полезные ссылки
Это было похоже на какой-то ужасный танец, где один единственный неправильный шаг...
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 37°C
jack

[telegram: cavalcanti_sun]
aaron

[telegram: wtf_deer]
billie

[telegram: kellzyaba]
mary

[лс]
tadeusz

[telegram: silt_strider]
amelia

[telegram: potos_flavus]
jaden

[лс]
darcy

[telegram: semilunaris]
andy

[лс]
ronnie

[telegram: mashizinga]
dust

[telegram: auiuiui]
solveig

[telegram: blyacat]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » know you hate to confess


know you hate to confess

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

https://i.imgur.com/hasT2Eh.jpg
san diego; xx; end of april '22;
- - - - - - - - - - - - - - - - - - -
THOMAS FLETCHER & SIENNA RHODES
you might as well not come back (but no, you couldn't)

Отредактировано Sienna Rhodes (2022-08-27 16:10:37)

+3

2

Годовое членство частного гольф-клуба стартовало с двухсот тысяч, именно столько потребовал Чарли Сакс за первую подпись. Он предпочитал не кидаться суммами, а обозначать их чем-то. Например, гольфом. Мелочь, он махнул рукой на террасу: две телки прыгнули в бассейн, одна из них вынырнула, опираясь на борт. Сиськи торчали сквозь мокрую ткань. Эти же телки катались в каре по полю, размахивая клюшкой в теннисных юбках и доставали мяч из воды, когда Сакс специально забивал его в пруд. У Чарли три любимых места: Вегас, этот гольф-клуб и отель Ливии. Флетчеру поебать на гольф, на шлюх и даже на приличный алкоголь, он хотел утрясти вопрос с бандами. Он блять согласен на облаву и прикрыться на месяц. 


- Я не буду в это вмешиваться. С латиносами сам решай, я итак сделал больше, чем должен, - Чарли бросил золотую бутылку с черным тузом обратно в лед. Флетчер покачал головой.
- Хорошо. Сколько? - спросил он прямо. В Сан-Диего только дела пошли, и сдавать назад им обоим поздно. Помедлив, Чарли отставил рюмку, и сказал, что подустал.



Бросив девок в бассейне, они пробирались на выход, когда он замедлился.


- Ту брюнетку видишь? Известная певичка, - он кивнул в сторону компании у длинного бара. Флетчер приметил знакомый профиль и остановился, а его взгляд задержался дольше, чем нужно для просто обратить внимание. - Когда я говорю, что много кто покупается, я не вру. Но ты хочешь слишком много.

Все еще на нее смотрел.

- Так сколько? - спросил Флетчер опять, двигая плечом толпу на выход. Его устроит любое «сколько» из двух. Чарли молчал, пока свет террасы не остался позади.
- Полтора, - озвучил он, болтая в руке ключ от Роллс Ройса. Флетчер криво усмехнулся: хорошая шутка. - Поразмышляй на досуге. Или разбирайся сам, - добавил Чарли, Роллс мигнул ему фарами.

Полтора ляма он не отвалит, на это ушло пять секунд размышлений, стоило распрощаться с Саксом. Еще минута на то, чтобы вытащить айфон и набрать номер. Он рулил к клубу сквозь скользящий свет фонарей. Сегодня тихая смена, что на проблемном фоне стало редкостью.

- Я в Сан-Диего. Расскажешь, как дела?

«Где ты остановилась?»

С таким талантом вляпываться в скандалы, прятаться по отелям - ее судьба. В трубку он улыбался помимо воли. Максимум для себя усилий, разъезды по Голливуду туда-сюда, неплохая неделя под зимним солнцем ЛА, но идиллия быстро сдохла. Смыло потоком рутинной грязи, предсказуемо. Звонок прыгнул во времени на четыре года назад. Может, она накидалась или ей интересно, будет ли он побит в этот раз. Зачем-то она писала, пока он прел в Мексике, а затем варился в Сан-Диего. Ей точно понравится его гавайка, уже представлял ее лицо.

В отеле девка за стойкой вопросительно уставилась на цветную рубашку и лохматую голову, а после перевела взгляд на часы и немного смягчилась. Ему показалось, она добралась до стоимости ремня на брюках, ее надроченный мозг тут же накидывал примерный ценник за все, только цифры щелкали. Флетчер подвернул запястье циферблатом к ней, пуская по стрелке блик, и стащил очки. Их оценка одобрила как «приемлемо». Зрачки прикрыл по привычке, нюхал на встречах с Саксом, а виделись они часто. Стрелка сделала круг, он ждал и недовольно барабанил пальцами, пока девчонка вертела его права, ковыряясь за стойкой. Достал сигареты.

- Простите, здесь нельзя курить, - она даже глаз не поднимала, просто дым почуяла.
- Тогда дай мне пройти, - наклонился он ближе и сигаретный смог завесил экран планшета.

Она все же подняла безупречно вежливое лицо, ее взгляд сказал «я привыкла что вы, слишком обеспеченные ублюдки, много себе позволяете».

«Вот и знай свое место», - ответило надменное лицо Флетчера, быть одним из таких ему нравилось. Девушка улыбнулась мертвой улыбкой и протянула пластик.

- Спасибо за ожидание.

Флетчер хмыкнул, сунул права в карман и ткнул тройку на панели «оцените наше обслуживание». Куда деть сигарету он не нашел и бросил окурок в декоративную хуйню.

Лифт унес его на последний этаж, он нажал верхнюю кнопку сразу, пусть забыл нужную цифру. Всегда последний, вид на океан. Дернул ручку - закрыто - и постучал. В груди накалилось раньше, чем Сиенна открыла дверь.

- Ждешь кого-то? - серьезно уточнил Флетчер, окинув ее взглядом. Губы дрогнули.


Она не слишком довольна и не слишком одета.
Они оба знают, чем закончится эта встреча.
Потому что любая всегда заканчивалась одинаково.

Он протолкнул ее внутрь, захлопнул дверь и вжал в ближайшую стену, заткнув ее рот языком прежде чем она прокомментирует его внешний вид. В жизни должен быть блядский замкнутый круг, не хочешь прокатиться? Руки ласково ползли к ее заднице.

- Водка?.. Почему не шампанское? - хрипло выдохнул он ей в губы и глотнул кислорода вместе с ее запахом. В той рекламе многовато сисек для водки.

Если бы пять минут назад на ресепшн он меньше думал, как через пять минут переступит порог номера, и продается секс с ней или нет, он бы заметил во взгляде той девушки «ебаный гринго», а может запомнил мексиканское имя на бейдже. Отметил, с каким хмурым вниманием она держала его документы и задумался, какого черта она их спросила на такой срок.

Но он ничего не заметил.

+3

3

Селена была права: с любовью сомнений не возникало — а, значит, и отрицать её было бессмысленно.
Всё равно, что кидать лёд в рокс с виски и делать вид, что там плавает золото. Тающий металл в стакане с алкогольным напитком — такая же неправдоподобная ахинея, как и все эти разговоры про нескончаемую симпатию, влюбленность и дружбу. Первую мы с Томасом прошли ещё после вечеринки у Рэдсона — вектор простого взаимовыгодного сотрудничества успешно смыло одним коротким секстингом, дешевым отелем и непомерно дорогим брендовым платьем, сброшенным с голого тела в отместку за чьи-то несоразмерные выебоны. Влюбленность пришла позже, где-то за завесой плотного дыма. Бежала по пальцам, стараясь не попасться на глаза и избегала острых углов, пока не настигла в лифте, а после и четыре года спустя, витая между больничных коек и съемочных павильонов, пока не утекла в отель с красивым видом на океан.
Друзьями нам никогда было не стать.

Это была любовь.

Томас улетел из элэй быстрее, чем я успела как следует всё осознать. Хотел утрясти рабочие вопросы. Находиться вблизи и сохранять здравый смысл едва представлялось на тот момент возможным. Секс, как дорогое игристое, разлитое посреди номера — лип под ногами и забивал все мозги. Регулярный секс напрочь мешал работе. В капсуле смешанных чувств с трудом выделишь хотя бы одно из них четко. Разве что желание, за две недели мы натрахались вдоволь. В душе, в випе частных дорогих ресторанов, в его тачке посреди ночи на пляже, когда было невтерпеж. За чертой города, увлеченно плавя руками капот. Жадно, грубо, потом медленно и глубоко. Иногда на коленях, иногда свесив голову и открыв ракурс на внушительную тройку с половиной. Ведя ногтями по рукам и царапая по широкой спине. В перерывах между разговорами, но всё быстро кончилось.

Тоска по проведенному времени быстро ушла на периферию будней. Разбирательство по случаю непредумышленного покушения на жизнь актера во время съемок практически подошло к своему логическому финалу. Полиция, наконец, выступила с опровержением моей причастности к делу. При любом упоминании о выстреле по-прежнему вело, но Генри, высокий мускулистый пиздюк, все-таки решил выйти из комы, так что одной проблемой к первой части марта стало меньше. Студии удалось утрясти и другие вопросы, Нетликс дал распоряжение возобновить съемки. Отснять недостающий материал, параллельно монтировать уже отснятый. На руках у них была самая живая сцена выстрела из всех живых — публика сбежится в залы с попкорном, чтобы посмотреть, вокруг чего СМИ так долго крутило кучу скандальных заявлений. Критики не смогут утопить его, даже если в тысяча девятьсот девятом они были проектировщиками Титаника. Сериал пустят на платформе, а эту серию отдельно покажут в расширенной версии, и продадут не хуже долгоиграющей «Лиги Справедливости» Зака Снайдера. Все потраченные расходы организаторов на удержание команды во время перерыва должны окупиться с лихвой.

Вопреки желанию миллионов и туфтовой культуре отмены, стриминги на моих альбомах за эти пару месяцев выросли в целых два раза, а количество просмотров на музыкальных видео преодолело очередной рубеж, увеличив не только мой доход, но и желание общества пристально наблюдать за моими передвижениями через экран смартфона. За весь этот период я появилась в социальных сетях всего раз, остаток времени неуемным поклонникам приходилось ловить меня у входов заведений, выжидать обрывки из закрытых мероприятий и упоминания о моих походах на частные встречи с известными лицами, конечно, без фото, в остальном публичному пространству доставались лишь ошмётки.

Время, чтобы оборвать паузу и выпустить давно создаваемый продукт, было подобрано идеально. Мысли появились ещё в далеком девятнадцатом, бренд зарегистрировали годом позже, на его реализацию ушло три года: открытие компании-дистрибьютора, поиск завода по производству, разработка концепта, сбор штата и встречи с возможными ритейлерами. После — пробные съемки рекламных кампаний, выкуп фургонов, план по запуску и привлечению сразу нескольких крупных городов. Публичные разбирательства слегка затормозили дело, но стоило обществу потребителей оттаять, как пресса быстро разнесла по сети снимки трех наполовину прозрачных бутылок с логотипом «The Idol», каждая из которых на фото отличалась внешним видом и представляла собой разный послевкусовой оттенок. Курировали они тоже относительно разные списки конечных покупателей.

Направление номер один — «Kill one by one» — тонкая отсылка к случаю и классическая водка хорошего качества для самого большого процента потребителей. Из гипермаркета прямо на стол — можно пить чистоганом, можно принести на застолье, а можно впаривать другу.
Направление номер два — «Prestige» — водка для клубов и других массовых заведений, более подходящая для того, чтобы мешать её в самые разнообразные коктейли. Главное, не наблевать унитаз после семи стопок, а то с таким названием как-то совсем не комильфо.
Направление номер три — «S» — только для ценителей. Наливается барменами исключительно после того, как клиент успевает догнаться с первых двух и бьет в голову желанием сделать что-нибудь эдакое. В общей концепции позиционируется скорее, как подарочный алкоголь и что-то более эксклюзивное, но при наличии наличии денег и желания — бутылка, доступная практически каждому. По классике — единственная, у которой голый силуэт — это логотип.

Кто-то вроде Сакса на такую бы точно повелся. В качестве презента к запуску выслала одну бутылку и ему. Два первых экземпляра Килл уан бай уан и Престижа ушло к Ливии. Остальное попало в руки дежурных селёб, в клуб Пласентино, и ещё куче годами собираемых деловых контактов. Через какое-то время алкоголь из первого пункта медленно, но верно начал заполнять магазинные полки.

Где-то между всех этих событий состоялся запуск билбордов на Times Square, нескольких фургонов, курсирующих по городу с полными версиями бутылок и их мини-копиями, личная презентация в Лос-Анджелесе, а потом в Сакраменто. Встреча с представителями бара у гольф-клуба в Сан-Диего. Череда встреч и опять возвращение в оплаченный пустой номер.

Его балкон мягко смял яркие блики солнца, сжевав его ещё на выступе, от количества упоминаний бренда на второй месяц запуска по-прежнему рвало директ. Кимберли успела оставить на столе кофе, прежде, чем исчезла в другом конце города. Сегодня она готовила договора у адвоката, плюс один клуб в этой дыре — вполне неплохой процент. Если все пойдет по плану, к зиме я открою собственный. Через неделю обратно обратно в Лос-Анджелес: несколько частных мероприятий, две встречи, дальше обратно на съемки, в надежде, что никого больше там не подстрелю.

Теперь без участия Флетчера — в этот раз, по всей видимости, он нашел, чем себя занять. Сначала по прилету в рабочую поездку, когда он коротко отписывал смс. Потом ещё полмесяца, когда перестал отвечать на звонки. Потом ещё столько же, когда я перестала придавать этому значения.

Рабочий быт быстро погрузил голливудскую романтику в трясину повседневности. На замену отельным вечерам пришли нескончаемые деловые поездки, вброшенные в телеграм месседжи без единого на них ответа, оставленные нетронутыми голосовые, поспешно сделанные выводы и встречи с другими.

У каждой пары были свои проблемы.

В нашей их было полным полно. Начиная от неумения заводить разговоры вовремя и заканчивая появлением Томаса на моем пороге с полным отрицанием этих самых проблем раз в несколько лет. Не говоря уже о моей злопамятности — впрочем, проблему она представляла в этот раз исключительно для него.

А за повторяющимся сценарием успела сделать вывод, что его нежелание отвечать на мое беспокойство о нем — это тоже исключительно только его проблема. Его работа — его проблема. Его постоянные исчезновения — это не мой рок. Скорее, поначалу обыкновенный страх за его жизнь, потом — неприятный осадок, а самом в конце — самую малость разочарование. Жаль, любовь не умеет уходить так же быстро.
Язык с трудом поворачивался причислять Флетчера к бывшим. Особенно в те моменты, когда он позволял себе вот так бесцеремонно врываться ко мне в номер и лапал руками за задницу, требовательно прижимая жаром собственного тела к стене.

Привычные прикосновения давили на сердце и плавили трезвый мозг. Тело пропускало в ход самые вероломные рефлексы. Губы сладко сцепились в поцелуе, рука коснулась его затылка и мягко опустилась к шее, вторая упала ему на плечо. Через несколько секунд первое впечатление прошло и на смену ему пришло острое понимание сложившихся обстоятельств. Я отстранилась назад, подняла глаза наверх и заметно ухмыльнулась в его холодные глаза. Затем манерно вздернула пальцами в воздухе и одним движением рук сбросила его предплечья вниз. Слегка толкнула его плечом, и, развернувшись с улыбкой, прошла мимо, уворачиваясь между ним и стеной к стоящему в центре номера дивану. У задницы торчало задернутое в порыве короткое платье.

Почему не шампанское? — Сразу решил перейти к насущным вопросам?
Тогда вот мой — А почему ты, собственно, вдруг оказался здесь?

Упав в диван, я предварительно потянулась за сигаретами.
— Шампанское больше подходит для праздников. Водка же хорошо заходит с рутиной. — Но, может, однажды The Idol выпустит и его. Никогда не знаешь, в какой момент тебя настигнут счастливые времена. Окинув его коротким смешливым взглядом, я прикурила и манерно вытянула ноги на стол. — В Лондоне очередная неделя моды? — Может, он в самом деле чуть не погиб. Выжил чудом, напялил на себя это шмотье и шел пешком до Лос-Анджелеса, потом, не обнаружив меня там, доехал до Сан-Диего, и первым же делом заехал в мой номер. — Ты как-то задержался на работе. Тяжелый день? — В голосе сквозила сплошная ирония. Я выпустила дым, нахмуриваясь. — У меня все в порядке, тебе вроде как было интересно. — Эта реплика родилась к его вопросу из трубки. Когда он позвонил, я холодно ответила ему короткое «приходи», а сама понятия не имела, для чего и каким образом вообще начнется этот разговор. Может, и не стоило?

Обычно это чувствувовалось практически сразу, от Флетчера уже несло совершенно новой жизнью. Другой работой, другими повадками. Может, не слишком, но совершенно иным кругом общения. Возможно, другими девушками. Дерьмовыми гавайками за сто долларов. Новыми часами. Палящим теплом солнца на загорелых руках. Одно осталось прежним: вполне понятное и в то же время идущее в раскос с его действиями перманентное желание вернуться ко мне.

— Так что ты хотел (в этот раз) ?
Может, он и сам не знал.
В моем же случае, как это ни прискорбно, сомнений в собственных желаниях не возникало.

Отредактировано Sienna Rhodes (2022-08-27 16:10:53)

+3

4

Сиенна любила поговорить, но правда в том, что за разговорами он бы к ней не пошел. Проводил ее взглядом и двинулся следом. Какое шоу здесь ожидает, знал, и, пожалуй, это единственное, что тормозило, когда набирал ее цифры. Знавал он одного итальянца, тот обожал перебирать одинаковые сигары, чтобы выбрать, наконец, одну. У Сиенны свой ритуал запекания мозгов. Ему не нужно на нее смотреть, итак в курсе, что она делает и с каким выражением. Огляделся вместо этого в номере. Люкс. Прошел дальше, бросив взгляд за окно: вид на океан. Красиво.

- Я не знаю, что в Лондоне, - повернулся к ней, оставив пасифик блестеть за затылком. Не понял ее иронию или не пытался. Сел рядом с ней через расстояние в две ладони, она курила. Угостишь? Жестом. Есть и свои, но так интереснее. Вытянул сигарету и катал бумагу в руках, задумчиво разглядывая ее ноги. - А ты, когда мне открыла? - улыбнулся он ей. Если она хотела лишь поманерничать, шуткуя про его рубашку, пора двигаться к выходу. Но это риторический вопрос. Щелкнул зажигалкой и затянулся.

- Ты надолго здесь?

В отличии от Сиенны, ему скучно играть в игру дольше, чем имеет смысл. В выебонах смысла не было, карты давно на столе, и ее представление смотрел понимающим зрителем. Эту часть он бы пропустил, но ее яд прямое следствие небезразличия, которое она прятала старательнее, чем шлюхи прикарманенную наркоту и так же каждый раз палилась. А значит он не зря собачился с девкой в холле и поднимался на двухзначный этаж.

- Я пока тут. Какое-то время, - сформулировал аккуратно, качнув головой. С мексами дела выровнялись, торчал тут из-за них. - Можем отдохнуть, как в ЛА. В ЛА было хорошо, - Флетчер завис, провалившись в диван и думая добавить что-то еще к этому «хорошо», но замолчал, выдохнув и глядя, как растворяется дым. «Хорошо» уже много. Почти блядская роскошь. - Начать, например, сейчас, - кинул взгляд на часы и поднял на ее лицо. Расстояния на обивке как граница. Похожая здесь, у Сан-Диего. Можно строить стену, а можно набить фургон кокаином и забыть обо всем остальном. Демократы выбрали второе, а Сиенна не похожа на фанатку консерватизма, иначе давно бы просила кольцо. Но, может, ее взгляды изменились. - Либо расскажешь, как дела, и я уйду, - просто закончил он. Сигарета тлела в руках. - «Все в порядке» не слишком понятно.

Флетчер хрипло рассмеялся.

Он не давал ей развесистых обещаний и не прятал суть. Что в нем есть, а чего нет, было ясно с минуты, когда она опрокинула горящую стопку в баре, а он кидался фишками казино с парковки и вместо ужина потащил ее жечь машину жены, которую похоронил с месяц назад. Горевал недолго. Этих деталей Сиенна не знала. Как оставил ее паниковать в толчке с пистолетом не знала тоже, не знала, что по ЛА он катался на деньги с блядей и стволов на чужую войну. И не узнает, а если узнает, вряд ли удивится, но давит на чувство вины, которого нет. К чему тратить время на рутину, куда проще закинуться чем-то приятным. Ничего сверх Флетчер давно не искал. Призрачный уют семейного гнезда Ландо быстро рассеялся, любовниц у Тони дохуя. Одна из них теперь на него работала и, блять, эту работу она получила не за хорошее резюме.

Если Сиенна хочет рассказать про любовь, он бы, пожалуй, послушал - какую часть себя она продает: сплетни про секс или секс, он не знал, да и не важно - ложь становится правдой, стоит в нее всем поверить. Ее игра в типичную пару казалась фарсом, его удивляло, с какой силой она пыталась делать вид, что ее жизнь обычная, он обычный, а они обычные люди, и отчаянно лезла в бытовуху не по размеру. У него на бытовуху не было времени, зато была аллергия, и когда Сиенна смотрела надменным лицом обиженной любовницы, он считывал лишь наивность и потерянные минуты.

Похоже, она то ли не могла сделать выбор, то ли хотела, чтобы он выбрал за нее, сляпав ей красивую ложь. Он решил, что она достаточно умна, чтобы обойтись без нее, а выбирать за кого-то давно привычка. Не проблема. Пару красивых слов он ей тоже найдет.

Флетчер скинул окурок в пепельницу, откинулся обратно и накрыл ее руку своей, потянув на себя.

- Я скучал. Ты?

Обдолбаться без белого пакета тоже роскошь.

Пока пальцы Сиенны тонули в ладони, та самая девка с ресепшн скинула фото его прав своему ебарю. Этот мекс давно в мс, много трещал ей о проблемах, а она костерила работу в отеле и торчала тут с безысходности: деньги-то неплохие. Бросила бы, но для этого мексу стоит подзаработать. Слушала слишком много его пиздежа, сама считай в банде, разве что ее не пустили по кругу посвящением, и она бы легла. И вот в ее руках пластик с именем и фото человека, о котором она слишком много слышала. Все началось с кипеша вокруг закупок наркоты, после - потасовка возле клуба, где Флетчер светанул рожей впервые. Следом стычка, где светанулся уже в компании тихуанцев. После еще пару раз, и градус внимания к его клубу упал. Он думал, дело замялось и мексам надоело его прессовать без толку, а очевидная связь с Тихуаной только на руку - зачем мелкой клике лезть на картель? На деле они нашли тему поинтереснее, где та самая мелкая клика могла быстро подняться. И подгнившие с фена бляди тут не при чем: с границы был слух, что он продал тихуанцам стволы.

+3

5

У Флетчера целая пачка одинаковых сигарет, чтобы между ними перебирать. Вместо этого смотрел на мои ноги, подпаливая первую попавшуюся в зубы. На тщательный отбор решил наплевать. Не стал заговаривать и о Лондоне. Свел шутку про гардероб на нет и в обмен молча оценивал мой собственный. Затем загорелся рубрикой вопросов.

Отбросив темные волосы струиться по спине и не проявляя особого внимания к его вопросам, я пристально рассматривала авторские мазки на стене. Гейм Рокшильд, чопорный владелец этого отеля, а в прошлом дизайнер интерьеров с внушительным стажем, являлся большим поклонником масляного сюрреализма Рене Магритта. Посещал музеи с его собранным творчеством, время от времени покупал мазню на аукционах.
Тот родом из Бельгии, известен своим нестандартным подходом к простым вещам, другой родом из Кардиффа и знаменит разве что тем, что открыл все свои заведения на деньги жены. У них там всё время шел дождь, на фоне этого факта с картиной «Голконда» он чувствовал какую-то необыкновенную сродственность. На ней он тоже шел, если смотреть сверху, напичканный вдоль и поперек одинаковыми мужчинами. Все они были одеты в длинное темное пальто, носили черные котелки и падали огромными каплями вниз, рассекая виды небольшого города. Все, как один, смотрели в разные стороны и жили разной жизнью, стоило поближе присмотреться. Первое представление о картине зачастую было обманчиво. Автор был из тех, кто любил играть с двойственностью впечатлений, а потому зачастую изображал картинки вместо людей, не придавая им яркости личностей и вынужденности следовать правилам образов. Ниже над падающими мужчинами располагались многоквартирные дома.

В похожем много лет назад начинала и я тоже.

Жизнь в закрытом пространстве того времени напоминала пустую комнату, изображенную на второй картине.
В отличие от обособленного существования первой, эта — полиптих, собранный концептом из четырех частей. На каждой из них нарисовано по паре влюбленных. На двух из них плотно закрыты лица. По одной из версий, крепкая страсть поглотила подлинность даже их собственных образов. По другой из версий, это была истинная любовь. Настоящее чувство нашло выход из преград и предубеждений, а потому в награду было перемещено из душной комнаты на спокойный, умиротворенный пейзаж. Кадру, нарисованному в люксе, было ещё до него далеко.

Все время, проведенное вместе, только накидывало вопросов. 
Вместо ответа на тот, про гавайку, он решил поинтересоваться на тему того, что уже итак знал. За обменом нескончаемыми взаимными выебонами скрывался свой веселящий аттракцион.

Закурив, Томас взглянул на часы с британской манерностью и учтиво завернул предложение снять с меня трусы в одно короткое слово «отдохнуть». Отметил, что в ЛА ему было хорошо — во мне, очевидно, тоже. Поэтому, проебавшись в другой стране с смсками и придя ко мне на порог снова, он не медлил, а чтобы заранее избежать лишних в прелюдии разговоров, принялся качать ультиматумы и деликатно намекать, что очень скоро покинет номер через входную дверь. Отметил, что скучал, про перерыв размером с пропасть не сказал ни слова. За семь минут разговора успел выбить себе только ошеломленную усмешку.

Не считая золотой статуэтки «парень года».

Проведя пальцами по тыльной стороне его ладони, я повернулась лицом к нему и со взглядом, который можно трактовать, как безмолвное молодец, дважды похлопала его по руке и поднялась с дивана, обогнув ногами небольшой стеклянный стол.

Кухня осталась нетронутой, как и до его прихода. Теперь открылась многообразием светлых шкафчиков, возвышаясь за спинкой дивана. За небольшой круглой стойкой с собственной подсветкой стояли стандартные образцы собственной водки для продаж. Ближе к бару расположилась бутылка с вином. Заполнив им длинный бокал, я вернулась к дивану и поставила её на стол, развернувшись к Томасу.

Сделав небольшой глоток и задержав взгляд на его лице всего на секунду, потянула ногтями за низ не слишком тесного платья выше середины бедра и наклонилась вперед, расположив руку на мягкой спинке дивана, затем совсем слегка прогнула спину.

— Я здесь буду ещё неделю, потом улетаю обратно в ЛА. Сначала на встречи, потом обратно на площадку. Съемки восстанавливают. — Конечно же, он об этом слышал. Не мог не знать. Сам настоял, чтобы я прочла сценарий, сам же цитировал его в трейлере, пока вдруг не понял, что договариваться со мной проще, усадив меня на стол. Он был причастен к организационному процессу, а, значит, не меньше моего что-то знал.

Я опустила колено рядом с его бедром, сделав глоток.

— В Сан-Диего полно заведений, которым понравилась моя водка, как и нескольким заведениям в других городах. Поэтому, все эти несколько месяцев, я занимаюсь тем, что езжу на мероприятия и знакомлюсь с местными людьми. Почти как члены БКС1. Только без всей этой чрезмерной официозности и дерьмовых костюмов Кейт Миддлтон.

Перекинув вторую ногу через него и немного продавив диван, я опустилась к нему на колени. Бокал переставила в другую руку, осматривая и прокручивая его перед лицом.

— Снимаюсь в рекламных кампаниях, подыскиваю помещение, устраиваю кастинги. Хочу открыть свой клуб. — С собственной концепцией и личным участием. Скучать особо некогда. — Ким зашивается. Может, найму ещё помощника. — Кого-нибудь смазливого, вроде его Сида. Где он, кстати? Не помнила даже, когда в последний раз его видела. Понятия не имела, что между ними. Кимберли стала заниматься серьезными бумажками, о своих мужиках теперь почти ничего не говорит.

— У тебя нет никого на примете? Желательно, приятного на лицо и мужского пола.
Ещё одну ассистентку Ким просто не вынесет, с парнем всё проще — в самом худшем из вариантов, она с ним просто переспит. Может, из Флетчера выйдет неплохой айчар. Немного выгнувшись и отставив вино, я взяла пальцами его подбородок.

— В целом, это всё.
Платье почти задралось до тонкой полоски белья.
— Если хочешь, можешь идти.

При желании, не составит особого труда его оттянуть.

1 — Британская королевская семья.

Отредактировано Sienna Rhodes (2022-09-02 20:44:06)

+3

6

Ты знаешь, что будет дальше.
Подсветка, алкоголь, промятый диван. Пустая рука упадет на обивку, взгляд упрется в ее задницу. Дым ляжет в воздухе, красное вино наполнит тонкое стекло. Полусладкое? Сиенна загадочно молчит. Пусть будет полусладкое. Название с этикетки не читал, не смотрел, дно бряцнуло о стол совсем рядом. Второго бокала не будет. И не надо. Флетчер выдохнул дым в сторону и ткнул бычок в пепельницу, рука протянулась мимо ее талии и легла на гладкую ткань на обратном пути. Откинулся, уронив затылок, Сиенна наклонилась над ним.
Съемки восстанавливают. Блять, тот сериал. Все, что к нему прилагалось, дернуло теплой улыбкой.

- Так поздно?

Слегка подтянул к себе ближе. Давай, расскажи. Упустил из виду киношную канитель, последние месяцы не до того. Кто и сколько терял за простой? Он — не так много.

- А они не слишком спешили, - ладонь огладила туда-сюда: подъем, изгиб, ребра под большим пальцем. Сцены с оружием еще остались? Помнишь, как стрелять? Толку-то, вместо техники безопасности воткнул ее пистолет себе в грудь. Между нами никогда не было безопасно. Поэтому водка.

- Я видел рекламу, - пропустил под рукой ее ногу. Зад Сиенны опустился на колени. Так знакомо. Охуенно. Глаза пьянеют, пьет только она. - Мне понравилось.


Не зря кормишь пиарщиков, все, что можно было вытряхнуть в сраную водку, они вытряхнули. И вытряхнут в клуб.

- Здесь? - уточнил и тут же подумал про ЛА. Там ее земля. - Сакраменто. - понял по лицу. Флетчер покачал головой, кинув вторую руку на ее бедро. Край ткани обжог ладонь. - Потянуло на провинцию, - сдвинул выше, прошелся касанием. Туда-сюда. И нахмурился. Блять. Вот же глупо выйдет, если с нее спросят за крышу. - У меня там много хороших знакомых, будут проблемы - звони, - проблемы, которые ты не решишь. Есть право так сказать, почему нет?

Почему нет, Сиенна?
Теперь под ладонью ее задница. Ее спина и темные волосы. На ощупь знает ее наизусть: приходилось прятать от прессы, руки никогда не лежали в карманах.

- Сиду некогда, - мимолетно сверкнул клыками Флетчер. Чем не помощник ее тупой пизде, может поумнела? Нет, вряд ли. Он ее помнил. - У меня никого. Уверен, ты наберешь очередь, - он поднял подбородок. Край ее ногтя царапал кость. Наигралась?

Нет, не наигралась. Я не хочу играть.
И не хочу уходить.

Одна рука обхватила ее поперек спины крепче, вторая вернулась на задницу. Флетчер приподнялся на диване, отлипая от спинки и прижимая Сиенну к себе. В бокале булдыхалось вино. Сел ровно, ее шея промелькнула перед глазами. Уткнулся в нее лицом, навалившись тяжелой неподвижной скалой. Руки такие же: неподвижные и тяжелые. Густой вязкий воздух. Запах ее волос и загорелой кожи. Раскаленных тусовок ЛА и мягких кресел частного борта, секса в отеле, на студии, в ее гримерке или в съемочном трейлере. Странно спокойных рассветов. В паре метров, за окнами Сан-Диего, шумит дешевой тусовкой, пьяной толпой, объебанной потасовкой на входе и тупыми блядями в вонючем толчке. Такая картина. Босх. Сгоревшие силуэты в поту и кокаиновой пыли.

Здесь и сейчас так тихо.

- Не хочу, - выдохнул он, вскинув лицо. Рука ползла через ее запястье до бокала, пробиралась в пальцы. Флетчер мягко забрал вино и попробовал. Лезть к столу далеко, он опрокинув внутрь почти все: - А неплохо. Будешь? - протянул ей из своих рук. Пей, ты же хотела. Швырнул пустое стекло в диван, обхватил ее задницу, залезая под платье.

Не будь жестокой, ты знаешь, что будет дальше.

- Я был в Мексике, - полоска белья щелкнула по ее коже.  - А тут играл в гольф. Теперь я играю, - о да, в фирменном поло и прочей хуйне для дрочеров на собственные часы и колеса. Ей бы пошла белая короткая юбка и лезть в пруд за мячом, но она не полезет. - У меня членство, - за двести кусков. - Да. - сухой ироничный смешок: он и гольф-глубы. Как тебе сочетание, Сиенна?

Точнее, членство у Чарли Сакса, но ей понравится слово «членство». Призрак сделки - единственное, что там было хорошего. И профиль Сиенны у бара. Теперь ее лицо напротив, губы к губам. Полусладким, она немного обижена.

- Хорошее там все-таки было, - жаркий выдох, сахар с ее рта осел на языке.

В Сан-Диего тоже есть дорогие скучные ресты, Сиенна. Твои любимые.
Обшарпанных баров — еще больше. Развлечений на неделю.
В Сан-Диего полно отелей.

Платье окажется возле дивана, рубашка - где-то рядом, лязгнет ремень, разговор поплывет и сойдет в хриплый шепот. Волосы станут мокрыми. Как и ее трусы. Ты знаешь, что будет дальше. Опустись медленно, чтобы опуститься быстро, еще и еще. Вот так, сучка. Это вырвалось вслух то ли ей в ухо, то ли в горячий рот. Вытолкнуло хуярившим отбойником сердцем. Ее лицо смазалось до горячего бреда. Недавно она хватала за скулы, теперь в ее скулы вцепился сам, оставив вокруг губ два белых следа, и замер, сжимая другой рукой ее зад.
Хороший кадр, этот не для рекламы. Оставь здесь, в Сан-Диего, внутри квадратного светлого номера. Куда ты хочешь запустить когти? В затылок или в спину? Хочешь в сердце? Оставь след поглубже. Оставлю на твоем горле и сиськах, свалившись туда лицом. Глубже — опустил ее за задницу резче. Кончи сверху, тебя так охуенно размазывает, влипший пластик плавится и течет, момент тянет сожрать, жадно влепившись взглядом в лицо. А после перевернуть тебя жопой кверху. Жопой вверх, лицом вниз. Зажать своим весом, догнаться потной животной еблей и солью со скул и шеи. Пакет кокса остался нетронутым.

Ты куда-то спешишь?
Планы на вечер?
На ночь?

Я не хочу уходить. Выбери рест, выбери вшивый бар, а хочешь - гольф-клуб с пидорским фирменный поло.
Докури последнюю сигарету из пачки. Что хочешь, Сиенна.

Она выберет задрипанный бар. Там будут ее друзья (у нее они есть). Выводок ее додиков никогда не нравился, тупые пидоры и тупые соски. Что думает о его окружении, не проверял, предпочитая быть гостем треснувшего подгнившего глянца внутри стеклянной коробки. Жизнь оказалась хитрей.

Смеясь, прижимая ее к себе и швыряя нелепые шутки, не думал, насколько хитрей.

Отредактировано Thomas Fletcher (2022-09-07 13:42:13)

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » know you hate to confess


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно