полезные ссылки
Это было похоже на какой-то ужасный танец, где один единственный неправильный шаг...
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 37°C
jack

[telegram: cavalcanti_sun]
aaron

[telegram: wtf_deer]
billie

[telegram: kellzyaba]
mary

[лс]
tadeusz

[telegram: silt_strider]
amelia

[telegram: potos_flavus]
jaden

[лс]
darcy

[telegram: semilunaris]
andy

[лс]
ronnie

[telegram: mashizinga]
dust

[telegram: auiuiui]
solveig

[telegram: blyacat]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » Маза́ль тов!


Маза́ль тов!

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

Лаура/Кит-кат

Где еще могут встретиться два любящих и страдающих сердца, как не на еврейской свадьбе?
Они любили деньги и страдали от их отсутствия....

0

2

Вряд ли в голову Лауры хоть раз приходила мыль о том, почему перочинный нож так называется. Что им когда-то затачивали гусиные перья для письма. Да боже мой, она и понятия не имела о том, что кто-то когда-то писал перьями. Зато ножиком она умело пользовалась: например, чтобы от скуки чистить ногти или подрезать сумочку у зазевшейся мадамы. Вот и сейчас она стояла неподалеку от ворот местной синагоги, наблюдая за тем, как туда валом валит народ. «Вавилонское столпотворение» сказал бы каждый, кто окончил хотя бы 4 класса, «дохуя» сказала про себя Лаура, сбившись на второй сотне гостей. Сегодня (по крайней мере так было написано при входе) сочетались браком Айзек Яффи и Либа Штейн, представители местной еврейской общины. У девушки был нюх на места, где можно поживиться чем-то интересным, так что она никак не могла пропустить подобное событие. Ее короткие шорты не прикрывали задницу даже на половину, что нисколько ее не смущало, а лишь позволяло чувствовать себя безгранично сексапильной. Приличные люди бы сказали, что она выглядит как портовая девка, но вряд ли бы ее это задело, потому что, по сути, так оно и было – иначе Лаура выглядеть не умела, предпочитая надеть на себя все лучшее сразу, в надежде на то, что в этот раз сороки не унесут ее в свое гнездо. Длинные серьги кольца покачивались в ушах, оставляя на каменной кладке синагоги солнечные зайчики. Зеленая трава, выжженная беспощадным солнцем Калифорнии, теперь напоминала жухлую солому, но к такому зрелищу темные глаза девушки привыкли.

Тем более, что занята она была совсем другим: наблюдала за тем, как бы ей смешаться с толпой гостей, чтобы повеселиться на празднике жизни всласть. Естественно, бесплатно. В маленькой дамской сумочке, в которую едва влезет гандон и помада, всегда помещалась плетеная авоська, в которой можно оттащить домой все интересное, встреченное на пути, не сломав свои бесконечные и острые красные ногти. В этот раз добыча должна быть неплохой, если у3дастся проникнуть внутрь, смешавшись с толпой иудеев. В таком виде, как у нее, сделать это было решительно невозможно, так что предстоял многоходовой план. Главное, чтобы он того стоил.

Очередное черноглазое семейство вышло из автомобиля, а водитель помог пожилой даме добраться до дверей синагоги. Этого Лу было достаточно, чтобы умыкнуть одну из сумок в салоне, прячась за углом здания. Хорошо бы там было что-то из подходящей одежды, а не просто детские вещи и тора в богатом переплете.

Повезло: девушка расправила длинное одеяние, больше похожее на балахон и тут же натянула его прямо поверх своих шорт, впивающихся между булок. Прическу делать времени не было, неряшливый хвост сойдет за что-то приличное. О! В сумке на дне лежала шляпа с двумя локонами волос, вшитыми прямо около полей. Кажется, это поможет дополнить образ, и не слишком выбиваться из общей массы приглашённых. Чем хороши такие свадьбы? Тем, что народа так много, что никто не может отследить, кто чей родственник, и кто здесь званный гость, а кто нет. Лу просто надеялась, что в своем образе стильной леди она останется незамеченной.

[AVA]https://imgur.com/mTGkYQY.png[/AVA]
[NIC]Laura Martines[/NIC]
[LZ1]ЛАУРА МАРТИНЕС, 24 y.o.
profession: без определенных занятий;[/LZ1]

+1

3

Внешне Кит – чистейший еврей. Эти смешные кудри, хитрый прищур, выразительный профиль. Ему самое то уплетать мацу и праздновать вместо Рождества Хануку. Или плясать под подлую еврейскую музыку, потирая ладони, выдумывая очередной коварнейший план, чтобы пожрать нахаляву и умыкнуть что-нибудь с чужого праздника жизни. Келли промышлял подобным и в родном городе, прибиваясь к свадебным празднованиям, где слишком много гостей. Если фуршет и места за столом не подписаны карточками, если невеста и жених уже набрались, то можно стоять с бокалом вина в уголочке, изредка крадя нехитрые закуски. Вкусно и совершенно не грустно. Ходишь, радуешься, всем говоришь, что со стороны невесты, какой-то кузен брата жены сестры мужа. Можно присесть на уши и выдумать себе новую личность под ситуацию. Кит имена себе выдумывает, профессии поприличнее, чтобы лапши на уши отвесить какой-нибудь глупой девчонке. Стоит разболтаться с одной – и все будут думать грешным делом, что Кит ее плюс один. Схема рабочая, только свадеб мало в последнее время, будто все просекли фишку и вместо пышных пиршеств предпочтения отдают скромным церемониям для своих. Благо, евреи всегда любят праздники с размахом, а Кит, как все уже поняли, сто процентный еврей, тот самый брат свата шурина по линии деверя матери. Или как-то так.

Он даже одевается поприличнее. Пару лет назад спиздил для подобных случаев старый сюртук. Моль поела немного, но это совсем незаметно. Подумаешь, дырка где-то в районе плеча. Кит волосы свои прилизывает, чтобы выглядеть как-то по-человечески. Типа не бомж, типа не наркоман, типа реально на праздник пришел, а не побираться. Даже лак с ногтей приходится смыть, это уж как-то не по понятиям. Кит выпускает пару прядей, чтобы они на лицо спадали. Жалкая пародия на пейсы, но должно прокатить. Шляпа у него черная и большая, он словно самая жалкая карикатура на еврея. Эдакий шарж на человека в принципе.

Но вопросов к нему было меньше всего. Кит умеет не оттенять, если нужно, прятать лицо за фужером, говорить мало и обходиться лишь учтивым поклоном и легким кивком головы. Когда все напьются, тогда он и пойдет удачу испытывать, злобной змеей поползет от одного простака к другому. Обмануть еврея – это, конечно, нужно уметь. Но Кит уверен в себе на все сто процентов. У него наеб просто в крови. Он был Богом создан для этого. Это дар Господа. Или там, Яхве. Киту осталось лишь заиметь себе лишнее алиби, ту самую девочку, к которой он будет подходить как персональный плюс один. И миссия завершена, можно будет лишь развлекаться и уплетать нехитрые угощения. Мухаммара, хумус, маленькие тортики из мацы. Пахнет оливковым маслом и зирой. Кит нос морщит, не зная, что выбрать в первую очередь. Фалафель или фалафель с фалафелем? Шарики похожие на котлетки. Кит такого в жизни не ел, но надеется, что там что-то мясное. Он на самом-то деле голодный, но если рано наброситься на еду, можно выдать себя с потрохами. Поэтому терпит, слюной давится и не ноет. 

Пока все гости снуют туда-сюда и разбиваются на кучки по интересам, Кит сканирует помещение. Взглядом хитрым пробегается, высматривая самую симпатичную девушку, которой неуютно и которая себе места найти не может. Чтобы прибиться к ней и продолжить незваным гостем присутствовать на чужом празднике жизни. Второй бокал игристого оказывается в его ладони, когда радар начинает указывать в сторону симпатичной брюнетки, которая, видимо, здесь совершенно одна. Кит выплывает в ее сторону, словно в танце кружась. Не под подлую еврейскую музыку, но с самыми подлыми мыслями. Бокал он протягивает вперед и тут же чокается. Это вместо приветственной пламенной речи, которая очаровать должна с первого звука. Пусть этим звуком будет соприкосновение бокалов. Это как ангельский перезвон колокольчиков, только чуть слаще.

– Моя бармицва была, конечно, очень пышным праздником, но это торжество вышло куда круче, – он улыбается, ахуевая, как в целом слово-то такое вспомнил, – Иуда, кстати, – Кит ладонь протягивает, улыбаясь, – представляешь, какое имя крутое. Да-да, есть тридцать серебряников? А в щечку поцеловать можно? Все по канону, ага, – Кит смеется и лицо прикрывает, когда мимо проходит пожилая дама. Она еле бредет, взглядом своим цепляясь за лица чужие. Наверное, видит плохо, но Келли кажется, что эта бабуленька за версту чует пиздежь и знает здесь каждого человека. Обычно такие уважаемые старцы каждого десятого правнука помнят поименно как минимум. К ней с каким-то блаженным благоговением тянут руки другие люди, улыбаются и кивают, когда сморщенная старческая ладонь касается чужой щеки. Будь это бабуленька Кита, он бы от умиления слезу скупую проронил, но сейчас лишь лицо прикрывает, склонив голову так, чтобы шляпа его прятала от чужого взгляда. Вряд ли в этой огромной семье дохуя людей с именем, которое Кит себе выдумал. Ну, как выдумал, вспомнил. Что на ум пришло, то и ляпнул. Он парень простой.

– Ты со стороны невесты или жениха? – Киту это важно знать, чтобы придумать себе оправдание. И новую личность сгенерировать на основе чужих предпочтений. Кто он сегодня: банкир, бизнесмен, успешный пилот, дипломированный специалист в какой-то очень специфической области или просто мошенник, который понять хочет, блять, из чего же, сука, готовят фалафель?

+1

4

Если бы Лу была хоть немного более образованной, она бы понимала, насколько нелепо выглядит сейчас среди этой компании людей, скрепленных общей верой и происхождением. Ее латинские корни просто кричали, стоило бросить на нее даже смазанный взгляд, а уж если присматриваться, то от ее маскировки толку было негусто. Но хотя бы она не сверкала голой задницей посреди синагоги и на том спасибо. С такими девочками как Лаура надо было довольствоваться тем, что есть, а не ждать от нее доказательства теоремы Ферма восьмью способами за 14 минут. Ум не был ее коньком, ее коньком был Горбунок. Впрочем, в жизни это ей не мешало (по мнению самой Мартинес), а всем окружающим добавляло перчинки во все происходящее. Единственными стабильными хернями в ее жизни было полное отсутствие нормального заработка и острое желания иметь туфли от прада. И то и другое беспокоили ее максимально, и то и другое заставляли ее брови сдвигаться чуть вниз, когда она думала об этом. Впрочем, по идеально гладкому лбу девушки было понятно, что думает и расстраивается она нечасто, предпочитая не утруждать себя чем-то бессмысленным. Когда можно получить удовольствие от жизни (примитивные, естественно, без полета фантазии в сторону современного искусства или саморазвития) и черпать их полной ложкой, стараясь донести до рта и не расплескать. Но Лу никогда не жаловалась на судьбу, ведь обладая не острым умом, а хитростью, ей удавалось держаться на плаву. И даже неплохо при этом выглядеть.

Но наглость, как известно, второе счастье, так что Лу вполне уверенно пыталась смешаться с толпой пусть и не хасидов, но довольно специфически одетых людей. Странно, но ей это удалось, так что можно немного выдохнуть и оглядеться в зале в поисках чего-то блестящего и безнадзорного. Да, в роду у Лу определенно были сороки, которые цеплялись за все блестящее, что только видели. Под длинным одеянием синие шорты впивались между булок, но девушка уже давно привыкла к подобному – красота, она требовала жертв, просто у Лу были специфические о ней представления. Может, она и считала, что милая и сексапильная, но по факту она в любом одеянии выглядела вульгарно и похабно. Впрочем, этого и добивалась.

От мыслей ее отвлек полубомжеватого вида парень с бокалом в руке. Лу моргнула, но бокал взяла и почти сразу отхлебнула половину. К ней часто подходили знакомиться, но никогда в подобной обстановке, когда на ее лицо криво спадали искусственные пейсы. У этого цыгана пейся тоже были, вернее две сопли свисали из-под шляпы, имитируя еврейские традиции не брить виски. Даже ее мозг умудрился сопоставить очевидные факты и понять, что он здесь такая же херь на воротнике, как и она сама. Что ж, детей у лейтенанта Шмидта всегда было много, и что удивительного, что некоторых из них забросило в далекую Калифорнию к берегам Тихого океана?

- Моя кинсеаньера проходила на заднем дворе моей бабулиты, но я тогда разбила не только пиньяту, но и яйца дяде Хосе, который решил облапать мою задницу. Так что этот праздник даже рядом не стоял. – Лу допила бокал и уже пустой отдала обратно незнакомцу, который представился Иудой. Господи ебать, как банально – Магдалина. – Если ему можно выебываться, то почему нельзя ей?! Непорядок.
Стоит только пройти рядом пожилой матроне с убийственным взглядом еврейского циклопа, как Лу отворачивается к тканевой зеленой шторе, будто она чертовски интересна. Не хватало еще спалиться так рано. – Я со стороны улицы, ты, видимо тоже. – Бабулька ушла, унося свой крючковатый нос подальше. – Тут вроде, есть женская половина, но все смешались, как рис с говном на свадьбе в деревне, так что ничего что мы покрутимся тут. – Лу рассматривала стол, не понимая, что на нем навалено. Выглядело вкусно, но совершенно непривычно. Ни корн-догов, ни икры. Как жить эту жизнь решительно непонятно. Туман в ее голове рассеялся лишь при виде модного фалафеля, который она терпеть не могла. Все эти заменители еды вызывали лишь отторжение.

- Тут есть комнаты наверху, типа для гостей, которым слишком хорошо? – Лу поиграла бровями, показывая на лестницу. То, что они в синагоге в голову ей не пришло, как не приходили многие вещи из школьной программы и банальной эрудиции. Но зато у нее была мордочка сладкой кошечки и этого должно было хватить. – Пойдем посмотрим, а то эта бабка сейчас приведет кого-то и тебя в твоем драном одеянии выкинут нахер, как и меня. – Девушка схватила Иуду за локоть и потащила но небольшой лесенке наверх, надеясь (наивно) что там будет открыто. Хотя это же свадьба для всех своих, почему бы не оставить все настежь, никто же ничего не возьмет! Мартинес прокручивала в своей голове мысли, которые могли возникнуть в голове у ребе, но он явно думал иначе, потому как первая дверь не поддалась даже с плеча. – Наверное там что-то интересное. Ты умеешь вскрывать замки, а? - в фильмах чтобы вскрыть любой замок нужна была только заколка и все. Неудивительно, что в ее куриных мозгах стойко зафиксировалась мысль, что практически любой человек способен вкрывать и сложные замки, и сейфы, и чужие подвалы с винишком. Она  выжидательно смотрела на Иуду, протягивая ему облупленную и усталую заколку, которую вытащила из шляпы. При этом действе ее левый пейс свалился к ногам.
[AVA]https://imgur.com/mTGkYQY.png[/AVA]
[NIC]Laura Martines[/NIC]
[LZ1]ЛАУРА МАРТИНЕС, 24 y.o.
profession: без определенных занятий;[/LZ1]

+1

5

Кит уже выпрямляет спину, собирается держать осанку, начинает в голове формировать новую личность. Прикинется пилотом какой-нибудь престижной авиакомпании, будет весь вечер ссать дамочке в уши, восторженно рассказывая о полетах, небе, о кренах, турбулентности, хорошеньких стюардессах и как покурить электронные сигареты без паники для экипажа. Скажет, что он фантастически богат, чтобы она, выпив n-нную порцию выпивки, грешным делом подумала, что сорвала большой куш. И Кит обязательно прокатит ее на своем частном самолете, ну, вы понимаете, головокружительный полет, все дела. Он уже преисполнился, он уже миллион шуток придумал как красиво завуалировать секс через выбранную тематику. Не красотой своей неземной, так харизмой, обаянием, шутками покорит. Все по старой схеме, импровизация, как обычно.

Кит уже взгляд полный сознательности изображает, пока не слышит имя своей собеседницы. Это, сука, прикол или здесь проходит конкурс на самое уебанское имя от самых любимых родителей? Келли хмыкает едва слышно и улыбается уголками губ. Может быть, это просто неудачная шутка. Или девочке правда не повезло в жизни, бывает всякое, Кит пожалеет. Он ведь все еще готов свою роль играть до победного, не выходя из образа, но последующая фраза все ставит на свои места. Приехали блять, докатились, два мошенника свадьбу поделить не смогли. Город стал слишком маленьким для нечестных людей. Она шарлатанка. Такая же, как и сам Кит. Дотягивай его интеллект хотя бы до скудненькой единицы по стобалльной шкале, он бы догадался сам, без подсказок. А сейчас выдыхает облегченно, сам не зная, чему радуется. Конкурентов Кит не любил, терпеть возле себя мог лишь Соню, потому что Соня всегда была верным компаньоном, их взаимодействия были слаженны и отточены до профессионализма. Пригревать на груди змеюку Кит не намерен, потому и морщится брезгливо, взглядом провожая почетную старицу этого семейства. Если бабка подохнет на свадьбе, Кит точно заявится на похоронную процессию, так, чисто по вайбу. Впрочем, одному будет не так скучно наводить суету в чужом празднике жизни. Пусть эта дамочка остается, рядом снует, удобнее будет сбегать врассыпную.

– Блять. – Кратко и лаконично. Ему интересно, что его выдало. Хуевая история, наглость неописуемая, красота запредельная, коей евреи не славятся или костюм, проеденный молью насквозь. Может быть, все дело в имени? Хуй знает. Но вообще-то обидно. Рыбак рыбака издалека видит и все такое, но, блять, Кит уже так плотно в образ Иуды вживался, что жаль легенду терять попусту. – Тогда предлагаю оторваться по полной программе. Объедалась когда-нибудь хумусом до блевоты? А подарки у молодоженов пиздила? Девочка моя, праздник праздником, а выпить мы должны всяко больше вот того парня, – Кит едва заметно кивает в сторону остроносого мужика, что с жадной улыбкой потирает ладони, будто муха навозная, почуяв свежую кучу. Кит смеется неспешно к лестнице движется, ведомый своей спутницей. Нет, ну имя у нее точно придуманное. Она же не ебанутая. Или...?

– Да что не так-то со мной, – Кит возмущается, гласные тянет, – подумаешь, моль погрызла вот тут и вот тут, ерунда же, – юноша театрально глаза закатывает и языком цокает, изображая обиду, – не могу же я быть симпатичней невесты на этом празднике жизни, правильно? – Келли осматривает дверь и вопросительно бровь изгибает. Нет, эта авантюра звучит прикольно, конечно, но сколько хуев напихают им за щеки, если поймают. Кит на секунду представил, что может сделать та старушенция с дохликом и пигалицей, которых нет в списке гостей и холодок пробежал по спине. Но заколку он взял в руки, кивнув. Замки взламывать он умеет, он вообще дохуя исполнительный, если плата достойная и верить хочется, что за дверью будет спрятано настоящее сокровище. А именно все дары для новобрачных, которые Кит и эта лже_Магдалена поделят поровну, чисто по воровской чести. А если там пусто, то будет грустно, обидно и придется – о, Господи, нет! – трахаться на чужой свадьбе. Чисто за здравие молодых.

Заколку Кит крутит так, чтобы одна часть загибалась под прямым углом и вставлялась в замочную скважину. Кит несильно надавливает в сторону открытия замка, вторым углом давя на штифты в нижней части цилиндра. Надеется, что его напарница на сегодняшний день сможет пока постоять на шухере и отвлечь случайных зевак, если тех заинтересует сомнительная деятельность у двери.
Если после всего этого у нас нет в планах совместных греховных деяний, то я не понимаю, зачем это все и чем тебя не устроила тусовка внизу. Что, от здешней кухни аппетит пропадает? – Кит с пародией на отмычку возится, пыхтит недовольно, губу закусывает и с выдыхает спокойно, когда слышит заветный щелчок. Еще немного надавить на штифты до второго щелчка и – вуоля! – уличная магия в действии.

– Если там спрятано что-то ценное, то чур мое и это не обсуждается, – Кит воровато осматривается по сторонам, после чего девушку пропускает вперед. Во-первых, это по-джентельменски и вся хуйня. Во-вторых, вдруг за дверью не гора подарков и деньги, а какая-нибудь западня из родственников. Ну и в-третьих, Киту проще проконтролировать ситуацию и, еще раз оглядевшись, убедиться, что их никто не спалил. Подумаешь, парочка решила уединиться. Да, прямо сейчас. Да, прямо здесь.

0

6

Лу ничего не знала про еврейскую культуру, как, впрочем, и про большинство других вещей в свой жизни. Ее неширокий, скажем так, кругозор, вертелся вокруг нее самой и ее хотелок, а для всего остального места в ее черепной коробке не было. Не самое хорошее, что бывает с красивыми девушками, но случай не уникальный. Никто никогда не объяснял ей то, что нужно учиться, чтобы не прозябать за чертой адекватной зарплаты всю жизнь. Хот с Лаурой была другая проблема – работать она не пробовала и не собиралась, считая это ниже своего достоинства. К тому же в их районе это было вполне стандартным явлением. Зачем напрягаться и куда-то стремиться, если можно существовать в режиме плесени и не беспокоиться особенно ни о чем? Дядюшка Хосе всегда говорил, что все, что должна уметь хорошенькая девчонка – это раскидывать ноги, а все остальное лишнее. Правда это был все тот же дядя Хосе, который лапал Мартинес за задницу, едва ей стукнуло 14 лет, правда, по яйцам он получил быстрее, чем просунул руку куда-то глубже под юбку. Его учение все же ладо свои плоды: девушка как могла эксплуатировала свою привлекательность по полной, чтобы выжимать из всех, кого можно хоть какие-то суммы денег. Подарки тоже подойдут, лишь бы все это доставалось бесплатно и без особенного напряга. Вместе с этим она осознала то, что никакому мужику доверять нельзя, ведь они думают обычно не головой, а гульфиком. Правда, в своей голове Лу использовала слово «хер», понятия не имея, что существует слово «гульфик». Впрочем, жить ей это не особенно мешало, и не напрягало. Как может напрягать что-то пчелу, которая видит только свой улей, не представляя о глубине и широте окружающего мира? Пчела не ведает о сменах времен года, не видит красоту солнца, не может ощутить мягкость тополиного пуха. Она живет своей мелкой рутиной, скудной в масштабах Вселенной. Лу, правда, такой трудолюбивой не была, но ее мирок тоже был не больше улья со вполне простыми и примитивными желаниями. Вкусно поесть, ничего не делать и хорошо потрахаться. Карьерные перспективы и расширение кругозора в этот перечень не входит и не входило. Это был не ее путь ниндзя и начинать его она не собиралась: ее жизнь ничем не будет отличаться от того, что она видела вокруг себя. В ее хорошенькую голову не приходило никаких вариантов изменить что-то, а не плыть по течению, как полудохлая рыба. В дополнение к непростому мировоззрению шел склочный и стервозный характер, которые не раз заводили Лу в еще большую жопу, в которой она существовала обычно. Сейчас в этой синагоге она чувствовала себя неуютно, хотя и изо всех старалась делать вид, что это не так. Пусть и строго одетые, но женщины были все ухоженные и в качественных вещах, по ним было видно, что все здесь дорого. Даже та дрисня на столах и то, скорее всего была изысканным деликатесом, который девушка никогда не попробует при иных обстоятельствах. Да и не захочет, предпочитая что-то знакомое и привычное. То, что сделает ее фигуру тяжелой уже годам к тридцати, превращая ее в новую копию всех женщин ее семьи, которые утрачивали аппетитность и точеность форм очень рано.

Как же быстро слетел с парнишки весь его непередаваемый шарм проходимца, который в драном жакете пытался пушить хвост как павлин. Ничего нового, впрочем, хотя его лаконичный возглас был забавен. Наверное, катать на своем джете он будет кого-то с длинным носом и без перспектив выйти за красавчика. Ну хоть посмотрит раз в жизни на необрезанный хер. – Хумус и так как блевота, мне интересно посмотреть на еду из мяса без этих их извращений… -Перемолотые орехи, бобы и специи  - это не еда, а какое-то издевательство над приличными людьми, пришедшими сюда за праздником, а не этим. По дороге наверх, Лу прихватила открытую бутылку шампанского, которое отхлебывала прямо на ходу, не собираясь ни секунды тратить на то, чтобы пропускать этот золотой напиток мимо рта. В конце концов она здесь отдыхала, расслаблялась, а заодно опытном глазом расхитительницы курятников, оглядывала помещения на предмет того, что же там плохо лежит. – Подарки надо пиздить, когда их уже вынесут все. Похватаем конверты, сколько влезет в штаны и пару тостеров. Тебе, кстати, нужен тостер? Мой дядя Хосе может тебе подать за пару долларов почти рабочий и немного не краденный. У него кончился рынок сбыта, а вроде у него еще ничего не покупал. Знаешь, у него ломбард на юге, такой с желтой вывеской и пропущенной буквой. Там написано «Лмбард». Он был уверен, что пишется так. – Шампанское язык развязывало как надо и Лу даже сама не заметила, как вылила на своего случайного попутчика слишком много информации. – Моль тебе объедки оставила, а ты их носишь. Вон у того мужика отличный пиджак висел на стуле, прихвати на обратной дороге. А то ты за гостя даже для косых и пьяных не покажешься. И ты уже симпатичнее невесты, по крайней мере у нее усы длиннее твоих. Или это жених? – Народа наверху не было, все собирались кучковаться около молодых, так что самое время обнести все помещения, за которыми не смотрели. – Если под грехом ты подразумеваешь алчность, то я согласна. В остальных случаях могу побаловать тебя обрезанием всего хера, так что руки держи при себе, амиго. Впрочем, парнишка был смышленый и заколкой сумел открыть дверь, которая с громким щелчком открыла свой сим-сим. – А пупок не развяжется, что ты хочешь забрать все? Придется выяснять, кто главный дракой, и дам тебе совет, береги свою сладкую мордашку, а то вдруг я тебя пораню. - Внутри было темно, но Лу храбро вошла внутрь, ища на стене выключатель. Стоило им щелкнуть, как глазам двух незваных гостей открылась картина: десятки золоченых подсвечников, украшений для зала, ритуальные предметы всех мастей. - Ого, интересно, это можно продать или это сувениры? - Лу взвешивала в руке один из подсвечников, прикидывая из какого металла он может быть сделан. Надписи на иврите напоминали клинопись, так что прочитать их было невозможно. Не с куриным мозгом Лауры, которая использовала голову только для поедания хумуса и затем, чтобы обругать всех вокруг. Ничего компактного и золотого не видно. - Ищи сейф, он должен быть.

[AVA]https://imgur.com/mTGkYQY.png[/AVA]
[NIC]Laura Martines[/NIC]
[LZ1]ЛАУРА МАРТИНЕС, 24 y.o.
profession: без определенных занятий;[/LZ1]

+1

7

Кит не считал себя вором. Он, скорее, мошенник, который обманным путем получает за сладкие речи определенного рода ништяки, как трофеи. Вот тебе и украденные цацки подружек, которые пропадают из деревянных шкатулок. Вот тебе и обманутые пенсионеры, которые еще и печеньем накормят, наивно веря, что социальные работники обязательно должны проверить весь дом. Кит замки взламывать научился так, по приколу. Хотел этим лишний раз удивить Соню, чтобы с восторгом в ладоши хлопала. Киту хотелось быть лучшим напарником по проказам. Таким, без которого просто не выйдет заговорить зубы миловидным старушкам. Они с Соней были как Бонни и Клайд, гроза всех бабушек Сан-Диего. И Келли прикидывает навскидку, вышло бы у двух горе-мошенников наебать ту суровую еврейскую даму, что дышит на ладан, перемещаясь из одного угла зала в другой. Что ж, с этой незнакомкой, у которой мордашка лисья, вроде бы, получилось. Кит уже мысленно перспективы строит, вступить в сговор с ней и гонять время от времени на чужие свадьбы. Обзавестись нормальным праздничным одеянием и стать той парочкой отпетых преступников, чьи фотки печатать будут на пачках с молоком. Особо опасные и безумно красивые, сексуальные и неуловимые.

– Зачем выбрала еврейскую свадьбу, если тебя тошнит от здешней еды? Не знаю, как ты, а я голодным отсюда уходить не собираюсь. Надеюсь, хотя бы торт будет вкусным. Там три яруса хуйни с кремом. Если он из мацы – я умываю руки и больше на еврейские свадьбы ходить не буду, в пизду, – Кит врет, куда он денется, будет шляться хотя бы ради выпивки и возможности кого-нибудь под себя подложить. Он человек простой, если чует запах халявы – ведомо бежит на сигнал. А там уже как пойдет, не выйдет умыкнуть конверт с дарами – он спиздит пару цепочек у глупой подпитой барышни, что вершиной романтики считает пьяный случайный секс на свадьбе. Киту это тоже кажется ахуенной романтикой, особенно в ломбард нести потом кольца с браслетами. Мать продает семейное барахло, да, согласен отдать все за семьдесят пять. Лишь бы было чем прокормиться и что в банку общага скинуть. Кит считает, что такие маневры куда проще, чем тусить на бесконечных сменах. Работа – это для нормальных людей, адекватных. Кит на смены выходит, только чтобы спиздить еду и опустошить баночки с чаевыми. Ну и попить чего-нибудь вкусного на халяву, не парясь, чисто за счет заведения в обеденный перерыв.

– Я похож на человека, которому есть что в тостер пихать? Думаешь, я готовлю себе ебательские завтраки с тостами, авокадо, яичницей и фруктовым смузи? – Кит смеется и отмахивается. Он скорее из тех, кто готов пиздиться с голубями за крошки. Не потому что так голоден, а потому что это в целом прикольно. Кит хмыкает и шаг вперед делает, когда в помещении светло становится. Он осматривается по сторонам, клад оценивая. Наверное, чистое золото. Или хотя бы сусальное. Кит уже прикидывает, где можно все это сбыть, чтобы протянуть еще пару месяцев. Тянет длинные пальцы к подсвечникам, приподнимает один, с видом эксперта оценивает сплав по весу и ухмыляется самодовольно.

– Предпочитаю ручки свои держать на чем-то прекрасном и дорогостоящем, поэтому, киса, ты сегодня в пролете, – он ухмыляется, пальцами проводя по украшениям для зала, пытаясь высмотреть в них причудливые узоры, – милая, я не против подраться с тобой и все такое, но я привык получать деньги, если женщина хочет сорвать на мне злость. Двадцать баксов и можешь хоть все лицо исцарапать. В противном случае, просто держи себя в лапках, котенок, и гляди, – Кит подкидывает золотой шарик с узорами, – красота ебанешься. И не такая махина ебаная, влезет в карман, – Кит ищет еще что-нибудь мелкое, чем можно набить карманы так, чисто ради трофея. Не каждый день он ворует ритуальные принадлежности на чужом празднике жизни. Кит кивает и осматривается в поисках сейфа. Наверное, это глупо хранить в одном месте все ценности, но Келли везет, и он натыкается на небольшой железный ящичек с дисплеем и кнопками для ввода кода. Технологии, ебануться. Кит, недолго думая, вводит пароль 1225, считая, что каждый уважающий себя еврей должен сперва попробовать использовать в качестве пароля дату Хануки. Но Кит идет нахуй и дисплей мигает красненьким. Еще четыре попытки подобрать верный код и эта хуйня, очевидно, начнет мерзко пищать, привлекая к себе внимание. Кит зовет Магдалену или как ее там, рот ебись, до пизды абсолютно. Юноша пальцем на экран указывает и пожимает плечами – код хуй подберешь, вряд ли это квест-рум, где ответы валяются в комнате. Надо просто загадки решать и идти дальше. Затея хуевая, еще хуже, если в сейфе нет денег, а валяются какие-то документы, договора, ритуальные книги и прочая муть, которую хуй продашь даже через черный рынок даркнета. Кит не наблюдал верунов, готовый за священные писания выложить круглую сумму.

– С сейфами работать не умею, но эта хуйня точно начнет пищать, если мы объебемся с кодом. Поэтому давай думать. Это точно не дата Хануки. Есть мыслишки? Когда у тебя день рождения, давай испытаем удачу. Вдруг сама вселенная на нашей стороне, – Кит ухмыляется и наблюдает за своей напарницей на сегодня, – кстати, нихуя ты не Магдалена. Ты, скорее, какая-нибудь Лэйла. Или Амелия. Или Агата. Или, ну, Бьянка.

+1

8

Если спросить у Лу, кого она считает самой охуенной женщиной во вселенной, то она без колебаний бы назвала саму себя. Ее самооценка странно сочетала в себе повышенное эго и полное отсутствие воспитания. Она была той самой хабалистой девушкой за кассой, которая не спросит у вас про пакет, но обложит хуями просто за то, что купюры слишком крупные. Впрочем, Лаура даже никогда не пробовала сидеть за кассой или заниматься хоть какой-то работой, как обычный «нормальный» человек. Это был не ее путь, кто бы что ни говорил. Она не любила, когда ее мамаша вместе с бабулитой начинали причитать о том, что кузина Романа уже поступила в колледж и будет иметь работу! Лу эти разговоры раздражали, они не собиралась становиться удобной для своих родных, впрочем, не гнушалась стрелять у них денег на то, чтобы купить себе сигарет или очередные туфельки с закосом под Бланик. Наверное, она была бы счастлива, если бы на ее пути встретился богатый и серьезный мужик, который просто бы закидывал ее деньгами, трахал, но никогда не пытался узнать ее мнение о политической ситуации в Египте или доказательстве теоремы Ферма. Она была красивой и глупой куклой, которой за неимением богатого мужика приходилось решать свои насущные проблемы самой, с переменным успехом и без особенного профита. Взять то, что плохо лежит она не считала зазорным или неправильным – это же проблемы тех людей, которые плохо следят за своим имуществом. Не хотели бы с ним расстаться, следили бы получше, а не оставляли там, где каждый может это найти. Да, вскрытые замки Лу тоже не считала достаточным способом охраны. Если его можно вскрыть, значит не слишком-то хорошо и спрятано. Ее мечты были насквозь примитивными, как и способы их достижения. Гордиться ей было не чем, кроме красивой фигуры и смазливого личика, так что она несла их перед собой, осаживая каждого, кто пытался ей намекнуть на то, что она дура. В этом ее убедить было невозможно: почему-то необразованная и склочная Лу считала себя женщиной умной и достойной самого лучшего, а мир просто несправедлив к ней. Где-то по Сакраменто бродит ее личный миллионер, который увезет ее на яхте к дальним островам, название которых она даже не сможет произнести, не то, чтобы найти их на карте. Зачем миллионеру такая хабалистая девица, как она, Лаура не задумывалась. Это вообще было основной частью ее характера: не задумываться. И это единственное, что у нее получалось хорошо.

В помещении, куда она попала с Иудой, все кричало традициями еврейского народа, но Лу больше интересовало, есть ли на этих вещах проба и как легко можно было их продать. Подсвечники (ебать странной формы) были чертовски тяжелыми и ими можно было кого-то запросто убить. Вещь в хозяйстве, конечно, полезная, но вряд ли ее можно носить с собой в дамской сумочке.

- Потому что у них денег завались! Если тебе нужна только хуйня в три яруса, то вперед. А я пока посмотрю, что тут интересного есть. Вроде должен быть торт и какая-то кошерная жранина, но я не уверена. Ты, кстати, в курсе, что иудеи не едят пиццу? И икру? И креветок? То есть тут не будет закусок с морепродуктами! – Подобное открытие еще в тот раз задело Лу до глубины души, и она никак не могла не поделиться им со своим новым слушателем, и не важно, хотел он этого или нет. Такие странные законы ее раздражали, почему нельзя есть то, что вкусно, потому что какой-то чувак написал об этом в Торе? В выработанной бабулитой с детства привычке Мартинес перекрестилась, подумав плохо о господе нашем общем. Почему католикам он позволяет есть осетрину, а иудеям нет? Он их меньше любит? Или считает, что им не нужны омега-три жирные кислоты? – А так ты часто на такие свадьбы ходишь? Я помню на турецкой разжилась золотишком, пока никто не видел, надеюсь тут есть подобная традиция, иначе что, зря переодевалась? – Бля, серьезно? – Ты выглядишь как тот, кто в тостер можешь хоть хер засунуть, так что не выебывайся. Еще раз назовешь меня котенком и будешь сидеть у хирурга умолять тебе пришить откушенное ухо. Так что завали хлеборезку. – Последнее она говорила с нежностью, оглаживая все находки, до которых могли дотянуться ее когтистые лапки. Иуда делал все то же самое, набивая карманы всем, что туда могло влезть. Подсвечник, ожидаемо, не поместился, что ж, надо подумать, что с ним делать. Но Лу совершенно не хотела оставлять тут ничего ценного. Ей эти вещи были куда нужнее, чем синагоге. Они себе еще купят на пожертвования местной диаспоры. Той самой, что прикатила на свадьбу на лимузинах и ройсах. Объективно, Господь велил делиться с сирыми, а сирее, чем Лу тут никого не было, так что все честно. Она даже не брала чужого, просто тут явно лежало то, что никому не нужно. Иначе вынесли бы вниз и украсили столы. Впрочем, и там бы Лаура умыкнула все, что смогла бы затолкать себе в декольте поглубже до самых трусов.

Парниша возится с сейфом, тыкая в него пальцами, пытаясь подобрать код. Пускай, у Лу пока есть дела поважнее, засовывая в карманы все, что блестит или кажется, что блестит. – А весь сейф вытащить не можешь? Он вряд ли весит больше двухсот кило, ты справишься! – Она хлопает его по плечу, не забывая нацепить на пальцы кольца для салфеток, инкрустированные камнями. – Зато ты точно Иуда, так ведь? И папа твой Авраам? Я так и подумала. Знаешь, если подумать, то ты больше похож на цыгана и я уверена, что будь у меня конь, у меня бы уже не было коня. – Лу избавилась от идиотской шляпы и растрепала волосы, снова становясь самой собой. Так привычнее и не выглядишь завсегдатаем пасеки. То, что сейф закрыт ее раздражало, но единственное здравое решение было отъебаться от него, чтобы не запустить систему оповещение. Странно, что она не сработала на двери и сюда уже не едет полиция всего штата. Очень непродуманно, так им и надо. - А тебе не похуй, как меня зовут, а? К тому же обычно я сама прихожу, так что и звать не нужно, котик. Если не будешь бесить меня, дам за задницу подержаться, и пока ты плачешь от того, как тебе повезло, я подумаю, как нам отсюда вынести все то, что больше монетки. Я не хочу, чтобы эти подсвечники оставались тут, а не стояли у меня дома.

[AVA]https://imgur.com/mTGkYQY.png[/AVA]
[NIC]Laura Martines[/NIC]
[LZ1]ЛАУРА МАРТИНЕС, 24 y.o.
profession: без определенных занятий;[/LZ1]

Отредактировано Miles Quinn (2022-09-23 07:45:48)

+1

9

На самом деле, Кит это не считал аферой. Он просто тот самый гость, без которого любая свадьба будет пустой. Не тамада, не ведущий мероприятия – своеобразное украшение, которое набивает себе брюхо, заливает глаза алкоголем и тешит клептоманию. Это, если разобраться в источниках, очень тяжелая болезнь, своего рода недуг, поэтому Келли нельзя осуждать, а вот пожалеть и погладить ладонью по кудрям – всегда пожалуйста. Просто в этом мире каждый вертится, как умеет. Будь Кит немного плечистее, шире, мощнее, крупнее, эдакий шкаф на ножках – он бы все решал силой. Брал бы то, что захочет. Без лишних вопросов. Наверное, он бы и морду кукурузил какую-нибудь грозную, взгляд у него был бы тяжелый из-под густых бровей. Тут даже та строптивая старушенция не взялась бы тягаться. Но Кит обычный тощий доходяга, которого ветром сдувает, он не всесильный. И пока крупные качки делали упражнения на все группы мышц, Кит умело прокачивал всего одну – свой длинный язык. И дело не только умении быстрее всех читать скороговорки и пиздеть без остановки круглые сутки. Если бы Келли задумался об образовании, он бы получил диплом кунилингвиста без всякий пар, зачетов, семинаров и лекций. Он этим кичится, единственная его гордость. Поток словоблудия с кучей шуток ниже пояса. Даже если его поймают, он скорее утомит людей своей болтовней, чтобы его не просто отпустили с миром, а поскорее показали ближайшую дверь. Кит выкручивается так всю свою жизнь. Каждый раз под дурака косит. Ой, я не знал. Ой, я заблудился. Ой, я эту вещицу случайно нашел. Взгляд наивного олененка, длинные ресницы кокетливо хлопают пару раз, улыбка такая чарующая, что в ебло либо харкнуть, либо кулак втемяшить хочется без продолжения нудной дискуссии. А Кит пока ловкими пальцами из чьих-то брюк стягивает портмоне. Да, пизди сильнее, всю злость срывай, не стесняйся. Но фокусник никогда своих секретов не раскрывает. И каждый раз губа лопается от довольной ухмылки. Иисус учил подставлять вторую щеку под крепкий удар. Кит учит засовывать руки во второй карман и не разевать варежку. 

– Всегда знал, что евреи не от мира сего. Я слышал, что все женщины у них лысые и у них лобковые вши, – Кит брезгливо нос морщит, затем снова улыбку мерзкую давит, – отрадно, что ты не еврейка, конечно.

На самом деле ему до пизды. Будь его спутница хоть принцессой Уганды, хоть Царицей полей.

– Гоняю часто, в основном таскаю всякую дичь и потом перепродаю ее втридорога или возвращаю по чеку. Ты прикинь, современные американцы приучились дарить бесполезный хлам сразу с чеком в коробке. Понимают, что их подаяния никому не сдались нахуй. И, знаешь, я хуй в тостер совать бы не стал. В мире слишком много других более интересных отверстий, куда бы он идеальней вписался. Знаешь, им очень удобно затыкать чьи-то рты. А если ты хочешь эротично прикусить меня за ушко, то, милая, давай оставим это все на потом. У нас тут полно дел и хлопот, – Кит запихивает как можно больше барахла по карманам. Ему кажется, что теперь он будет звенеть, словно рыцарь в доспехах. Ходить немного неудобно, штаны с тощей задницы слегка сползают вниз, но живем. Если Келли сейчас бросить в воду, он камнем рухнет на самое дно. Впрочем, такой ушлый таракан выберется, даже не растеряет награбленные ценности. У юноши уже глаза горят, стоит только прикинуть, сколько денег он выручит за весь этот лут. Он уже представляет, куда пойдет сбывать все добро, чтобы не засветиться в нормальных ломбардах. Опять придется поднимать свои связи, лишняя морока. Проще было бы взять деньгами. Меньше суеты в перспективе. Кит суету любит создавать, но не участвовать в ней без своей воли. Но, что поделать, любишь пиздить золоченные цацки люби и нырять в суету.

– А ты больше похожа на суку во время течки. Снуешь рядом и огрызаешься. Но сейчас не сезон случки, родная. Сейчас самое время выходить в зал и тырить конверты. А там, глядишь нам повезет, и мы подслушаем код от этой хуйни, – Кит пальцем тычет в сейф, – вернемся за ценностями. И, да, я обязательно буду плакать, когда мои ладони нащупают ценности, которые ты пихнула себе в задний карман. Все, не Магдалена, твой поезд уехал. Я не сплю с коллегами по криминальным шалостям. Брысь, – Кит отодвигает девушку и делает шаг к двери. Он все еще гремит, будто монетами набил свои карманы. Это смешно. Каждый шаг с персональным звуковым сопровождением. Юноша дверь приоткрывает и нос высовывает наружу, прислушивается, оглядывается и выходит. Словно ничего не было. Никаких изменений. Подумаешь, парочка просто решила уединиться. Ничего необычного. Кит отряхивается и поправляет пиджак. Надеется, что барахло с него не посыплется, как песок с доброй трети здесь присутствующих гостей. Кит воровато потирает ладони и смотрит на девушку с блядской ухмылкой.

– Погнали урвем пару писем счастья. Если будешь себя хорошо вести, то разрешу тебе засунуть свой длинный язык мне в рот. Так, чисто проверим, сработаю ли я как щелкунчик. Но тихо-тихо, ты охлади свое бешеное желание взять меня прямо сейчас. Сначала мы собираем ценности, а потом уже развлекаемся. Кстати, меня зовут Кит. Запомни, тебе это имя придется стонать от восторга. Ну или от разочарования. Тут как пойдет. Но сначала, моя хорошая, закончим начатое.

+1

10

Все эти еврейские традиции Лу были до пизды: она никогда не понимал их, и всегда пожимала плечами, стоило ей услышать слово «кошерный». Для нее вообще было сюрпризом то, что это никак не связано с кошками, зачем тогда называть так похоже? В общем, ее это волновало мало. Почему нельзя есть круглые яйца? Что в этом такого? А морепродукты? А свинина? А осетр? Что все эти вкусности сделали иудеям, раз они избегали их? Лу, хоть и была католичкой, но не очень праведной (что было заметно по ее одежде и образу жизни) хотя себя она считала очень приличной женщиной. Откуда в нее это взялось в ее хорошенькой голове непонятно, учитывая, что родные ей такого никогда не говорили. Видимо, решила сама для себя, что она совершенство, и понеслась. Конечно, иногда она каким-то подсознанием осознавала, что она просто бедная необразованная и наглая девка из латинского квартала, что она ничуть не похожа на леди, что она никогда не будет ходить по улицам в туфельках Прада и с маленьким стеганным клатчем в руке. Для нее этот сир был недосягаем, как для Элизы Дулитл, но увы, никто не хотел ставить эксперименты над ней. Интересно, если бы нашел в этом мире человек, которому было бы интересно принять вызов по преображению Лауры Мартинес в леди? Получилось бы вытравить из нее эту уличную дешевку, которой она, по сути, всегда и являлась? Работы было так много, что даже ради какого-то личного удовлетворения никто бы не стал возиться. Лу была той женщиной, которая могла еще и испачкать тебя, если попробуешь ее отмыть. Настоящее дитя бедных кварталов, у которой не было ничего, кроме уверенности в собственной охуенности и круглой жопки, которая всегда выглядывала из-под коротких шорт. Зачем прятать под слоями одежды то, чем тебя так одарила природа. Похоже, что когда боженька отсыпал достоинства, она два раза отстояла за задницей, и пропустила очередь за мозгами и здравым смыслом. Но пока она вполне сносно жила целых двадцать четыре года, с ужасом ожидая роковой черты в четверть века. Кажется, за ней начинается старость.
Женщины ее семьи к тридцати годам превращались в грузных серьезных женщин, крикливых и обязательно суровых, способных и коня выпустить, и избу поджечь, но Лу становиться такой не хотела. Психологически незрелая, не нагулявшаяся, не особенно верящая в семейные ценности, она была не особенно хорошим примером истовой католички. В их среде не было разводов, но были сбегающие нахер мужики, впервые увидевшие две полоски на тесте от своей любовницы. Становиться матерью одиночкой она не хотела, так что спала исключительно с гандонами, чтобы не забеременеть. Самый удачный способ контрацепции, по ее мнению, или патологическое неумение выбирать себе мужчин. Прошлый вот сбежал, прихватив всю наличку, которую нашел в трейлере, и тостер. Тостер-то ему нахера, если он даже не умел его включать? Но это был не единичный случай, а тенденция, отступать от которой она не планировала никогда. Даже если над ее головой разверзнется гроза, даже если сам Иисус громогласно объявит ей, что пора завязывать с мудаками, она лишь пожмет плечами: в ее мире других мужчин не было, только уроды и придурки, среди которых она подбирала себе самого подкаченного и с самой крепкой задницей. Как вы понимаете, серьезными отношениями там не пахло никогда, да она и не переживала особенно по этому поводу. Хорошей чертой характера Лу было то, что она действительно никогда и ни о чем не переживала, не загонялась, не рефлексировала (да и слова-то такого не знала). Она не впадал в тоску или уныние, всегда шла дальше, пусть и в неверном направлении. Кажется, у таких чикуль как она депрессий не бывает: она была уверена в себе, в том, что ее жизнь станет лучше, и что на ее улице перевернется грузовик с Джейсоном Момоа. Такого бы мужика она не выпустила из своих объятий никогда, но увы, ее уровень – это Маркус, Хорхе, Хесус. И глухонемой сосед Хуан, который на пальцах может показать, как его зовут. На пальце, то есть. Планочку выше, хотя бы до мужика, окончившего школу, она поднять не могла, просто потому что и сама до нее не дотягивала. Внутренне это прекрасно понимая, но упорно делая вид, что ей просто нравятся агрессивные и тупые самцы, способные закинуть ее на плечо и унести в свою пещеру трахать. Хотя, тут нашлось и еще одно положительное качество Лу: она не позволяла себя бить и не прощала такого.
Может другие бабы могли находить оправдание такому поведению, но Лаура Мартинес не умела и не хотела. Она слишком любила себя, чтобы позволить кому-то поднять на нее руку. Второго шанса она не даст, и просто надо радоваться тому, что она не пойдет жаловаться дяде на то, что кто-то обидел его малышку. Даже даст потрогать свои аппетитные булочки за это. Вполне себе равноценный обмен за чужое разбитое ебало, разве нет? Тех, кто терпит она не понимала и не поддерживала, считая это каким-то идиотизмом. Сама для себя она священна, даже если другие просто считают ее обычной девкой, каких на углу пучок за пятачок. Пожалуй, это то немногое, чему стоило у нее поучиться, а во всем остальном она была эталоном дурного примера.

Например, она частенько заваливалась на чужие праздники, чтобы прибрать что-то к своим рукам, дорого поесть и налакаться того, что по вкусу как прокисшее вино, но по факту ебать лакшери. Ничего страшного в таком паразитическом образе жизни она не видела, и меня его не собиралась. Чтобы что? Найти себе нормальную работу? Или не дай бог, получить профессию? Это даже звучит отвратительно, а уж думать об этом только мозг себе размешивать, размазывая по черепной коробке изнутри тонким слоем серого вещества. Да, его негусто, но оно было, и это то немногое, что отличало девушку от плесени. В остальном они были практически идентичны и по образу жизни, и по стремлениям на будущее. В таких местах как эта еврейская свадьба, Лу отдыхала по-настоящему: для нее не было обстановки более приятной, чем та, где есть халявное питье и еда, где ни за что не надо платить. Разве это не звучит, как самое настоящее чудо? Конечно звучит, и это было восхитительно! Возможно, она так думала, потому что никогда в своей жизни не была на море, не лежала на песчаном пляже, на удобном шезлонге с бокалом маргариты в руке. Она могла о таком только мечтать, наблюдая в журнальных вырезках или на экране телевизора. Для нее реальностью были скорее зеленые воды ближайшего стоячего озера, а не соленые волны Адриатики. Да и она в душе не знала, где находится эта ваша Адриатика.
Ее сегодняшний цыганский спутник тоже здесь был явно для того, чтобы унести все, что не унесла Лу, и еще украсть коня.  – Откуда у них лобковые вши, если они лысые? – Мартинес смотрит на Иуду, приподнимая одну бровь. Она тоже слышала этот прикол про парики, но неужели они выбривают свое тело настолько избирательно, чтобы оставлять лобковые угодья? Она такого никогда не понимала, придерживаясь строгих стандартов ухода за собой: ничего свисать из шорт не должно, даже если они настолько короткие, что видна ее внутриматочная спираль. Про барахлишко с чеками она прекрасно понимала, так что подарки молодым стоило потрошить не только те, что походили на конверты с баблом. Хотя она всегда придерживалась того принципа, что надо брать самые маленькие коробочки: там точно либо гаджеты, либо украшения. А тупую ванночку для ног с массажем простаты венчиком пусть оставят себе. 

- Если будешь себя хорошо вести, коллега, разрушу засунуть тебе свой язык тебе же в задницу, так что в твоих интересах быть хорошим мальчиком. И с чего ты вообще решил, что командуешь, а? Я первая тут нарисовалась, так что это ты мой напарник, а не я твой, так что клювик прикрой. – Она закатила глаза от того, насколько самоуверенным был этот придурок, кажется, день будет куда сложнее, чем она могла рассчитывать. – Кит – это как та здоровенная рыба? Неплохо тебя родители наебали, чтобы прям ни единого шанса не было, да? – Она выползла в зал вслед за ним, не упустив возможность прихватить его похабно за жопу. Тут еще непонятно, кто текущая сучка, так ему бы поосторожнее со словами.

Стол с подарками молодым был в углу основного зала: на нем высилась гора коробок разного размера, все украшенные бирками с витиеватыми буквами от кого сей презент. Вакуумные массажеры их не интересовали, нужно было что-то интереснее. Лу прихватила одну из коробок у входа и деловито понесла к столу с подарками, чтобы возложить на алтарь зарождающегося семейного счастья. Странно, но она не могла припомнить, это у всех евреев или только у хасидов нужно было обязательно родить дюжину спиногрызов, чтобы стать ближе к богу? Какой-то очень тернистый путь, прямо таким через пизду. Сама она предпочитала быть от бога далеко, но с целой киской, через которую не пролетало ведро, не задевая стенок. Да, позиция не особенно зрелая, но ее, и отступать от нее она не была намерена. – Давай, пока я прикрываю, ищи. – Лу сделала вид, что споткнулась и наступила туфлей на свисающую до пола скатерть, заставляя ее сьехать на пол, утягивая с собой все содержимое стола. Коробки с грохотом посыпались на пол, а она в ужасе запричитала, как ей жаль! Проклятый ранний Паркинсон делает ее такой неуклюжей!
[AVA]https://imgur.com/mTGkYQY.png[/AVA]
[NIC]Laura Martines[/NIC]
[LZ1]ЛАУРА МАРТИНЕС, 24 y.o.
profession: без определенных занятий;[/LZ1]

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » Маза́ль тов!


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно