полезные ссылки
Это было похоже на какой-то ужасный танец, где один единственный неправильный шаг...
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 37°C
jack

[telegram: cavalcanti_sun]
aaron

[telegram: wtf_deer]
billie

[telegram: kellzyaba]
mary

[лс]
tadeusz

[telegram: silt_strider]
amelia

[telegram: potos_flavus]
jaden

[лс]
darcy

[telegram: semilunaris]
andy

[лс]
ronnie

[telegram: mashizinga]
dust

[telegram: auiuiui]
solveig

[telegram: blyacat]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » No pain, no gain


No pain, no gain

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

Gillian Heller & Howard Rorke
Май'22, Сакраменто

https://i.imgur.com/WbcQf5h.gif
Дело осталось за малым: получить последний зеленый свет...

+2

2

Когда Джиллиан Хеллер заходит в комнату, то все замолкают. В помещении присутствуют только мужчины.
Мисс Хеллер, - обращается к ней кто-то из них, и она реагирует мягкой, дружелюбной улыбкой, которая исчезает с уголков её губ через несколько секунд. Это агент Волакис из офиса профессиональной пригодности подразделения Бюро в Калифорнии, - подтянутый, с прилизанными волосами мужчина, больше напоминающий офисного клерка с Уолл-стрит лучших её времен, чем федерального агента. Запонки на манжетах его пиджака идеально подходят к оправе очков и сочетаются с блеском значка. Эндрю Волакис заботится о своём имидже ревностней, чем его секретарша, чтобы производить правильное впечатление. Но всё равно запинается.
У нас.. кхм... - он задерживает взгляд на её лице и поспешно отводит его в сторону (есть в её глазах что-то пронзительное, что не позволяет смотреть в них долго). Джиллиан Хеллер словно видит его насквозь, и как он нервничает тоже. После небольшой заминки он делает шаг вперед, почти упираясь в кромку столешницы из темного дерева. Агент Волакис действительно нервничает, однако берёт себя в руки мгновенно и двигает безымянную папку с бумагами по направлению к ней, прикасаясь к поверхности одними пальцами.
... у нас увеличение штата, Джиллиан, - её брови коротко ползут вверх в выражении "вот как?", а взгляд становится заинтересованным. Агент Волакис что-то не договаривает, и это что-то вызывает в ней интерес.

"Недоговаривает то, что не нравится ему самому".

Не тяни, Эндрю. Мы оба знаем, что я здесь не за этим. Иначе ты мог бы оставить документы на моем рабочем столе или передать их через мою ассистентку (слово "секретарша" Джилл не нравится, Тара - не секретарша), - притягивая бумаги к себе, но не удосужившись открыть папку, Джиллиан задаёт вопрос, - Так в чем дело?
Эндрю мнётся. Происходящее откровенно ему претит. Или он считает, что заслуживает осуждения, будучи убежденным, что каждое решение должно быть правильным. На несколько секунд в помещении замирает вязкая, прохладная тишина. Учтивая улыбка возвращается к уголкам её губ ещё до того, как молчание прерывается. За учтивостью скрывается напряжение.
Позвольте мне, агент Волакис, - мягкий, почти вкрадчивый голос раздаётся в паре шагов от неё. Джиллиан оборачивается, скрестив на груди руки в жесте "ну давай же". В глазах мужчины блестит уже привычное лукавство. Кажется, словно он с ним родился, и с тех пор лукавство впиталось в его сущность намертво, заполнив её до краёв.
Волакис кивает как-то рвано, усаживается торопливо в кресло босса, хоть и никто здесь не готов считаться с его мнением в полной мере.
Мистер Гаан?
Зачем так официально, Джиллиан? - он что-то от неё хочет. Продвигаясь вглубь комнаты и приглашающим жестом указывая на кресло для посетителей, Соломон Гаан чувствует себя уверенно, как если бы этот кабинет на четвертом этаже федерального здания принадлежал только ему. Вероятно, ключевые решения уже приняты, и всё, что осталось - лишь формальность.
Это личное дело Говарда Рорка, Джиллиан, - её работа - формальность, а Эндрю - просто сопляк рядом с ним. С тем, кто добивается желаемого абсолютно всегда.
Серьезно? - Джиллиан раздосадована. Нет, она откровенно злится. Потому что Эндрю и кого-угодно другого Соломон Гаан может прижимать к стенке сколько потребуется, но использовать её - это игра вне правил. Так они не договаривались.
Ты серьезно, - в ряде случаев переход на "ты" в ФБР не требует взаимного согласия. И это не вопрос.
Я всё тебе объясню, - с её губ срывается слабый смешок, и со стуком каблуков по паркету она огибает гостевое кресло. Не садится, как предложено (решает сама), а опускает на него запястья, выражая без слов: "внимательно тебя слушаю, мудак ты изворотливый". Джиллиан Хеллер знает о нём больше, чем Соломону хотелось бы. Ведь не только Говарда Рорка после событий в Венесуэле обязали посещать психиатра.
Это временные меры.
Ты просто чокнутый, Гаан.

✘✘✘

Сеанс у неё мог бы стоить неприличных денег (или приличных, но для прикуривающих от пятитысячной снобов), однако вместо этого не стоит ничего. Джиллиан Хеллер работает на федералов, исправляя грешки молодости в испачканной карме. Её супруг - Гордон Хеллер (один из тех неприлично зажравшихся снобов) оставил ей недвижимость, пару счетов в Банке Америки и породистую зверюгу - добермана, когда разбился частным рейсом над Атлантикой. Тело не нашли. Джиллиан знала, что у него были проблемы, но не была в курсе, какие именно. До тех пор, пока их коттедж не вычистили адвокаты. Следом за адвокатами и аудиторами - прихвостнями Гордона, явились федералы. На пару недель её отстранили от работы. До выяснения обстоятельств.

Джилл, не артачься, — Соломон прикрывает за собой дверь в коридор, когда выходит из кабинета Эндрю Волакиса. Джиллиан морщится. Понимает, к чему он клонит. Ведь это он замолвил словечко, поручившись за её профпригодность в разговоре частного характера, о котором донесли ей птички. Впрочем уверенности в том, что возникшие внезапно проблемы - не его рук дело тоже, было меньше, чем благодарности. Джилл - не идиотка.
Я знаю, к чему ты клонишь, — произносит вслух прохладно.
А я знаю, что ты знаешь, — мужчина в скромном, сером (как и он сам) костюме, дружелюбно ей кивает. Его улыбка порождает ещё больше сомнений. "Гаан, так просто тебе это с рук не сойдет".
Верни его в дело, чего тебе стоит? Стю Эррол из Сиэтла шепнул, что там всё не так плохо, — со Стю Джиллиан знакома, она фыркает себе под нос пренебрежительно. Любой, кто этого хотел бы, смог бы загнать Стю под каблук в два счета, и она бы тоже смогла (она бы в первую очередь справилась с этим, если бы была вынуждена его посещать). О Говарде Рорке уже тоже кое-что знала, в большей степени из откровений напарника, частично - руководства. Вернон Макгилл отзывался о нем как об упрямом баране. Целом стаде баранов. Со Стю Эрролом управилась бы и овца.
А что если нет? Что если я не сделаю этого? — ведь Джилл знает, насколько этим двоим опасно работать вместе. Соломон мечтает о том, чтобы втянуть давнего приятеля в дело обратно уже много лет, и сейчас он ближе всего к тому, чтобы получить желаемое. Но в чем его цель? Джилл ещё не понимает. Понимает только, что у этой цели могут быть последствия, в том числе для неё. Внешне обходительный, спокойный и внушающий доверие, Соломон Гаан - тот ещё скользкий слизняк, и даже она не вполне уверена, что именно творится в его голове за непроницаемым, заинтересованным или обеспокоенным взглядом.
Многие здесь хотели бы, чтобы она поработала с ними. Многим - это требовалось по показаниям. Смерть напарника (группы коллег), террористический акт, который не удалось предотвратить, и в котором погибли люди, приобретенная нервозность или приступы агрессии. Клинических случаев, после которых федералов списывали в утиль - было не много. Говард Рорк почти оказался одним из таких, и вряд ли будет рад знакомству. Она и сама не была уверена, что готова за это взяться.
По делу Гордона информация есть? — Гаан мурыжил её молчанием почти месяц. Всё то время, пока она привыкала к статусу состоятельной вдовы. Неплохо держалась, но в разборки с имуществом пока не вникала. Гордон был не глуп, чтобы решить эти вопросы заранее. Задолго до своей предполагаемой смерти.
Смерть предполагалась, потому что тело не нашли, но это обычное дело для подобных трагедий. От похорон Джилл отказалась наотрез, вызвав не только недоумение, но и обиду, и гнев, и злость у всех тех, кто Гордона "так тепло любил". Он перестал быть зажравшимся снобом в тот день, когда федеральный судья огласил список наследников, с прискорбием признав факт смерти. Джиллиан вновь не присутствовала. Она и без этого сборища напыщенных лицемеров прекрасно знала о списке. Не так уж много людей в нём значилось. Большинство - безобидные, и ещё часть средств требовалось отдать на благотворительность. В памяти всех, кто прочитал душераздирающий некролог, Гордон Хеллер должен был навсегда остаться именно таким. Порядочным, удачливым, предприимчивым бизнесменом и меценатом. Теперь его имя сложнее полить грязью, но федералы всё равно попытаются. Уже пытаются, скрывая от неё детали.
Может быть, — Соломон отвечает уклончиво. Он не говорит "нет", но и "да" - не говорит тоже. "Какой же ты мудак, Гаан". В коридоре Джилл корчит ему ухмылку, недвусмысленно выражающую именно это.
Я знаю, Джилл. Я знаю. Завтра в 13:45 Говард Рорк будет у тебя. Ты уж постарайся, чтобы у него не возникло проблем с местными порядками. Калифорния - не Сиэттл. Ума не приложу, как там вообще столько лет можно было оставаться.
"Таким, как ты, Гаан, место в пекле, ты прав", — думает она, но вслух не произносит. Кивает коротко, без энтузиазма. Она - не одна из его шавок, которые станут выполнять команды или выслушивать в свой адрес угрозы. Пусть и скрытые, пусть и с теплой улыбкой. Его собственный поводок давно пора затянуть посильнее.

В 13:45 она ожидает визита в своём кабинете. Высокие окна, прикрытые полосками жалюзи, выходят на проезжую часть. На темный паркет падает характерная тень. Напротив её стола комфортное, но жестковатое кресло. Кушетки нет, - это ФБР, а не частная практика. Дело Говарда Рорка закрыто, Джилл уже всё изучила (в действительности, изучила задолго до этого). Отчасти ей любопытно, от другой части - ей не хочется в это влезать, ведь грязный душок федеральных игрищ, силуэты которых пока удается прятать за понятием служебного долга, спрятать уже сложнее. Сохранять конфиденциальность обращений в таких условиях - тоже непросто, но Джиллиан - профессионал. Стю - нет.
Добрый день, Говард, — привставая со своего места, она указывает ему на кресло почти сразу, кивает и сдержанно улыбается. Добавляет без заминки. — Полагаю, заочно мы уже знакомы. Располагайтесь. Если перевод в Калифорнию одобрят, мы будем видеться с вами чаще.
Поправляя волосы, она усаживается напротив, складывает руки в замок на столешнице поверх его дела. — Занимательное дело. В нём сказано, что вы доставляете массу проблем руководству, пренебрегаете субординацией и не испытываете большого удовольствия от работы в команде.
ФБР - структура иерархичная. Первое, второе и третье - здесь проблема.
Что вы думаете об этом? Это не сеанс, просто хочу выяснить ваше мнение. Личные дела не всегда заполняются аккуратно, если вы понимаете о чем я. — Говард Рорк понимает, Джилл не сомневается в этом.

[AVA]https://64.media.tumblr.com/117bb1aeb8d50d88a95e89dd0c45abf0/tumblr_onv9t2gBjL1txsq03o1_400.gifv[/AVA]
[LZ1]ДЖИЛЛИАН ХЕЛЛЕР, 37y.o.
profession: federal psychiatrist;[/LZ1]
[NIC]Gillian Heller[/NIC]
[SGN][/SGN]

Отредактировано Eva Moran (2022-08-27 21:04:42)

+1

3

Когда Соломон звонит ему в первый раз и с места в карьер начинает:
- Стивен Парк не раскрыт...
Говард моментально завершает разговор, бросая безапелляционное:
- Мне не интересно.
Когда Соломон звонит во второй, ему удается сжато изложить основное, прежде чем Говард аккуратно вешает трубку.
Через неделю Говард звонит уже сам, и ему даже не надо видеть лица Соломона, чтобы в деталях представить себе, как именно тот улыбается (очень довольно). Чего совсем не скажешь по ответному тону: деловому, сухому и собранному. И Говард совсем не уверен, какие чувства он при этом всем испытывает в принципе. Их слишком много, и они определенно противоречат друг другу.
Что злит конкретно сейчас и больше всего, так это то, что Соломон словно идеально подгадывает момент для своего предложения. Дело Векслера разваливается на глазах и откровенно упирается в что-то совершенно бесперспективное, а новых, как назло, на горизонте не предвидится. Ева, Эстер и Пит всецело заняты какими-то другими вещами. А Миллер словно специально завалил опостылевшей бессмысленной бумажной работой. Говард чувствует себя так, как будто ему перекрыли кислород, а углекислого газа в его конуре становится слишком много. 
Предложение Соломона -  как глоток чистого воздуха.
Предложение Соломона - это чертов ящик Пандоры, который до зуда в пальцах хочется открыть поскорее, не смотря на знание о том, что потом тебя долбанет так, что мало не покажется.
Это возможность вырваться. Счастливый билет. Способ закрыть все гештальты. Шанс разобраться с прошлым.
Отмеренная с хирургической точностью спланированная ловушка.
И Говард зол на себя, потому что добровольно хочет в неё угодить, игнорируя четкое знание не только об этом, но и о всех возможных последствиях. Которых, конечно же, не избежать.
Стивен Парк это гребаный флеш-рояль, а Соломон слишком опытный шулер, чтобы не использовать этот шанс на больше чем по полной.
Как выясняется позже: он мастерски обыгрывает не только Говарда. Пока Говард в Сиэтле пытается игнорировать появление Стивена Парка в своей  жизни, Соломон успевает обработать начальство в Сакраменто, и к тому моменту, когда Говард ломается и звонит сам, Соломон уже получает все основные разрешения.
Разумеется, он не спешит выкладывать Говарду, что дело уже почти что у них в кармане. Но Говард понимает это и так, слишком уж быстро раскачивается всегда такая неповоротливая махина Бюро.
Но возможность побыть Стивеном Парком перевешивает даже это. Она перевешивает вообще абсолютно все. В первую очередь здравый смысл и инстинкт самосохранения.
Бюрократические формальности улаживаются быстро. Между первым телефонным разговором и приездом Говарда в Сакраменто проходит какой-то месяц.
- Ты совсем не изменился, - приветствует его Соломон, встречая в аэропорту.
- Ты тоже, - отвечает Говард, - и это не комплимент.
Они, конечно, не о том, как и кто выглядит.
Пока они едут в машине, Соломон рассказывает последние новости, а еще заодно вводит в курс дела по поводу расстановки местных сил.
- Миллер одобрил перевод сразу, видимо ты его хорошенько достал, - Говард не подхватывает этой шутки, но Соломон ни капли не смущается, и продолжает как ни в чем ни бывало: - В принципе почти все улажено. Я подобрал небольшую команду, Маккгил не против. Думаю, ты оценишь.   
Он вдруг замолкает ненадолго, а потом продолжает небрежно, не отрывая взгляда от дороги, и Говард безошибочно понимает, что вот сейчас наконец-то последует что-то действительно важное:
- Нужно будет получить разрешение местного психиатра.
Эта пауза Говарду совершенно не нравится:
- Ну и?
- Встреча прямо сегодня, мы как раз на нее едем.
Говарду хочется едко сказать, что все выглядит сейчас так, как будто Соломон всерьез встревожен. И факт последнего сам по себе занимателен.
- Она не Стю Эррол, - со странной усмешкой добавляет Соломон.
Правда это замечание все равно не заставляет Говарда разделить чужую тревогу, и он просто пожимает плечами. Стю мягкотелый простак, каких еще поискать, но кроме него в жизни Говада были и другие мозгоправы, и со всеми рано или поздно получалось договориться и найти компромисс.
- Я здесь не ради отличных консультаций вашего местного спеца и знаю, как нужно себя вести, чтобы свести подобные встречи к минимуму.
- Старайся получше, - хмыкает в ответ Соломон, а Говард пытается не придавать всему этому слишком большого значения.
Как оказывается впоследствии, абсолютно зря.
Говард понимает это моментально, как только заходит в чужой кабинет и впервые встречается с Джилл Хеллер взглядом. Да, перед ним не Стю Эррол, и это проблема. Очень большая проблема. Настолько большая, что думать об этом не хочется.
Если бы можно было сейчас развернуться и выйти, Говард непременно так бы и сделал. Но вместо этого он делает шаг навстречу, и внимательно следит за своим лицом. А еще за тем, чтобы взгляд нигде подолгу не останавливался: не наблюдал за Джилл Хеллер или не впивался в неприметную папку на ее столе под руками.
Раньше он многое б отдал, чтобы узнать, что именно там написано. Прямо сейчас же это перерастает почти в жизненную необходимость. Под проницательным  пристальным взглядом не получается толком продумать какой линии поведения следует придерживаться.
- Это правда, - признает Говард просто и даже кивает в подтверждение своих слов. И это не тот ответ, который обычно звучит в этом кабинете. В кабинете любого психиатра из Бюро. Говард знает, что тут ему надо заткнуться, но с затыканием у него в принципе большие трудности, сейчас же это выглядит вообще невозможным. - Когда руководство страдает самодурством, а коллеги не заинтересованы в работе, меня это... расстраивает, - Говард улыбается, надеясь, что улыбка выглядит достаточно убедительной. Спокойной. Расслабленной. Легкой. - Но, в данном конкретном случае, Джиллиан, - Говард делает небольшую паузу, словно спрашивает "вы же не против, что я так буду вас называть в ответ?", - это не проблема. Мы с агентом Гааном уже работали вместе, - насколько ты знаешь подробности, Джилл? - и нам все это не грозит.
Зато им грозит другое.
Говард слегка подается корпусом вперед так, что при желании может поставить локти на стол, и говорит серьезно и доверительно:
- Может быть, раз это не сеанс, мы опустим формальности и сэкономим время?  Я буду паинькой, обещаю, уверен, что Соломон - тоже.
Единственное же, в чем на самом деле уверен Говард, это в том, что все их с Соломоном проблемы не дойдут ни до Джиллиан Хеллер, ни до кого бы то ни было в Бюро, потому что будут решаться совсем по-другому и тет-а-тет. Но он также уверен и в том, что сама Джиллиан Хеллер, тоже прекрасно знает об этом. Но не попробовать он не может.

+2


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » No pain, no gain


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно