полезные ссылки
Это было похоже на какой-то ужасный танец, где один единственный неправильный шаг...
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 30°C
jack

[telegram: cavalcanti_sun]
aaron

[telegram: wtf_deer]
billie

[telegram: kellzyaba]
mary

[лс]
tadeusz

[telegram: silt_strider]
amelia

[telegram: potos_flavus]
jaden

[лс]
darcy

[telegram: semilunaris]
andy

[лс]
ronnie

[telegram: mashizinga]
dust

[telegram: auiuiui]
solveig

[telegram: blyacat]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » bury me right here


bury me right here

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

Sam Reed and Glenn Rhee
US, 21st C

иногда хватает мгновения, чтобы забыть жизнь, а иногда не хватает жизни, чтобы забыть мгновение..

[NIC]Sekhmet Tahlia “Sam” Reed [/NIC][STA]go out off my head[/STA][AVA]https://i.imgur.com/wWK9job.png[/AVA]
[LZ1]СЭХМЕТ "СЭМ" РИД , 19 y.o.
profession: выжившая;
[/LZ1]

+2

2

Мягкая неуверенная поступь и дыхание тихое, он прислушивается к любому шороху, к окну приближаясь, сжимая в руках пистолет. Далекий от героизма юноша, что зажат в тиски обстоятельствами, скинув рюкзак семенит из угла в угол, выглядывая в окно. Он забрался сюда в поисках пищи, любой провиант сейчас на вес золота – Гленн изголодал настолько, что совершенно рассудок свой потерял и про осторожность забыл, кочуя из старого дома в дом, наплевав на угрозу в виде ходячих, что могут затаиться в заброшенных помещениях. А сейчас, мягко ступая по стеклу битому, услышав рычание за стеной, чувствует неприятное ощущение, что вместе с потом по спине холодком пробегает. Испарина на лбу мешает сосредоточиться, голод заставляет желудок скрутиться, а еще безумно хочется пить. Патронов у него мало, да и каждый выстрел – риск привлечь внимание тварей, что на шум реагируют. Гленн решил, что стрелять будет в крайнем случае, но продолжает сжимать ствол в руках, скорее для успокоения своей души, нежели для самообороны. Он юркает на кухню, спиной вжимается в стену и снова в окно глядит, высматривая рычащую падаль, что снует неподалеку и не дает чувствовать себя комфортно, спокойно. Бегло оглядев кухонную утварь, юноша меняет громкое оружие на нож, пистолет пряча в найденную где-то кобуру – так надежнее. Лязг лезвия вроде тихий, но заставляет рык стать чуть громче. Гленн замирает и чувствует дрожь в кончиках пальцев. Он не герой, не какой-то крутой парень, способный без страха за собственную жизнь вступить в бой с неведомой и безжалостной тварью, он просто парень, который искал припасы на будущее и пытался найти хотя бы одного выжившего в этом городе.

Гленн много скитался с рюкзаком наперевес, разбивал лагерь в лесу и боялся спать по ночам. Страх быть съеденным во время сна заставлял пересмотреть свой график бодрствования и научиться адаптироваться под обстоятельства. Безумное одиночество постепенно сводило с ума, а запасы провизии вынуждали двигаться дальше в поисках хоть какого-нибудь городка, где можно опуститься до бесстыдного мародерства. Поскольку он все еще жив – ему это куда нужнее. Он не плохой человек, просто так получилось. Это не воровство, это – попытка выжить в текущих реалиях.
Ему верить хотелось, что однажды он сможет найти еще выжившего. Не потому что от скуки юноша медленно сходит с ума, а потому что комфортное существование будет ему обеспечено – можно спать поочередно, дежурить и делить обязанности на двоих. Куда сложнее думать о защите лагеря, поиске воды и еды в одиночку. Гленну казалось, что компаньон замотивировал бы его не сдаваться, не опускать руки, не скатываться до истерических слез безысходности. Тремор в кончиках пальцев сменился бы привкусом уверенности в своих силах. Попытка защищать ближнего не позволяла бы опустить руки. Он бы вспомнил, что значит улыбаться, шутить шутки и говорить, а не бубнить себе что-то под нос. Но сколько бы он не кочевал от маленького городка к новому городку – выживших не находил. Иной раз ему казалось, что он совсем одинок в этом мире. Последний, кому удалось уцелеть. И борьба с неизбежным казалась бессмысленной тратой времени, куда проще раскинуть руки в стороны и принять свою участь в виде укусов, что плоть разрывают. Однако инстинкт самосохранения отчаянно кричал, что нужно продолжать за жизнь бороться. Потому теперь пальцы сжимают в руках рукоять ножа и Гленн сглатывает слюну вместе со страхом, набираясь решительности. Главное – бить резко, если ходячий появится в дверном проеме. Главное – не сорваться при этом на крик. И, по возможности, попытаться обойтись без укусов на теле.

Гленн снова сглатывает ком в горле и медленно переминается с ноги на ногу, к звукам прислушиваясь. Но кроме бешенного стука сердца под ребрами и ленивых шагов – ничего. Ему боязно до мелкой дрожи, все тело трясет от напряжения, но он пытается шаг сделать в сторону, чтобы занять позицию поудобнее, откуда бы просматривался и двор за окном, и дверной проем на кухню, что рискует стать последним пристанищем для него самого. Мысленно он уже готов ко всему. Мысленно он уже попрощался с жизнью. Мысленно он уже любой исход готов принять с честью и крупицей достоинства. Но вместо шагов слышит лишь звуки возни. Рычание ходячего больше похоже на истошный предсмертный хрип, мерзко становится, страшно сильнее. Любопытство заставляет сильнее в нож вжаться и нос свой высунуть из-за угла, чтобы посмотреть, что же там происходит. И сердце удар пропускает, когда он видит девочку, что с ходячим расправилась. Живой человек. Первый на его памяти. Гленн снова ком в горле сглатывает и шаг вперед делает, руки приподнимая. Нож из ладони не выпускает, но всем видом показывает – он не опасен. По напуганному взгляду это читается лучше всего.
– Т-ты, – он заикается, запинается, моргает пару раз бестолково, – ты не галлюцинация?
Это от голода. От истощения. Ему просто чудится.

[NIC]Glenn Rhee[/NIC]
[STA]ненавижу биты и гвозди[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/tWoPHes.gif[/AVA]
[LZ1]ГЛЕНН РИ , 29.[/LZ1]

+2

3

Маска плотно прижимается к лицу, так удобнее, так куда меньше открытых участков кожи, там тебя труднее заметить, да и каких-то случайных миазмов, что витают вокруг, немного да спасает. Дня четыре тому назад (или с тех пор прошла уже целая неделя, вести счет времени довольно трудно), слышала звук пролетающего где-то над городом вертолета, хотя сама говорила много раз: в людные места дороги нет, но ведь добыча так привлекательна. Если они туда полетели, то есть в тех местах, чем поживиться и маленькой Сэм. Она мышка, держится ниже травы, тише воды, двигается аккуратно, не таскает с собой много вещей, делая схроны и нычки, продумывая каждый раз пути отступления, тщательно выбирает безопасное, по ее мнению, место, чтобы провести следящую ночь. Успокойся, главное, не нервничать, ведь под адреналином можно наделать глупостей. Дома выглядели довольно необитаемо, разве что пара ходячих слонялись туда-сюда бесцельно выискивая, чем поживиться. Вдоль стены, перелезть через ограду, потом чуть дальше, затаиться, дать мертвецу пройти мимо. Да-да, вот так.

При ней только пустой рюкзак, в котором веревка, сильный обезбол и мультитул на ремне – набор воришки, которая не любит вступать в сражения, но иногда приходится, на помощь приходят ножи, у Сэм их было несколько, парочка, чтобы метнуть, одним – разделывать дичь, если такую удается поймать, ну а последний, чуть больше остальных, предназначался для глупых голов болванчиков. Окно не закреплено, ставня легко поднимается наверх и вот уже девушка оказывается внутри домика. Его приметила буквально сразу, выглядел он чуть лучше остальных. Судя по всему, когда-то тут была база, ну или опорный пункт выживших, от которых, наверное, что-то и осталось. Тихо крадется по комнате, пока не натыкается на сейф. Возможно, оружие? Патроны, припасы – неважно, она знала, что иногда можно найти торговцев, обменять ненужные ей товары. Пытается открыть замок, но слышит неприятный звук, раздающийся позади: гребаный мертвяк.

Набрасывается, выставив руки вперед, но тебе все равно, Сэм, ты ловкая, быстро уходишь от опасного захвата, обнажая свой ножик. Сама, к сожалению, не попадаешь по уязвимому месту, только раззадорив зомби. Второй обходит с другой стороны массивной столешницы кухонного острова. Резко взбираешься на него, теперь ты стоишь выше, у тебя преимущество, один из врагов машет рукой, но все тщетно, ты вонзаешь ему нож прямо в голову, он падает словно мешок с костями, другой же оказывается куда более ловким, хватает тебя за ногу и сильно тянет на себя, отчего ты падаешь на мрамор. Но скатываешься на пол, пока тот пытается снова тебя поймать, резкое движения, и вот ты уже позади врага, обхватываешь его голову одной рукой, другой держишь нож лезвием вверх, ручкой поставив его на камень. Удар, и вот зомби пригвоздился, остается только вынуть орудие убийства. Сегодня тебе повезло, будь их больше, пришлось бы ретироваться, нужно возвращаться к сейфу, но кто еще…

В руке появляется метательное оружие, расстояние в пять метров идеальное, а их мягкие черепушки пробить довольно просто. Взмах, но вышедший сам поднимает руки, сдается? Твою мать, это не мертвец? – Галлюцинация? – Отвечаешь довольно тихо, привыкла так говорить. – Галлюцинация умеет метать ножи? – Бросает, попадая прямо в голову. Этот мертвец взялся из ниоткуда, решил обхватить азиатика сзади, но не тут то было. Сэм повезло, бросок удачный, а со стороны, наверное, казалось, что она потрошительница мертвецов. Слишком устала. – Ты, блин, откуда такой взялся, заморыш?  - Оглядывается, проверяя окна и двери, все стоит запереть от незваных гостей, прежде чем возвращаться к операции по открыванию замков. – Твой домик? Что внутри знаешь?  - Делает несколько шагов обратно к массивному металлическому кубу, - и хватит стоять как вкопанный, либо помогай, либо иди обратно, откуда пришел!


[NIC]Sekhmet Tahlia “Sam” Reed [/NIC][STA]go out of my head[/STA][AVA]https://i.imgur.com/wWK9job.png[/AVA]
[LZ1]СЭХМЕТ "СЭМ" РИД , 19 y.o.
profession: выжившая;
[/LZ1]

Отредактировано Hannah Mercer (2022-07-31 15:22:27)

+1

4

Он даже не понимает – это крайняя степень радости от созидания другого выжившего так голову кружит или он уже у последней черты, но Гленн изо всех сил пытается выдавить жалкую пародию дружелюбной улыбки, скрывая за ней страх, видя в руке собеседницы нож. А когда тот летит в его сторону, он вжимает сильнее голову в плечи, готовый к боли. Щурится и едва ли не вскрикивает от неожиданности. Но боли не чувствует, приоткрывает глаза, пока за его спиной от удара прямо в голову падает один из мертвецов. Получается, эта девушка спасла его дважды. И Гленн не знает, как ее благодарить за спасение, все слова из головы вылетели, оставив лишь сбитое бормотание вместо нормальной речи. Он даже пролепетать в ответ ничего не может, когда она шаг к нему делает. Только ком в горле сглатывает и отрицательно головой качает – не его дом, он пришел сюда в поисках провианта. И эта девушка, наверное, тоже. Только сил у нее куда больше, чем у изнеможенного Гленна, что из последних сил за жизнь хватается.

Он взгляд бросает на тело мертвеца возле себя, затем на девушку и кивает, готовый помочь с закрытием дверей, чтобы сюда никто больше не ворвался. Он с большой неохотой расстается с ножом, освобождая руки. Хоть Гленн и ощущает себя обессиленным до одури, он пытается забаррикадировать одну из дверей тем, что осталось от шкафа. Куда проще действовать, получив приказ, нежели соображать самостоятельно. Он совершенно забыл об осторожности, приходя сюда. Голод делает его глупым и неосмотрительным. И теперь Гленн чувствует стыд, прокручивая слово «заморыш», произнесенное в его адрес. Звучит оскорбительно настолько, что он под нос бурчит себе, вернув дар речи: – Никакой я тебе не заморыш, понятно? Я просто… просто голодный.

Он все еще мягко ступает по стеклу, стараясь избегать лишнего шума и не может свести своего взгляда с девушки, будто не веря, что та реальна. Пару раз Гленн несильно щипает себя в районе запястья, пытаясь развеять иллюзию, не веря играм больного воображения. Но эта девушка реальна, не морок, не игра затуманенного голодом рассудка. Она – живой человек. И это одновременно радует и пугает до одури, поскольку ее навыки метких бросков делают ее как надежным союзником, так и опасным противником. Кто знает, что у нее в голове и не станет ли Гленн следующей жертвой, просто потому что не пришелся ей по вкусу. Кстати, о вкусе, вдруг она каннибал? Тогда у него нет ни одного шанса сработать на опережение. Он даже пистолет выхватить не успеет – она уже метнет в него нож. И от этих мыслей по спине пробегают мурашки. Гленн снова вытирает испарину со лба и пытается унять тремор. Ему хочется расспросить ее, хотя бы выяснить ее имя, но он так долго жил в тишине, что практически разучился говорить вслух. Одиночество свело его социализацию к минимуму, раз он все еще не верит в реальность происходящего.

– Меня зовут Гленн, – он выдает это спокойно, осматривая еще одну дверь и остатки мебели, которой можно ее забаррикадировать, – я искал здесь еду, – и ему все еще не мешает поесть, иначе он не сможет сохранять способность стоять на ногах, а перед глазами запляшут яркие точки. Вкупе с пережитым стрессом это гремучая смесь, которая либо заставит его обмякнуть и потерять сознание прямо на месте, либо сделает недееспособным вообще. Едва ли в таком положении он будет нужен этой девчонке, она скорее переступит через него и отправится по своим делам, нежели начнет строить из себя спасителя, готового возиться с обузой. Гленн выдыхает шумно и изо всех сил пыжится, чтобы с места сдвинуть изодранное кресло с пятнами грязи и крови. Видимо, все его силы ушли на попытку без лишнего шума закрыть проход остатками шкафа, а теперь он не в силах справится с креслом. Непутевый. Беспомощный. Бестолковый.

– С-слушай, – он прижимается спиной к стене, чувствуя накатывающую тошноту, – у т-тебя есть еда? Хоть какая-нибудь, – он прикрывает глаза, – пожалуйста, – Гленн шум в ушах слышит и понимает, что если умрет здесь от голода – это будет чуть лучше, чем быть разорванным на кусочки.
Как же он жалок.

[NIC]Glenn Rhee[/NIC]
[STA]ненавижу биты и гвозди[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/tWoPHes.gif[/AVA]
[LZ1]ГЛЕНН РИ , 29.[/LZ1]

+1

5

Как его вообще еще ноги носят по этому белому свету. Судя по внешнему виду, по повадкам, такой паренек должен был отъехать еще в первые несколько недель. Наверное, должна была и Сэхмет, но ей повезло, а несколько везений подряд вылились в способность адаптироваться к складывающимся обстоятельствам. И вот теперь она ворует всякую мелочь, прибивается к группам, некоторые из которых становятся жертвами групп военизированных организаций или орд ходячих мертвецов. Каждый раз, к сожалению, совершает одну ошибку – слишком привязывается к людям: пытается обзавестись друзьями, какими-то полезными связями, и как тяжело переживать смерть очередного близкого человека, укушенного во время вылазки, либо задетого пулей одного из военных. В этот раз подобного не допустит. Хотелось на него прикрикнуть: «проваливай, с глаз моих долой, это моя точка» и все в этом духе, но жалость граничила с животным материнским инстинктом. Она не могла просто так оставить его на произвол судьбы, выкинуть в открытый океан, полный акул, пусть хотя бы сделает это чуточку позже, и со спасательным кругом в придачу.

- Понятно-понятно, - пробормотала Сэм, не отвлекаясь от дела – взламывать сейф без взрывчатки довольно утомительное дело. Замки уже давно проржавели, и некоторые механизмы теперь взломаешь разве что грубой силой, которой у девушки было (как-то так пошло физиологически) не так уж и много, если честно. Крутить отмычками, прислушиваться, желательно не отвлекаясь. – Голодный заморыш, так и запишем. – А он довольно настойчивый. Думала, что быстро свалит, исследуя полки и шкафчики. Очевидно, что далеко не первый, кто приходит сюда за легкой добычей, куда проще осмотреть поверхность, чем погружаться вглубь, возиться с железками. С другой стороны, он не ушел, как было предложено, и даже имя свое назвал, хотя какая, блин, сейчас разница, как тебя зовут. – Ага, приятно познакомиться, я Мать Тереза. – Кажется, вот оно. Где-то внутри раздается сначала треск, затем хруст, остается лишь повернуть массивную ручку, а затем потянуть дверь на себя.

Внутри припасы, но не такие, что хотелось бы увидеть. Сэм достает какие-то бумаги, финансовые декларации или что-то в этом духе – не особо разбирается, просто выбрасывает их за спину. Пачка старых денег, быстро отправляет их в в мешочек на ремне, рыщет по темному пространству в поисках чего-то полезного. Помимо каких-то документов, идентификационных карточек и прочего барахла, содержащего ничего кроме персональных данных людей, останавливавшихся здесь, разжилась полупустой пачкой патронов девятимиллиметрового, кажется, калибра, дюжиной батареек (запакованных) и двумя неплохими швейцарскими мультитулами. – Я похожа на продавщицу? – Вопросительно глянула на паренька, не стягивая маски с лица.  – Или на волшебника страны Оз, который разбрасывает еду в округе? – Глазами бегала по местам, где могут быть припасы. Полки отпадают сразу, шкафы тоже, но, кажется, жижа из одного из мертвецов не просто растеклась по полу, она капала куда-то в пространство под кухней, возможно, под полом имелся погреб.

- Ты у всех ходишь побираешься? – Будь она жесткой выживальщицей без совести и компромиссов, пустила бы в расход прямо тут, забрав весь лут: нож, что-то огнестрельное, но нет, не могла так поступить, не с ним, не сейчас. – С собой ничего нет, еще раз спросишь, разозлюсь, понял, Гленн-заморыш? – Пнула мертвую тушу, будто бы удостоверившись, что ходячий больше не встанет. – Лучше вот этого молодого человека отодвинь и найди чем можно доски выломать, и побыстрее. – Впервые, пожалуй, пробует на себе роль вожака стаи, пусть и такой маленькой, но ей это даже отчасти нравилось. У него с ней больше шансов, о чем не скажешь в обратном порядке, но попытаться дать ему шанс стоило.

[NIC]Sekhmet Tahlia “Sam” Reed [/NIC][STA]go out of my head[/STA][AVA]https://i.imgur.com/wWK9job.png[/AVA]
[LZ1]СЭХМЕТ "СЭМ" РИД , 19 y.o.
profession: выжившая;
[/LZ1]

Отредактировано Hannah Mercer (2022-08-08 15:42:03)

+1

6

Так сразу и не скажешь, глядя на этого жалкого человека, который из последних сил держится, пытаясь дыхание свое нормализовать и перебороть звон в ушах – но Гленн очень ловкий. По этой причине он все еще переводит кислород и отчаянно за жизнь борется, хотя куда проще было бы сдаться. Первое время он пытался сохранять оптимистичный настрой и приберегал кучу забавных историй, на случай если найдет кого-нибудь из выживших. Планы строил, сценарии в голове прокручивал, что набредет случайно на чужой лагерь и обзаведется новыми знакомствами. Но дни шли, надежда гасла, а оптимизм сменялся принятием неизбежного. Гленн настолько измотанный и физически раздавленный, что даже на радость сил не находит. Зато гул в ушах стихает и перед глазами пелена спадает, растворяется, будто дымка. Его все еще тошнит от голода и тело слегка заходится мелкой дрожью время от времени, желудок крутит и раскалывается голова.

– Ты похожа на стерву, – Гленн выдает это на выдохе и от стены делает шаг в сторону, – у «всех» это у них, – он кивает в сторону мертвеца, а затем пару раз бестолково моргает, – или ты хочешь сказать, что где-то есть еще выжившие? – под ребрами надежда теплится, зарождая иллюзию второго дыхания, даже тремор в кончиках пальцев пропадает на время и губы чуть подрагивают в пародии улыбки, – то есть, есть кто-то помимо тебя? – брезгливо губы скривив, он еще один шаг вперед делает, рассматривая бумаги под ногами и хмыкает. Следит за действиями девушки и взгляд переводит на мертвеца. Нельзя сказать, что Гленн почувствовал небывалый прилив сил, но стало слегка полегче. По крайней мере, теперь у него есть надежда.

Он ненавидит командный тон и попытки им крутить в своих целях, но оттягивает дохляка в сторону, ухватив того за руки. Волочить мертвое тело тяжело, но выбирать не приходится. Интуиция подсказывает, что лучше пойти на поводу у этой стервы, чтобы выбраться к людям, нежели снова остаться одному. И черт знает, Гленна больше страшило одиночество или бесславная и бестолковая смерть. Он старался об этом не думать. Ни когда кочевал из укрытия в укрытие, ни когда отбивался от мертвецов самостоятельно, выбивая себе право на новый день. Он оттаскивает тело в сторону и выдыхает, отряхивая ладони. Брезгливо поводит плечами и ищет что-нибудь, чем можно выломать доски. Периодически он бросает взгляд в сторону девушки, следя за ней. Она выглядит куда лучше, чем он. Хотя бы сыта. И не такая изможденная, раз много болтает. Значит и правда либо устроила себе хорошее укрытие в надежном месте, либо где-то есть другие выжившие, взявшие над ней покровительство. Она слишком юна, чтобы прожить без эгиды со стороны.

Гленну верить хочется, что он придет в себя и начнет соображать лучше, но сейчас он пытается придумать, как от досок избавиться без лишнего шума. Проще было бы сломать доски тяжелым предметом, в доме наверняка должен быть молоток или топор, но мужчина привык вести себя как можно тише, поскольку всегда рассчитывал лишь на свои силы и не полагался на помощь со стороны. И текущая ситуация не станет исключением – он все еще не уверен, что девочке можно доверять и что она в целом справится, если на шум сбегутся мертвяки. Гленн ей в бою не помощник. Он проводит рукой по доскам, где недавно валялось тело и думает с минуту, после чего находит в себе силы добраться до кухни и порыться в выдвижных ящиках стола, откуда выуживает вилку. Промежутки между ее зубьями соответствуют стандартному диаметру стержня гвоздя. А прогнившая древесина позволит вытащить гвозди без лишних проблем. Всего-то придется завести столовый прибор за шляпку и несильно потянуть на себя. А если орудовать двумя вилками, чтобы сделать две опорные точки – будет куда удобнее. Дольше, чем молоток, но безопаснее.

– О-отойди, – бормочет Гленн, выдыхая, усаживаясь на пол и принимаясь своими нехитрыми манипуляциями вытаскивать гвозди из досок. У него все равно не хватило бы сил размахивать здесь топором или молотком, а гвозди, пусть ржавые, не будут лишними явно. Вытягивая поддетые вилкой шляпки, мужчина аккуратно складывает гвозди неподалеку, после чего двигается к противоположному концу доски, чувствуя, что из щели поддувает – быть может, внизу подвал. Гленна сама мысль об этом мотивирует действовать чуть быстрее. И когда у него получается сдвинуть первую доску с места, он ухмыляется едва заметно, сгребая четыре гвоздя себе в карман и принимаясь за вторую доску, формируя проход чуть шире. – Лезь сама, смелая.

[NIC]Glenn Rhee[/NIC]
[STA]заморыш[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/tWoPHes.gif[/AVA]
[LZ1]ГЛЕНН РИ , 29.[/LZ1]

+1

7

Разве в таком мире еще остались фриковатые молодые люди? Сколько он провел в полном одиночестве, если шугается каждой тени, если не знает, что помимо него, да и Сэм есть еще выжившие. Конечно, их не так много, и нужно хорошо искать, но на больших дорогах часто встречаются блокпосты, а маленькие поселения стали местами обитания групп выживших. Люди пытаются вернуться обратно к цивилизации, выращивают культуры, налаживают торговлю. Хотя, чем дальше от подобных центров, тем больше кажется, что в мире не осталось ни единой живой души. Проводя все время в пределах сотни километров, может показаться, что ты последний человек на земле, даже у Рид иногда возникали подобные мысли: лежишь порою, наблюдая за очередным падающим с орбиты спутником, и думаешь, что осталась последней, что больше никого нет. И в такие моменты главное – не решить неожиданно прервать человеческий род, выстрелив себе прямиком в голову. – Ты еще и глуховатый? – Хмыкнула. Он похож на ребенка, которого выпустили во взрослый мир прямиком из детского сада. – Выжившие есть, их немало, прикинь? 

Чахленький, дрожащий, словно банный лист, но, тем не менее, довольно смышленый и рукастый, такой бы пригодился в любом поселении. Он умело приспосабливается к окружающей среде, грубой силе предпочитая ловкость и хитрость, в этом они с Сэм даже немного похожи. Через пару мгновений в полу показывается дыра, а под ней люк, он открывается слишком просто, стоило всего лишь как следует надавить. Непроглядная темнота внутри, и лезть как-то не особо хочется, но из двоих именно она смелая стерва. Оставалось надеяться, что этот щуплый хитрец, не решит закрыть за ней вход, и что все это не хорошо продуманная ловушка. Фонарик светил недостаточно ярко, динамо-машина, встроенная в корпус, практически истратила свой потенциал. Несколько раз сжимает и разжимает, свет становится чуть ярче. Вниз ведет лестница, дальше темный коридор и еще одна дверь. Без кодовых замков, сканеров сетчатки и прочих прибамбасов, обычный навесной замок, который сбивается одним ударом ноги.

- Радуйся, малышкин, - Сэм вернулась через пару минут. Подниматься обратно пока не стала, но привлекла внимание случайного компаньона. Бросила ему наверх банку с какими-то консервами. Срок годности несколько раз успел подойти к концу,  но упаковка не вздулась, есть шанс, что продукт внутри остался в целости и сохранности. – Сегодня у тебя будет праздник. – В небольшой комнатке настоящий рай для человека, пытающегося выжить: пара десятков банок с припасами, какие-то провода, еще батарейки, патроны, с десяток разных, одно помповое ружье и боезапас к нему, еще что-то, что раньше было галетами,  но уже давно не годно в употребление. Рыская по полкам, обнаруживала разные инструменты, молотки, топор, кучу изоленты, болты и шурупы разных размеров. Все не унесет, нужно сделать так, чтобы это не нашли мародеры. В неделе пути отсюда есть небольшое поселение, люди торгующие и вроде неплохие, у них даже транспорт имелся. Почему бы не обменять информацию о нахождении припасов на что-нибудь хорошее? Правда, неделя, это довольно много…

- Темноты боишься? Понимаю. – Сэм выбирается обратно, присаиваясь на край пропасти. Свешивает ноги вниз. Ее нож ловко надрезает одну из банок сверху: собачий корм, довольно вкусно, если закрыть глаза и представить какую-нибудь утку или индейку. – Какие планы на жизнь? – Сэм ножом зачерпывает немного еды, отправляет ее в рот – своеобразное наслаждение, но после такого приключения лучшее пиршество из возможных. – Ты угощайся, не стесняйся.

[NIC]Sekhmet Tahlia “Sam” Reed [/NIC][STA]go out of my head[/STA][AVA]https://i.imgur.com/wWK9job.png[/AVA]
[LZ1]СЭХМЕТ "СЭМ" РИД , 19 y.o.
profession: выжившая;
[/LZ1]

+1

8

Гленн моргает один раз. Моргает второй. Ком в горле сглатывает. Слишком много потрясений за один день. Он столько времени бездумно скитался, столько раз надеялся за очередным поворотом встретить хоть кого-нибудь, во стольких домах отсиживался, прислушиваясь к любому шороху за стеной – но никогда никого не встречал. Ни единого намека на еще одного выжившего. Никаких следов. Ничего. А теперь за несколько минут он встречает девчонку, которая говорит о многочисленных выживших – это либо бред сумасшедшего и Гленн рассудка лишился от слабости, либо реальность, в которую сложно поверить. Но когда незнакомка юркает вниз, он выдыхает, ладонь прижимая ко лбу, пытаясь хотя бы представить, что было бы с ним, найди он кого-нибудь раньше. Рассудок бы сохранил, не травил бы себя мыслями о быстром и безболезненном конце собственных дней. Что толку сейчас рассуждать – он осекается и решает прибиться к этой девчонке, хвостом бегать за ней, лишь бы вывела к людям. О большем просить он не может. Прогонит – будет следить.

Он голову поворачивает и умудряется подкинутую банку поймать. Мужчина едва заметно улыбается, разглядывая консервы. В любой другой ситуации он бы попытался хотя бы маломальской термической обработке предать то, что скрывается в банке, но сейчас сил не хватает даже на мысль об этом. Гленну плевать, даже если скрутит живот после еды. Он адаптируется к любой ситуации. Уж лучше так, чем умереть. Он сильнее в вилку вжимается, будто готов защищать от незнакомой девчонки брошенную ему банку с консервами. Но быстро осекается, видя в ее руках другой провиант. У него это уже на рефлексе – свое защищает бездумно, но очень решительно.

– Можно? – Гленн раскрывает ладонь, к ножу тянется, потому что открыть консервы вилкой невозможно, а за ложкой у него нет сил идти, проще уже потыкать банку обслюнявленным ножиком, нежели тратить последние силы. Брезгливость на ноль сводится, мужчина даже не морщится от неприятного запаха, всегда можно подключить воображение. Когда крышка открывается, Гленн нож возвращает и поддевает ее вилкой, тянет слегка на себя и без долгих прелюдий начинает отправлять в рот содержимое, стараясь особо не смаковать мерзкий вкус на языке. Он знает, что после голода много есть – плохо, но тянущее ощущение будто с ума сводит. И нормально соображать у него выходит лишь когда четверть банки оказывается в желудке. Тогда он и останавливается, откладывая пищу в сторону. Тыльной стороной ладони вытирает губы и пожимает плечами в ответ.

– Привык не строить планов дальше следующего дня, – даже в мирное время так делал, жил лишь сегодняшним днем, будто он может оказаться последним. И как-то находил в этом особый уют и покой, чего нельзя сказать про теперешнее время. Гленн снова пожимает плечами. Ему очень некомфортно вести беседу со своей собеседницей, но значительно легче после приема пищи. Пройдет минут пять и он сможет спокойно подняться на ноги, окрепнет сможет продолжать путь. – А у тебя? Вернуться к своим? – Он вроде и пытается почву прощупывать, а вроде и понимает, что едва ли эта девчонка разжалобится и возьмет его, непутевого, с собой. Обуза ей явно не нужна. И сидит она с ним сейчас так, по доброте душевной, но не более. Гленн все же спрашивает, так, чисто ради вопроса: – Где твои люди и как вы нашлись?

Вообще у него много вопросов. Допустим, что она видела в подвале и много ли там еды. Гленн бы с радостью свой рюкзак набил припасами. И, если повезет, еще и патронами до кучи. Но почему-то этот вопрос он решает вслух не озвучивать. Наестся и сам спустится вниз, не уйдет же он отсюда с пустыми руками. Это ей есть куда идти – ему идти некуда, он может при желании здесь и остаться, выстроить баррикады и отсидеться какое-то время. Он – вынужденная одиночка, не сумевшая к стае прибиться. И поделом.

[NIC]Glenn Rhee[/NIC]
[STA]заморыш[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/tWoPHes.gif[/AVA]
[LZ1]ГЛЕНН РИ , 29.[/LZ1]

+1

9

Фраза о «своих людях» болью отзывается в сердце. Мир изменился, приходилось учиться жить заново, наоборот, не в привычной обстановке, и среди тех, кто в любой момент может пропасть. Так случалось неоднократно, и в один прекрасный момент Сэм просто решила, что ее навыков вполне достаточно, чтобы выживаться самостоятельно. Находиться где-нибудь недалеко от людей, никогда не терять из виду живых, но не приближаться к ним, не становиться частью восстающего из пепла человечества. Ей комфортно одной: спать, ночевать, проводить время с пользой, каждый компаньон или случайный напарник – обуза, что ставит под угрозу существование их обоих на этом свете, уж пусть лучше сама попадет в какую-нибудь ловушку, сгинет, сдохнет, но не заберет с собой очередного ничего не понимающего паренька. – Вернуться? – Отрицательно машет головой. – У меня нет своих, есть только чужие, ну и эти, ходячие, - взмахивает клинком в сторону парочки трупов. Судя по всему, подкреплений в ближайшее время не ожидается, но лучше бы побыстрее заканчивать трапезу.

- Слушай, мы одиночки, но это не делает нас похожими, усек? – Сэм встала, незаметно для себя пригрозив мужчине пальцем. Будто бы она строгая учительница, а он ученик младших классов. Хотя, казалось, он лет на пять минимум старше нее. – Тебе лучше подумать, что хочешь делать. Если прибиться к стае, то я доведу за определенную плату, но со мной скитаться не выйдет. – Сэхмет протирает нож от остатков пищи и убирает его в ножны. Главное не перепутать, а то ковыряться в еде клинком с остатками зомбячих мозгов – такое себе удовольствие. – Я тебе не капитан отряда скаутов, усек? – Он далеко не глупый, хоть и весьма напуганный. Рид решает сразу указать границы дозволенного, очертить возможные перспективы их дальнейшего сосуществования, чтобы дальше не возникало ненужных вопросов. – Это место, - явно намекала на погреб, - нужно отметить на карте, у тебя же есть?  Часть припасов возьмем с собой, другие закроем надежно, чтобы никто лишний не добрался. С другой стороны, можешь, конечно, остаться здесь, питаться, пока все не закончится, пару недель или даже месяцев, думаю, протянешь, но лично я планирую сваливать куда подальше, к зиме хочется куда-нибудь, где потеплее.

Сэм снова спустилась. Приблизительно рассчитала, сколько провианта необходимо ей самой до того момента, как обнаружит новый клад. Возьмет чуть больше, плюс кое-что имелось еще и в лагере, который она разбила на окраине городка. – Тебе подумать сутки. – С собой взяла с дюжину банок разных размеров,  кое-что из инструментов, но оружие оставила, слишком тяжелое, хотя патроны можно и обменять. Главное, чтобы порох не отсырел. – Жду тебя завтра, у меня палатка в лесу, две сотни шагов на юго-запад от желтого дома на краю города. Там еще билборд «КИРПИЧНЫЕ МАГАЗИНЫ МАКАЛИСТЕРА». К вечеру свалю, либо с тобой, либо без. – На этом Сэм закончила. Сидеть тут дольше ей явно не хотелось, пусть баррикада и защищала от бродячих мертвецов, все эти сентиментальные знакомства ей явно ни к чему. Если решится прибыть к месту сбора – сможет довести его до какого-нибудь лагеря. Да, придется помотаться, может быть, даже пару недель, но цель оправдает средства. Ну а если нет, то двинет сама на юг, подпитываемая легкой надеждой на светлое будущее.

[NIC]Sekhmet Tahlia “Sam” Reed [/NIC][STA]go out of my head[/STA][AVA]https://i.imgur.com/wWK9job.png[/AVA]
[LZ1]СЭХМЕТ "СЭМ" РИД , 19 y.o.
profession: выжившая;
[/LZ1]

+1

10

– Я не одиночка, – Гленн эти слова процеживает, выплевывает и осекается – способность злиться вернулась, эмоции появились. Что-то другое, не страх и не гнетущее одиночество. Он и забыл, каково это. Говорить с интонацией в голосе. Взгляд свой он тупит в пол, избегает контакта глаза в глаза, отвлекается на банку с консервами, чтобы руки занять хоть чем-нибудь. Вилкой ковыряется, но в рот не отправляет ни кусочка. Не хочет, чтобы все съеденное наружу вырвалось. Тушуется, стыдясь своей резкости. – Мне нечем платить, – он пожимает плечами, – а к тебе прибиваться и в мыслях не было. Ты неприятная, – Гленн ухмыляется и взгляд свой устремляет на девчонку. Она смелая, ловкая, сильная. Но Гленн привык к тишине. И полагаться на свои силы. Не издавать лишнего шума. Тенью скользить от дома к дому. И рыскать беззвучно. С ней так не выйдет. Острый язык, дурной нрав, излишняя самоуверенность – юношеский максимализм однажды приведет ее к гибели. Такие не живут долго. Бахвалятся громче всех, а потом хрустят на зубах мертвяков. И все же – она спасла Гленна. И это единственная причина, по которой он язык прикусывает и на вопрос про карту отвечает кивком.

Девчонка собирается уходить, а Гленну вроде и хочется ее остановить, чтобы укутаться уютом общения, с другой стороны привязываться к кому-то он не собирался. Все же эта стерва права – они одиночки. И, пожив в изоляции от общества, Гленн вряд ли научится снова выстраивать коммуникацию и показывать свои социальные навыки. Девчонка уходит, а он лишь ей в след смотрит, жалея, что даже имени не спросил. Впрочем, он не уверен, что встретит ее снова. Даже если придет в нужное место – вероятность того, что эта девчонка погибнет примерно такая же, как и вероятность смерти Гленна. Он ухмыляется, спускаясь в подвал, чтобы набить свой рюкзак найденными там сокровищами. Теперь этот клад только его. Перед сном он баррикадируется чуть лучше. В тайне от себя самого надеется, что девчонка вернется. Он успевает поесть еще, окрепнуть достаточно, чтобы нести груз с провиантом и оружие с инструментами. Даже если решит все же не сбиваться в стаю – лишним не будет. А навыки таскать на спине несуразные и огромные рюкзаки у него еще с прошлой жизни остались. Жаль за спиной не ароматная теплая пицца, а консервы, срок годности которых уже давно подошел к концу – ничего. Гленн справится в любом случае, у него выбора нет.

В назначенное время Гленн выходит из дома. За спиной у него настолько огромный груз, будто собрался кочевать месяцами без попыток найти в качестве укрытия чей-то дом. А в кармане карта с обозначением дома, где мужчина нашел для себя кров на одну ночь. Если бы не заманчивое предложение этой девицы, он бы остался там на неделю, а то и чуть дольше, но перспектива воочию увидеть выживших очень манила. Любопытство сгубило кошку, погубит и Гленна, но он продолжает шагать в нужную сторону, то и дело по сторонам озираясь. Наверное, она не придет. Наверное, либо забыла, либо забила, либо же умерла. Он беспокойно поглядывает за солнцем, что медленно к горизонту склоняется. Мысленно прокручивает инструкцию. Двести шагов. Юго-запад. Желтый дом. И билборд. Мужчина выдыхает и идет дальше, надеясь набрести на палатку незнакомой девчонки. Даже если она уже ушла – выследит. По пятам ее пойдет – не отпустит. Пьянящее чувство решительности позволяет шаг чуть ускорить. Гленн и сам не замечает, как на бег срывается, юркая в лес. По бурелому не побежишь, но он явно торопится. Высокие деревья мешают следить за положением солнца. А вдруг уже поздно?

– Привет, – Гленн выдыхает и успокаивается лишь когда палатку находит. И понимает, что эта девочка никуда не ушла. И черт знает, его больше это радует или тот факт, что она до сих пор жива и цела.

[NIC]Glenn Rhee[/NIC]
[STA]заморыш[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/tWoPHes.gif[/AVA]
[LZ1]ГЛЕНН РИ , 29.[/LZ1]

+1

11

Хотела бы сбиться со счета ночей, проведенных в одиночестве да под открытым небом. Но не могла. Пыталась еще из последних сил следить за ходом времени, отмечала дни в своем потрепанном календаре, хотя знала, что ее ориентировки всего лишь приблизительные. Покинув странного паренька, отправилась прямиком обратно в свой импровизированный лагерь: одна небольшая палаточка, в которую Сэм сама едва помещалась, немного поклажи, и несколько растяжек по периметру – безопасность еще никогда не была лишней. Скрыв огонь со всех сторон, лишние зрители ей были ни к чему, приготовила ужин и, проверив свою скудную оборону, отправилась спасть. В голове мысли о том, что ее назвали неприятной, странное какое-то обзывательство, да и Сэм не давала поводов построить такой вывод о своей персоне. Ну не назвала своего настоящего имени, ну добавила пару лишних слов, но ведь спасла (вроде бы) жизнь этому азиатику, да и запасами поделилась, что здесь неприятного то?

Как всегда просыпается с первыми лучами солнца, световой день становится все меньше, скоро начнутся заморозки, и к этому времени лучше бы подальше убраться с лесов и полей, с мест, где не получится согреться. Складывала вещи, прислушиваясь к каждому шороху. Привыкла молчать сутками напролет, ее это даже никак не напрягалось, просто не было той самой потребности раскрывать свой рот почем зря, часами трещать языком обо всем на свете. Вполне достаточно обмена новостями со случайными встречными. Где-то за спиной раздается шум сцепленных банок, сработала одна из ловушек, у Сэхмет есть несколько мгновений, чтобы среагировать, делает это практически машинально, подобное случалось с десяток раз. Сейчас появится из-за деревьев, вот только идет иначе. – Привет, - о, так это же ее знакомый. Все-таки решил поступить правильно, отправиться с ней до лагеря или поселения, где сможет стать частью общества, где найдет себе призвание, и так далее и тому подобное.

- Не многовато поклажи? – Оценивает размер его рюкзака. Что ж, тащить весь этот груз все равно не ей, а если будет задерживаться, придется от чего-нибудь избавиться. – Я сейчас все соберу, и пойдем, пока можешь передохнуть. – Рид потребовалось минут десять для того, чтобы свернуть место ночевки, избавиться от следов костра, а так же смотать обратно все веревки, которыми она сделала свое пространство чуточку безопаснее. – Выбора у нас  не так много, Гленн. Не знаю, как это объяснять человеку, который жил словно в вакууме, но другие люди есть. – Когда все вещи были готовы, на каком-то пеньке выживальщица разложила карту, на которой было нанесено очень много всяких отметок, некоторые из которых пару раз зачеркнуты. – Отправимся по лесным тропам на юг, - вела пальцем, следив за тем, чтобы ее компаньон за всем наблюдал. – Там вроде какие-то поля, перейдем  и будем у трассы семнадцать, в сторону Вилмингтона, там раньше была база военных, но они куда-то свалили. Если повезет, раздобудем транспорт. А вот здесь, - снова указывает пальцем,  только теперь уже на небольшое озеро рядом с городом, - есть поселение, человек сорок-пятьдесят, надеюсь, что с ними все в порядке. Лично я планирую двигаться дальше, в сторону Флориды. Готов? – Свернула бумагу, буквально чуть ли не самое большое ее сокровище, встала, перекинув рюкзак с одного плеча на другое, - и да, зови меня Сэм.

[NIC]Sekhmet Tahlia “Sam” Reed [/NIC][STA]go out of my head[/STA][AVA]https://i.imgur.com/wWK9job.png[/AVA]
[LZ1]СЭХМЕТ "СЭМ" РИД , 19 y.o.
profession: выжившая;
[/LZ1]

+1

12

Теперь у него с собой провизия, патроны, оружие и инструменты, чтобы любой дом надежнее забаррикадировать и пережить заморозки, даже если он снова останется одиноким бродягой. Гленн этот вариант не исключает, страшится немного, что общество после стольких дней изоляции ему быстро наскучит. Или он просто не впишется. Он все же из тех, кто себя нашел в тишине и покое, пусть одиночество сильно давит на психику – так в разы безопаснее. И все же он улыбается это девчонке, будто всем видом показывая, что все еще не разучился. И что сытость всяко идет ему на пользу. Он лямки рюкзака натягивает и улыбается, головой качая. Оттащил бы куда больше, если бы позволяла вместимость.

Мужчина кивает и наблюдает за сборами, находя идею с ловушками очень разумной. Сам он старательно прислушивался к любому шороху, но никогда не расставлял ловушки – не находил на это времени, сил и желания, считая, что его ловкости хватит, чтобы в нужное время сбежать из укрытия, которое подвергается нападению. Впредь будет разумнее, плюс от этого знакомства уже есть. Помимо того, что девочка Гленна от смерти спасла. Он улыбается, польщенный, ведь безымянная незнакомка запомнила его имя и над картой склоняется, глазами по ней пробегает, оценивая количество отметок. Эта девочка много где побывать умудрилась, пока Гленн прятался поодаль от городов. Взглядом он следит за пальцем девушки и кивает, запоминая каждое ее слово. Ему хочется колкость сказать, что не в вакууме он жил, а просто выживал, но Гленн отмалчивается. Просто таращится в карту и кивает, когда девушка ее прячет.

– Готов, – он подтягивает лямку рюкзака, – почему именно Флорида? – Гленн копошится немного, чтобы минимизировать давление груза на плечи, но замирает, когда девушка представляется, – Сэм, – он словно имя ее на вкус пробует, смакует на языке и улыбается, – очень приятно, – на самом-то деле не очень, потому что их первую встречу нельзя назвать прям радушной, но сытый Гленн мыслит чуть дружелюбнее Гленна голодного, а еще улыбается чаще, – идем?

Какое-то время они идут в тишине. Разговор все как-то не клеится. Наверное, потому что им нечего обсуждать – слишком разные люди, как ни крути. По извилистым лесным тропам они на юг двигаются и Гленн периодически по сторонам осматривается. Привычка оглядываться у него уже рефлекторная. В какой-то момент Гленн останавливается, предлагая устроить привал ненадолго и скидывает рюкзак с плеча, чтобы усесться на поваленном бревне и перевести дух. Он уже доводил себя до полного изнеможения – рисковать и геройствовать снова не станет. Гленн поводит плечами, потягивается немного, вжимает голову в плечи и руки разводит в стороны, чтобы стало полегче. А затем смотрит на Сэм и лицо у него становится серьезным, будто сейчас последует большое откровение или тайна какая-то. На деле мужчина с мыслями собирается, чуть брови хмурит и больше воздуха в легкие набирает.

– Прости меня, Сэм, – у Гленна голос спокойный, без дрожи от слабости, – за то, что назвал тебя неприятной, – а еще стервой, но за это он не извинится, – спасибо тебе и все в этом духе, – он сбивается, потому что не умеет извиняться и никогда не умел, а уровень социализации давно укатился в минус, Гленн лишь ухмыляется и приподнимается, чтобы рюкзак вернуть себе на плечи и, несильно хлопнув Сэм по плечу, кивнуть в сторону и продолжить путь. Отчистил слегка свою совесть и ладно.

[NIC]Glenn Rhee[/NIC]
[STA]заморыш[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/tWoPHes.gif[/AVA]
[LZ1]ГЛЕНН РИ , 29.[/LZ1]

+1

13

- Слушай, Гленн, если будешь постоянно извиняться - далеко не уедешь! - Сэм шла чуть впереди. Казалось, что дорожная карта отпечаталась в ее голове, не приходилось даже смотреть на бумагу. Эти места знала неплохо, могла ориентироваться по выцветшим и проржавевшим дорожным указателям, пару раз проходили знакомые Рид дома и поместья - не только уже давно заброшенные, но и практически полностью развалившиеся. Все ценное из них вынесли еще в первые недели или месяцы, ну а ветер, дождь и солнце завершили начатое. - И если думаешь, я извинюсь в ответ, ошибаешься. - Добавила в пол-оборота, - се-ля-ви. - Они довольно быстро собрались, выдвинулись в путь, и вот уже идут третьи сутки. Делаю привалы, пару раз даже разжигали огонь, чтобы подогреть немного еды. Но все как-то особо молчали. Сэм не знала, о чем можно поболтать с Гленном, да и не очень то ей и хотелось. - Там тепло, не в курсе? - Хмыкает, чуть вскидывая поклажу на своей спине. В большом рюкзаке все уложено довольно плотно, вряд ли что-то скатится, случайно откроется или просыплется. - Ты в школе то учился? - Апокалипсис начался не сто лет назад, даже сама Сэхмет помнит первые классы, начальную школу, уроки и всякие там контрольные. - Чем южнее, тем теплее, в идеале вообще куда-нибудь в Мексику свалить, но до туда на своих двоих дойдешь разве что к следующей зиме. - Резко развернулась, наверное, хотела напугать спутника, - а еще там крокодилы. Ты видел когда-нибудь зомби-крокодила? Страшное зрелище, они становятся еще больше, злее, так и хотят откусить тебе голову, ну или жопу.

Воздух свежий, вокруг очень тихо. Пения птиц уже не слышала как несколько месяцев. Изредка встречаются разные летучие создания, на которых не подействовали мутации, знать себе летают туда-сюда, собирают дикие ягоды, живут так, будто бы вокруг все нормально. Ну а ходячие их не особо то и трогают, либо попросту не замечают, либо на уровне инстинкта понимают, что угнаться не получится. Поговорить по душам у них явно не выходило. Сэм прислушивалась, как до ее ушей, и, судя по всему, до ушей спутника добрался какой-то странный звук. Они уже вышли из лесной черты и двигались вдоль автострады, держась у обочины. - Быстрее, сюда. - Она скинула поклажу, подбежала к парню, дернула его изо всех сил, буквально вместе с ним скатываясь в обочину. Как только оказались максимально близко к земле, девушка осмелилась приподнять голову, выслеживая источник странного шума. Ну конечно, этот звук трудно спутать. Небольшой конвой. Передняя машина - джип с пулеметом на крыше, а вторая - большой грузовик с отсеком для людей сзади. Едут быстро, явно не особо глядя по сторонам.

- Таких раньше тоже не видел, а? - Обращается к Гленну, когда конвой удалился на достаточно расстояние. - Говорят, где-то есть большой город за стенами, от них вся зараза и пошла. А там сидят всякие и продолжают эксперименты проводить. - Поднялась, стряхивая с себя дорожную пыль. Уже не первый раз приходилось ей резко кидаться куда-нибудь в сторону. Куда лучше испачкаться, чем оказаться в кузове этого автомобиля. - Так что знай, вот с такими ребятами якшаться не стоит. Ты там в порядке?

[NIC]Sekhmet Tahlia “Sam” Reed [/NIC][STA]go out of my head[/STA][AVA]https://i.imgur.com/wWK9job.png[/AVA]
[LZ1]СЭХМЕТ "СЭМ" РИД , 19 y.o.
profession: выжившая;
[/LZ1]

+1

14

Ему почему-то от ее слов становится веселее. Словно у них детская перепалка в духе «дурак-сам_дурак». Гленн даже улыбку не прячет, шагает чуть позади, держась за лямки рюкзака. Эти попытки беззлобно уколоть друг друга ему нравятся. Раньше и он был острым на язык, совсем как эта девчонка. Не лез за словом в карман, каждый раз шутливые реплики с губ скрывались. А теперь он превратился в отшельника, что за жизнь борется. Жизнь удивительна и переменчива. 

–  Поэтому, – говорит он с улыбкой, – я и не буду извиняться за стерву, – Гленн хмыкает и старается не отставать. У них разговор не особо вязался. Слишком разные люди и, кажется, огромная разница в возрасте. По крайней мере, Гленну так показалось. Сэм юна и амбициозна, готовая весь свет исследовать. Ей не хватает рассудительности, которая у людей начинает зарождаться где-то после двадцати пяти. И то не всегда. А в текущих реалиях повзрослеть и отбросить юношеский максимализм необходимо для выживания. Вот только Сэм, кажется, это совсем непонятно. Она то и дело бахвалится и планы строит грандиозные. Быть может, ей так проще. А может она из тех, кому претят чужие устои и кому хочется подпитать иллюзию свободы. Эдакий детский бунт против взрослых. Гленн с этих мыслей улыбается почему-то.

– В школе учился и даже ее закончил, – в его голосе появляется нотка издевки, – а ты в какой класс бы пошла? – он кривовато ухмыляется и вопросительно бровь изгибает, когда Сэм резко разворачивается, – желаю тебе успехов в съемках новой части Крокодила Данди, Сэм, – мужчина отмахивается, – хотя ты, наверное, фильма-то такого не видела.

Дальнейший путь продолжается в тишине. Идти вдоль дороги куда проще, чем шагать через бурелом. Гленн по сторонам осматривается, запоминая маршруты, пока внезапно его не тянут с собой в обочину. Рефлекторно ему хочется отодвинуться, брезгливо от близости Сэм поежиться, но мужчина лишь замирает и старается не шевелиться, пока опасность не минует, и девушка не начинает объяснять, что за ерунда сейчас произошла. Гленн смотрит вслед уезжающему конвою и сглатывает ком в горле. С одной стороны отрадно увидеть еще живых и даже функционирующий транспорт, с другой – сейчас Сэм точно не пытается его напугать, а говорит истину, которую лучше запомнить.

– В порядке, – он приподнимается и отряхивается, поправляет рюкзак со своим добром и осматривается по сторонам, – какие еще эксперименты, над кем? – Гленн и правда будто вчера родился, – откуда ты все это знаешь, умница? – он руки на груди скрещивает, стоит так с пару секунд, прежде чем снова выйти к краю обочины и продолжить свой путь. Ему с одной стороны очень приятно, что судьба подкинула ему славного попутчика, который ориентируется в текущем мире куда лучше, чем он. С другой стороны, безумно неловко ощущать себя таким немощным на фоне столь юной девчонки. Хрупкое мужское эго трещит по швам. Гленн никогда не мнил себя героем или азиатской пародией на Рэмбо, но проигрывать в навыках выживания какой-то соплячке… Его оправдывает лишь одиночество. Это она жила в обществе и, наверняка, ее кутали заботой, в голову вдалбливая прописные истины. Гленн же всегда был один.

[NIC]Glenn Rhee[/NIC]
[STA]заморыш[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/tWoPHes.gif[/AVA]
[LZ1]ГЛЕНН РИ , 29.[/LZ1]

+1

15

Никаких крокодилов Данди она точно не видела, но зато пару раз в детстве, довольно далеком, но вполне осознанном, посещала зоопарки, а точнее даже – сафари парки. Ну, это такие, где животные ходят вполне свободно по огромным вольерам, а люди наблюдают за происходящим с мостков. Крокодилы тоже были, здоровые (или это аллигаторы, фиг их разберешь) и мощные, тусовались на солнышке. Один из работников парка сказал, что они довольно милые, просто жрут свою еду, которую им дают раз в день, а все остальное время лениво подставляют свои части тела солнцу, ну или плавают в выстроенном для них водоеме. – Я встречала одного из солдат, мы с ним, - необходимо подобрать наиболее подходящее слово, - путешествовали некоторое время вместе, он оказался адекватнее своих собратьев. – Странно, что Гленн ничего не знал обо всем, что происходит вокруг, будто бы выбрался из информационного вакуума. А что если он посланник корпорации, такой местный дурачок, который ничего не знает, но лишь на словах, а потом оказывается, что вычисляет поселения с большим количеством жителей, куда солдаты приходят за новыми подопытными? Брр, выкинуть все эти мысли из головы, немедленно. – Эксперименты над людьми, очевидно. Думаешь, откуда этот вирус взялся? Вот из их лабораторий.

Шли дальше, и вроде бы на их пути не было ни конвоев, ни отдельных странствующих путников, ни мертвецов, вышедших полакомиться случайной добычей. – Я не знаю с точностью до дня, сколько мне сейчас, пару раз теряла счет времени, надо будет спросить, какой сейчас день, если доберемся до цивилизации. – У нее был свой календарь, где записывала даты, но порою обстоятельства были сильнее. – Мне должно быть девятнадцать лет, двести семьдесят четыре дня, плюс минус восемь дней. – Оборачивается вокруг своей оси, кивая плетущемуся сзади пассажиру. – Так что никакой школы, свобода, вечеринки, университет, прекрасная сказка, да? – Наверное, смогла бы поступить в приличное заведение, может, один из универов лиги плюща, было бы круто, хотя понятия не имела, кем бы ей хотелось стать. – А тебе… - Призадумалась, подперла даже подбородок рукой. – Стой, не говори, дай угадаю. Лет двадцать семь? Я бы дала от двадцати шести до тридцати, не больше, но если больше, то я сильно удивлюсь.

Каким-то непостижимым образом ей самой удалось разговориться, что случалось обычно редко. Наверное, сказывалось отсутствие какого-либо собеседника на протяжении последнего месяца. С тем военным она тоже поначалу не очень то и ладила, но потом, чем дальше они продвигались (кстати, в тот раз была машина), тем больше узнавали друг о друге, тем роднее становились. Но, добравшись до безопасного места, разошлись, ибо вояка решил отправиться на поиски истины, а девочке с египетскими корнями просто хотелось выжить, не засиживаясь слишком долго на одном месте. Наверное, в этот раз будет что-то сродни. Доберутся до поселения, где Гленн и останется, а Талия, получив за ценный экземпляр человеческого вида немного еды, воды и патронов, отправится дальше на юг, как ей и хотелось. В идеале, где-то в этой истории еще бы и машину найти, нагрузить ее до самых верхов канистрами с бензином, чтобы сэкономить себе неделю-другую пешего пути, но это если только повезет. – Водить умеешь, кстати?

[NIC]Sekhmet Tahlia “Sam” Reed [/NIC][STA]go out of my head[/STA][AVA]https://i.imgur.com/wWK9job.png[/AVA]
[LZ1]СЭХМЕТ "СЭМ" РИД, 19 y.o.
profession: выжившая;
[/LZ1]

+1

16

Гленн никогда не думал, как именно и откуда взялся этот вирус, который превратил всех его знакомых в бессознательных мертвяков, что снуют туда-сюда из угла в угол. Первое время он не мог сжиться с совестью, каждая попытка отразить атаку сменялась истерикой. Он все еще пытался разглядеть в мертвецах человеческие черты. Мысль, что он превратился в убийцу – его измучивала, а не закаляла. А теперь у него снова холодок по спине пробегает, когда осознание стрелой пронзает голову – эксперименты над людьми, разработка вируса и, выходит, во всем этом виноваты конкретные люди. Мужчина и не знает, как отвечать на эту информацию, он устал от ежедневных открытий. Информация с большим трудом им усваивается, он все еще в небольшом шоке от ситуации. Он придет в себя, может быть, со временем перестанет ловить шок от каждой реплики. Но сейчас лишь поджимает губы.

Благо, Сэм начинает говорить первой нарушая давящую тишину, и Гленн от мыслей своих отвлекается, с улыбкой смотря на девчонку. Ей всего девятнадцать, совсем маленькая, юная девочка, закинутая жестоким миром в столь сложные обстоятельства. В глубине души мужчине даже немного жаль ее, лишенную всех прелестей молодости, вряд ли пределом ее мечтаний было скитание по миру, что населен мертвецами, которые представляют угрозу. Гленн хотя бы успел пожить. Паршивой жизнью, конечно, но все же. Это было куда лучше, чем все то, что с ним происходило за последнее время. Все эти попытки отчаянно бороться за жизнь не кажутся ему романтичным приключенческим фильмом.

– Мне двадцать девять, – он ухмыляется, – но спасибо, – теперь ему понятно, почему разговор у них не заладился, десять лет разницы сильно мешает нормальной коммуникации, да и теперь ясно отчего Сэм так рвется куда-то вперед, предпочитая скитаться в поисках приключений, нежели осесть в безопасности, все же виной всему юношеский максимализм, Гленн не ошибся, – скучая жизнь, ненавистная работа, начальник-зануда и куча взрослых проблем типа оплаты налогов и все в этом духе, – мужчина мечтательно улыбается, – я тогда думал, что моя жизнь Ад, но, кажется, ошибался, – если бы можно было вернуться назад в свою привычную жизнь, Гленн был бы счастлив. Хотелось бы просто проснуться и с легкостью осознать, что все это было кошмаром. Куда проще было ненавидеть весь мир за нищенскую зарплату, а не за угрозу за каждым поворотом.

– Когда-то умел, – отвечает Гленн неуверенно. Он так привык перемещаться пешком, что даже не думал забраться в какую-нибудь машину. Да и мужчине, старательно избегающему любого шума, не шибко хотелось выдавать свое местоположение. Гленн из тех, кто выбирает тишину и незаметность, даже если придется идти несколько дней, зато так куда безопаснее и спокойнее. Будь у него спутник, способный активно смотреть по сторонам и, допустим, отстреливать мертвяков, вставших на пути транспорта, Гленн бы мог подумать об этом. Но случая не выдавалось. Тише едешь – дальше будешь.

– А что, хочешь взломать какую-нибудь тачку и добраться до вашего поселения с комфортом? – Он ухмыляется и в тайне надеется, что именно такой план и родился в голове Сэм. Гленн немного устал и был бы не против слегка отдохнуть. А еще он не знает, сколько им осталось идти. Дорога кажется безумно долгой, нестерпимо тяжелой. Это его персональный путь в нормальную социализацию и жизнь в обществе. Шаг за шагом он приближается к адекватному существованию. Это очень волнительно.

[NIC]Glenn Rhee[/NIC]
[STA]заморыш[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/tWoPHes.gif[/AVA]
[LZ1]ГЛЕНН РИ, 29 y.o.[/LZ1]

+1

17

Найти в этом мире хоть что-то рабочее – большая редкость и огромная удача. За те годы, пока миролюбивое человечество превращалось в ненасытных тварей, большинство окружения стояло без присмотра, выходя из строя. Первым делом собирали горючее, сливая его со всех возможных автомобилей, цистерн и добывая на заправках, не платя при этом ни цента. Затем люди, которым явно не нужно было такое количество легкового (да и грузового) автотранспорта, пытались найти какие-то полезные части, в том числе электронику и части двигателей, чтобы потом использовать все это во благо в своих поселениях. У военных же все было в порядке, много машин, причем все из них на ходу, а некоторые даже с всякими пулеметами на крышах. На одном из таких Сэм довелось покататься. Но вот найти что-то рабочее посреди шоссе крайне маловероятно. То, что не разобрано, сломано или прогнило. – Ну попробуй найди, а я погляжу. – Пока они шли, сколько машин попалось? Одна или две максимум, да и те с разбитыми окнами. – Транспорт наше время роскошь, а не средство передвижения, - перефразировала довольно известную в доапокалиптичное время фразу. Были у четырехколесного транспорта и свои очевидные преимущества, однако, не смотря на большую вместимость, на тот объем полезного груза, который ты можешь с собой увезти, приходится каждый раз думать о топливе, о его запасах, которые нужно постоянно пополнять. А еще никто не защищен от случайных проколов колеса где-нибудь посреди заброшенной дороги, ну или движок может отказать аккурат в тот момент, когда ты собрался как можно быстрее дать деру от толпы голодных ходячих мертвецов.

Нужно искать какое-нибудь приличное место под ночлег, отойти к ближайшим холмам, остановиться в лесочке, где можно расставить ловушки и примитивную сигнализацию. Погода с каждым днем становилась все прохладнее, хотя о снеге даже речи быть не могло. Несколько раз шел дождь, оставляя после себя плачущее небо под ногами отчаянных путешественников. Хотя в последние несколько дней там наверху не было ни облачка, ни единого намека на то, что вдруг может пролиться библейскими потоками. Им везло, практически нет ходячих, от слова совсем. Зомби любили скапливаться, сбиваться в огромные стада. Говорят, что некоторыми скоплениями кто-то даже управлял, специально направляя на оставшиеся поселения. Найти каких-то одиночек посреди поля довольно сложно, их либо убивают, либо они сами покидают зону, где тяжело прокормиться. – Нам идти не так долго, сегодня ночуем, встаем с рассветом, день идти, еще одна ночь и на следующий день, где-то к вечеру будем на месте. – Если ее расчеты правильные, то все так должно получиться, ни больше, не меньше. При огромной доле везения, можно наткнуться на разведывательный патруль: поселения отправляют небольшие группы, чтобы те искали ресурсы и убивали приближающихся мертвяков. Встретят – доведут до поселения, Сэм там знали, она «своя».

Целых десять лет разницы. Чувствуется ли эта разница в призме разрушенного мира? Цель одна – выжить, но достигают свою миссию разными способами. Для кого-то в норме просто прятаться по домам, изредка высовывая свою мордочку из зоны комфорта. Другие живут вечным путешествием, жизнью, которую выбирают далеко немногие. Ей как-то не особо хотелось оседать, был слишком неудачный опыт, уж лучше быть съеденной где-нибудь на задворках, чем снова переживать потерю близких. – А че вообще умеешь? Там всякие штуки из мусора собираешь? Я вот как-то арбалет делала, но он слишком тяжелым оказался, пришлось обменять на еду. – В этом мире нужно быть полезным, иначе просто пропадешь, ну или будешь разнорабочим, в любом случае, чему-нибудь да научат. Да и поверить сложно, не может такого быть, сколько лет все это вертится, три, четыре, больше? За годы даже слабая девочка смогла приспособиться, напрактиковаться и стать частью этого мира, органично вписанным кусочком существующей реальности.

- Нам сюда, - сказала слишком резко. Необходимо свернуть с шоссе и немного пройтись по ковру готовящихся к зиме растений. Уже ближе к лесу, где должно быть чуточку безопаснее, решила преподать один небольшой урок. Ногами раскидала упавшие оранжевые осенние листья, чтобы добраться до местных сокровищ. Кое-где под ними даже образовывался иней, аккуратно смахнула наледь прочь. – Я так хочу тебе кое-что показать, смотри, - присела, уперев одну ногу в землю. Стала собирать урожай из небольших розово-фиолетовых ягодок, не подпуская к своей находке Гленна, чтобы вдруг чего не испортил. Сейчас далеко не лето, но, тем не менее, можно было еще найти кучу всяких разных съестных (и не очень) припасов вокруг.  – Собирал такие хоть раз? – Живя в городе, очевидно, вряд ли, - вот их даже есть можно, только не все сразу, а то потом будут проблемы. – Одну ягодку отправила мгновенно себе в рот, наслаждаясь ее слегка приторным вкусом. Лучше делать это под ее чутким присмотром, ну а потом научится сам, если захочет путешествовать в компании своей собственной персоны. Хотя он не из таких, останется в городке, будет приносить пользу, а одна девица отправится дальше, надеясь и желая, чтобы ее турне никогда, наверное, не кончалось.

[NIC]Sekhmet Tahlia “Sam” Reed [/NIC][STA]go out of my head[/STA][AVA]https://i.imgur.com/wWK9job.png[/AVA]
[LZ1]СЭХМЕТ "СЭМ" РИД, 19 y.o.
profession: выжившая;
[/LZ1]

+1

18

Гленн лишь фыркает недовольно на очередную колкую фразу. Он уже привыкать начинает к этой странной манере общения, почти не хочет разбить этой девочке голову о какой-нибудь камень. Почти. Но лучше уж так, чем снова шествовать в одиночестве. На самом деле машина и правда помогла бы путь сделать комфортнее. Но Гленн не видел транспорта уже так давно, что надежды встретить его не питал. Хотя с радостью бы согласился сейчас на что угодно. Хоть самокат, хоть велосипед, хоть любую другую ересь, лишь бы приблизить момент своего прибытия в лагерь. Сэм снова вещает план, а Гленн лишь кивает задумчиво, представляя, что с новым ярко-оранжевым рассветом его жизнь может поменяться. Он улыбался он перспективы манящей. Осесть где-то, поселиться среди людей, пытаться в социализацию – о большем он просить и не может. А Сэм пусть кочует себе дальше. Меняет место своего обитания, остается неуловимой странницей. Такие девочки, как она, на весну похожи.  Гленн же, скорее, дождливая осень. Это ее шаг устилается цветами. Сделаешь шаг – за тобою весна. С пением птиц и с пророчеством скорого потепления. Гленн же другой, он соткан из прохладного ветра и сырости, не шибко уютный, но вполне себе сносный, если рядом есть кто-то в духе солнечной, но колючей Сэм.

– Что умею? Человечка могу тебе сделать из каштана и осенних листьев, – Гленн смеется и на полном серьезе поднимает упавшие осенние листья, чтобы помахать ими перед лицом Сэм, – умею носить тяжести, передвигаться без лишнего шума, разбирать и собирать всевозможные штуки для выживания, ничего необычного. Превращаю снег в воду, а несъедобную пищу в пародию на нормальную еду. Арбалеты не делаю, но неплохо стреляю. Ничего такого, выживальщик из меня так себе, – мужчина снова пожимает плечами. Он и сам не знает, каким чудом еще не подох от банального голода. И не сошел с ума от одиночества. Но ведомо плетется за Сэм, когда та сворачивает в сторону.

Она показывает свое сокровище, настоящую драгоценность и не дает шаг сделать вперед, переживая. Гленн присматривается и улыбается – ягоды. Он, живущий всю жизнь в городе, таких и не видел. А сейчас, в текущих условиях, собирательством никогда не занимался. Никаких походов за грибами зимой, никакого собирательства провианта в лесу. Он мог бы быть куда умнее, освоить навыки садоводства и сажать урожай по весне, чтобы все лето вокруг него прыгать, крутиться и к осени пожинать плоды собственных усилий. Но как-то не получалось на одном месте надолго засесть. Поэтому мысли, планы, мечты о собственных грядках были похоронены жестокой реальностью. Никакого сентябрьского сбора урожая, никаких попыток сберечь припасы на долгую зиму. Для него куда проще рыскать провизию среди брошенных домов, разворовывая чужие погреба. В остальном – он совершенно беспомощен и бесполезен. Наверное, поэтому ему проще было держаться близь городов, где пищи куда больше, чем можно в лесу отыскать. И куда легче банку консервов открыть, нежели рыскать в поисках ягод часами. Но Сэм так восторженно свою драгоценность лелеет, что не улыбнуться не получается. Ему тоже хочется прикоснуться к ее сокровищу и собрать урожай. Мужчина тянет свои руки к ягодам, чтобы осторожно собрать пару штук.

– Я такие никогда не видел, – говорит мужчина и тянет ладонь, чтобы получить ягодку и, рассмотрев ее со всех сторон, запоминая, отправить ее к себе в рот, повторяя за Сэм, – сладкая, – он улыбается чуть склонив голову и осматривается по сторонам, – хочешь, можем остаться здесь до утра, расскажешь мне про ягоды и грибы, потому что я в собирательстве не мастак, а эта информация явно лишней не будет.

Он ответа ее не дожидается и рюкзак с плеча скидывает, решая, что даже если они должны будут продолжить свой путь – отдых им точно не помешает. Здесь, вдали от дороги, их вряд ли кто-то заметит. Они в безопасности хотя бы от людей, что могут проезжать мимо, выискивая очередную жертву. Гленн старается об этом не думать, но то и дело в голову лезут мрачные и отвратительные картинки чужих жутких экспериментов, ради которых могут отлавливать выживших. Гленн в целом из тех, кто любит накручивать и думать лишь о дурном. Поэтому он головой слегка покачивает, потягивается, чтобы размяться и внимательно слушает Сэм, когда та говорить начинает.

[NIC]Glenn Rhee[/NIC]
[STA]заморыш[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/tWoPHes.gif[/AVA]
[LZ1]ГЛЕНН РИ, 29 y.o.[/LZ1]

+1

19

Чувствовала себя в своей тарелке (если, блин, вообще так говорят), хотя, кому какая разница, все учебники грамматики уже далеко в забытом прошлом, можно выдумывать свои правила произношения, новые афоризмы, сочетания слов и прочую ересь. Раз удобно говорить – говори сколько влезет, и даже больше, пока из тебя не польется. – А ты не бесполезный. – Ликовала и радовалась, что ей попался такой спутник. С ним не пропадешь. Ладно, в этих словах снова была толика сарказма, но без этого урожденная египтянка просто не могла существовать. За всякими шуточками, за язвительными фразочками, которыми она кидалась словно королевская кобра ядом, стоял человек довольно ранимый и хрупкий. Человек, который слишком рано познал все ужасы взрослой жизни в диком и не очень-то приветливом мире, где за каждым деревом, за каждым камнем и в окне каждого дома таилась опасность. Сделаешь лишний шаг, куда-нибудь в сторону от известной тропы, а за тобою уже идет пристальная слежка, мертвые тела не дремлют, им вовсе не важная погода или время года, путь хоть весна или осень, плевать, они ждут беспечного потеряшку, которого можно будет быстро скушать. Положив несколько розовеньких ягод (еще явно недоспелых) в боковой карман своей куртки, последовала действиям Гленна, пристроив рюкзак недалеко от егоо собственной поклажи. К вечеру становилось прохладнее, каждой клеточкой лица Сэхмет чувствовала приближающуюся свежесть, сегодня ночью придется лучше укрыться, чтобы не замерзнуть. Чем дальше, тем такие ночи будут становиться все холоднее. Приближается глобальное аномальное похолодание, сумасшедшие предсказатели прошлого были, оказывается, не так далеки от истины. Видимо, из-за прекращения работы всех этих сотен и тысяч заводов, из-за уменьшения выбросов в атмосферу, природа стала приходить в норму, понижая год за годом среднее значение температуры. Фиг его знает, Сэм не разбирается в этой всей теме, но такое объяснение казалось ей вполне логичным.

- Да я сама не так много знаю, на самом деле. – Достала свою простейшую систему охраны, леску, на которой были примотаны банки и небольшие колокольчики. Одна из них, оранжевая с большой надписью “BRODY’S” теплотой отзывалась внутри, то были одни из самых вкусных консервированных овощей, что девушка когда-либо пробовала в своей жизни, и даже после полного опустошения, тара все еще продолжала служить своей хозяйке, пусть и весьма неожиданным образом. Натягивала леску, аккуратно подвязывала ее у самых корней деревьев. Ей приходилось садиться рядом, сгребать осенние листья, чтобы прятать свою конструкцию. Безопасность прежде всего, она далеко не маленькое вечно плачущее дитя, чтобы этого не понимать. – О каких-то мне рассказывали, еще где-то стащила книгу о том, что можно съестного в лесу найти, полезная была, буквально все выучила, а само издание выгодно продала нуждающимся. – Взглянула не небо уже после того, как приготовления были закончены, дождя вроде как не предвидится, что не могло не радовать. Под ее ногами слой травы, листьев и веток, вокруг деревья, защищающие от непогоды, а перед открывался весьма приятный вид на далекую теперь автостраду, такую одинокую и безжизненную.

- Припасы из кладовки не берем, лучше съедим что-нибудь с меньшим сроком годности. – У самой Рид никогда не имелось огромных запасов еды, довольно тяжко ходить с набитым доверху рюкзаком, требовалось что-нибудь не сильно объемное, но при этом питательное и отлично восстановляющее силы.- В детстве были батончики, не помню, как назывались, но с одного можно было наесться на весь день. – Определенно грустила, вспоминая столь волшебную возможность мгновенно пополнить запасы своих сил. Вот только время уже давно кануло в лету, да и сроки годности у таких продуктов обычно не превышали пары месяцев. Ей доводилось находить товары, еду и всякие другие разные вещи, на упаковках которых было написано, что это уже год или два как нельзя употреблять в пищу. Что-то превращалось в заплесневелую труху, но вот консервы имели особенность оставаться целыми и невредимыми по сей день, хотя некоторые банки, видимо, изготовленные не самыми добросовестными производителями, вздувались, и держаться от них стоило подальше.

- У меня палатка одноместная, но есть еще некое подобие гамака, спасает, знаешь, от всяких змей и букашек. – Придется либо разделять места сегодняшней ночевки, либо залезать в палатку двоем. Пока спать со взрослым мужчиной Сэм была не готова, шутка, условия окружающей среды диктую свои правила, и думать о том, что морально ей будет не очень комфортно, не приходится. – Ну, или можем спать по очереди, выставив караул. – Тоже весьма эффективный вариант, в таком случае появляется еще один уровень обеспечения безопасности путешествия, пусть даже Сэм спала крайне чуткой и уже натренировала свой разум вздрагивать при каждом малейшем звуке колокольчиков и баночек, человек с оружием – куда более надежный вариант, только если он сам не уснет, облокотившись о какое-нибудь старое дерево. – С грибами, на самом деле, даже немного проще. – Сэм села рядом с Гленном и  достала буквально с самого дна своей походной сумки какие-то крекеры. Ни намека на плесень, никакого налета, абсолютно готовы прямо сейчас к употреблению в любом виде. Хорошо было бы еще сверху какого-нибудь паштета сверху, но последний раз что-то подобное пробовала где-то полтора года назад, в одном из поселений, причем их собственного производства.

- Видишь какую-нибудь яркую красную шляпку, всякие маленькие кривые и такие грибы, которые явно вызывают отторжение у твоих внутренностей, не срывай. Здесь вообще не так много чего растет. Можешь, конечно,  со мной на юг махнуть, я там однажды уже была, кое-что разведала, даже пару кладов оставила, надеюсь, что их не растащили, так что выживем. Но это так, мысли вслух, не обращай внимания. – Махнула рукой, будто бы избавляясь от надоедливого насекомого, летавшего около головы. На охоту сегодня явно не пойдут, не было надобности в свежем мясе, да и сил можно потерять на подобном слишком много. Сухарик, а на ночь выпьют воды и отправятся спать, вот тебе и вечерняя трапеза, лучше, чем в самых крутых ресторанах.

[NIC]Sekhmet Tahlia “Sam” Reed [/NIC][STA]go out of my head[/STA][AVA]https://i.imgur.com/wWK9job.png[/AVA]
[LZ1]СЭХМЕТ "СЭМ" РИД, 19 y.o.
profession: выжившая;
[/LZ1]

Отредактировано Hannah Mercer (2022-09-02 14:27:59)

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Заброшенные эпизоды » bury me right here


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно