полезные ссылки
Это было похоже на какой-то ужасный танец, где один единственный неправильный шаг...
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 37°C
jack

[telegram: cavalcanti_sun]
aaron

[telegram: wtf_deer]
billie

[telegram: kellzyaba]
mary

[лс]
tadeusz

[telegram: silt_strider]
amelia

[telegram: potos_flavus]
jaden

[лс]
darcy

[telegram: semilunaris]
andy

[лс]
ronnie

[telegram: mashizinga]
dust

[telegram: auiuiui]
solveig

[telegram: blyacat]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » сдавайся


сдавайся

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

https://i.imgur.com/eldO90j.jpg

[nick]Kane Dimitrescu[/nick][icon]https://i.imgur.com/gOBQuyF.gif[/icon][lz1]КЕЙН ДИМИТРЕСКУ, 43 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> владелец строительной компании<br>[/lz1][status]you are the worst damn nightmare[/status]

+2

2

Самая большая проблема заключается в том, что тайна перестала быть тайной.

Скарлетт, лежа в просторной кровати, праздно просматривает последние новости светской хроники и с ужасом обнаруживает фотографии, демонстрирующие ее грехопадение. На первой картинке она – красивая, изящная, в коротком черном платье, великолепно обрамляющем ее точеную фигурку, и в сияющих бриллиантах – стоит и едва заметно улыбается молодому человеку, глядя на него исподлобья. На второй фотографии она идет по крутой лестнице наверх – и он за ней. На третьей они под пестрые огни праздничных фейерверков возвращаются со второго этажа, и если Скарлетт выглядит так, словно только что сошла с обложки именитого глянцевого журнала, то молодой человек растрепан, его дотоле застегнутая рубашка расстегнута на две верхние пуговицы и изрядно помята. Не нужно быть гением, чтобы сложить дважды два; Скарлетт медленно прикрывает глаза и тяжело вздыхает.

Первая мысль – бежать, бежать прочь из этого города, из этой страны, с этой планеты. Если она не сделает этого, то назавтра будет лежать не в шикарной кровати, а в свежей земле, и ее точеной фигуркой восхитятся разве что голодные черви.

Вторая мысль – позвонить редактору, предложить баснословную взятку и избавиться от провокационных фотографий. От этой идеи Скарлетт, впрочем, мгновенно отказывается, отмахивается, как от назойливой мухи: интернет все помнит. Даже если фотографии пропадут из хроники, они останутся в сети и рано или поздно дойдут до Кейна.

Кейн. Черт побери, он ее просто-напросто убьет, в лепешку сотрет, заживо похоронит. Для такого ревностного собственника, как ее супруг, это станет первой и последней каплей. А если Скарлетт повезет, и Кейн решит отделаться лишь разводом, то она останется без копейки в кармане: Кейн настоял на брачном договоре, и в нем прописаны все последствия измены со стороны жены. Скарлетт лишится прекрасного дома, нескольких шикарных автомобилей, самого зеленого газона во всей округе и коллекции дизайнерской одежды и вернется к нищей жизни, из которой с таким трудом выбиралась, порой идя по головам.

Вдох. Выдох. Главное – спокойствие. Для того, чтобы этого спокойствия достичь, Скарлетт хватает с прикроватной тумбочки вазу с цветами – в ней безмятежно подремывают оранжевые лилии, потому что садовник перепутал расцветки и заказал их вместо излюбленных белых – и запускает прямиком в ближайшую стену. Хрустальная ваза разбивается на множество мелких острых осколков, и Скарлетт думает, что тоже самое произойдет с ее жизнью, когда Кейн вернется домой.

На грохот прибегает Рамона – смуглая мексиканка сорока восьми лет, исполняющая обязанности домработницы. Она замирает на пороге и вскидывает брови, смотрит сперва на Скарлетт, потом на почившую вазу и никак в толк взять не может, что произошло.

— Рамона, — голос у Скарлетт тихий и уставший, такой, словно она всю ночь вагоны разгружала, — приберись здесь.

Скарлетт встает с кровати и первым делом идет в ванную комнату. В прохладном душе она взвешивает все плюсы и минусы и принимает волевое решение: она останется и встретится с супругом лицом к лицу. Больше предательства Кейн не любит только трусость, и у Скарлетт больше шансов остаться в живых, если она не сбежит.         

Но встретит она его во всеоружии.

Целый день Кейн не подает признаков жизни, и это определенно дурной знак: обычно он пишет, звонит или дает о себе знать по видеосвязи. Скарлетт не сомневается в том, что до Кейна дошли не только слухи, но и фотографии, она даже знает, кто приложил к этому руку – Сара, эта рыжая бестия с копной неуправляемых, как и она сама, волос. 

Сара – та самая подружка, которая в глаза улыбается, ластится и говорит комплименты, а за глаза желает самой мучительной смерти. Она, словно коробка дешевых конфет, сделана из красивой картинки, чтобы завлечь потребителя, и из мерзкой, отвратительной, дешевой начинки. Яда в ней больше, чем в королевской кобре, и столько же зависти. Скарлетт Сару не любит, на дух не переносит, но вынуждена контактировать с ней из-за общей компании: их мужья – коллеги по работе, хотя Джордж Эбигейл-младший преуспел в собственном бизнесе намного меньше, чем Кейн; это и стало главным камнем преткновения в дружбе их жен. Сара, привыкшая с детства получать все самое лучшее, не могла простить Скарлетт того, что дом у нее больше, мрамор белее, а лужайка – зеленее.

Сейчас она, наверное, открывает шампанское и празднует свою маленькую подлую победку.

Несмотря на надвигающийся скандал, несмотря на явную дрожь в теле, Скарлетт держится ровно и прямо и занимается обыденными делами. Пробежка – и на ней она, словно по закону подлости, попадает под проливной дождь, йога, стакан свежевыжатого апельсинового сока; медитация, тщательный подбор образа, чашка ароматного зеленого чая и благотворительность.

Заняться благотворительностью посоветовал Отец Кроули, священник местной католической церкви, которую каждое воскресенье посещает чета Димитреску. Скарлетт однажды спросила у него, чем занять себя в смертельной скуке, и получила трехчасовую лекцию о страждущих мира сего. Не то, что бы Скарлетт волновала судьба других людей, нет, но Скарлетт волновал собственный имидж: все-таки, она была не последней фигурой в высшем обществе, ей приходилось поддерживать репутацию всей семьи. А еще она хотела искупить свои мелкие грешки перед Господом Богом, но не настолько сильно, чтобы возиться с больными детьми самой. Раз в неделю Скарлетт, вооружившись корзиной с кексами, отправлялась в одну из больниц Сакраменто и с видом своим самым небезразличным выписывала чек на баснословную сумму. Этого хватало, чтобы по ночам спать спокойно, крепко и без кошмаров.

Сегодня она решает выписать два чека, чтобы задобрить Господа Бога вдвойне.

Рамона, как правило, уходит из дома в шесть вечера, в это время ее рабочий день заканчивается, но сегодня Скарлетт просит ее задержаться под предлогом плохо вымытых полов. Рамона неодобрительно поджимает толстые губы и скрещивает на груди крепкие руки, и Скарлетт вздыхает: ладно, чертовка, за этот день ты получишь двойную оплату.

Полы здесь, конечно, не при чем, с них можно хоть сейчас яблочное желе слизывать; Скарлетт просто-напросто боится остаться наедине с Кейном, особенно, в первые мгновения после его возвращения. Любой гнев стихает со временем. А потом… а потом Скарлетт что-нибудь придумает. Сейчас, конкретно в данный момент, она уповает на то, что фото слишком темные, слишком размытые, и признать в них Скарлетт может только человек, хорошо ее знающий.

Скарлетт сделает ставку на фотошоп. Мало ли у нее врагов? Взять хотя бы Сару.
Признаваться в собственных грехах она, конечно, не собирается, каяться тем более. Ей жизнь дорога. И деньги тоже.

Когда Кейн возвращается, Скарлетт длинно выдыхает через округленные губы. Она встречает мужа лучезарной улыбкой и ничем не выдает того, что ноги у нее подкашиваются, а под ложечкой боязливо сосет. На столе стынет ужин – сегодня Рамона запекла свежайшую форель с овощами. Сама Скарлетт под предлогом жесткой диеты есть не собирается, ей кусок в горло не лезет, и ограничивается излюбленным зеленым чаем – горячим, насыщенным и ароматным.

Скарлетт садится во главе стола, напротив Кейна, и держится прямо. Сегодня она особенно хороша, и воздушное белое платье делает ее похожей на невинного ангела. Бриллианты завораживающе блестят в золотистом свете ламп.

— Как прошла твоя командировка?

[status]моя проблема в том, что ты – ее решение[/status][icon]https://i.imgur.com/JHUyvDW.jpg[/icon][lz1]СКАРЛЕТТ ДИМИТРЕСКУ, 21
profession: светская львица, интриганка, домохозяйка[/lz1][nick]Scarlett Dimitrescu[/nick]

Отредактировано Chester Drake (2022-09-10 18:00:55)

+2

3

Слухи никогда не образовываются одномоментно, - Кейн знает это лучше, чем хотелось бы. Он сталкивается с этим дерьмом ежедневно. И ежедневно от этого дерьма избавляется: затыкает рты, угрожает, подкупает, убирает свидетелей, если ситуация выходит из-под контроля.

Он сталкивается с этим дерьмом ежедневно и уже ничему толком не удивляется. Не удивлялся, если быть точнее, до сегодняшнего дня, потому что сегодня - переломный момент, и очередной слух, подкреплённый неопровержимыми доказательствами, слухом в действительности являться перестаёт, ножом в спину прилетая оттуда, откуда Кейн меньше всего его ждал.

На его столе - остывший кофе, небрежно разбросанные документы и разорванный конверт, десятью минутами ранее принесённый личным секретарём с пометкой «важно»; у него в руках - несколько распечатанных фотографий, на которых изображена супруга. Скарлетт, мать её, Димитреску. В том, что это она, сомнений нет; в том, что она замечена в компании какого-то смазливого пацана - тоже. Кейн чувствует себя последним кретином, которого водят за нос, разыгрывая интрижки едва ли не прямо на глазах, наивно рассчитывая, что всё останется в тайне. Смешно даже, вот только ему совсем не до смеха.

У него кровь клокочет раскалённой лавой, злость отравляет сознание, выжигая все попытки договорить с самим собой о необходимости не делать поспешные выводы, а рука то и дело тянется к правому верхнему ящику письменного стола. Там, если приподнять дно, можно обнаружить пистолет, который конкретно сейчас Кейну очень хочется использовать по назначению.

Взгляд в сотый раз скользит по фотографии. Мужчина плотно сжимает зубы, и желваки под кожей опасно перекатываются, слишком откровенно заявляя о состоянии, ничего хорошего не предвещающем.

- Когда это дерьмо было сделано? - он шумно выдыхает и не без отвращения отбрасывает ненавистные фотографии. Те, зашуршав, разлетаются по столу в хаотичной последовательности, но сохраняя общий сценарий событий, в которых Скарлетт поднимается по лестнице с грёбаным малолеткой, а затем с ним же возвращается, сопровождаемая до автомобиля, куда садится в одиночестве.

- Несколько дней назад, - мгновенно отвечает Ноа, поправив указательным пальцем очки, чуть съехавшие к кончику носа.

- Точнее?

- Во вторник.

Кейн свирепеет на глазах, и одному Богу известно, каким чудесным образом он не срывается с места в ту же секунду. Всё, что есть в нём сейчас - раздражение, разочарование, тупое и безысходное чувство, будто из него делают идиота, вытворяя подобные вещи за спиной. И делает это не кто иной, как Скарлетт.

Он ведь говорил; он ведь не одну сотню раз предупреждал, предостерегал о том, чем всё может закончиться, если в их совместной жизни появится хоть бы мутный намёк на измену. И что по итогу? По итогу то, что он видит перед собой - не мутный намёк, не домыслы какие-то нелепые, а самые настоящие факты. И говорят они сами за себя: тебя крупно наёбывают.

- Уверен, что это не подделка?

- Да. Я всё проверил, ошибки быть не может.

Кейн ударяет кулаком по столу. С противоположной стороны, подпрыгнув, на бок валится органайзер с письменными принадлежностями, - что-то с глухим стуком падает на пол и медленно докатывается до подошвы ботинка.

Ноа, не шелохнувшись, закладывает руки за спину и терпеливо ждёт очередные вопросы или дальнейшие указания. Ноа - двадцативосьмилетний парень, давно привыкший к подобной вспыльчивости, ведь работает бок о бок с Кейном порядка десяти лет. Сын бывшего партнёра, с которым Димитреску долгое время сотрудничал, находясь ещё штатным работником компании. Он и по сей день продолжает поддерживать с ним связь, выезжая за город раз в месяц, чтобы поиграть в гольф, поговорить о делах обыденных и никоим образом работу не затрагивающих. Ноа ходил в подчинении у Кейна с самого начала, был мальчиком на побегушках, выполнял мелкие поручения, а после, заручившись доверием и поддержкой, стал правой рукой, стоило Кейну занять пост генерального директора компании.

- Найди этого сопляка, - грозно вжимает указательный палец в фотографию и несколько раз по ней же стучит, будто одних только слов не достанет, чтобы Ноа всё понял, - отрежь его блядский хер и ему же скорми.

Через минуту в кабинете Кейн остаётся один. Он ещё какое-то время сидит, прокручивая в голове всё произошедшее. А затем покидает офис, не прощается даже с сотрудниками, расступающимися перед ним опасливо и боящимися навлечь на себя гнев. Никто не хочет попасть под горячую руку, но, думается Кейну, лучше бы кто-то ляпнул какую-нибудь неосторожную чушь, позволив выпустить пар прежде, чем он окажется дома.

Но дома он оказывается, пребывая всё в тех же разрозненных и ничего хорошего не предвещающих чувствах. Это опасно. Его злость - опасна, и сгладить все эти острые углы не представляется возможным. Ни сейчас, стоит переступить порог и оказаться за закрытой дверью; ни после, когда за накрытым столом он оказывается один на один со Скарлетт.

Она держится, как и подобает девушкам её уровня - гордо, своевольно, безукоризненно. Кейн смотрит исподлобья и молчит, будто ничего между ними не происходит, словно никакого напряжения, царящего в комнате, не существует. Скарлетт умеет быстро соображать, складно врать и умело делать вид ни в чём не повинной овечки, оказавшейся под влиянием опасного волка. Вот только Кейн знает, кто этим самым волком в действительности является.

- Удачно, - отвечает, скрипнув зубьями вилки о дно тарелки.

- Что нового?

Он, разумеется, догадывается, что Скарлетт сейчас начнёт делиться совершенно обыденными вещами: прошлась по магазинам, потратила баснословную сумму денег на безделушки, захотела поменять автомобиль, купила новый наряд, но к нему обязательно следует приобрести те удивительно привлекательные серьги, - помнишь, я тебе рассказывала?

Кейн держится из последних сил, выслушивая болтовню. Его страшно раздражает эта претенциозность, все эти попытки заговорить зубы и смягчить нарастающий конфликт. Каждое слово Скарлетт - грохот предостерегающего набата, высчитывающий секунды до точки невозврата. Десять. Девять. Восемь.

- Напомни-ка, моя дорогая, вот что... - он откладывает вилку, пальцами разгладив собравшуюся складками сервировочную салфетку; натёртый до идеального блеска нож, между тем, остаётся в его правой руке, поблескивая в свете яркой люстры, нависшей прямиком над серединой стола.

- Условия, - семь, - которые были сотню раз оговорены при заключении брака, - шесть.

Пять. Четыре.

- Какое было главным? - три.

Два. Один.

Все стоп-краны сорваны, злость струится по венам вместе с кровью. Нет, злость струится по венам вместо неё, грозя превратиться в самый настоящий вихрь - бушующий, безудержный, смертоносный как минимум для одного человека, находящегося в этой блядской комнате.

- Ты думала, что я не узнаю? Или ты всерьёз считала, что я закрою на это глаза?! - ноль.

Желваки на лице Кейна ходят ходуном, пальцы сжимают чёртов нож, который уже через мгновение с глухим треском врезается в стол, рассекая тот, подобно куску подтаявшего масла, даже несмотря на закруглённый - совершенно не острый - конец. Сил у мужчины достаёт, чтобы испортить дорогостоящий предмет мебели, - и это даже хорошо, ведь в гневе Кейн может испортить кое-что другое.

Например, симпатичное лицо своей супруги, исказившееся гримасой страха в то же мгновение.

- Ты держишь меня за слепого еблана?!

[nick]Kane Dimitrescu[/nick][status]you are the worst damn nightmare[/status][icon]https://i.imgur.com/gOBQuyF.gif[/icon][lz1]КЕЙН ДИМИТРЕСКУ, 43 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> владелец строительной компании<br>[/lz1]

+2

4

Если до прихода Кейна в груди еще теплилась слабая надежда на то, что он ничего не знает, то сейчас, когда он вступает за порог собственного дома, от нее не остается и следа. Скарлетт слишком хорошо знает супруга – и она видит то, что другим незримо: Кейн хоть и держится спокойно и ровно, рассержен и раздражен, зол и взбешен, доведен до белого каления. Это просто вопрос времени – когда он взорвется, словно бомба замедленного действия. Черт побери, Скарлетт крупно попала. Лучше бы она бежала прочь из этого города, из этой страны, с этой планеты.

Мысли об упущенных возможностях тоскливо скребут под ложечкой. Скарлетт приходится приложить немало усилий, чтобы взять себя в руки и выпрямиться, расправить гордые плечи. Она справится. Она справилась с нищенской жизнью, с чередой материнских любовников, с побегом из дома. Она всегда справлялась с неукротимым нравом Кейна – справится и сейчас. 

Но от былой решимости не остается и следа, когда Кейн откладывает нарочитую вежливость в сторону вслед за вилкой и прекращает ходить вокруг да около. Былое напряжение, царившее за большим обеденным столом, стремительно нагревается, накаляется до предела и неминуемо взрывается; Кейн тоже. Скарлетт крупно вздрагивает, когда нож с угрожающим стуком врезается в столешницу, и машинально жмурится. Все-таки ее супруг страшен в гневе, она всегда об этом знала, и все равно пошла наперекор его единственному условию. Сейчас Скарлетт об этом, конечно, жалеет, но сожалениями прошлого не воротишь, а ошибок не исправишь.

Рамона, растерянно оглядевшись по сторонам, наконец понимает, зачем Скарлетт попросила ее остаться, и плохо вымытые полы здесь определенно не при чем. Сейчас в ней отчаянно борются «надо» и «хочется»: с одной стороны, ей надо остаться, чтобы проследить за жизнью свой молодой красивой работодательницы. С другой стороны, ей ужасно хочется как можно скорее сбежать из этого роскошного филиала ада: Рамона не понаслышке знает, каким неукротимым темпераментом обладает ее работодатель, и попасть под его горячую руку ей вовсе не улыбается. Ей за это не доплачивают.

Ее метания только раздражают Скарлетт, и та едва заметным взмахом руки отпускает ее домой. Рамона еще несколько секунд топчется в дверях, с явным сомнением переступая с ноги на ногу, но перехватывает злой, как сама жизнь, и властный взгляд Кейна – и исчезает также быстро, как сахар в горячем чае, который сейчас пьет Скарлетт.

И они остаются наедине. Напряженная тишина звенит и рассыпается на осколки.

Интуиция ей подсказывает, что «меня подставили» и «это фотошоп» оправдаться не выйдет, Кейн ей просто-напросто не поверит и только сильнее разозлится. Придется сознаваться в собственных грехах и замаливать их. Скарлетт, стараясь держаться прямо и ровно, медленно прикрывает глаза и нервно ведет плечом. Она не любит каяться. Любое раскаяние означает запятнанность, от которой необходимо отмыться, а Скарлетт слишком безупречна для любого вида пятен.

Сейчас, если честно, Скарлетт здорово штормит, она не знает, не догадывается даже, что делать. Наверное, Кейн оценил бы чистосердечное признание и раскаяние, но Скарлетт не может пасть так низко, не того она поля ягода, чтобы молить о пощаде в ногах. Но любой другой вариант грозит ей смертью или, того хуже, разводом. Остаться без Кейна и, что важнее, без его денег, Скарлетт просто-напросто не может. Она не может вернуться в ту грязь, из которой с таким трудом выбралась.

Эти метания здорово нервируют, и Скарлетт против воли ведется на поводу у чувств, хотя изначально планировала прислушиваться к голосу рассудка. Но он слишком тих, едва различим, особенно в те моменты, когда голос Кейна гремит подобно грому.

— Ох, Кейн, — устало вздыхает Скарлетт, словно супруг своей ревностью изрядно ее утомил. Она сидит напротив, во главе стола, и мерно барабанит ухоженными пальцами по деревянной поверхности. Взгляд у нее демонстративно спокойный, хотя ярко-зеленые глаза и блестят в золотистом свете люстр, словно острые лезвия. К собственной еде Скарлетт не притронулась, и только ароматный горячий чай стынет рядом с яблочным штруделем в большой белой тарелке. — Почему ты во всем обвиняешь меня? Ты виноват в том, что оставлял меня одну слишком часто. Напомни, когда ты в последний раз появлялся дома дольше, чем на ночь?

Скарлетт идет ва-банк, точнее, ее ведет интуиция.

— Когда я выходила за тебя замуж, все было другим, ты был другим. Ты проводил со мной много времени, возил на курорты, показывал Европу. А сейчас ты смотришь Европу разве что со своими бесчисленными коллегами. Ты выводишь меня в свет только тогда, когда тебе это надо, на твои встречи с твоими спонсорами, которые, пока ты отвлекаешься на шампанское, хватают меня за задницу. Мне скучно, Кейн, и я скучаю. В первую очередь – по тебе.

Скарлетт медленно ведет языком по губам, устало прикрывает глаза и трет ладонью шею, окольцованную бриллиантовым колье. Его подарил Кейн, хотя еще не знает об этом.

— Я знаю, что мы поженились не по любви. Ты женился на красивой картинке, а я – вышла замуж за твои деньги. И все же со временем я притерлась к тебе, ты оказался лучше, чем я на то рассчитывала. Возможно, я даже в тебя немного влюбилась. А потом ты просто забил на меня, как какую-то невыгодную сделку. Так что удивительного в том, что я тоже забила на твои условия? Это жестоко, Кейн, но это справедливо. И честно.

В коридоре тихо хлопает дверь: Рамона сбежала. Скарлетт продолжает выстукивать какую-то незамысловатую мелодию, машинально барабаня пальцами по деревянной поверхности обеденного стола.

— Ты же умный мальчик, Кейн, ты должен понимать, что какой бы золотой клетки ни была, птичка в ней сдохнет, если не обращать на нее внимания. В твои бесконечные отсутствия я честно пыталась занять себя хоть чем-нибудь, чтобы не умереть от скуки. Я даже пробовала прибираться, ты только представь, насколько все было плохо, раз я взялась за швабру! Но каждый раз я вспоминала наши совместные поездки и в итоге поняла, что дело не в том, чем я занимаюсь, а в том, с кем. От тебя я внимания добиться не могла, поэтому мне пришлось искать его на стороне. И ты не можешь, не имеешь права, в этом меня винить. Ты виноват не меньше.

[nick]Scarlett Dimitrescu[/nick][status]моя проблема в том, что ты – ее решение[/status][icon]https://i.imgur.com/JHUyvDW.jpg[/icon][lz1]СКАРЛЕТТ ДИМИТРЕСКУ, 21
profession: светская львица, интриганка, домохозяйка[/lz1]

Отредактировано Chester Drake (2022-09-17 16:43:18)

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » сдавайся


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно