Бойду 22.

Ах да, Бойду — двадцать два. Великое событие в резиденции Коллоуэй.

Бойду двадцать два, и это значит абсолютно ровным счетом ничего, не считая нервозность на протяжении всей недели до на лице Эндрю...
читать далее
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 16°C
• джек

[telegram: cavalcanti_sun]
• аарон

[telegram: wtf_deer]
• билли

[telegram: kellzyaba]
• мэри

[лс]
• уле

[telegram: silt_strider]
• амелия

[telegram: potos_flavus]
• джейден

[лс]
• дарси

[telegram: semilunaris]
• робин

[telegram: mashizinga]
• даст

[telegram: auiuiui]
• цезарь

[telegram: blyacat]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » got no soul to sell


got no soul to sell

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

Marcos Arellano & Mercedes
Lima, Peru
8.03.2022

[NIC]Mercedes Dias[/NIC]
[STA].[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/KAzQwwM.jpg[/AVA]
[LZ1] МЕРСЕДЕС ДИАС, 22y.o.
profession: модель, эскортница
[/LZ1]
[SGN].[/SGN]

Отредактировано Misha Juhl (2022-08-06 14:07:04)

+1

2

Мартовское солнце грузно падало за горизонт, роняя в просторную спальню ржавые тунцовые тени, кипящие на спинках резных люксовых стульев и в темных бездонных прорехах зеркал. Открытые итальянские окна дышали сладким зноем заходящего дня, травами, жарким стальным одором близкой пустыни. В них валился тихий гул шмелей, треск цикад, аромат свежескуренной травки, хриплое собачий фыркание и тяжелое дыхание.
Мерча подвинула голову на подушке и обижено рассматривала темнеющий с каждым закатным мигом горбатый профиль любовника, сидевшего в кресле на террасе. Широкие ладони, опускались на здоровенные ушастые собачьи бошки. А должны были ей на сиськи. Она зря тут что ли 2 недели болтается?

Она родилась в трущобах Мехико. Родители быстро сообразили, что торговать им кроме хорошенькой девочки особо нечем. Поэтому пристроили сниматься в рекламе и в модельную студию. В 16 она была юной мисс Мехико, в 20 востребованной моделькой, насколько можно быть востребованной в этом пыльном городе. Подрабатывала эскортом, кружила на вечеринках, а когда попала в Тихуану, познакомилась с Борхес. Та катала Мерчу в Калифорнию и обратно. В Штатах, конечно, роскошно, но едва ли платили больше, чем отстегивали здесь за картельные пирушки. Месяц назад она познакомилась с Арельяно на кипельной яхте посреди Пасифика. И что-то ей в нем запало. Хотелось растормошить, отвлечь от того, чем заняты его мысли. А он смотрел сквозь и так смотрел, что хотелось раздеться. Она как будто впервые встретила благодарного зрителя для всех своих экстравагантных выходок. По крайней мере, Маркос не пытался ее одернуть. Ему было или забавно, или похуй, что она вытворяет. Тогда Мерча увязалась за ним в Лиму. Здесь она ещё не была и никогда не побывала, если бы не повисла у него на шее. Пауза в модельной карьере – вещь нежелательная, но возможная. Тем не менее, ее грызла подспудная тревога за утекающие заработки. Маркос ей ничего не обещал, просто позволил остаться. А потом уехал. Пропал на две недели – ни слуху, н духу. Ей нужно было собрать свои вещи и вернуться в Мехико. Никто бы не заметил. Но она зачем-то зависла в его героиновом раю с этими псами, шмелями и пустыней. Дни утекали медленно. Пока прошлой ночью он не вернулся. Темнее и отчужденее, чем обычно. Поужинал с ней, не рассказал ничего. А потом опять уехал в город. И вернулся только сейчас. Мерча лежала на постели, удаляясь в блаженный кокаиновый трип. Только запустила ладонь между бедер, откинувшись на спину, пока он проходил через спальню на террасу со своими сраными псами. Те тяжело дышали вечерним зноем, выкинув влажные языки, и скребли когтями по паркетинам.
Несколько секунд Мерча следила, как он ласкает маслатых догов, пока не поняла, что пальцы в промежности тонут во влажном кружеве. Выдохнула тихий стон и нехотя, обижено поднялась с постели, пробуя теплые половицы смуглыми босыми ступнями. Переступила через порог, наблюдая за мексиканцем, а потом потянула с себя мокрые трусишки и уронила их на столик, с которого Маркос брал лакомство для зверей.

- Они тебе больше нравятся чем я, да? Ты за два дня ни слова не сказал.
Знала, что «вот и ебись тогда с ними» выкинет ее вон из дома за две секунды. На это Мерче ума хватало хотя бы на первых порах, пока ссора еще не разрослась во всепожирающую воронку. И лучше бы попробовать по-хорошему. В наркотическим приходе после долгих ночей тишины ей болезненно, до помешательства хотелось почувствовать, как он хищно вшибается в тело и снова не видит ее, как будто смотрит сквозь. Картины всплывали яркими пятнами, низ живота стягивал ноющий, жаркий, голодный  спазм.

- Маркос, - потянула с себя платье, неотрывно наблюдая за угольным матовым взглядом Арельяно. Опустилась на колени среди псов. Разгоряченные шкуры непривычно обтирались о бедра, рваное дыхание лизало плечи. Мерча беспородной сукой нырнула между его бедер, вжимаясь скулой во внутренний шов брючины, ласкаясь о жесткое колено, как это только что делали доги. И высунула язык, по-песьи выпрашивая угощение, а потом потянулась и поймала ртом жесткие пальцы, влажно въехала между ним языком, забирая глубже в рот, пока след алой помады не опечатал крепкие костяшки. Вмазанные нефтяные глаза сделались блаженно дурными. Солоноватый вкус собачьего корма растекся по небу

[NIC]Mercedes Dias[/NIC]
[STA].[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/KAzQwwM.jpg[/AVA]
[LZ1] МЕРСЕДЕС ДИАС, 22y.o.
profession: модель, эскортница
[/LZ1]
[SGN].[/SGN]

+1

3

Пока Маркос жил и работал в Штатах, и занимался недвижимостью, ею он успел обзавестись почти во всех близлежащих к Мексике странах – Колумбии, Чили, Перу и Боливии. Это было удобно, учитывая то, что он всегда сам работал с южными партнерами. Продолжил это делать и тогда, когда выбрался из американской тюрьмы и сбежал из мексиканской. В Тихуане он теперь был наездами, со второй женой тоже развелся, но дело было не в отношениях, а в ее безопасности. Лоррейн была и оставалась паникершей, и когда узнала о его деятельности, начала бурно сопротивляться их отношениям даже ни смотря на то, что уже родила от него сына. Он просто отпустил ее, но все еще иногда звонил, чтобы увидеть ребенка. Новую жену он не искал. Не потому, что жаждал холостяцкой жизни, просто понял, что так спокойнее. Любовницы никуда не делись и пока ему этого хватало. Обычно они не задерживались, но Мерседес по какой-то причине никак не хотела продолжить свою привычную жизнь. Скорее всего, дело было в деньгах, но пока она не напрягала Арельяно своим присутствием, он и не торопился что-то с этим делать.

Их вылазка в Тапачулу закончилась удачно, без потерь. Они слили то, что удалось перехватить у Синалоа и разъехались каждый по своим делам. В то, что происходило в Тихуане, Маркос предпочел не вникать, хотя его и ввели в курс дела. Обошелся советом младшему брату о том, что всех, кто вызывал сомнение нужно было подчистить и не забивать этими мелочами голову, но ни на чем настаивать не стал. Луис явно научился бороться со своей паранойей, раз отнесся ко всей этой ситуации так снисходительно. По возвращению обнаружить, что Мерседес все еще в его доме, он никак не ожидал. Девка не показалась ему той, кто будет преданно ждать у окна, как это делали псы, у которых не было выбора. Но она ждала, и оставленная здесь охрана ему отчиталась, что из дома она почти не вылазила. За две недели несколько раз выезжала в город, но они ее не сопровождали, приказа такого не было, а в основном торчала у бассейна или в доме, куда они не ходили.

Маркос слышал шорох простыней, когда она поднялась, но не отвлекся и не ответил на вопрос, потрепал дога по горячей холке, пока тот дожевывал. Проследил за приближением босых ступней, вымазав взглядом линию загара по стопе. Глянул на бельишко, брошенное на стол и разметавшее по нему остатки собачьего корма, и перевел взгляд на Диас только тогда, когда она окликнула его, чтобы наблюдать за тем, как сползающее платье лижет подтянутое девичье тело, обнажая круглый лобок, плоский живот, а потом и грудь. Задержался взглядом на затвердевших остреньких сосках. Псы забеспокоились, стоило ей опуститься на колени, один из догов поднялся, будто уступая ей место, принялся обнюхивать Мерседес, тыкаясь холодным влажным носом в смуглую кожу, пока она горячим ртом забирала пальцы Арельяно. Следил за тем, как мажется помада по костяшкам и уже сам выглаживал мягкий язык, добираясь пальцами до его основания и ныряя глубже, двигая ими и заставляя девку выше задрать подбородок, запрокинуть голову, чтобы видеть, как напрягается горло. Поначалу не обращал внимание на то, как занервничали собаки, пока один из кобелей не ткнулся мордой между ее ног, махнув мягким широким языком по мокрой промежности.

- Сидеть, - тихо приказал девке прижать задницу, чтобы не дразнила собак и вытянул пальцы из ее рта. Помедлил, выжидающе глядя на нее, пока не сядет, а потом потянулся к столу, сдвигая в сторону початую бутылку с текилой и вытряхивая из лежащего пакетика зеленоватые капсулы в прозрачной оболочке. Снова откинулся на спинку кресла, держа одну в руке. Всматривался в поплывшие кокаиновые зрачки. Девка, конечно, была красивой, не зря была моделькой, он уже в этом убедился. В порядке развлечения фотографировал ее и снимал между еблей или вовремя. Все это добро оставалось у нее, чтобы не нервировать ее лишний раз, Маркосу это все, конечно, было ни к чему. Куда она все это дела, он тоже не знал и не хотел знать. – Я хочу отдохнуть, а ты что хочешь? – поднял руку с зажатой между пальцами таблеткой. – Голос, – поддержать ее игру, потрепав ее по холке и обозначив, какая она умница, что ждала его, было несложно. Ему, конечно, было где-то забавно смотреть на ее выходки, но, когда настойчиво лезли под руку, мекс не очень любил, от того, наверное, после развода предпочел одиночество и возможность самостоятельно распоряжаться своим временем. Псы спокойно наблюдали, все еще находясь поблизости, один из них с готовностью зарычал, глядя на руку хозяина и услышав команду.[NIC]Marcos Arellano[/NIC][STA].[/STA][AVA]https://i.imgur.com/gG6HTzh.gif[/AVA][SGN]---[/SGN][LZ1]МАРКОС АРЕЛЬЯНО, 52 y.o.
profession: отвечает за связи Тихуанского картеля с южными партнерами[/LZ1]

+1

4

Иногда Мерча с ума сходила от того, что он делает. Как ребенок, который зажмуривается, закрывает лицо руками и все равно подглядывает между пальцами. Плавясь и леденея от того, что Маркосу так просто и незначительно. Много ли она мужиков видела в свои 22 года? Никто из них не давал себе труда показать ей что-то кроме возвратно-поступательных, и насаживаться она умела хорошо. Почти не скучала. Особенно, если под кайфом. Долго ли? Маркосу дела до секса особо не было. Все это значило для него не больше, чем утренняя чашка кофе и вычищенные зубы. В голове у него было что-то тайное, сложное, непостижимое и не имеющее к ней отношения. Мерча впервые почувствовала себя постельной принадлежностью. Несмотря на то, что Арельяно был с ней отечески снисходителен и даже приветлив. И ей это понравилось! Было что-то изумительное, уважительное в его манере пренебрегать, что-то, что заводило ее изо для в день быть его лучшей игрушкой, нагонять и обгонять себя в пугающей, изумительной ебани, чтобы он, наконец, ее заметил. Отключился от беспокойных, роящихся в голове мыслей и просветлел глазами. Нравилось видеть свое отражение в глубине его зрачков. Как предупреждение. И тогда он делал с ней странное, завораживающее и дикое, о чем она и помыслить не могла. И сам, кажется, никогда этого не замечал, искушенный, уставший, почти разочарованный в любом баловстве за 30 лет вседозволенности, которые их разделяли. А у девчонки от этого подкашивались коленки и пьяно, до визга, стыло в жилах. Она про деньги не думала. Была не из тех, кто планирует завтра. Не умела жить где-то кроме здесь и сейчас. И он ей нравился. Седеющими висками, грубым профилем, руками, влажными простынями, тем, как вскидывает бутылку, когда прикладывается к текиле. А если потом засунет эту бутылку ей в пизду и сфотографирует?.. Мерча даже опешить не успевала, словно не умела с ним спорить. Была во всем этом такая изысканная, такая надежная простота, которая ей в чужих отельных номерах и не снилась.

Нервно встрепенулась, ощерилась, пугливо увернулась бёдрами от собачьего языка, цепенея между кокаиновым жаром и пьяной паникой, когда острые песьи зубы оказались так близко к нежному, и послушно, шокировано опустилась на пятки, пойманная неожиданно четким приказом и стыдом от того послушания и стремительности, с которым его исполнила. Скулы затянуло пунцовой краской. Пальцы макса цапнули гортань, разливая влагу под ресницами. Девчонка поперхнулась спазмом, вскидывая голову, чтобы хватануть предночного зноя. Забыла, что нужно успевать языком, и на губах проступил тонкая пенка слюны. В глазах Арельяно ничего не читалось. Словно он ни о чем не думал. Ни интереса, ни возбуждения, ни игры. Эффектная и взбалмошная, увлекательная Мерседес только здесь, рядом с ним, не имела никакой власти. Терялась, задыхалась напористыми толчками в пересохшей глотке. От этого до одури сладко подводило матку, и мокли бедра. Как будто пальцы вбивались между ними. Но всегда недостаточно. В острых сосках налилось тяжелое напряжение. Девчонка не заметила, как вжимается ногтями в собственные коленки, когда пальцы, наконец, вынырнули, увлекая за собой вязкую нить слюны. Потянулась следом, чтобы поймать ее. Но шанса ей не дали. Пальцы ускользнули в сумрак к пакету, а Мерча все еще завороженно вглядывалась в черты лица, постепенно утопающие в лунному белесом мареве.

- Трахаться с тобой хочу, - в ссаднящем горле голос рождался с хрипотцой неожиданно тихо, как будто она больше не была уверена, что в праве говорить в этой ворчащей собачьей своре.

- Гав!
Мерча этого вовсе не планировала и никогда бы не поверила, что делает это, но приказ был такой однозначный, такой очевидный и властный, что словечко вырвалось само собой. Как будто право на голос Маркос ей, наконец-то, дал, но разом отобрал все остальные. Опешила, моргнула и рассмеялась, совсем отчего-то не уверенная, что смеяться ей теперь можно. Опаска защекотала внизу живота, и девчонка просительно потянулась за угощением, подставляяся влажным языком. Разве она не заслужила?

[NIC]Mercedes Dias[/NIC]
[STA].[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/KAzQwwM.jpg[/AVA]
[LZ1] МЕРСЕДЕС ДИАС, 22y.o.
profession: модель, эскортница
[/LZ1]
[SGN].[/SGN]

+1

5

Мерседес была эмоциональна и наивна в силу возраста и где-то не очень сообразительна, но она не могла не понравиться Арельяно. В ней все было для этого – фонтаном бьющие силы, сексуальное молодое тело, красивое лицо. И всем этим она, в целом, с успехом пользовалась хотя бы потому, что оказалась здесь. Маркосу сложно было навязаться, если он того не хотел сам, а привычки выкидывать любовниц из постели сразу после секса у него никогда и не было. Потому что он уважал собственный выбор в первую очередь, потому что, чем бы все это не оборачивалось в итоге, всегда можно было либо поставить любовницу на место, либо взять от нее чуть больше. Всегда можно было взять от человека чуть больше, чем были даже его собственные ожидания. Чуть больше эмоций, чуть больше преданности. Чуть больше крови, на крайний случай.

Эта девочка могла исчезнуть в любой момент, ее здесь не держали силой, она не была зависима от денег, - она работала, а значит не испытывала острой нужды. Если, конечно, не была остро зависима от определенного образа жизни или наркоты, на которую приходилось работать постоянно, - или от Маркоса в целом в силу непродолжительности их отношений, у нее не было вообще никаких препятствий. Она, наверное, и сама не понимала, что здесь делает до сих пор. Если бы она могла увидеть себя его глазами, то для нее наверняка все бы встало на свои места. Увидела в себе эту жажду узнать, что будет дальше, что он еще может с ней сделать, каким будет следующий его приказ. Пока она помнила, кто он такой, и ее любопытство оставалось лишь любопытством, не затмевая чувство самосохранения в погоне за новыми ощущениями, то все шло ровно и довольно приятно для них обоих. Даже сейчас, когда он был слегка вымотан после поездки. Мекс потянулся и большим пальцем стер у девчонки под носом остатки белой пыли. Он встречал много разных женщин и Диас была права в своих предположениях о том, что Маркос был пресыщен в каком-то смысле, но это все еще не мешало ему получать удовольствие от женского внимания к себе. Одни никогда не признавали над собой мужской власти, но при этом упивались своей слабостью, когда им это было выгодно. Другие не мыслили жизни без того, чтобы жить в угоду мужчинам, легко снимая с себя ответственность и доверяясь тому, кто способен был их вести. Сам Арельяно относился с пониманием к любому варианту.

- О-о, это было отлично, - одобрительно кивнул, улыбнувшись и потянулся навстречу, чтобы свободной рукой забрать ее скулы, не оставить ей выбора, пихая в рот таблетку мескалина, пока она ее не проглотит. Скоро ей станет не до ебли и вообще не до него, когда накроет ярким приходом, – Ты хорошая девочка. Погоди, - прихватил со стола бутылку текилы, все еще удерживая ее и заливая алкоголь в рот, не давай закрыть его и больно впиваясь пальцами в щеки, между зубов, когда она попыталась это сделать. – Тш-ш-ш… Надо проглотить, - его, кажется, мало волновало, когда девка поперхнулась, потому что он еще какое-то время продолжал заливать текилу в приоткрытые губы так, что она начала выливаться, стекая по подбородку и горлу на грудь. Псы поднялись со своих мест, отошли подальше и с волнением наблюдали за происходящим со стороны. Маркос все-таки остановился и отставил бутылку, подтянул любовницу к себе, чтобы смачно накрыть ее губы своими, собирая горькие остатки текилы с ее губ, но так же легко отстранился и прихватил со стола ее трусишки, чтобы настойчиво запихать ей в рот, после чего спокойно ослабил хватку, откинулся обратно на спинку кресла и отмахнулся от Диас. – Теперь иди на место.

Отмахнулся ни смотря на то, что уже предполагал, что теперь так просто она не уйдет. Даже не потому, что желание потрахаться сейчас было сильнее осторожности, а из-за того, что в крови гулял наркотик и вряд ли любовница способна была трезво оценить ситуацию. Арельяно смотрел на нее все так же спокойно, выжидающе. Рассматривал ее лицо с интересом – то, как слиплись ресницы от влаги, на остатки помады на сочных губах и остатки текилы, поблескивающие на подбородке. шее и темных вздернутых сосках. Естественно, он и сам уже завелся от их маленькой игры, но вместе с тем ощутил, как возбуждение и общая усталость мешаются с раздражением от ее настойчивости.
- Ты больше не хочешь быть хорошей девочкой? – предположил очевидное, все еще глядя на нее и цепляя пряжку ремня на своих штанах, расстегивая неторопливо ее, а следом и ширинку. Лениво потянул рубаху из-за пояса.[NIC]Marcos Arellano[/NIC][STA].[/STA][AVA]https://i.imgur.com/gG6HTzh.gif[/AVA][SGN]---[/SGN][LZ1]МАРКОС АРЕЛЬЯНО, 52 y.o.
profession: отвечает за связи Тихуанского картеля с южными партнерами[/LZ1]

Отредактировано Martin Juhl (2022-08-08 05:11:27)

0

6

Таблетка горечью вплавилась в язык. Мерча не сопротивлялась. Она ведь заслужила? Знала, что Маркос не даст ей ничего опаснее ее желаний. Убивать ее не было ни смысла, ни причины. Да ей и в голову это не приходило. В таком возрасте мало задумываешься о скрытых мотивах, возможных психозах, абсурдных наветах и прочих вещах, из-за которых твоя жизнь может прерваться бессмысленно и стремительно. Сколько бы она ни читала, чем бы не пугали ее товарки по эскорту. Как-то девочки в агентстве рассказывали про русских, которые гуляли в Нью-Йорке. Дело было зимой. Лежал неведомый Мерседес глубокий снег. Бабы заартачились на счет секса, русские выгнали их голыми в ночную метель и стреляли в спину из охотничьего ружья. Чтобы те весело бежали, а не жались к крыльцу и подумали, не хотят ли вернуться в теплый дом, но уже на новых условиях. Пьяные были вдрызг. Одной прострелили ногу. И алый след волочился по кипельному заветренному насту. Агентство выплатило им баснословную компенсацию. Если прикинуть, что и себе отхватило процент, то русские не скупились, так что акцент в этой истории был не на ружье, а на деньгах. Морли у басни не было. А наркота у Арельяно была первосортная. Но пальцы под скулами Мерче нравились. Впечатывали в десны удивительное право Маркоса распоряжаться ею так, как ему нравиться. Как будто тело больше не принадлежало Мерседес. Ничего в этом бархатном сумраке больше не принадлежало Мерседес. Хватка растворяла ее в мире, определяла ее место, гипнотизировала, удерживала в горючей сцепке с угольным взглядом напротив. Вопреки ожиданиям Маркос как будто не злился на нее, но и не забавлялся. В темных очертаниях его плеч, в голосе в хватке, в том, как он поднимает со столика бутылку, была невероятная гравитация, притяжение, их тех, что заставляют прилив подниматься вслед за лунным диском, встающим над горизонтом. Не требующая объяснений, но нерушимая. Ощущение тонкого вибрирующего каната под ногами, опасного, дрожащего и непрощающего ошибок. И ничего, кроме этого темного, чужого взгляда не проведет ее до конца. Нужно только не отрываться. И девчонка глотала текилу, захлебывалась, обжигалась горлом, царапала резцами влажное горлышко, но не могла заставить себя увернуться из пальцев. Глаза жирно заволокло слезной влагой. Спирт холодил и жег кожу, обтекал по горлу и лился по животу, свивался лужицей между бедер. Собаки занервничали, вздергивали к хозяину рыла, заглядывая в лицо. Поцелуй стал вознаграждением, передышкой. Короткий и жесткий, но теперь желанный до оторопи. Мерча потянулась к хозяину снова, выпрашивая долгожданную ласку. Она ведь снова ее заслужила?!  И задохнулась шелковым кружевом. Привкус сока и странный, узнаваемый тонкий вкус шелка разлился по обожженному небу. Девчонка всхлипнула и мотнула головой, как эти мордатые псы, обижено выплюнула кляп. Но взвинченное близостью возбуждение никуда не делось, только взбеленись досадой. Несколько секунд они смотрели друг на друга неподвижно, напряженно исследуя сумеречную тишину. В тишине ее сбившееся дыхание слышалось хриплым и до неловкости громким. Мерча загнано отерла о плечо слюну и текилу с уголка губ. Арельяно расстегивал ремень. Это ведь хороший знак? Иногда его качели между лаской и резкостью сбивали Мерседес с толку. Она следила, как уплывающая наверх сорочка, обнажает темную дорожку жестких волос низу живота. Знала, как он пахнет, если уткнуться туда носом и скатиться языком вниз, придержать зубами хлопковое белье. И от этого знания сладко мокла промежность.
- Хочу быть плохой, - потянулась к нему, сделала пару опасливых шагов на четвереньках и жадно вписалась ртом в железные зубцы распахнутой ширинки, неосторожно царапая губы и забирая член вместе с тканью. Вжалась в него языком, выслеживая под бельем наливающуюся тяжестью сетку вен и упоенно вдыхая жаркий мускус.

[NIC]Mercedes Dias[/NIC]
[STA].[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/KAzQwwM.jpg[/AVA]
[LZ1] МЕРСЕДЕС ДИАС, 22y.o.
profession: модель, эскортница
[/LZ1]
[SGN].[/SGN]

0

7

Сколько таких девочек умирало в Мексике каждый день? По всему миру? Большинство никто и никогда больше не искал. Он глядел на Мерседес с интересом. Что этот ребенок видел в жизни? Она была младше его собственной дочери, но насколько разные были эти жизни. Он ничего не знал о Диас – ни о том, откуда она родом, ни о том даже, как она оказалась здесь. Деньги ее сюда тянули или любопытство – было, в общем-то, совсем не важно. Все было неважно, потому что ничего их пока не связывало.

Маркос расстегнул рубаху, не сводя с девки взгляда. Наблюдал, как изгибается ее позвоночник, как двигаются бедра. Она была подвижной и гибкой и движения пока что были плавными, но скоро наркотик начнет действовать, и они станут совершенно другими – то нереально медлительными, то нервными и резкими. Арельяно иногда нравилось за ней наблюдать со стороны. Как она ест, как разговаривает по телефону, одевается, красится. Было что-то в девчонке такое, что каждый раз заставляло его медлить с тем, чтобы отправить ее обратно в Мексику жить своей жизнью. Или ему было просто скучно, но факт оставался фактом – она все еще была здесь.

Он и сейчас продолжал наблюдать, как она ткнулась губами в ширинку, забрала губами твердеющий хуй через ткань белья, оставляя на ней мокрые пятна. Не мешал ей, откинулся на спинку кресла и потянулся только чтобы откинуть темную прядь волос, упавшую на лицо. Проследил, как дрожат длинные ресницы и накрыл ее ладонь своей на ноге, выглаживая тонкие пальцы и запястье. Свободной потянулся, чтобы подцепить резинку белья, оттянуть ее ниже, высвобождая стояк и на пару мгновений прикрыв глаза, когда мягкий язык мазанул по нему, чувствуя, как разом потянуло в паху сильнее.

- Но у тебя не получается, - склонил голову, так и не сводя с нее взгляда, отвлекаясь только на пару секунд, когда заметил, как снова занервничал пес, переминаясь с лапы на лапу, но почти сразу забыл об этом, сосредотачиваясь на ласкающих губах. – Смотри на меня.

Хотел видеть, как меняется ее взгляд, как совсем скоро ей станет до его хуя и не до всех этих игр, но пока запустил пятерню в темные волосы, перехватывая их и заставляя глубже забрать член в рот, задержаться в тесной глотке раз, другой на каждом новом движении губ.

- Ты должна смотреть на меня, - напомнил, когда девчонка прикрыла глаза и дал ей продышаться, не пытаясь толкнуться глубже снова. Все еще держал ее за волосы, но потянулся, чтобы махнуть ладонью между острых лопаток, соскользнуть рукой под нее и грубовато сжать грудь, поддразнить темный сосок и убрать руку, в следующее мгновение горячо и звонко шлепнув ее по заднице, и еще раз следом. Вплавился горячей ладонью в кожу, выглаживая раскрасневшуюся ягодицу и нырнул ладонью ниже, между ними, прокатываясь пальцами по влажной промежности. – Вот видишь, ты хорошая девочка.[NIC]Marcos Arellano[/NIC][STA].[/STA][AVA]https://i.imgur.com/gG6HTzh.gif[/AVA][SGN]---[/SGN][LZ1]МАРКОС АРЕЛЬЯНО, 52 y.o.
profession: отвечает за связи Тихуанского картеля с южными партнерами[/LZ1]

+1

8

У нее действительно не получалось. Потому что Мерча никогда не пыталась. Потому что ей нравилось все, что он делает. Или то, как он это делал. Вряд ли она позволила бы все это кому-то другому. Что-то в Маркосе лишало ее воли. Она плыла по волнам происходящего - к желаемому. Кто в этом случае станет противиться? А еще, потому что она слишком хорошо понимала, кто он такой. И какой он - такой. Хотя Маркос никогда не обсуждал свои дела. Множество ночей назад, когда они встретились, и Мерча еще смотрела на людей с высоты своего модельного успеха с откровенной иронией – она и сейчас смотрела так на всех, кроме него, - отвечая на вопрос «Чем он занимается?», Арельяно ограничился лаконичным «Бизнесом». С тех пор она никогда не могла смотреть на него сверху вниз. На него одного. Этот человек удивительным образом лишил ее - не права, нет – желания ему перечить. Иногда Мерча невыносимо злилась из-за этого, но никогда не высказывалась. Это не тот мужчина, которому можно накинуть претензий за то, что он опоздал к ужину. Хорошо, что пришел. Мог бы не прийти. И тогда она тоже тосковала молча. Могла швырять стену посуду, но всегда прибирала ее к возвращению мекса. Возможно, устрой Мерча хоть один скандальчик, ему стало бы веселее, интереснее. Но она не знала, наверняка, поэтому делала только то, что Маркос поощрял.

Оружие, которое Арельяно убирал в стол, когда возвращался в дом, пугало ее лишь вначале, а потом стало восприниматься, как что-то фатальное. Однажды она сделает что-то не так, и он от нее избавится. Не убьет, просто купит билет до Лос-Анжелеса. И, возможно, это будет больнее. Обиднее. Очень горько. Поэтому на ствол Мерча смотрела с облегчением. Смерть начинала казаться благостной, умиротворяющей. Месяц назад она показалась бы себе сумасшедшей. Помешанной. Но теперь все ощущалось единственно правильным.

- Научи меня, – подняла к нему влажные, забранные смолянистым маревом глаза.  Собаки отирались о ее бедра скользкими, мохнатыми ребрами, дышали в плечи. Девчонка послушно следила за ним глазами, не имея возможности увидеть, что именно он делает ниже области ее зрения, но знала это отлично. Толкнулась языком в бархатную чуткую уздечку, и влажно прошлась им по канту головки, оставляя Арельяно смотреть. Ей нравился приказ не отрываться взглядом. Ей, вообще, нравилось, как он дает указания и следит за их исполнением. Никто никогда так с ней не обращался. Это шокировало и захватывало азартной игрой справиться, в которую Мерча играла скорее со строптивой и капризной собой, чем с любовником. Вряд ли он знал, как интересно преодолеваются внутренние «я не буду делать этого никогда» в ее избалованном вниманием сознании. Потянула с головки тонкую нить слюны, словно испытывала его терпение. И тихонько подула. Прохладный воздух, дразня, покатился по резной оплетке напряженных вен. И только почувствовав желанное упрямство ладони на своем затылке, девчонка забрала стояк глубже в рот. Ей нравилось это его невозмутимое, тактичное принуждение. Словно ее задержка не вызывала в Маркосе ничего кроме справедливого недоумения. Ни вопроса, ни сомнения, ни негодования. И тогда ее пьянящая принадлежность становилась полной, исчерпывающей и обольстительной. Хуй скользнул в глотку, пачкая язык солоноватым привкусом. Мерча мягко сдавила головку задними зубами, причиняя этим тупым давлением глухую и приятную, распирающую боль. А потом отпустила его гладить бархатное небо, растягивать гортань, и – рывком - толкнуться глубже. Закашлялась, захлебнулась спазмом, оттолкнулась, уперлась ладонями в бедра любовника, вцепилась в джинсуху – бесполезно. Почувствовала, как податливо, предательски размыкается навстречу стояку тесная гортань. Слезы забились под ресницы, покатились по щекам. Внезапно она очень расстроилась, что больше не может смотреть в глаза Маркосу. Она что-то упустила. Опять не справилась. Его тело куда-то потянулось - за границы зрения, потеряло контуры. Мерчу словно накрыло его обнаженным торсом. Девчонка отпрянула, дернулась, ошпарилась о ладонь, захрипела, выкручиваясь из рук. Задыхалась, ощущая, что тесная коробка, в которой она замкнута его телом, сжимается и вот-вот сомнет ее, сломает ей позвоночник под весом его торса. Мерча вмазалась ладонями в бедра любовника, свезла ногтями по груди, больно цепляя кожу до жгучих следов, наливающихся алым. Как дикий зверек, оказавшийся в клетке, скреблась, чтобы проделать в нем выход, задыхалась стояком, мазала по нему резцами и, наконец, вырвалась, стремительно подаваясь назад, на обеспокоенных псов, навзничь - на лопатки. Моргнула. Медленно моргнула еще раз. Очертания дома, псов, Маркоса потекли и неестественно потянулись в стороны, обрастая голубоватой каймой. Ее сердце бешеным боем толкалось снизу в гортань. Девка взвизгнула, подалась назад, быстро перебирая пятками в траве, поднимаясь на локти, потом на колени и рванулась с места, гонимая мескалиновым ужасом. Ее не пугали измененные картинки, пугала ее мысль, что она, кажется, неприятно его укусила…
[NIC]Mercedes Dias[/NIC]
[STA].[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/KAzQwwM.jpg[/AVA]
[LZ1] МЕРСЕДЕС ДИАС, 22y.o.
profession: модель, эскортница
[/LZ1]
[SGN].[/SGN]

+1

9

Приход обрушился на девку резкой лавиной, как оползень под проливным дождем сползает с горы, сгребая своей массой дома, словно игрушки. Поначалу тихий и вскоре оборачиваясь настоящей катастрофой. Для него это всего лишь еще одна маленькая игра, он себя контролировал, и она под его присмотром, а значит, этой катастрофе они не дадут выйти за пределы разумного. Она засопротивлялась в попытках вырваться, оцарапала его, заставив зло рыкнуть и Арельяно все-таки отпустил ее, просто из любопытства. Наблюдал, как подрагивают вздернутые соски, скользнул взглядом по длинным ногам и вернулся к лицу, теперь по взгляду понимая, что ее и правда накрыло.

- Мерседес? – чуть нахмурился, но пока не двигался, не ожидая ничего конкретного.
Смотрел на нее внимательно, опрокинутую лопатками на траву. Едва ли обратил внимание на свезенную на груди кожу. Собаки вскочили, принялись нервно обнюхивать любовницу, тыкаясь мокрыми носами в горячую кожу, будто подначивали ее к тому, что она в итоге и сделала. Маркос подтянул белье обратно, проследил за поплывшим взглядом Мерчи и тихо усмехнулся, когда она снова засуетилась и вскочила на ноги, рванув прочь от него.

- Ты слишком быстро учишься, - она этого, конечно, уже не слышала, но смотрел ей вслед пару мгновений, а потом перевел взгляд на псов, ровно отдал команду, и псы с готовностью сорвались с места, так и не потеряв из вида обозначенную цель. Сам Маркос никуда не торопился, помедлил, забирая сигарету из пачки на столе, чтобы закурить. Возбуждение все еще не отпускало. Бросил зажигалку обратно на стол, зажав сигарету в зубах, пока застегивал штаны и только после этого развернулся и неторопливо пошел следом. Прекрасно знал, что собаки не дадут убежать ей далеко, а пока он идет, уже успеют порезвиться, но при этом особо не тронут без очередной команды. Девки уже не было видно, она убежала куда-то за границы аккуратного сада, вглубь, но Арельяно все еще слышал лай псов и ее визги.

Пока он неторопливо искал ее, псы успели настигнуть девку, рычали на нее, предупреждая, чтобы оставалась на месте, кидались, опрокидывая обратно на землю, оставляя следы свезенной когтями смуглой кожи. Цепляли зубами за тонкие щиколотки, за запястья, но не всерьез, хотя довольно ощутимо. Такую картину и застал Маркос, отгоняя собак и осматривая девку.
- Набегалась? Ты кое-что не закончила, помнишь? Пошли, - понимал, что ей сейчас уже нет дела до его хуя, но какое это имело значение, так что повторил уже тверже. – Идем в дом. Если хочешь, можешь доползти на коленях, кажется ты тут неплохо поразвлекалась.[NIC]Marcos Arellano[/NIC][STA].[/STA][AVA]https://i.imgur.com/gG6HTzh.gif[/AVA][SGN]---[/SGN][LZ1]МАРКОС АРЕЛЬЯНО, 52 y.o.
profession: отвечает за связи Тихуанского картеля с южными партнерами[/LZ1]

+1

10

Сад двигался, расступался и растягивался диагоналями. Дышал – шелестел, подкачивал плоскостями и выпуклостями. Отдавал изумрудной, неоновой зеленцой. Мерча задыхалась, шарахалась от неожиданно прорастающих в темноте веток. Они хлестали ее по лицу, путались в волосах и дергали куда-то назад, в мрак, отпуская леденящий ужас вниз по позвоночнику и до кончиков пальцев. В висках заходился гул пульса, и она ничего не слышала кроме этого гула и своего собственного сбившегося дыхания. Воздух царапал пересохшую глотку. Она уже не понимала, от чего бежит. Дом отдалялся скачками во множество футов. И так же терялась из памяти отправная точка. Здесь была только Мерседес, темнота и густой кустарник, то и дело преграждавший ей путь. А потом сквозь пелену шуршания и гула донесся далекий собачий лай. Сперва дальний, а после – и сразу - слишком близкий. Девчонка обернулась, волосы метнулись в лицо. Сквозь эту пелену она видела желтые глаза зверей. Они нагоняли стремительными прыжками. Мерча их не узнала. Это были не те псы, что сидели в ногах Маркоса. Она даже не знала, псы ли это, или ксолоитцкуинтли, демоническая свита темного Шолотля, уводящая души в загробный мир. Неизвестно, приходят ли боги ацтеков в Перу, чтобы собирать свою жатву, но в детстве Мерча читала о них достаточно, чтобы сейчас видеть адских гончих во всей красе узких подтянутых тел, исполненных ярости. Они пришли за ней и не уйдут голодными.

Дернула щиколотку из собачей пасти, споткнулась и уронилась в траву. Трава упала ей в лицо, и мир пугающе перевернулся. Ушиб ей ладони. Девчонка забилась, торопливо путаясь коленями в сочной траве в попытке встать, но тяжелые лапы упали на ее лопатки, соскользнули. Пасть мазнула по холке, и Мерча вжалась в спасительную мякоть земли, укрывая голову, тихо всхлипывая, беспомощно уворачиваясь от собак, пока земля не вздрогнула под ее боком эхом шагов. Тяжелая вибрация покатилась под почвой, и темная фигура родилась между древесных стволов неузнаваемая, безликая и беззвучная, соткалась из теней и ночного ветра. Мерча не знала, как выглядят древние кровавые боги, но сейчас ни мгновения не сомневалась в том, кого она видит… Это узнавание, вера, глубокая, древняя, доставшаяся ей от множества поколений, бросавших вырванные сердца врагов на побуревшие алтари… вера эта распустилась в ней как цветок и волной заполнила все ее существо. А потом Маркос выступил из тени под серебряный лунный свет. И Мерча запомнила это преображение навсегда. Больше никогда после не сомневалась, кого она видит перед собой. И на следующий день, и дни спустя, уже отдавая себе отчет в произошедшем, она все равно не могла отпустить это жуткое и восхитительное узнавание. Она знала, что он такое на самом деле. Даже если он сам не знал.

- Маркос!
Рванулась к ноге, судорожно вцепилсь в жесткую джинсу дрожащими пальцами, в бедро, в карман, в ремень на поясе, влипла в него на коленях, ища спасительно убежища от ночных псов и только потом краем глаза, заметила, что теперь они белые - тоже облитые луной до неузнаваемости.

- Я? Останемся здесь? – Мерча торопливо расстегивала его джинсы. Целовала прохладную пряжку, втиралась скулой в дубленую кожу, в дорожку жестких волос внизу его живота. Она не могла пойти рядом с ним в темноту. В царство мертвых, под полог шумящего сада. Знала, что тогда уже не вернется в дом. Никуда не вернется. И страстно желала удержать его в молочном мареве лунного света. Человечным.

- Давай останемся здесь?
Наконец, поднялась, хватаясь за одежду любовника, и нашла пересохшими губами чужие горячие и горькие губы, измазанные сигаретным дымом. Целовала их так горячо, так жадно, словно это может спаси ей жизнь. Словно хотела выкупить душу телом. Не великое предложение для хозяина преисподней. Но это и все, что у Мерчи действительно было. А когда предлагаешь все – разве самоотверженность не идет в зачет?

- Пожалуйста? – нырнула ладонями под его белье, горячно вжимаясь ногтями в бедра, блуждая нежными губами по колкому горлу, царапалась о него, упиваясь живым, дробным гулом крови в яремной, его земным умиротворяющим теплом. Плавилась в нем, забирая ладонью крепнущий стояк и бесстыдно, горячо влипая промежностью в шершавую джинсу. – Пожалуйста!
[NIC]Mercedes Dias[/NIC]
[STA].[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/KAzQwwM.jpg[/AVA]
[LZ1] МЕРСЕДЕС ДИАС, 22y.o.
profession: модель, эскортница
[/LZ1]
[SGN].[/SGN]

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » got no soul to sell


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно