной близости Аарона Мёрфи.
Факт: его кроет, когда чужие руки оказываются по бокам от него, чужие плечи - выше него.
Когда поднимает взгляд и смотрит на чужие губы так близко снизу вверх - тоже.
Аарон еще не сделал ни-че-го, Зак уже готов на в с ё... читать далее
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 16°C
• джек

[telegram: cavalcanti_sun]
• аарон

[telegram: wtf_deer]
• билли

[telegram: kellzyaba]
• мэри

[лс]
• уле

[telegram: silt_strider]
• амелия

[telegram: potos_flavus]
• джейден

[лс]
• дарси

[telegram: semilunaris]
• ронда

[telegram: mashizinga]
• даст

[telegram: auiuiui]
• цезарь

[telegram: blyacat]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » On these roads


On these roads

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

Нью-Йорк, Нью-Джерси| июль 2020

Charles Quintrell, Chi Ha-Ru
Как можно оказаться в Нью-Джерси вместо Нью-Йорка и что за это будет?..

[NIC]Charles Quintrell[/NIC][STA]sacred heart[/STA][AVA]https://i.imgur.com/hpWZs5g.gif[/AVA][SGN]https://i.imgur.com/j2BbCmd.gif[/SGN]
[LZ1]ЧАРЛЬЗ КУИНТРЕЛЛ, 17 y.o.
profession: ученик старшей школы
mom: Andrea Donovan [/LZ1]

+1

2

Часы показывали полночь.
Чарли тихонько лежал под одеялом, одетый в пижамные штаны, будто и в самом деле собирался спать. Очки лежали сложенными на прикроватной тумбочке, и очертания комнаты расплывались в близоруких глазах Чарли смазанными штрихами, как на холсте художника-сюрреалиста. Сам же Чарли лежал на боку, украдкой пряча телефон под одеялом и одной рукой листая чат со своим близким другом Дэем.
Он знал, что мама должна вот-вот зайти к нему - она всегда так делала, прежде чем самой лечь спать. Материнское сердце не могло успокоиться, пока мама собственными глазами не убеждалась, что Чарли в полном порядке, мирно посапывает во сне, уткнувшись лицом в подушку. Она уже не нежничала с ним, не поправляла одеяло и не целовала в щёчку, как делала это ещё лет пять назад, потому что знала, что Чарли и во сне увернулся бы с недовольным "Ну маааам", ведь в пятнадцать лет Чарли уже считал себя взрослым мужчиной и не одобрял мамины нежности; но убедиться в том, что он уснул и в полном порядке, она, казалось, как будто была обязана. Чарли догадывался, почему - длинный вертикальный шрам вдоль грудной клетки не давал ему забыть, что его рождение далось родителям не так-то просто.
Дэй готовился к их великому свершению у себя дома. Он тоже притворялся спящим, и ему тоже приходилось лежать в кровати, изображая послушного домашнего мальчика. Им обоим придётся пролежать так ещё немало времени: отец Дэя всё время задерживался на работе, поэтому ложился поздно, а мама Чарли имела привычку засиживаться за работой над фотографиями (либо за набросками какой-нибудь идеи, которая могла стихийно прийти ей в голову в три утра). Чарли не говорил об этом вслух, но на самом деле он восхищался мамиными порывами вдохновения. В его представлении именно так должен выглядеть настоящий творческий процесс: муза застаёт творца врасплох, выгоняет из-под одеяла и велит творить, пока вдохновение не ушло. Он мечтал однажды писать музыку самостоятельно вот так же, как мама придумывает свои фотосессии, но глядя на папу, который исписывал нотные тетради пачками, а в студию забирал лишь пару одобренных страниц, понимал, что с музыкой, возможно, всё гораздо сложнее. Чарли пока ещё сложно было рассуждать о процессе созидания, поскольку он находился в процессе освоения: чтобы писать собственную музыку, сначала нужно как следует научиться её играть, это мальчик усвоил, когда впервые провёл смычком по струнам виолончели и обнаружил, что к ней нужен совершенно иной подход, нежели к фортепиано. Музыка являла собой утончённую, многообразную науку и интриговала этим.
Дверь спальни тихонько приоткрылась. Мамины шаги звучали почти невесомо на ковре в коридоре, но у Чарли был очень тонкий слух, и он успел подготовиться. Экран смартфона погас, сам смартфон мальчик затолкал в щель между боком, на котором лежал, и матрасом. Он дышал глубоко и размеренно, изо всех сил расслабляя каждую мышцу тела, чтобы ничем себя не выдать. Должно быть, его актёрская игра удалась, потому что мама не стала долго задерживаться и исчезла, прикрыв дверь. Чарли улыбнулся. Оставалось лишь дождаться, пока она уснёт. Возвращения папы домой ждать не приходилось - он временно ночевал у товарищей по группе, в гараже дома которых они обустроили импровизированную студию для репетиций.
Минуты ползли чудовищно медленно. Чарли переписывался с Дэем, предвкушая поездку. Они запланировали первую вылазку без взрослых, и не просто без сопровождающих взрослых, а вообще без их одобрения. Не потому что были хулиганами или бунтарями - нет, в доме у обоих мальчишек царила в целом приятная обстановка. Чарли смутно представлял, что если бы ему вздумалось попросить у мамы разрешения поехать на музыкальный фестиваль, пусть и в другой город, но хотя бы в том же штате, она не стала бы возражать слишком категорично. Наверное, волновалась бы, но с Чарлиным упрямством он сумел бы её уговорить. Родители Дэя, этнические корейцы, были более консервативны, чем родители Чарли, но и они любили своего ребёнка и поддерживали его творческие начинания, даже если не вполне понимали их суть.
Но родители здесь совершенно не при чём.
Чарли и Дэю, двум подросткам, вошедшим в тот возраст, когда они больше ни в коем случае не могли считать себя детьми, но в то же время ещё не стали полноправными взрослыми, хотелось максимально приблизиться к этому понятию. Ощутить независимость и свободу, ощутить - как бы выразиться?.. - свою мощь, свои вес и значение в этом мире, свою возможность на этот мир повлиять. Они не просто слушались родителей или делали что-то с их согласия - они приняли самостоятельное, независимое решение и готовились его осуществить. Чарли переполнял адреналин от одной мысли о поезде, который скоро увезёт их в Ми... Мил... как же этот город называется? Неважно! В тот город, где проходит музыкальный фестиваль, и они пробудут там до утра, слушая музыку, веселясь и развлекаясь, как настоящие взрослые мужчины, пока не наступит пора ловить утренний поезд и возвращаться домой. Если им повезёт и всё пройдёт гладко, родители вообще не узнают об их отсутствии, а у них останутся воспоминания на всю жизнь!
Свет в доме Чарли потух около часа ночи. Родители Дэя тоже улеглись. Друзья условились встретиться на вокзале, и Чарли шустро переоделся из пижамы в джинсы и рубашку. Он захватил рюкзак со всем необходимым: деньгами, бутылкой воды, несколькими фото музыкантов, у которых рассчитывал получить автограф, и документами. Прокравшись на цыпочках мимо маминой спальни, Чарли босиком спустился вниз и обулся только у входной двери, чтобы не стучать по полу подошвами кед. Открыв смартфон, он вызвал такси до вокзала и через десять минут уже был там. Дороги в ночном Нью-Йорке радовали отсутствием пробок.
Они с Дэем укладывались по времени: фестиваль только-только начался, но в самом начале, как обычно, выступали скучные и неинтересные группы, и путешественники не тревожились опоздать. К тому же, город, куда они держали путь, находился совсем недалеко, и если бы кто-нибудь из них умел водить, они бы запросто добрались туда на машине, но, к сожалению, ни у Чарли, ни у Дэя ещё не было прав. Приходилось добираться на поезде, но так как поезда в таком загруженном бизнес-трафиком городе как Нью-Йорк ходили регулярно, с этим не возникло проблем. Дэй ухитрился застрять на каком-то светофоре, и Чарли недоверчиво фыркнул, глядя на аватарку друга в мессенджере. Светофоре, как же! Нет сейчас пробок даже на светофорах! Наверняка Дэй просто прихорашивался, дамский угодник!
Чтобы не тратить зря время, Чарли пошёл в кассу за билетами.
- Два билета в Мил... - уверенно начал было он, но осёкся. Глупое название города напрочь вылетело из головы! - Извините, пожалуйста, одну минуту.
Он открыл гугл, начал вбивать в поисковую строку: "музыкальный фестиваль июль 2022 в Мил", и гугл тут же любезно подсказал: "...в Милвиле".
- Два билета в Милвиль, пожалуйста, - Чарли вернул голосу уверенность и протянул деньги. К его удивлению, кассир назвал гораздо большую сумму, чем он рассчитывал, и удивлённый мальчик снова полез в карман рюкзака, чтобы добавить пару банкнот к уже лежащей у окошка стойке. Они же, вроде бы, высчитали цену ещё вчера? Может быть, ночные поезда стоят дороже? Ерунда какая-то... но спорить Чарли не стал, потому что краем глаза заметил спешащего навстречу друга.
Схватив билеты, Чарли подбежал к Дэю; они стукнулись кулачками - их обычный дружеский ритуал при встрече - и Чарли помахал блеклыми бумажками у Дэя перед носом.
- Смотри! Пока ты там копался, я купил нам билеты до Мил... до этого города, короче.
Хитро улыбаясь, Чарли сунул один из билетов Дэю в руку.
- Погоди-ка! Отходит через две минуты! Какой там путь в билете? Побежали скорее!
Поезд, в который они успели запрыгнуть в последний момент, оказался комфортабельнее раздолбанной электрички, рисовавшейся им в воображении. Чарли обомлел, увидев комфортабельные широкие кресла, но с удовольствием уселся в своё. Дэй пошутил, не купил ли Чарли им случайно билеты в бизнес-класс, и Чарли рассмеялся:
- Вообще-то, может, ты и прав! Не просто ж так они стоили в три раза больше того, что мы с тобой посчитали? Ну что ж теперь... у тебя есть какие-то сожаления? - он усмехнулся и довольно развалился в кресле, которое и правда не походило на кресло для обычного междугороднего рейса внутри штата. - Мы отдыхаем, как короли, Дэй! Вот представляешь, приедем не скрюченные, с затекшими руками-ногами, а свежие и полные сил! И сразу на танцплощадку! Ух мы зажжём, Дэй, отвечаю!
Мальчишек захлестнула эйфория, подгоняемая азартом. Вседозволенность, безграничная свобода приняли их в свои объятия на эту ночь, и они собирались как следует ими насладиться. Конечно, если дело дойдёт до танцпола, Дэй опять будет в центре внимания - друг Чарли занимался хореографией на очень серьёзном уровне, и так же, как Чарли любил джаз, Дэй боготворил кей-поп. Чарли не разделял страсть Дэя, что не мешало ему искренне поддерживать друга в его увлечении. Даже если самому Чарли это выходило боком, потому что он танцевать не умел вообще, а девчонки, оказывается, скорее предпочтут парня, который круто танцует, чем парня, который виртуозно играет на виолончели или саксофоне.
Охваченные радостным предвкушением, друзья принялись обсуждать, какие группы им хочется услышать в первую очередь, и пейзажи за окном ускользнули от их внимания. Спохватились они только спустя пару часов, когда посмотрели на экраны смартфонов и поняли, что слишком уж долго едет их поезд в городок, который всего-то находится на противоположной стороне крошечного штата...
[NIC]Charles Quintrell[/NIC][STA]sacred heart[/STA][AVA]https://i.imgur.com/hpWZs5g.gif[/AVA][SGN]https://i.imgur.com/j2BbCmd.gif[/SGN]
[LZ1]ЧАРЛЬЗ КУИНТРЕЛЛ, 17 y.o.
profession: ученик старшей школы
mom: Andrea Donovan [/LZ1]

+1

3

В дверь ванной снова настойчиво постучали. Чи, который только что отрабатывал перед зеркалом знаменитую миленькую улыбку на растерянном лице айдолов, вздрогнул, не на шутку перепугавшись, и на оклик матери, оправдываясь, проворчал:
- Да иду я, омма, иду... - такое происходило всякий раз, когда Чи оказывался перед зеркалом. Родители, надо отдать им должное, вполне снисходительно относились к любви сына к зеркалам. И всячески старались ему помочь в самовыражении. Например, половину цокольного этажа в их доме, они отдали ему в полное пользование, оборудовав там махонький, но все ж таки свой собственный хореографический зал. Это был бесценный подарок и Чи всегда помнил об этом с огромной благодарностью.
Ему вообще на самом деле роскошно повезло родиться в семье довольно успешного пластического хирурга, который, несмотря на то, что имел корейские корни, все равно сумел пробиться к денежной кормушке, благодаря исключительному трудолюбию, помноженному на талант. Только поэтому семье Га-ру выпал шанс обустроиться в США и дать возможность сыну получить лучшее хореографическое образование во всем штате. Близость Голливуда опьяняла перспективами. Но у родителей Чи на жизнь в Америке был свой взгляд - осторожных эмигрантов, да и тренер по танцам (называть его учителем не хотелось, девчонкам всегда больше нравились спортсмены) держал Чи в строгой дисциплине. Вот он точно не разделял любовь своего подопечного к зеркалам и отработке айдоловских ужимок перед ними. Поэтому и приходилось тренировать улыбки, взгляды, поцелуйчики украдкой, в ванной, пока никто не видит. Но мама гнала его спать и сейчас Чи был этому особенно рад. Повторив на прощание с отражением несколько оборотов вокруг себя и движений плечами в стиле Майкла Джексона - тренер всегда опирался на классику - Санни Дэй (как прозвал себя сам Га-ру в стиле псевдонимов "как у айдолов") приведя в порядок ванную, чтобы мама не ворчала, наконец, покинул помещение, послав отражению выстрел из импровизированного руки-пистолета-указательного пальца.
Довольный собой, он быстро стер улыбочку с лица, как только увидел маму на пороге своей комнаты.
- Ты немедленно ложишься спать. Уже почти полночь. - наконец-то чуть ли не в единственный раз в своей жизни Чи был искренне рад маминой строгости. Он изобразил на лице недовольство и хмурый вид, но на самом деле предвкушал, как скоро родители уже угомонятся и дом погрузится в сон. Отец, наверное, уже спал. Его работа требовала серьезного настроя и качественного отдыха.
Он демонстративно упал в кровать, убеждая маму в серьезности своих намерений крепко заснуть и хорошо выспаться. Наконец, она погасила свет и закрыла дверь.
Двигаться в темноте было неудобно, но все же Чи старался не копаться долго, и успеть на встречу с другом Чарли вовремя. Такси пришлось подождать, да и ехать пришлось дольше, чем он рассчитывал, и все равно Чарли купил билеты уже без него. Да и какая была разница, если задуманное в любом случае грозило исполниться!
- Привет! Что? Почему это поезд уже через две минуты? - Чи все никак не мог понять, почему поезд уходил раньше, чем они думали. Ведь они же все рассчитали правильно. Но спорить было некогда, друг уже утянул его в нужном направлении.
Только уже отдышавшись и оглядевшись, они обнаружили, что все не так уж и плохо, как рисовало их пессимистично настроенное воображение.
- Воу!  Это что, бизнес-класс? - шепотом переспросил Чи у друга, опасаясь, что в любую минуту их попросят покинуть вагон. Но все было верно. Они быстро отыскали свои места. Их никто не остановил, не переспросил, куда они едут посреди ночи и зачем, у них и билеты-то никто и не проверял, только на входе, людей было так мало, что ребята расположились, как короли, нечего сказать, эта ночь радовала их все больше и больше. Дэй не удержался, вскочил и показал другу новые движения, которые разучил недавно и похвастался, какой удачной связкой они могут стать в полноценном танце. Чарли так же не смолкая делился новостями музыки и ребята искренне интересовались делами друг друга. Все же понимать увлечения другого, будучи увлеченным самому, было куда проще и понятнее. Болтали обо всем, что приходило в голову. Пока не обнаружили, что давным-давно должны были оказаться на месте.
- Слушай, что-то здесь не так. - Чи всматривался в билет, пока пытался понять, в чем дело. - Может у этой электрички какой-нибудь экскурсионный неторопливый маршрут? Почему мы едем так долго? - он полез в смартфон, посмотреть маршрут поезда по станциям, и долго не мог понять, почему путь проходит по совершенно другим станциям. - Что за черт...- невольно выругался Дэй. - Куда это мы едем?
Чем отличается Манвилл в Нью-Джерси от Мелвилля в Нью-Йорке?
- Ты в курсе, что мы с тобой совершенно в другом штате и мчим все дальше от феста, куда так торопимся? - Чи едва сдерживал панику. Какая нелепая ошибка! Впервые в жизни они решили проявить самостоятельность и сделать что-то сами, без подсказки родителей, и так позорно облажались!!
[NIC]Sunny Day[/NIC]
[AVA]https://i.imgur.com/L3PRDxv.gif[/AVA]
[LZ1]ЧИ ГА-РУ, 17 y.o.
profession: фанат k-pop, учусь танцевать[/LZ1]
[SGN]*[/SGN]

Отредактировано Kay Imogen (2022-07-31 23:15:54)

+2

4

По географии, в том числе географии США, у Чарли по итогам года вышло скромное "С", но даже он понимал, что Нью-Йорк по своим размерам, по сути, микроскопический в сравнении с каким-нибудь Техасом, поэтому совершенно непонятно, как поезд мог ехать так долго из одного города в другой! Ну что за подстава? Почему права не выдают пятнадцатилетним? Почему им приходится зависеть от железной дороги, а не скоростных междугородних шоссе? Чарли ведь всерьёз обдумывал возможность отправиться в город автостопом - наверняка им бы встретились незнакомцы, тоже спешащие на фестиваль - но ловить попутку ночью казалось всё-таки не самой удачной затеей. В отличие от большинства жителей США, ни Чарли, ни Дэй не держали дома оружия и никак не смогли бы защититься; какими бы взрослыми мальчишки не считали себя, они оставались ещё, в сущности, детьми, и как назло оба были невысокими и хрупкими: на Чарли, возможно, сказалась сердечная болезнь, а может, просто мамины гены, но он вырос до ужаса худощавым и никак не развивался физически (кроме усилий, необходимых для работы с такими тяжёлыми инструментами как виолончель и саксофон). Дэй как танцор и куда более выносливый в этом плане парень, наверное, мог бы кого-нибудь как следует пнуть, но и он как типичный азиат был невысоким и тонкокостным. От опасности их могли бы защитить только перцовые баллончики, но до баллончика, во-первых, ещё добраться надо, а во-вторых, распылить его так, чтобы самому не надышаться перцем! Чарли чуялась здесь какая-то сложная наука, потому что распыление баллончиков в правильную сторону подразумевало знания законов физики, а с физикой у него всё было туго, ещё хуже, чем с географией.
Тем не менее, сейчас ему подумалось, что автостоп, пожалуй, не так опасен, да и давно домчал бы их до места, в отличие от поезда, который копается, как беременная черепаха...
Чарли даже не приходило в голову, что всё пошло настолько не так, что виноват в их приключении был не поезд, а он сам, ведь именно он купил эти билеты; поэтому когда Дэй полез в смартфон, Чарли не торопился делать то же самое - и зря. Брови друга озабоченно собрались у переносицы, превратив его ещё по-детски нежное лицо в хмурую гримасу, и Чарли заёрзал на кресле, пытаясь заглянуть в чужой экран:
- Что там такое?
Естественно, разглядеть мелкие символы на расстоянии, да ещё в движущемся поезде, совсем не просто, но Дэй поспешил прояснить ситуацию. Теперь задвигались брови Чарли, взлетая на лоб.
- Чего-о-о-о-о?! - громко воскликнул он с возмущением, одновременно выхватив смартфон у друга из рук, как будто вина за неправильный путь лежала именно на несчастном гаджете, и уставился в названия станций. - В каком ещё другом штате?! Какого чёрта мы здесь делаем, когда мы должны быть в... ох, бл*ть!
Чарли, вообще-то, редко матерился, особенно в присутствии взрослых, но сейчас взрослых рядом не было, а ситуация явно требовала экспрессивной оценки. Он вернул смартфон другу и взъерошил свободной рукой свои волосы, как будто это могло помочь ему думать.
- Так, окей, ладно. Ладно, - уверенным голосом заговорил мальчик, стремясь убедить и Дэя, и заодно себя, - у нас всё под контролем. Это всё кассир, Дэй! Он глухой идиот, я тебе говорю! Тьфу ты... - как многим подросткам, Чарли не нравилось признавать собственные ошибки, и он поспешил свалить вину на другого человека. Эмоции требовали выхода, а злиться на конкретный объект гораздо легче, чем на самого себя. - Окей, мы, получается... э... в Нью-Джерси? - он выглянул в окно, пытаясь отыскать подтверждение догадке, но поскольку Чарли ни разу не бывал в Нью-Джерси и вообще плохо представлял, как должна выглядеть местная жизнь, ничего интересного в окне он не нашёл. Природная местность, как и везде... какие-то домишки...
- Ну и дыра, а? - мрачно спросил Чарли, потому что Нью-Джерси показался бы дырой любому, кто прожил всю жизнь в крупном городе. - Интересно, мы можем сойти на ближайшей остановке? Давай-ка посмотрим билеты в обратную сторону!
Но вот загвоздка: железные дороги Америки развиты в разы хуже, чем британские, и связь между штатами поддерживалась плохо. Отправления из Нью-Джерси предлагали покататься внутри того же Нью-Джерси, а вернуть горе-путешественников в Нью-Йорк мог только утренний поезд.
- Вот подстава! - разозлился Чарли. - Ну уж нет! Плевать на эти поезда, поедем на автобусе!
Ночные автобусы действительно имелись, но рейс в Нью-Йорк занимал около четырёх часов, к которым стоило прибавить ещё минимум полчаса на дорогу до локации фестиваля. Они же всё пропустят!
Всю оставшуюся дорогу до остановки Чарли с азартом стучал пальцами по экрану смартфона, выискивая различные способы добраться до штата. Они не могли улететь, не могли уехать на поезде, автобус и машины им тоже не подходили, а телепортацию человечество не изобрело. В конце концов Чарли был вынужден признать поражение, а проигрывать он страшно не любил, и настроение у юного любителя джаза испортилось окончательно.
- Проклятье! - в сердцах выругался он, пиная пустующее кресло по соседству. - Похоже, застрянем до утра в этой дыре. Зашибись на фестиваль съездили, угу... кстати, кажется, тормозим.
Поезд замедлился, а вскоре и вовсе остановился, явив взгляду нью-йоркских мальчишек пустынную бетонную площадку с поцарапанной табличкой. Радостный шрифт, которым дизайнер написал название города, словно насмехался над ними. Чарли взвалил рюкзак на плечо и тяжело вздохнул:
- Ну пойдём посмотрим, что из себя представляет этот Нью-Джерси. Что нам ещё остаётся?
Они высадились из поезда вдвоём. Одинокий фонарь скудным светом указывал дорогу до автостоянки. Неподалёку стояло двухэтажное обветшавшее здание, на втором этаже которого, судя по вывескам, расположился дешёвенький отель, а на первом соседствовали бар и ресторан, закрытый на ночь. Чарли поправил очки, ещё раз вздохнул и постарался взять себя в руки. Судьба раздала им хреновые карты, но придётся играть с тем, что есть на руках, и извлечь максимум выгоды.
- С достопримечательностями не густо, - он усмехнулся, а потом нервно рассмеялся и ткнул друга локтём в бок. - Слушай, но с другой стороны, не всё так плохо, а? На фестиваль мы не попали, это обидно, не спорю, но... мы всё ещё путешествуем по Америке! Одни! Может, это как раз то приключение, о котором мы мечтали? Если бы всё пошло по плану, было бы скучно, согласись! - он надеялся, что Дэй согласится, потому что испорченную ночь нужно было спасать общими усилиями.
- Мы можем снять комнату вон там, - Чарли ткнул пальцем на отель, - но есть шанс, что постельные клопы загрызут нас насмерть к утру. И потом, мы же не для того ехали за тридевять земель, чтобы лечь спать? Пойдём в бар!
Рядом с хлипкой входной дверью никто не стоял - ни охраны, ни фейсконтроля. Вряд ли здесь сильно заморачиваются с документами...
- Скажем, что мы студенты, едем во Флориду отмечать успешно сданные экзамены, - креативный ум Чарли тут же изобрёл легенду, - а сами возьмём по бокалу чего-нибудь там... не знаю... - он крепко задумался. - Папа часто пьёт виски, мама больше любит вино... можно взять и то, и другое! Как тебе идея?
[NIC]Charles Quintrell[/NIC][STA]sacred heart[/STA][AVA]https://i.imgur.com/hpWZs5g.gif[/AVA][SGN]https://i.imgur.com/j2BbCmd.gif[/SGN]
[LZ1]ЧАРЛЬЗ КУИНТРЕЛЛ, 17 y.o.
profession: ученик старшей школы
mom: Andrea Donovan [/LZ1]

+1

5

На самом деле в глубине души Чи отчаянно надеялся, что это он ошибся, и что сейчас Чарли, глядя в экран его телефона, скажет, что он совсем чокнулся от своих танцев-трясок для мозга, и едут они в правильном направлении, и все конечно же в порядке. Но судя по бурной реакции друга, по его взлетевшим бровям и подпрыгнувшим очкам, Чи не ошибся. И они реально мчат в противоположном направлении. Это была катастрофа, конечно.
Чарли отчаянно пытался исправить ситуацию. Потому что на фестиваль они безбожно опоздали и попасть туда вовремя не было уже никаких шансов. Оставалось надеяться хотя бы на то, чтобы вернуться домой в целости и сохранности. И даже на это у них не было никаких шансов. В любом случае стоило смириться с тем, что их казалось бы безобидная шалость, вылазка по-взрослому, не останется для родителей в тайне. Все равно они не успеют вернуться до того, как те проснутся. И хотя родители Чи добрейшие, мудрейшие люди, он все же не рассчитывал на то, что такой финт ушами они спустят ему с рук. И от этого начинало горчить под языком от страха. Он даже представить не мог себе степень и формат родительских санкций, не потому что, у него воображения не хватало. А потому что никогда не оказывался в подобной ситуации со своими родителями, рассказы же так называемых очевидцев не всегда были правдивы. Кто-то приукрашал степень наказания, у кого-то не было таких крутых родителей. Чарли, к слову, тоже не мог сказать по этому поводу чего-то конкретного.  В любом случае - стоило опасаться. Непредвиденное пугает больше всего. А им было просто любопытно провернуть что-то самостоятельно и посреди ночи. Ну да, провернули....
Как бы то ни было, обвинять Чарли в том, что это его косяк, Чи тоже не мог. Ведь будь на месте Чарли он сам, неизвестно вообще в какой бы стороне они могли оказаться сейчас. И когда тщетные попытки друга выправить ситуацию ни к чему не привели, когда они поняли, что им так и предстоит провести ночь в Нью-Джерси, когда на смену паники и злости пришли принятие неизбежного и смирение, Дэй поспешил приободрить друга:
- Знаешь, я считаю, что нам даже в какой-то степени повезло, - поймав полный обреченности взгляд Чарли, Дэй поспешил пояснить. - Я боюсь представить, в какую дыру мы бы забрались, если бы билеты покупал я. - он бы и сам пару раз послал куда-нибудь проклятья, но обстановку нагнетать не хотелось. Смириться с произошедшим было трудно. Чи был перевозбужден и сам не понимал, то ли от предвкушения приключений, то ли от страха. Признаваться самому себе было стремно. И как же он рад, что в этой ситуации он оказался не один, а с другом. Вместе все-таки веселее творить глупости.
Чарли словно прочел его мысли. А Чи радостно его поддержал.
- Ну и я говорю! Зато это именно то приключение, о котором мы мечтали! Фест жалко, да, но что делать, если мы так ступили, придется смотреть записи, зато мы в совершенно незнакомом месте, абсолютно не представляем, что делать! - последнее замечание попахивало паникой, но улыбка Га-Ру давала понять, что он держится молодцом, чего и другу желает. - Зато не скучно, тут ты прав! - он беззвучно засмеялся, не решаясь беспокоить одинокую тишину пустого перрона.
Размышляли они недолго. Чарли был прав, нужно отрываться по полной программе, раз уж выпал шанс провести ночь, совсем как взрослые.  Когда Чарли предложил заглянуть в бар, в животе у Дэя все ухнуло. Вот это по-настоящему злостное нарушение, которое никто не помешает им сотворить! В баре, куда пускают только совершеннолетних! Вот уж они оторвутся!
- Вино я точно не буду, я пробовал, это жуткая кислятина. Уж лучше взять пиво! - внес своим предложения Дэй, рассуждая как заправский ценитель алкоголя, который, кстати, ни в чем подобном и не разбирался. Да и родители дома старались спиртное не держать. - Но виски я тоже хочу попробовать! - признался он другу.
История, которую тот придумал для них, ему понравилась. - Студенты, хихикал Дэй, - едем во Флориду. Да уж! - может и правда они сойдут за студентов. Несмотря на скромное телосложение, роста в них обоих было прилично. Можно было притворяться лет на пять постарше. Лишь бы и правда у них не попросили документы.
Когда они открыли хлипенькую дверь бара и вошли, все лица собравшихся как одно повернулись посмотреть на гостей. Чарли и Чи остолбенели у входа. Что было делать?? Больше всего на свете он хотел вцепиться в друга и рвать оттуда когти. Но пошевелиться они не могли.
Огромный громила выделился из толпы и медленно подошел к ребятам. Скептически их осмотрел и спросил густым басом:
- За какой клуб болеете, парни?- о каком клубе шла речь можно было догадаться по матчу, который транслировала огромного размера плазма на стене. Чи посмотрел на Чарли, стараясь понять, есть ли у того ответ. Он не знал, что ответит друг, но выпалил невпопад.
- New Jersey Devils!!!- завопил он так, что громила аж подпрыгнул. Все собравшиеся вдруг грохнули от хохота. Чи понял, что выдал что-то не то. Но тем не менее никто не был настроен агрессивно, как до того.
- Да я ж про футбол, стервец, но Дьяволы тоже хороши! - одобрил громила, и спросил. - А вы тут какими судьбами посреди ночи? - судя по его тону, момент истины миновал, убивать их не станут, по крайней мере прямо сейчас. Поэтому Дэй немного выдохнул и поправил рюкзак за плечами.

[NIC]Sunny Day[/NIC]
[AVA]https://i.imgur.com/L3PRDxv.gif[/AVA]
[LZ1]ЧИ ГА-РУ, 17 y.o.
profession: фанат k-pop, учусь танцевать[/LZ1]
[SGN]*[/SGN]

+2

6

Чем дольше друзья стояли, растерянные, плечом к плечу, ковыряя носком кед треснутый асфальт, вдыхая трепещущей грудью вокзальную пыль облезлого перрона, тем парадоксально лучше становилось настроение Чарли. Горечь пропущенного фестиваля как упущенной возможности уже не тревожила его; в конце концов, ему всего пятнадцать лет, и впереди у него ещё миллион таких фестивалей! А пока что он здесь, с лучшим другом, на какой-то неизведанной территории, без родительского контроля, а впереди их явно ждёт что-то грандиозное, потому что как иначе? Как может быть иначе? Они оба созданы для грандиозного и великого!
Вывеска в баре задорно подмигивала заблудшим путникам и манила приобщиться к миру взрослых. Вообще-то, прежде Чарли не испытывал какого-то священного желания попасть в подобное заведение в Лондоне или Нью-Йорке, да и алкоголь не вызывал у него особого трепета; при желании, он мог бы выпить сколько угодно алкоголя дома, потому что знал, что у отца всегда лежит где-нибудь бутылка-другая чего-нибудь крепкого, но ни вид, ни запах (а любопытный Чарли принюхивался к отцовскому виски) не привлекали его и, если честно, не походили на нечто способное доставить удовольствие. Виски вонял спиртом, обещал выжечь глаза, а при попытке попробовать наверняка и желудок, и просто обязан быть горьким, а Чарли не любил горькие напитки. Больше всего на свете он любил чай (врачи рекомендовали ему отказаться от кофе), но в отличие от истинных британцев Чарли пил не тот самый листовой, заваренный в фарфоровом чайнике, а какую-нибудь ерунду с сиропами из Старбакса, а ещё лучше - баббл-ти, пузырьки которого приводили его в восторг. Он знал, что большинство англичан ни за что не согласились бы с ним из чувства патриотизма, но Чарли нравились американские кофейни, и Старбакс он просто обожал.
Бар на задворках Нью-Джерси, конечно, не имел с известной сетью хипстерских кафе ничего общего. Если бы они ещё приехали в Трентон или Ньюарк, возможно, их ожидал бы более гостеприимный контингент, твёрдый стол из хорошего дерева и кресла с регулярно обновлённой обивкой, но их занесло в глушь под названием Мил-чёртов-вилль, и вместо интеллигентных работяг, отдыхающих с друзьями и коллегами после рабочего дня за беседами о политике и искусстве, их встретили подозрительные, нахмурившиеся лица здоровенных мужиков, одетых в дешёвое тряпье. До появления Чарли и Дэя их взгляды были прикованы к экрану телевизора, который висел криво и грозил в любой момент сверзиться с кронштейна, а по телевизору шла какая-то спортивная ерунда - Чарли не был силён в спорте и потому никогда им не увлекался; из-за болезни сердца он не мог бегать быстро или долго, изнурительные физнагрузки выматывали его, и в школе он был освобождён от уроков физкультуры (и чувствовал себя последним лузером, когда вместо баскетбольных нормативов сдавал учителю письменный доклад по технике выполнения упражнения, которое сам никогда не выполнял). Он с трудом отличал регби от гандбола, а лакросс от хоккея на траве. Дэй, насколько знал Чарли, тоже не слишком разбирался во всём, что не было хотя бы косвенно связано с хореографией, и всё-таки друг сориентировался быстрее, чем он, выкрикнув наугад какое-то название. Чарли подозревал, что это был в принципе единственный клуб, название которого он теоретически помнил.
Он покосился на друга и одобрительно усмехнулся, но допрос незнакомых пришельцев, естественно, на этом не закончился. Жутковатого вида мужчины, напоминающие стадо пасущихся на водопое буйволов (если считать, что озеро водопоя вместо воды содержит пиво), теперь живо интересовались их происхождением, и тут Чарли страшно захотелось блеснуть актёрским мастерством. Может, он ни черта не разбирается в спорте, но зубы заговаривать умеет. Да и фантазия - хоть куда.
- Мы из... - начал было Чарли, но вовремя прикусил язык; если он ляпнет правду про Нью-Йорк, их затолкают головами в унитаз, как в старых комедиях про школьников-неудачников. В лучшем случае. - ...Миннесоты, - непринуждённо соврал он, старательно имитируя акцент шахтёрских американских деревень из северных глубинок. Должно быть, Дэю сейчас требовалось всё самообладание мира, чтобы не расхохотаться от таких звуков. - Только вот закончили работу на дядюшкиной ферме, теперь едем во Флориду за оборудованием новым, заодно на море отдохнем, озера-то у нас холодные. Вот, ждем утренний поезд.
Слова соскальзывали с языка невесомой нитью, и Чарли так вдохновился собственным потоком вранья, что почти поверил в него сам. Постепенно хмурые лица хозяев разгладились, и друзья смогли протиснуться к барной стойке, потому что местные верзилы расступились, снисходительно уступая им очередь. Документы у мальчишек, как Чарли и надеялся, никто не додумался спросить.
- Нам два пива, - уверенно заявил он, вспомнив совет Дэя. Пиво действительно хороший вариант - и мерзким не выглядит, и пахнет приятно, душисто, да и вроде как все присутствующие его пьют, а от такого коллектива отрываться не стоит...
Игра на экране телевизора приостановилась, судья объявил перерыв, и мужики засуетились, пытаясь одновременно попасть в уборную, где количество работающих кабинок наверняка было меньше количества посетителей. Они потеряли интерес к чужакам, и друзьям удалось поймать момент, чтобы забраться за столик подальше от стойки телевизора.
Кресла оказались настолько продавленными, что даже Чарли при своём почти несуществующем весе провалился в сиденье едва не до пола.
- А в поезде удобнее было, - негромко пожаловался он, пытаясь подобрать приемлемую позу, - но чёрт возьми, Дэй, ты когда-нибудь пил без родительского надзора, а? Ты прикинь, какие мы крутые? В школе кому расскажем - обзавидуются!
Подмигнув другу, Чарли поднял в воздух свою пивную кружку двумя руками (уж слишком она была здоровенная) и неуклюже отсалютовал ею, после чего с предвкушением таинственного волшебства сделал первый глоток.
Пиво на вкус вышло совсем не таким, как он представлял. Чарли рассчитывал, что оно будет чем-то вроде лимонада, приятно кислым и пузыристым, а оно ощущалось как полный рот жидкого хлеба, к тому же противно горького. Он сглотнул и заставил себя сделать ещё два яростных глотка, будто стремился переубедить свой мозг и обмануть вкусовые рецепторы, но без толку - тот же самый мерзкий жидкий хлеб, да ещё и с пеной, которая расползлась по кончику носа, потому что Чарли задрал кружку слишком высоко. И это-то - любимый напиток взрослых?!
Но раз уж они ввязались в это... бросить такую огромную тару, не выпив и половины, было бы кощунством.
[NIC]Charles Quintrell[/NIC][STA]sacred heart[/STA][AVA]https://i.imgur.com/hpWZs5g.gif[/AVA][SGN]https://i.imgur.com/j2BbCmd.gif[/SGN]
[LZ1]ЧАРЛЬЗ КУИНТРЕЛЛ, 17 y.o.
profession: ученик старшей школы
mom: Andrea Donovan [/LZ1]

+1

7

Вряд ли у кого-то могло сложиться впечатление, что Чи Га-Ру является фанатом хоть какого-то спортивного клуба. Он выглядел гибким и жилистым, но совсем уж хиленьким астеничного телосложения подростком. Бывали конечно исключения, но относительно Дэя сомнений практически не оставалось - ну не фанат он нисколько. Но тем не менее ему удалось убедить собравшихся в несшибаемой харизме горячего болельщика!
Да эти спортивные клубы на самом деле все однотипные, как один -  или быки, или дьяволы! Конечно, Дэй выпалил первое, что ему пришло на ум, что могло бы хоть как-то быть связано со спортом и Нью-Джерси. На самом деле он не надеялся на то, что угадает и попадет в цель, выкрикнул наобум, но с таким энтузиазмом, что одно только его намерение быть в теме должно было снискать у собравшихся хоть толику снисходительности к малолеткам, разгуливавшим летней звездной ночью и забредшим в бар к матерым болельщикам. Давить на жалость было стремно и страшно, но если уж на то пошло, орать с энтузиазмом тоже надо уметь. Вот и вышло, что Дэй угадал - правда не футбольную команду, а хоккейную, но это уже победа, учитывая, что Чи совершенно не разбирался в агрессивных видах спорта, где потные мужики носятся по зеленому полю и доказывают свою маскулинность.
Зато Чарли, кажется, держался куда увереннее. История, которую он выдумывал тут же на ходу, поразила Дэя, и хорошо, что он вовремя сумел взять себя в руки.
- Дааа.... Из суровой снежной Миннесоты - скромным бэк-вокалом вторил он за другом, покачивая головой в такт. - Надоело, знаете ли, в горячих пальцах держать снежный ком, хочется поваляться на жаре, на пляже, позагорать. А все эти игры в снежки, катания на коньках... надоедает! - нес околесицу Дэй, радуясь, что на него никто особо и внимания-то не обращает, тем более, как выяснилось, как раз они не задевают заиндевелых чувств хоккеистов, преданных фанатов голубого льда и прозрачного холода.
Чарли был так убедителен в своем актерском таланте, что ни у кого из присутствующих ни на секунду не возникло замешательство о том, чтобы спросить у них документы при покупке выпивки. Дэй изо всех сил старался не таращить глаза от удивления и делать вид, что знает об алкоголе все и даже больше.
- Горло промочить.- небрежно бросил он, придвигая запотевший бокал с пивом себе поближе. - Вот это я понимаю - летние каникулы! Если так, то я хочу, чтобы лето не кончалось! - хохотнул Дэй, норовя отхлебнуть хмельного напитка. - Забудь про школу, Чарли! Забудь про родителей! Сегодня наша разгульная ночь! Мы на свободе! - шепотом подначивал друга Чи, сам не до конца осознавая, нравится ли ему сложившаяся ситуация, или не очень, как будто настораживает. Но отбрасывая все дурацкие пустые мысли, Дэй наконец  хлебнул и от неожиданности выкатил глаза, стараясь не выплеснуть фонтаном все, что успел набрать в рот. Пузырьки газа ударили в нос, неприятно покалывая, и вызывая ком газа в горле, при попытке сглотнуть. Дэй не ожидал, что пиво будет на вкус кислым и горьковатым, ведь раньше он пробовал совсем другой вкус. Наверное, здесь разливалось не самое качественное пойло, потому что как допивать полный бокалище, Дэй не имел представления. Он уставился на Чарли и ойкнул:
- Что это за гадость? - уж перед кем, но перед другом не было стыдно признаться, что взрослость никак не лезет в горло. - Это пиво отстой! - стараясь говорить негромко, пожаловался он Чарли. А ну как его услышат бицепсообразные?? Еще примут на свой счет как оскорбление. Хотя все были заняты экраном телевизора, наблюдая передвижения маленьких человечков по полю. Время от времени бар взрывался выкриками или стонами, словно во всем помещении находился всего один человек - великанище, болеющий за любимую футбольную команду. Со стороны смотрелось жутковато.
- Что мы будем делать дальше, Чарли? Неужели сидеть в этом баре всю ночь? - выпитый на голодный желудок хмель,  ударил в голову, в которую полезли самые нелепые идеи. - Фест-то мы все равно пропустили. Так неужто эту единственную летнюю ночь свободы проторчим тут? - подначивал он друга на великие свершения. Сам в одиночку он ни за что бы не решился что-то провернуть.

И это мальчишки еще не знали, что в глубокой ночи в соседнем штате в своей постели мать одного из них встрепенулась от пришедшего на телефон сообщения. Она и забыла, что не отключила уведомления на ночь. Да и адресата этого не ожидала увидеть в три часа ночи. Это было push-уведомление от банка. Кто-то только что произвел оплату с карты Чарли и Энди как обычно получила об этом уведомление. Возможно ли было такое? Может быть это запоздалое уведомление, с банками такое бывает. Но мысли уже помчались далеко, ведь беспокойная мать присмотрелась к геопозиции места оплаты. И смутившись, решила все же проверить оплату с сайта. Но для начала хотелось освежиться, выпить стакан воды. И пока загружалось приложение, Андреа решила пройти в комнату к сыну. Убедиться, что он спит сладким сном, полюбоваться на свое чадо, в конце концов. Желание, которое так никуда и не подевалось, за все его семнадцать лет жизни. Она неслышно проскользнула в комнату. Каждый раз ругая себя за то, что делает это ночью, нарушая его личное пространство и право на частную жизнь, но так и не сумев ничего с собой поделать. Она не могла себя заставить перестать это делать - обожать своего Чарльза. Всматриваясь в сына, она старалась решить, стоит ли поправить скомканное одеяло или оставить все, как есть и не тревожить крепкий сон и все же сдержалась и прикрыла за собой дверь.
Сайт банка упрямо настаивал, что оплата с карты Чарли была произведена сейчас же минут 10 назад в каком-то заведении Нью-Джерси. Андреа всматривалась в эту информацию и все не могла взять в толк - что происходит? Будить сына посреди ночи, чтобы выяснить, что его карта делает в Нью-Джерси? А что если это всего лишь ошибка банка или приложения? Она приняла решение заблокировать карту, пока не обнаружит ее в личных вещах сына и не удостоверится, что она исправна и не потеряна. Наверняка она где-то у него в рюкзаке или в карманах джинсов. А утром в крайнем случае выдаст ему наличные.

[NIC]Sunny Day[/NIC]
[AVA]https://i.imgur.com/L3PRDxv.gif[/AVA]
[LZ1]ЧИ ГА-РУ, 17 y.o.
profession: фанат k-pop, учусь танцевать[/LZ1]
[SGN]*[/SGN]

Отредактировано Kay Imogen (2022-09-05 17:11:51)

+2

8

- Так неужто эту единственную летнюю ночь свободы проторчим тут?
Чарли грустными глазами уставился в пивную кружку. Он изо всех сил старался хлебать это мерзкое пойло, выпил по ощущениям будто Тихий океан, а в чёртовой кружке до сих пор оставалась половина. Тьфу ты!
- Нет, конечно, ты что, - быстро заверил друга Чарли, задумчиво пожевав губу, - не будем мы тут торчать! И пиво не по вкусу ни мне, ни тебе, и общество так себе... не-не-не, мы свалим и придумаем что-нить повеселее, ага... Я ведь тоже так хочу, чтобы лето не кончалось. Но сначала расправимся с этим... может, оно как баббл-ти, знаешь, ну... самое вкусное на дне.
Чарли обожал баббл-ти, эти ароматные шарики из тапиоки, плещущиеся на дне стакана, которые приятным послевкусием вязнут на зубах... в Лондоне таких кофеен было очень мало, и ассортимент в них ограничивался двумя-тремя вариантами, зато в Америке, стране капитализма, свободного рынка и глобализации, азиатских кофе-шопов было хоть отбавляй, и приветливые продавцы улыбались клиентам с порога, в надежде на щедрые чаевые, и предлагали великое многообразие видов чая - чёрный, зелёный, красный, белый, тысячи их! Не говоря уже о самих шариках, добавки в которых зачастую вызывали у Чарли недоумение, потому что... баббл-ти со вкусом бекона?! Серьёзно?! Да, такое могло случиться только в Америке.
Представляя любимый напиток, Чарли вновь мужественно задрал кружку, вливая в себя остатки пива. Он старался допить как можно скорее, из-за чего впопыхах начал делать слишком крупные глотки, и в конечном итоге неизбежно подавился. Тяжёлая кружка дрогнула в его тонких пальцах, которые и обхватить-то её нормально не могли, и ёмкость выскользнула на пол с оглушительным звоном, разбрызгивая повсюду пиво. Коричневатые лужи расплылись по грязному кафелю, белоснежная пена захлестнула швы между плитками, как морская волна, как плачущее небо под ногами, потому что в пенистых узорах, как и в облаках, можно было разглядеть силуэты людей и животных, если напрячь воображение. Но Чарли не хотел его напрягать. Чарли вообще ничего не хотел напрягать; у него неожиданно закружилась голова. Ему захотелось прилечь, срочно растянуться на сиденье, как на пляжном полотенце, совсем как в то лето, когда они с мамой и папой ездили на английское побережье и лежали на солнце, согретые его ласковыми, но не жгучими лучами. В баре солнца, конечно, не было, но свет лампы, торчащей прямо над их головами, внезапно показался Чарли слишком ярким. Сильный запах пива (вернее, вонь) бил в нос с промоченной футболки, что никак не облегчало головокружение. Кроме того, в пустом голодном желудке начал отчётливо нарастать ком горечи, которая просилась наружу.
Такое состояние у Чарли частенько бывало в детстве, стоило ему съесть какую-нибудь гадость вопреки предписаниям врачей; он был любопытным и непоседливым ребёнком, и хотя родители всячески поощряли его интерес к окружающему миру, они, разумеется, старались оградить его от опасностей, и маме приходилось следить, чтобы этот маленький непоседа не забрался куда-нибудь - например, в сугроб, когда он с друзьями, такими же маленькими дурачками, праздновал Рождество во дворе дома и в процессе игры в прятки ухитрился закопать себя в снег так глубоко, что потом, замёрзший, всю ночь до утра пил заваренный мамой чай в попытках согреться.
Растерянно взглянув на разбитую кружку, Чарли вскинул руки, увидев, что на него обернулись встревоженные лица посетителей и бармена.
- П-простите, - выдавил он, - я в порядке. В п-порядке, - добавил он, переводя взгляд уже на Дэя. Незачем пугать друга, они и так испортили себе вечер дурацкой ошибкой, ещё не хватало провести остаток ночи в недомогании!
Но ком в желудке усиленно стремился к горлу, и Чарли машинально поднёс руки ко рту.
- Я просто... вообще-то, я... сейчас приду, - и Чарли, спотыкаясь, с поразительной прытью метнулся к двери с надписью WC.
Он дёрнул первую попавшуюся дверь - у него не было времени разглядывать нарисованные квадратики и треугольнички, да ещё и очки норовили свалиться с носа. Ворвавшись в кабинку, Чарли согнулся в три погибели над унитазом; очки всё-таки слетели, к счастью, не в унитаз, а просто на пол. Их судьба пока что не волновала владельца - не сейчас, сейчас у него были дела поважнее.
После того, как его хорошенько вывернуло наизнанку, Чарли отполз на дрожащих ногах от унитаза, на ощупь нашарил на полу очки, но брезгливо помедлил: прислонять к лицу очки, побывавшие на явно не слишком чистом полу туалета, казалось не лучшей идеей. Со стоном выпрямившись, Чарли подошёл к раковине; надо признать, он чувствовал себя гораздо лучше, избавившись от лишнего алкоголя - и желудок отпустило, и голова стала яснее соображать, и ноги держали твёрже. Он как следует умылся, сполоснул рот, подставил под струю из-под крана очки, а затем посадил мокрую оправу на нос и присмотрелся к отражению в зеркале. Отражение не обрадовало: он выглядел бледным, растрепанным, футболка перепачкана пролитым пивом, а по одной линзе очков пошла трещина. Чарли легкомысленно оставил запасную пару дома, поэтому до возвращения ему теперь придётся смотреть на мир с трещиной посередине, а потом ещё и врать маме, что очки разбились каким-нибудь более естественным способом...
Чарли обернулся к окну. Окно в туалете было открыто, и сквозь него в комнату поступал свежий воздух вперемешку с тополиным пухом. Чарли отогнал рукой горсть тополиного пуха и поспешил вернуться к Дэю, не желая пугать друга длительным отсутствием.
- Я в порядке, - уже куда увереннее сообщил он, подходя к их столику, - ты сам-то как?
Если честно, больше всего на свете Чарли почему-то резко захотелось спать, но Дэй прав: не могут же они провести эту ночь так бездарно?
- Пойдём отсюда, - выдохнул Чарли, стараясь не дышать кислым дыханием другу в лицо, - придумаем что-нибудь повеселее.
Он схватил друга за рукав и вытащил его на улицу. К счастью, препятствовать им никто не стал; местные вернулись к просмотру матча, и мальчишки ускользнули из бара практически незамеченными, лишь бармен неодобрительно качал им головой вслед, сетуя на разбитую кружку.
На свежем воздухе дышать стало легче. Чарли оглянулся по сторонам. За спиной - бар, рядом - отель с разодранными обоями и клопами, с другой стороны - вокзал... где взять веселье в городе, который, похоже, после восьми вечера просто вымер?
- Пойдём, что ли, в центр... - Чарли неопределённо махнул рукой в направление от железнодорожных путей. - Ну, всё самое интересное всегда в центре происходит, ведь так?
Они отправились пешком по пыльной дороге. Чарли превозмогал усталость, как мог, но периодически его заносило, и он опирался всем весом на костлявое плечо Дэя в попытках удержать равновесие. Как раз в этот момент друзья проходили мимо улицы, по которой проезжала полицейская патрульная машина. Чарли её не заметил, зато патрульные прекрасно заметили подозрительных ребят и поспешно притормозили с ними рядом.
- Вот блин, - пробурчал Чарли, смутно соображая, можно ли убежать, но быстро отмёл эту идею: во-первых, натренированные полицейские, да ещё и вооружённые, в любом случае их догонят, во-вторых, он точно не убежит далеко - он и так не может бегать быстро из-за больного сердца, а уж в таком состоянии!..
[NIC]Charles Quintrell[/NIC][STA]sacred heart[/STA][AVA]https://i.imgur.com/hpWZs5g.gif[/AVA][SGN]https://i.imgur.com/j2BbCmd.gif[/SGN]
[LZ1]ЧАРЛЬЗ КУИНТРЕЛЛ, 17 y.o.
profession: ученик старшей школы
mom: Andrea Donovan [/LZ1]

+1

9

Как бы не уговаривал Чарли себя и друга о том, что возможно на дне стакана их пойло вдруг приобретет приятный вкус любимого сиропа, Дэй в это не верил. На самом деле нечего и надеяться было на то, что пиво вдруг станет приятным на вкус. Разочарование в напитке было тотальным. Он никак не мог понять, почему все расхваливают это хлебное пойло на всех углах. Единственное, что могло порадовать Дэя так это то, что в голову ему не вдарило так сильно, чтобы не соображать. На самом деле он опасался, что все будет хуже. Но хуже на самом деле стало Чарли. Ему и правда вдруг стало нехорошо. Сперва он побледнел, а потом его лицо и вовсе стало какого-то зеленого оттенка. Дэй не на шутку разволновался, когда друг выронил кружку с пивом и она разлетелась на полу брызгами осколков. Он подскочил на месте, оглядываясь на суровые недовольные лица бармена и других бицепсообразных, но похоже, такая ситуация в баре была далеко не редкостью. Окружающие тут же потеряли к ним интерес. Чарли же соскочил с места и помчался в гости к Уинстону Черчиллю, зажимая рот рукой. Дэй поморщился, догадываясь, куда и зачем рванул его друг. Он с отвращением отодвинул свою кружку с недопитым пойлом, радуясь, что можно его не приканчивать.
Некоторое время он размышлял, стоит ли ему самому прибрать осколки, ведь заплатить за разбитую кружку им будет нечем. Но официант, предварительно несколько раз убив его взглядом, уже собрал с пола все сам. С другой стороны, Дэй не особо и расстроился, никто и не обещал, что здесь к ним отнесутся с дружелюбным пониманием. Это ведь не курортный отдых, на который они всей семьей выбирались отдыхать время от времени. То мог быть и летний отдых где-нибудь на берегу океана, когда так и хотелось просить "я так хочу, чтобы лето не кончалось". Однажды Дэй развлекался, подсчитывая, сколько раз он уже утопил солнцезащитные очки на дне бассейна. А мог быть и зимний отдых где-нибудь на горнолыжном курорте. Тогда развлечением были подсчеты количества прокатов на фуникулере. Волей неволей приходилось катиться на лыжах с горы, чтобы потом была возможность снова подняться в гору. Вечером, кутаться у камина в теплые пледы и потягивать глинтвейн, а поутру разглядывать сверкающие на солнце голубые сосульки, смотреть как тает в горячих пальцах снежный ком.
Да уж, в баре точно было не до курортного отдыха. И Дэй уже занервничал, дожидаясь друга. Он метался, не зная, то ли сгонять, проверить, как он там, может нужна помощь. С другой стороны они еще никогда не оказывались в такой щекотливой ситуации. А вдруг Чарли станет неловко, что друг застал его в не самый приятный момент? Или наоборот Дэю станет настолько противно, что он своим отвращением обидит и друга, которому может понадобиться помощь? В общем, время ожидания всегда было не самым приятным, но сейчас это и ввергало в смятении. Как быть? А как в таких ситуациях поступает лучший друг? В душе поднялась волна геройства, ведь он и есть лучший друг своего Чарли. Потом его как подбросило - у того ведь больное сердце! С Дэем даже родители Чарли как -то говорили. Именно о том, что их сыну запрещены серьезные физические нагрузки, что надо быть аккуратнее в выборе игр и занятий. Нынешняя ситуация вообще выходила за рамки аккуратности!! Мало того, что они не спали всю ночь, так еще и спиртного напились! Чи мало разбирался в физиологии, но понимал, что нагрузки на сердце бывают разными. И как скажутся сегодняшние на сердце Чарли он не знал. Это оказалось самым важным и главным доводом, чтобы Дэй перешел к действиям. Решительно поднявшись с места, с твердым намерением идти спасать друга, Чи направился в сторону туалета, откуда уже выходил Чарли. Дэй тут же стушевался, наблюдая за поведением друга, стараясь понять, плохо тому или уже получше.
- Чарли... - позвал он негромко. - Ты как? - он предельно внимательно всматривался в друга. Увидел, что стекло очков пошло трещиной. Воскликнул. - Что с твоими очками, бро? Ты взяла запаску? - и тут же, не удержавшись, пошутил. - Ты стал совсем как Гарри Поттер с треснувшими очками. - что делать, в этом весь подростковый возраст. Ты вроде бы уже осознаешь взрослые проблемы и проблемы со здоровьем, но в то же время, тебе все еще смешно над глупыми шутками, которые взрослые уже воспринимают всерьез. - Да я-то в порядке, что мне будет. Правда я за тебя перепугался. Видок у тебя тот еще. - и вообще состояние такое помятое. Дэй сунул руку в карман джинсов, вытащил смятую упаковку жвачки и без задней мысли протянул другу.
- После этого пива привкус во рту мерзкий, скажи? - он и сам зажевал сразу две подушечки, чтобы уж наверняка перебить неприятный вкус. - Да, пойдем отсюда.   - негромко поддержал он Чарли, и они постарались как можно незаметнее скрыться из бара сомнительной репутации.
На улице репутация оказалась не лучше. Пустынно, безлюдно, жутковато на самом деле. Куда податься, было неясно, хотелось вернуться обратно на железнодорожный вокзал. Кажется именно там было самое приличное место из всех, что могли встретиться в этом районе города.
- Тоска смертная... - негромко высказал он их общие с Чарли мысли. - Ты уверен, что здесь есть хоть какое-то подобие "центра"? - может стоило открыть карты и посмотреть, что еще мог бы предложить этот мрачный райончик. Дэй поплелся за Чарли, попутно забивая местоположение в поисковик, и нарушая их с Чарли договоренность, не забивать координаты в googlе, пока они не вернутся домой. Но что было делать, торчать в этой дыре совсем не хотелось.
- Слушай, может давай вернемся на вокзал и подождем обратного экспресса? - честно говоря, ему совсем не нравилось состояние друга. Он явно испытывал слабость и не хотел признаваться в этом другу. Видимо, бравируя, пытаясь спасти свою репутацию. Но Чи, при всей своей гиперподвижности и несерьезности, мог все же отдавать себе отчет в том, что Чарли неважно себя чувствует. И по правде говоря ему было страшно остаться  одному в незнакомом городе с ослабевшим другом на руках. Ведь тот ни за что не признается, что с сердцем плохо. А Чи никогда не учился оказанию первой помощи. Чувствуя, как паника начинает им овладевать, Га-Ру был готов сам мчаться хоть в полицию, хоть звонить миссис Донован, чтобы она спасала своего сына.
Его мысли были услышаны, полицейская машина и правда вырулила из-за угла. Первым порывом было тут же скрыться с глаз, сбежать. Если их, несовершеннолетних, да еще и в алкогольном опьянении, загребут в полицию, проблем не оберешься. Их могут занести в базу данных несовершеннолетних нарушителей закона и тогда поступление в колледж станет большой проблемой из-за учета, на который их поставят. И к тому же могут быть проблемы у их родителей! Их вообще могут признать неспособными обеспечить достойное воспитание своим детям и лишить родительских прав! А Чи_Санни_Дэй_Га-Ру не хотел остаться без родителей из-за невинной глупой выходки! Это было нечестно!
- Черт побери! Что нам делать? - зашипел он другу на ухо. Но тот был так измотан, что Дэю стало стыдно взваливать на него ответственность. Но из них двоих именно Чарли мог уболтать любого и убедить любого в самой неправдоподобной истории. Без него Дэю точно не справиться!
Офицер уже вышел из машины и направлялся к ним. По крайней мере он не наставлял на них оружие и шел спокойным шагом. Сейчас они что-то придумают, спокойно поговорят, их должны отпустить домой. Хотя куда домой, если они из другого штата?! Они даже адреса здесь не знают, чтобы назвать какой-то ложный, куда их могли бы подбросить и они могли бы там перекантоваться до утра. Но ведь нет! Наверняка запрут в участке до утра, пока не выяснят, что же они натворили.
Офицер остановился перед ними и спросил.
- Добрый вечер, ребята, предъявите, пожалуйста, свои документы.
Дэй понимал, как они выглядят со стороны. Пара подростков, один из которых кореец, второй неважно себя чувствует, при этом и с разбитыми очками. Так себе парочка для показателя респектабельности и лоска. И самый большой недостаток, конечно, это возраст. Молодость было никуда не спрятать, не скрыть. Сразу было видно, что это всего лишь подростки, несовершеннолетние молокососы, которые разгуливали без присмотра родителей глубокой ночью.

[NIC]Sunny Day[/NIC]
[AVA]https://i.imgur.com/L3PRDxv.gif[/AVA]
[LZ1]ЧИ ГА-РУ, 17 y.o.
profession: фанат k-pop, учусь танцевать[/LZ1]
[SGN]*[/SGN]

+2

10

Никто не станет отрицать, что у полицейских, этих грозных людей в синей форме, в Америке отвратительная репутация. Чарли не мог взять в толк, почему; конечно, никому не хотелось бы столкнуться с полицией и быть обвиненным в нарушении закона, но Чарли, выросший в Англии и воспитанный в местной социальной культуре, не понимал того агрессивного, враждебного недоверия, которое испытывает абсолютное большинство американцев по отношению к собственным органам правопорядка. В его понимании полицейские представлялись людьми, которые были обязаны прийти на помощь, а не усугубить ситуацию - во всяком случае, в Лондоне такие вещи казались детям чем-то самим собой разумеющимся. В Штатах же от полиции никто никогда не ждал ничего хорошего, жители предпочитали самостоятельно вооружаться и защищаться, что было совсем за гранью понимания Чарли. Он даже в теории не мог представить, чтобы у мамы или папы на стене висело охотничье ружье. Кому нужно охотничье ружье в Нью-Йорке, городе неоновых огней, сверкающем всеми цветами радуги по ночам? Стрелять по зеленым лампочкам гирлянд и вывесок ночных клубов?
В любом случае, именно сейчас Чарли и правда хотелось убраться от машины полиции и направляющегося к ним мужчины подальше. Инстинктивно, потому что Чарли казалось, что его поймали на чем-то ужасном, хотя побег ночью из дома, даже в соседний штат, вроде бы не считается преступлением, как и употребление алкоголя. Фальшивых документов у них с Дэем не было, они не являлись, по сути, мошенниками - только хитрецами, глупцами и черт знает, кем еще, но мерзкие качества характера опять-таки не преследуются уголовно. Проблемы, скорее, возникнут у заведения, которое напоило несовершеннолетних посетителей, и Чарли заранее кольнула совесть, эта страшная зубастая зараза, потому что и бармен, и верзилы отнеслись к ним дружелюбно, и ему не хотелось доставлять им неприятности. Хватает и того, что он устроил, разбив кружку и превратив кафельный пол в плачущее небо под ногами. Вот только стоимость кружки - ничто по сравнению с каким-нибудь штрафом...
Полицейский тем временем подошел вплотную, и Чарли, чувствуя растерянность Дэя, который тоже замер на месте, как вкопанный, принимая судьбу, с трудом сфокусировал взгляд на блестящем значке у полицейского на форме.
- Мы... - он судорожно сжал плечо друга, пытаясь остатками логического мышления придумать правдоподобное враньё. - Мы... туристы...
Полицейский внимательным взглядом окинул шатающихся мальчишек, от которых так очевидно разило алкоголем, что не требовалось никаких дополнительных тестов для констатации алкогольного опьянения. Мальчишки, к их чести, не походили на местную шпану, которая любила выбивать окна и отвинчивать боковые зеркала у автомобилей; эти мальчики выглядели интеллигентными и, судя по растерянным лицам, в такой ситуации они оказались в первый раз. Кто из нас не творил глупости в нежном возрасте? Полицейский лишь хотел оценить ущерб - один из парней выглядел совсем уж скверно - но для этого ему нужно было взглянуть в документы, понять, сколько этим балбесам лет и где они живут, потому что лица были полицейскому не знакомы, а за долгие годы патрульной службы он изучил практически все немногочисленное население этого крошечного города.
Чарли понял, что сопротивление бесполезно. Кажется, если по требованию полиции не предъявить документы, те имеют право задержать нарушителя до выяснения личности, то есть, буквально арестовать, а эта идея приводила Чарли в откровенный ужас. Он, прежде никогда не употреблявший ничего крепче кофе и чая (он любил коктейли, впрочем, и летом часто пил мохито в кафе, но исключительно безалкогольный), чувствовал себя так дурно, что его стали раздирать очень противоречивые чувства: с одной стороны, Чарли отчаянно хотел повеселиться, сделать что-то такое, чтобы их совместная вылазка увенчалась успехом, чтобы можно было с гордостью об этом вспоминать и хвастаться в школе тем, как они классно провели время, а не тем, как быстро и жалко наклюкались в каком-то ничтожном баре на Задворках Нью-Джерси. Он не хотел выглядеть слабаком и в глазах Дэя, лучшего друга, чье мнение и уважение было как ни крути важным для Чарли именно по этой причине. С другой стороны, безнадёга начинала донимать его разум вместе с дурацким положением, в которое они сами себя загнали, оказавшись в чужом штате ночью. Усталость давила на плечи невидимым, но ощутимым грузом, и едва ли не больше, чем каких-то абстрактных приключений, Чарли хотелось очутиться дома, просто волшебным образом телепортироваться туда и лежать на диване, смотреть какую-нибудь новинку на Нетфликсе и обсуждать с Дэем происходящее на экране - хотя, если уж быть до конца честным, Чарли не был уверен, что он выдержит кинопросмотр и не провалится в сон, едва его голова коснется мягкого бортика дивана. Иногда они с Дэем отдыхали именно так: пили чай, заботливо заваренный мамой, и смотрели кино, и это тоже было по-своему весело, особенно темными вечерами, когда солнце переставало греть землю.
Чарли полнял взгляд и сквозь треснутое стекло очков разглядел хмурое небо, неожиданно покрывшееся густыми тучами вместо звезд. Вздохнув, он засунул руку в рюкзак, отцепившись от плеча Дэя, показывая ему унылый пример собственной капитуляцией, и вытащил на ощупь пластиковую карточку - вид на жительство, служащий ему основным документом как несовершеннолетнему мигранту. Полицейский с интересом осмотрел карточку, прищурив взгляд на графе с датой рождения.
- Что же, мистер Куинтрелл, - полицейский усмехнулся, - нечего несовершеннолетним ребятам ходить ночью по улицам, нет в этом ничего хорошего. Полезайте в машину, отвезу вас домой. Адреса свои хоть помните?
- Нью-Йорк... - начал было Чарли, и полицейский присвистнул.
- Нью-Йорк, говоришь? Как же вас занесло так далеко, щеглов перелетных? - посмеиваясь, он покачал головой. - Ну, в Нью-Йорк я не поеду, не имею права. Значит, поедете со мной в участок, а там разберемся.
Мальчишки заметно напряглись при словах об участке, но полицейский говорил спокойно, не грозился страшными карами, не тянулся за наручниками и заботливо приоткрыл перед парнями дверцу машины. Чарли практически рухнул на заднее сиденье и прошептал приземлившемуся рядом Дэю:
- Я так хочу, чтобы лето не кончалось...
Потому что его настигло именно такое ощущение: вместе с приездом в участок остаток их свободной ночи сойдет на нет, как и лето в конце концов уступит дорогу осени, и придется возвращаться в школу, и свободного времени, учитывая плотный график занятий по музыке, не останется... парадоксально, но Чарли одновременно хотелось и попасть скорее домой, и задержаться в Нью-Джерсивской дыре, а может, он просто уже ничего не соображал, потому что теплота салона сморила его, и он уснул.
Чарли плохо помнил, как они добрались до участка и какую еще информацию спрашивали полицейские - впрочем, те не доставали мальчишек расспросами, а только по-доброму веселились над безобидными дурачками. Должно быть, в какой-то момент Чарли дал полицейским свой паспорт, именно британский паспорт, а не американскую карточку, где в графе контактной информации был указан мамин номер телефона, потому что в Нью-Йорке вскоре раздался звонок, поднявший сонную Андреа Донован с кровати требовательным "Миссис Донован? Полиция Нью-Джерси". Чарли лишь слабо слушал голос полицейского, отвечающий в трубку, и продолжил кемарить. Голова нещадно болела, во рту пересохло, и ему хотелось куда-нибудь скрыться от этого состояния, хотя бы в царство снов. Ближе к утру наконец полицейские, успевшие смениться по мере заступления на утренние смены, растормошили мальчишек, и тут-то Чарли, уже трезвый, но все еще туго соображающий из-за головной боли, осознал глубину неприятностей, в которые они с Дэем влипли: он находился в чужом городе, чужом штате, куда попал без разрешения ночью, голодный, взлохмаченный, в футболке, облитой пивом, и треснувших очках. Если мама не сошла с ума от беспокойства по дороге, то непременно сойдет сейчас от ярости, но Чарли, хмуро поджав губы, был вынужден признать, что, возможно, какую-то часть нравоучений он все же заслужил. Тем не менее, ему, как и всем людям на свете, не доставляло никакого удовольствия чувство вины, поэтому он морально готовился к встрече с мамой, неловко приглаживая волосы пятерней.
[NIC]Charles Quintrell[/NIC][STA]sacred heart[/STA][AVA]https://i.imgur.com/hpWZs5g.gif[/AVA][SGN]https://i.imgur.com/j2BbCmd.gif[/SGN]
[LZ1]ЧАРЛЬЗ КУИНТРЕЛЛ, 17 y.o.
profession: ученик старшей школы
mom: Andrea Donovan [/LZ1]

Отредактировано Anthony MacIntyre (2022-09-12 18:28:31)

+1

11

Как же невовремя растерял свое красноречие Чарли! Дэй до последнего надеялся, что друг сейчас придет в себя, встряхнется, соберется и выдаст полицейским такую же залихвастскую увлекательную историю, полную выдуманных приключений и различных смачных подробностей. Но глянув на друга, Дэй и сам стушевался. Чарли явно себя нехорошо чувствовал. Того и гляди натурально свалится на землю. Только сейчас до Дэя в полной мере дошло, в какую же неприятную на самом деле историю они вляпались. И дело тут даже не в том, что они нарушили закон, границы штата, все моральные и этические правила по отношению к своим любимым родителям. Да, да, даже это не было так страшно, как могло бы показаться раньше, в детстве. На самом деле настоящая опасность скрывалась там, где и не подумал бы ее ждать. И Дэй внезапно осознал всю серьезность своей дурацкой проделки, неудачной шутки с путешествием. Они с Чарли натурально подвергли себя опасности. И если за себя Чи и не опасался так уж всерьез, то страх за здоровье и за состояние друга внезапно парализовал с ног до головы. Еще никогда он не чувствовал себя таким полным болваном! Как ему только в голову могло прийти подвергнуть друга таким нелепым и пустым опасностям? Дэю стало нестерпимо стыдно за себя, он и в самом деле готов был извиняться перед Чарли, хотя представлял его реакцию на своей внезапное и необъяснимое поведение. Тем не менее полицейским было все с ними ясно. Посреди ночи, в алкогольном опьянении, без сопровождения взрослых, за пределами своего штата, проблем у ребят набрался целый ворох. И они сами все это понимали. Поэтому и сопротивляться, и отпираться от очевидного было совершенно бесполезно, ложь, не родившись, таяла как в горячих пальцах снежный ком. Что ни говори, их прогулка ночью не удалась, попытки напиться хоть бы и безобидным пиво, хоть мохито, да чем угодно, завершились провалом, стоило признать, что поездка не состоялась, а принесла одни только проблемы.
- Простите, - машинально произнес он и понял, что вторит за другом как попугай. Поддается его настроению, не контролируя свое. Если в баре они оба бравировали и были полны геройства, то перед людьми в синих фуражках были абсолютно бессильны и спасовали при первом же вопросе. Когда Чарли показал полицейским свои документы, Дэй тут же полез за своими, как будто опасался, что его оставят тут одного под хмурым небом в предрассветный час. Но не тут-то было. Им велели садиться в машину и Дэй на самом деле был даже рад наконец хоть где-то примоститься, как бы нелепо не выглядело это чувство сейчас.
- Я тоже хочу, чтобы это лето не кончалось, - ухмыльнулся Чи на внезапные слова Чарли. - Да что там, я даже не хочу, чтобы кончалась эта ночь. Представить трудно, что будет с родителями, когда они не обнаружат нас в кровати утром. Чарли, как нам отсюда слинять? - вопрос был не услышан, потому что друг уже не был способен воспринимать хоть какую-то информацию от Дэя. Наверное, и это тоже было к лучшему. Чарли был слаб, ему явно требовалась передышка. Глядя как тот сопит у него на плече, Чи анализировал, почему же того так сморило. Наверное, не только алкоголь и бессонная ночь сказались на самочувствии. Он изо всех сил надеялся, что с другом все будет в порядке. Самому Дэю не то, чтобы не хотелось спать. Скорее всего он дико перенервничал от всех событий и сейчас был гиперперевозбужден. Он помог Чарли выбраться из машины, когда они подъехали к участку, потом помог оформить документы, уже после того, как выяснилось, откуда они и нечего было надумывать лишнее. Он предлагал свою помощь всем и всюду. Пока батарейка не села и от страха встречи с миссис Донован у Дэя не холодели руки. Что он скажет маме Чарли? Почему он вообще хоть что-то должен говорить его маме? Должен, разумеется. Но вот что... Муки ожидания были невыносимы.

После махинаций с банком, Тильда уже не могла запросто заснуть. Мозг проснулся, не готовый больше отключаться в сон. Она начала размышлять, где же все-таки ее сын мог потерять карту и как быстро пройдёт процедура ее восстановления. Сперва она все не могла припомнить, сколько дней ей требовалось на изготовление новой карты. Потом ей показалось это лишней тратой времени, она снова поднялась с постели и  прошла на кухню. Если уж не удается заснуть, то хотя бы надо постараться провести время с пользой. Выспится в другой более подходящий для организма час. В этом и крылось благо работы в творческом режиме, когда тебе не обязательно каждый день показываться в офисе или отрабатывать строго определенное количество часов. Можно работать дома, продумывать идеи, сочинять сюжеты, продумывать новые композиции для съемок, вдохновляться идеями в путешествиях и познании, осознании, окружающего мира. Можно двигаться без остановки, как сумасшедшей, хоть по всей стране; можно зациклиться и ползать кругами по одной и той же задумке, пока она не станет навязчивой идеей или пока не разрешится, не взорвется на очередном фестивале яркими образами и сюжетами. А можно было замереть. Глядя в окно на зеленеющий мир, рассматривать детали, напитываться оттенками малахита и изумруда, счастливо радоваться лету. Или любому другому времени года, когда повсюду можно найти источник для вдохновения. Порой случались интересные встречи, которые переворачивали миропредставление и мироощущение с ног на голову, или наоборот, бились в унисон с собственными мыслями настолько гармонично, что порождали совместное творчество, сотворчество разных взглядов в едином порыве. Тильда любила свою работу именно за возможность раскрепощения, раскрытия. На реальные шансы увидеть мечты - воплощенными, планы и задумки - реализованными. Радовалась возможности помочь реализоваться себе и другим, кому порой просто не давали шанса, как новичкам с неимоверным талантом, так и старичкам, несправедливо забытым как чему-то консервативному, древнему, но традиционным, фундаментальным, которым всегда есть чем поделиться с миром. Тильда все чаще чувствовала себя ювелиром, гравирующим самородки. Порой и сама загоралась чем-то креативным и ярким, и процесс замеревшего созерцания и замирания сменялся активной деятельностью и диким движем. Вот тогда-то и пригождался гибкий режим работы и жизни. Когда не спишь ночами, днями, сутками напролет, но творишь, творишь и творишь что-то необычное и смелое, или легкое и свежее, или доброе и традиционное. Под настроение. Многое  делалось загодя, заранее. Не видевшее свет тут же, сразу, в сезон. Наоборот, выжидалось, выдерживалось, пока мир и публика в нем сами вдруг не додумывались выдать определенный запрос. Иногда этот запрос наращивался и подталкивался, когда идеи просачивались и немного приоткрывали завесу над тем, что можно ожидать. Это был обычный маркетинг и реклама. Тильда не сразу вникла в эту сторону своей творческой жизни. Ей хотелось звенеть в ту же секунду, как она чувствовала зуд  под ложечкой. Не могла утерпеть и разбазаривала все, что задумывала на выгодные и прибыльные проекты. Впоследствии научилась сдерживать порывы. Но не талант. И какое же тотальное удовлетворение можно было получить от того, что дар предчувствия настроений, дар предвидения сезонных запросов играл на руку, и на карман, что уж говорить. Видеть реализованными в жизнь идеи, которые задумывались за год и за два их появления на свет - дорогого стоило. В буквальном смысле. Но и удовлетворение от работы доставляло тотальное. Можно было со смелостью заявлять, что жизнь удалась и сделалась счастливой.
От размышлений ее отвлек звонок по телефону. Она с недоумением посмотрела на него, отчетливо понимая, что в такой ранний час ей попросту никто не мог позвонить. Трель звучала, а Тильда перебирала в уме, кто бы мог ей позвонить так рано и по какой причине. Мысль о том, чтобы взять телефон буквально в руки и прямо спросить о причине звонка подбросила ее на месте, да так, что Тильда бросилась к маячащему на столе светящемуся прямоугольнику. Увидела незнакомый номер и уже некогда было соображать, чтобы найти оправдание и не брать трубку. Она смахнула линию в сторону зеленой кнопочки и осторожно поинтересовалась.
- Алло? Кто это? - на том конце провода голос оказался громче, бодрее, веселее.
- Мэм, я могу услышать миссис Андреа Матильду Донован? - надо  было видеть в этот момент лицо Энди, насколько оно вытянулось во-первых от позднего, или даже слишком раннего, звонка; во-вторых, от официоза заявления, а в-третьих, от дурного предчувствия, которое холодной змеей свернулось в желудке. Кто бы это мог быть и что им надо в столь ранний час? Вряд ли это рекламное агентство, которое звонит лишь для того, чтобы разрекламировать свою продукцию или услуги.
- Да, - просипела Энди и на всякий случай присела на стул. - Я вас слушаю. Это я. - увереннее заявила она, не надеясь на позитивные слова в ответ. Она воспользовалась старым древним способом быстро привести себя в порядок и успокоиться. Просто отключила все мысли, стараясь себя ничем не накручивать, ничем не тревожить, ничем не беспокоить себя, ни мыслями, ни случайными фактами, и ни даже паузами воспоминаний.  Все, что должно быть сказано, будет сказано, а что должно случиться- неизменно произойдет. Так зачем тратить нервы на то, чтобы заранее продумывать что и как и где могло произойти такого, что пришла нужда и необходимость звонить ей посреди ночи? Нет, она не будет выдумывать душераздирающие подробности своей жизни,  которую может быть и не надо бы сейчас беспокоить лишними мыслями.
- Мэм, вас беспокоит офицер Ньюман, полиция Нью-Джерси. - и на этой фразе Энди вмиг успокоилась. Ну конечно! Карточку Чарли обнаружили и сразу же решили навести по ней справки. Возможно воришка пытался еще раз ею воспользоваться, но ведь Энди ее как раз вот только заблокировала и совершить покупки по ней было уже нельзя. Разумеется, это и сбило вора с толку. И навело полицию на его след. Это же очевидно. Наверняка какой-нибудь хозяин магазина вызвал патруль именно потому, что операции по карте совершать уже нельзя.
- Ах, да, офицер, - воодушевилась для подробностей Энди, хотя даже не знала, как правильно и по уставу обращаться к звонившему. Да и какая разница. Главное, что у нее есть пояснение инциденту, по которому ей звонят. - Я вам сейчас все поясню! - с хорошим настроением и даже улыбкой заверила она офицера. - Банковскую карту моего сына скорее всего украли. - уверенно заявила Тильда, хотя наверняка не могла сказать, так ли это. - Вы ведь по этому поводу звоните? - мало ли, а вдруг это мошенники, те самые, которые и украли - или подобрали -  карту Чарли? Как узнать наверняка?
- Не совсем так, миссис Донован. - поспешил остановить ее излияния офицер Ньюман. - Хотя речь и правда пойдет о вашем сыне, мэм. - Энди замерла. А о чем можно было говорить полиции по поводу Чарли? Даже если и было о чем, допустить можно, что угодно, но почему в столь поздний час? Энди нетерпеливо поторопила разговор.
- В чем дело? Что именно по поводу моего сына вы хотели бы мне сообщить? - наверняка мошенники или участники дурацкого розыгрыша. Из тех, которые знают о Чарли и хотят чем-то ему досадить. Воображение матери рисовало самые смелые радужные картины на это ужасный вывод.
- Мэм, вы только не волнуйтесь. Спешу вас заверить, что с ним все в порядке. - как хорошо, что Андреа побеспокоилась заранее и уселась на стул раньше этих слов. Потому что ей захотелось присесть еще раз.
- Разумеется, с моим сыном все в порядке. Он крепко и сладко спит в своей кровати у меня за стенкой. - парировала она, давая понять, что замысел мошенников не удался. Ну и шуточки  у друзей Чарли! Надо будет непременно поговорить с ним об этом. Такое поведение, такие шутеечки, разумеется, недопустимы в четыре утра с любящей волнующейся матерью!
- Мэм, ваш сын Чарли Энтони Куинтрелл, 2005 года рождения, сейчас находится в полицейском участке в Нью-Джерси. - Андреа не знала, как реагировать на это заявление. Она долго молчала. - Мэм? - все переспрашивал ее полицейский. Она все пыталась осознать ту информацию, которую он пытался до нее донести. - Мэм, вы на связи? Я понимаю ваш шок.
Наверное, это-то Андреа и разозлило больше всего.
- Вы понимаете мой шок? Вы? - тон голоса невольно повысился. - Немедленно прекратите ваш отвратительный розыгрыш! Мой сын сейчас находится дома! - что-то удержало ее от того, чтобы бросить трубку. И потом она долго анализировала, что же именно. - Погодите, я его разбужу. Пусть он поставит своих непутевых друзей на место. - пробормотала она и понеслась в комнату к сыну. Но в это время в трубке телефона раздался голос Чарли.
- Мам!.... - его робкое негромкое. - Мам, со мной все хорошо! - мяукал ее нежный очкарик.
- ...Чарли? - голос срывался на рыдания. - Чарли, это действительно ты? Но что ты там делаешь, доорогой? - все еще не веря, всхлипывала Энди.
Она уже вошла в комнату к сыну. И уже прошла к его кровати. И уже откинула одеяло, которое уютно кутало груду подушек и покрывал, из которых сын соорудил подобие себя. - Но что ты делаешь там, Чарли? - все шептала Андреа, до которой все медленнее и медленнее , в обратной замедленной съемке начинали доходить ужасные выводы. Ее сына нет дома в четыре утра. Он ушел из дома без ее ведома, не ставя ее в известность, и уж тем более не отпрашиваясь. И даже не попросив ее довезти его до места. Что он забыл в Нью-Джерси, господи, что ему там надо, это же совершенно другой штат! Что он там делает?! Как он там оказался? И когда? И как его вызволять оттуда? Да! Срочно мчатся за ним!
Но погодите....
- Чарли? С тобой все в порядке? Ты жив, цел, здоров?  С тобой ничего не случилось?? - материнское сердце грозило разорваться прямо сейчас от страха и ужаса. - Я сейчас приеду, Чарли! Срочно дай трубку офицеру! - и ей уже было все равно, что о ней подумают, все равно, что натворил ее сын. Его срочно нужно было выручать, вырвать из лап полиции, что бы там не происходило!
- Миссис Донован, повторяю еще раз. Уверяю вас. С вашим сыном все в порядке. Он жив и цел. По поводу здоровья тоже все в порядке. Медицинский сотрудник провела обследование. Мальчишки выпили по бокалу пива. Но в целом оба хорошо себя чувствуют. За ними надо приехать.
Энди затрясло. Оба? С кем они? Кого еще нелегкая понесла за тридевять земель?
- С кем он?
- Некий Чи Га-Ру. Вы его знаете?
- Да, это одноклассник Чарли. Они друзья. Значит, вместе задумали побег... Вылазку... Боже мой. - но как хорошо, что сын был не один! Как гора с плеч . Потому что будь он один, неизвестно, как это сказалось бы на его самочувствии и настроении в последующем. С другом и море по колено, и горы по плечу.
Но что было делать? Закинуться успокоительными, переодеться, получить от офицера полиции Нью-мать-его-Джерси координаты участка, прыгнуть в авто и мчать как сумасшедшей за своим сыночком-оболдуем.
Конечно, за ними надо приехать. И методичное выполнение определенных действий помогало функционировать пусть и в режиме непонятного отстранения. Разумеется, Энди волновалась. Но офицер заверил, что с мальчишками полный порядок. Не было доводов и аргументов, не было причин, чтобы сомневаться в словах детектива полиции. Порой все еще казалось, что это все розыгрыш и ей все это только приснилось. И сейчас она примчит на место и над ней просто посмеются, как над сумасшедшей. И по правде говоря, она бы с радостью посмеялась над  собой вместе со всеми. Но вот уже пять утра, а она все еще мчит в нужном направлении. И еще неизвестно, сколько будет длиться ее путь.
Участок, который указал ей детектив, оказался ровно там, где и было нужно. Ее встретили. Проводили к мальчикам. И она обомлела, когда увидела, - и услышала - как выглядят и как пахнут мальчишки. Ее Гарри Поттер был особенно хорош, оставалось только молнию нарисовать на лбу. Что она буквально и сделала. То есть нормальная мама бросилась бы обнимать и целовать милых отвратно пахнущих подростков, но не мама Тильда. Она достала карандаш для бровей, подошла к сыну и буквально нарисовала молнию Гарри Поттера у него на лбу.
- Вот теперь прям вылитый герой. Избранный ты мой. - Энди с облегчением заплакала. - Дуралеи. - обняла она обоих оболтусов, которые едва-едва еще не переросли ее. - Как вы меня напугали, черти! - рассмеялась она. - Что вы натворили? Чи? Что мы скажем родителям? Ужас .... - еще и этого разговора ей не хватало. А вдруг родители Га-Ру запретят мальчикам общаться? Это будет удар для обоих. Нельзя этого допустить.
Тильда вздохнула.
- Так. Я иду оформлять документы на вас обоих. Родителям Га-Ру наверняка уже позвонили тоже? И ребята, я приехала за вами в другой штат. Не вздумайте мне врать. Вы должны рассказать мне, какого все же хрена мы с вами делаем тут все вместе. Ясно? - тон не терпящий никаких уловок и увиливаний. И все же Энди была счастлива. Они оба целы и здоровы. Оба в порядке. Отоспятся дома. И о наказаниях подумают все тоже дома. Не надо сейчас пороть горячку, рубить с плеча. Пусть немного успокоятся, а потом вместе друг другу поклянутся, что больше подобное никогда и ни за что не повторится. Второй шанс должен быть у всех. И прежде всего у родителей, которые тоже должны получить шанс на то, чтобы их дети не сбегали из дома без их ведома. Чтобы доверяли им чуть больше. И чтобы давали им шанс на то, чтобы исправиться и учиться радовать своих детей по поводу и без.

[NIC]Andrea Donovan[/NIC]
[STA]мать интеллигентного оторвы[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/TmfwaRQ.jpg[/AVA]
[LZ1]  АНДРЕА ДОНОВАН, 42 y.o.
profession: фотографёрка
my sun: Charlie Quintrell
we can be heroes[/LZ1]
[SGN]by nerodemiurgo[/SGN]

Отредактировано Kay Imogen (2022-09-14 00:00:52)

+2

12

Пока полицейский проводил рядовой досмотр миссис Донован, прежде чем проводить ее к горе-беглецам, Чарли тяготился мучительным ожиданием. Приглаживая волосы, он судорожно вспоминал события минувшей ночи, чтобы хоть в каком-то внятном виде их изложить. Ему смутно помнилась поездка в белой с синим полицейской машине, помнилось, как он пытался не уснуть на ходу - кажется, у него кружилась голова и он бормотал Дэю на ухо всякую бессмыслицу, что-то вроде "Я так хочу, чтобы лето не кончалось"... нет, Чарли, конечно, и правда не хотел, чтобы коварная осень перехватила эстафету слишком быстро, накрывая  зеленый травяной покров волной смешанных рыжеватых оттенков. Чарли грустил в последние дни лета, когда начало учебного года неумолимо приближалось, но что он мог поделать? Осень и учебный год всегда наступали, это было неизбежно.
Чарли вспомнил, как они с Дэем гуляли ночью по безлюдным улицам города, разглядявая то хмурое небо, то тротуар под ногами, а перед этим он, кажется, разбил здоровенную кружку пива, которую так и не осилил до дна... воспоминание об алкогольном напитее моментально материализовалось в ноздрях Чарли запахом пива и невидимым привкусом хмеля во рту. Кто бы мог подумать, какую мерзкую дрянь взрослые обожают пить! Кажется, он еще никогда так не разочаровывался за всю свою жизнь, а ведь ему уже исполнилось пятнадцать! Хуже было только лепить снеговика из тающего на солнце весеннего снежка, когда держишь в горячих пальцах снежный ком, а через секунду он плавится от температуры тела и сочится сквозь пальцы холодной грязной водой. Ох, надо было взять обыкновенный безалкогольный мохито! Он ведь любил этот напиток, освежающую смесь спрайта и мятного сиропа на языке, и часто брал мохито и подобные ему напитки в нью-йоркских кафешках. Но в Нью-Джерси, наверное, про коктейли и не слышали...
Да и какая разница, черт с этим пивом! Чарли предстояло объяснять маме, как идея их невинного приключения вообще зародилась у него в голове.
Не успел Чарли как следует запаниковать, услышать шум шагов, как мама уже стремилась им навстречу. Чарли неловко замер, не зная, стоит ли ему распахнуть объятия. Мелькнувший в маминых пальцах карандаш совсем сбил его с толку, и он не успел воспротивиться превращению в книжного героя.
- Мам! - воскликнул Чарли со смесью удивления и возмущения, тут же принимаясь яростно тереть лоб ладонью, чем сделал только хуже: молния расплылась в кривоватое темное пятно. После этого наконец случились объятия.
- Ну мам... - виновато пробормотал Чарли, смущенный всплеском ее эмоций. Он привык к тому, что мама, женщина, безусловно, эмоциональная, испытывала широкий спектр настроений, но когда причиной этих эмоций являлся он сам, всё ощущалось иначе. - Да ничего мы не натворили такого, честно... мы в полном порядке. Всё нормально!
Чарли с облегчением выдохнул, глядя, как мама разбирается с полицейскими бумажками. Мысль о том, что их наконец выпустят и они поедут  домой, наполняла Чарли той детской радостью, которую испытывают дети, ища маминой близости, и хоть он давно перерос возраст, когда при столкновении со страшным и непонятным бежал под мамину защиту, иногда -  как сейчас - ему подсознательно очень хотелось это сделать. Однако Чарли, будучи взрослым мальчиком, держал себя в руках и терпеливо ждал, пока все необходимые процедуры завершатся. Наконец они втроем вышли из участка, и настроение Чарли резко улучшилось. Он бросал ободряющие взгляды на Дэя, которому наверняка все это время тоже было не по себе, и с радостью залез в машину, такую родную и уютную после полицейской, устроился на заднем сиденье и поймал взгляд мамы в зеркало заднего вида.
Деваться некуда, Чарли вздохнул и собрался, приводя мысли в порядок. Совесть снова кольнула его, и он решил, что будет правильно не втягивать Дэя в оправания и взять вину на себя. В конце концов, именно он выступил зачинщиком.
- Мы... - Чарли задумался; он не хотел звучать так, будто вся их затея имела цель наплевать на мнение родителей или нечто в таком духе, потому что это было не так. Ни Чарли, ни Дэй не хотели никого беспокоить и искренне рассчитывали вернуться к утру... самостоятельно, то бишь, вернуться, без вмешательства полиции. - На самом деле не мы. Дэй тут не виноват. Это была моя идея. Я подумал, что было бы здорово съездить на фестиваль. Одним. То есть... мы просто хотели сделать что-то сами, понимаешь, мам? Без взрослой помощи и всё такое. Потому что... потому что мы и сами уже взрослые!
Чарли уверенно заявил последнюю фразу, но пульсирующая головная боль, ставшая сильнее от громкого звука его же голоса, усмирила его пыл. Он поморщился, прокашлялся и признался:
- Во рту всё пересохло. И голова ужасно гудит.
Он упрямо закусил губу, понимая, что на данном этапе ему нужно было признать, что идея была дурацкая, но! Идея-то, на самом деле, была нормальная. Исполнение подкачало, да...
- Фестиваль был недалеко от нашего города. В каком-то городе на букву М. Мы перепутали города и случайно уехали сюда, представляешь? Но мы должны были остаться в Нью-Йорке! Тогда бы мы успели вернуться к утру, и никто бы не заметил, что мы вообще куда-то уходили. Но все пошло не так! Мы очутились в Нью-чертовом-Джерси, ночью, ну и... ну торчать же нам на вокзале до самого утра, правда? - он робко взглянул на маму в поисках одобрения. - Мы бы замерзли и все такое... и мы, в общем, зашли в бар, потому что там больше некуда было идти, буквально некуда, такая дыра! Совсем не то, что Нью-Йорк... и мы, ну... решили попробовать пиво, которое все так хвалят. Так вот! - он подобрался весь и авторитетно заявил: - Мама, это страшная гадость! Как это вообще можно пить?! Мне было так плохо! Я очки разбил!
Чарли видел в пиве прямо какого-то предателя, ну надо же так испортить им вечер, да еще и за деньги!
- Потом... я плохо помню, что было потом, но мы вроде как вышли на улицу, и нас схватили полицейские. Вот и все.
Он упрямо закусил губу, понимая, что где-то сейчас он вроде как должен пообещать, что больше так не будет, но загвоздка была в том, что он не мог этого пообещать. Если что-то в этой ночи Чарли понравилось , так это ощущение свободы, граничащей с вседозволенностью, самостоятельности, эйфории от того, что они сами принимали какие-то решения - да, глупые, но сами же, без чужой помощи, без наущений взрослых, которые уверены, что всегда все знают лучше! А врать маме Чарли не хотел, как не хотел и ее злить и тревожить еще больше, поэтому он просто отвернулся к окну и прислонился лбом к оживляюще прохладному стеклу.
- Прости, мам. Мы правда не хотели никого беспокоить, - сообщил Чарли то, что было истинной, - если бы все прошло по плану, в пять утра мы бы уже лежали в кроватях у себя дома. И тебе не пришлось бы сюда ехать и разговаривать с полицией, и вообще... мы такого не хотели.
Чарли надеялся, что родители Дэя отнесутся к их ночной прогулке по Нью-Джерси с относительным спокойствием. Всем известно, что азиатские семьи куда более консервативны в вопросах воспитания - того требует восточная культура, которая строится на почитании старших и общественной пользе вкупе с адским трудоголизмом и перфекционизмом. Но он был готов держать ответ и перед родителями Дэя, о чем серьезно заявил:
- С мистером и миссис Чи я сам поговорю. В конце концов, раз я виноват, это... правильно, что ли. - Да, это будет нелегко и неприятно, но не всегда то, что является правильным, является приятным.
[NIC]Charles Quintrell[/NIC][STA]sacred heart[/STA][AVA]https://i.imgur.com/hpWZs5g.gif[/AVA][SGN]https://i.imgur.com/j2BbCmd.gif[/SGN]
[LZ1]ЧАРЛЬЗ КУИНТРЕЛЛ, 17 y.o.
profession: ученик старшей школы
mom: Andrea Donovan [/LZ1]

Отредактировано Anthony MacIntyre (2022-09-14 19:13:46)

+1

13

Энди смотрела на Чарли, видела, как он храбро и отчаянно защищает своего друга, выгораживает его из беды, и удивлялась. Она ведь как будто не заметила, когда он так быстро вырос? Ее малыш стал совсем большим, хочет быть самостоятельным, пытается самоутвердиться за счет разного рода сумасбродства. С его-то идеальным поведением и стремлением быть хорошим человеком, оставаясь справедливым и честным в любой ситуации. Самоотверженно принимая всю вину на себя и стараясь быть хорошим заботливым другом. Наблюдать за тем, как на твоих глазах из маленького теплого комочка вырастает огромный человечище, который к тому же становится хорошим и добрым, честным и отважным, такого счастья удостаивается далеко не каждый. Любить своего ребенка искренне, чисто и открыто, радоваться его успехам, его подъемам после сокрушительных падений, движению вперед, развитию. Знать, что этот человечище разделяет твои вкусы и предпочтения, уважает тебя и твой выбор, научился подсказывать, как быть в сложной ситуации. Вырос до пятнадцатилетнего монстрика, который несет в дом уже не самые детские вопросы и проблемы. Это великое материнское счастье топило сейчас Андреа с головой. Она не могла ничего с собой поделать, кроме как со строгим лицом следить за объяснениями Чарли, а про себя, в душе ликовать и радоваться. Ведь ее сын жив, да еще и растет на ее глазах каждую секунду его стыда, его совестливости. В каждую минуту неудобной боли и тоски, ее Чарли становится все осознаннее и взрослее. И несмотря на комизм и абсурд всей ситуации, Тильда счастлива сейчас, в эту самую минуту. Она воочию наблюдает, как из ее любимого очкарика, ее нежного шалопаю, растет достойный хороший человек. Нет больше мамского счастья и восторга.
Но при всем при этом нужно оставаться строгой и выговаривать как взрослому.
Он сбежал из дома, обманул мать, подставил друга, напился, да еще и попался полиции. И пусть офицер заверил ее, что их случай не попадет в базу данных и не сыграет на будущем мальчишек отрицательного действия, так как им уже есть по четырнадцать лет, все же знать об это Чарли и Дэю вовсе необязательно. Пусть чувствуют ответственность за совершенное безрассудство. Ведь должны же последовать хоть какие-то санкции за своеволие и безумство?
Тильда внимательно слушала сына, а когда он пожаловался на головную боль, протянула бутылочку воды. На самом деле она жутко переживала о том, как скажется алкоголь на сердце Чарли, но пока он выдержал уже целую ночь без сна и со спиртом в венах и в его облике она не видела ничего критичного. Да, устал, мешки под глазами, клонит в сон, но не более. Ничего из того, что обычно заставляло ее подбираться и действовать быстро, ни синеющих губ и кистей рук, ни зеленеющих ноздрей и ушей. Это жуткое зрелище, особенно, если все это происходит с твоим сыном и ты бессильна как-то это изменить, а только как угорелой мчатся в больницу. Много всего было пережито их семьей из-за шрама на груди сына. Но они справились. И вот теперь шрамоносец отважно щеголяет проступками, за которые ее, например, лишили бы карманных денег до скончания веков. Тильда же, счастливая от того, что сын жив и важничает, наоборот, не знала, как сдержать свои порывы, не наброситься его обнимать и тискать, говорить, как она на самом деле гордится его храбростью и креативом. Но так было поступать нельзя. Мама должна оставаться мамой, а свои восхищения она выскажет через определенное количество лет. Ждать она точно умеет.
- Значит, вы намеревались вернуться до того, как обнаружится ваша пропажа. Умно, ничего не скажешь. Наврать и оставить в неведение милых добрых родителей, которые вообще-то всецело вам доверяют. - вот вроде просто пересказала версию Чарли, но эмоциональный окрас должен все же возыметь действие. - Неужели не было никакого другого способа доказать себе, что вы уже взрослые? - риторический вопрос, на него Тильда и ответа-то не ждала. - Что было сложного в том, чтобы попросить меня или любого из родителей вывезти вас на этот фестиваль. И пусть мы не потусили бы вместе, но зато знали бы, как вернуться домой. Это было бы стопроцентно вероятно. - пыталась донести Энди. - И не прослыли бы эгоистами! Кто вам сказал ,что я сама не хотела бы побывать на этом фесте? - Чарли точно знал, что матери это могло быть интересно. И от этого ему могло быть еще более неловко. - Подумали только о себе. О том, как вам будет прекрасно и хорошо. А об интересах родителей, об их беспокойстве - ничуть. - сетовала она. Вздохнула тяжко, выдержала паузу, как Дэй ее вдруг перебил.
- Миссис Донован, я хотел бы сказать, что Чарли не сам... ну то есть он не один... Не он один виноват, мэм. Прошу вас. Не наказывайте его. Мы вместе.. Ну.. Наказывайте нас вместе! - Га-Ру уморительно смущался и Энди стоило больших усилий, чтобы не расхохотаться от умиления. Но приходилось держать серьезное лицо до последнего.
- Вот что я вам хочу сказать. - мальчишки были все во внимании. - Во-первых, вы молодцы, что не бросили друг друга и готовы отвечать за свой проступок вместе. Я рада, что у моего сына есть верный друг. - ее тон не предполагал улыбочек или ужимок. Это была не похвала ради похвалы. - Во-вторых, я рада, что мы нашлись так скоро и все живы. - она снова внимательно посмотрела на каждого. - А в третьих, мои дорогие, мы едем домой. И уже дома будем решать, как поступить в дальнейшем. Заметьте, вы не останетесь без наказания. Более того, назначите его себе сами. Не знаю, как насчет родителей Чи, но со мной точно будет только такая договоренность. - она указала пальцем Чарли прямо в нос. - Я не вижу смысла вас сейчас отчитывать. Вы оба - взрослые парни, которые давно готовы отвечать за свои проступки. Но я четко знаю, что такие выкрутасы, мои любезные, с рук вам точно не сойдут. Ясно? - кто-то понурил голову, кто-то энергично закивал. Но все было точно ясно.
- А сейчас, дайте я вас, наконец, обниму. - Андреа сперва обняла Чи, а потом прижала к себе и Чарли. Задержала его в объятиях чуточку дольше, не в силах оторваться от ощущения его сердцебиения, размеренного четкого. Когда Чарли был совсем маленький, ее маниакальный страх за его сердечко был так велик, что она часами могла слушать его сердце, пока он спал. Прижимала ухо к его груди и отсчитывала пульс, радуясь, как бойко бьется его сердечко. Прошли годы, но привычка не изменилась.- Боже мой, как же ты меня напугал, ты просто не представляешь, Чарли. Ты не представляешь. - Тильда готова была хоть целый день простоять вот так, сжимая в руках своего сына, и слушать биение его сердце, представлять, как он толкает кровь по венам, как дарит ее сыну жизнь.
- Так, ну все, берите рюкзаки, попрощайтесь и поблагодарите офицеров, что не упекли вас в камеру к преступникам, и поехали. - скомандовала Тильда, преувеличивая риск, которому мальчишки могли подвергнуться в участке.
Они попрощались с офицером, Тильда забрала все документы, в том числе и предупреждение о посещении социальной службы опеки, и они выехали домой. Мальчишки все дорогу клевали носом, Тильда закрыла окна, включила в машине кондиционер, не мешала разговорами, тем более на завтра им точно предстоит серьезный долгий разговор. Ну а пока можно было расслабиться, помечтать, чтобы лето никогда не кончалось, чтобы еще немного порадовала жара и тепло, чтобы  как можно позднее наступили холода и морозы, чтобы дети еще порадовались летним каникулам, может быть даже влюбились, когда неважно, какое время года, а в душе - сделаешь шаг и за тобою вечная весна, ну и просто побыли бы всего лишь детьми хоть еще немного.

[NIC]Andrea Donovan[/NIC]
[STA]мать интеллигентного оторвы[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/TmfwaRQ.jpg[/AVA]
[LZ1]  АНДРЕА ДОНОВАН, 42 y.o.
profession: фотографёрка
my sun: Charlie Quintrell
we can be heroes[/LZ1]
[SGN]by nerodemiurgo[/SGN]

+2

14

У Чарли отлегло от сердца, когда он почувствовал, что мама успокоилась. В глубине души он знал, что она всегда будет в той или иной степени за него переживать, нравится ему это или нет, просто потому что она его мама, но видеть слезы в ее глазах было совсем уж невыносимо. Он был готов понести любое наказание, хоть и не выказывал энтузиазма по этому поводу - ещё бы, ведь никому не нравится быть наказанным, особенно наказанным за дело, когда вся досада вынуждена извергаться не на мир извне, а на тебя самого, культивируя чувство стыда. Чарли, однако, зантриговала идея назначить наказание самостоятельно. Это как же? Ведь можно выдумать все, что угодно! Интересно, "не ходить в школу" считается за наказание?.. Чарли уж очень не любил школьную учёбу, поэтому такое наказание вышло бы ему даже в плюс... но наказание не должно быть чем-то хорошим, к сожалению, иначе оно потеряет смысл. Чарли твёрдо решил быть честным с мамой хотя бы здесь.
Тогда что же? Лишиться компьютера на неделю? Но ведь они с Дэем только нашли кооперативную игру про пиратов! Вместе они изучали море и острова, потому что игра, между прочим, соблюдала реальную географию, и они составили карту Карибского архипелага, основываясь на зеленых и синих пикселях, а теперь...
Или всю неделю убираться вместо мамы? Готовить еду и всё такое... Чарли в жизни не делал ничего сложнее яичницы, но мама готовит еду каждый день, это не может быть совсем уж невыполнимой задачей, правда?
Пока Чарли раздумывал, мама стиснула его в объятиях, и на пару секунд Чарли ощутил то самое тёплое, уютное умиротворение, которое могут дарить только материнские объятия, но слишком долго находиться в кольце маминых рук Чарли не желал, особенно на глазах у друга, считая себя слишком взрослым для такого рода проявлений  родительских чувств. Особенно ему не нравились уколы совести при маминых словах о том, как сильно он ее напугал.
- Ну мааам, - смущенно пробурчал Чарли, выкручиваясь из её рук, - ну что ты... всё хорошо же...
В машине, однако, Чарли забрался на заднее место позади водительского кресла, инстинктивно стремясь быть к маме ближе, хоть и позади.
Как они в итоге добрались из Нью-Джерси в Нью-Йорк, Чарли не помнил, потому что уснул, вымотанный ночными приключениями, алкогольной интоксикацией и ночью в полицейском участке, зато пока они ехали, у него получилось немного отдохнуть. Уронив голову на плечо Дэя, Чарли наслаждался убаюкивающим покачиванием машины, шорохом шуршащих по асфальту колес, теплой атмосферой салона и предвкушением прибытия домой. В полудреме ему снились собственные слова: "Я так хочу, чтобы лето не кончалось", и снилась та компьютерная игра про пиратов, где прорисованная вода была так похожа на плачущее небо под ногами, и прочая бессмыслица, пока наконец машина не затормозила возле дома Дэя, заставив мальчика проснуться.
Мама никогда не набирала скорость на дороге, если в салоне машины вместе с ней находился Чарли, поэтому остановка получилась мягкой, но он все равно почувствовал прекращение движения сквозь сон и вздрогнул, резко выпрямившись, и растерянно моргнул, поправляя очки, глядя на пейзаж за окном и пытаясь понять, где они находятся. Взволнованные родители Дэя уже ждали их на улице.
Лица родителей друга подействовали на Чарли, как холодная вода; он моментально проснулся, посерьезнел и выскосил из машины вслед за Дэем. К счастью, разговор протекал не в таком суровом тоне, как опасался Чарли - во всяком случае в присутствии Чарли и его мамы. Наверняка наедине Дэй получит отдельную взбучку...
Чарли же вскоре был у себя дома, и первым делом он прошел на кухню, где выпил огромную кружку воды. Вода утолила жажду, но теперь ему хотелось чего-то теплого, уютного и согревающего, поэтому он набрал воды в чайник, спросив у мамы:
- Мам, будешь чай?
Он не пытался её как-то задобрить - просто машинально спросил, ища на полке чайную заварку. Поскольку к чаю Чарли не придирался так, как это делают некоторые коренные британцы, он вытащил первую попавшуюся банку и насыпал заварки из неё, не сильно заботясь, какие у неё вкусовые добавки или цвет. Плохого чая они в доме не держали в любом случае, так что...
Мама вошла в кухню, и Чарли неловко почесал в затылке.
- Я помню про наказание, - виновато сообщил он маме, - просто не могу пока ничего придумать. Не думается на пустой желудок... честное слово, я умираю с голоду.
Ещё бы! Ведь за долгое время в его организме не было ничего, кроме пива!
- Почему кто-то вообще в здравом уме пьёт эту гадость? Это я про пиво, - Чарли поморщился от воспоминаний горькой кислятины на языке. То, что он больше никогда не будет пить пиво, он мог пообещать маме с чистой совестью, потому что пережить такое ещё раз!.. Ну уж нет! Чарли и без того хватало историй, когда он, не думая, съедал какую-нибудь вредную гадость, а потом страдал от собственного легкомыслия. Пиво явно не считалось в его сознании атрибутом веселья. Он слышал, как ребята из выпускного класса ухитрялись проносить алкоголь, прибегая к невероятным ухищрениям ради того, чтобы хорошенько надраться на школьной вечеринке, но теперь эти рассказы вызывали у Чарли лишь искреннее недоумение вместо былого восхищения чужой изобретательностью.
- А если бы я правда спросил у тебя разрешения, - Чарли прищурился, глядя на маму, - ты бы меня отпустила? Или поехала бы с нами, да?
Как мама не понимает, что в том всё и дело! Чарли очень любил её, он вообще любил своих родителей, каждого по-своему, но маму - особенно, и все же... все же ему хотелось иногда почувствовать свободу от её заботы, сделать что-то обособленное, независимое, то, к чему она не приложила руку, то, что являлось бы целиком и полностью его идеей и действием. Конечно, у него всегда была музыка, родная стихия Чарли, но ему хотелось творить свои собственные, самостоятельные поступки и решения со всеми вытекающими последствиями, за которые, может, и страшно, но нужно отвечать, как и сейчас. Мама же как будто пыталась оградить его от этого - так, во всяком случае, казалось самому Чарли. Потому они с Дэем и решились на эту ерунду с вылазкой! И пусть они плохо подготовились и вся их затея рассыпалась, как карточный домик, они с Дэем все же урвали эти драгоценные мгновения, это пьянящее чувство свободы, когда лишь они были хозяевами своей жизни и ни от кого не зависели. Но мама вряд ли бы поняла, как это здорово. Интересно, когда ей было пятнадцать, она тоже сбегала из дома?
- Мам, а вы ведь с дядей Тони давно знакомы... - Чарли обхватил ладонями горячую чашку чая, не торопясь делать глоток - сперва он хотел дать чаю остыть и впитать его тепло другими путями. - Вы когда-нибудь ходили на фестивали? Ну или... не знаю, как вы развлекались в то время?
Ведь это действительно было совсем другое время, без ютуба, инстаграма, тик-тока и прочего. Чарли себе такого даже представить не мог, настолько обыденной реальностью ему казались вещи, которые для его мамы, должно быть, однажды были в диковинку. Он смотрел на неё и пытался представить моложе лет на двадцать. Всегда ли у неё были такие короткие волосы? Всегда ли она мечтала стать фотографом? Довольна ли она тем, как сложилась её жизнь?
[NIC]Charles Quintrell[/NIC][STA]sacred heart[/STA][AVA]https://i.imgur.com/hpWZs5g.gif[/AVA][SGN]https://i.imgur.com/j2BbCmd.gif[/SGN]
[LZ1]ЧАРЛЬЗ КУИНТРЕЛЛ, 17 y.o.
profession: ученик старшей школы
mom: Andrea Donovan [/LZ1]

Отредактировано Anthony MacIntyre (2022-09-22 17:51:34)

+1

15

Машина мягко шла по хайвею, Какой бы ни была приятной их импровизированная совместная поездка, а все равно неприятных моментов было не избежать. Наслаждаться поездкой оставалось недолго,  впереди замелькали огни родного города. И первым пунктом неприятных моментов уже после расслабляющей поездки должен был стать разговор с родителями Дэя. Что и говорить, поступок сына вызвал у них удивление, но шокированными их назвать было нельзя. Андреа  подумалось, что Чи не в первый раз мог бы выкинуть подобное. Надо бы ей переговорить с четой Га-Ру, чтобы на будущее не оставалось сюрпризных моментов в общении Чарли и Чи. Эта парочка "ЧЧ" словно два самых лучших Чудесных Человечка, готовы были радовать своими выкрутасами не раз и не два. А Тильда предпочитала все же быть готовой к подобным штукам, здоровье не казенное, нервы не железные. Все же Га-Ру строго встретили сына. Чтобы не маячить у них перед глазами и не влезать в эмоциональный разговор, Тильда отошла рассмотреть зеленые елочки, которые росли у дома Га-Ру.
При близком рассмотрении иголочки на ветках оказались голубоватыми. Пригладив несколько еловых веточек-лап, она нашла их интересными для фотосессии. Нужно будет использовать эти ракурсы впоследствии. Как только официальная часть приветствия и прощания была окончена, Андреа поспешила ретироваться, ей предстоял и свой непростой разговор с сыном. Что ей было ему сказать?...
Чарли рос ответственным и серьезным мальчиком. В детстве он был одним из тех детей, которые не только помнят о своих делах, но и напоминают маме о том, что она еще забыла сделать. К счастью, это не выглядело как контроль, а наоборот, они как будто играли в игру, и это выглядело только как желание помочь любимому родителю, и не допускать расстройства по пустякам. Иметь такого сына как Чарли было одно удовольствие. Тильда благодарила Бога в каждой молитве за то, что он послал ей счастье любить и обожать своего ребенка, потому что это был по-настоящему дар. Они с сыном совпали и по чувству юмора, и по биологическим часам, и по умению быстро и легко решать конфликты, неумению долго обижаться по пустякам и прощать друг другу и другим мелкие бытовые неудобства. Это было настоящим счастьем: каждый день просыпаться и с радостью целовать любимую очкастую мордочку, тискать и обнимать сына при любой возможности, с удовольствием участвовать в его проектах и помогать с различными мелочами, которые бывали ему важны. Она с радостью и с гордостью могла заявить, что любит сына по-настоящему, а не потому что она его мама. Как замечательно, что их души встретились в одной семье и они могут с радостью наслаждаться обществом друг друга. Ну и как прикажете ругать это несносно любимое монстрячее чудовище, которое готово пожирать ее нервные клетки тоннами? Она и правда не знала, что сказать такого, чего бы Чарли сам не знал о своем поступке. Тильда тяжело вздохнула, сворачивая на свою улицу, подъезжая к дому. Дорога прошла в молчании. На Чарли явно произвело впечатление сцена встречи Чи с его родителями. К сожалению - ну или к счастью, время покажет  - Андреа не могла устроить своему сыну такую же взбучку. Не сможет встряхнуть его, чтобы тот, не дай Бог, испугался. Она не вынесет этого взгляда от своего сына. Она уже давно смирилась с мыслью, что не станет образцовой женой и матерью. Что толку было ломать себя и строить из себя кого-то совершенно другого, искусственного, чьи черты характера она никогда бы не смогла перенять. Андреа, например, никогда не сможет выносить мозг родным и близким из-за крошек на столе, но если вдруг поведение или поступок не были достойными гуманности и доброты, тогда пиши-пропало, она разнесет буквально на месте. Ей было далеко до идеальных манер своих родителей-англичан, но все же и она была родом из Туманного Альбиона. Только вот никогда не стеснялась проявления своей экспрессии и эмоций, пусть и воспитывали ее в другом духе, и ожидали совсем другого. Андреа Донован такая, как есть, яркая, странная, спонтанная, сделаешь шаг - и за тобою весна, но она изо всех сил старалась быть своему сыну любимым преданным другом и очень наделась, что Чарли так ее и воспринимает. Поэтому...что было говорить ему в назидание?... Голову сломать можно.
Этот идеальный ребенок прямо сейчас предлагает заварить ей чай. Она лишь сокрушенно качает головой и, конечно, соглашается.
- Да, милый, я буду чай. - она подошла к Чарли ближе, наблюдая, как он хозяйничает на кухне. А ведь когда-то с рассыпанных чаинок и началось его увлекательное путешествие по этой жизни. - Знаешь, я сейчас ехала в машине и думала, как же я хочу, чтобы лето не кончалось. Столько свободного времени, что ты даже не знаешь, куда и на какие приключения его потратить. Жаль, что не со мной и меня нет в твоих планах. - не думается ему на голодный желудок. А удивляться посреди ночи, что с карточки сына в другом конце штата снимают деньги? Это ему каково? Андреа улыбнулась. Ну и перепугалась же она сегодня.
- Хорошо тебе, желудок голодный, пиво не нравится... - тон матери максимально удрученный. - А мне вот теперь с социальной службой разбираться, да еще и с органами опеки. Доказывать, что я приличная мать, что могу воспитывать ребенка достойно, правильно и в рамках закона. Что прикажешь делать? - Андреа встала со своего места, подошла к столу и открыла холодильник, намереваясь сделать им с Чарли по порции мороженого. - Зачем ты вообще пил это пиво, если оно такое ужасное на твой вкус? - обвиняюще пожаловалась она. И тут же возмутилась. - Да зачем ты вообще помчался на этот фестиваль, посреди ночи, неизвестно куда, да еще и не предупредив никого? И как вы умудрились уехать в другой штат? Я не понимаю! - на самом деле все она прекрасно понимала, и опасалась, что по ее тону это понимал и Чарли. Ну что она, подростком никогда не была? Да в его годы она такое вытворяла со своей бедной матерью, что явно не пожелала бы испытать себе в роли мамы. Чарли в этом плане был чудесным ангелочком. Андреа же мало того, что не позволяла никому называть ее по имени, вынуждала всех называть ее Тильдой по второму имени Матильда, так еще и выглядела неизвестно как. Одевалась непонятно во что - такое никто не носил. Эпатажно миксовала цвета и стили, ей безумно нравилось, что она видит в зеркале. Но только не ее родителям. Ох и натерпелись они за годы ее юности. Она не носила школьную форму, грубила учителям и всем, кто пытался ее вразумить и образумить, курила травку, могла сутками не появляться дома, только потому что ее проектам нужны были нестандартные решения, такие как просидеть несколько дней абсолютно обнаженной в стеклянном кубе посреди зала в музее, чтобы доказать всем, как непросто современному человеку быть напоказ всему миру, быть открытым в личных границах, которые совсем стираются в сети. Так она проводила время, чтобы отдохнуть, так она отдыхала и в то же время приносила своим досугом резонансные общественные решения. Это был скандал, Андреа была уверена, что ее выгонят из дома. Но родители откуда-то взяли неимоверное количество терпения. Теперь-то Тильда начинала понимать, откуда - это все ювенальная юстиция, то бишь полиция нравов наряду с органами опеки. Тем не менее она считала, что ее годы в родительском доме прошли счастливо. По сравнению с ней ее Чарли милый послушный малыш, и от этого она обожала его всем сердцем еще больше.
- Ну что за вопросы ты задаешь? Конечно, я бы тебя отпустила! Да, не скрою, мне захотелось бы поехать с тобой. И возможно я бы и поехала, пусть даже тайно, чтобы ты не знал и не приметил меня там. Но я конечно же захотела бы побывать на этом сейшене! Это увлекательно, я ведь знаю. - доверительно призналась она сыну. Мороженое уже было в чашках, украшенное листиком мяты. Калорийное лакомство не сошло бы за полноценный прием пищи, но все же могло восполнить силы хоть немного. Мальчик не ел всю ночь. Да и сейчас не горел желанием поесть. Смакуя сливочный вкус мороженого во рту, Тильда продолжила. - И я понимаю, что на самом деле, как бы ты меня не любил, все равно тебе хотелось бы побыть одному с другом. И побыть немного взрослыми? Самостоятельными? Так? - кажется, Тильда попала в точку. Мужские гормоны играют совершенно не таким образом, как женские, но уж адреналин юношеского максимализма сносит голову всем одинаково почти. - Давай я доверю тебе тайну и мы будем квиты. Но ты должен помнить, что это тайна и о ней нельзя никому говорить, идет? - интрига была наведена шепотом. - На самом деле я тоже иногда бываю не прочь отдохнуть в одиночестве, представляешь? - обычная вещь, которая высказана таким заговорщицким тоном, конечно же была шуткой. Тильда улыбнулась. - Я только хочу сказать, что все мы люди, Чарли. И я понимаю твое стремление поскорее стать взрослым, чтобы делать что-то самостоятельно и без чьего-либо спроса. - она изо всех сил сдерживала себя, чтобы не обнять Чарли, не прижать к себе малышонка, который уже был с ней одного роста. Еще чуть-чуть и перерастет. - Только вот почему-то - может ты знаешь почему? - законодательство не видит наших юношеских порывов и стремлений. Или наоборот видит, как ты думаешь? - Тильда очень хотела, чтобы Чарли сам понял, к чему же она ведет. - Почему-то именно закон запрещает несовершеннолетним употреблять спиртные напитки, табачные изделия, психотропные вещества. Закон обязывает родителей следить за своими детьми, а детей обязывает слушаться родителей, а потом впоследствии и самим следить за ними. Есть у тебя предположение, почему это делается именно на уровне закона, почему это все настолько серьезно, почему все эти дядьки и тетки в правительстве приняли решение, что совершеннолетие аж в 21 год? Откуда это все, как ты считаешь? - ей и в самом деле хотелось ,чтобы сын понял, насколько эти законодательные ограничения разумны и все обоснованы. Потому что не всегда подростки не то, чтобы под присмотром, но и вообще нужны своим родителям. И не всегда  у человека, которому еще не исполнилось 21, есть кому позаботиться о нем. Это как будто вполне себе очевидные вещи, но они не всегда бывают доступны для понимания, когда тебе не с чем сравнить, когда у тебя все хорошо, есть теплая чистая постель под надежной крышей, есть бытовые удобства, свет, тепло и вода, есть еда и питье, есть возможность получить качественные медицинские и образовательные услуги. Когда у  человека это все имеется и все в наличии, он редко задумывается на д тем, что у кого-то этого может и не быть, что у кого-то жизнь строится совсем по другим канонам и правилам.
Но мальчик оставался мальчиком, все еще пятнадцати лет. Поправляя свои русые вихры, он все больше походил на отца и становился совсем другим, чем в детстве. Забавно, что ему наоборот было интересно то, как она вела себя в молодости. Он вспомнил крестного, потому что знал, что они очень близки с Тильдой. Но лучше бы ему конечно не знать, как они с Тони проводили время вместе. В их поведении не было ничего противозаконного. Наверное. Но все же Тильда не хотела бы, чтобы ее сын так же тусовался на вечеринках не совсем внятного толка и тратил свое время на наркотики, алкоголь, эмоциональное и творческое выгорание, неразделенную любовь и прочее.
А ведь это именно так и было. Андреа Донован беззаветно любила Энтони МакДональда. Так яростно и так самозабвенно, что даже представить себе не могла, что Тони хоть когда-то станет ее парой. Это было настолько же противоестественно, как, например, ее смена пола. Тильда всегда выглядела андрогинно, даже будучи беременной вызывала недоумение у всех присутствующих, только потому что смахивала на беременного юношу. Приходилось носить длинные волосы, но это ее не спасало. Ведь рядом всегда находился такой же не менее андрогинный друг, который тоже носил длинные волосы и так они были похожи еще больше. Как сиамские близнецы, особенно они с Тони любили эпатировать публику, когда одевались в одну и ту же одежду, но смешивая ее друг на друге. Когда пиджак от костюма был на Тильде, а брюки - на Тони. Когда парные носки надевались одним носком на Тони, другой на Тильде. Когда волосы были одного оттенка и цвета, и длины. Когда макияж в точности повторял друг друга. Они делали все, чтобы публика изумленно вздыхала, отпуская им вслед шокированные восклики и провожая ошарашенными взглядами. Это было их самовыражение, их жизнь. И как об этом рассказать сыну? Как бы ни были они близки с Чарли, Тильда не была уверена, что он поймет ее сейчас, не в этом возрасте, наверное. Он знал, что у Энтони нетрадиционная ориентация и что как мужчина он проявляет себя нестандартно. Он не кичится маскулинностью или брутальностью, но при этом остается максимально интересным для окружающих со всех сторон. Тони - успешный художник, который идет в ногу со временем, он бережно и грамотно устраивает свою личную жизнь да так, что даже женатым парам нужно было бы у него поучиться, ведь он никогда не будет с тем, кого уже разлюбил. У Тони безгранично добросердечная душа, в которой найти свой уголок могут  всего его фанаты, вся публика, не говоря уж  и любимых людях. Его близкие друзья - Куинтрелл-Донован - составляют часть его семьи. Следом за ним они перебрались из Лондона в Нью-Йорк. Мало того, Чарли в свое время узнал, что благодаря крестному Тони он и живет и дышит до сих пор. Его сердце звучит и стучит благодаря самоотверженности Тони в большей степени. Тильда обожала Тони всегда, а в юности была уверена, что влюблена в него, потому что не представляла себе ни одного дня без того, чтобы не узнать, как у него дела, как его настроение, что выдало его воображение сегодня, как он воплотил тот или иной проект. Их общение не всегда было мирным, но они не расставались никогда. Однажды в колледже Тони остался учиться, только потому что Тильда заступилась за него в деканате и перед научным руководителем, практически вынуждая того принять работу и допустить его проект до выпускного экзамена. И Тильда знает и помнит, как тяжело было Тони при расставании с Брендоном. Тот уехал в Америку - наверное, и все они метнулись сюда вслед за мечтой Тони, но это неважно, главное, что они вместе. Но Брендон оставил в душе Тони неизгладимый след, рубцы от которого им с Тильдой приходилось зализывать вместе. Она не оставляла его даже тогда, когда друг пристрастился к наркотикам. Их путь дружбы был непрост и тернист, но они преодолели все. Даже смерть.
Воспоминания мелькнули в памяти, за одно мгновение нарисовав голове образ ее чудесного Тони.
- Чай с мороженым - прекрасное сочетание, попробуй. И спасибо за чай. - поблагодарила она сына. - Да, мы с Тони конечно же бывали на фестивалях. Но по большей части это были художественные выставки. А бывали и такие, где музыка сочеталась с живописью. Это был фурор, могу тебе сказать! Мы составляли очень крутые креативные инсталляции, некоторым они казались странными, но мы-то знали, все в нашей творческой среде это оценивали по достоинству, мы знали, что подобные проекты крышесносные! Мы были уверены, что за ними будущее. Так и оказалось! Мы с Тони нашли свой творческий путь как раз на подобных фестах. Эх, хотела бы я, чтобы ты побывал на них с нами. - вдруг ей в голову пришла идея. Из которой выгоду могли извлечь себе все действующие лица. - Послушай, давай пригласим крестного к нам? Вместе мы изобразим тебе то, что  вытворяли на этих фестивалях, будет весело! И сам поучаствуешь! - а заодно и с крестным побеседует. А Тильда уж найдет как рассказать все Тони о вылазке Чарли. Может быть и Тони что-то подскажет ей в подобной ситуации? Да и сам Чарли взглянет на свое поведение с другой стороны. Ведь Тони - известный борец за свободу самовыражения. Тема для встречи была рискованной, но Тильда очень надеялась на друга. - Заодно все вместе обсудим, сможем ли мы выбраться на какой-нибудь фест, пока еще длятся летние каникулы. И обговорим, в каком формате. Могу тебе предложить, чтобы вы с Чи выдвигались самостоятельно, а мы с Тони
встретили бы вас на месте.
- Тильда неопределенно махнула рукой. - Но это, конечно, при условии, что родителя Дэя отпустят его с нами. Но мы ведь поедем все вместе? Думаю, сумеем их уговорить. Что думаешь? - хорошенькое, конечно, вырисовывается наказание. Но что поделать, Тильда так не хотела бы ссориться с сыном. Правда из-за такого решения проблемы придется поссориться с мужем, но тут тоже нечего было поделать, Ричард - взрослый мужчина, способный самостоятельно пережить ссору с псевдоженой, а Чарли - любимый мальчик, которому пришлось бы переживать ссору с мамой. Кажется, выбор очевиден.
[NIC]Andrea Donovan[/NIC]
[STA]мать интеллигентного оторвы[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/TmfwaRQ.jpg[/AVA]
[LZ1]  АНДРЕА ДОНОВАН, 42 y.o.
profession: фотографёрка
my sun: Charlie Quintrell
we can be heroes[/LZ1]
[SGN]by nerodemiurgo[/SGN]

+2

16

Чай вернул Чарли к жизни одним своим ароматом, и слушать укоризненные восклицания мамы было уже не так тяжело. И всё-таки, как ни крути, неприятно, ведь каждое из них давило на чувство вины, а чувство вины - одно из самых неприятных для человека. Чарли некомфортно ёрзал за стуле в молчаливом ожидании, когда мама сменит гнев на милость, потому что знал, что это произойдёт, и очень скоро. Она не умела злиться по-настоящему, так, как некоторые родители бушуют, как показывают в сериалах, когда они визжат часа два и стучат кулаками в стену; может, такие ужасные родители и существовали, но точно не у Чарли. И действительно, вскоре мама заговорила о другом, о законах, каких-то юридических сложных вещах, в которых Чарли, конечно же, не разбирался, и он здорово напрягся, нахмурился, взволнованно глядя на маму. Он что, причинил ей настоящие неприятности? Какие-то разбирательства с какими-то органами? Чарли ничегошеньки в этом не понимал, но звучали эти слова пугающе.
- Законы - это глупость какая-то, - пробурчал Чарли, опуская взгляд в чашку чая. - Законы, мам, пишутся взрослыми и для взрослых. А когда тебе пятнадцать, мир как будто считает, что ты глупый и ничего не понимаешь, вообще ничего, как будто и нет никакой разницы между пятью и пятнадцатью, - он убрал одну руку от чашки и устало провёл ей по лицу, будто стирая с него пережитые неудачные приключения, и доверительно пожаловался, - общество относится к нам как к детям, когда это удобно, диктует, что мы должны делать и как мы должны думать, но в то же время требуют с нас как со взрослых. К примеру, я отдал музыке много лет своей жизни и кое-что в ней понимаю, но всё равно в комментарии к моим видео приходят взрослые, которые начинают что-то мне диктовать, и не потому что они сами музыканты и играют дольше, а просто потому, что они взрослые! Мир как будто не воспринимает меня всерьёз, и ещё года три не будет! Но так ведь нечестно!
Чарли неуклюже взял ложку, зачерпнул небольшую горку мороженого, положил в рот и, чувствуя, как морозец со сливочным привкусом тает на языке, добавил к нему глоток чая, как посоветовала мама. Контраст между холодным и горячим получился необычным, и Чарли понравилось, поэтому он поспешил повторить действия, слушая маму уже не с удручённым видом провинившегося ребёнка, а с неподдельным любопытством, потому что она рассказывала увлекательные вещи. Выставки, инсталляции - пожалуй, да, Чарли мог легко представить маму и дядю Тони за работой над каким-нибудь странным, но вдохновляющим проектом. По правде говоря, маме и сейчас в голову зачастую приходили идеи, которые казались в лучшем случае необычными абсолютному большинству окружающих, но Чарли восхищался ей, её отдачей любимому делу, креативностью и неординарностью.
- Пвиглафим к нам? - Чарли оживился, пытаясь разговаривать несмотря на торчащую изо рта ложку, с которой торопливо слизывал мороженое. Эта идея ему понравилась, потому что ему нравился дядя Тони; в глазах Чарли он и правда походил на некую эксцентричную Фею Крёстную, как в детских сказках. Они виделись не очень часто, потому что жили на разных концах страны, но при каждой встрече крёстный поражал его своей необыкновенностью - его внешность, манеры, каждый его жест и шаг будто привлекали внимание, потому что он выделялся на общем фоне. Зато рядом с семьёй Куинтрелл-Донован дядя Тони смотрелся как родной, они с мамой были одного поля ягоды - да что там, они даже внешне были похожи, и Чарли порой буквально забывал о том, что мама и крёстный на самом деле не кровные родственники. Да и так ли важно, кровные или нет?
- Дэя обязательно пригласим! - Чарли победоносно взмахнул ложкой. - Позвони дяде Тони скорее! Хотя... у него же сейчас ночь, да? Тьфу, дурацкая разница во времени... - он недовольно поджал губы, раздосадованный, что воплощение такого чудесного плана вынужденно откладывается. Иногда он, англичанин, забывал о том, какой же огромной страной является Америка по сравнению с компактной островной Великобританией, где таких вот проблем с часовыми поясами не возникает в принципе. А ещё он совсем не заметил, что успел допить чай.
- Ну ладно, договоримся обо всём утром, - нехотя подытожил нетерпеливый Чарли, поднимаясь со стула, и бросив взгляд в окно, в которое из-под жалюзи пробивалась тонкая полоска света, осознал, что утро уже давно наступило, во всяком случае, в Нью-Йорке, а он толком не спал всю ночь. Усталость навалилась, будто только и ждала этого осознания, чтобы как следует поймать Чарли в свои цепкие лапы, и он шумно зевнул, машинально прикрыв рот ладонью, как велело воспитание.
- Ма, давай тарелку, я помою посуду, - вызвался он, хотя терпеть не мог возиться с посудой - он всегда ухитрялся развести бардак и залить всю раковину и самого себя водой из крана, но сейчас ему казалось правильным поступить именно так, тем более, смыть с тарелок следы мороженого не должно составить труда. Он открыл воду, поторопился поставить под струю свою тарелку и прошипел "ну блин", когда брызги отскочили от тарелки и попали ему на футболку. Упрямый Чарли, впрочем, не отступил, лишь уменьшил напор воды и взялся за губку.
- Мам, а что это за... социальная служба? Что они от тебя хотят? - он вернулся мыслями к волновавшему его вопросу, пытаясь понять, насколько серьёзно проклятье бюрократии, которое он невольно навлёк на своих родителей. - Я могу чем-нибудь помочь?
[NIC]Charles Quintrell[/NIC][STA]sacred heart[/STA][AVA]https://i.imgur.com/hpWZs5g.gif[/AVA][SGN]https://i.imgur.com/j2BbCmd.gif[/SGN]
[LZ1]ЧАРЛЬЗ КУИНТРЕЛЛ, 17 y.o.
profession: ученик старшей школы
mom: Andrea Donovan [/LZ1]

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » On these roads


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно