полезные ссылки
Это было похоже на какой-то ужасный танец, где один единственный неправильный шаг...
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 30°C
jack

[telegram: cavalcanti_sun]
aaron

[telegram: wtf_deer]
billie

[telegram: kellzyaba]
mary

[лс]
tadeusz

[telegram: silt_strider]
amelia

[telegram: potos_flavus]
jaden

[лс]
darcy

[telegram: semilunaris]
andy

[лс]
ronnie

[telegram: mashizinga]
dust

[telegram: auiuiui]
solveig

[telegram: blyacat]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » в твоей войне ничья


в твоей войне ничья

Сообщений 1 страница 20 из 23

1

Рой Векслер и Саша Оскуро
12 лет назад
https://i.ibb.co/p0C95GZ/image.png

Отредактировано Roy Vexler (2022-09-30 00:22:46)

+3

2

Он просыпается в Сан-Франциско.
Ещё через день в Сан-Диего.
Три дня после в Нуэво-Ларедо.

Когда-то давно смотрел Бойцовский клуб. Так давно, что, кажется, это было в прошлой жизни: сейчас нет времени, чтобы тратить их на фильмы. Сейчас вспоминает его и думает: почему же никто у него не спрашивает, знает ли он Тайлера Дэрдена? Потому что судя по усталости, количеству перелетов и драк, он точно является тем самым героем, у которого банально едет крыша. Дни сменяют друг друга в диком режиме, усталость перманентная и накатывает волнами. Недавно заснул на полном ходу на трассе, благо вовремя проснулся и избежал столкновения с таким же задремавшим дальнобойщиком. Не успевает толком есть, нет возможности побыть дома хотя бы пару дней и это в какой-то момент не остаётся незамеченным со стороны Уильяма Бреккена. Смекнув, что хороший работник лучше нового, он организовал Векслеру помощь, а так же отдых. Теперь у него есть целых семь дней, да к тому же человек, с которым можно будет поделить напополам поездки и не зашиваться. Звучит, как какой-то рай. Рой поверить не может до сих пор в то, что бывает подобное, когда жизнь не только ебашить палкой по голове, но и шанс даёт. Все его прошлые двадцать три года было совершенно наоборот, поэтому у него все ещё проскальзывает недоверие к Брекену, которое он хоть и пытается маскировать, но все же не на достаточно хорошем уровне. Уильям в ответ лишь ухмыляется и говорит: - Продолжай работать. И Рой продолжает, потому что так отчаянно хочет вырваться из трясины бедности, что готов на все. Пусть лучше сдохнет, впахивая, чем сдохнет, так и не почувствовав вкус бабок, о которых всю жизнь мечтал.

Он просыпается в Лос Анджелесе. Город вечных съёмок и несбывшихся надежд наивных девиц, считающих, что именно им повезёт и именно они станут самыми успешными на свете актрисами. Рой ведёт ладонью по лицу и поднимается. Вчера сделал всё, что должен был, сегодня снова стартовать в Сан-Диего. Опускает взгляд, под ногами пустая бутылка из-под пива и полу-пустая коробка с китайской едой. Квартира маленькая, снимает за гроши, зато хозяйка за лишние баксы проводит уборку и нет смысла тратить время на то, чтобы убраться самому.
Очередной день, расписанный по минутам. К тому же завтра в Сан-Диего возвращается Хуан и вместе они идут отчитаться перед Брекеном о проделанной работе. Рой откровенно нервничает и опасается, что всего того, что сделал, будет ему мало. Из-за страха обосраться и сорвать такую возможность, работает на износ. У Хуана немного другое видение и он так сильно не впахивает - Рой не сравнивает и старается абстрагироваться. Играть за золотую звёздочку он не намерен, главное, общий результат.
Решает разобраться с личными делами за целый день и в ночь выехать в Сан-Диего. Ехать всего четыре часа, но лучше выехать вечером, чтобы не собрать все пробки мира и выехать, когда основная масса народа рассеется по домам.

Он просыпается в Сан-Диего. Открывает глаза. Сонный явно недовольный происходящим, проводит ладонью по лицу. Спросонья не особо понимает, что звонит не будильник, а вызов, а потому тянется без энтузиазма за мобильником. Часы на тумбочке показывают пять тридцать утра. Взгляд понемногу трезвеет и Рой осознаёт, что звонит ему никто иной, как Шерил. Вот чьего-чьего, а ее звонка он не ожидал от слова совсем, и первой мыслью заскакивает страх, что что-то случилось с Максом.
В такую рань не звонят, чтобы сказать какую-то ерунду.
В такую рань не звонят даже для того, чтобы друг с другом порадоваться.
Это святой закон общества, который стойко соблюдается даже в его прожженном беззаконием мире.
- Да, Шерил, что случилось?
- Рой, у меня тут для тебя подарок. Приезжай скорей, - говорит она тоном, не терпящим возражений. Но по голосу слышит, что она улыбается. Ничего не переспрашивает, просто складывает два плюс два: скорее всего Макс так нажрался, что либо заночевал в кафешке, либо пришёл спозаранку, зарулив по ошибке с пьянки.
- Хорошо, скоро буду.
И отрубает вызов.

В обычное время и в обычной ситуации взбесился бы за секунду. Все, кто в близком окружении давно знают, что для злости ему и повод не нужен, но сейчас так устал, что хочет лишь поскорее покончить с новой проблемой и уснуть поскорее. Ему хватит времени после отвесить брату хорошего леща и напомнить о том, что заниматься надо не гульками, черт, да может делать это хоть регулярно, лишь бы помогло вразумить. Сейчас же просто хочет поскорее вернуться к подушке.
Наскоро одевается: джинсы, майка и свободная рубашка, исключительно потому, что попалась под руку, пока искал глазами ключи от машины. В голове раздрай из-за того, что невыспавшийся и из-за того, что уже и не выспится. Чертов младший брат, да когда же он уже задумается о своём поведении и начнёт помогать, а портить? [ответ в общем-то «никогда», но знай он на этом этапе, пристрелит, как больную лошадь. Чтобы меньше проблем приносила]

Ведёт машину, совершенно игнорируя правила. Пять тридцать ебанных утра, все такие же сонные мухи тянутся по дорогам и Рой уверен, они так же охуевают от того, не спят в такую рань. Заезжает в знакомый проулок и, припарковавшись, выходит из машины аккурат с рассветом. Прохладный утренний воздух заставляет поежиться и широкими шагами преодолеть расстояние, чтобы оказаться внутри забегаловки.
Шерил, неприятно бодрая для такого раннего часа, встречает его с мягкой улыбкой. Он смотрит на неё, как на инопланетянина и лишь мрачно спрашивает: - Ну и где он? - ожидая узнать, что младший брат валяется где-то в подсобке.
Но получает совершенно неожиданный ответ: - О нет, нет, это не Макс! - его бровь удивлено ползёт вверх, а лицо перекашивает. Шерил тут же выдаёт новую информацию: - Это Саша. У неё что-то случилось и ей нужна помощь.
Рой смотрит на Шерил, как на сумасшедшую [чем он вообще может помочь и с каких пор стал станцией спасения?!], а потом переводит взгляд на заведение, за столиком которого сидит его недавняя знакомая и нервно перебирает пальцами по столешнице. Он в шоке и ничерта не понимает.
Но как и в любой непонятной ситуации действует напролом: подходит, садится напротив впивается взглядом в ее лицо. - Ну и че случилось?

Отредактировано Roy Vexler (2022-09-24 20:51:54)

+2

3

Саша чувствует спиной прохладу утреннего Сан-Диего, забравшейся внутрь забегаловки между ног вошедшего мужчины. Сквозняк создается и благодаря работающим вытяжкам в кухонной зоне, они гудят, шумят, но лишь на периферии чувствительности человеческого слуха. Играет незатейливая музыка из колонок под потолком, это не помогает. Пальцы комкают синюю салфетку с каким-то египетским орнаментом, нервно раздирают её в клочья на невероятно мелкие куски. На самом деле она пиздец как боится почувствовать гнев Роя, который способен обрушиться на неё снежной лавиной, но лучше быть погребенной под снегом, чем сдохнуть в подворотне выпятив свою гордость и неумение признать себя слабее сложившихся обстоятельств. Саша ощущает как ей в затылок уперся взгляд, она помнит какие эти глаза цветом и за минувший месяц это воспоминание не смазалось, даже не поблекло. Рой первый кто предложил ей помощь на чужой территории, она не знает его номера телефона или даже фамилии. Понятия не имеет что он по сути за человек, но нашла в себе наглости (и отчаяния) снова пришвартовать свою лодку у этого пирса. Склоняется над руками, дергающими салфетку, закусывает губу.

Месяц назад мечтала о новой жизни без привычных хлопот. Думала, что если сменить место, то всё станет новым, забывая, что куда бы она не пошла ОНА остается константой в этом несложном уравнении. У Саши нет времени любоваться закатами и рассветами, она не побывала на колесе обозрения и даже не подтопила ступни в теплом пляжном песке. Собаку не завела, хозяйка квартиры против животных. Квартирка, кстати, пришлась по душе - аккуратная и маленькая, в ней всё пространство организовано с умом. По утрам после ночной смены можно выглядывать в окно и смотреть, как сонные люди снуют по тротуарам, как мелькают разноцветные авто. Оскуро часто выбиралась в окно, протягивала руку и отщипывала от декоративной елки пару хвойных иголок, растирала их между пальцами. Этот аромат напоминал о горах, о лесах и почему-то горнолыжных курортах. Снег действительно холодный? Ей не приходилось видеть воочую, а трогать и подавно. Разве что когда чистила холодильники в баре, то сбивала наледь. Та похожа на снег, такой белый пух который кажется мягким, на самом деле колючий и твердый, обжигает холодом ладони.

—Здравствуйте, мистер Шмидт, - она здоровается с соседом лет сорока, у него два пикинеса и ебанутая жена. Вечно с кем-то ругается, когда какой-то из местных паркует машину под её окнами. “Здравствуй, Александра” - здоровается он и улыбается, добродушен, у него сияет лысиной затылок, но одежда всегда приятно пахнет: гармония весенних трав и морозного утреннего воздуха вкупе с бодрящим зеленым чаем, который вливается теплеющими нотками и звучит слаженно и ненавязчиво. Ещё ей нравится как звучит её полное имя (которым назвал её Рой) с немецким акцентом, их дом очень разношерстный в этом плане. Сверху, например, живет парочка итальянцев: они ругаются так же часто, как трахаются, иногда первое неразрывно связано со вторым. В отместку Саша включает посреди ночи порно на телевизоре, когда у них “выходной” от секса, иногда это срабатывало с обратным эффектом. Пришлось купить беруши с риском проспать на работу. Она - итальянка, кстати, очень красивая, высокая и длинноногая, Оскуро всегда провожает её по улице взглядом с искренним трепетом и восхищением. Через этаж живет мадам Дюро, она, вроде, француженка, у нее целая коллекция интересных шляпок, скрывающих за собой белоснежную седину. Добродушная старушенция, гуляет с палочкой и маленьким песиком, который тявкает на любого мимо проходящего. К ней иногда приезжают внуки, один из них чуть старше Саши, у него красивые волнистые волосы, вьются на затылке, потому парень частенько коротко стрижется. Он любопытно заглядывает в окна Оскуро, она отвечает таким же заинтересованным взглядом, но их гляделки остались на прежнем уровне на протяжение всего месяца. Саша знает всех соседей, уже выучила привычки и узнала бы больше, если бы позволяло время: часто спешит со смены в баре на утреннюю - в пекарню. Платят мало, у нее нет гражданства, потому на равноправных должностях её зарплата раза в три меньше. Денег, который заплатил ей Рой, осталось немного. На еду хватит, а с гитарой пришлось повременить. Вместо песен оставляет зарисовки в блокноте, там много абстрактного и бессмысленного. Единственное что хранит - лицо Роя. Его рисует через страницу потому что рисовать красивое лицо - приятно. Акцент, конечно, на глазах (кому он за них продал душу?) и берет для них самый яркий голубой маркер. Скетчи, может, не претендуют на оригинальность да и к тому же достаточно неумелы, но Саша собой довольна.

Этой ночью её привычный распорядок дня был варварски нарушен. На часах два ночи, она еле передвигает ногами, взбираясь по невысокой лестнице к парадному входу. Хорошо что живет на первом, а не на высоком пятом. Саша бы умерла где-то посередине. Смены в баре одна за другой сложные, приходится стоять за стойкой и при этом умудряться разносить напитки для вип-зон, маневрируя среди танцующих делая шаг влево, затем вправо - это тоже своего рода танец с подносом наперевес. Сегодня приезжала какая-то местная группа и людей натолкалось столько, что не продохнуть, а обычно сонный танцпол разрывало от толпы. Голова гудела и в ней ещё слышались биты, хотелось выключить мозг, но при общей усталости он не собирался снизить обороты. После такой смены хотелось быть глухой, чтобы работа проходила в тишине, а к вспышкам неона с стробоскопов можно и привыкнуть (когда несколько лет работаешь в клубах Мексики то тебя уже мало интересует здоровье собственных глаз).
Ныряет ладонями в рюкзак, припадая к стене у двери, достает ключ, толкает в замочную скважину с ударом сердца понимает, что дверь открыта. Не понятно зачем, но толкает её, пропуская свет из подъезда внутрь комнаты. Уставшее тело посылает сигналы, но в голове кроме “туц-туц-туц” нет, в общем то, ничего более. Колени сгибаются когда девка слышит хлопок, он похож на выстрел, но это ударяется рама открытого окна и девка видит движение на его фоне. Фонари снаружи подсвечивают чью-то фигуру, домушник? Вор? Грабитель? В её доме кроме заначки нет ровным счетом ничего достойного, чтобы поживиться. Сердце запрыгивает в горло, воздух встает поперек становясь вполне себе физически ощутимым, активизируются все мысленные процессы разом. Короткая заминка в пороге комнаты позволяет настроить зрительный контакт с неизвестным. Он замер, Саша замерла.
Вдох.
Выдох.
Тень кинулась в её сторону и девка разворачивается на сто восемьдесят градусов, оторвавшись обеими пятками в прыжке на выход из подъезда. Её запястья касается рука вора, но соскальзывает вместе с браслетом наручных часов. Из груди вырывается хрип незавершенного вопля, потому что перед глазами помчалась смена подворотен района промзоны. Саша бежала так быстро, как никогда не бегала даже от копов в Мексике. Приставленное дуло пистолета к виску ощущалось не менее холодно как это ощущение в груди - кости сдавливало, легкие обжигало холодом сбитого дыхания. Девка бежала до тех пор, пока под телом не подкосились ноги и она не споткнулась, повиснув (фактически - облокотившись) на высоком заборе, отделяющим два строящихся здания. К ботинкам прилипла грязь, идеально белые теперь стали почти черного цвета. К горлу подступил ком, глаза налились слезами и она взвыла так, как никогда не позволяла себе. Громко, неистово, с распирающим легкие воплем на весь район. Голеностоп саднило из-за вывиха потому что чертова доска оказалась лежать аккурат по пути бега. На улице нихера не видно, один прожектор над стройкой и тот с недостаточным радиусом освещения. Пальцы цепляются за доски забора, через которые она физически не может сигануть - он метра два с половиной, слишком высоко. Слух пытается уловить движение, но кроме тишины вокруг только попискивание крыс, разбежавшихся в страхе по сторонам.

Почему? Почему? Почему?

Почему она сбежала от прошлой жизни и неприятности все равно идут по пятам? Какого черта этому типу нужно было в её квартире? Все в доме знают, что Оскуро работает на износ чтобы внести плату на следующий месяц, потому что хозяйка вдруг решила, что взяла мало. Жадная сука. Может все дело в том, что первый этаж для воришки - легкая добыча, а там уж как повезет? Утирая слезы и сопли, успокаивается минут через десять только. Желудок содрогается от спазмов, там нет ничего, даже не сблевать. Поскуливая, садится на какую-то канистру и в потемках ищет сотовый, набирает девять-один-один, но скидывает - если она заявит об этом, то ею обязательно заинтересуются, а после вылезет наружу и то, что она та самая, кто “потерялся” месяц назад. Листовки с её данными ещё мелькают в новостных сводках, но СМИ уже переживало информацию и скоро окончательно выплюнет.

Только сейчас Саша думает, что ей не хватило месяца чтобы обзавестись друзьями, к которым можно было бы обратиться. Ни одного, блядь, друга. Подруги? Нет, совсем никого. Только коллеги, но им мексиканка как кость в горле. Одна тварь даже подослала к ней парнишку, который должен был обвинить её в краже, благо камеры видеонаблюдения зафиксировали невиновность Оскуро. В заявленное время Саша действительно работала на баре, разливая напитки гостям. Кстати, неделей позже она на самом деле пизданула у него кошелек потому что ибо нехуй клеветать на благочестивую даму. Ему никто не поверил, даже подружка, которая подрабатывала официанткой там же. А все почему? Молодой человек с интересным именем Матиас, который той девахе нравился, всячески ластился вокруг Саши, но он, блядь, такой слащавый что скулы сводит. Иногда выступает в баре, классно играет на гитаре и это единственное, что нравится - перебирает струны хорошо, поёт - тоже. Еще те трахались в толчке, когда Оскуро зашла и застала картину маслом. В тот день настало перемирие с девкой, потому что подобное грозит увольнением и топор войны был зарыт. Саша не злая и не добрая, знает, что люди меняются - просто не всегда в лучшую сторону. Ну а потом…а потом Оскуро целовалась с этим Матиесом на заднем дворике бара, тогда то и утянула кошелек. Саша справедливая, считает, что все платят по счетам и эти двое - не исключение. Ведет пальцами по губам, привкус поцелуя до сих пор саднит как язва на теле чумного. Было неприятно, ситуацию улучшало лишь то, что её маленькая месть свершилась с выгодой для себя.

Саша убирает телефон обратно в рюкзак, ставит его к ногам, упираясь локтями в колени. Запускает пальцы в волосы и смотрит на ботинки грязных кроссовок. Их купила благодаря Рою и он единственный, кто сидит в подкорке с ореолом вокруг головы аки чертов святой. Где он? Как? С кем? Когда он уехал то больше они не виделись, это не странно, просто первое время ощущалась солоноватая тоска. День, проведенный с ним, был единственным радостным и наполненным как бутылка вина - до горлышка. За месяц всё содержимое расплескалось, Саша теперь на самом дне. Всё нажитое осталось там, в квартире, а от мысли о возвращении трясутся поджилки. Вдруг этот тип поджидает её чтобы грохнуть? Пиздец как страшно.

Минут через двадцать, когда адреналин перестал хреначить по остаткам разума, поднялась на ноги. К тому моменту скурила уже четыре сигареты и пустой желудок поддал тошноты. Если бы рядом был Рой, то он бы помог. Почему нет? В тот раз объективно причин для благотворительности не было, но он проявил заботу как мог. Спустя неделю Оскуро узнала, что в Сан-Диего почти все супермаркеты круглосуточные, а он закинул её в тот, который закрывался в девять. Это воспоминание вызвало какую-то больную улыбку и немного растворило напряжение. Рой угрюмый мудак, судя по всему, но он единственный, кто протянул руку помощи за этот месяц. Саша ловит себя на мысли что ей приятно думать о нем, хотя дальше положенного мысли не пускает - сейчас это скорее как лейкопластырь на рану: не обещает моментального заживления, но хотя бы защитит от попадания инфекции. Кстати о ранах, - опирается на кирпичную стену, слепо в темноте касается лодыжки. Кожа горячая и ощущается отечность. Её кульбит об торчащую доску оказался не таким уж безобидным. Щурится недовольно, выдыхает, кряхтит, хромая дальше вдоль здания.

Вдали мелькнул свет фонарика, очевидно, охранник обходит территорию. Притаившись за грудой стройматериала, выждала и спешно направилась в сторону противоположную от хода сторожа строительной площадки. Рой бы ей помог, он выглядит смелым. Оскуро шла минут тридцать, может сорок, пока не обнаружила себя стоящей среди просыпающегося города. В сознание её привел сигнал машины, потому что в состоянии прострации вышла на красный по пешеходу. Сложив руки ладонями друг к другу, жестом извинилась и проскочила быстро (как могла), пока какой хуй её точно не сбил. Оборачивается, щурится. На этом перекрестке, да, точно на этом они с Роем свернули в тот день. Сонные люди смотрят на девку в грязных кроссовках и не имеют и малейшего понятия, что она сегодня вынесла на своих плечах (когда за тобой гонятся, там уже не до красоты). Саша вспоминает о забегаловке с приятной хозяйкой, о стойке с газетами и вкусными картофельными дольками. Ноги сами шагают в предположительную сторону, дорогу туда мозг не помнит. Ему, кажется, и вовсе всё равно куда двигают конечности. Оскуро не спала два дня к ряду, болит стопа и позвоночник тоже, хочется в душ и спать, в глотке пересохло и тошнит от голода. Девка один сплошной комок негатива, движется по инерции вдоль тротуара пытаясь узнать улицу. Спрашивает у сонных прохожих, которые вышли ни свет ни заря, им бы досыпать в кроватях. Раза с пятого её направили по нужному пути к забегаловке Шерил, Саша вздохнула с облегчением, когда в полумраке утра отыскала нужное здание. Внутри не горел свет, сколько времени? По привычке смотрит на запястье, но часы сорвались с хваткой воришки. На коже остались ссадины от соскочившей заклепки ремешка.

Пристроившись у входа за стойкой с газетами, подстелила одну под задницу. Прошло, может, минут тридцать, когда рядом ощутилось движение. В коматозном состоянии Оскуро узнает Шерил, шуршащую в сумке чтобы открыть свою кафешку, а гостью у порога в темноте и не приметила. —Шерил! - хрипло отозвалась и хотела встать, но затекшие ноги и потянутые мышцы заставили фактически опрокинуться на четвереньки. Женщина взвизгнула, но слава всем богам не отпиздила сумкой. —Саша, что ты тут делаешь? - она тянет руки чтобы помочь, окидывает странным взглядом будто бы ищет запах алкоголя или хотя бы широкие от наркоты зрачки. Иначе зачем девке приходить в такую рань и дремать под стойкой с газетами? Ничего не приметив подозрительного, впускает девчонку внутрь и включает верхний свет. —Мне нужен Рой, - коротко отзывается, Шерил почему то улыбнулась так загадочно, что стало даже стыдно. Оскуро отводит взгляд и садится за столик на мягкий диван. Женщина заваривает чай с лимоном и мёдом, пахнет так приятно, что хочется умереть здесь и сейчас. Пальцы касаются горячей кружки с чаем, ночью в Сан-Диего прохладно (или это, быть может, привычка к жаре родом из Мексики?). Делает глоток, довольно щурится сладости, желудок тоже в восторге - он издал утробный рык, что вынудило женщину разогреть блинчики с абрикосовым джемом. Саша преисполнена благодарности, она слышит что Шерил не медля звонит Рою. Тот свой номер телефона не оставил, у нее возможности с ним связаться не было. Вкусным было и мороженное, оно с ягодами и кусочками шоколада. Ложку за ложкой кладет в рот, облизывает, вдыхает теплый воздух и снова, и снова.

...Саша чувствует спиной прохладу утреннего Сан-Диего, забравшейся внутрь забегаловки между ног вошедшего мужчины. Шумит вытяжка и играет незатейливое кантри из колонок под потолком. Шерил очень мудрая женщина, она не сообщила для чего вызывает Роя в шестом часу утра и нахождение здесь Саши оказалось для него (не)приятным сюрпризом. Стоит отдать должное - он не развернулся и не ушел, а хотя бы попытался понять в чем такая срочность. Может быть Рой не Чип и Дейл - бурундучки, которые спешат на помощь, но и Саша не сообразительная Гайка. Взгляд карих глаз аккуратно касается подбородка мужчины, усевшегося напротив. Она не смотрит выше, ей не хочется видеть в голубых глазах упрек, злобу или критичное приближение к смачной пиздюлине. Сегодня Рой не принес запах морского бриза и свежести весны в горах, но точно искрится флером напряжение. Потрескивает над самым ухом. Щелк щелк. Пальцы стирают в пыль остатки синей салфетки, собирая всё в горку где маленькая - она, а большая и высокая - Рой. —Ну и че случилось? - голос бесцветный, в нем не уловить других эмоций кроме раздражения и будто даже легкого облегчения. Разговор был о Максе и теперь окончательно непонятно, кто он такой и почему Рой так стремглав примчался к нему на помощь. Саша поджимает губы и одновременно ноги под сидушку дивана, прячет грязные кроссовки которыми смесила всю грязь и слякоть стройки, когда бежала. Если бы парень только знал, как ей стыдно, то, может, сделал бы лицо попроще или хотя бы добавил чуточку участливости. Впрочем, это не так уж и необходимо. —Я нуждаюсь в твоей помощи, - говорит в подбородок потому что сгорбилась, потому что не смотрит в глаза. Её опущенные как у побитой псинки, вляпавшейся в чье-то дерьмо и теперь носит на себе все ароматы лондОна и пАрижа. Голос звучит тихо; выпячивает нижнюю губу. Если бы остались слезы, она бы в них ударилась от ощущения что пробила потолок собственного дна. Самобичевание не конек Саши, она всегда стойко выдерживает удары судьбы. Однако сегодня так уж получилось: усталость, две смены подряд и в желудке кроме блинчика с чаем не было ничего более-менее сытного. Хотелось спать и в душ, сложно выбрать что-то одно, но стоит пропустить мысль о своей квартире как врезается воспоминание о фигуре, блуждающей по её комнатушке в потемках. —Меня ограбили, взломали замок входной двери, получается, - она не сможет дать больше информации, потому что просто не успела все проанализировать. —Можешь съездить со мной и убедиться, что там нет его? - потирает поцарапанное запястье. Саша любит выдумывать интересные небылицы о своей жизни, но впервые говорит правду. Настолько удивительных историй достойных героини какого-нибудь романа ей придумывать не приходилось.

[nick]Sasha Oscuro[/nick][status]your world is in my hands[/status][icon]https://i.ibb.co/tQvWB0D/image.gif[/icon][sign]//your name on a smoked cigarette  https://i.imgur.com/TnJTwDv.png https://i.ibb.co/NZgcYq4/ezgif.gif https://i.ibb.co/LzWkhbg/ezgi-f.gif[/sign][pla]
[/pla][lz1]САША ОСКУРО, 28 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> бармен, воровка<br><b>relations:</b> тебе нравится перепрыгивать лужи по камням и с каждым твоим прыжком тонет один камень.
ты идешь оставляя трупы на обочине. такой ты человек: бесчувственная, капризная, поверхностная, эгоистичная.
кем ты себя возомнила?[/lz1]

Отредактировано Kristof Mor (2022-09-24 12:51:25)

+2

4

одет
Усталость накатывает волнами, сминает под собой мысли и уничтожает их вовсе. В голове белый шум, который назойливо трезвонит в ушах. Хочется закрыть глаза и отрубиться, но нельзя. Впивается ледяным взглядом в девку, словно видит в ней эпицентр собственных горестей. Смотрит прямо, разглядывает лицо, словно его впервые видит. Это помогает сконцентрироваться. Не уехать локтем по оранжевой скатерти, чтобы окончательно и бесповоротно уснуть. Когда-то же он должен это сделать и забегаловка Шерил - второе по безопасности, после его небольшой квартирки в четырех кварталах отсюда, место, где он может позволить себе не оглядываться по сторонам и не ждать подвоха.

В кафе тихо - так тихо, что можно услышать звуки просыпающегося за спиной города. Небольшая морось дождя искрится в свете фонаря, приглушенно ездят машины, их мало, кому еще куда-то надо в пять тридцать утра? В самом кафе мягко трещит лампа, из-за двери в кухню раздаются едва уловимые звуки - Шерил явно суетится перед открытием. Он знает, что у некоторых офисных служащих фетиш пойти с утра в спортивный зал и там позаниматься перед работой, но даже об этом думать сейчас не может.
В кафе пахнет средством для уборки и отдаленно кофе. Большая кофемашина ворчит, явно Шерил включила её первым делом. Сама женщина ушла куда-то вглубь заведения, словно решила не мешать им и не быть участником сей мизансцены.

Продолжает разглядывать красивое девичье лицо. Она боится, а еще явно чем-то встревоженна. Совершенно противоположное выражение, в отличие от того раза, когда видел её впервые и даже от того, как она несла к его тачке сверток с хмурым. Она не смотрит в ответ, как будто боится наткнуться на его ярость - ей просто везет, что он настолько устал, что даже ярость, его лучшая подружка, сейчас лениво плещется где-то на дне грудной клетки.

—Я нуждаюсь в твоей помощи, - Рой не удивлен. Даже и не думал, что девка могла бы захотеть встретиться с ним ещё раз по любой другой причине. Уж на свидание она бы точно его не позвала, таки, как Рой Векслер не зовут на свидания - от знакомства с ним открещиваются, как от чего-то постыдного. С их историей знакомства это должен был быть самый логичный вариант, который окончательно зациклил бы историю его взаимоотношений с женщинами. Но нет, она все равно тут, сидит и просит о помощи. Как будто он похож на Санта Клауса или представителя службы спасения.
Хмыкнув, проводит ладонями по лицу. Растирает виски, словно там есть кнопка, что позволит включиться мозгу. Ничерта не понимает - чем он вообще может помочь? Дать еще раз работу? Она ведь должна понимать, что вернись она снова в Мексику, вряд ли сможет во второй раз так легко уехать?
Усталость накатывает очередной волной и он снова впивается в лицо Саши, словно старается увидеть на нем бегущую строку из ответов на невысказанные вопросы.

Наконец, она говорит в чем дело, и Рой не удивлен. Ограбить одинокую, мелкую девчушку - проще простого. Нет необходимости даже собирать анамнез и втираться ей в доверие, просто забраться на первый этаж, дождавшись, когда свалит, и забрать всё, что есть. Если вдруг вернется, можно завалить и к тому же выебать - два в одном, почти, как кофе.
Кофе.
Рой перекидывается через спинку диванчика, чтобы взглядом отыскать Шерил, но та, судя по всему, засела на кухне. - Шерил! Можно тебя попросить сделать кофе? - из кухни раздается обещание: - Конечно, Рой, сейчас все сделаю, - и он возвращается корпусом и взглядом к девице. Голубые глаза сканируют её лучше любого аппарата МРТ, рассматривает наконец тело, руки. Подмечает поцарапанное запястье, которое она потирает, тянет ладонь, чтобы перехватить. Касается грубо, так как в нежность в общем-то не особо умеет. Поворачивает так, чтобы лучше увидеть и подмечает, что царапина пустяковая. Спрашивает лишь: - Смогла вырваться? - а то может её правда и изнасиловать успели? Хотя судя по тому, что одежда в целости и сохранности, ничего, кроме ограбления с ней не случилось.
Отпускает, когда Шерил заботливо приближается к ним с подносом.

На подносе лежат подогретые дольки багета, ветчина с сыром и пара жаренных яиц в каждой тарелке. Рядом гордо стоят две кружки с кофе, ароматно дымясь. Рой улыбается благодарно, как будто видит в этом подносе спасение. Если бы он верил в Бога, перечислил бы её к лику святых. - Я решила о вас позаботиться, котятки. Вы кушайте, я пока буду готовиться к открытию, - говорит она, мягко улыбаясь и заботливо поглаживая девчонку по черным волосам. Так гладят собачку, которая чувствуя свою вину, опускает взгляд и ждут, когда устроят выволочку за потрепанный ботинок. Она мягко улыбается, и ей даже не надо ничего обхяснять, она по внешнему виду девчонки всё считала, в противно случае не заманила бы его этой намеренной таинственностью. - Спасибо, Шерил, - Рой Векслер умеет быть благодарным. Она кивает и уходит, грузно шагая в сторону двери, а он переводит взгляд на завтрак. Первым делом делает глоток кофе, после чего командует девчонке: - Ешь.

Две недели назад он снова был в её родном городе. Всё та же жара, всё тот же бар с кислым запахом пива, тупыми мексами, играющими в бильярд. Диего как обычно суетился и рассказывал, что собрал целую группу. Часть из них должна вернуться обратно, а часть планирует разбрестись по всем городам Америку, куда только смогут доехать и затихариться. Рой недовольно потер щетину и сказал: - Не стоит сейчас привлекать внимания к туристическим группам, откуда пропадают люди. До сих пор СМИ трет про ту девку, Бонни. Конечно, совершеннолетних будут не так тщательно искать, но лучше не пускать сразу всех в эту поездку.
Диего, недовольный тем, что его гениальный план летит к черту, тушуется. Рой смотрит на него своими небесно-голубыми глазами с укором. Скорее всего, этот черт уже успел наобещать им заоблачные американские дали и скорую возможность вырваться из трясины мексиканских будней. Не говоря уже о том, что точно взял с них бабки за эту возможность. Что ж, хороший ему урок на будущее, в следующий раз будет сначала согласовывать это с Роем, а только после выдавать обещания.
- Ладно. Отправим в этот раз только семью Торрез. У них недавно сгорел до и им негде жить, нужны деньги, чтобы восстанавливать, а здесь, как ты понимаешь, нихуя не заработать.
Рой ведет головой. Ему кристаллически поебать на семью Торрез, их дом и то, что большая часть их нажитого превратилась в пепел. Эти истории можно рассказывать кому-то сердобольному, Рой Векслер подобным качеством никогда не славился.
- А как там Бонни, не знаешь? - спрашивает Диего и глаза его блестят, как у истинного извращенца, почуявшего возможность поебаться в кустах. Рой, прищурившись, думает, что если когда-нибудь увидит заголовки о пропаже и изнасиловании детей, то точно сдаст Диего. Как бы что ни было, но иметь подобную реакцию несовершеннолетних - совершенно не_здорово.
- Не знаю. Знаю только, что она сняла квартиру и вроде как очень ей довольно, - пожимает плечами и бросает в рот пару орешков, которые они взяли к пиву.
- Ты не мог бы как-нибудь к ней заехать, проверить? Она не так уж и плоха и поехала, чтоб помогать матери с бабками. У мамки её то ли артрит, то ли ещё что-то, в общем, она работать толком не может и...
- Не мог бы.
Рой отрезает, чтобы нихуя не слышать эту историю. Ещё не хаватало ему тратить время на девиц с проблемами - эй, у него у самого проблем по горло, но что-то о нём никто нихера не заботится. Делает большой глоток паршивого пива и, поставив стакан на стол, поднимается. - Не проебись завтра, - говорит вместо прощания и уходит.

Если бы верил в сглазы и прочую лабуду, то точно бы решил, что гребанный Диего накаркал ему встречу с этой Сашей. И надо же как получается, что она попала в беду аккурат в тот день, когда он тоже в Сан-Диего. Приди она сюда три дня назад, два, да даже вчера, то Шерил бы он ответил только то, что сейчас не в городе и сказал бы разбираться самой. Но нет, сидит, ест пожаренное яйцо и думает, что делать с ней. С одной стороны, он ничего ей не должен и может свалить, даже не объясняя причин. В конце концов, нянькой быть точно не нанимался. С другой стороны, видит в ней даже не Макса, который того же возраста, нет. Видит в ней себя, такого же беспомощного, которому банально не куда было бы идти в свои шестнадцать. У самого на руках был брат, у неё мать, хоть и в другой стране, но той тоже надо помогать. Не знает, реально ли помогает или забила на родственницу, но тем не менее. Если учесть, что за этот месяц она не обдолбалась и не сдохла в какой-то канаве, то уже хотя бы может вызывать уважение.

Наверное, всему виной в то, что Шерил подмешала в кофе свою доброту и заботу, иначе сложно объяснить, почему он всё же говорит: - Ладно, съезжу с тобой, - и допивает кофе. В отличие от паршивого пива пару недель назад, очень вкусный. Отставляет кружку и тарелку.
Потирает щетину [сейчас щетина - редкость на лице, двенадцать лет спустя никогда не будет её сбривать, пряча в ней мелкие шрамы на лице] и бросает беглый взгляд на часы. Спать уже ехать домой нет никакого смысла. Проще отвезти её и сразу ехать к Брекену, а выспаться уже после, вечером. Наверное, мешки под его глазами смогут явно дать понять Хуану и Уильяму, что ему просто жизненно необходим сон. Иначе вырубится где-то за рулем и это будет последняя поездка.
Поднимается и кидает на стол пару купюр, которые явно перекрывают стоимость быстрого завтрака. - Спасибо, Шерил, - кричит вглубь кухни и даже без лишних слов знает, что этот подгон был бесплатным и можно было не платить. Позже он скажет, что это за заботу. И в общем-то будет прав, она ведь не прогнала девку и решила не бросить, как только поняла, что та очевидно в беде. Хотя самое главное для него то, что если так же в кафе залетит Макс в пять утра и будет требовать помощи, ему она так же не откажет и вытрезвонит Векслера старшего, где бы тот ни был.
- Пошли, - только и говорит. Разворачивается даже раньше чем она поднимается и выходит, чтобы, как только нога коснется асфальта, закурить.
Утренняя прохлада обдает щеки, Рой бросает взгляд на часы: шесть тридцать.
Сука, а мог бы сладко спать и храпеть в своей постели.

Отредактировано Roy Vexler (2022-09-25 22:58:16)

+2

5

Ответ, конечно, последовал не сразу. Можно было бы взять еще одну салфетку и изодрать её в клочья, но вместо этого Саша ковыряет ногтевое ложе на пальцах с коротко остриженными ногтями: на пекарне запрещают иметь длинный маникюр всем сотрудникам без исключения, будь ты посудомойкой или пекарем. Она там часто урывает свежие булочки и благодаря им набрала пару килограмм, избавившись от худобы и торчащих наружу ребер. Какой в этом толк, если сейчас она рискует проебаться на следующей смене, учитывая положение дел? Со стороны кажется, будто девка нашла что-то интересное в своих руках, так усердно она их разглядывает. В голове мелькают мушками мысли, что если бы Рой хотел её отругать (зачем ему это?) или отпиздить (это ему тоже, по идее, не нужно), то уже сделал бы задуманное даже при свидетелях. Что ему эта Шерил? Саша опасливо поднимает взгляд карих глаз, когда Рой отворачивается и привлекает внимание хозяйки. Не брит и явно сонный, как умудряется держать себя в руках? Она всё еще помнит что является ему примерно никем. Опускает взгляд сразу, как парень повернулся обратно и в горле застревает выдох, когда он на фоне своей сонливой ленности как кобра вцепляется в её руку, дернув на себя. Больно упершись грудью в край столешницы, удивленно впилась в лицо мужчины взглядом недоумевая и не совсем понимая что спровоцировало такой выпад. Он, безусловно, ссадину заметил, но они оба понимали что она совершенно не представляет угрозы, поверхностная, уже через три-четыре дня и следа не останется.
Смогла вырваться? - поинтересуется негромко, вскинув голубые глаза к лицу напротив. Они похожи на кристально-чистый лёд в какой-нибудь снежной долине Аляски.

—Вырвалась, - также коротко отвечает решив не рассказывать в красках как пересекла несколько кварталов на одном дыхании в попытке сбежать, хоть преступник, очевидно, вообще за ней и не следовал. Саша даже думать об этом не хочет, ведь если бы у него было столько же прыткости как у профессионального бегуна от полиции Мексики, то не говорить им сейчас здесь в тишине сонной забегаловки. Минус лишь в том, что в своем городишке она ориентироваться может даже не глядя, а здесь сумела выучить улицы только до работы и вокруг дома в пределах квартала. На прогулки попросту нет времени. Хватка ослабевает вместе с тем, как из неоткуда появилась Шерил с подносом в руках.

Желудок свело спазмом с громким урчанием от аромата еды. Саша сглатывает шумно слюну перестав впиваться взглядом в Роя и переключившись на поднос. Тарелки одна за другой выстраивались рядом и бонусом - горячий кофе. Свежесваренный. Отвлекается только тогда, когда теплая ладонь касается головы, скользнув по волосам - это похоже на подбадривание. Девка сидит и стучит под столом коленями друг об друга, взглянув на Шерил. Рой командует - ешь, она не медлит и минуты. Глотает пищу наспех и ждет, когда в голове мужчины прокрутятся все винтики и шестеренки для взвешенного решения. Может он размышляет как послать её нахуй? Хотя обычно ведь в таких случаях о чувствах не заботятся. Пихает в рот ветчину, заедает поделенным на ровные дольки яйцом, сверху заливает обжигающим язык кофе. Приятное ощущение наполнения желудка добавляет плюс десять к настроению и теперь вся ситуация не кажется такой уж уёбищной. Оскуро хочет выдвинуть предположение, что на неё навели того воришку, может дело в наркотиках? Кто-то слил информацию? Диего? Рука замирает с вилкой, протыкающий желток - а оно ему надо? Он знаком с матерью Саши уже много лет, знает и то как она росла и почему от осинки не родятся апельсинки. Нервно ведет плечом и засовывает остатки яйца в рот, усердно пережевывая и уставившись в баночку с перцем, которая стояла аккурат между тарелками Роя и её - это своего рода буёк, за который заплывать не следовало. Диего. Да не-е-е, просто совпадение, так случилось, что воришке приглянулась квартира с легким доступом в комнату. Там замок изначально был расхлябанный, Саша бы без труда его взломала шпилькой для волос. Этому её научили в той самой плохой компании мелких воришек из Мексики.

Ладно, съезжу с тобой, - звучит в голове через расфокусированное внимание. Саша растерянно поднимает взгляд, закидывая остатки багета в рот пока парень опрокидывает остатки кофе в себя и девка порывается ухватиться за его руку, чтобы отблагодарить. Она даже дернулась, но Рой сразу встал и пришлось ухватиться за кружку со своим кофе, пролив немного на оранжевую скатерть. Быстро промокая ту салфеткой, ощущает, что Рой двинулся на выход. Господи боже, как неловко. Ощущает как краснеют кончики ушей, кровь приливает к лицу. Бумага впитывает сладкий кофе и попадает на купюру, девка уже вытирает на ходу оторвав зад от диванчика. Еще смахнет крохи с лица и засеменит следом на выход, перегнувшись через стойку за которой находилась кухня. —Спасибо! - это за всё, а не за что-то по отдельности. Женщине она обязательно поможет, но когда будет способна на это в полной мере. У Оскуро нет даже монетки, ей приходится искренне надеяться что деньги Роя перекрыли и её завтрак тоже. Если нет, то стыдно будет в два раза больше.

Размашисто шагает в припрыжку к выходу, прихрамывает, опускает взгляд на ботинки и прежде чем выйти, стянет салфетку с крайнего столика и попытается стереть прилипшую грязь. Особо ситуацию не улучшило, нужно их отмывать как следует. Скомкав бумажку, выкинула в мусорное ведро на входе и выскользнула в утреннюю прохладу со стеной запаха табака. Рой остался курить недалеко от входа, повернут спиной. Если бы можно было передать вибрации благодарности, то Саша ими бы поделилась, чтобы объяснить без слов, которые ей даются с трудом. На английском она изъясняется хорошо, но иногда их запаса не хватает, чтобы сказать то, что прячется за ребрами. Еда потянула веки вниз, напала даже незначительная сонливость. Молча забравшись в салон автомобиля, довольно быстро доехали до дома и чем меньше оставалось метров, тем громче билось сердце и проступал холодный пот на затылке. Оскуро, может, и отважная, но не настолько чтобы отдаваться в лапы какому-то бандюку.

Свет фар подсветил стену из красного кирпича, пока лучи рассветного солнца не добрались до узкой улочки. Окно так и осталось немного приоткрыто, легкая ткань штор исходилась волнами и её нет-нет, да затягивало наружу сквозняком. Сцепив пальцы в замок, зажала их между коленями, чуть выгнувшись вперед. Глянула через лобовое на дом и подумала, что теперь назвать это место домом даже при большом желании не может. Под ложечкой неприятно засосало, даже теперь ощущает словно кто-то за ней следит, смотрит. Это чувство преследует с того момента, когда она дернула с квартиры в попытке побега. Так, наверное, развиваются фобии? Коснувшись холодными пальцами дверной ручки машины заметила в стороне движение: мужчина в темных одеждах выскользнул из подъезда и быстрым шагом растворился в полумраке улицы. Замерев, очухалась лишь когда хлопнула дверь со стороны водителя. Если это был грабитель, а не какой новый желец, то не ради наживы он забрался в её квартиру. Расположение той на первом этаже было почти на уровне тротуара и это бы могло считаться подвальным помещением, если бы оное не было еще ниже - без окон, только дверь с краю дома. —Я тоже пойду, - она не знала есть ли кто-то всё же внутри, но с Роем было не страшно. Он угрюм и явно недоволен, от него пышет раздражением и Саша не могла точно определить - из-за нее или просто так сложились обстоятельства где она лишь добавила проблем в общую копилку. Они поднялись по лестнице в холл, свернули за угол и уткнулись в чуть приоткрытую дверь. Затаив дыхание, зашла следом за парнем ощущая, как из-под ног уходит земля - вся квартира перевернута вверх дном, на полу валяются незначительно нажитые вещи, вывернут комод. —Не понимаю, - говорит вслух и не слышит собственного голоса, делает шаг внутрь через хруст разбитой о пол вазы. Осоловелый взгляд мечется по разбросанным предметам и усевшись у полки комода, принимается переворачивать вещи: футболки, штаны, рубашки, белье. Там она хранила небольшую сумму оставшихся денег. Их, конечно, нет. Села на задницу, подтянув к груди ноги, проглатывая ком обиды, подпирающий горло. Он бы мог пролиться слезами, но ими делу не поможешь, грусть и обида царапали грудную клетку изнутри, хотелось взвыть и обвинить весь мир в своих неудачах. —Рой, - Саша впервые назовет его по имени хотя он официально ей не представлялся. Поднимет на него взгляд. —У тебя есть для меня работа? - у нее дрожит голос и слышны интонации какой-то даже безысходности. Саше грустно, но она старается держаться.

[nick]Sasha Oscuro[/nick][status]your world is in my hands[/status][icon]https://i.ibb.co/tQvWB0D/image.gif[/icon][sign]//your name on a smoked cigarette  https://i.imgur.com/TnJTwDv.png https://i.ibb.co/NZgcYq4/ezgif.gif https://i.ibb.co/LzWkhbg/ezgi-f.gif[/sign][pla]
[/pla][lz1]САША ОСКУРО, 28 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> бармен, воровка<br><b>relations:</b> тебе нравится перепрыгивать лужи по камням и с каждым твоим прыжком тонет один камень.
ты идешь оставляя трупы на обочине. такой ты человек: бесчувственная, капризная, поверхностная, эгоистичная.
кем ты себя возомнила?[/lz1]

+2

6

Затягивается, что в свою очередь тоже бодрит. Смотрит на лениво проезжающие тачки рядом, бесцельно скользя взглядом голубых глаз по просыпающемуся городу. Созерцать - не его сильная сторона, ровно как и видеть прекрасное, поэтому он видит лишь слякоть и грязь, по которой ступает девчонка своими некогда белыми кросами. Она хромает. Хромает ощутимо, но слава богу, не жалуется и не просит пронести себя на ручках. Этого он бы точно не вынес и, развернувшись, уехал быстрее, чем она успела бы извиниться.
Вышвырнув бычок, ступает за ней по той же слякоти и по тому же пути, который она только что преодалела к его тачке и успела сесть на пассажирское сидение. Если бы она не была такой напуганно-затравленной, то он бы даже пошутил что-то вроде: "почувствовала себя уже в моей тачке полноправной хозяйкой? тогда скидывайся на бензин". Но не шутит. И ничего не говорит.

- Что с ногой? - спрашивает, пока они пересекают улицы и останавливаются на очередном перекрестке. Она на него даже не смотрит [всё ещё], а Рой пользуется этим и рассматривает скромную одежду. Судя по ней, явно возвращалась не от мужика, не со свидания или из клуба. Не знает чем жила всё это время, пока не виделись, но вряд ли блядством - экипировка была бы другой.
Рука, нога, что она еще успела повредить, когда убегала от воришки. С его точки зрения даже в пятнадцать бессмысленно бояться залетного квартирного вора, явно желающего чем-то поживиться, чем-то вещественным и шуршащим, но проблема Роя Векслера именно в этом и заключается - он совершенно не умеет проецировать ситуацию глазам других и понять, что шестнадцатилетняя девушка при всей своей юркости и смекалистости не сможет отбиться от нападения взрослого мужика. Природа, увы, императивно распорядилась в том, что женщины - слабый пол и как бы те не играли в свои феминистические игры, статистика нападений на дам всё ещё высока.

Тонкую грань между кражей и грабежом ему объяснили еще лет в 16, когда был пойман за руку во время очередного нападения с кентами. Тогда пришлось отсидеть в обезьяннике пятнадцать суток и каким-то чудесным образом отбрехаться от ответственности. Никогда не узнает после, что жертва нападения и сама была не чиста на руку, но это его и не касается, главное, что удалось свалить из участка под явно осуждающий взгляд копов и отчаянно хотелось больше никогда с этим самым взглядом не пересекаться. Но, увы, не всё всегда складывается так, как ему хочется.

Заходит в квартиру первым - как она и говорила, квартира небольшая, для одной в самый раз. Чем плоха - отсутствием хороших потайных местечек, пустым пространством и низкими, большими окнами. Они, прям как негласное приглашение для воров "ограбь меня, ограбь". Не хватает только коврика добро пожаловать. Впрочем, если не закрывала окно, то и коврик не требуется. Саша заходит следом, он чувствует её присутствие за спиной и страх, что темным дымом обволакивает пространство, ударяется о стены и заполоняет собой воздух до потолка.
По полу раскиданы хаотично вещи, круглый бардак [как приверженец идеальной чистоты в своем жилище, к подобному относится максимально скептически] и девчонка напрямую направляется к ящику комода, видимо, там хранила деньги. Глупая, кто же хранит бабки в таких очевидных местах? Ещё одно негласное приглашение из серии "ограбь меня, ограбь". Он мысленно закатывает глаза. Надо было при первом знакомстве подарить ей самоучитель жизни в одиночестве для чайником и глупых девиц, не понимающих все риски и соблазны грабителей.

Девчонка опускается на пол и подтягивает к себе колени. Рой закатывает глаза снова, ожидая услышать рев и женскую истерику с причитаниями, но на удивление, не получает ни того, ни другого. Опускается на край кровати сбоку от неё и с трудом сдерживается, чтобы не опрокинуться на спину и уснуть. Похуй, что не в своей койке, хотя бы в присутствии подушки и одеяла - тройничок, которого он отчаянно заслуживает.
Смотрит на неё с недолгой паузой, словно решает, какую выбрать тактику поведения.
Он может уйти, в сущности, не обязан был даже ехать сюда и помогать.
Он может предложить ей найти новую квартиру и какую-нибудь другую работу самостоятельно, объяснив, что не планировал заниматься трудоустройством шестнадцатилетки.
В конце концов, он может оперативно отправить её по частям в Мексику обратно с припиской "не справилась". Ничего не стоит разобрать её и сложить в чемодан, пропустив через границу через своего уже найденного и прикормленного таможенника, который за определенную сумму в неделю не глядя пропускает для него нужные тачки.
Но девка так очаровательна в своем отчаянии, что он лишь бурчит: - У меня нет работы, подходящей для девушек, - и откровенно врет. На самом деле, пушером может работать любой человек вне зависимости от пола, расы, вероисповедания и сексуальной ориентации. Рой не знает ничего из вышеописанного применительно к Саше, стопорится на самом первом пункте. Женщинам не место в наркобизнесе. Тем более, если она сломалась от простого ограбления, то что с ней может быть, когда её же сограждане решат её припугнуть в попытке стрясти бабки?

Векслер проводит ладонью по щетине, из-за чего по комнате раздается неприятный звук. Двенадцать лет спустя это будет его фирменный жест, оповещающий о том, что он пытается придумать что-то получше из того говна, что есть на руках. Сейчас, конечно, у него проблемы не такие глобальные, что будут несколько лет спустя. Снова оглядывается по сторонам и хмурится. Спрашивает, не понимая, почему хочет получить работу у него снова.
- Ты разве не работала всё это время? - вряд ли она жила весь месяц на бабки, которые он ей дал. Тем более сама заикалась при расхваливании этой квартиры, что поблизости имеется аж два места, куда можно устроиться. Снова проецирует на себя - сам не смог бы не работать столько времени. Когда ты с шести лет вынужден заботиться о младшем брате, а с одиннадцати попадаешь на счетчик, сложно представить себе отпуск в рандомном городе, без потребности срочно бежать и решать очередную проблему.

- Ты должна понять, что это - далеко не первый раз, когда тебя ограбили и когда будет казаться, что земля уходит из-под ног, - он говорит, как умаянный жизнь дед, впрочем, таковым себя и чувствует. Снова проводит пальцами по щетине и снова раздается противный звук по пустой комнате, разрезая нависшую тишину. - Это ебанная взрослая жизнь и тебе придется снова и снова сталкиваться с подобным, - он знает её состояние. Сам ощутил его в тринадцать, когда очередной ёбырь матери вытащил все его бабки, не только заработанные на себя, но и те, что нужно было вернуть дилеру за точку. У неё ситуация даже получше. Никто не изобьет её до полусмерти из-за потерянных сбережений. - Сейчас тебе кажется, что это пиздец, но через несколько месяцев на тебя свалится что-то ещё, что будет в десять раз хуже, - ему кажется, что это пиздец какие правильные слова для утешения. Хотя на самом деле вся проблема в том, что он категорически не умеет поддерживать людей и словами через рот говорить то, что они хотят от него услышать или ожидают в конкретной ситуации. - И это ограбление покажется пустяком.

+2

7

Саша смотрит на него снизу, когда Рой уселся на край кровати, которую утром она так и не заправила, потому что спешила в пекарню на углу. Оттуда сразу в бар - время между точкой "А" до точки "Б" составляет не больше тридцати минут быстрым шагом. Смотрит в лицо, но вместо этого одновременно куда-то за макушку, там окно и рассветное солнце скромно отражается в стеклах дома напротив через пушистую ёлку, посаженную аккурат напротив. Улочки очень узкие, между ними только дорога и тротуары. Можно видеть как ходят люди, все они торопятся по своим делам. Саше будто бы даже торопиться и некуда. Прибежала: под её ногами руины собственной жизни, любая отчаянная попытка что-то сделать н о р м а л ь н о рушится как карточный домик. Досадно. Мексика была хорошей тренировкой, но там под боком дом и друзья, а это значит что есть поддержка в любом из начинаний. Если упадешь, - поднимут. Саша смотрит на парня, но видит только его темный силуэт напротив окна. Касается пальцами своего лица, ведет по щетине с характерным таким звуком, задумчив. —Ты разве не работала всё это время? - она удивленно приподнимает брови, уложив подбородок на острые колени, обнимает их как соломинку. Вокруг разруха, вещи валяются здесь и там, а по положению людей в этом хаосе похоже, словно они оба синхронно словили дзен. Непринужденно и легко, если пытаться игнорировать реальность.

—Я работаю в пекарне “Сан-Тортино” на углу и в баре “Саламандра” в соседнем квартале, - можно было бы этим гордиться, ей хватает выносливости и сил утром работать в одном месте, а вечером спешить в другое. На сон остается не сказать что много времени, но выручает близкое расположение квартиры, в шаговой доступности. —Просто платят в несколько раз меньше, я ведь не официально работаю, гражданства нет и всё такое, - отводит взгляд и задумчиво собирает вокруг себя вещи, отделяя нижнее белье от футболок и штанов пока Рой завёл странный монолог о бренности бытия. В подъезде послышался какой-то шорох, Саша резко обернулась и если бы у нее на макушке были уши, то они определенно бы поднялись с любопытством и опаской. —Да..да, - поддакивает Рою даже не поняв, чем он закончил свою убедительную речь что жизнь говно и скоро её ждут проблемы пожирнее. Если бы Рой выучился на психолога, то его бы определенно кто-то херакнул за углом лопатой после первого сеанса - настолько пессимистично звучали слова в убогой комнате убогого района в убогой компании с девочкой из Мексики.

Поворачивается, подтянулась к ногам парня, закидывая на его колени свои руки, скрещивая между собой. Уложив подбородок на запястья, искоса посмотрела снизу. Ладно, Рой хотя бы помог при отсутствии причин для этого. Почему то сейчас жест доброй воли выглядит пиздец каким важным, хотя ощущение навязчивости Саша испытывает наравне со страхом остаться тут одной. От мысли об этом завтрак поддает тошноты. —Спасибо за помощь, - булькает что-то там о благодарности, когда в рюкзаке запиликал входящий. Отцепляется от ног и достает сотовый, отвечает и долгих секунд тридцать слушает чей-то голос. —Да, хорошо, в течение часа приду, - Саша поднимается на ноги и молча вставляет зарядное устройство, чтобы батарейка не села к вечеру, поворачивается к мужчине. —Тебе пора, мне предложили выйти в дополнительную смену, - о сне можно забыть, но спать в этом месте не хочется. Оно, может, и к лучшему. —Не буду отказываться от наличных, их сразу платят во внеурочный выход, - мягко улыбнулась и скоро проводила гостя, заперев замок. Выглянет в окно и проводит взглядом отъезжающий от тротуара автомобиль, по привычке сдернет с елки зеленые иголки, разотрет между подушечками пальцев, втянув аромат хвои полной грудью. Успокаивает. Солнечные лучи мягко коснулись лица, днем, вообще-то, не так уж и страшно. Наспех приняв душ, отмыла кроссовки, завязала влажные волосы в тугой пучок, по ходу дела раскидала белье по полкам, чтобы не топтаться.

В восемь вечера Саша уже виртуозно балансировала за барной стойкой. Всюду уже можно было разглядеть рождественские украшения, на фоне играла песня Jingle Bells. Рождество чуть больше, чем через неделю. Прошлое Саша праздновала с матерью, а после встретилась с друзьями, они всю ночь кутили в баре. Тогда она впервые напилась в усмерть и лежала три дня пластом. Сегодня Саша домой возвращаться не стала, ей даже и не хотелось, хотя было свободных целых полтора часа. Она зашла в кафе и плотно поужинала на заработанные деньги, осталось еще на продукты, но не на оплату аренды. Завтра она подумает об этом, выслушивая слезливые истории пьяных посетителей. Её сменщик - парень, студент, он учится в университете и подрабатывает в баре. Здесь часто отираются его сокурсники целыми толпами, оставляя хорошие чаевые. Вечером они завалились целой командой, человек пятнадцать. Заняли самый большой стол на возвышенности в углу сразу за сценой. Оттуда открывается хороший обзор, там часто располагаются дядьки при деньгах. Официантки бьются за обслуживание тех, кто бронирует своего рода вип место. —Чего такая хмурая? - голос со стороны вытянул из ленивой задумчивости. Саша вздернула подбородок, рассеянно оглянувшись и едва не выронив бутылку. У бара никого не было, все разошлись по столикам. Посреди недели народу не так чтобы много. 

—Что? Нет, просто небольшие проблемы, - пожимает плечами, выходя из-за стойки. Его друзья уже уютно расположились на диванчиках, что-то обсуждают радостно и весело. Она бросает в их сторону неаккуратный взгляд.

Экзамены сдали сегодня к тому же все разъедутся на Рождественские праздники, - объясняет причину их визита в бар. —А ты учишься? - Саша растерянно глянула на Роба. Вообще его полное имя Роберт, оно Саше нравится больше, потому зовет полным именем.

—Нет, пока нет, может потом, позже, - они пошли в подсобку, там хранятся вещи, одежда, кто-то приносит ужин потому что в баре нет нормальной еды, только закуски.

Вот как, в общем для студентов это праздник, в следующем году выпускные экзамены. Хочешь с ними поседеть? Я тебя представлю, развеешься, - Роб добродушен, он красив по американским меркам, такие обычно выступают лидерами какой-нибудь футбольной команды и воруют девичьи сердца. Саша отводит взгляд, домой не хочется, а она истосковалась по общению с ребятами примерно её возраста. Предложение звучало заманчиво. —Пошли, Саша, они же все тебя уже видели, Джас и вовсе спрашивал про тебя. Хороший повод познакомиться, - подталкивает её из подсобки в сторону голдящей компании.

Время.

Саша смотрит на экран телефона и не видит цифр. Они расползаются в разные стороны, выпрыгивая за границы тачпада. Бар давно закрылся, уже около двух, судя по всему. С Робертом договорились закрыться, но не говорить хозяину что остались кутить, это их маленький заговор и как выяснилось - делает он так не первый раз, просто Саша всегда уходила сразу после смены, не задерживаясь. Толкает сигарету в рот, промахивается мимо губ, шипит, исправляется. Стена на улице холодная, прохладный воздух забирается под футболку, порождая шквал мурашек. В голове шумит, в темноте улицы экран монитора кажется пиздец каким ярким. —Джас, я тебя ви-и-жу, не стой как исту-у-укан, - пьяно тянет, засовывая телефон в карман и роняя, опускается за ним едва не выплескивая из бутылки пиво. Сигарета зажата в зубах, Саша максимально неловкая. Какой-то тип из компании притащил порошок, они все по кругу затянулись и теперь в баре шумит музыка, приехали еще какие-то ребята, там тусовка для своих. Саша в силу возраста и массы опьянела уже на пиве, а всё остальное и вовсе было лишним. Джаса заметила только потому что у него белая рубашка с какими-то яркими вставками, не классическая, но подобрана со вкусом. Парень красивый, он весь вечер её обхаживал. Выглядит галантным кавалером, только вот отклика в её душе не нашел. Слишком породистый.

Показалось, что ты хочешь побыть одна, - ага, в подворотне где если встать и растопырить руки (не Саши, а подлиннее, конечно), то можно коснуться пальцами от стены до стены. Голос Джаса растягивается, слышится бархатным и забавным. Оскуро делает глоток и приваливается к стене спиной по инерции, блядь, руки будто не свои, как и ноги, собственно. —Мне так плохо, что пиздец, - коротко говорит, борясь с тошнотой и головокружением. Первую пытается проталкивать пивом, получается не очень. Мимо прошла девчонка с цветочным ароматом духов, очень приторный, напоминает запах сакуры, которая цветет по весне. Оскуро смотрит на нее и отворачивается, потому что та припала к мусорному баку и вырвала в него.

Может такси вызвать? Давай вызову, какой адр…- а больше Саша ничего не слышала, потому что мир вокруг крутанулся, сменившись непроглядной темнотой. Минуту может, две дрейфовала на волнах абсолютного спокойствия, когда разлепила глаза. На нее испуганно пялился Джас, с кем-то болтая по ЕЁ ТЕЛЕФОНУ. Она пьяно выбила из рук трубку, хихикая. Телефон пикнул и отключился. —Звонишь в службу спасения? Всё со мной нормально, - сигарета выпала из рта и обожгла футболку, благо что не новая и в целом - не жалко. Парень подобрал телефон и предложил помощь дойти до зала бара, он галантно её поддерживал. Начался мелкий дождь. —Ты побледнела и начала по стенке сползать, думал сейчас кони двинешь, - он, может, действительно испугался. Саша хихикает и не может остановиться, в ногах прибавилось силы, а адекватности мышления - наоборот. —Пошли танцевать, Джас? Не будь занудой, я думала с тобой будет весело, - её упрек не звучит как упрек. Делает шаг через порог, врываясь в танцующую толпу.   

[nick]Sasha Oscuro[/nick][status]your world is in my hands[/status][icon]https://i.ibb.co/tQvWB0D/image.gif[/icon][sign]//your name on a smoked cigarette  https://i.imgur.com/TnJTwDv.png https://i.ibb.co/NZgcYq4/ezgif.gif https://i.ibb.co/LzWkhbg/ezgi-f.gif[/sign][pla]
[/pla][lz1]САША ОСКУРО, 28 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> бармен, воровка<br><b>relations:</b> тебе нравится перепрыгивать лужи по камням и с каждым твоим прыжком тонет один камень.
ты идешь оставляя трупы на обочине. такой ты человек: бесчувственная, капризная, поверхностная, эгоистичная.
кем ты себя возомнила?[/lz1]

+2

8

Психолог из него получается гадкий. Такой гадкий, что девица резко подскакивает, отвлекаясь на телефон, и моментально выдворяет из квартиры. Словно до этого ничерта не тряслась от страха. Рой, конечно же, думает, что его слова все равно смогли ей помочь. Падать в сожаления и пытаться слюнявыми обещаниями облегчить страдания все равно не смог бы - не тот человек. А если все вышесказанное реально так резво привело в чувства, так, может, всё правильно и сделал.
В любом случае, правды не знает. Женщин не понимает от слова совсем - они для него хуже ядерной физики. Её [физику], хотя бы выучить можно, да и куча учебников написано, с женщинами же хуже, нет ни учебных пособий, ни единой возможности прочитать их мыли, даже есть раскроить череп и покопаться палкой в мозгах.
Поднимается с постели и задерживается лишь на пару минут, чтобы на небольшом клочке бумаги записать несколько цифр и передать ей.
- Мой номер. На всякий случай, - оставляет, чисто для того, чтобы она в следующий раз не искала его через Шерил, которой вряд ли упали все эти драмы и бедовые девчонки в пять тридать утра, из-за которых приходится тратить время на что-то другое, кроме подготовки к очередному рабочему дню.
Выходит из неприметного домика прям под лучи рассветного солца. Тот ярко подсвечивает красный кирпич, словно старается обрадовать его видом. Учитывая, что Рой Векслер в принципе не особо умеет радоваться, получается так себе.

Их с Хуаном встреча у Уильяма проходит просто прекрасно.
Правда, приходится подождать какое-то время, пока он не закончит свои дела, но это того стоит. Как только Брекен освобождается и ох допускают к кабинету, стрелка часов переваливает за четырнадцать. Рою нравится бывать дома у Брекена, несмотря на то, что он в должности прокурора и при любом неблагоприятном раскладе может из этого самого дома увезти их обоих с Хуаном далеко и надолго. Рой точно не знает всех его полномочий [да и вообще мало соображает в должностях всех контролирующих и проверяющих структур], но все равно ведет себя максимально послушно. Как хороший песик, который хочет, чтобы хозяин уделил ему время и поиграл. И Брекен уделяет время и играет. Потому что знает - в случае, если все удачно сложится, эти два песика принесут ему столько бабок, сколько никогда и ни за что не принесет официальная служба.

Он заходит в кабинет и властно предлагает обоим сесть.
Хуан и Рой разные, как будто были случайно по ошибке куплены в диаметрально противоположных магазинах. Хуан типичный мексиканец невысокого роста, с кустистыми бровями и угольно черными волосами. Рой же высокий и худощавый на сто процентов белый американец, который внимательно цеплет каждую деталь своими голубыми глазами. Инь и Янь в чистом виде, даже по характерам. Несмотря на вечный стереотип и горячую мексиканскую кровь, Кортез спокойный и рассудительный, Векслер-же наоборот, чуть что готов вцепиться в глотку и разорвать любого. У него кулаки чешутся и порой даже не нужен повод, чтобы пробудилась ярость и, нешептывая на ухо, приказала драться.
Уильям знает и это, поэтому разделяет задания и даёт каждому в зависимости от возможностей. Договариваться словами доверяет Хуану и тот спокойно кивает, подтверждая, что прекрасно понял что от него требуется. Подчищать хвосты силой делегирует Рою, и Векслер послушно кивает.
Они сидят в большом кабинете на стульях дороже, чем его квартира, пьют виски, дороже его еды на неделю и Веклер думает, что еще никогда не был близок к тому, чтобы свалить из своей социальной касты, как сейчас.
Эйфория накатывает приятной волной. Коньяк приятно расслабляет натянутые нервы. Сердце выписывает кульбиты от приближающегося веселья.

Встреча заканчивается в шесть.
Рой тратит еще пару часов на то, чтобы отдохнуть в небольшом заведении, где всегда приветливый бармен подает не паленую водку. Напивается несильно, чисто, чтобы расслабило. Как только начинает вести, сваливает поскорее, чтобы, приехав домой, поскорее уснуть.
Так отчаянно заебался, что сил хватает только лишь на душ перед сном. Все остальное решает сделать завтра. Не знает ведь, что у вселенной другие планы на его и эту ночь.

Телефонный звонок разбивает все грезы и надежды о простом человеческом "выспаться".
Наверное, это что-то для законопослушных людей, иначе почему вселенная снова и снова оттягивает от него это радостное событие и никак не даёт насладиться его очарованием?

Векслер сонно хмурится и поднимает мобильник. В темноте яркий экран обжигает, он, чертыхнувшись, трет их пальцами и принимает звонок. - Да, - бросает максимально раздраженное приветствие, ожидая, что вот вот кто-то оповестит о том, что сгорело нахуй все полицейское управление и некому больше ловить преступников. Иначе он не понимает какого хера он понадобился в принципе.
Саша.
С а ш а.
Блять.
Второй раз за сутки кто-то будит его из-за Саши и он думает, что лучше бы нахуй свернул ей голову на том самом гараже, где показывал звёзды, чем терпел сегодня все злоключения с её бедовой жопой. Именно на неё ведь она находит себе приключения?

Незнакомый голос с нотками волнения говорит, что с ней не всё хорошо и просит забрать её как можно скорей. Рой сонно потягивается и садится на постели, явно не понимая с первого раза что от него хотят. Судя по голову, звонит какой-то мальчишка, которому не все равно. Почему в таком случае сам не отведет её в безопасное место тоже не понимает. И какого дьявола вдруг решил звонить ему - определенно.
Рой сперва думает бросить трубку. Пусть разбирается со своими проблемами сама и не втягивает его в подробности своей сумбурной подростковой жизни. Но потом слышит в трубке не_здоровый смех и максимально складывает в голове два плюс два.
Он знает этот смех. В частности потому, что с одиннадцати лет в нарко-сфере и в курсе любого воздействия наркоты на организм человека, который только может быть. - Твою мать, - зло шипит, стоит после непонятного шороха, вызову отключиться. Лицо перекашивает гримаса ярости. Титаническим усилием воли сдерживается, чтобы не швырнуть телефон в стену и поднимается. Бегло накидывает на себя футболку и джинсы и, схватив лишь мобильник с ключами, выходит из квартиры.

Если когда-нибудь у него спросят, как от злости, вперемешку с усталостью, не вписался в какой-то поворот, то он лишь пожмет плечами и ответит что-то про магию. Хоть в неё совершенно не верит, скорее наоборот, отрицает возможное присутствие в современном мире.
Паркуется напротив бара с нужной вывеской и, быстро выйдя из машины, по привычке оглядывается. Райончик скверный, не хватало, еще во что-то здесь вписаться.

Бар закрыт судя по вывеске.
Бар открыт судя по тусклому свету и нескольким силуэтам в окне.
Рой без стеснения открывает дверь и врывается в помещение вместе с ночным воздухом. Оглядывается по сторонам, отмечая в усмерть пьяных малолеток - явно не маргиналов. Скорее, студентов какого-то второсортного вуза, элита обычно ходит в заведения покруче.
В обозримом окружении её не видит. Снова оглядывается по сторонам и хватает первого парня чуть повыше локтя, спрашивая не видел ли тот Сашу. Тот пожимает плечами и пьяно разворачивается, давая понять, что сейчас бы в зеркало не увидел себя, что уж там говорить о девчонке. Делает ещё пару шагов, замечая, как за стойкой сидит какой-то парень и прижимает к щеке пакет со льдом. У него разодрана рубашка и такой обиженный вид, словно все девицы мира разом отказались с ним трахаться. Рой подходит ближе и спрашивает:
- Эй! Ты не знаешь где Саша? - парень бросает в ответ озлобленно-заинтересованный взгляд. - Че случилось? - спрашивает Рой, понимая, что обратился по адресу. Парень недовольно ведет плечом и бросает в ответ лишь: - Шлюха! Она в подсобке! - Векслер хмурится. Либо парню просто места не досталось, либо она обидела его самые тонкие чувства. Рой кивает, ему этот самый парень пытается всучить девичий мобильник. Рой, снова нахмурившись, разглядывает аппарат и засовывает к себе в карман джинс. Если уж она и без мобильника в подсобке, то вряд ли в адеквате.

Дверь подсобки открывает резко.
Видимо, чтобы разглядеть воочию порно-эротическую сцену с Оскуро в главной роли.
Чья-то рука в её трусах. Чьи-то губы на шее. Рубашка разодрана, демонстрируя упругую грудь и ярко-розовый сосок.
- А ты ещё кто? - неприятный голос выплевывается куда-то в воздух и плавится рядом с его лицом. - Она на этот час наша, потом подберешь, - говорит и выставляет руку. Словно Рой Векслер шавка какая-то, которую можно прогнать небрежным жестом ладони.
Блять. Блятьблятьблять.
Спускается курок, опускается тумблер. Ярость вспыхивает синими пламенем и сжигает нахер все на своем пути. Кислорода больше нет. Тяжело дышать и ноет что-то под ребрами [кто-то из пацанов попытался её отбить].
Рой Векслер в своё время дрался за деньги. В паршивом баре недалеко от Кимберли-Роуз есть подвал, где хозяин раз в неделю проводит подпольный бойцовский клуб, принимая ставки от зашедших. Для посвященных это повод попробовать себя или заработать несколько баксов - он таким  образом получал деньги на несколько дней вперед, чтобы прокормить себя и брата. Именно поэтому у двух малолеток шанса, собственно и нет. Один отправляется в страну грез ударом ботинка в солнечное сплетение. Второй, который старался дать сдачи, оглушен прицельным ударом об острый угол дверного косяка. Рою нравится этот удар - легко держать за волосы и можно сразу разбить половину лица.

Грубо тянет на себя. Подтаскивает и встряхивает за плечи, словно ожидает, что она тут же вернется в своё утреннее состояние трезвости и скажет, что все это - глупый розыгрыш, в которой ему категорически не упало участвовать. Но Саша всё ещё в усмерть убитая и Векслер едва сдерживается, чтобы не раскрошить её лицо об угол рядом стоящего стола. Не зря же блять второй раз подряд за эти сутки не может из-за нее выспаться, теперь она обязана ему как минимум десять тысяч нервных клеток. Как максимум, десять тысяч долларов налом. За причиненные психические и нравственны страдания [нихера не знает че это означает, но однажды услышал по телику и фраза очень понравилась].
Злится, но ничего не говорит.
Насильно пакует её на пассажирское сидение и всю дорогу только и делает, что следит, как бы она не наблевала на чистые коврики. Только сегодня был на мойке.

Так же затаскивает её к себе в хату. Благо, живет на втором этаже и приходится преодалеть всего два лестничных пролета. В идеале было бы прекрасно бросить её в подъезде, но раз уж вез в своем поло, то и в квартиру пустит, хуй с ней.
Скидывает с себя шмотки. Ей помогает стянуть только джинсы, ее майка и без того изорвана, что всю дорогу светила ему левой сиськой. Ничего не говорит, так как не видит смысла разговаривать с ней в принципе. В таком состоянии она не особо способна на глубокомысленные темы и вряд ли сможет сейчас построить теорию о сотворении вселенной, разложив на минусы и плюсы уже существующие.
Даёт свою майку и помогает одеть. После стягивает со шкафа подушку и небольшой плед, которым обычно укрывается брат и, уложив её на гостевом диване, уходит спать к себе на кроват. В квартире нет дверей и даже стен, отделяющих пространство друг от друга, поэтому он точно услышит, если она начнет бедокурить - сон чуткий и может проснуться от любого шороха. Именно из-за этого снова злится. Понимает ведь, что нихрена толком не выспится, пока в квартире посторонний. Да еще и в таком состоянии.
Господи, главное, чтоб пеной не захлебнулась во сне, а то вообще фиаско будет.
Скидывает с себя всё, кроме трусов и, завалившись на постель, проваливается в сон.

+2

9

Ей неприятно. Действительность появляется перед глазами и под веками ослепительными вспышками, просветления смазываются заменяясь какой-то мутью, нереальностью происходящего даже. Она видит лица, ей незнакомы эти люди, кажется, они пришли позже когда друзья позвали друзей, а те друзья своих. Внутри бара целая студенческая тусовка, которая рассосалась по углам как тараканы. Кто-то затирается в туалете, кто-то пьет, кто-то у кого-то отсасывает под столом. Саша не понимает. Эти лица ей противны, как и губы на своей шеи. Она отталкивает от себя типа, от него пахнет алкоголем и даже пьяная она ощущает этот горький запах с нотами алкоголя. У нее плотно сидят на торчащих наружу бедренных костях драные в области колен джинсы, чья-то рука отчаянно стимулирует клитор и ей пиздец как стыдно из-за того, что организм предательски реагирует на это насилие. Рука парня едва достает до него протискиваясь под плотность застегнутых трех пуговиц (так задумано, Саша их специально не пришивала), но он не унимается, ему нравится сопротивление, а не кульминация процесса. Ебаный извращенец, он пьяный и укуренный в усмерть, до ушей доходят голоса, такие же едва-едва внятные, но в отличие от них Саша даже не держится на ногах. Её вжали в стену как набитую ватой куклу и любое сопротивление на корню обрубалось в разнице физической силы. Так уж случилось, что Саша быстро бегает, но драться не может от слова совсем. Она что было мочи махала руками и ногами аки мельница пока были на то силы и пока адреналин взвинтил реакции до предела. А потом… потом что-то сломалось. Она течет как шлюха по чьим-то пальцам, весьма неумелым с порывистыми движениями, это её слезы которые не проливаются из глаз. Она всё выплакала, вместо склеры - бескрайние высохшие пустыни. За её противостояние она получила по лицу и назавтра темная кожа, наверное, покроется черными гематомами. Саднит губа. Футболка разодрана? Она не осознает внешнего вида, весь мир крутится как калейдоскоп - яркий, непредсказуемый, где тревожность граничит с наслаждением и не только от пальцев на её клиторе наяривающих так, будто это член (это, сука, не член!). Она, конечно, знает про петтинг и мастурбацию, но это явно не то, о чем она мечтала. И для кого, спрашивается, хранила эту пресловутую непорочность? Ну, выходит она порочна, просто Саша гниёт не с уровня своей пизды как большинство подростков, а где-то примерно из сердца. Оно, наверное, совсем скоро станет черствым, если все так будет складываться.

Чужие губы мажут по шее, они пытаются уловить лицо и сунуть язык в рот, уворачивается, получает пощечину так, что голова по инерции откидывается в противоположную сторону. Её это приводит в сознание, но не надолго. Тип толкает руку глубже в попытке протиснуться глубже (Саша зажимает ноги и так просто не сдается) под глухой удар двери, будто её кто-то открыл с размаху. В какой-то момент (она не чувствует времени и пространства, для неё всё кажется бесконечно долгим, минуты тянутся как патока) опора в виде придавленного к ней тела исчезает и ноги, которые и без того не держали, становятся мягкими. Колени подгибаются, но неприятные прикосновения сменяются крепкими за плечи. Тряхнул кто-то так, что мозг сделал сальто в черепной коробке. На секунду, может две, она поднимает взгляд и, право слово, сгорает в голубом пламени глаз. Где-то на периферии сознания ей внезапно становится так комфортно, как если бы она умерла. То чувство, когда тебя не волнуют проблемы житейские, ничего не болит и тело парит словно над облаками. Как хорошо. Она знает этот холодный взгляд льдистых глаз, безучастный, он должен пробирать до костей, но её вдруг даже неожиданно согревает. Так себя ощущают люди, получившие обморожение? Оскуро смотрела видеоролик об этом и узнала, что незадолго до смерти люди раздеваются, потому что в организме что-то ломается и они могут среди снегов и льдин снять всё до трусов. Тело думает, что согрелось. Саша ощущает примерно тоже самое. Телпо.

Саша отключается, может, на минуту, пока её тащат уже до знакомого автомобиля. Вспышками видит людей, они как тени где-то словно далеко и близко вместе с тем, играет музыка, пахнет табаком и алкоголем. Сверкает неон, бьет по глазам, догоняя стробоскопами и едва не доводя пьяный мозг до стимула ебануть сверху какой-никакой эпилепсией. Потом по лицу мажет холодный ночной воздух, он забирается и холодит душу за ребрами, но только потому что её грудь прикрыта разорванными лоскутами и не особо много пространства оставляет для фантазии. Лифчики она не носит, топ не надела тоже, футболка свободного кроя смазывает резкие очертания небольшой, но аккуратной груди, свойственной для подростков - поднятой, может даже привлекательной, если подумать. Саша созрела как девушка, просто женщины в ней ещё не достаточно, чтобы заявить об этом целому миру. Оскуро боится секса, подруга ей все рассказывала и то, как больно первый раз. Страшна боль, Оскуро не задобрить последующим наслаждением и феерическими оргазмами. Она уже изучила своё тело и знает, как это приятно, да даже сейчас насквозь мокрые трусы доказывают, что она способна ощущать, чувствовать наслаждение уровня животных инстинктов. Просто конфликт тела и разума это смесь сложная для преодоления шестнадцатилетнему подростку. Секс - это двое, а её сторона сломалась на каком-то этапе взросления.

Крепкая хватка направляет куда-то вниз, земля круговоротом уходит из под ног, но неожиданно становится легче дышать. Свежий воздух разгоняет кровь по альвеолам и наркотический дурман, еще это приятное чувство покровительства, защищенности выполняет роль буфера. Саша не машет руками и ногами, в них нет сил, но она понимает что сидит в автомобиле и после - начинается движение. Носу знаком аромат, может это какой-то ароматизатор воздуха? Не может понять, трудно вспомнить. Глаза смотрят, но ничего толком не видят, зрение расфокусируется, смазывая картинку как если смотреть через мутное стекло. У нее ничего не болит, даже странно. Голова облокотилась на подлокотник, едва ощутимые вибрации машины начинают убаюкивать. Стеклянный взгляд обращен к лицу водителя, на разбитых губах кривая усмешка. Она же думала, знала, что если у нее есть ангел, то он будет выглядеть как Рой.
А после густая темнота.

Кто-то тянет за руку и она следует на дрожащих ногах как собачка, не без поддержки, конечно. Ноги не держат. Каждая лестница отнимает силы, но добавляет к пониманию и осознанию: это точно не её квартира, здесь даже пахнет совсем иначе. У её комнаты другой запах, там она жжет ароматические свечи и различные благовония. Носу девки просто жизненно необходимы запахи, чтобы заставлять мозг работать активнее и быть значительно продуктивным в течение дня. Оскуро, своего рода, наркоманка, она нуждается в анализе запахов и получает от этого удовольствие иного порядка. Этот дом. Здесь пахнет свежестью, она не может разложить этот запах на ноты и, в целом, ленится. Облокачивается на стену, голова кружится как будто тело швыряет на карусели. Яркость красок сохраняется, даже обычный верхний свет кажется пиздец каким ярким, дарит розовые круги под веками. Саша припадает к холодной кирпичной стене, их край царапает кожу плеча. В горле застревает ком, не тошноты, нет, - горьких слез. Такая уязвимость Оскуро не по нраву, учитывая что мозг мало, но всё же соображает. Язык, правда, не вертится, на нем металлический вкус крови и щека, кажется, припухла. В какой-то момент девка поняла, что её сопровождает Рой, но совсем не врубается как он оказался рядом. Из памяти выпадают фрагменты, это как испорченная пленка фильма из детства. Хватка на плече крепкая, Саша шипит, ей больно, но не может возразить тем более вслух. Единственное что хорошо ощущается - огромное пространство, в её комнатушке стены давили на виски, тут можно было парить. Он ставит её будто бы в центре, стягивает со стоп ботинки и следом с бедер сдирает штаны. Да, Саша не носит бюстгальтеры, но трепетно любит красивые трусы - они все повально кружевные, некоторые с лентами и тесьмой. Какой в этом толк, если в них побывала чья-то рука? Первое что ощущает Оскуро вместо положенного стыда - брезгливость. Брезгливость к тому типу, Рой у нее отчего-то вызывает целое ничего из негативного спектра эмоций (она изначально настроилась на его волну как увидела в той кафешке у дороги). Он как старший брат заботится о перебравшей на вечеринке сестре. Она всегда хотела брата, чтобы он был рядом когда весь мир отвернется, поддерживал и заботился, но, увы.

Ладонь касается его плеча, когда он присаживается чтобы стянуть плотные штанины через стопы. Опирается, пошатываясь. Стягивает рваную футболку и так же через голову надевает чистую. Пахнет приятно, что-то цветочно-парфюмированное. Похоже на порошок или ополаскиватель для белья. Мягко к телу, так комфортно что хочется закутаться как в облако. Саша оттягивает подол, смотрит на него, но не врубается до конца. На фоне такого уюта чистой одежды мокрые трусы неприятно натирают и пока Рой озаботится подушкой с одеялом, она, шатаясь на одной ноге как цапля, стягивает и белье. Рой, кажется, не заметил или просто проигнорировал. Что с неё взять, собственно? Оскуро реже спит в трусах, чаще вкидывает себя в пижамные шортики и майку, они шелковые и приятны к телу пусть и из недорогого материала, выглядят красиво. Спать без белья для нее тоже не в новинку, но футболка прикрывает задницу до середины белья потому без белья это почти условность.

Покачиваясь, приземляется на подготовленное местечко и едва голова касается подушки, вырубается моментально. Сон был, он нагрянул буйно и был ничуть не лучше, чем реальность. Сколько времени прошло? Не знает, но открывает глаза сталкиваясь взглядом с огромными окнами - длинными, выложенными квадратными кубиками. Она такие квартиры видела в сериалах - высокие потолки и отделка в стиле лофт. Оскуро ничего не понимает, голова тяжелая, всё тело ломит будто её били палками. Она хочет писать и совсем уж невтерпеж, в ушах журчит. Лежит на подушке, пытается что-то вспомнить но веки тяжелеют и предательски закрываются. На улице темно. Пробудится снова через час, может полтора, на улице всё еще, сука, темно. Соскакивает с дивана, подвернутая нога безжалостна - подает такой болевой что темнеет перед глазами. Оседает на пол и шарит руками по нему. В помещении пиздец мгла, единственный источник света - внешнее освещение с улицы, которое закрадывается в комнату. Огромную комнату типа зала, может. Она зовёт - Рой - но голоса нет, горло пересохло до боли, его дерет изнутри. На уровне интуиции находит дверь в туалет, выключатель не нашарила и потому шуршит наощупь, садится на унитаз и минут на десять засыпает верхом на фарфоровом друге. Пробуждается от того что голова съехала по стене, на которую облокотилась. Каждая ебаная мышца болит, больно даже моргать, блядь. По вискам словно кто-то бьет молотком, конечности выкручивает. Пьет из-под крана воду запойно, не может насытиться, следом умывается и благо в темноте не видно своего отражения в зеркале. Это к лучшему, наверное. Пришлось напрячь мозги, те отказываются думать, но подкидывают отрывки что её раздевал Рой. О стыде посамобичует чуть позже, она босоногая шлепает обратно натыкаясь коленкой на какой-то журнальный столик. Шипит, терет кожу и заглядывает за широкую перегородку. Хочется сдохнуть. Лучше бы тут провалиться под пол в самое пекло Ада, но к сожалению земля не разверзнется.

Надо уйти и забыть.

Рыщет свои вещи, натыкается на остатки своей футболки. Темно хоть глаз коли. Где сотовый? А рюкзак? Поджимает губы, сглатывая подкравшиеся слезы. Как? Как она докатилась? Она что-то приняла? Курила? Они курили травку, ребята закидывались какой-то наркотой, Оскуро не помнит чтобы принимала её. Подсыпали? Может, травка была не просто травкой? Ладонью касается лба, он мокрый и это не от того, что она умылась. Кожа горячая, на лбу можно жарить лазанью. Легкая тошнота добавляет эффекта, но попытка вырвать в туалете была провальной. Всё что было в желудке давно переварилось. Рой. Рой, наверное, спит там. Ей стыдно до безумия, где в этой огромной комнате свет? Мобильником бы подсветить, но наотмашь не помнит что с ним стало после того, как она выбила его с рук того парня. Оскуро касается костяшками больших пальцев глаз, смахивая слезы. Эти гандоны определенно что-то подсыпали ей и сразу после накатывает воспоминание о подсобке. Саша плачет всегда очень тихо, если кто-то есть поблизости. Ей не хочется будить Роя (она не уверена что он здесь есть), потому заливается посреди комнаты сидя на полу. Как мерзко. Пробить потолок дна таким образом еще нужно умудриться. Шмыгая носом тихо, она прихрамывая крадется через перегородку чтобы просить отдать вещи, хотя перед глазами всё плывет и отходняки накатывают с каждой секундой. Ведет тыльной стороной по носу, застревает у входя в спальную зону которая отделена невесомой тканью типа тюли. Та шевелится от легкого дуновения, может открыто окно? Работает кондиционер? Не понятно, но очень свежо. По спине бегут мурашки и пиздец как холодно, хотя внутри всё горит адским пламенем.

Видно, что парень спит только потому что под одеялом характерные очертания спящего. Очень тихо, как кошка, пробирается внутрь и снова останавливается - ждет, может, не спит? Тихое сопение говорит об обратном. Оскуро привыкла быть тихой, ей мать раздражалась от любого шороха. Она даже писает беззвучно на унитазе, этот навык пришлось качнуть с детства потому что двери в туалете - не было. Шторка висела, никакого уединения и интимности. Коленки дрожат, внутри вибрирует каждый орган и девка с точностью может сказать где какой расположен, потому что, блядь, чувствует их, каждый ебаный миллиметр. Облизывает губы, они солоноватые от слез. Она даже не шмыгает носом сейчас борясь с подкатывающей усталостью. В глазах темнеет. В самых ногах парня касается одеяла, не настойчиво тянет и…не будит его, забирается на четвереньках поверх. Его кровать самая натуральная взлетная полоса, Оскуро таких никогда не видела, умещаясь на широком подоконнике в квартире матери. Та, что там, в комнате которую ограбили, кровать небольшая, одноместная, но удобная. Саша всегда спит с краю, постоянно балансирует. Это тоже привет из детства потому что изначально спала-то с мамой, просто потом вымахала и им двоим не стало там места. До последнего училась занимать как можно пространства. И сейчас укладывается клубочком в самом уголке, потому что не нашла сил разбудить Роя. Ещё раз. Третий, выходит? Оттягивает футболку и засовывает ноги, подтягивая коленки к груди. В ней она помещается, фактически, полностью. Закрывает глаза, но не слышит ничего кроме размеренного посапывания у изголовья. Постельный комплект здесь тоже приятно пахнет, как и футболка. Утыкается носом в одеяло, втягивает полной грудью. Она губами беззвучно просит прощения и борется со слезами, виня себя в том что парень вероятно только сегодня сможет нормально выспаться. Когда посветлеет, она найдет вещи и свалит, а пока тут полежит. Когда кто-то рядом становится спокойно, так хорошо, если игнорировать боль и головокружение. Эти вертолеты и ебаные аттракционы с вращением постепенно сменились темнотой. Саша слышит дыхание, теперь и не понятно - своё или парня. Мрак комнаты сменяется на еще более плотный, он удушлив и дарует кошмары охотно, не жалея спецэффектов.       

[nick]Sasha Oscuro[/nick][status]your world is in my hands[/status][icon]https://i.ibb.co/tQvWB0D/image.gif[/icon][sign]//your name on a smoked cigarette  https://i.imgur.com/TnJTwDv.png https://i.ibb.co/NZgcYq4/ezgif.gif https://i.ibb.co/LzWkhbg/ezgi-f.gif[/sign][pla]
[/pla][lz1]САША ОСКУРО, 28 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> бармен, воровка<br><b>relations:</b> тебе нравится перепрыгивать лужи по камням и с каждым твоим прыжком тонет один камень.
ты идешь оставляя трупы на обочине. такой ты человек: бесчувственная, капризная, поверхностная, эгоистичная.
кем ты себя возомнила?[/lz1]

+2

10

Ему снится дорога: негромкий шум двигателя, яркие вспышки светофоров, что остаются на высокой скорости лишь размытыми пятнами в глазах и негромкая музыка в тачке. Проснется и не вспомнит, что играло, но музыка без слов и скорее напоминает что-то тревожное и мрачное. Еще один саундтрек к Игре престолов с надрывным звучанием отдельных, особо высоких нот. Рой Векслер не разбирается в музыке и когда смотрит что-то по телику, порой не замечает звуковую дорожку, но почему-то сейчас во сне музыка сгущает краски. Цвета мрачные, темные, словно снится ему - его же душа. Вечная дорога, которой нет конца и непроглядное одиночество, прерываемое только нежным звучанием музыки. Трасса пролегает рядом с побережьем и Рой вглядывается в бесконечное море, отмечая то, как красиво волны бьются друг об друга.
Ему снятся вспышками картинки из далекого прошлого: мгла, суровый, бьющий по щекам ветер и ярко-желтый свет фонаря, в который он вглядывается до боли в глазах, потому что боится расплакаться. Рою семь с половиной и уже второй день мать не пускает его в дом, так как вернулся отец из очередного блядского загула. Живот скручивает нутром, а рядом в замызганной переноске ворочается брат и тихо всхлипывает.

Сквозь сон понимает, что всхлипывания через чур отчетливые?
Или ему это кажется?
Или все это - игра истерзанного сном сознания?
Или где-то там, в глубине квартиры, плачет С а ш а?

Сон терпкий, вязкий, обволакивающий. Усталость оттягивает на дно и не дает пробудиться. Из недр квартиры раздаются какие-то звуки: то ли удар, то ли звон и тихое шипение. Ему снится мать. У нее снова пропитое лицо, но она улыбается. Кода трезвая, всегда добрая и смотрит своими небесно-голубыми глазами с добротой. Редко так смотрит, Рой цепляется за этот взгляд, как будто хочет удержать его покрепче и раствориться - есть какое-то название в психологии, определяющее отчаяние желание сына добиться расположения матери. Рой ничерта не смыслит в психологии, ему просто хочется, чтобы было как у всех. Чтобы мать была всегда трезвой и заботливо готовила им с братом ужин по возвращению из школы. Во сне ему снова девять и он хватается за руку матери, ведущую его в магазин. Сегодня Рождество и они начали праздновать с самого утра, когда распаковали подарки вместе с братом. Прошлое праздновали с братом, катаясь на коньках в торговом центре, где каток залит настоящим льдом, а не искусственным, на котором категорически невозможно кататься. Она не пьет уже третий день и детская надежда ярким пятном расползается за ребрами. Она скупает продуктов на целые сорок баксов и обещает, что приготовит его любимое рагу. Рой оборачивается и хочет обрадовать брата, но почему-то картинка резко меняется и глаза снова встречаются с темнотой, где единственное белое пятно - это та самая переноска брата. И он все плачет и плачет. Рой всегда боялся, когда малой плакал - не понимал что нужно делать и без совета делал всё, что помогало: разводил смесь, заглядывал в подгузник и водил по животу детёныша, как научила добродушная мисс Кортез, что частенько приглядывала за маленькими Векслера исключительно из-за доброты своей мексикансой души. Ей никто не платил и Рой до сих пор не знает причины, побуждавшие её иногда забирать детей к себе на несколько дней, когда с запоем матери приходила и её агрессия, часто выражаемая на старшем сыне.

В квартире кто-то ходит?
В привычном приступе паранойи открывает глаза. Улавливает тихие, крадущиеся шаги и воспоминания о собыиях пары часов назад настигают быстро. Складывает два плюс два - скорее всего Саша пошла в туалет или что-то вроде того. Она тихая, но сон у него чуткий - отголосок жизни в тюрьме и одиночестве. Когда занимаешься наркотой и то и дело связан с мутными делами и типами, необходимо быть настороже всегда, даже когда спишь без задних ног и усталость раздавливает, как прессированный гриль сжимает между своими створками мясо.
Саша - взрослая девочка, по крайней мере должна быть такой и уж точно сможет справиться с преодолением пути от дивана до туалета и обратно. В конце концов, ничего страшного, если даже отрубится в ванной - Рой разворачивается на другой бок и ладонью проводит по волосам. Смотреть на электронные часы, стоящие рядом с двухспальной кроватью не хочется, боится, что осознав сколько время, не сможет банально вырубиться обратно.
Закрывает глаза и снова проваливается в сон.

Ему снова снова снится трасса, но теперь сон окрашен в яркие цвета.
Картинка чего-то приятного, легкого одурманивающего. Словно воспоминание о первом дне. Не в принципе с рождения, нет. Первый день его реальной жизни произошел несколько месяцев назад охранник с хмурым выражением лица окинул его недовольным взглядом напоследок и открыл дверь тюрьмы. Так и была перевернута новая страница жизни, хотя, скорее нет, начат новый том. На подъездной дороге стояла тачка, а в ней брат, который знатно подрос за эти одиннадцать месяцев счастливо улыбался. Рой знает, что скучал. Это видно по счастливым глазам [будь у брата хвост, как пса, махал бы им безостановочно].
Ему снится это счастливое лицо и то, как они вместе едут по шоссе, пересекая перекрестки. Макс рассказывает, как обосновался с Ман-Диего и даже неплохо учится. Показал листок с какой-то контрольной, где красным была выведена жирная А, обведенная в кружок. Рой радуется, хоть и демонстрирует это непринужденной ухмылкой [честно говоря, очень боялся, что за эти одиннадцать месяцев Макс попадет в какую-то передрягу или снаркоманится]. Макс говорит: - я так хочу, чтобы лето не кончалось, и Рой кивает. Его лето по факту только-только началось. Разглядывает яркие вывески с кричащей рекламой, дорожные указатели, показывающие направление. После мрачной, серой зоны это кажется таким правильным и ярким, словно кто-то вдруг после просмотра черно-белого кино включил красочную картинку нового, унизанного яркой нарисованной графикой очередного блокбастера. Единственное не понимает, почему за спиной снова тихие всхлипывания. Снова оборачивается и снова резкое затемнение: та же картинка, где в темной комнате стоит переноска и маленький Макс ворочается, разбивая воздух своими крохотными кулачками. Он поворачивается снова, как будто хочет увидеть его взрослую версию и снова оказаться тачке на пути к новой жизни, но перед глазами стена их старого дома с потрепанными, замызганными обоями.

Снова открывает глаза. Теперь уже не из-за звуков, а из-за ощущений.
Одеяло оттягивается и край кровати провисает под чем-то. Как будто на него встала собака, но у Роя Векслера нет собаки. В полутьме [разрезает её лишь уличный свет из окон] видит девичий силует. Хочется сказать что-то, но нет совершенно никаких сил - сказывается усталость и полудрема. Опасности никакой нет [хотя девица в постели - это та еще проблема], поэтому закрывает глаза. Похуй, если так хочет, пусть поспит на другом крае кровати, она большая и при желании, тут может поместиться даже две или три таких же по комплекции девиц, как она сама.

Ему снится собака. Черная майоркская овчарка - он однажды видел такую, когда по фану зависал на подпольных собачьих боях, с удовольствием наблюдая за тем, как они перегрызают друг другу глотки. Напоминало чем-то его самого, когда вдруг ощеривается и впивается в очередного врага пренебрегая пистолетами или битами, так как искренне обожает уничтожать силой собственных кулаков. Во сне собака преданно смотрит на него самого, так же, как когда-то смотрела на своего хозяина. До последнего не отходила от хозяина и подчинялась любой его команде, казалось, даже взгляд его понимала и прочитывала безошибочно.
Рой Векслер не любит собак в реальной жизни ровно, как и других животных, но во сне опускается на корточки, чтобы провести ладонью по шелковистой коже и прошептать приказ. Уничтожь - слетает с губ и собака послушно мчится исполнять команду. Так же было и на боях, когда бесстрашно псина кинулась на превосходящую её в росте немецкую овчарку и, повалив с ног, впивалась зубищами в глотку. Так безжалостно терзала противника по приказу хозяина, что захотелось завести себе подобную исключительно из зависти к исполнительности приказа. Хозяин овчарки еще долго сокрушался, как и все те, кто поставил на неё ставку. Рой же поставил на эту псину исключительно из-за знакомства с хозяином. И во сне псина подбегает к нему и приветливо машет хвостом, словно ожидая похвалу за идеально выполненную задачу. Он проводит пальцами между ушей и говорит: - хорошая девочка.

Просыпается на этом ощущении и удивленно обнаруживает, что пальцы путаются в черных волосах.
Одергивает руку так, словно прикоснулся к горячему чайнику. Спросонья снова приходится вспомнить о ночных злоключениях и понять, что опасности нет и девка в постели - это всего лишь Саша, свалившаяся в нему на голову, как снежный ком.
Она лежит в какой-то странной позе, словно уснула калачиком и во сне лишь немного ворочалась. Он сонно хмурится и садится на постели, ногами уткнувшись в холодный пол. Саша остается за спиной и Рой проводит пальцами по лицу, словно это поможет быстрее взбодриться. На часах десять сорок семь - удивительно, что так долго спал, хотя наверное нет. Удивительно, что так мало, учитывая, что последние несколько суток практически провел без сна, а эту ночь только и делал, что играл в рыцаря для псевдо-мексиканской принцессы.
Хмыкнув, поднимается с постели и, поправив утренний стояк, направляется в сторону ванны.

По полу раскиданы девичьи шмотки и некрасиво свисает одеяло с гостевого дивана. Рой даже спросонья смотрит на это с неодобрением - у него в квартире идеальный порядок и бардак он не любит категорически. В этом ему особо помогла тюрьма, которая научила самодисциплине и еще сильнее закрутила правило вечного порядка в месте, где живет.
Рой никогда не жил с кем-то, а тем более с женщинами. С ними [женщинами] у него вообще особо никогда не складывалось - они старались обходить стороной человека, у которого агрессия порой застилает разум на сто пятнадцать процентов и в общем-то были правы. Школьная любовь, так и не реализованная в реальности, испарилась, стоило в очередной раз поскандалить. Выскочила поскорее замуж за правильного парня и тем самым окончательно отвернула его от идеи заводить хоть какие-то отношения. Рой воспринял ее замужество, как предательство, несмотря на огромный ворох противоречий, итак выстроенный между ними, словно плотной стеной из красного кирпича. Именно поэтому он не знает, какого это, когда пара живет вдвоем и быт, а также многие вещи делят друг с другом пятьдесят на пятьдесят. Не знает, что такое хаос из косметических принадлежностей и любовь к еженедельной уборке, в процессе которой надо выстирать шторы. Всё, что он сам делает - это скромная попытка избавиться от пыли, не более. В последнее время с разъездами нет время даже на это и миссис Хэмильтон из квартиры напротив раз в неделю наведывается к нему с ведром и тряпками, чтобы привести в божеский вид это место. Отличное вложение двадцатки.

Рой приводит себя в порядок и выходит из ванны, натянув серые спортивные штаны и синюю майку. Обычно всегда ходит по квартире одетым, странная привычка из далекого детства, ведь в их паршивом доме вечно был пьяный цирк и не было возможности вольготно расхаживать по квартире, не привлекая к себе или к своему телу пристального внимания. Словом, внимание к своему телу он не любит ни от кого, даже от девиц... особенно от девиц. Наверное, именно поэтому и решает все же одеться сразу, чтобы Саша не рискнула ничего сказать.
Заходит на кухню, чтобы поставить на плиту турку. Ему нравится варить кофе лично - это приносит приятное чувство умиротворения. Единственный ритуал, которы беспрекословно соблюдает. Помогает пару минут побыть наедине со своими мыслями и окончательно проснуться. Все эти картонные стаканчики с отвратительным, кислым на вкус напитком не нравятся, вызывают исключительно тошноту. Не говоря уже о том, что в тюрьме подобной роскоши не было - ни возможности самому себе готовить что-то вкусное, ни в общем-то хорошего кофе. Можно было бы, конечно, договориться работать на кухне, говорят, там порой перепадало что-то хорошее, но черт возьми, ебал он в рот бесконечную чистку картошки.

Закуривает, швыряет зажигалку на стол и та с характерным хлопком отбивается от столешницы. Рой думает, что, наверное, стоило бы себя тише, но, с другой стороны, он итак уже побыл гостеприимным хозяином, чтобы у себя в квартире в одиннадцать дня шкериться. Даже несмотря на то, что у девчонки должен быть жуткий отходняк после вчерашнего.
Докуривает аккурат по готовности кофе. Быстро накидывает на хлеб кусок ветчины и, откусив большой кусок, в горячих пальцах сжимает кружку, чтобы сделать глоток кофе. Где-то читал, что бодрость от кофе - лишь маркетинг и на самом деле ничего там такого бодрящего нет. А еще читал, что кофе - такой же наркотик, как и многие другие, которые он толкает на улицах. Не знает что из этого правда, а что нет, но и выяснять толком не хочется. Главное, что он действительно бодрит и словно пробуждает каждую клеточку, отчего появляются силы и хочется что-то делать.

Закончив со своим холостяцким завтраком, выходит из кухни. Саша все ещё лежит в постели в той же самой позе и первым делом, когда подходит ближе, замечает, что она без трусов. Красивая задница аппетитно выглядывает и если бы он был гребанным извращенцем, уже не только бы представлял себе как в нее вставил бы, а точно вставил. Но Рой Векслер не извращенец и вообще к сексу старается относиться равнодушно, поэтому фокусируется на смуглом лице.
- Эй, доброе утро, - нежности от него ожидать, конечно, не стоило.
Нависает сверху и теребит за плечо, подмечая, что рубашка влажная, а сама девчонка горячая, словно вместо батареи купил её на рынке поддержанных вещей. Хмурится, ладонью касается лба. Горячий настолько, что и без градусника можно определить зашкаливающую температуру. Твою мать, - проносится в голове. Не хватало, чтобы она тут еще умерла от жара или потребовалось вызывать скорую. Хотя с другой стороны думает, что, может, и стоило бы вызвать скорую, так её поскорее бы забрали. Идеально ведь.

- Эй, как ты себя чувствуешь? - продолжает теребить за плечо, добиваясь, чтобы пришла в сознание. Она лежит совсем на краю и даже не присесть рядом, поэтому продолжает нависать сверху, внимательным взглядом голубых глаз разглядывая каждую черточку красивого лица. - Саша? - в како-то момент даже опасается, что она вообще не придет в себя - не хватало еще объясняться со скорой. Учитывая её вчерашнее состояние, неизвестно сколько всякой гадости обнаружат в крови девчонки.
Может, ей просто надо хорошо проспаться? Надеется, что всему виной лишь реакция на наркоту, не более. По идее же сон должен привести в сознание. Ведь так?
- Саша? - зовет еще раз и пытается переложить её на постели так, чтобы головой лежала на подушке. В этой кровати не было ни одной бабы - кто бы мог подумать, что в ней окажется неприметная девица - мул, на которую даже не ставил никакую ставку и надеялся больше никогда не видеть, после того любования звездами. Ведь даже тогда показывал ей красоты города исключительно по доброте душевной, без коварной цели затащить в койку. И вот она все же тут. Парадокс.

Отредактировано Roy Vexler (2022-09-30 21:05:54)

+2

11

Холодный нос упирается в такое же холодное стекло, за которым снег валит огромными хлопьями. Изнутри дома белые снежинки кажутся теплыми, мягкими, хочется протянуть ладонь и ловить их. Внутри, под самыми ребрами, заперто ощущение радости, оно выплескивается через светло-карие глаза с зелеными вкраплениями. Хмурое небо кажется, тяжелым, оно давит на виски, но не портит ощущение праздника. Саша хмурится, она пытается понять, какой сегодня день. Оглядывается внутрь и рассматривает мебель по периметру помещения. Всё украшено в духе Рождества, стоит нарядная ель, ветки которой оттягивают разноцветные блестящие шары. Девушка ведет носом по новым ароматам, пахнет выпечкой и хвоей от новогоднего дерева. —Уже рождество? - спрашивает она вслух и свой голос кажется пропущенным через какой-то фильтр - звучит приглушенно, лишенный ноток подростковой писклявости. Кто-то со стороны отвечает, что сегодня они будут вдвоем праздновать, и девка поворачивается на голос. Он тоже приятный, как и вся атмосфера в домике с деревянными полами и стенами, а под балками потолка развешаны гирлянды - зеленые, красные, синие лампочки подмигивают в такт ненавязчивой мелодии из колонок.

Да, хочешь погулять пока не стемнело? - Оскуро фокусируется на девушке, она примерно её возраста и у нее коротко стриженные волосы, блондинка, с точеными чертами лица. Как куколка, в свитере и джинсах, развешивает на камине рождественские огромные носки и толкает в них леденцы. Внутри зарождается тепло, в самом низу живота, так, наверное, ощущаются бабочки говоря о влюбленности. Радость перекатывается через край, Саша готова топотать ногами и пищать как ребенок в ожидании чего-то грандиозно веселого, когда нет сил сдерживать эмоции. —Я купила индейку, зажарим вечером и посмотрим какой-нибудь фильм, - добавляет, отвлекаясь чтобы посмотреть на молчаливую собеседницу. —Хочешь? - у нее темно-серые, выразительные глаза, а волосы уложены набок - добавляют мальчишеского задора.

—Хочу. И прогуляться хочу, такой снежный вечер, - Саша спрыгивает с подоконника и делает шаг к камину, обнимая девушку сзади. Она запускает свои руки под её ребрами и стискивает так сильно, как могла. Мягкий свитер погружает в себя пальцы, он теплый и приятно пахнет корицей. Кладет подбородок на плечо…подруги? сестры? кто это? и смотрит сбоку на неё вблизи: улыбается, у нее подняты уголки губ. Гладит горячей ладонью по волосам, Саша отчаянно ластится под ладонью как песик, дорвавшийся до ласки хозяина. Так бы и стояла, но…они надевают теплые куртки, шапки на головы и прогуливаются по снегу, тот хрустит под подошвой ботинок. —Это моё лучшее Рождество, - говорит Оскуро, нагибаясь, чтобы собрать в ладони снег и свалять его в ком. Они играют в снежки. Прячутся от друга за каруселью, деревом на участке или за качелями, а после слепят огромного снеговика, пока не замерзнут ладони до боли в суставах кистей. Звонкий смех ласкает уши, Саша, кажется, впервые так счастлива. Они сядут за стол и заварят чай с ягодками, он очень ароматный, горячий и кислый на языке. Пальцы греются о фарфор, подушечки приятно пощипывает. Девушка, имени которой Оскуро не знает, но точно уверена что преисполнена по отношению к ней самыми теплыми чувствами, поворачивается и озадаченно смотрит. Долго так. —Саша, - говорит она грубым, почти гортанным голосом, её лицо смажется, затягиваясь в какую-то непроглядную бездну. Очень сложно сконцентрироваться, когда перед тобой мутнеет пространство, сгущается воздух и барабанная дробь хуярит по вискам. Кривится, касается холодными пальцами своего лба. —Саша, - голос снова повторится, мужской, но теперь вокруг нет никого, какая-то неебически плотная мгла сходится на маленьком источнике света. Девка бежит туда что есть сил, её ноги пружинят от снега, пока голые стопы утопают в ледянящей прохладе. Та в секунду сменяется теплой травой, щекочет пятки, но отчего то всё равно очень холодно. Воздух наполнен цветочным ароматом яблони, такой сладковатый запах, какой бывает только весной. Под ногами плещутся ручьи, вода прохладная, щекотит. Саша поднимает взгляд карих глаз вверх, там нет ничего. Пространство вокруг потрескивает, искрится, вытягивает тело в центрифугу словно ломая кости и выкручивая каждую мышцу. Девка пытается кричать, но голоса нет. В её трусах снова чьи-то пальцы, как мерзко. По щекам текут горячие слезы, а потом…открывает глаза, вздрагивая.

Перед лицом чьи-то серые штаны и край синей футболки, пальцы сжимают плечо и двигают податливое тельце по мягкой простыне. Резко отталкиваясь от матраса с грацией картошки, ударяет по руке, скидывая с себя прикосновения и так резко уселась в вертикаль, что поехала в сторону. Руки упираются в скомканное под задницей одеяло, подтягивая его инстинктивно. —Рой, - голос полный удивления и неприкрытого испуга. Сердце стучит в мозгах, потому что они раскалываются. Каждая клеточка тела ощущается, больно, будто накануне занималась спортом. Мужчина смотрит на нее чуть приподняв брови, его голубые глаза не выражают эмоций. Воспоминания накатывают почти как цунами, захлестывают до тошноты. —Рой, - зачем-то повторяет на выдохе. Тот упирается рукой в кровать, потому что двигал её от края и Саша бросается к нему захлебываясь хлынувшими слезами. Подворачивается снизу, захватывая грудную клетку руками поверх футболки и утыкается носом в мягкую ткань. У Оскуро трясутся руки и ноги, у нее дрожит каждый орган внутри как с похмелья, хотя она не сказать что много выпила. —Они… они что-то мне подсыпали, там, - хрипит в футболку не отцепляясь. Понимает, что Рою пиздец как не удобно стоять буквой зю, он выравнивается вместе с прилипшей девчонкой. Кстати о прилипшем - она ощущает как к спине липнет её одежда и вместе с тем волосы к вискам. У Саши голая задница в прямом и переносном смысле. —В баре, я пила пиво, от пива так не сносит. Травку ещё курила, - жалуется в грудь потому что она все еще не смотрит в глаза и, наверное, больше никогда не посмотрит. Он сейчас выставит её за дверь с остатками потрепанной одежды. Оскуро крепко жмурится, сейчас ей хочется ослепнуть чтобы не видеть упрека и брезгливости в свой адрес. В горле сухо, вся скопленная вода проливается через глаза. —Разбудить тебя хотела под утро, но ты спал, - она быстро тараторит потому что ей кажется, что вот-вот Рой оттолкнет её, потому что не хочет слушать какие-то сопливые оправдания. Спешит всё рассказать и добавляет: —Извини за неудобства, - отстраняясь до того, как он бы мог отцепить от себя прилипалу. Голова кружится и так тошно. Касается ладонью лба, будто это поможет остановить кружение в пространстве. Рой на периферии взгляда колеблется из стороны в сторону как если бы стоял на лодке. Только сейчас до носа доходит аромат кофе, но вместо наслаждения вызывает тошноту. Саша соскакивает с кровати как лань, но не грациозно: наступает на больную ногу и спотыкается. Бежит хромая до туалета и припадает к унитазу, но кроме желчи, обжигающей горечью глотку, рот наполняется разве что слюной. Оскуро не станет выходить сразу, просидит в ванной минут пятнадцать потому что пзидец как стыдно. Умоется и неприятно удивится отражению в зеркале: в уголке глаза налилась гематома, она обещает расползтись ниже, разбита губа. Волосы всклочены, они ведь и без того курчавые, а значит непослушные. Думает о своей голой заднице, выдавливает на палец зубной пасты и им же натирает зубы, сплёвывая горечь и кровь (щека изнутри кровоточит, видно разбила её о зубы когда наградили пощечиной). Она бы отдала последние пожитки за то, чтобы принять душ и смыть с себя чужие прикосновения. Опирается на раковину, коленки трясутся от слабости, значит, так отходят от наркотиков? Саше не нравится это состояние. А ещё жаром накатывает, волнами, снизу до макушки, но по спине ползут противоречивые мурашки. Ей холодно и одновременно горячо как если стоять у открытого окна. Потому ей снился снег и незнакомая девушка? Кроме обиды внутри пламенем разгорается злость, какое-то отчаяние возведенное в абсолют будто бы даже от того, что Рой возится с ней как с девчонкой. Ему это ведь не нужно, но отчего то все равно выручает её бедовую голову и зад в придачу из неприятностей. Мексика теперь не кажется такой уж отвратной. Отодвигает створки душевой, выворачивает кран до предела и заходит по хлынувшую сверху холодную воду. Кожа болит от падения капель, но будто даже пиздец как остужает. Вот-вот закипит, поддав пару. Саша упирается головой в стену и так стоит до тех пор, пока не ощутит, что с неё хватит. Выдавит на голову мужской шампунь и мылом до красноты сдерет кожу пока та не будет скрипеть. Футболку не сняла, та всё равно была насквозь мокрой. Только как выйдет из душа, стянет ткань и выжав, сложит комочком на край корзины для белья. Рой наверняка её выкинет, может забрать, тогда? Закусывает губу и садится, пытаясь унять головокружение и тошноту. Хочется лечь прям здесь и умереть. План такой себе, она и без того отняла у мужчины слишком много времени, нужно выдвигаться домой. Сегодня день платить аренду, Оскуро глотает ком подступающих слёз, натягивая на себя полотенце, закутавшись. Оно влажное, им, наверное, вытирался парень и она нагло пиздит ещё одну его вещь. Оно махровое, серого цвета, большое и мягкое. Остановится у двери и воткнется в нее лбом, не хочется выходить. Думает о том, что было бы круто, если бы можно было сразу телепортнуться домой как это делал Гарри Поттер в фильме. Вот везунчики, ей бы навык такой не помешал.

[nick]Sasha Oscuro[/nick][status]your world is in my hands[/status][icon]https://i.ibb.co/tQvWB0D/image.gif[/icon][sign]//your name on a smoked cigarette  https://i.imgur.com/TnJTwDv.png https://i.ibb.co/NZgcYq4/ezgif.gif https://i.ibb.co/LzWkhbg/ezgi-f.gif[/sign][pla]
[/pla][lz1]САША ОСКУРО, 28 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> бармен, воровка<br><b>relations:</b> тебе нравится перепрыгивать лужи по камням и с каждым твоим прыжком тонет один камень.
ты идешь оставляя трупы на обочине. такой ты человек: бесчувственная, капризная, поверхностная, эгоистичная.
кем ты себя возомнила?[/lz1]

+2

12

Это стандартная тема: обдолбать телку наркотой, заботливо подсыпав в бокал, чтобы не сопротивлялась. Подобным не удивить, в особенности его - нет, сам не занимается ничем подобным [секс - это же от дьявола], но прекрасно знает, что именно его товар становится причиной пятидесяти процентов изнасилований. В общем-то никогда и не заботился, пока не увидел отражение обратной стороны в своей спальни. Прекратит ли продавать наркоту и уйдет в монастырь, замаливать грехи? Нет. Начнет ли защищать несчастных и помогать им справиться с последствиями? Ну нахер.
Ему от Саши-то не по себе. Чувство морального истощения: когда совершенно не понимает, почему ей помогает, но и выгнать из квартиры, выставив больную и обездоленную тоже не может. Ничерта не понимает собственных эмоций по отношению к ней, но отчего-то что-то в глубине души говорит помочь. Требует в обязательном порядке дать ей хоть какую-то опору, иначе снова завалится на бок, как неваляшка, так и пропадет, погребенная под гнетом проблем взрослой жизни.

Она отбивает руку. Странно, словно дублирует его - сам бы среагировал так же. Какой-то приятный импульс этого понимания трезвонит в голове, как только она первой эмоцией отпрыгивает в сторону. Сам ведь такой же, не воспринимающий помощь от слова совсем. Только ей всего шестнадцать и вторым действием она-таки кидается на шею, крепко крепко прижимаясь.
И естественно вводя его в состояние ступора.

Черт, Рой Векслер совершенно не про это - он не умеет нормально реагировать на девушек, не знает, что им говорить и что с ними делать. Закрылся, захлопнулся в неудачах на поприще взаимоотношений с противоположным полом, а потому для него это дико, странно, непривычно - видеть в своей постели девку, заботиться о ней и быть тем, кому она нашептывает на ухо оправдания.
Рой не знает, что чувствует по этому поводу и не знает, что должен бы чувствовать. Стоит истуканом и только лишь через двадцать секунд касается ладонями мокрой спины, обнимая в ответ.

Ему всегда казалось, что категорически не походит на подобную роль. Всё, что он может - это лишний раз не дразнить себя и на всякий случай обходить любые привязанности. Но привязанность формируется, связывает их красными нитями, пока стоят в этой позе и она продолжает горячечно шептать на ухо.
Красные нити растянутся, отпружинят, когда она убежит в сторону ванной, но не порвутся, а он так этого и не поймет. Почувствует, но как всегда не сможет распознать что там творится в области сердца. Эмоции ведь - это всегда плохо. Эмоции - это слабость, понял, когда возился с братом и переживал как черт из-за него. Понял, когда без памяти влюбился в Лил и хорошенько обжегся на этом. Именно поэтому решил для себя навсегда закрыть окно с дружбой и отношениями, чтобы не отвлекали от работы и потребности зарабатывать бабки.
Ведь по сути бабки - точно не предадут. И вот к ним нужно испытывать эмоции, а не к людям, что непременно втопчут в грязь и переключатся с тебя на другого, как по щелчку пальцев.

Снова задумчиво проводит ладонью по щетине. Брился вчера, перед встречей с Бреккеном и сегодня волоски максимально острые - словно мелкие иголки впиваются в грубую кожу рук.
Её тошнит, а судя по горячему телу, которым во всю прижималась - жар не спал. Рой думает, что скорее всему виной реакция организма на подсыпанную наркоту, а, может, и на то, что что все смешалось: стресс, алкоголь, наркота, отчаяние. Гремучий коктейль для шестнадцатилетнего организма.

Собирается пройти на кухню, чтобы начать готовить что-то, как слышит в ванной звуки душа. Видимо, хочет привести себя. Порядок, что и понятно после тошноты. У него, конечно, подобных срывов не было, но Рой и не девушка - их организм ведь слабее. Может, стоит относится к ней помягче? Хотя с другой стороны, кто она ему вообще? Закуривает, бесцельно разглядывая площадку под окнами. Думает о том, что наверное ей не стоило перебираться из Мексики в Америку, учитывая, что все идет не так уж и гладко. Наверное, это надо было сделать, будь она постарше и посильнее - морально и физически.
Как раз под эту мысль из ванной раздается звук падения и он сразу же понимает, что девка либо отъехала в обморок, либо насовсем.

- Саша? - оклик остается без ответа. За дверью ни шороха, ни стонов. Да блять, - мысленно восклицает и открывает дверь.
Сука, будто в другую реальность.
На полу в форме звездочки лежит обнаженная девка. Её глаза закрыты, но грудь вздымается от дыхания - судя по всему она без сознания. Первой его мыслью - хоть бы не ебнулась головой о кафель так, чтобы, открыв глаза снова, оказалась идиоткой. Второй - надо всё же её одеть. Глаза жадно скользят по голому и красивому телу, но Оскуро пиздецки повезло, что она попала именно к Векслеру, с его постулатом нет сексу. Иначе точно бы выебал её в беспомощном состоянии, просто потому что может. Просто потому что ей все равно нечего ему предъявить. Поднимает на руки и относит на диван, заботливо прикрывая одеялом. Чтобы не дразниться лишний раз.

Что с ней делать не знает. Вызывать скорую бессмысленно. Как минимум потому, что у нее нет страховки и денег, чтобы после оплатить больничный счет. Как максимум, потому что у неё поддельные документы и могут влететь оба: она, как предъявитель, а он, как вызвавший скорую.
Достает из кармана мобильник и набирает знакомый контакт.
Джеку в районе тридцатки, хотя он до сих пор работает на какой-то низшей врачебной должности. Для того, чтобы стать хирургом, ему нужна куча бабок и именно из-за этого он берется за халтуры: зашить кого-то после огнестрела, достать рецепт на обезболивающие или подежурить на боях без правил, чтобы в случае чего оказать экстренную медицинскую помощь нокаутированному бойцу.
Джек оказывается на его пороге через полтора часа, за которые Векслер успевает пообедать и одеть Сашу в свою рубашку и шорты. Так себе, конечно, одевать безжизненное тело, которое не выражает никакой помощи.

Как и подобает врачу, он кидает дежурную фразу, а после принимается осматривать девчонку. Рой ничерта не соображает в медицине, поэтому просто рассказывает, что знает: вчера была в клубе, нажралась и ей подсыпали наркоты. Какой - хуй знает. Почему температура тоже неизвестно. Спасибо, что не спросил даты последнего цикла. Векслер бы сломался и ушел в астрал с горящей надписью error 404 в голубых глазах.
- Твоя? - спрашивает Джек, жадно проводя глазами по молодому телу. Рой ведет головой, давая понять, что нет. И думает, правильно, что одел её. Неизвестно как б тот себя вел перед обнаженной девицей. - Хорошенькая. Я б выебал, - Джек смотрит взглядом липким, точно таким же, каким на неё вчера смотрели те придурки, обдолбанные вхлам. Рой закатывает глаза, обрывает эту пятиминутку похоти грубым:
- Не на моем диване. И не понимает, какой прикол трахать девку в беспомощном состоянии? С таким же успехом можно выебать надувную куклу, а после сдуть и закинуть на шкаф, чтобы место не занимала.
- Ля ты жадный, Векслер, не знал, - это Рой никак не комментирует. Лишь говорит, как всегда без лишних эмоциональных страданий: - Приведи её в чувства лучше. Не хочу потом разбираться с трупом, - если она загнется у него в квартире - это будет истинное фиаско.

Джек производит все свои манипуляции и говорит, что ей нужно много жидкости и еще больше сна. Рой пожимает плечами, принимая от него рецепт на какие-то таблетки и, всучив полтос, выпроваживает из квартиры. В ней итак двое приглашенных - это на два больше его привычного правила "никаких гостей".
Разглядывает листок и недовольно хмурится. Эта игра в рыцаря дорог обходится. он, конечно, не жадный, и купит ей лекарство, но какого хрена?

Девка спит весь день. Благо, тихо. Он успевает заняться своими делами и даже поменять постель, потому что потела она знатно. Амбассадор чистоты Рой Векслер к вашим услугам.
Под вечер пытается её разбудить, чтобы напоить и дать лекарства. Она сонная и как будто плохо соображает что происходит [интересно, после вспомнит че с ней было?], от еды отказывается. Рой недовольно мотает головой и отводит её все же на кровать, потому что на диване спать - не дело. Еще нахуй не хватало, чтобы шея заболела, потом массажи делать? Он вообще на все это не подписывался.
Время десять. Оглядывается по сторонам, решая, что если уж она больна, то он - нет. И уж точно может наградить себя пивком, пропустив по стаканчику с братом. Саша все равно спит - че с ней случится?
Уходив, закрыв за собой дверь.

Приходит за полночь.
Снова уставший, хоть и не так, как за последние три дня. В квартире темно и тихо, так, словно никого нет. Словно на постели не спит малознакомая девка, ловя отходняки от бурной ночи. Рой всё ещё не понимает, что чувствует по этому поводу. Скидывает с себя одежду и по привычке аккуратно складывает - очередная привычка из тюрьмы. Впрочем, лично для него очень полезная.
Подходит к постели, кидая взгляд в полумраке на девичье тело. Всё это кажется максимально неправильным и категорически странным. Словно происходит не с ним, а он просто случайно оказался в локации - вот-вот сорвут декорации и ведущий объявит его успешное прохождение розыгрыша.
Но декорации не срывают. И девка всё ещё лежит на краю, словно опасается, что он будет драться ночью или закидывать на неё ноги. Векслер тяжело выдыхает. Ложится на второй край кровати и, только коснувшись подушки, моментально вырубается.

+2

13

Саша не вспомнит что с ней произошло и даже при титаническом усилии все останется в памяти размытым серым пятном. Её лоб упирался в дверь и она искренне хотела исчезнуть из этой квартиры, с этой планеты, а потом она коснулась пальцами дверной ручки и… темно. В этот раз не снились яркие зимние сны, не снились и незнакомые люди. Холодно, зябко, хочется укутаться в теплые одеяла и сидеть до тех пор, пока не станет тепло. В таком состоянии есть существенный плюс - не заботят проблемы, арендная плата, желание отомстить каждому ублюдку, который хоть один палец приложил к ней. Не обязательно к её клитору, а в в целом - к ситуации, которая сделала из волевой девушки тряпку. И перед кем? Перед Роем, которому она нахуй не сделалась со своими проблемами и заботами. Периодически сознание будет вытягивать наружу, засасывать в воронку реальности: почувствует теплые пальцы на конечностях, затем мягкую одежду, она не сопротивляется (но и не помогает). Руки и ноги будто живут отдельно от тела, их не связывает скелет, мышцы и нервная система. После наступившей вновь темноты приметит чье-то лицо из-под ресниц, незнакомый мужчина накидывает на палец пульсоксиметр и после на худую руку манжету, чтобы измерить давление. Такой аппарат был у её матери, ей часто приходилось мерить артериальное давление и после закидывать в себя горсть таблеток. Нагнетающее давление вытесняет сознание и Саша охотно погружается в сон скоро выскользнув из него под болезненный укол на сгибе локтя. Разум понимает, что в её вену подкололись и, может быть, даже врач. Впрочем, до этого даже будто бы и нет дела. Её клетка огромная и темная, внутри жарко и одновременно пиздец как холодно. Она подгибает пальцы на ступнях, от них проскальзывают вверх миллиарды колючих мурашек. Вместе с лекарством по жилам становится хорошо.

Укол, кажется, помог. Ей снятся какие-то сны, они яркие, но не оставляют следов. Сменяются картинки как на киноленте, мысли заскакивают в разные локации и можно смотреть словно со стороны. Пусть всё и подернуто дымкой, но можно слышать чьи-то голоса, но смысла не разобрать. Напрягает слух, - бесполезно до тех пор, пока кто-то не сожмет больно пальцы на запястье, перебравшись к плечу. Саша облизывает пересохшие губы и откроет глаза, прищурившись. Головная боль осталась смирно сидеть в области затылка, Рой настойчиво пихает в её рот таблетки. Девку клонит обратно в горизонталь дивана, он, оказывается, охуеть какой удобный и она никогда не испытывала столько восторга от мягкой мебели. Мужчина ейё закинуться обратно не дает, подцепляет под руку и ведет. Ноги путаются, и это уже, кажется, совсем не исход состояния а, скорее, итог введенного лекарства. Пространство вокруг растягивается, скручиваясь и концентрируясь на кровати. Заметив её, тянется быстрее Роя к мягкой подушке и ложится на опережение. Высохшие после душа волосы скомкались на одной стороне, превратившись в гнездо. Наутро ей придется с этим разобраться, но до него ведь ещё очень долго, верно? Тычется носом в подушку, втягивает знакомый уже аромат и снова проваливается в плотный сон. Время позволяет организму восстановить запас сил.

Оскуро откроет глаза в кромешной темноте не сразу поняв, спит ли она или уже всё. Матрас под телом проваливается с другой стороны кровати, а после всё снова затихает, будто происходит сбой в пространстве и времени. Как бы Рой не пытался показать, что ему похуй - ему не похуй. Аккуратен и заботлив, Саша ведет холодными пальцами по плечу собирая ткань натянутой на себя рубашки. Скривит нос, зажмурится, пытаясь вспомнить что предшествовало её нахождению в кровати и как только воспоминания вспыхнут под веками, дернет головой. Пожалуй, не так уж и важно что было "до". Девка аккуратно подтянет край одеяла до подбородка и, не поворачиваясь к парню, снова уснёт. На периферии сознания Рой будет мелькать много и часто, но ничего существенного, не за что будет уцепиться после пробуждения под самое утро. Голубые глаза яркими пятнами выжжены под веками, Саша недовольно кривится ощущая, как в переносицу что-то больно колет. Отклонится назад, обнаруживая себя вжавшейся в спину Роя так, что уткнется лицом между его лопаток. Рука парня подвернута под тело, кость выпирает и больно давит на лоб. Прищурившись, порыщет взглядом по темной комнате едва-едва оторвав себя от подушки. Желудок неприятно сводит голодным спазмом, там, если подумать, за последний день не было ничего, кроме таблетки. Сколько времени и какой сегодня день? По позвоночнику пробежал холод и Оскуро тихо застонет, потому что всё это - непозволительная роскошь. Она ведь проебала смену в пекарне и баре? Тело ломит, каждый синяк, оставленный после того посещения бара, напомнит о себе болью. Ведет пальцами по влажным губам, затем им же потерет кожу Роя на спине - стоит ли ему говорить, что она пускала на него слюни? Неловко. Вернув голову на подушку, минут пять дышит в кожу между его лопатками, подставленной под нос и боится шевельнуться: каждое её движение заставляет Роя ерзать на месте, он, кажется, не счастливый обладатель чуткого сна. Лежит до тех пор, пока дыхание за решеткой ребер не выравнивается, и только после этого просунет ладонь под рукой Роя, закинув её поверх грудной клетки. Если подумать, она никогда не спала так, чтобы обнять другого человека. Это вдруг даже неожиданно приятно, если бы не болел живот и в висках не стучал собственный пульс. Холодный нос снова утыкается промеж лопаток парня, заснет моментально потому что за эти долгие несколько минут в голове проскользнули все беды и несчастья, которые за собой притянет утро. Саша бы хотела больше не просыпаться.

Но проснется когда в окна скромно пробьются первые рассветные лучи красно-оранжевого солнца. У неё свисает с кровати рука и пальцы до кончиков сводит от колик. Дышать трудно, рука Роя заброшена поверх и давит так сильно, что девка почти впечаталась в матрас и утопла на пол лица в подушке. Подушка, как оказалось, парня, потому что её лежит аккурат на полу. Смотрит вниз, моргает, пытается собраться с мыслями ощущая, как коликами от руки пошел бок до самой задницы. Блядь, это пиздец как больно. Еще немного и Рой решит, что она матрас и нужно на неё забраться, чтобы убить нахуй. Хрипло вздыхает, приподнимая руку сначала горизонтально, потом вертикально над головой, скидывая с себя конечность парня. Привстает на локте и пялится между телами. Спросонья показалось, что он лег в штанах и не достал из кармана мобильник, но оказалось что в зад ей тычет далеко не сотовый. Щурит один глаз, трет пальцами и ощущает как по щеке мазнул взгляд. Выходит, пока она пялилась на его стояк, он пялился на неё. К горлу подкатывает вопль оправданий, но глотка пересохла и Оскуро издает звук, похожий на “кря”. Смотрят друг на друга долгие секунд пять, пока колика не добралась до скулы. Саше не нужно говорить о том, что её щеку пересек край подушки, оставив глубокий багровый след. Так ощущается неловкость утра, когда два незнакомых человека просыпаются в одной постели? Саша такое только в фильмах и сериалах видела. Резво садится, кренится в сторону, хлопает по себе ладонями проверяя одежду. Рукава мятой рубашки сползают до самых кончиков пальцев, а на ногах шорты до колен. Чтобы убедиться в их наличии откидывает одеяло. Шок быстро сходит на нет и девка пулей ретируется в ванную, запирая дверь и переводя дыхание. Голова кружится, но по крайней мере мозг больше не планирует разломить изнутри черепную коробку. Оказавшись максимально далеко, ощущает, как лицо заливается краской, вспомнив, что именно на этом вот месте появился провал в памяти. Садится на унитаз и зло писает, после также зло умывается и полощет рот. У неё нет расчески чтобы привести волосы в порядок потому она берет Роя - зубчики в один ряд впиваются в копну и не собираются помочь разворотить этот колтун. Только путается, и Саша тихо взвоет, уткнувшись лицом в ладони. Гематома в углу глаза опустилась значительно ниже, обрисовав дугой над скулой полумесяц. В глаза не бросается, темная кожа помнящая солнце Мексики еще хранит экзотический загар. Губа припухла, деформация заметна даже если не приглядываться. Оскуро успокаивает себя тем, что Рой всё равно её разглядел вдоль и поперек, от этого осознания сосет под ложечкой. Блядь. Скрипя зубами, выходит из ванной, шлепая босыми ногами назад в комнату. —Мне нужна помощь, - она указывает пальцем в копну волос с застрявшей в ней расческой. —Можно я пока оставлю рубашку? От моей футболки же ничего не осталось, да? И где мой мобильник? Ты его не забирал? - сама не заметила как в вопросах перепутались английские и испанские слова. —Сразу скажу, мне очень стыдно и я прошу прощения за все эти неудобства. Ещё мне пиздец позарез нужны деньги чтобы оплатить аренду, - выставляет ладони вперед не позволяя парню послать её нахуй вот прям сейчас, не дослушав. —Я отработаю. Как? Хочешь буду убираться? Я умею готовить, я могу всё, буду приходить после работы. Мне нельзя обратно в Мексику, я сделаю что скажешь. Дурь толкать? Только скажи, - могла бы кинуться в ноги но, наверное, образно она уже давно валяется в них.             

[nick]Sasha Oscuro[/nick][status]your world is in my hands[/status][icon]https://i.ibb.co/tQvWB0D/image.gif[/icon][sign]//your name on a smoked cigarette  https://i.imgur.com/TnJTwDv.png https://i.ibb.co/NZgcYq4/ezgif.gif https://i.ibb.co/LzWkhbg/ezgi-f.gif[/sign][pla]
[/pla][lz1]САША ОСКУРО, 28 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> бармен, воровка<br><b>relations:</b> тебе нравится перепрыгивать лужи по камням и с каждым твоим прыжком тонет один камень.
ты идешь оставляя трупы на обочине. такой ты человек: бесчувственная, капризная, поверхностная, эгоистичная.
кем ты себя возомнила?[/lz1]

Отредактировано Kristof Mor (2022-10-04 13:52:40)

+2

14

Он откровенно хреново спал.
Во-первых, из-за присутствия кого-то в своей постели - Рой Векслер привык спать один.
Во-вторых, потому что этот кто-то постоянно то прижимался, то обнимал, то елозил по простыням, из-за чего вырывался из объятий сна и в полудрёме ловил чужие движения.
В-третьих, потому что снилась ему всякая херня, постоянно прерывающаяся.
Просыпается, чувствуя, как девка сперва спихнула его руку, а после приподнялась на локте. Открывает глаза, замечая, как бесцеремонно она пялится куда-то вниз и уж не дурак, складывает два плюс два в осознании, что же её так привлекло.
Детский сад, конечно.

Она подскакивает с постели и летит в ванную. Такой привычный вид для последних двух дней, что можно было бы даже не удивляться. Векслер переворачивается на спину и впивается глазами в потолок. Спросонья ни о чем не думает, лишь беспечно водит глазами по деревянным балкам, освящаемым рассветными лучами солнца. Лежит так до тех пор, пока она не выходит из ванной, шлепая босыми ногами по полу.

Ей нужна помощь.
Так удивительно, конечно!

Векслер смотрит на неё, как на беспокойную собаку, набедокурившую в квартире и разорвавшую любимую пару обуви.  Ей нужна помощь, ха, а чем он занимался все два дня? Разве не только тем, что решал ее проблемы? Вот еще в том паршивом баре в Мексике почувствовал, что ни к чему хорошему это не приведет и именно так все и оказалось, когда львиную долю времени тратит на исправление девичьих косяков. Взять бы, да насильно направить её обратно, ради этого даже готов купить обратный билет и красную ленту. Ею бы повязал на девке бант и в таком виде направил к Диего. Тот так отчаянно бился за кандидатуру Оскуро, что пусть сам разбирается с её бедовой задницей.
Сперва садится на постели и, проведя ладонями по лицу, поднимается на ноги, чтобы самому пойти в ванную.

- В последнее время я эту фразу от тебя слышу чаще, чем хотелось бы, - говорит, обращая внимание на волосы. В них застряла его расческа и судя по всему ей нужна какая-то супер версия, чтобы привести их в порядок и расчесать. Рою нравятся длинные волосы у девушек, может, даже слишком нравятся, но вот участвовать в их расчесывании он явно не готов. Подходит ближе, становится к ней за спину и не очень-то осторожно вытягивает расческу. - Сбрей их нахуй и проблем не будет.

- Телефон на столе, а рубашку вообще можешь себе забрать.
Больше никаких комментариев не дает, несмотря на огромное количество вопросов. Разворачивается и уходит в ванную, забираясь сразу под контрастный душ. В голову лезут неприятные мысли о том, что теперь Саша - его головная боль и сменяются они только на мысли о ней вчерашней, пока голая лежала на этом полу. Картинка в голове такая яркая, что рука непроизвольно тянется к члену и Рой дрочит, представляя, что мог бы с ней вчера сделать, но так и не сделал. Кончает и пару секунд застывает под душем, растворяясь в ощущениях. Как только приходит в себя, быстро заканчивает с приведением себя в порядок и одевается.

Выходит из ванной, приведя себя в порядок во всех смыслах. Снова одет в серые штаны и синюю футболку.
Она ждет ответа, он видит это даже не вооруженным взглядом и понимает, что так просто не отвяжется. За что на его свалилась голову - совершенно не понятно. Но раз уж въебал на неё столько времени, то хоть чем-то логичным это надо завершить.
Проходит в кухню, позволяя следовать за собой хвостиком.

- Я не беру в пушеры девок, - говорит и, щелкнув зажигалкой, закуривает. Откидывает её обратно на стол и разворачивается, чтобы сварить себе кофе. Ритуал, который не планирует нарушать ради девицы. Достает турку и насыпает туда две ложки сахара, заливая водой. Зажигает огонь на одной из комфорок и ставит на неё турку. Кажется, все это может повторить в любом состоянии - настолько привык варить себе кофе по утрам. - С девками много проблем из-за вашей эмоциональности и слушаться вы нихуя не умеете. Плюс выше шанс, что тебя пустят по кругу в первом же притоне, сперва до того, как заберут наркоту, а потом еще и после, - в основном он работает с деградантами, у которых покупка наркоты сводится уже к базовой потребности. Пустить её к таким - это проебать товар, да еще и саму Сашу, которую выебут быстрее, чем она успеет сказать нет.
Вытаскивает из шкафа кружку, вторую ставит напротив девицы и спрашивает: - Кофе будешь? - словно до это обсуждал с ней погоду, а не её работу. К ней, собственно и возвращается, продолжая. - Я не знаю, что тебе можно поручить, потому что я не знаю, что ты умеешь, кроме как притягивать к себе неприятности, - говорит спокойно и просто. Потому что все так и есть у него нет никакого желания или умения строить сложные словесные конструкции с целью пощадить девичьи чувства. - Разве что продать тебя в бордель, ты красивая, за тебя бы хорошо платили, - он периодически наведывается в один. Сьюзан - добротная афроамериканка, держащая в своих руках семнадцать шлюх относится к нему благосклонно и в обмен на непрерывающиеся поставки, дает ему персональную скидку. - Хотя учитывая твою реакцию на наркоту, ты загнешься там быстрее, - все проститутки [которых он знает] плотно сидят, просто потому что без наркоты вывозить тяжелее, те, кто не прибегает к товару, спиваются. В итоге, однохуйственно и те и те выглядят плохо - спасает лишь полумрак и тонна косметики.

Она говорила, что умеет готовить, но даже не рыпнулась в сторону холодильника, чтобы соорудить что-то похавать. Рой ощущает себя учителем первоклашки, которой все надо обосновывать по слогам. Открывает холодильник и, вытащив оттуда ингридиенты, на скорую руку делает сендвичи с ветчиной и сыром. Ставит перед ней одну тарелку, вторую ставит на себя напротив. С полки снимает коробок с таблетками и ставит перед ней: - Врач сказал тебе их надо пить 2 раза в день по утрам пять дней.

Делает глоток кофе и продолжает. - То, что ты будешь убирать или готовить у меня, мне не поможет. Я редко бываю  дома и сегодня например снова уеду. Надо тебе найти какое-то занятие, которым ты будешь зарабатывать, а уборка у меня в квартире тебе этим не поможет. Да и мне нахуй это не упало. А что с твоей работой в барне или в пекарне? Или где там, ты говорила?

+2

15

Ладно, быть может Саша немного недооценила недовольство парня касательно её внедрения в его личное пространство. Так с паразитами бывает примерно всегда - никто не хочет их подхватить, но они и не спрашивают - просто присасываются и начинают пить кровь. Она еще месяц назад сидела в затхлой кафешке на краю дороги в Мексике и смотрела на липкую ленту думая, что она не будет такой глупой, как те мухи, вляпавшиеся своими мохнатыми лапками в клей, и что теперь? Её ступни прилипли и она не знает как выбраться из этой западни с минимальными потерями. —В последнее время я эту фразу от тебя слышу чаще, чем хотелось бы.

—В последнее время я говорю её чаще, чем мне бы хотелось, - парирует девка, опуская взгляд к своим ногам как только парень встает и подходит ближе. Ей вдруг кажется максимально странным находиться в одной комнате с Роем в одних только трусах, но его, кажется, вообще блядь ничего не смущает. Взгляд из под ресниц цепляет в угол обзора натянутую ткань и Саша уменьшается до размера молекулы, потому что ей стыдливо, будто за парнями в раздевалке наблюдает. Ну а что? Они с подружкой подглядывали, однако все равно нихрена не разглядели через дверной проем. Расческа в волосах подвергается натиску пальцев, парень не очень то аккуратно её выдергивает, очевидно, с пучком волос. Шипит, кусает губу и потирает темечко пальцами - место выдранной пряди неприятно печет. На кончике языка рождается колкость, но её приходится проглотить, потому что повернувшись, Оскуро столкнулась взглядом о спину удаляющегося в сторону ванной Роем. Вытягивает руку вперед и машет кулаком, багровеет от злости, но остается молчать. Выдыхает. Эмоции ведь не к чему, да ещё и перепады от искреннего раскаяния до агрессии в секунду подбрасывают в топку дров. Чувствует, как краснеют кончики ушей и к лицу приливает кровь, сжимает пальцы и беззвучно топает, крепко жмурясь, машет руками хаотично. —Бесишь, - шепотом ругается, чтобы её не услышали и рыщет взглядом где остался лежать забытый Богом телефон. В квартиру еще не пробралось солнце и в глубине помещения довольно мрачно, Саша не сразу находит сотовый. Батарейка на последнем издыхании, два десятка пропущенных с работы и еще столько же от хозяйки. Внутри всё холодеет, плату за аренду Оскуро должна была внести ещё вчера, кажется. Остается надежда, что та не выпрет её за дверь сразу, как на счет не поступила плата. Набирает номер, но телефон завибрировал и выключился. —Сукин ты сын, ну почему так невовремя, - злится, бросилась по тумбочкам в поисках зарядника, но слышит за спиной щелчок двери ванной, выравнивается струной и спешит прихрамывая к парню. Рой прямиком направился в кухонную зону и шлейфом следом приятный аромат ментола и свежести. Так пахнет мужской шампунь, им она вчера мыла голову и в курчавых прядях ещё до сих пор путается запах, едва уловимый, но всё же.

—Я хорошая ученица, ты мог бы меня научить как надо, - Саша запрыгивает на стул и, упираясь ступнями в край, подтягивает ноги к груди, запуская под рубашку. Нос кривится, идея про “пустить по кругу” ужас как не нравится, что-то такое бывает с девками далеких от каких-то моральных и духовных принципов. Оскуро же трусишка, для неё секс это что-то ужасное, это даже что-то совершенное аморальное. Ну и пусть в порнушке выглядит возбуждающе, но когда промеж твоих ног суют член размером с целое предплечье - такое себе. Как от этого можно получить удовольствие? Ей по душе что-то более нейтральное, невинное даже. В памяти всплывает то, как тот тип лез к ней в трусы и она поежилась всем телом, на шее поднялась волна мерзких мурашек. Странное было состояние, она вроде головой понимала всю неправильность, но совсем ничего не могла поделать с собой. Ужасно и то, что телу это было пиздец как необходимо, в то время как голова с сиреной исходилась истошным воплем с красными сигналами “стоп”. Наверное так и выглядит похоть, перекрывающая все постулаты и табу. —Такая себе перспектива, - высовывает кончик языка и прикусывает, всё же такие сексуальные марафоны не по её части. Да и вообще любые - не по её. Пусть Саша выглядит старше своего возраста, пусть в её новом паспорте она уже совершеннолетняя, пусть она хапнула в жизни куда больше, чем стандартные подростки шестнадцати лет, всё же ей сложно мириться с некоторыми “взрослыми” правилами. —Мы могли бы придумать что-то другое, чем я могла бы зарабатывать, - ведет носом по запаху табака и кофе. Она курит, но сейчас ей совсем не хочется, а вот желудок отозвался призывным урчанием на предложение выпить кофе. На столе перед девкой кружка, обнимет её пальцами и елозит задницей по стулу в ожидании. —Только не в борделе, - скалится в улыбке, хотя тема и довольно серьезная. Да и потом у Роя нет весомых причин её ссылать в такое место.

Саша благодарит за таблетки и выпивает утреннюю дозу, закусывая сэндвичем и запивая кофе. Довольно жмурится, глотая слюну - с голодухи это… —Пища Богов, Рой, - выдыхает довольно в кружку. Думает о том, что тот мужчина, выходит, был врачом, он и ставил ей укол. Сработал чисто, кроме точки на сгибе предплечья нет даже кровоподтека (помимо всех остальных). Девка подбирает пальцем в уголке губ крошку, засовывая обратно в рот и задумчиво смотрит. —Я быстро бегаю, умею воровать и заговаривать зубы, - задумчиво прошлась по темной своей стороне. —Меня опоили наркотой и я бы могла проворачивать нечто подобное, но не с целью какую преследовали те типы в баре, а с целью стащить что-то…кошелек? Дорогие часы? Кольцо? - она думает об этом с утра, в её голове зреет план мести, но реализация определенно хромает в перспективе. Саша не знает с чего начать и как они так точно сдозировали определенное количество какого-то там вещества. От этой идеи снова трещит голова, кривится. Взгляд обрушивается на настенные часы и девка соскакивает со стула едва не пролив остатки кофе, наспех засовывает оставшийся сэндвич и запивает сухость. —Черт, мне пора, у меня сегодня смена утренняя в пекарне. Да, кстати, работаю в ней и по ночам в баре, - невнятно пробормотала, интенсивно пережевывая и подпрыгивая на здоровой ноге спешно начала толкать остатки своих вещей обратно в рюкзак. В идеале нужно заскочить домой и убедиться, что там уже не живет кто-то другой. В спешке и забыла о том, что хотела взять в долг денег, как фурия пронеслась по комнате, отыскав в маленьком кармане рюкзака резинку для волос. Пучок получился размером с голову, но с этим она разберется позже. —Я очень надеюсь что больше не доставлю тебе проблем, - стягивает с задницы мужские шорты и запрыгивает в штаны, за пояс толкает рубашку и выглядит довольно стильно, если бы не заметная помятость ткани. Без трусов, конечно, не комильфо, но и не такой дискомфорт приходилось испытывать. Эти свои Саша, конечно, выкинет. Слишком противно, да и чужие касания с них едва ли получится вывести. Фу блядь, мерзость. —Спасибо тебе, Рой, век не забуду твоей доброты, - Оскуро как ни в чем не бывало выскакивает за порог, впрыгнув в кроссовки. В холле вспоминает о забытых таблетках на столе, возвращается, цапает их и невесомо целует сидящего за столом сонного Роя в щеку (у него под глазами залегли тени). —Твоему Максу повезло кем бы он не приходился, - в припрыжку аки хромая козочка вылетает пулей из квартиры хотя бы потому, чтобы ей в затылок не прилетела кружка за такую наглость. Вообще она так спалила все мосты, полагая, что больше не вернется.

Вернулась. Как оказалось хозяйка свезла её скромные пожитки в ячейку хранения на вокзале и даже не хотела вести диалог, какая обидчивая. Отстояв смену в пекарне вернулась в бар и отвесила звонкую пощечину Роберту. Он извинился. Оскуро обвинила его в заговоре и если бы ему в голову пришло взбрыкнуть, обещала бы ему судом за домогательства против половой неприкосновенности. Девка просто слышала эту фразу из какого-то низкосортного шоу про судебные дела, где актеры играли хуево, но выкидывали порой весьма умные фразочки. —Я этим уёбкам крысиного яда подсыплю в коктейли, если они решат сюда заявиться и лучше не надо испытывать моё терпение, - рычит, принимая смену. Саша пальцем указала под глаз и на разбитую губу, продемонстрировала кожу рук покрытую синяками. —Этот секрет останется между нами и никто не узнает, но если нечто такое повторится ещё раз, хуй вы у меня все выйдете сухими из воды, - Саша злилась. На себя, на ситуацию в целом, да и в углу сиротливо стоял её чемодан на колесиках - ей ведь теперь некуда идти. —Это, - пальцем тычет приунывшему Роберту в сторону своих пожитков. —Цена за мою неосторожность, прикажешь ночевать под небом?

Не стоит, Оскуро, - угрюмо говорит, заталкивая свою форму в пакет. Вошедшая в раж девка даже не приметила его понурости. Вопросительный взгляд коснулся телодвижений типа сборов. —На тебе всё не закончилось, эти типы изнасиловали одну из девок, втроем. Она написала заявление и теперь завели дело, меня уволили, а про тебя я ничего не говорил, - он поднял взгляд. —Достойная плата за моих друзей?

—Искупил вину, - с этими словами Оскуро удаляется работать до полуночи, а после пешком до дома Роя. Он говорил, что уедет, но не сказал на сколько. Саша думает об этом и заметно нервничает, она выкурила пачку за день и в какой-то момент показалось, будто сейчас остановится сердце. У нее нет денег чтобы заночевать хоть где-то, нет сил строить из себя цацу учитывая какой её видел Рой. Проебала всё в один вечер, просто бинго. Плакать не хочется, и отчего то рвется назад под крыло парня словно ему всё еще есть дело. Вдруг неебически отстойный день вчера дарит умиротворение сегодня: Саша впервые за свою отстойную жизнь ощутила себя тогда под защитой. Стучит в дверь, в окнах тоже не горел свет. Нет ответа. Укладывает навзничь рядом чемодан, сверху - рюкзак и села, приложившись спиной к стене. Час ночи, вокруг тихо, не слышно голосов. В какой-то момент даже показалось, что задремала, пока по лестнице не услышала шаги. Подскочила на ноги, они её и без того едва держали после суетливого дня. —Рой! - мажет взглядом по его лицу, внутри всё холодеет и что-то больно так обрывается за ребрами. —Рой?         

[nick]Sasha Oscuro[/nick][status]your world is in my hands[/status][icon]https://i.ibb.co/tQvWB0D/image.gif[/icon][sign]//your name on a smoked cigarette  https://i.imgur.com/TnJTwDv.png https://i.ibb.co/NZgcYq4/ezgif.gif https://i.ibb.co/LzWkhbg/ezgi-f.gif[/sign][pla]
[/pla][lz1]САША ОСКУРО, 28 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> бармен, воровка<br><b>relations:</b> тебе нравится перепрыгивать лужи по камням и с каждым твоим прыжком тонет один камень.
ты идешь оставляя трупы на обочине. такой ты человек: бесчувственная, капризная, поверхностная, эгоистичная.
кем ты себя возомнила?[/lz1]

Отредактировано Kristof Mor (2022-10-04 18:36:04)

+2

16

На самом деле у Роя нет весомых причин не ссылать её в бордель. За хорошие бабки Сью выкупит у него девицу - шестнадцатилетнее красивое тело продается отлично, она быстро сделает из Оскуро конфетку. В округе у нее - самый достойный бордель, где все девицы откровенно хороши. Порой, приходишь, а там страшилища, дай Бог одна будет симпатичной, Сьюзан же выбирает лучших, а потому и ценник устанавливает заоблачный, чтобы отсечь всяких идиотов и уродов.
Будь он к ней привязан или испытывай какие-то чувства [кроме раздражения], то ни за что в жизни о подобном бы не подумал. Но тут стоит и раздумывает, как мог бы потратить бабки за её продажу. Тем более, раз говорит, что хорошая ученица, то быстро бы прознала то, как можно соблазнять и стала бы королевой шлюх. Так себе должность, конечно, но у неё все равно мало альтернативных вариантов.

Она предлагает вариант мелкого грабежа по барам и Векслер кивает. Как вариант и правда могла бы заниматься чем-то подобных, хотя с её везучестью... Как бы снова не оказалась в подсобке. - Как вариант, да. Но это надо делать в баре или клубе, где налажен контакт с охраной или барменами, иначе тебя выгонят быстрее. И надо будет тебе научиться с одного взгляда понимать кого можно обуть, а на кого даже не стоит тратить время. А то сопрешь кошелек, а там тридцать баксов и карточка на метро.

Девка не успевает продолжить обсуждение, как вскакивает и, быстро запихнув в рот сэндвичи, проваливает с простым оправданием о работе. Рой безинициативно смотрит на неё из двери кухни, пока она собирает свои пожитки и встает лишь для того, чтобы закрыть дверь. Напоследок поцеловала в щеку и пизданула что-то про Макса, Рой никак не отреагировал, больше потому, что обрадовался её уходу. Слишком уж много времени и сил она вымотала, что хуй с ними с деньгами на лекарство, пусть лучше не маячит больше на горизонте.

Уже собирается начать накидывать вещей для отъезда в дорожную сумку, как звонит телефон. Хуан сбивчиво и быстро говорит что-то про прижатого пушера и о том, что кто-то выставил им ряд претензий, основным лейтмотивом которых стало требование съебаться нахуй с улиц города.
Давно известная тема, когда старички не хотят пускать на свои улицы кого-то нового и делают первое предупреждение. Давно известно, что второго предупреждения не будет. Первое правило улиц, которые он впитал с молодых ногтей.
Собственно, именно потому и срывается к Хуану, с которым по итогу едут на нужную точку, детальнее разобраться в ситуации.

Итог разборки: два трупа с другой стороны, два ножевых у ребят Хуана, огнестрельное ранение Векслера в ногу.
Позже даже не вспомнит, как Хуан отчаянно гнал по ночному городу, чтоб довезти его домой, а второго в скорую, потому что у Роя есть знакомый доктор на выезде, то у Себастьяна никого нет, а нож как-то страшно торчит из живота, давая понять, что вытащишь его и трупов по итогу разборки окажется три.

Грузно поднимается по лестнице, оставляя за собой кровавый след. Благо, второй этаж и всего два лестничных проема, больше чисто физически бы не вынес. Нога болит так, что, кажется, её сейчас нахер оторвет от тела. Может, так станет легче?
Голова кружится, перед глазами все плывет и он держится за перила, лишь бы только не завалиться на спину - так, точно не встанет. Боль больно проходится по каждому нерву, устраивает дикий танец ощущений и он старается держаться за реальность, лишь бы только не улететь раньше, чем к нему успеет доехать врач.

Ловит какое-то движение в коридоре, когда оказывается на предпоследней ступени. Все инстинкты велят собраться, но организм отчаянно этому противится. Поднимается и делает пару шагов к двери, узнавая в темном силуэте свою настойчивую проблему - Сашу.

Не понимает, то ли она реально здесь, то ли это уже тот свет и по какой-то несчастливой причине её лицо после смерти всплывает первым. Опасно наклоняется, когда ладонью забирается в карман джинс, чтобы достать ключи, боль делает пальцы абсолютно непослушными и приходится прикладывать максимум усилий, чтобы подцепить нужный ключ и вставить его в замочную скважину. Не сразу чувствует к себе прикосновения, но когда ловит это ощущение, понимает, что все еще жив и девица правда тут. При других обстоятельствах послал бы её нахуй, но сейчас не до этого.
Перешагивает через порог и с большим трудом стягивает с себя окровавленную майку. Голова кружится, он бросает тряпку на пол и понимает, что дальше раздеться сам не сможет. - Помоги снять штаны, опирается ладонью на её плечо и только благодаря этому не падает к херам. Кровь начинает течь по ноге, так как теперь ей не во что впитаться. Крови много, Рой даже не понимает сколько уже потерял и насколько все критично.

- Принеси водки, - говорит, заваливаясь на бок и оседая по стене. Падает к херам тумбочка, с нее громким звоном рассыпается какая-то мелочевка, но в таком состоянии ему далеко не до поддержания порядка. - На кухне две бутылки стоят, - боль пульсирует и глухо отзывается в ушах. - Быстрее.

И как только она направляется в известном направлении, в квартиру врывается Джек. Второй раз за два дня - такими темпами ему нужно будет просто купить раскладушку.
Сегодня он без шуточек, так как с одного взгляда оценивает состояние хозяина квартиры. Опускается на пол рядом, сперва рассматривая повреждения, словно думая за что хвататься в первую очередь и оценивая фронт работ. - Твою мать, как же тебя угораздило? - риторический вопрос вылетает в воздух и, подняв голову на девицу, командует: - Лей на руки.
Рой знает, что в хороших руках - уж столько раз Джек буквально с того света вытягивал ребят. Не знает, то ли делает это по исключительной любви к человечеству и из-за обязательств данной клятвы Гиппократа, то ли потому что нужен любой опыт, чтобы набить руку... Не знает, но почему-то сейчас хочется об этом думать.

Тянется к бутылке, чтобы, перехватив её, сделать глоток. Её тут же отбирают и резкая боль пронзает организм, как только Джек больно давит на ранение. Наверное, чтобы рассмотреть получше или просто потому что ему нравится причинять боль, а может выдавливает пулю - хуй поймешь. Векслер шипит - не стонет и даже не орет. Шипит и шумно дышит, закрыв глаза. Темнота начинает приятно укутывать и он послушно отвечает ей взаимностью, проваливаясь.

- Блядство, Векслер, смотри на меня! - требовательно восклицает Джек и Рой цепляется за эти слова. Ему вообще хорошо бы цепляться за речь сейчас, чтобы мозг работал, иначе утонет во мгле. - Эй ты, - врач даже не оборачивается, чтобы взглянуть на Сашу, лишь командует: - Говори хоть что-то, чтобы он от нас не улетел.
Что-то вкалывает. Достает из своего чемодана согнутую полумесяцем иглу и какие-то бинты. Еще непонятный инструмент, о существовании которого Рой даже не знал никогда. Похоже на длинные ножницы, но ничерта не знает. Рой мажет взглядом и старается сосредоточиться хоть на чем-то. Получается хуево. Переводит взгляд на лицо девки. Хочется спросить хули она тут делает, но боится, что как только откроет рот, так начнет орать от боли, а это уж точно не поможет ни себе, ни Джеку. Смотрит на неё снизу вверх, да так злобно, словно это она подстрелила пару часов назад.

+2

17

Лицо девки вытягивается по мере того, как к ней приближается Рой. Он бледный и это видно даже в тусклом свете подъезда, у него взгляд стеклянный и мутный, им и мажет по нежданному гостю. Оскуро не сразу смекнет в чем причина его такой отстраненности, но после хватает взглядом хромоту. Смотрит осоловело, потому что мужчина проходит мимо неё аккурат к двери, роется в карманах и достает ключ. Её будто бы тут и нет, игнорирует? Саша подхватывает под предплечье когда парень клонится вбок (будто бы пьяный), только теперь обращая внимание что за ним тянется след из крови, багровой такой, как в ужастиках. Саша проглатывает подступивший ком к горлу с усилием. Рой, наконец, ощутил прикосновение и опускает на нее взгляд. Тот фокусируется так словно только сейчас заметил Сашу. У него кривится рот и кажется что он мысленно послал её к черту, но слов так и не срывается; щелкает дверной замок.

Бросив все свои пожитки снаружи квартиры, семенит следом через порог и рыщет пальцами выключатель на стене, пока майка парня падает на пол. —Помоги снять штаны, - не так Оскуро себе это представляла, но подскакивает ближе забыв о своих растянутых мышцах в области голеностопа и неумело расстегивает ремень, после ширинку. Под кроссовками хлюпает кровь, она старается это игнорировать (думает что то грязь или слякоть после дождя - так удобнее не впасть в истерику). Чем ниже стягивает ткань, тем сложнее успокаивающе фантазировать о чавкающей жижей под стопами. Девка даже ощущает, как у нее от лица отливает кровь стоило опустить штаны ниже и явить свету ранение. Из него непрерывно струится кровь уделывая руки, рубашку им же подаренную и пол под ступнями. Саша ничего не говорит, она закусывает губу, стягивает мужскую обувь и следом насквозь пропитавшиеся джинсы. Те местами прилипли из-за кровотечения, пришлось приложить усилия. Как истинная леди Оскуро могла упасть в обморок, но её жизнь дворовая научила справляться не только с ранами, хотя с таким масштабом сталкивается впервые. Думается, что потому Рой такой отстраненный, холодный и угрюмый - его передряги это не только искать курьеров, кто перекинет порошок, там что-то явно посерьезней. Не то чтобы Саша недооценивала всю эту мафию и прочее, но всё же в подобное верится с трудом. Пальцы парня ухватываются за плечо и стягивают, не сильно, в кисти похоже то и не осталось мощи. Выдергивает вторую штанину и спешит за водкой, - Саша не задает вопросов. Оборачивается за углом вздрагивая, когда вместо тишины пространство разрывает оглушительным грохотом похожим на раскат грома над самым ухом. Делает шаг назад, убедилась, что это всего лишь перевернутая тумба. Всего лишь, а не чейто раскроенный череп. Рой сполз по стеночке, сел на задницу.   

Двигает стул к гарнитуру, забирается и рыщет по полкам, раскрывая то один шкафчик, то другой. В прихожей через минуту слышен еще один голос и Саша напрягает слух, потому что этот тембр ей знаком. Сползая со стула, засеменила обратно с двумя бутылями, внимательно разглядев мужчину. Это он, выходит, её тогда вылечил? Оскуро преисполнена уважением и отвлекается лишь на секунду, подгребая поближе. Он поднимает руки и требует лить водку на ладони. Откупоривает крышку и выполняет без пререканий, щурясь. Резкий запах бьет по носу и почти способен отправить в нокаут, если бы не адреналин в крови. Прозрачная жидкость льется между пальцев на пол, смешивается с лужей багровой крови, в её отражении можно заметить тусклый свет лампы на потолке.

Саша скрипит зубами, игнорирует металлический привкус на языке - здесь сумасшедший микс водки и крови, он оседает на одежде, коже, волосах. Ставит бутылку (вторую перехватил Рой), вытягивает перед собой ладони, они тоже красные, липнут и пусть каждой женщине приходится ежемесячно сталкиваться с естественными физиологическими особенностями, но вот это всё даже не стоит в сравнении. Стоически выдерживает и то, как врач копошится в ране, он что-то достает из своего чемоданчика и ворожит над ногой, громко призывая внимание своего пациента. Векслер. Саша не знала его фамилии, а просто Рой было будто даже незаконченным уравнением. Теперь она перекатывает на языке его фамилию, смакует и садится на колени как механическая кукла, когда врач приказал не дать пациенту отъехать в бессознанку. Оно то и понятно, одна только кровопотеря очень благоволит провалиться в мир без страданий. Парень терпит и чем отчаянней проглатывает боль, тем бледнее становится контур губ. Выглядит пиздец как страшно, Саша боится, что он помрет здесь и больше в Америке не останется ни одного человека, который не пнул её под зад ногой.

О чем ему рассказать? Рой зло смотрит своими стеклянными глазами будто бы вешает до десятого колена на неё проклятья. Ну ей Богу, не она же ему по ногам стреляла, в чем виновата уже? Тянет холодные пальцы к такому же холодному лицу, захватывает колючие щеки в тиски, приближаясь близко-близко. Собой закрывает обзор, ему ведь не обязательно смотреть как его нога превращается в кровавое месиво чтобы изъять пулю из тканей. У Роя на переносице глаза сходятся, ему пиздец как неудобно смотреть и попытка выскользнуть подбородком из женских пальцев заканчивается целым ничем. Девка держит крепко, убаюкивающе гладит по коже большими пальцами на которых высохла его же кровь. Саша бы могла успокоить, если бы у нее самой не дрожала губа и глаза не на мокром месте. Готова разреветься не по Векслеру даже, а потому, что и здесь успела притянуть проблемы. Обошли бы они стороной, если бы она не втиснулась в его жизнь и тем самым явно не спутала бы карты? Если бы Рой уехал как было запланировано, то неудач можно было бы избежать. —Если честно я вообще понятия не имею чем ты занимаешься и как отыскать к тебе подход, ты вредный и угрюмый. И всё же я точно не желаю тебе смерти, от меня еще так просто никто не отделался. Ещё ты утром сказал, что я притягиваю проблемы, но ты же не думаешь что я это делаю специально? - её вопрос скорее риторический, Рой смотрит, стягивает губы в линию. —У меня так вся жизнь, потому я люблю мечтать. Думать о чем-то хорошем, о мире где нет хлопот и где всё обязательно заканчивается хорошо. И о тебе думала, хотелось, чтобы все сложилось потому что благодаря помощи с твоей стороны я выбралась из бесконечного круга жизни в Мексике и снова начала жить. Правда, как видишь, у меня получается херово. И всё же ты который раз помогаешь мне, хотя совсем не обязан этого делать, - Саша соскальзывает руками с лица парня, цепляется за мочки ушей и больно их массирует. Это на мгновение даже прояснило взгляд, он кривится, - неприятно. Веки опускаются, Оскуро видит что ему приходится бороться с этой навалившейся будто бы даже усталостью. Ей знакомо это чувство. Еще день назад девка была такой же беспомощной, но по крайней мере она не теряла литрами кровь и не обещала испустить последний вздох на чьих-то руках. Ладно, может быть сдохнуть у Роя в объятиях было не самым хуевым методом отъехать. —Ещё ты очень добрый, хотя всем видом доказываешь обратное. Я думаю о тебе как об антигерое, знаешь, из комиксов? Они ведь не родились плохими, их такими сделала жизнь. Тебя тоже она сделала угрюмым мудаком, но если смотреть глубже, то ты наверняка добряк.

Саша несла полную чушь даже не думая, но и ей это помогло отвлечься. На какие-то пару минут и позабыла даже, что аккурат за её спиной доктор борется с кровотечением и сам по локоть в крови. Она пропитала её зеленые штаны, сделав на изумрудной ткани в области колен два темных пятна. Вся футболка со смешными мультяшками тоже пропитана алым, Оскуро будто плескалась в луже крови. —Готово, - слышит сзади и поворачивается, продолжая держать голову Роя будто она соскочит с плеч. Мужчина ловко перематывал рану бинтом, аккуратно приподнимая конечность. Он и после поможет донести Векслера до кровати, подвесит какой-то раствор в бутыльке у изголовья, поставил в вену укол и, повернувшись, посмотрит на тень девки, бледнеющую до мертвецкой болезненности. Оскуро стоит в изножье, обляпанная кровью и невидя смотрит на парня: Рой тоже весь в крови, комплект белья едва ли отстирается. —Закончится капельница, вытащи её и закрой колпачок, вот этот, - показывает на крошечный кубитальный катетер. —Рану не трогай, бинты не снимай, следи за температурой. Те таблетки, что я тебе выписал ему нужны тоже, надо бы купить, но уже завтра. Так, если захочет в туалет, то надрежь бутылку, пусть ходит в неё, ему на ноги подниматься нельзя. Утром кормить постной кашей, без молока. Фрукты и другую пищу, включая кофе, не давать. Пить воды как можно больше. Капельница восстановит некоторый объем циркулирующей крови, но в себя он будет приходить долго. Вколол успокоительное, кровоостанавливающее. До утра не пытайся его будить, бесполезно. Я приду вечером, а если что-то случится, - достает какой-то листок бумаги и быстро пишет на нем номер, передает. —Мой номер, позвони. Даже если ничего не случится всё равно позвони. Ты меня поняла? - он горбится пытаясь найти ответ в карих глазах, склоняясь. —Поняла, - говорит Саша и провожает врача, затащив свои вещи внутрь квартиры. Сядет на пороге поверх чемодана, смотрит на лужу крови. Долго так, несколько минут. Следом беззвучно поревет минут десять, сползая задницей на паркет. Становится легче, но не существенно. Найдет половую тряпку, отмоет всё, с горем пополам поставит на место тумбу и вернет всё как было. Присохшая одежда липнет к коже, девка стягивает с себя всё, забрасывает в стиральную машинку, туда же вещи Роя. Может быть что-то из этого удастся спасти, но кровь практически не отстирывается.

Ноги дрожат от усталости, она выкурит две сигареты в окно, натянув прежде на себя трусы и футболку. В гостиной не горит свет, только в прихожей. Вооружится тазом с теплой водой, открутит из рулона салфетки и сядет на край кровати. Монотонно минут двадцать или, может, тридцать, оттирает кожу Роя от крови. Все волосы на ногах слиплись и если бы он не спал, то явно треснул промеж её глаз пяткой приговаривая что-то типа "заебала, отвали от меня уже". Между тем капли в емкости под бутылем перестали отсчитывать секунды и проблем с канюлей не возникло тоже, крышку Саша катетера закрыла плотно, парень даже не дернулся. Разобрав систему, выбросила в помойку вместе с горой порозовевших бумажных салфеток. Когда пришла в себя от дел, раскидывая по поверхностям выстиранную одежду, часы показывали четыре утра. Выдохнет, выползет на крошечный балкон с решетчатыми вертикальными прутьями и повиснет на них, хватая ртом воздух. Иногда у нее случаются истерические припадки из-за всплеска эмоций, обычно помогает просто подышать на улице. Там прохладно, по хребту бегут мурашки. В конце тротуара под фонарями идет (плывет, фактически) пьяная компашка, они громко смеются и кто-то даже пританцовывает. Наверное, вышли из клуба? Оскуро думает, что тоже бы сейчас напилась и потанцевала так, будто нет вообще никаких проблем. Кто-то свистит, вроде из тех парней и добавляет “классная задница”. В целом это не открытие, у Саши действительно классная задница, кружево на которой подсвечивается тусклым светом из квартиры и более ярким - от неоновой вывески на доме. Зажимает сигарету между зубов, поворачивается и шлепает себя по ягодице. Компания гогочет пьяно, они поднимают большие пальцы вверх и шлют воздушные поцелуи. Веселые и беззаботные. Это отвлекает, но после все равно придется вернуться в квартиру, где повис тяжелый запах водки и крови. Оставляет дверь приоткрытой. На ходу напишет хозяйке пекарного магазина смс-ку что выйдет на пол смены или вовсе не придет, что случилась небольшая проблема и её нужно урегулировать. В целом, там за выход вне смены платят хорошо, так что кому-то перепадет бонус. Оскуро сама любит когда кто-то пропускает рабочий день и она выходит сверхурочно.

—Рой? - спросит тихо, зайдя в комнату. Ответа не последовало, может и хорошо, что спит. Склонится над парнем, коснется ладонью лба. Не горячий, но сплошь в испарине. Спешно смочит полотенце холодной водой, оботрет и только после нырнет под одеяло, его же подоткнет под Векслера. —Теперь твоя очередь крепко спать и не дергаться от каждого шороха, - она знает как действует это вот лекарство и насколько крепкий от него сон. Поднимет холодную руку парня, подлезет под неё и щекой ляжет на решетку ребер. Парень дышит ровно, но вздохи будто даже обрываются. Ему наверное пиздец как больно. Носа касается аромат дезодоранта и знакомого парфюма, тот хранится на коже и совершенно ненавязчив. Закинет ладонь за плоский живот, крепко втиснется объятиями и еще минут двадцать пролежит, пялясь куда-то в угол комнаты. Сон как воришка подкрадется незаметно, оставляя под веками вспышки ярких картинок.     

[nick]Sasha Oscuro[/nick][status]your world is in my hands[/status][icon]https://i.ibb.co/tQvWB0D/image.gif[/icon][sign]//your name on a smoked cigarette  https://i.imgur.com/TnJTwDv.png https://i.ibb.co/NZgcYq4/ezgif.gif https://i.ibb.co/LzWkhbg/ezgi-f.gif[/sign][pla]
[/pla][lz1]САША ОСКУРО, 28 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> бармен, воровка<br><b>relations:</b> тебе нравится перепрыгивать лужи по камням и с каждым твоим прыжком тонет один камень.
ты идешь оставляя трупы на обочине. такой ты человек: бесчувственная, капризная, поверхностная, эгоистичная.
кем ты себя возомнила?[/lz1]

+2

18

Брат ничерта не отчитывается и не вовлекает его в свои дела, несмотря на то, что Максу уже 16 и он доказал, что хоть на что-то способен, пока жил одиннадцать месяцев без поддержки Роя. Снова и снова спрашивает где тот пропадает и чем сейчас знает. Рой как обычно не отвечает и отрезает коротким: - Не твоё дело, - и это бьёт неприятным ударом куда-то между рёбер, словно кто-то протискивает кинжал меж костей. Ему хочется помогать брату: потому что видит, как тот устаёт, потому что боится, что тот снова окажется за решёткой. Эти одиннадцать месяцев провёл на вечной измене. Было страшно за единственного родного человека, который является семьей. Как будто вырвали из привычной реальности и закинули в новую, неприятную, неизвестную, о которой ничерта не знает. Ведь в пятнадцать все, что можешь узнать о тюрьме, узнаёшь из сериалов, фильмов или рассказах, явно приукрашенных из-за эффекта сломанного телефона. Брат всегда ограждал его от своих знакомых, особенно от сидевших, поэтому даже у них нельзя было узнать что же там за решёткой происходит. Ещё очень боялся, чтобы из-за своего крутого нрава и неконтролируемой агрессии, не ввязался во что-то, что увеличило бы срок. Явно там сидят вокруг не мальчики-зайчики, из-за чего несложно представить себе, как срывает крышу у Роя и тот кидается на собеседника из-за неудачно вброшенной в диалоге шутки. Снова и снова просил его сдерживаться во время визитов и, когда спустя одиннадцать месяцев Рой все же вышел, испытал трепещущее в груди ощущение.

Снова не объясняя причин и следствий брат императивно с утра обьявил, что вынужден уехать, примерно дня на три. Все попытки выяснить куда и зачем провалились, Макс даже обиделся за такое непонятное отношение к выдаче информации. Наверное, Рой просто не доверяет, но когда же настанет то счастливое время, когда он наконец начнёт доверять и поймёт, что не такой уж Макс и бесполезный и уже вполне может ему помогать. Сам ведь вообще с четырнадцати в этом бизнесе и уже тогда все дела решал, а его не подпускает, словно он совсем дурачок!
Искренне обидевшись, но не подав виду, он сказал ОК, после чего отключился, будучи в твёрдой уверенности, что Рой уехал в другой город.

Пока посреди ночи ему не раздаётся звонок, от которого буквально подпрыгивает на постели и судорожно под подушкой ищет мобильник.

- Макс Векслер?
В груди от страха всё леденеет и, кажется, все органы покрываются причудливым узором инея. Он говорит: - Да, - хоть и голос звучит неуверенно. Словно боится услышать причину звонка. Словно боится услышать кто ему звонит. Впрочем и правда ведь боится. Впивается взглядом в часы на тумбе: время полшестого утра, никто и никогда не звонит в полшестого утра с хорошими новостями. - Это Хуан, мы работаем с твоим братом. Как он? - от неожиданности известия начинают дрожать руки. Макс ошарашено смотрит на стену поверх часов, словно на ней откроется портал в квартиру брата и удастся увидеть всё ли с ним хорошо. - В смысле? - спрашивает глухо, голос словно ему не принадлежит. В груди отчаянно бьётся сердце, словно сейчас пробьёт грудную клетку и вырвется наружу. - Мы не вместе живем, - и если он изначально радовался возможности жить отдельно, то сейчас понимает какую ошибку совершил. - Что с ним случилось? - от паники даже губы дрожат.
- Ранили в ногу, он по пути связывался с врачом. Я отвёз его домой, а сам поехал с другими. Хотел узнать как он, - первый ужас проходит, как только успевает услышать место ранения. Нога - не страшно, не сердце. Связывался с врачом, значит, ему помогают или уже помогли. Он однажды виделся с Джеком и знает, что тот всегда помогает, поэтому страх оттесняется физиологической потребностью ехать к Рою. - Я сейчас поеду и узнаю… Спасибо! - Боже, если бы не этот звонок, даже и не знал бы о том, что происходит с братом. Наверное, именно сейчас и настанет тот момент, когда брату придётся начать сообщать что происходит и куда направляется, потому что в следующий раз может так оказаться, что ему просто некому будет позвонить.

Хотя нихрена не понимает. Рой говорил, что уедет ведь, так почему остался? Вряд ли это была просто причина, чтобы отвязаться от него, брат так никогда не поступает. Может, Правда собирался, но что-то пошло не так? Может, именно поэтому его и ранили? Во что же он опять ввязался? Это как-то связано с тем, что начал работать с этим мужиком, который по слухам работает в прокуратуре?
Количество вопросов в голове зашкаливает. Кажется, что еще немного и они начнут высыпаться оттуда и с громким стуком разбиваться буквами о землю под ногами.

Бегает по своей комнате со скоростью Флэша. В соседних мирно спят соседи - полночи они гуляли, из-за чего не проснутся даже, если он произведёт пушечный залп. Наскоро умывается, даже не чистит зубы, лишь впрыгивает в шмотки и вылетает, захлопнув за собой дверь. На панике даже забывает взять ключи от Квартиры брата, из-за чего всё же возвращается, долго копошась в тумбочке - свет решил не включать, из-за чего не мог найти нужный комплект. Как и обычно, когда спешишь, ключи решили спрятаться от него и заползли наполовину в небольшую коробочку из-под средства для чистки обуви.
Забирается в тачку и на лютой скорости летит по дроге. Благо, ещё практически никого нет, а потому время до Квартиры брата не придется тратить в утренних пробках. Расстояние можно преодолеть за полчаса, он приезжает через двадцать минут и, припарковавшись, вылетает к знакомому подъезду, словно за ним гонится как минимум пятнадцать волколаков.
По мере приближения к квартире, сердце истошно заходится в тахикардии. Особенно пугает кровавая нить на ступенях, ведущая к небольшому бордовому пятну возле дверного коврика. Макс быстро вставляет ключ и, провернув, влетает в квартиру. С непривычки обо что-то бьется ботинком, но в темноте нихрена не понятно что это [как будто какой-то короб и это в общем-то странно, потому что брат известный любитель чистоты и подобного не приемлет]. Проходит в комнату и, включив небольшую лампу на столе, моментально ахуевает от увиденного. - Нихуясебе, - слетает с языка.

Рой, окровавленные простыни и телка с голой жопой, обтянутой в кружевные трусы.
Не знает даже от чего ахуевает больше: от окровавленной простыни или все же от телки, о существовании которой даже не знал. Да и вообще, брат никогда не тянул девиц в собственную постель, с чего вдруг эта тут? Или, может, она была с ним в момент ранения?
- Ебать, ты кто такая? - спрашивает, когда та сонно приоткрываете карие глаза и поворачивает к нему голову. Роя не будят ни свет, ни слова и это напрягает - обычно он может проснуться от любого шороха, а, значит, ему ещё хуже, чем кажется на первый взгляд. - Че случилось? - спрашивает и садится на край кровати, рассматривая мирно спящего брата. Нога перевязана, но крови на теле нет - может, девчонка вытерла? Да и судя по тому, что пол тоже не грязный, она прибралась. Только видимо подъезд вымыть не додумалась, но эт ладно, он щас исправит, когда поймёт че происходит.
А-ху-еть, у Роя есть телка? Почему скрывал? Пиздец!

[nick]Max Vexler[/nick][status]младший брат // слабое звено[/status][icon]https://i.imgur.com/FWbZAZk.gif[/icon][sign]---[/sign][pla]
[/pla][lz1]МАКС ВЕКСЛЕР, 16 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> дилер, охраник в стриптиз-клубе<br>[/lz1]

+2

19

Саша, кажется, никогда так крепко не спала. Прошедшие сутки из плодородной земли оставили иссушенную солнцем пустыню, даже не снится снов. Мелькают картинки, конечно, но они в памяти не оставят даже след, как и поворот ключа в замке, как и глухой “бум” об оставшийся у порога чемодан и рюкзак. Она только поправит одеяло, потому что в комнате пиздец как холодно из-за открытой на балкон двери. Задница мерзнет, да и вообще дурная идея была проветрить помещение - любой сквозняк на ослабленное тело Роя может спровоцировать какое воспаление легких, Оскуро слышала что это пиздец как опасно. Хотя не опасней, наверное, пулевого ранения. Через веки пробивается свет и мужской голос, сначала кажется что это часть сна и долгие несколько секунд девка балансировала на грани реальности. Жмурится, открывает глаза, взгляд упирается сначала в тот самый угол комнаты, подсвеченный настольной лампой. После приподнимет голову и ощутит как сердце спрыгнуло в желудок. Лицо вытягивается в удивлении и легком испуге, пока сонный мозг обрабатывал поступающую информацию. Рывком выпрямляется на простыне, подпирает себя заведенными назад руками и смотрит на парня. Он смотрит на неё. Неловкая пауза. Вообще можно понять реакцию, но знать бы от кого конкретно. —А ты кто бля? - хрипло отвечает, голосовые связки спались и булькающий вопрос звучит максимально грубо. Самое что странное, Оскуро не ощущает паники и тревоги, и дело даже не в сонном состоянии. На неё, блядь, смотрит точная копия Роя и в голове поворачиваются шестеренки, запускается мыслительный процесс. Взгляд карих глаз любопытно смеривает, провожает до края кровати и пытается понять что его удивило больше - кровь или наличие себя в кровати…брата, выходит? —Макс, да, - это не звучит как вопрос, скорее утверждение. Парень, впрочем, теряет интерес и разглядывает спящего Роя, Саша тоже смотрит на него, тянется за полотенцем к тумбе и смахивает со лба блестящую в свете лампы испарину. Лоб не холодный как прежде, но и не горячий, по крайней мере нет лихорадки. —Он под снотворным, проснется к утру, - скидывает всё ещё влажное полотенце обратно и на четвереньках переползает на другой край кровати, свесив ноги. Зевает. Критично мало сна, а ей сегодня в ночь. Тело ломит, выворачивает мышцы. Спать хочется что пиздец. —В него стреляли, но полагаю ты и так уже в курсе. Врач достал пулю, зашил рану и накачал его снотворным с обезболивающим, - поворачивается через плечо и благоговейно смотрит. Парнишка переживает. Она тоже бы хотела чтобы за нее кто-то волновался. —Пойдем на кухню? Док запретил его будить, пока сам не проснется. Раз приехал сам проведешь утренние туалетные процедуры, я на это не подписывалась, - кривит нос и последнее чего ей хотелось бы, так это совать член в бутылку, чтобы Рой в нее облегчился. И вроде как заявление подводит черту их взаимоотношений, но всё же оставляет вопросов больше, чем ответов.

Запускает руку в волосы, проводит по лицу, зевая. Поправляет трусы и скрученную футболку, шлепает босыми ногами до двери на балкон, закрывает. На горизонте уже появилась полоска света, скоро будет светать. Выходит у парня есть ключи, раз он пробрался вовнутрь и явно не через этот "вход". —Пошли, Макс, - ощущает себя пиздец взрослой, хотя парню лет примерно как ей, судя по всему. Щелкает чайник и не включает свет, только над вытяжкой чтобы подсветить тусклым зону над столешницей. Парнишка входит следом и Оскуро бросает на него взгляд - охуеть он высокий конечно и это бросается в глаза даже на фоне неебически высоких потолков квартиры. Смотрит осоловело и делает шаг назад, забирается на подоконник, вытаскивает из пачки сигарет Роя одну, сует промеж зубов. —Нет, мы не спим, - опережает вопросы которые явно интересуют не меньше, чем причина ранения. На второе она все равно не даст ответов. —Просто уснула рядом. Уделал мне всю одежду кровью, - поясняет за свой прикид (его частичное отсутствие), в голосе можно расслышать нервозность, но беззлобную. Лучше выкинуть пару вещей, чем связываться с ритуальным агентством. Векслер старший бы сказал, что агентства пиздец как дорого и его можно просто закинуть в землю, прикопать и дело с концом. Уголки губ дергаются от этой мысли, но быстро выворачиваются в обратную сторону. —Я не знаю как он влез в эту передрягу и каким таким чудом пуля не задела кость и артерию, наверно Рой пиздец везунчик, - он уравновешивает невезение самой девки; лицо Саши на секунду подсвечивается огнем зажигалки, оставляя за собой ярко-оранжевый огонек.

Горький дым пробирается в глотку, дерет её как стая диких псов. —Я Саша - бедовая подруга твоего брата, - прислоняется затылком к кирпичной стене вдоль подоконника, выпускает плотный клуб дыма, приоткрывая наверх форточку. Сквозняк вытягивает и дует по заднице. Ей вот даже совсем не стыдно что в неглиже, а вот когда речь шла о Рое то заливалась краской и жалела что не может провалиться под землю. Ведет нервно плечом и уверяет себя, что дело в их прошлом, что не сразу смог её задницу лицезреть, в отличие от младшего. Можно было бы признаться что нихуя она не подруга и Рой её терпит только по ему понятным причинам, но едва ли Максу в целом интересна причина их странной связи. —Ну и в общем я как-бы ему задолжала, отдаю долг, - имеет в виду ситуацию с “находиться у постели больного”, а не что он там мог бы себе надумать. Чайник зашипел и выключился, Саша спрыгивает с подоконника. —Чаю? Или ты как брат по кофе? Если так, то сам тут с этой штукой, для меня навык варки кофе это магия вне Хогвартса, - растопырила пальцы с зажатой между ними сигаретой, жестом показывая о запредельном понимании данного процесса. —Если ты захочешь остаться, - она берет кружку и наливает в нее кипяток, - пар путается с дымом от сигареты. —То я бы сходила на работу, потому что есть вероятность что Рой меня убьет поутру потому что ему это не удалось ночью, - закидывает пакетик чая, пошелестев упаковкой. —Вернусь часа в два ночи, может к тому времени у него сменится гнев на милость, - бубнит в кружку и возвращается к подоконнику, запрыгивая поверх и скидывая ногу болтаться.       

[nick]Sasha Oscuro[/nick][status]your world is in my hands[/status][icon]https://i.ibb.co/tQvWB0D/image.gif[/icon][sign]//your name on a smoked cigarette  https://i.imgur.com/TnJTwDv.png https://i.ibb.co/NZgcYq4/ezgif.gif https://i.ibb.co/LzWkhbg/ezgi-f.gif[/sign][pla]
[/pla][lz1]САША ОСКУРО, 28 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> бармен, воровка<br><b>relations:</b> тебе нравится перепрыгивать лужи по камням и с каждым твоим прыжком тонет один камень.
ты идешь оставляя трупы на обочине. такой ты человек: бесчувственная, капризная, поверхностная, эгоистичная.
кем ты себя возомнила?[/lz1]

+2

20

- Да, Макс, - подтверждает её догадку, с немым упрёком. Она ещё, оказывается и знает о нем! Так какого ж члена он не знает о ней? Разве они не являются семьей с братом?? Разве можно скрывать от единственного родного человека наличие девушки? Он бы ведь только порадовался за брата!
Эх, если бы Рой был сейчас в сознании, то Макс бы точно высказался, выделив несколько красочных эпитетов в его адрес.

Но Рой выглядит паршиво.
Макс уже однажды видел его таким, когда его ранили в спину и в тот раз кустарных метолов было недостаточно, из-за чего брата повезли в больницу. Отдали тогда несколько тысяч за лечение и операцию. Было дико страшно, в тот раз Максу было тринадцать и он впервые увидел брата в беспомощном состоянии. До этого Рой все время был непоколебимым героем, как неубиваемый Халк. С самого детства так повелось, что он был его скалой и никогда не позволял себе даже заболеть, а тогда целый месяц лежал на одних только обезболивающих, пока мелкий брат за ним ухаживал. Тогда пришлось забить на все, в том числе на школу. Макс до сих пор помнит глаза их директора, которая в итоге позволила без справок не являться на занятия. В тех глазах был страх, было понимание и какая-то грустная тоска. Словно именно так она себе и представляла исход для Роя Векслера, который только и делал, что привносил проблемы в школьные будни. Сколько она с ним намаялась - не сосчитать, но удивительным образом всегда отстаивала его перед родительским комитетом и не исключала. Даже в тот раз, когда он, разозлившись, избил малолеток, за то, что те порвали его [Макса] вещи, до последнего обделяла парня, опасаясь, что жизнь на улицах ожесточит ещё сильнее.
Сейчас у Макса нет никаких обязательств, в школе каникулы, но, оказывается, о Рое есть кому заботиться.

Он смотрит на девицу в майке, которую совершенно не смущает тот факт, что она в трусах и в объятиях Векслера старшего. Смотрит, как она осторожно, словно любовно стирает испарину с его лба. Смотрит, как мягко касается взгляд карих глаз брата и словно врывается в какую-то безумно интимную сцену, которую в общем-то не должен был видеть.

Сердце в груди совершает переворот. С одной стороны, он пиздец как напуган, с другой - отчасти ей даже благодарен, ведь явно врач не стал бы проводить с братом много времени. Оставлять Роя в таком состоянии было бы ужасно, а она была тут, судя по всему вымыла и его и пол, избавив от лишних следов крови.
Девчонка же не выглядит напуганной или растерянной, наоборот, каждое её действие уверенное и спокойное. Она рассказывает, что сказал врач будничным тоном, словно говорит о погоде. Говорит только то, что и сам видит и он моментально понимает, что она не присутствовала при замесе. Да это и логично, Рой никогда на дело не взял бы с собой телку. Скорее бы взял его, если уж совсем не из кого выбирать, но точно не девушку. Хотя эта точно не робкого десятка. Макс не знает её, но отчего-то предполагает, что она и не с таким встречалась, раз не вылетела ошпаренная из дверей, бросив в этой квартире все, что только могла…
Хотя все равно её присутствие пиздец, как странно. Словно инопланетянин прилетел на Землю и каким-то магическим образом ужился с братом. А Макс жил с братом и знает, тот далеко не подарок. Терпеть его не каждый сможет, сам же сепарировался. А тут девчонка, в постели брата. Ахуеть.

Странно до дрожи. Не может не быть настороженным, пока наблюдает за каждым движением. В голову лезут всякие мысли: может, она какая-то маньячка? Как они вообще познакомились? Как брат позволил себе впустить кого-то в квартиру, которую до этого оберегал и называл холостятской берлогой? Бля, может это какая-то подстава? Хотя как она могла бы её реализовать? И зачем? И почему не убила его, а сладко спала в обнимку, словно они только что поебались и теперь приходят в себя после оргазма…

Хотя она говорит, что не спали. Заявляет так, словно читает мысли. Макс рассеянно кивает и выключает лампочку. Краем глаза замечает то, обо что споткнулся и смекает, что это чемодан, видимо, с ее вещами. А-ху-еть. Видимо, между ними все равно что-то есть, раз Рой разрешил ей переехать? Младший Векслер ничерта не понимает, но и спросить как-то особенно неловко. Словно вопросом пересечёт черту личных отношений, которую они стараются друг с другом никогда не переходить. Рой не знает о его девицах, а сам Макс видел от него проявление эмоций по бабе лишь единожды, когда Рой узнал о свадьбе Лил и чуть нахуй от ярости не спалил эту самую квартиру. С тех пор вообще не видел девок в его окружении и был странно этому удивлён, учитывая, что брат недавно откинулся и явно был голоден до женского тела. Но вслух все равно вопросы не задавал. Границы - вещь важная, а в случае его брата, так чуть ли не первостепенная.

Девица говорит, что он везунчик и Макс кивает. - Знаешь, наверное да. Однажды его ранили в лёгкое, там еще и ребро было расколото или что-то в этом вроде. Врачи говорили то же самое, что реально родился в рубашке. Я в этом нихуя не соображаю, в медицинских терминах, но они ими сыпали и сыпали и единственное, что я реально смог понять - Рой просто пиздец какой везучий. Мне так не повезло.
Снова сжимается сердце. Тогда было невероятно страшно потерять брата - единственного родного человека, который его к тому же вырастил и сейчас… Оглядывается, словно в полумраке хочет проверить дышит ли Рой, но начертала не видно, да и кровать расположена так, что даже ноги не получится увидеть.

- Саша, - повторяет и следом представляется, что, в общем-то и не нужно. - Макс. Но это ты итак знаешь, а я вот о тебе нихуя, - говорит с лёгким укором, явно недовольно. Это она должна не знать о его существовании, а не наоборот!!! Это что за векслеровская несправедливость????
- Нихуясебе ты долг отдаёшь, а просто заплатить не пробовала? - ему все еще ничерта не понятно, но то, как она любовно стирала испарину со лба не похоже на выплату долга.  - Рой вроде принимает наличкой, - хмыкнув, не понимает, должен или нет развивать в целом эту тему. Его пиздец как кроет непонимание происходящего, но то, что она все же здесь и брат даже разрешил ей вещи перевезти - это уже заявочка на то, что они как минимум знакомы.
- Да, давай чай. Я тож нихуя не умею кофе варить в турке - это ток его фетиш, каждое утро с него начинает, - кивает и оборачивается на ванную. - Ты пока сделай все, а я пойду вытру кровь. По подъезду её не мало и не хочется, чтобы завтра с утра люди пошли по кровавой дорожке и пришли с вопросами сюда.

Набирает воду и как раз на выходе из Квартиры отвечает: - Да, иди. Я останусь, канеш и со всем помогу, - естественно. Ему вообще намного спокойнее будет сделать все самому.
Выходит в подъезд и, начиная с первого этажа стирает все капли, чтобы ничего не дало понять о существовании раненного в подъезде. Этому его тоже научил Рой, что лучше максимально быстро и самостоятельно избавиться от любых следов, способных привести к тебе копов.
Возвращается домой и,помыв тряпку и ведро, а также хорошенько руки, заходит на кухню.

Девица послушно сидит напротив с двумя дымящимися чашками и все так же без штанов. - Ты б хоть оделась, чтоли, - несложно отводит взгляд. Ноги и жопа просто потрясающие. Такие хоть прям сейчас фоткай и размещай на порносайтах. Садится на стул и делает глоток.  - Откуда ты ваще. И как познакомилась с Роем?

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » в твоей войне ничья


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно