полезные ссылки
Это было похоже на какой-то ужасный танец, где один единственный неправильный шаг...
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 37°C
jack

[telegram: cavalcanti_sun]
aaron

[telegram: wtf_deer]
billie

[telegram: kellzyaba]
mary

[лс]
tadeusz

[telegram: silt_strider]
amelia

[telegram: potos_flavus]
jaden

[лс]
darcy

[telegram: semilunaris]
andy

[лс]
ronnie

[telegram: mashizinga]
dust

[telegram: auiuiui]
solveig

[telegram: blyacat]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » тайны должны оставаться тайнами. или же.. нет.


тайны должны оставаться тайнами. или же.. нет.

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

https://s1.hostingkartinok.com/uploads/images/2012/05/55ae8c7ac59eb9cf0276b5554f53733f.gif
Порою легче стерпеть обман того, кого любишь, чем услышать от него всю правду.

Код:
[!NIC]Warren Andrews[/NIC][!AVA]https://i.imgur.com/zfQ89Pz.png[/AVA]
[LZ1]УОРРЕН ЭНДРЮС, 23 [sup]y.o.[/sup]
[b]profession:[/b] порноактёр/студент третьего курса медицинского факультета;
[b]sin:[/b] [url=https://sacramentolife.ru/viewtopic.php?id=36004#p3131330]belly.[/url][/LZ1]
Код:
[*NIC]Bellamy Ehlert[*/NIC]
[*AVA]https://i.imgur.com/gwIijzI.png[*/AVA]
[LZ1][size=9]БЕЛЛАМИ ЭЛЕРТ, 25[sup]y.o.[/sup]
[b]profession:[/b] мастер пирсинга и тату;
[b]relations:[/b] [url=https://sacramentolife.ru/profile.php?id=7286]Уорри[/url][/size][/LZ1]

+1

2

Беллами Мертен Элерт не понимал, какого хера ему так хорошо и так сладко жить. На самом деле, после возвращения из Лас-Вегаса, где он со своим парнем провели просто невероятные выходные, прошло достаточно времени, чтобы забыть ту поездку, вернее просто жить дальше, помня о ней, но что-то в том городе окончательно перевернулось в Беллами, изменилось, стало настолько иным, что парень просто не мог понять, как ему жить дальше, что делать и как извернуться, чтобы его существование стало хоть немного более спокойным, ведь сейчас он буквально был наполнен любовью, страстью и кайфом. будто обдолбался знатной наркотой и теперь его не отпускает. Он даже переживал первое время, что и правда подсел на что-то, но эта эйфория не отпускала, поэтому точно не стоило думать, что виной всему наркотики. Впрочем, если мы вносим любовь в список запрещенных препаратов, значит мы спокойно можем говорить о том, что Беллами Элерт под наркотиком. Только вот это был слишком приятный наркотик, от которого не хотелось избавляться. Однако, был и побочный эффект, который его уничтожал и заставлял задерживаться после работы. Мысль о том, что он не рассказал Уоррену правду. Она угнетала, хоть Белл и старался от нее отмахнуться. Он помнил, как общался с Мирандой и она сказала, что каждый может оступиться, каждый может согрешить, и лишь признавая грех мы можем от него избавиться. Беллами это помнил, а еще он помнил, что обещал Уоррену дарить ему лишь счастье. Так как же он подарит ему счастье, если расскажет о том, что натворил месяцы назад? Беллами так боялся, что Уоррен от него уйдет и отвернется, что уже несколько недель накручивал себя и сходил с ума. Уоррен к нему переехал, они жили вместе и их все устраивало. Как же он теперь может расстроить своего парня? И как он ему расскажет? "Эй, Уорр, знаешь, несколько месяцев назад, еще до признания в любви, я так нажрался из-за ревности и боли, что пошел, бахнул наркоты и выебал бабу. Ты эт, извини, я не помню ничего, но мне кажется, я не кончил, так что давай будем считать, что ничего не было, ведь я не получил наслаждения?" Беллами представлял себе этот монолог и ему хотелось себя удушить нахуй, убить сразу, и сейчас, сидя на работе после своего клиента, Беллами бился головой о столик, пытаясь понять, как ему жить дальше, когда у него появилась блядская совесть и когда ему предстоит все же рассказать правду, которая, кстати, ранила хуже ножа. Он ведь обещал не обманывать, клялся, что не причинит боль. Может, стоит оставить все, как есть? Пусть Уоррен не знает. Не было. Все супер. Но совесть, которая появилась из ниоткуда, сейчас причиняла Беллами такую боль, что он понимал - если он правда хочет быть с Уорреном дальше, он обязан, мать вашу, быть с ним искренним и честным. беллами понимал, только вот от этого ему легче не становилось и он старался не свихнуться, когда сжимал челюсть и стонал. Как ему рассказать об этом Уорри после того, как они стали жить вместе, посетили его родителей и признались друг другу в любви? Блять, а ведь дело именно в любви! Если бы Беллами ничего не испытывал к парню, он бы не страдал от мук совести и не пытался бы понять, каким чудесным образом ему сейчас рассказать все Уоррену Эндрюсу спустя несколько недель после Лас-Вегаса и спустя просто дохуя недель после рождества. Чертова жизнь! Чертов долбаеб! Да чтоб у тебя хуй отпал, даун! белл бился головой о стол, когда услышал скрип дверей в студии.

-Элерт? Вот кого я не ожидала тут увидеть после закрытия. Белл хмуро улыбнулся администратору, -ты чего? Сваливал обычно домой первым. Он мотает головой, а Сандра видит, что Белл набил себе красное пятно, которое скоро станет шишкой на лбу, -что-то случилось? Он отрицательно мотает головой, а девушка ставит перед ним бокал и льет алкоголь, -с Уорреном? Снова отрицательно мотает головой. Она училась на психолога, но сейчас он не планировал открывать свои переживания никому. Один стакан виски, Белл отставляет его и запрещает девушке наливать себе еще, -Белл? Она начинала его злить и он снова мотает головой, хмурится и старается не обсуждать с ней ничего. Да какая разница, что его гложет? Что он ей скажет? Правду? Ему это нужно говорить не ей. А тому, кто ждет его дома, приготовив ужин. Беллами представил это и взвыл, как раненый зверь, который не может залечить свои раны. Беллами не говорит, а Сандра в ужасе смотрит на парня, -Белл, у тебя кто-то умер? Элерт начинает ржать, нервно, болезненно и, наконец, его прорывает, хотя он и не хочет, -я умер, ясно? Я натворил хуйни, я обязан ему признаться, но, как только я ему это скажу, он соберет вещи и я снова останусь один. Кто умер? Ублюдок один, который сейчас никак не может найти свою могилу, мучая меня своим сраным прошлым! И никого не обвинить, кроме как самого себя, того, кто сам своими руками убил себя и убьет Уоррена. -Я не могу ему рассказать, Сан, я не могу. Ну как я ему скажу? Он же уйдет, а я не хочу, я не могу, чтобы он ушел, понимаешь? Это речь безумца, который слишком давно крутит это в своей голове. Он закрывает глаза и трет переносицу, вспоминая, как общался с мамой Уоррена, -но она права, он достоин знать правду и лишь ему решать, что со мной и этой правдой делать. Белл встает, -кто прав? Что.. Беллами, ты здоров? Ты пьян? Курил? Элерт нервно смеется и отрицательно мотает головой, давая понять девушке, что с ним все за-е-бись, он просто, блять, сраный ублюдок, который получит свое наказание, которое он заслужил. -Я трезв. Но я умираю, потому что я его предал, понимаешь? Задолго до признания, но какая разница, если я, блять, его предал? Да, мы еще не были прямо вместе, но я это сделал, а сейчас меня это убивает!!! Беллами кричит, его разрывает на части боль, тоска и страх. -ты должен ему рассказать, или это будет терзать тебя, пока ты не свихнешься. Белл, ты.. Он швыряет в стену бокал, но это его не успокаивает, он не хочет слышать свою коллегу и он не хочет ее видеть. Он никого не хочет видеть, особенно свою уродскую морду в зеркале, поэтому и не поднимает взгляда в холле, ведь там зеркало  в полный рост. Как он может смотреть в глаза этому мудаку? Как он может быть тем ублюдком, что разобьет сердце Уоррена? Врать всю жизнь? Не лучший вариант, ведь Уоррен станет замечать ложь и обман. Беллами это понимал, он разрывался на куски и он ненавидел сам себя, когда вставал с места и когда покидал студию, когда пытался скрыться от своей боли, которая преследовала его по пятам снова и снова. Он берет ключи от машины и выходит на улицу, уходит с работы, но..

Этим вечером он так и не признался. Он пришел домой и увидел Уоррена, в домашней одежде, приготовившего ему курицу в меду и Белл не сумел уничтожить тепло Уоррена своим поступком. Он обнял его, прижал к себе как можно крепче и прошептал, -пожалуйста, что бы не случилось, что бы ни было, запомни, я тебя люблю, Уорри, я тебя так, блять, люблю, - на его глазах выступили слезы в тот вечер, он их быстро вытер и провел время, поедая курицу, а после играя с любимым в настолки и потягивая виски. Он так боялся правды, что оттягивал этот вечер, как только мог. Но он обязан был наступить, верно? Беллами не мог больше врать, он пришел домой раньше Уоррена и приготовил ужин. Конечно, этот ужин не шел ни в какое сравнение с тем, что делал Уоррен, но Белл постарался, и, когда его парень вернулся с университета, его ждал жаренный картофель и отбивные. Соли было мало, но было съедобно. Парни поужинали и смотрели фильм по телеку, Беллами перебирал пряди волос Уоррена, вдыхая аромат его шампуня и боясь представить, что будет, если Уоррен уйдет. Но молчать так долго было попросту нельзя, Уорр однажды заметит волнение Элерта и задаст вопрос, застанет парня врасплох и Белл признается не так, как хотел. Белл прикрывает глаза и по его телу проходят мурашки отчаяния и страха. Он настолько напуган, что сложно не обратить на это внимание, его голос дрожит, когда он шепчет имя своего любимого, которого так боялся потерять, -Уоррен?.. Он словно надеется, что его парень заснул после еды и фильма, но.. Нет. Кажется, время пришло?

Беллами сползает с дивана на пол и садится у ног Уоррена, как жалкая собака. Макс давно уснул и не лезет, а Беллами ощущает себя именно шавкой. которой место на полу. Он смотрит на пол, мягко поглаживает ноги Уоррена, который точно не понимает, что же происходит. Беллами хмурит свои брови, ему так стремно, как никогда раньше. Блять, да признаться, что у него заболевания, передающиеся половым путём было бы легче, чем в том, что он сделал. Но Беллами поднимает взгляд на своего парня и грустно смотрит в его глаза, -ты же знаешь, что я люблю тебя, Уоррен? Ты же веришь мне? Он начинает настолько издалека, потому что искренне боится говорить в лоб. Как ему сказать? "Уоррен, прости, я трахал бабу, но это было до любви к тебе, это была глупость, какой фильм включим следующим?" Супер вариант, ничего не скажешь. Белл хмурится, мотает головой, -просто ответь, ладно? Не спрашивай, какого черта я задаю эти вопросы, просто.. Я задаю. Как объяснить это? Необходимость услышать, что Уорр знает, Белл сейчас (да и последние месяцы) его любит и все, что было до любви - не считается? Беллами мотает головой, целует колени Уоррена, мягко поглаживая его стопы. Он с такой грустью смотрит на ноги своего любимого парня, что, кажется, и правда сейчас не отказался бы умереть. Эй, Бог, кидай комету, Беллами только что в тебя поверил окончательно и очень хочет сдохнуть до того, как признается своему парню в грехе, который не замолить, от которого не очиститься, который не покинет его. Верней, покинет, если Уоррен его простит. Если поверит, что Беллу плохо, что он не хочет этим портить их любовь. Будет ли Уоррен доверять ему дальше? Элерт не знал, но его буквально трясло, словно у него была ужасная температура, когда он готовился рассказать правду. исповедаться, да, так говорят? Это исповедание Беллами Элерта перед Уорреном Эндрюсом, который может не простить его, убить его, лишить своей любви и уйти, забрав с собой сердце немца.

Пожалуйста, только поверь мне, я люблю тебя и я так перед тобой виноват... -Уорри...

[NIC]Bellamy Ehlert[/NIC]
[AVA]https://i.imgur.com/gwIijzI.png[/AVA]
[LZ1]БЕЛЛАМИ ЭЛЕРТ, 25y.o.
profession: мастер пирсинга и тату;
relations: Уорри
[/LZ1]

0

3

  в последние пару неделю, уоррен переживал не самые радужные дни. конечно, беллами, наверняка. мог бы с этим не согласится, но эндрюс понимал, что с его головой и телом творится что-то неладное. в его голову всё больше поступает тревожных мыслей, особенно с тех пор, как благоговейный отпуск всё же закончился, они отдохнули, и теперь приходится кидаться с головой в поиск работы, ведь, как помнится, уоррен решил порвать с постыдным прошлым и навсегда от него открестится, особо любопытным утверждая о том. что никогда бы в подобной грязи не снимался и, судя по всему, человек на видел просто очень похож на него, поэтому, если они хотят, могут передёрнуть на него с мыслями об уоррене, если это их так сильно заботит.

белл всё чаще приходил домой пьяным, почти совсем глубокой ночью. от него разило так, что уоррен ненароком просыпался от зловония, но не причитал и не устраивал скандалы - а какой смысл? ведь сейчас элерт был всё равно в неадеквате. он мог лишь обнимать уоррена, говорить, как сильно он его любит и.. плакать? уоррен надеялся. что ему это всё просто кажется, как в очередной слуховой галлюцинации. с утра, конечно, белл всё отрицал, от того уоррен перестал обращать на его выходки внимания - всё равно не сможет запретить ему пить. у уоррена были дела серьёзней нарастающего алкоголизма. его собственное состояние вызывало в нём лишь желание самовыпилиться, но постоянная забота о матери вынуждает искать новую работу. он каждый день сидел за ноутбуком, открытые вкладки не предлагали ничего хорошего. официант, бармен, танцор в ночном клубе. всё это не принесло бы и половину нужных сумм, которые могут понадобиться, неужели придётся забросить учёбу, которая приносила ему единственное в жизни удовольствие?

его рвало от мысли, что куча мужчин брало его тело. громко, обильно, выворачивая желудок наружу. каждый день. эти навязчивые мысли не давали заснуть, не давали расслабиться. они только мучили, нанося упреждающие удары, когда уоррен хотел просто расслабиться и заняться чем-то полезным для себя и своего здоровья. в итоге, уоррен похудел на пять килограммов, потому что любая еда, которая попадала в его рот, отказывалась задерживаться в его теле. и без того бледный уоррен совсем стал похож внешне на ходячий труп. он не хотел обсуждать это с беллам, который, обязательно, по какой-то причине придёт подшофе. они старались проводить время вместе, уоррен старался улыбаться, но с каждым разом эта улыбка становилась всё более фальшивой, лишь бы беллами не догадался как внутри у уоррена копаются трупные черви.

он нашёл врача, да. нашёл. даже позвонил ему и записался на сеанс в следующую пятницу. но до этой пятницы уоррену ещё нужно было дожить. в тот день они смотрели какой-то фильм. на котором уоррен даже не может фокусировать своё внимание. перед его глазами были только мельтешащие картинки без звука, без эмоций и без смысловой нагрузки. уорра мягко утягивало в состояние овоща. он не понимал, ни что происходит с его жизнью, ни с жизнью беллами, который стал вести себя так же странно, как и он сам. его голос и настроения казались упадническими, будто-то беллами совершил что-то очень  и очень плохое, -  что за странные вопросы, элерт? - и правда. они словно были совсем не в тему. и уоррена это начало напрягаться ещё больше. когда белл повторил свои слова и попросил не задавать вопросов. уоррен взглянул на него и поджал губы, явно начиная нервничать, - так, мне это не нравится и я начинаю нервничать. поэтому давай опустим всё, откуда ты решил начать и говори прямо. что ты сделал? - ведь иначе к чему были такие вопросы? - ты уже пару недель ходишь как призрак. что с тобой происходит? я обещаю, что скандала не учиню, если ты расскажешь всё сам и мне не придётся узнавать что-то ужасное от кого-то ещё.

[NIC]Warren Andrews[/NIC][AVA]https://i.imgur.com/zfQ89Pz.png[/AVA]
[LZ1]УОРРЕН ЭНДРЮС, 23 y.o.
profession: порноактёр/студент третьего курса медицинского факультета;
sin: belly.[/LZ1]

+1

4

Иногда правда — это всё, что у нас есть. Правда - это настолько ужасное оружие, что любому адекватному человеку она кажется страшной, коварной, сердитой леди, которая не позволяет никаких отклонений. Знаете, если представлять правду каким-то цветом, Беллами Элерт бы сказал, что она красная. Яркая, четкая, ограниченная черной канвой слов и поступков. Она режет больнее ножа, но она же и согревает лучше любой печи. Правда Беллами была простой и ужасной - она согревала, ведь его любовь к Уоррену Эндрюсу - это правда. Она убивала, вскрывала его сердце изнутри и могла причинить боль Уорру, ведь Беллами и правда ему.. Изменил? Можно ли считать тот поступок изменой? Они еще не были официально парой, они были недовместе, но они же.. Встречаться пытались? Насколько легче было бы, если бы Беллами рассказал правду своему любимому сразу! Сказал бы, что он конченный ублюдок еще тогда. Но.. Где гарантия, что тогда сейчас они дошли бы до того, что получили? Отпуск в доме Уоррена, знакомство с его родителями, принятие его матерью, жизнь вместе. Любовь, которая греет и дарит силы. Было бы тогда у них хоть что-то из этого, если бы Беллами рассказал всю правду? Его мысли шептали "нет, ты не мог сказать", а сердце вторило "было бы, а ты, дебил, умолчал, лишился любви, и теперь лишь плачущее небо под ногами у тебя, а над головой грозы, и молния бьет снова и снова в цель - в твое сердце. Ты дурак, идиот, ты мог сейчас быть спокойным, ты бы добился его, но.." Беллами скулил от того, как много мыслей билось в его голове. Он не мог понять, где же их начало, когда они начали вертеться в его сознании, когда начался поток его терзаний. Беллами осознавал, что это стало невыносимым после Лас-Вегаса, будто там случилось что-то слишком важное, будто там произошло то, что изменило его взгляд, изменило его жизнь. Беллами не помнил что, но ощущал это. Ведь как иначе объяснить, какого хрена его стала терзать правда, которая могла бы быть похоронена под любовью, лаской и нежностью? Она его терзала, мучала, не отпускала, Белл уже начал видеть кошмары, в которых он признается любимому и теряет его, остается один посреди пустыни боли. Он кричит, молит мир позволить ему заслужить прощения, но мир не слышит. И, что еще страшнее, его не слышит Уоррен Эндрюс, святой мальчик, который отказался от работы, лишь бы быть со своим парнем. Беллами понимал, чем жертвовал Уоррен, и, на самом деле его буквально разрывало на части от мысли, что он его обманывал, что он не рассказал Уоррену сразу всю правду. Как было бы легче, если бы он не был таким ублюдком! Если бы не струсил тогда! Признался бы, а после разбился бы в лепешку и добился бы любимого парня. Но нет, струсил, смолчал, и в итоге сейчас ощущал, как эта правда превращает его в жалкое подобие уверенного в себе, сильного мужчины, который обещал Уорру, что вытянет любую проблему. Ха, любую, он не может вытянуть сейчас проблему, которая называется "старая ложь". конечно, можно забить на нее, прикрыть зеленым покрывалом и не открывать больше никогда сундук с этой истиной, но Белл ощущал, что не может так поступить, не может скрывать правду больше. Уоррен заслужил правду, и лишь ему решать, что сделать с Беллами после того, как тот откроет ему этот ебаный кошмар.

Я так хочу, чтобы лето не кончалось, ведь в моей душе оно цветет, когда ты рядом. Но стоит мне открыть тебе правду и мой мир  покроется снегом, грязным, отвратительным, ледяным. Я боюсь, Уоррен. Он смотрит в глаза любимого и не может признаться, не может сейчас рассказать ему правду, которая, возможно, разрушит их счастье, разрушит жизнь Уоррена и разрушит ту любовь, что они создали, буквально проходя через тернии. Его сердце наполнялось болью, а Беллами с каждым днем, прожитым в осознании своего поступка, грустил все больше, превращался в какое-то бесполезное создание. Выпитый виски, мохито, водка и прочие горючие вещества не помогали ему справится с самим собой, и он понимал, что алкоголем он не исправит то, что чувствует. Поэтому последние пару дней он не пил, ведь бокал виски в день не считается за алкоголизм, верно? Беллами правда отдыхал в Лас-Вегасе, в этом мире разврата, который с Уорреном превратился в сраный рай в реальности, он наслаждался, когда прогуливался ночью с любимым, когда его отдых наполнялся приятными ароматами в спа, но сейчас его мир шептал, что он обязан стать честным. Господи, Белл и честный, Белл и умирающий от совести. Если бы ему сказали об этом пару лет назад, он покрутил бы пальцем у виска и отправил идиота, это выдавшего, лечить башку. Но нет, посмотрите, его убивает совесть и страх перед правдой. Страх, что Уоррен его бросит, что он уйдет, стоит Беллами рассказать правду. Правду, которая была давно, которая сейчас не влияет на их отношения, но это сраная правда, которая не отпускает, которая выворачивает душу наизнанку и делает тебя совершенно иным человеком. Мог ли Беллами подумать, что правда будет так нервничать из-за секса? Черт, да он не помнит даже ничерта, а значит, это был не лучший секс в его жизни, определенно не лучший. Блять, да когда его отпустит?

Его сердце знало ответ. Отпустит, когда он расскажет правду. Сука! Блять!

В первый день, когда Беллами пришел домой пьяным, он не помнил себя. Он пил после работы, отправился в один бар, где его не спрашивали ни о чем, где бармен был его другом, и наливал молча, прекрасно видя, что Элерт не готов к беседам, не желает общения. Белл помнит, как в тот день к нему подошла симпатичная девочка - грудь четвертого размера (ладно, на самом деле хуй знает какого, Беллами не оценивал, он вообще на нее не смотрел. Не потому что это "неправильно", но потому что он давно не видел никого, кроме Уоррена). Он помнит, что эта девочка что-то ему говорила, кажется, все было по стандартной схеме предложения секса, но Беллами послал ее нахуй и заказал себе очередной бокал виски. Его друг, прекрасно видящий, в каком состоянии немец, предложил парню остановиться, только Беллами не собирался тормозить, он думал, что алкоголь заглушит его волнения, что пара дней беспробудного пьянства и он соберется, сможет сдержаться, переживет это глупое (ладно, неглупое) желание рассказать правду. Он думал, что алкоголь решит его проблему, но так ведь не бывает. Первый день, когда он напился просто в дрова, он помнил все, словно оставался трезвым. Помнит, как вышел из бара и сел за руль. Помнит,как добрался до дома, как обнял спящего (или не спящего?) Уоррена и как его глаза предательски намокли. Он не мог так дальше жить, но старался, пытался, он так боялся своей правды, что пытался загасить ее алкоголем, сигаретами и работой. На четвертые сутки собственной агонии, Беллами не пошел пить, отправился на гонки. Да, он обещал Уоррену не посещать гонки, не гонять ночами на своем мустанге, но сделал это по двум причинам - это были легкие деньги, а адреналин в крови помогал ему выбить мысли, которые его рвали на части, уничтожали и делали не похожим на самого себя. Адреналин в крови пробудил того Беллами Элерта, который хуй клал на все проблемы, который не волновался о том, что проживает, который наслаждался каждым мигом и который получал желаемое просто по щелчку пальцев. Адреналин пробудил парня, который получает победу и не жалеет о том, что сжег резину. Он выиграл и теперь на его счете в банке лежали три тысячи долларов, которые он отправит матери Уоррена, как только они ей понадобятся. Он не сказал Уоррену о том, что был на гонках, вернулся почти трезвым, и от него разило жженой резиной. Наверное, Уорр все понял, но Беллами не спрашивал. Просто помылся и упал в постель к своему парню, прижимая его к себе и ощущая, как уходит адреналин и возвращается страх потери. Как уходит уверенность и возвращается давление правды. Беллами крепко обнимает Уоррена, будто волнуется, что это сон. Он вот сейчас проснется, откроет глаза и поймет, что, на самом деле, он тогда сказал Уорру все и не смог его вернуть. Что он один в пустой квартире, и лишь скулеж Макса будет наполнять каждый его ебаный день. Беллами никогда и ничего так не боялся, как возможности потерять своего парня, как шанса остаться одному в этом мире. Он не может потерять Уорра, он слишком сильно его любит. Но именно любовь толкает его рассказать правду.

Четыре дня назад Беллами сидел в студии и, получив пару свободных часов между клиентами, он рисовал, используя пастель. Не самый любимый материал Беллами Элерта, но в студии он не нашел ничего другого, поэтому, уперевшись ногами в стену, сидя на кресле, Беллами рисовал, не останавливаясь. Раньше рисунки приносили ему спокойствие и позволяли подумать о чем-то своем, пережить свои мысли, пронести свои волнения через собственное "я" и смириться с тем, что происходит. Сейчас же, рисуя розы, рядом с которыми Уоррен впервые поцеловал его сам, Беллами ощущал, как его сердце наполняется теплом и любовью от воспоминания, он прикрывает глаза и вспоминает, как замер, не ожидая того поцелуя, как эта нежность разливалась по его телу, как сладкий вкус губ Уоррена приносил ему новые, ранее неиспытанные чувства, как его сердце впервые дрогнуло, ощущая любовь, ощущая, как оно, ранее холодное, пустое и безжизненное, наполняется любовью, нежностью, страстью. Белл помнит. как с трудом сдержался, чтобы не стиснуть Уоррена в своих руках, желая жадно его поцеловать, прижать к себе и утонуть в омуте любви, о которой раньше он и мечтать не мог. Он не думал, что сможет хоть однажды не то что ощутить, но прикоснуться к ощущению любви по венам, тепла в каждой клеточке. Беллами ведь привык слушать от отца, что он недостоин любви, что он недостоин чувств, разве что ненависти окружающих. Он слышал это от отца так часто и сейчас его слова снова всплывали, перекрывая теплое воспоминание. Ведь что ощутит Уоррен, услышав от своего парня, что тот ему изменил? Возненавидит Беллами, сравняет его с пустотой, вычеркнет из своей жизни, забудет, отвергнет. Беллами так этого боялся, что сжал в руках пастель, которая треснула и сломалась на несколько частей. -Белл?  Мертен открыл глаза и посмотрел на своего коллегу, который протянул ему список для заказа, -а, да, хорошо. Он кивнул. Сейчас он работал не только как мастер татуировки, но и менеджером в салоне. Он погружается в работу, но, сперва, он заканчивает свой рисунок. Розы в зеленом цвете листьев, они прекрасны. Также прекрасны, как и Уоррен. Беллами с горькой улыбкой смотрит на свою работу - лист из альбома для эскизов. Белл сложил его в папку и решил, что отдаст Уоррену сразу. Он и отдал, как только пришел домой. Трезвый, совершенно трезвый. В тот вечер он обнял Уоррена, который готовил ужин на кухне, отдал ему свой рисунок и мягко поцеловал в шею, словно извиняясь за свой алкоготрип. Он мягко целовал плечи своего парня и шептал, что он его любит, что он не представляет себе жизни, если его лишат Уоррена и его любви. Это была правда, которую не спрятать и не скрыть, это была истина, которую Беллами шептал своему парню, когда отрывал от готовки, подхватывал на руки и мягко целовал, усаживаясь за кухонным столом. Он был столь нежным в тот вечер, что речь о сексе даже не заходила, на самом деле. Они просто нежились в объятиях друг друга. Наверное, это вечер снова подтолкнул его к простой мысли - он обязан, блять, сказать правду, он обязан рассказать Уоррену то, что он сделал, он обязан быть до конца честным со своим парнем, даже если это его уничтожит самого. Белл обязан быть честным, как бы тяжело ему не было, он должен открыть рот и сказать, что он натворил. Да, он сделал это до "жили_долго_счастливо_вместе", но он это сделал. После он, конечно, признался в любви, принял религию любимого и, в целом, очень много изменил в своей жизни, но тот факт, что он согрешил (хотя, он это рассматривал не как грех, а как проступок, за который его могут лишить и любви, и счастья, и чего еще. Хотя, сейчас о лишении члена он не волновался в принципе, его тело давно стало не главным у руля.) просто убивал Беллами. Он смотрел в потолок и пытался понять, как же ему разрулить то, что случилось, как выйти из того. во что он влип, как исправить ситуацию, как найти выход иной, кроме как получить по морде и остаться без любви? Белл хотел найти выход, но сначала нужно было признаться. Эта мысль не отпускает и он, наконец, решается объясниться. Пусть Уоррен станет ему палачом, пусть станет судьей и карает его по закону, пусть оставит одного на время, лишь бы не ушел навсегда. Лишь бы дал ему шанс, лишь бы не оставил Беллами.

И сейчас, когда Беллами начинает издалека, он видит, как волнуется и начинает нервничать его парень. Возможно, Уоррен думает, что Белл не заметил его внешнего вида. Не заметил, что Уорр похудел и выглядит так устало, будто тянул на своих плечах груз всего сраного мира. Беллами знал, почему он так выглядит и нервничает, он слышит разговор Уоррена с мамой, он знает, как того кроет волнением, а еще он понимает, что может помочь. И решает, что, пожалуй, можно подготовить Уорри к правде, чтобы тот не собрал вещи в этот же вечер. Элерт облизывает свои губы, когда слышит просьбу Уоррена не тянуть резину, сказать что он натворил. Беллами слышит, что Уоррен обещает не начинать скандал, но, будем честны, Беллами не боится скандала, он боится тишины. Боится, что Уоррен просто умолкнет, встанет со своего места и покинет жизнь Беллами, лишь прошептав, что простить измену и предательство он не может. Белл знает. он будет биться в закрытую дверь, даже если Уоррен повесит сотню замков, но сейчас он понимает, что не сможет просто взять и пережить тот кошмар, что произойдет, когда он признается Уоррену Эндрюсу. Белл совершил то, за что сам себя прощать не хочет, но он так желает прощения Уоррена, что сейчас смотрит на любимого с переживанием, грустью, страхом и трепетом. Он судья, он вершитель, который может сделать с жизнью Беллами то, что посчитает нужным. Белл это знает, когда мягко сжимает руки Уоррена в своих ладонях и оглаживает нежную кожу, мягко касается его ладоней, нервно прикусывает нижнюю губу и мягко целует его запястья, смотря в его глаза, -боюсь, ни от кого, кроме меня, ты ничего узнать и не сможешь, - он забывает о том, что отец Уоррена знает правду. Он забывает о том, что этот крест несет не только он. Только Джон Эндрюс не знает, что та история касается его сына. Он не знает, что Белл предал его ребенка. Белл тяжело вздыхает и трется щекой о руки Уоррена, -я заработал денег, на гонках. Белл начинает с меньшего, но знает, Уоррен и за это будет недоволен, будет зол, будет в ярости и панике, ведь он против гонок. Но, Беллами кажется, что начни он с этого и сможет представить свой проступок так, что Уорр не станет его бросать, -только не злись, хорошо? Я вижу, как ты ищешь работу и как тебя это терзает. Гонки - простой выход, я выиграл три тысячи, это поможет твоей маме, - он знает, Уоррен сейчас начнет кричать и запрещать Беллу помогать себе, -пожалуйста, не говори, что не примешь деньги, мы живем вместе, мы почти женаты, так что давай будем все проходить вместе, хорошо? Не будем делиться, расставаться, мы любим друг друга, я тебя люблю, Уоррен, я не могу просто стоять в стороне, я.. Белл жмурится. Как сейчас ему перейти к самому ужасному? Сказать "и я изменил тебе, прости"? Беллами выдыхает, открывая свои голубые, полные грусти глаза, которые наполняются слезами ужаса и боли, когда он касается рукой щеки Уоррена, -я люблю тебя, Уоррен. Ты знаешь?.. Как же ему страшно и больно. Как он посмел так поступить? Ублюдок.

[NIC]Bellamy Ehlert[/NIC]
[AVA]https://i.imgur.com/gwIijzI.png[/AVA]
[LZ1]БЕЛЛАМИ ЭЛЕРТ, 25y.o.
profession: мастер пирсинга и тату;
relations: Уорри
[/LZ1]

+1

5

усталость во всём теле убивала. беллами вёл себя странно, что, на самом деле, куда больше заставляло уоррена эндрюса нервничать, чем то, что в целом происходило с его организмом. почему он так себя ведёт в последнее время? словно его гложет что-то, чего он не может сказать по какой-то причине. но, с другой стороны, разве между ними есть вообще какие-то секреты? все свои уоррен уже давно ему рассказал и был чист, как первый снег. неужели элерту правда есть чего скрывать? не просто так он напивался, приходил домой весь поникший и лез к уоррена, то ластится, но признаваться в любви, без повода, как ребёнок. который нашкодил. какое-то время уорр не предавал этому никакого значения. но чем чаще белл начинал так поступать, тем сильней у уоррена возникало внутреннее чувство, что за всем этим стоит что-то плохое и куда менее радужное. чем просто признания в любви. он выглядел таким потерянным и таким нерешительным, словно от того, что он может сказать уоррену, зависела вся его жизнь. уоррен не допытывал, он всегда говорил о том, что человек может сам обо всём сказать, когда решит, когда наступит время сказать. и, кажется, время раскрыть правду наступило. или всё таки нет?

- ну так говори тогда, - устало проговорил уоррен, глаза его слипались и он весь обзевался, - лучше облегчить душу. чем идти с грузом и страдать от этого, - но то, что рассказывает ему беллами не сходится в его голове с подобным поведением элерта. не мог же он так загнаться из-за каких-то гонок, о которых уоррен и так в курсе - когда беллами посещает подобные мероприятия. от него всегда исходит стойкий и тошнотворный запах бензина и жженой резины, причём начиная от кончиков его волос, заканчивая носками, в которых он гонял. поэтому, когда в очередной он вернулся с гонок, уоррен был в курсе, но претензии он не предъявлял. нет было сил ни ссорится, ни разговаривать по душам. раз уж беллами не послушал просьб уоррена, значит они для него не так сильно и важны, а принуждать и приказывать ему уорр не собирался. кто он, собственно, ему, чтобы что-то запрещать? пусть осадок и остался, но уже было  ничего не вернуть, всё уже было сделано, именно поэтому сейчас уоррен поджал губы и просто медленно закивал, подтверждая слова мертена, - будто я не в курсе, когда ты гоняешь, а когда нет. ну, если ты уже это сделал, то значит, тогда моя просьба и мой возможный гнев тебя мало заботил, поэтому, какой смысл сейчас просить меня не злится? я уже своё позлил, втихую, когда чувствовал запах бензина, от которого меня выворачивает, так что будь спокоен, - безучастно проговорил уоррен, пялясь в телевизор, как зомби. ему было морально трудно разговаривать, поэтому он предпочитал просто закрыть данную тему, ведь мусолить её не было уже никакого смысла, - мы не женаты и не будем женаты. я уже говорил тебе, мне семья не нужна. да и какой из меня муж? выйду на работу, когда отучусь, и буду весь день пропадать в больнице, ловить нервные срывы и заседать в ночных дежурствах. это не похоже на примерного семьянина. да и ты, вроде, не горел желанием быть окольцованным, - уоррен пожал плечами и призадумался, покачав головой, - однако, сдаётся мне, ты не из-за гонок такой растерянный. ты бы не стал по такой ерунде так нервничать и волноваться, сам же часто говорил, что для тебя это сущая ерунда, - эндрюс склонился к беллами и посмотрел ему в глаза, -  так ты откроешь мне свою тайну? или мне продолжать гадать что же с тобой происходит? - спросил он повернув голову на бок, - из тебя словно всю душу выкачали. лучше скажи, даже если страшно. не зря же ты сейчас заходил издалека и подготавливал мне почву? - уоррен слышит, как на столе вибрирует его телефон, долго и не прерываясь. он чертыхнулся, - кто может звонить в такой час, чёрт возьми.. - выстрадал он и лениво хмыкнул, - пофиг, мне лень подниматься, - телефон успокоился и прервал свою трель, а парень уставился на беллами, - ну так.. будешь играть в молчанку? или расскажешь что произошло? - кудрявый скрестил руки на груди, - давай. ты же уже начал издалека.

[NIC]Warren Andrews[/NIC][AVA]https://i.imgur.com/zfQ89Pz.png[/AVA]
[LZ1]УОРРЕН ЭНДРЮС, 23 y.o.
profession: порноактёр/студент третьего курса медицинского факультета;
sin: belly.[/LZ1]

+1

6

Тя_же_ло. Ему, блять, тяжело, сложно, он ломается, он буквально ломается изнутри, на маленькие кусочки разлетается, превращается в ничто, теряется в потоке мыслей, боли, страхов. Беллами Элерт никогда таким не был, никогда не был трусом, не был тем, кто опасался бы последствий своих поступков, переживал бы о том, что его ждет и что будет за его измены. Ему было, давайте говорить откровенно, плевать, считается ли его безудержный и беспорядочный секс грехом. Это было лето его жизни, как он наивно полагал, и он хотел, чтобы лето не кончалось. Однако, пришел Уоррен и Белл осознал, что все яркие краски его жизни были лишь маской грязной осени, в которой не было оранжевого цвета. И, лишь коснувшись души святого мальчика, он понял, что такое, когда делаешь шаг - за тобою весна, когда тот яркий, зеленый цвет вокруг и правда настоящий. Беллами ощутил, что та жизнь, которой он наслаждался до появления Уоррена Эндрюса в его жизни, была откровенной огромной ложью и фальшью. Он осознал, что его жизнь была сраным обманом, который он воспринимал, как что-то настоящее. Чушь! Разве это может быть более настоящим, нежели все эмоции, что он испытал, когда влюбился? Беллами вспоминает, как валялся в снегу с любимым парнем, как они лепили снеговика. Он помнит, как купался с ним в водоеме недалеко от Сакраменто, пока рядом по листикам деревьев, растущих по разные стороны от озера, ползали божьи коровки и другие обитатели лесных прерий. И, черт возьми, все это куда ярче, чем любой алкотрип или секс, который был у Беллами до момента, когда он увидел Уоррена Джона Эндрюса в свете, который не сравнивать с ангельским блядским сиянием, знаете ли. Он помнит, как они целовались в рождество, как снег осыпал их головы, пока они гуляли по родным Уоррену краям, и Белл наслаждался этим. Черт, это было куда более важным и ярким, чем вся его жизнь. Его мир изменился, когда он повстречал Уоррена и он так боялся сейчас его потерять, черт побери! Так боялся услышать, что перегнул и теперь, несмотря ни на что, Уоррен уйдет, собрав вещи и закрыв дверь. Пожалуй, это стало бы концом жизни Белла, ведь, как бы пафосно это не звучало, он не представлял себе жизни без этого святого мальчика. Он влюбился, полюбил и отдал ему куда больше, чем член для секса. Белл ему душу отдал и так боялся потерять того, чью душу и сам нежно лелеял в своих руках.

Облегчить душу? Можно ли считать, что этот поступок, рассказ о том, что Беллами совершил, станет облегчением его души? Знаете. когда он исповедовался перед принятием веры, ему казалось, что он оставил это там, позади, в церквушке, что он не вернется к этой мысли, что он сможет жить дальше, даже если будет тяжело, даже если это будет его терзать. Беллами думал, что это остается там, и что? Правильно, он влип, он не отпускал эту ситуацию уже несколько недель и это его убивало. Он вздохнул, снова. Сотый или миллионный раз за последние дни. Он мотает головой. Как ему признаться, как открыть душу, как выдать своему парню, что он, блять, ему изменил? Ой да, сейчас можно говорить о том, что это было до того, как они стали полноценной парой, до того, как Беллами признался в любви. до того, как он поговорил с мамой Уоррена и получил чуть ли не благословение своих чувств. Много всего можно говорить, конечно, но это не исправит ничего, не изменит простого факта. Беллами Элерт, ублюдок в сотом поколении, изменил Уорру, потому что.. Потому что он ублюдок. Нет иного пояснения, оправдания. Даже то, что он сделал это, ведомый откровенной болью и страданием, никак не оправдывает того, что он сделал. Никак не оправдывает Беллами, который предал, по сути, доверие своего парня. Предал доверие, которое не имел право предавать. Он мог предать отца, мать, да хоть весь сраный мир, но предать Уоррена?! Как он, блять, посмел?! Беллами тяжело вздыхает, понимая, что ему нет вариантов смолчать или соврать. Он уже дошел до той грани, когда ты не в состоянии скрывать свое состояние и то, что именно тебя привело к этому состоянию, когда ты не в состоянии врать больше, когда ты сгораешь от боли и не можешь больше скрывать то, что натворил. Да, Беллами понимает, что ждет его, когда он откроет правду, но, разве, он не должен говорить правду? Я тебя люблю, пожалуйста, услышь, не уходи, пойми.. Он грустно смотрит на своего парня, мотает головой и пытается собраться с силам, прежде чем раскрыть ему тайну, которая должна была умереть вместе с немцем, но живет также, как живет и он. Беллами не может больше врать, обманывать или юлить, он не может больше ерничать или уходить от разговора. Да, прикрыться гонками - неплохой вариант, только он не срабатывает, да и не должен был, -меня заботила помощь твоей маме, а не гнев, который ты мог на меня обрушить, - да, откровенно и честно. Он делал это ради одной женщины, а не по своей блажи или желанию. Он сделал это, потому что он мог тем самым помочь Миранде, дать ей шанс жить чуть дольше. Он не мог не пойти, когда на весах гнев Уорра и жизнь его мамы, Белл не станет волноваться о гневе своего любимого. Это правильно, мать вашу, кто бы и что бы не говорил.

Уоррен так близко. Можно его притянуть к себе. Обнять, поцеловать и заставить забыть все то, что сейчас нес Беллами. Да, потом Уоррен вспомнит и спросит, но сейчас его можно было отвлечь чем-то куда более приятным, чем разговор о проступках. Но Элерт сдерживается, он хмурит брови и кивает Уорру, когда тот настаивает на том, чтобы его парень открыл свои тайны. Беллами с грустью смотрит на своего парня, прежде чем открыть ему то, что он натворил. Беллами слышит, как вибрирует телефон, но не спешит протянуть его Уорру. Да. это снова шанс уйти от темы, но Беллами не ведет себя, как трус. Больше нет. Он мягко подается вперед и нежно, будто в последний раз, целует Уоррена. Его губы дрожат, когда он углубляет поцелуй, когда начинает целовать дольше, но не напирает, он нежен и поцелуй, словно бутон розы, распускается и наполняется его любовью. Но этот поцелуй, в отличие от любви Элерта, прерывается. Белл смотрит в родные, такие любимые глаза и боится говорить. В его горле ком, который заставляет глаза становится мокрыми от боли и страха, от ненависти к самому себе, от того, что он сейчас скажет, от того, что он уже сделал. Какой же он ублюдок, он должен был умереть от гореи или сифилиса сразу, как только покинул в тот вечер дом Уоррена, но он выжил и он принес боль своему парню. Черт, да какого хера он все еще жив!? Беллами мотает головой. Он готов рассказать, но не готов услышать "уйди" от своего парня. -Я тебя люблю. Я очень хочу, чтобы ты это помнил и чтобы ты дослушал меня до конца, Уоррен Эндрюс, потому что все. чего я хочу - что ты не станешь слушать и уйдешь. Я не хочу, я не могу тебя потерять, понимаешь? Я слишком сильно люблю тебя, чтобы открыть глаза и понять. что тебя рядом нет, я слишком сильно люблю тебя, чтобы молчать, и.. Господи, просто дай мне шанс объясниться и получит твое прощение. ладно? Я сдохну, Уорр, но я сделаю все. лишь бы ты меня простил, - да, он перепутал порядок и просит, молит о прощении до того, как рассказал о причине, по которой он это делает. Беллами сглатывает и отводит свой взгляд от глаз Уоррена. Ему слишком сложно, слишком больно говорить о том, что он сделал, ведь он знает, понимает, какую боль это принесет Уоррену. Прямо сейчас, блять.

-Из меня не выкачали душу, я ее отдал тебе, Уорр, и теперь она боится, что ты швырнешь ее мне назад, когда она мне без тебя ни к чему, - Беллами мотает головой, старается быть спокойным, но не выходит, он кусает губу и старается выдохнуть, собраться, он жмурится, -помнишь, когда мы.. Не были парой официально, и я устраивал тебе первые истерики из-за твоей работы? Ту, после которой подговорил твою одногруппницу подарить тебе цветы и вытащить в парк? Белл хмурый, грустный и пустой, и голос его именно такой, пустой, безжизненный, слабый, -мне было больно, Уоррен. Мне было так, блять, больно, я еше не понимал почему, но эта боль меня убивала. Я помню, как мне хотелось выцарапать себе сердце, как я хотел забыть свои чувства, которые тогда не понимал. Он мотает головой. Ему так тошно это говорить, -я знаю, ты сейчас можешь встать и уйти, сказать, что я ублюдок, который тебя недостоин. но я молю тебя этого не делать, Уорр. Беллами смотрит в глаза Уоррена, лишает себя права и возможности лгать, хоть и не планировал, -я пошел и напился. У меня была наркота и я употребил, все думал, что перестану чувствовать ебаную боль, перестану париться о том, где ты работаешь, что тебя трогают, что ты.. Он заскулил, вспомнив то видео, ему так сложно, как никогда. Беллами хрипит, смотря на любимого парня, -в баре я подцепил девушку. Я ничерта не помню, Уорр, я даже не уверен, что дошел с ней до номера в мотеле и касался ее, но.. Он уже видит взгляд Уоррена и он хочет умереть прямо здесь, на этом месте, у дивана в комнате своей же квартиры. Зачем ему жизнь, если она приносит Уоррену боль и грусть? Зачем ему быть, если это ранит Эндрюса? Он сейчас ранит Эндрюса, хоть и клялся его оберегать. Лжец, ублюдок, тварь. Как много эпитетов и все они про Беллами.

-Пожалуйста, Уорр, - он спускается на пол, встает на колени и льнет лицом к рукам Уоррена, которые он не отпускает из своих рук. -Я не прошу простить меня сейчас, лишь дай мне жалкую надежду, намек на эту надежду, что ты меня простишь, что ты понимаешь, что я.. Черт. да это даже не оступился, это ужасно, я знаю, знаю! Его глаза мокрые, а голос в ужасе надрывается, -мне было больно. Я не имел права так поступать, но поступил. И я не мог больше жить, храня от тебя сраную ложь, потому что.. Он всхлипнул. Сильный, уверенный в себе мужчина, сейчас ощущает, как боль становится сильнее, не может сдержать слез страха, -я обязан был тебе сказать тогда и добиться тебя тогда. Но я трус, Уорр, и я молчал. А сейчас я могу лишится тебя из-за того, что сделал сам, но я не хочу, чтобы это скрывалось, и.. Элерт заскулил, -прошу, скажи, что ты можешь понять и простить однажды, прошу.. Он словно обезумел, он не мог сдерживать свои эмоции, -Уорри... Любимый.. Имеет ли он право теперь так его называть?

[NIC]Bellamy Ehlert[/NIC]
[AVA]https://i.imgur.com/gwIijzI.png[/AVA]
[LZ1]БЕЛЛАМИ ЭЛЕРТ, 25y.o.
profession: мастер пирсинга и тату;
relations: Уорри
[/LZ1]

+1

7

чем дольше беллами ходил вокруг да около, тем сильней уоррену казалось, что произошло что-то по истине ужасное. что же? белл убил человека? ограбил? кого-то изнасиловал? ну, справедливости ради. он был на подобное способен. уорр прекрасно помнит, как через слёзы и мольбы прекратить в нём двигались, опьянённые и возбуждённые. его глаза для уоррена были ужасом,  которые раздирали души на маленькие клочки. было так больно, что уоррен очевидно нашёл в себе разрывы. повезло, что беллами оказался человеком совестливым и оставил уорра дома, не вызывая ему такси и не прогоняя на улицу в дождь, хотя сам уоррен этого безумно хотел. кто бы мог подумать, что этот отвратительный случай мог бы дать толчок правда настоящим чувствам, пусть и с болью, со скандалами. с выяснениями отношений и постоянным страхом того, что они в очередной раз будут на грани расставания они оба, возможно, обманывали друг друга, но теперь, наверное, всё в прошлом? все эти тайны и секреты, ведь белл и сейчас пытается что-то до уоррена донести, что-то серьёзное, важное, что может поставить всё под удар. в отличии от него самого, уорр обозначит то, что работа - лишь повод помочь человеку и заработать, работа. от которой его самого воротит и не испытывает ни капли удовольствия. но даже с такими пояснениями беллами часто позволял себе лишнего,то от досады ударив, то снова напивался. доводы уоррена, возможно, были плохими? какая жизнь стоит того, чтобы продавать себя на камеру? но уоррен так же и предупреждал, что ничего не изменится. если они будут вместе, даже лучше, если вместе они не будут. уорр прекрасно слышал кучу историй о том, что партнёры ребят в личной жизни не могли примириться с этой работой, не могли подавить в себе ревность. такого, как уоррен, мог понять только такой же, как он. будь белл в этой же индустрии, было бы легче. уорр прекрасно может отделить понятие работы от настоящих чувств - белл не мог. ведь он и начал испытывать к эндрюсу что-то теплое именно после того, что сделал. уоррен же не видел в этой связи с беллом ничего хорошего, но затем. постепенно, элерт раскрылся перед ним как человек, который не просто ебет всё, что движется, но как переживающий обо всём забитый в детстве мужчина, который боится того же, что и уоррен - предательства, потери близких людей, одиночества. он оказался куда глубже секса и дешёвого флирта.

и сейчас он пытается что-то рассказать. всё юлит, словно пытается обойти эту тему стороной, но раз он начал, уоррен хочет услышать эту историю до конца, какой бы она ни была. но, от чего-то, кудрявый был уверен, что то, что расскажет ему мертен, ему не понравится. будь это какой-то пустяк, он уверен, элерт был бы более уверенным и е распинался бы о любви через каждую минуту, - боже, да говори уже, - раздражённо рявкнул уоррен. неизвестность начинает его злить, впрочем как и всё, чего он ещё не узнал. зачем оттягивать и лишь усиливать злость и жажду ответа, когда можно выпалить всё, зажмурив глаза, если страшно, - ты кого-то убил что ли? чего ты так боишься? - и ведь по лицу понятно, он накосячил, причём серьёзно, но чем больше он тянет, тем сильней уорр раздражался.

и, кажется, лучше бы он продолжал раздражаться. как только белл начал рассказывать предысторию, он нахмурился. значит, когда не были парой официально. что это значит вообще? что они трахались по фану? что всё это время уоррен позволял кому-то левому проникать в его тело? и это после стольких ночей и признания в том, что уоррену не всё равно на то, что с ними происходит? после всех побоев. которые были, от которых уорр плакал по ночам. пока накачанный наркотой беллами отходил от похмелья у него в доме. всё это было не официально, значит? уже одно это делает больно, одни эти слова. не белл ли говорил на их первом официальном свидании, что уорр для него не просто ради секса? - не официально.. -просмаковал это слово уоррен с горечью на языке. но это была лишь верхушка айсберга. ведь он понимает, к чему всё идёт и уорр мотал головой, - нет. нет, не продолжай, - но, видимо, уорр сказал это слишком тихо, ведь белл продолжает, а уоррен находит правду в своих догадках. что-то внутри треснуло. уоррен не произнёс ни слова. лишь раскрыл рот, чтобы дышать, не в силах посмотреть на беллами. его затошнило, хотелось уйти, выйти из комнаты, уехать в свой дом обратно и побыть там пару неделек, чтобы всё обмозговать и принять взвешенное решение, а не на эмоциях. уоррен сглотнул и вжался пальцами в обивку дивана, чтобы не впиться ногтями в лицо беллу, - значит.. пока я думал, что у нас всё серьёзно, оказалось, что для тебя это было всё не серьёзно. и пока я отходил от.. твоих побоев и, глотая слёзы и свою гордость, шёл зарабатывать деньги, ты почувствовал, что можешь отомстить мне моей же монетой? - слёзы большими градинками потекли из глаз уоррена, и он не сумел их сдержать, - я предупреждал - не надо ко мне лезть. чёрт возьми, я знал, что так и случится, - телефон завибрировал снова. надо было отвлечься от этих мыслей. уоррен встал с дивана и как-то грубо взял трубку, вытирая мокрые глаза, - слушаю.

эндрюс сглотнул. время чуть за полночь. в комнате стояла гробовая тишина. уоррен слушал голос в трубке и уже высохшие от предательства глаза снова дрогнули, но слёз не было. уоррен услышал то ужасное. которое забирает все эмоции. он потупил безжизненным взгляд и сглотнул, когда голос в трубке стих, - я понял. приеду на первом же автобусе, - холодным лезвием отозвался некогда мелодичный голос. в трубке гудки, уорр смотрит перед собой, а в голове лишь одна мысль.

как. она. могла. умереть?

неужели уоррен мало работал? неужели мало молился? неужели из всех, кто достоин был мучительно смерти, она досталась именно его матери, которая никогда и никому не сделала никакое зло? трубка упада на пол, пальцы на ногах у уоррена поджались. дыхания не хватало, чтобы хоть слово сказать. уоррен перевёл взгляд на белла, видимо, обеспокоенного и реакцией уорра на его слова и тем. что так сильно ввело его парня в ступор. но уорр всё ещё стоял как вкопанный и, кажется, не дышал. это был конец, - я уезжаю в техас, - спокойным голосом проговорил эндрюс, когда сумел проглотит жгущий комок в горле. он не стал закатывать скандал по поводу измены, не стал бить посуду и рвать на себе волосы. эта новость так шокировала его, но при этом была такой предсказуемой. что уоррен просто не знал, куда себя деть. поэтому, он просто развернулся, чтобы собрать свои вещи, но перед этим, чтобы не слышать кучу вопросов почему уоррен уезжает и почему бы ему не простить беллами, он просто негромко добавил, - она умерла.

слышать это от себя самого было невыносимо. он всхлипнул, но мгновенно успокоился, словно ничего не произошло. он не собирался ехать с беллами, не собирался обсуждать с ним детали поездки, ничего. пусть белл остаётся тут и мучается от того, что уоррен не отверг его извинения, но и не принял их. ближайший автобус был в пять утра, а значит надо было собирать вещи быстро, заказать такси до остановки, ведь до неё ещё надо было дойти, собрать все вещи, что были в квартире - вряд ли он вернётся сюда ещё раз. может, и правда, стоило остаться в техасе и просто служить богу? может. бог наказывает его именно за это?

[NIC]Warren Andrews[/NIC][AVA]https://i.imgur.com/zfQ89Pz.png[/AVA]
[LZ1]УОРРЕН ЭНДРЮС, 23 y.o.
profession: порноактёр/студент третьего курса медицинского факультета;
sin: belly.[/LZ1]

Отредактировано Troy King (2022-09-18 14:26:05)

+1

8

Как быстро может изменить я мир. Рухнуть в один момент, обратиться в ничто, стать пустым и безжизненным. Больше ничего нет. Ни света, ни тьмы, ни чувств, ни эмоций. Лишь плачущее небо под ногами. Лишь пустота, которая расползается в душе от того, что он сказал. Лишь траур по своей жизни, который будет вечным, лишь погибель души. И зачем он признался? Зачем рассказал сейчас Уоррену о том, что сделал, зачем поведал ему свою тайну, зачем вообще позволил себе углубиться в эти размышления? Зачем позволил себе сделать это тогда? Коснуться той чертовой девки, которая не смогла удовлетворить его, не смогла дать ему и крупицы наслаждения? Зачем он это сделал? Ответ был прост, лежал на поверхности, он ублюдок, который испытав боль, повиновался ей. Который скулил, как раненный зверь, когда осознал, что сделал. Которому было больно от того, что делал с собой Уорр. Ведь он не понимал причины, он правда не мог представить даже, почему Эндрюс отдает свое тело на растерзание. Деньги нужны? Но почему так? Ах, если бы Беллами знал, почему Уорр так делает, если бы только понимал причину, он не посмел бы так реагировать, не посмел бы причинить  Уоррену боль. Но он не знал, и поэтому пил, курил и злился, скрывая свою боль за этими поступками. Однако, разве он может этим себя оправдать? Прикрыть свои поступки своей болью? Разве он может прикрыть один грех тем, что дал Уоррену после? Он не знал ответ, молил о возможности быть прощенным, когда смотрел в глаза того, кого л ю б и л. Любил, но принес ему боль. Прости, прости, Уоррен. Он молчит, не может сказать ни слова, его просто накрывает агония собственного поступка. Разве он может надеется на прощение? Нет. Он не достоин быть прощенным, поэтому, когда Уорр молчит, Белл принимает свою кару.

-Нет, Уорр. Это было в самом начале, когда мы оба не знали, что это все будет настолько.. Серьезно. Не оправдание, конечно, но что еще он может сказать, как объясниться? -Я не мстил, и я не ищу оправданий. Не прощай меня, никогда, если ты решишь, что это правильно, но я тебя... люблю умоляю, просто... прости.. Он мотает головой, просто мотает и затыкается, ему нечего больше сказать, да и его перебивает телефонный звонок, который ставит точку в жизни Уоррена. Ведь поговорив, он сообщает Беллу самую ужасную из возможных новостей. -Что? Беллами мотает головой в ужасе. Нет, нет, не может быть. Просто не может быть, это неправда. Это ложь, обман, что угодно, но только не правда. Как она могли умереть? Беллами ощущает, как и у него из груди выбивает воздух. Миранда Энддрюс. Та, что назвала его сыном, что доверила ему своего сына, умерла. В день, когда Беллами рассказал ее сыну свой главный грех. Это ли не кара? Не ирония судьбы? Блядское говно боли. Элерт резко втягивает воздух в легкие, смотря на часы - ближайший автобус только утром, а ехать с остановками он будет несколько дней. Беллами хмурит брови, -ты не успеешь. Он не дурак, с математикой у него все хорошо, на автобусе Уоррен Эндрюс не успеет простится с мамой. Он не успеет на ее похороны и не сможет сказать ей "прощай". Беллами знает это, потому что ознакомился с правилами церкви. Сейчас он старается не впадать в истерику, не кидаться к ногам любимого и молить его о прощении, -ты не успеешь, если поедешь на автобусе. Возьми вещи. Я отвезу тебя. Он видит взгляд Уоррена и отрицательно мотает головой, он не готов сейчас спорить, -я не пойду на похороны, я не скажу тебе ни слова за весь путь, я не заслужил даже твоего взгляда, я знаю. Я знаю, ясно? Белл поднимает голову вверх, чтобы не позволить слезам проступить на глазах, -я признался в самом ужасном, что мог сделать и что сделал. Когда-то. Когда поддался боли и страху. Я не смею оправдываться, Уоррен, но ты не успеешь на автобусе. Он глубоко вздохнул, не подходит к Уоррену и не смеет говорить ему о том, что он делает это ради Миранды, ведь Уорр не знает и половины правды. А письмо этой женщины лежит в шкафу. Только Белл знает, что сейчас не самое подходящее время его отдавать парню. -Я тебя отвезу. Как ебаный водитель, ясно? Просто возьми то, что нужно. И заднее сидение в твоем распоряжении. Он лишь надеется, что Эндрюс включит рассудительность, а не эмоции и поймет, что сейчас спорить не имеет смысла, нужно ехать. Белл прикрывает глаза, он не смотрит на Уоррена, потому что не имеет права. Кажется, сейчас он заслужил худшую кару из возможных. Тот, кого он любил, оставил его. Это эхо боли падает вниз, разбивая сердце и оставляя Беллами без души. Она ему и не нужна, к черту ее. Он вздохнул и помотал головой, не желая плакать, думать, жить. Он сделает единственное. что может сейчас - молча отвезет Уорри к маме. Чтобы он мог проводить ее в последний путь. Он не станет просить прощения и лезть, он даст ему обдумать все. Пусть его кара будет жестокой, Белл ее заслужил. Но пока что.. Пока что он заслужил лишь свою душевную смерть. И Беллами понимает это куда лучше, чем кажется. Именно поэтому он держит себя в руках. Я люблю тебя, Уоррен. И я заслужил твою ненависть. Прости, если сможешь. И знай, я больше не полюблю никого, кроме тебя. Но ты можешь меня отвергнуть и оставить. Но я буду любить тебя, даже если ты выберешь не меня. Элерт до крови кусает губу изнутри. До боли. До вкуса железа на языке. Как больно, как тяжело. Он грустит, он стонет, он умирает внутри своей головы, это видно по его голубым глазам. Он не может больше дышать. Кажется, ему  и не стоит этого делать. Он должен сдохнуть, потому что не смог уберечь любовь и нежность Уоррена. А еще не смог помочь матери своего... бывшего?

Как, блять, больно.

[NIC]Bellamy Ehlert[/NIC]
[AVA]https://i.imgur.com/gwIijzI.png[/AVA]
[LZ1]БЕЛЛАМИ ЭЛЕРТ, 25y.o.
profession: мастер пирсинга и тату;
relations: Уорри
[/LZ1]

Отредактировано Casper King (2022-09-22 21:16:02)

+1

9

к этим новостям нельзя быть готовым. даже если ты знаешь, что конец кого-то из твоих родных подкрадывается, как убийца с ножом, который приставит его к глотке, ты всё равно надеешься, что в этой жизни есть справедливость. но почему именно она? никогда не сделавшая никому зло, никогда не шла наперекор мужу, ни разу на давала усомниться в своей вере, чистая, словно первый снег на траве. она делала шаг - за нею весна, и так было всегда, куда бы не пришла миранда, от неё веяло запахом лилий и персиков. у уоррена в голове было слишком много мыслей. но лишь одна кричала громче всех, заставляя слёзы вырываться из глаз тонкой пеленой.

  за что?

значит, всё это было напрасно? каждая молитва, каждая жертва, каждый раз, когда уоррен ложился под человека, делая вид, что ему приятно, лишь бы заработать на сраные лекарства. она не выжила, не пережила, не одолела. зубы во рту кудрявого стиснулись. он скрежетал ими так, словно хотел стереть их в порошок. он несомненно был о отчаянью, но в каком? его одолевала большая печаль, но вместе с этим праведный гнев. только на кого? на себя самого, что не мог ничего сделать или на судьбу, которая решила сделать кульбит и разбить уоррену голову? он хотел биться головой об стену, внутри его грудной клетки всё расцарапано в мясо. он не мог говорить, не мог вдохнуть. перед глазами темнело. казалось, он готов был избить любого, кто притронется к нему, любого, на кого посмотрит. он все эти три года прожил в муках, как и она. и оба жили зря.

воздух сквозь стиснутые зубы. уоррен сжимает кулаки. ещё и беллами, который по факту имел наглость пудрить мозги первые пару месяцев "несерьёзных" отношений. а что дальше? что для него будет серьёзно? когда они, блять, поженятся? или это тоже недостаточно серьёзно? как бы хотелось казать ему в лицо всё. что уоррен о нём думает, всё. что уоррен натерпелся и всё, что он пережил, пока эти отношения были несерьёзными. только вот уоррен понимал, что даже если беллами правда поступил так, как поступил, в этом виноват вовсе не элерт, а сам уоррен. он де сам не рассказывал причин своих поступков. что, уоррен, нравится теперь? он сам задаёт этот вопрос себе, чтобы сделать побольней. ты же этого хотел и этого ждал, почему же тебе больно? губа искусана в кровь, уоррен разворачивает в комнату и медленно собирает вещи. нет, он не вернётся. он не знает, что теперь ему делать. раньше его толкала на жизнь мама, а теперь? что ему теперь делать со всем, что он пережил? как жить дальше? дверь хлопком закрылась. уоррен открыл чемодан и молча рыдал, раскрыв рот и закрыв глаза. он до сих пор не мог произнести ни звука, лишь едва слышимый крик настоящей боли. он падает на колени и сворачивается на полу в калачик. он не хочет, чтобы его видели, не хочет, чтобы трогали, не хочет, чтобы звали. не надо. ничего не надо. всё уже сделано.

прервать его тихую истерику смогла лишь мысль о том, что он теряет время, которое и так ускользало от него. пару дней труп продержать в морге, вскроют, дадут заключение о смерти, выявят причину. а потом нужны похороны. ему придётся рыть могилу для мамы. самому. это был его долг, как сына. он не думал, что отец позволит кому-то ещё присутствовать на похоронах, хотя, наверняка, туда слетится все деревня. миранду любили все. нельзя терять ни минуты. уоррен ускорился и наспех засунул вещи в чемодан. не много, столько, сколько нужно. по иронии судьбы, все вещи, что он сложили, были исключительно чёрными, а он даже внимание на это не обратил.

он не хотел видеть беллами элерта. не желал даже слышать его голос. однако, крупица здравого смысла в его голове оставалась - беллами был прав, когда говорил, что не успеет, если уорр сядет на автобус. ехать до техаса двое суток, билет на самолёт уже не взять. нужно было ехать сейчас и белл предлагал свою помощь. слёзы высохли, внутри зияющая дыра, которую не было чем заполнить. уоррен одевается и подбирает телефон с пола. он хочет его стиснуть в руке до скрежета метала, но лишь твёрдые кнопки впиваются в бледную кожу. он смотрит на белла пустыми глазами, не в силах даже изобразить презрение. ему больно, слишком больно, чтобы он закатил скандал. он прошёл дальше и встал у двери, явно давая понять, что согласен на его условия и готов принять его помощь, но явно не готов ни говорить с ним, ни обсуждать то, что произошло. ни принимать соболезнования. ничего, что могло бы заставить уорра поддаться эмоциям, которые высыхали сырыми дорожками слёз на щеках. не страшно. это всего лишь смерть. самое страшное уже случилось, уорр знал, что вот оно, самое больное, что могло бы быть с ним. больней ему уже не станет никогда.

в машине гробовая тишина. г р о б о в а я. нужны ли тут слова? объяснения? сил не было больше, ни кричать, ни плакать, ни кидаться обвинениями. уорр долгое время смотрел в бездну, которую он кормил, пока пытался спасти мать, всё надеялся, что она станет меньше. но теперь бездна смотрела на него и он в неё терялся, не обращая внимания, кажется, впервые, на то, как разогнался беллами, с какой скоростью мельтешат перед ним фонари и дома.  ни писка, ни замечания, ни волнения.

ничего.
[NIC]Warren Andrews[/NIC][AVA]https://i.imgur.com/zfQ89Pz.png[/AVA]
[LZ1]УОРРЕН ЭНДРЮС, 23 y.o.
profession: порноактёр/студент третьего курса медицинского факультета;
sin: belly.[/LZ1]

Отредактировано Troy King (2022-09-22 14:59:38)

+1

10

Тяжело. Знаете, насколько тяжело бывает терять любимого человека? Хоронить того, кого ты любишь - очень сложно, страшно, это уничтожает тебя изнутри. Но что вы скажете о том, что некоторым приходится терять любимых, пока они живы? Беллами ощущал себя сейчас трупом, который не может дышать, не может жить, пить, есть. Он просто умер, и теперь его жалкая оболочка будет бренно ходить по миру, искать смысл в бытие, но она его не найдет. И зачем он рассказал правду? Стоило просто убить в себе эти мысли, чтобы теперь не видеть, как больно его парню. Ведь промолчи он сейчас и единственное, что убивало бы Уорра была смерть его мамы. Да, это было бы тяжело и больно, но Уорр бы подпустил к себе Беллами, позволил бы Беллу быть рядом и поддержать. А что сейчас? Уоррен Эндрюс даже рта своего не раскрыл, сидя на заднем сидении автомобиля Белла, не произнес ни слова, пока Элерт договорился с соседкой присмотреть за Максом, пока он выпил кофе, пока они шли в машину. Белл порывался его обнять, но гасил в себе это желание, мотал головой и кусал губы. Он не мог позволить себе сказать хоть слово, не хотел навлекать мысли Уорра на себя. Он ведь обещал - просто водитель, который доставляет пассажира в Техас. Да, душа умирала, а слезы молчаливо скатывались по щекам, но он понимал - он заслужил эту кару, он заслужил тишину и боль.

Элерт молча смотрел на дорогу, мимо пролетали фонари, а под шинами оставался лишь мокрый асфальт. Лишь чертово плачущее небо под ногами, вот и все, что ему осталось. Он грустил, умирал в душе и стонал от боли, но делал это молча, с закрытым ртом. Просто вел машину, пока через несколько часов его мустанг не потребовал дозаправиться. Элерт вздохнул и свернул к заправке. Он все еще молчал, потому что понимал - все, что он скажет, не поможет ни ему, ни его парню. Не успокоит и не утешит, не позволит дышать ровнее или вообще дышать хоть как-то. Ничто сейчас не исправит ситуацию. Лучше бы он молчал, лучше бы сдох с этой тайной, чем причинить Уоррену боль. Ведь он не понял, когда и почему Беллами Мертен Элерт оступился. Он и н должен был понимать. Белл знает, он заслужил эту боль сполна и он поедает ее в достаточном объеме. Элерт хмыкнул своим мыслям, когда взял на заправке кофе с корицей, пару сэндвичей и энергетик. И вернулся в машину, садясь за руль и молча кладя на заднее сэндвичи и протянул Уоррену кофе. Все еще молча, ведь понимает - с ним не станут сейчас разговаривать, даже если он будет молить сказать лишь слово. -Тебе нужны силы, Уорр, поешь, пожалуйста. Он не говорит больше ничего, просто открывает свой энергетик и выруливает с заправки. Он не включает музыку, не просит сделать это Уоррена. В этом молчании похороны его будущего, его любви. Похороны матери Уоррена. Похороны Белла, обещавшего этой женщине сберечь ее сына. Он не отступится от обещания, но.. Позволит ли Уорр быть с ним рядом теперь? Вряд ли.. Как же больно.

  -Поешь. Спустя пару часов дороги Беллами решает дать о себе знать, смотря в зеркало заднего вида, тихо выдохнув. То, что некоторые даже в туалет не выходили, Белл не комментировал, но переживал, что парень не ест. Да, траур, боль, но где он собрался брать силы на копание могилы и переживание смерти матери? Беллами даже не решался спросить, сможет ли он зайти в церковь и попрощаться с матерью Уоррена, он просто перевел взгляд на дорогу  тихо выдохнул. Ему пусто и больно, но он сам повинен в том, что происходит. Сам виноват в том, что лишился любви и что сейчас не может быть тем, кто поддержит Уорри. Лучше бы он, блять, молчал, лучше бы не открывал правду, лучше бы сдох на прошлых гонках и вопрос был бы закрыт. Элерт вздохнул, обернувшись к парню, когда они стояли на переезде и ждали, когда проедет поезд, -я смогу зайти в церковь? Он вздыхает, -я знаю, я должен молчать, но я не стану заходить туда, если ты запретишь. Тяжелый взгляд, но он старается держать себя в руках, не протянуть руку любимому и не коснуться его. -Прости. Таким тихим шепотом, что не слышал даже сам своих слов. Его не простят. Он не простит себя. Он лишился любви и винить себя лишь может в этом. Он теряет тех, кого любит. И если раньше он терял по вине других, то теперь виноват он сам. Лучше бы я умер, блять, а не она. Злой взгляд на небо с непониманием - почему бог убил не его, а ее? Дурацкий бог. Хуйня какая-то. И Белл прикусил губу, когда можно было ехать. Педаль в пол, скорость за двести, лишь бы успеть. И плевать, что не спит вторые сутки, он обязан успеть отвезти Уоррена к маме. К мертвой маме...

Разве Уоррен заслужил эту боль? Заслужил смерть своей мамы, для которой он убивал себя морально? Заслужил предательство Беллами? Нет. Белл знал, что должен был молчать, забыть эту правду и стереть из мыслей. Зачем он решил признаться, что в нем так поменялось? Зачем он сказал? Лучше бы молчал, лучше бы сгнил сам, но не убил бы Уоррена. А что теперь? Что ещё свалится на хрупкие плечи Эндрюса? Смерть мамы куда хуже, чем предательство Беллами, но Элерт выбрал неподходящий момент для того, чтобы раскрыть эту правду. А будет ли подходящий? Нет, конечно нет. Он обязан был молчать. Ублюдок.

ты сам убил любовь. дебил.

+1

11

кто бы мог подумать, что пустота может так сильно убивать человека? уоррен эндрюс лишь несколько часов назад узнал о смерти своей матери, которую все эти годы отчаянно пытался спасти, а мысли его все сводились к одному - лучше бы на её месте оказался он, тот мальчик, на которого они надеялись и который всех подвёл. стал ли он врачом? соблюдал ли он правила той жизни, которой его учили? был ли очень всегда честен и добр по отношению к людям? не вышло, не получилось. может, это и была расплата за всё, что уоррен сделал неправильно? за то, что не может любит того, кого нужно, за то, что скрывал правду, за то, что поддавался самым низменных грехам. во имя чего это всё, если завтра для миранды нужно будет копать могилу собственным руками? и ведь уоррен знал, придёт вся деревня, та, в которой они все жили, где миранду любили и ценили. именно все они были с его матерью эти тяжелые три года, а где был сам уоррен? шёл за мечтой, старался заработать деньги и строил отношения, которые, видимо, были обречены ещё в зародыше. ему не хотелось думать о беллами. который вёз его. он не смотрел ему в затылок с заднего сидения, но не шептал ему проклятья. боль, что он причинил, отчасти, вина самого уоррена. да, это не оправдание, но уорр понимал почему так вышло, и именно поэтому он отталкивал от себя сразу, стоило намекнуть беллами на то, что его намерения постепенно заходят за рамки "встречи на одну ночь". уоррен поджал губы, вспоминая как всё было. в первый же день он попросил оставить его в покое, на следующий день он явно обозначит свои границы и свои условия - не делай больно, не обманывай, не играй. каждый раз, когда он видел, как подобные отношения у его коллег рушились, он понимал, что останется один. каждый раз вопросы "для чего? зачем?". а зачем впускать в своё сердце, в личное и сокровенное, человека, который не хотел там задерживаться, в этом сердце? да, уоррен молчал, и именно этим он подбил беллами на этот шаг. возможно, именно поэтому беллами постоянно был пьяным и принимал наркотики. бездна уже тогда начала отвечать ему своими знаками, только уоррен не понял. беллами подумал, что всё кончено? уоррен тоже так подумал. но почему не сказал об этом раньше? как у него хватило наглости смотреть уоррену в глаза? но больше всего уоррена донимала вовсе не измена, нет. а то, что говоря о том, что элерт настроен на серьёзные отношения, для него они такими не являлись в своё время. неужели до той перепалки... совсем ничего? совсем? когда уорр безумно нуждался в человеке, когда в его сердце зарождалась настоящая любовь. он ведь целовал его, сам, чисто и открыто. а беллами просто пользовался, до тех пор, пока сам не угодил в ловушку. или он всё ещё притворяется? уоррен не мог уже понять где правда, а где ложь. может, он приедет в родной техас и окажется, что всё это глупости, что мама жива, что ему весь этот кошмар просто приснился и он просто дома, в своей кровати, прижался ухом к подушке и мама сейчас придёт успокоить мальчика, который боится?

время текло так странно, что уоррен его совсем не чувствовал. они иногда делали вынужденные остановки - до техаса путь совсем не близкий, а в доехать без пробок можно было лишь ночью. а белл умел гнать, да так, что ни одна камера не могла за зафиксировать наличие нарушений его езды. заправка, ещё одна, белл то и дело пытался подсунуть эндрюсу еду, словно ему бы это помогло. нет. не поможет, да и какая тут может быть еда? мысли уоррена были только о похоронах. так странно, уоррен знал, что это произойдёт, однако, никак не ожидал, что это случится. он не плакал, не хныкал, не поддавался нервному смеху. из него словно вырвали всё то доброе, что в нём таилось, а теперь в том месте зияла сосущая пустота, которая поглощала призрачные остатки всего приятного. даже воспоминания, и те все окрашивались в мрачные цвета боли и обиды. уоррен не отвечал, не реагировал. всё, что говорил беллами, отдавалось для него белым шумом, словно цензурой сознания от ещё большего кошмара в своей жизни. не разобрать ни слов, ни взять сэндвич, ни посмотреть в окно, лишь на свои коленки, которые ныли от того, как долго им приходилось терпеть боль сквозь слёзы, когда его вынуждали стоять на ковре. всё это.. это всё он делал зря. деньги не помогли. молитва не помогла. ничего не помогло, появилось только прошлое, полное проблем, потерянного времени и радости, которое ты больше не обретёшь. уоррен поджал губы, когда белл в очередной раз подал голос и спросил о его судьбе в этих похоронах. честно - уоррену было плевать. хуже беллами сделать уже не мог, ничего нельзя было сделать, ни вернуть маму, ни наладить отношения, повернув всё назад и рассказав всё с самого начала. а был бы беллами с ним, расскажи всё как есть сразу? не сделал бы ещё больней, чем сейчас? - мне всё равно, делай что хочешь. моя мама любила всех людей, которых встречала на своём пути, - безэмоционально говорил парень, уставившись в одну точку на переднем сидении перед собой, -только меня не трогай, - голос сдаёт эндрюса. он хрипит, так часто бывало, когда он готов был разрыдаться, но уорр держался, не проронив ни одной слезы. внутри него ураган, раздирающий всё тело до костей. как же больно! казалось, от этого ощущения не было никакого спасения.

они подъехали к знакомой церкви уже ближе к обеду. уорр не спал, не ел, белл лишь ехал на энергетике, когда они проехали больше половины дороги. как же непросто было снова переступать порог этого дома, зная, что именно там тебя ждал конец истории. так они и заканчиваются, смертью и скорбью. только уоррену не нужны сочувствия, ему нужна мама, которая больше не сможет взглянуть на него. отец не стал встречать их у порога, парни вошли сами. в доме даже пахло иначе, там, где её уже не было. миранда лежала в гробу прямо в гостиной, старый обычай, чтобы дух её ещё немного оставался с теми. кто её любит. джон во всю готовился к похоронам, ругался себе под нос, ворчал и выглядел мягко говоря убито. когда уоррен показался в дверях, он даже не обнял сына. сил не было, желания, да и уоррена тоже. парень смотрел на гроб. то, что лежало там, когда-то было его матерью. он не плакал, просто смотрел на её умиротворённое лицо. она словно спит. впервые уголки её рта были приподняты. неужели ей понравилось это чувство? когда пора уходить? - во сколько? - холодно спросил уоррен. и они с джоном прекрасно знали о чём идёт речь, - позапрошлой ночью ей резко стало плохо. а ты её знаешь, заранее купила всё, чтобы.. чтобы никто не переживал, - вот от чего похороны были такими скорыми, - вчера её вскрыли. она не победила. значит, на то воля божья, -оставь меня. оставь меня с ней наедине, - резко огрызнулся уоррен и сжал ладони в кулаки. отец не понял этого тона и уже было нахмурился, однако, сменил гнев на милости. уорр взглядом проводил беллами до двери. он не хотел, чтобы их кто-то видел, никто не должен сюда лезть.

тик. так. её уже вскрыли. скальпелем, как и положено. рак желудка, да и рак сам по себе, эта хворь убила больше людей, чем нужно. на одно человека, как минимум, больше. врачи никогда не должны привязываться к своим пациентам, а что делать, если твой пациент - твой родственник? твой друг? твой любимый человек? мог бы уоррен её спасти или казнил бы себя всю жизнь? хотя, он и так себя казнит, когда смотрит в закрытые глаза и умиротворённое лицо матери. её волосы потускнели, еле отросли, такой ёжик. уорр кусал губу изнутри и касался пальцами шва между плоской грудью, к которой она так часто его прижимала к себе и говорила, что всё будет хорошо, - теперь не будет хорошо, мама, - ответил он голосу в своей голове. она бы наверняка так бы и сказала, а он бы ответил ей именно так, как отвечает сейчас, - я старался, но этого не хватило. я плохо старался. я тебя подвёл и теперь даже извиниться за это не могу, - уоррен берет её холодную руку в свою и коротко целует, роняя слезы на труп, - если бы ты только знала, что я делал... ты бы никогда мне этого не простила. только я не мог иначе. а получается, я всё равно не смог спасти тебя. я работал, молился, работал, молился, не было ни минуты, чтобы я не думал о тебе, - слёзы капли разбивались о холодное тело, уоррен не мог больше это держать. он видит её в гробу и понимает - это не сон. и это навсегда, -и если этот чёртов бог есть, пусть он вернёт тебя. пожалуйста, мам, пусть он тебя вернёт, - его красное лицо смотрит на её, а рука пытается почувствовать биение сердца, - прошу тебя, мам, открой глаза. посмотри на меня. посмотри же! - но, как и все молитвы, эта осталась без ответа. лишь эхо требования разлетелось по всей комнате, отбиваясь от стен. уоррен сел на пол и, впервые за эти несколько часов, начал плакать, не в силах остановиться.

отпевание проходило в церкви, где родился уоррен. там, под тем же крестом, где мама, что он хоронил, вытолкнула его на свет. джон решил, что было бы уместно, если бы уоррен сам провёл отпевание, но он на отрез отказался. не его эта работа. и бездна снова начала сосать внутри, когда аромат благовоний и срывающийся голос пастора отпускал миранде все прегрешения, которых у неё не было. добивала ситуацию и лопата, оказавшись у уоррена в руках, когда гроб вынесли к кладбищу. ему попытались помочь, но он отказывал всем, кто предлагал, - я сделаю это сам. - он рыл яму, глубоко, долго, пока проходило прощание и в гроб клали цветы, и все не те. особенно гвоздики. мама никогда не любила гвоздики, считала их очень банальными, хотя и лилии для похорон были банальными, но от них она всегда была в восторге. весь грязный и вспотевший, уоррен всё же закончил и последним подошёл к матери, толкая ближе к её ногам всем букеты, выращенные на задних дворах у соседей. нет, она была достойна большего. огромный букет из лилий у её сердца. он купил их пока ехали с беллом в техас. огромный и красивый, благоухающий, как летний вечер с персиковым чаем. сын прислоняется губами ко лбу матери. какой холодный, словно лёд. уорр не в первый раз видит трупы, но впервые мёртвое тело вызывает в нём столько ужаса.

поминальный обед был скромен. очень скоро его покинули все, кто пришёл на похороны. уоррену и беллами ещё предстояла дорога обратно, хотя уорр уже не знал а нужно ли было уезжать отсюда? как теперь он будет врачом, когда не смог спасти того, кто больше всего нуждался в его помощи? на столе стояло спиртное и кусочек хлеба с солью, постная закуска из риса и мёда, поминальные местные шкварки. уорр не притронулся ни к чему, живот даже не болел. не болело ничего, кроме души, которую нельзя было исцелить, - кажется, пока уезжать. чем раньше, тем лучше, - заговорил уоррен в мертвую тишину, - здесь всё напоминает о ней, куда не посмотри, - джон нахмурился, явно недовольный вообще подобными мыслями, -думал бы ты и вспоминал бы побольше, может, она ещё была бы с нами.

уоррена как током ударило. он непонимающе уставился на отца, словно в первый раз его видит, - что ты.. сказал? - джон подошёл к нему ближе и скрестил руки на груди, - а что такого я сказал? знаешь.. я слышал разное о тебе, о том, как ты живёшь, как.. учишься, господи, ты даже его притащил сюда, - джон ткнул пальцем в сторону беллами, - но то, что мне рассказал недавно мистер монро стало для нас позором! как тебе только пришло в твою дурную голову подобная.. отвратительная грязь?! - уорр раскрыл рот, конечно, без рассказов семейки кристофера монро тут не обошлось. уоррен стоял, но сейчас он сел, - я бы пережил как-нибудь то, что ты содомит, но сниматься в подобной дряни?! уоррен, ты с ума сошёл? - кипела ярость, в них обоих. да как он смеет?! - да что ты знаешь?? ничего! да, я влюбился, а мной воспользовались! а когда мы узнали о раке, когда мы увидели цены. я.. я схватился за соломинку! - уоррен развёл руками, - у меня не было выбора.. - выбор был и ты его сделал. теперь я посмешище и ты вместе со мной. знаешь что теперь о нас говорят в деревне?! - да какая разница теперь? я делал всё, чтобы она была жива, а что делал ты? молился?! помогло? - эти слова явно заставили джона буквально звереть и забыть о том, кто он и где находится. и с кем, - пока я там, в другом городе, глотал слёзы и продавал своё тело, как шлюха, ломая свою жизнь и принципы, которым вы меня учили, чтобы заработать на её лекарства, ты просто стоял и смотрел как она умирает. только и мог, что жаловаться. поэтому не смей говорить, что я посмешище!

в воздухе витает странная тишина. это затишье перед бурей. - да как у тебя только язык повернулся такое сказать?! ты хоть знаешь кто тебя окружает? кто твои друзья? думаешь вот он, - джон покосился на беллами, - святой? посмотри ты на него. ты знаешь что он тебя предал? знаешь? - уоррен посмотрел на беллами и проглотив обиду проговорил негромким голосом, - знаю. - он перевёл взгляд на отца и пригрозил ему пальцем, - и у него хватило духу признаться в том, что он сделал. а тебе хватит? ты не священник, не пастор. ты самая настоящая фальшивка. это ведь он рассказал тебе перед крещением? покаялся? хотя нет, не говори. я же не дурак, просто все эти три года я мучился зря, мучился вместе с ней, - джон прыснул настоящим ядом, делая уоррену максимально невыносимо. знал бы он, к чему только это может привести, - мучился.. это мать твоя мучилась! когда она узнала, как ты зарабатываешь эти деньги, её хватил удар! это твоя вина, уоррен. это ты убил свою мать.

у уоррена перехватило дыхание. он посмотрел на отца, потом на беллами. воздух пропал в лёгких. что это такое? он заморгал, так быстро, словно его обжигал свет. он её убил. мама умерла почти сразу после того, как всё узнала. он добил её. он. уоррен развернулся, молча. в глазах его потемнело. а в ушах зазвенело. словно кто-то сильно ударил его по голове. нет, это не то, что должно было произойти. не так, совсем не так, - ты прав, да. ну, конечно. это всё моя вина, - уоррен кивает и глаза его наполняются слезами, - нужно было остаться здесь, она осталась бы жива. я всё.. всё испортил. - находиться здесь было невыносимо. уорр не помнил, как вернулся в машину в ту же минуту, как свернулся калачиком на заднем сидении, просто ожидая, когда машина беллами тронется с места.

пора уезжать. уезжать навсегда.

[NIC]Warren Andrews[/NIC][AVA]https://i.imgur.com/zfQ89Pz.png[/AVA]
[LZ1]УОРРЕН ЭНДРЮС, 23 y.o.
profession: порноактёр/студент третьего курса медицинского факультета;
sin: belly.[/LZ1]

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » тайны должны оставаться тайнами. или же.. нет.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно