Зак не может найти ни одного аргумента против неопровержимого факта: его прошибает от одной близости Аарона Мёрфи.
Факт: его кроет, когда чужие руки оказываются по бокам от него, чужие плечи - выше него.
Когда поднимает взгляд и смотрит на чужие губы так близко снизу вверх - тоже.
Аарон еще не сделал ни-че-го, Зак уже готов на в с ё... читать далее
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 16°C
• джек

[telegram: cavalcanti_sun]
• аарон

[telegram: wtf_deer]
• билли

[telegram: kellzyaba]
• мэри

[лс]
• уле

[telegram: silt_strider]
• амелия

[telegram: potos_flavus]
• джейден

[лс]
• дарси

[telegram: semilunaris]
• ронда

[telegram: mashizinga]
• даст

[telegram: auiuiui]
• цезарь

[telegram: blyacat]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » cost of minds


cost of minds

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

https://i.imgur.com/jLRmZnZ.jpg

XY & XX

[nick]Isaac Brennt[/nick][icon]https://i.imgur.com/3v566ZF.jpg[/icon][lz1]АЙЗЕК БРЕНТ, 35 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> центральный отдел нервной системы Проекта, анархист<br><b>fucking:</b> <a href="https://sacramentolife.ru/profile.php?id=8317">some of her (faces) mouths</a>[/lz1][status]C3H5N3O9[/status][sign]-[/sign]

Отредактировано Ethan Hault (2022-09-26 21:48:08)

+6

2

— Какого черта?

Мир бьется и делает это вдребезги. Пока ты думаешь, что все находится под твоим полным контролем, одна небольшая часть умудряется сломать всю конструкцию.

Мир бьется и падает.

Ты падаешь вместе с ним.

Максин хочется крикнуть НЕТ.

Он говорит сбивчиво: милая ничему не верь что они говорят они лгут я ничего не делал я ничего не делал!

Его выводят с руками в наручниках и кричат о том, что им стоит нанять хорошего адвоката, она впивается в чью-то ладонь и произносит внятно и чётко:
— Вы объясните мне, что происходит?

Холодные глаза мужчины напротив даже не дрогнут. Такие картины они видели уйму раз.

— Ваш муж подозревается в мошенничестве, мэм. И говоря «подозревается», я имею в виду, что на самом деле доказательства уже есть.

Он разжимает ее пальцы и выходит из их дома. Следом за ним уходят и остальные.

В квартире остаётся пусто.

Без него всегда пусто.
(Она оседает на кровать)

В этот же день ей сообщат про его махинации. Она будет сидеть на кухне, слушать все, что передает адвокат и кивать медленно, плавно, отстраненно.

Он говорит:
— Поверьте, мэм, мы сможем что-нибудь сделать.
Говорит:
— Вы меня слышите? Мы справимся. С чарльзом все будет в порядке.

Она отвечает ему только один раз перед тем, как закрыть дверь:
— Он не должен ночевать там. Я хочу заплатить залог.
— Но…
— Мне повторить?

Дверь хлопнет дважды за день, и дважды за день свое тело Максин перестанет ощущать.

Красивая картинка очень некрасиво рассыпалась сейчас на руках.
Вот они встречаются на яхте друзей на Ямайке, и ей нравится его улыбка и как он на нее смотрит; вот он приезжает к ней из Вашингтона, они проводят вместе пару уикендов, потому что он берет выходные в университете; вот они на рождестве у нее дома, и ее родители просто от него в восторге; вот на пасху — у него, и его мама дарит ей свои рубиновые серьги; а вот он делает ей предложение в ее день рождения посреди роскошного ресторана, встав на колено, и у нее до сих пор на руке красиво отдает ярким блеском помолвочное кольцо от Тиффани, а ниже — тонкое — обручальное.
Она не снимает их.

Знала ли Максин, кем был ее муж?

Чарльз отличался поразительными манерами и умением держаться в обществе. Всегда производил лучший эффект из всех, умел поразить, впечатлить, расположить к себе. У него был заразительный смех и тёплая, очень приятная улыбка. Чарльз нравился всем. Но особенно женщинам. Максин испытывала эгоистичное удовлетворение каждый раз, когда видела завистливый взгляд, устремленный на нее.

Он всегда нежно целовал ее в висок, когда проходил мимо, не забывал важные даты и умел обрадовать так, как никто другой. А еще смешно болел, сконфуженно, недовольно, жалобно как ребёнок.

Максин брала отгулы на работе и ухаживала за ним, чтобы после он устилал кровать цветами.

Вздох.

А билась ли картинка?

Чарльз никогда не был настолько умен.

Максин смотрит устало на собственное отражение в зеркале, делая высокий хвост. Сегодня у них встреча в участке, она планирует отдать залог.

Если быть честной, в Чарли было много положительных черт: доброта, щедрость, отзывчивость, харизматичность, отличное чувства юмора, впечатлительность, открытость. Но не было ума.

(Серьги сегодня жемчужные от Диор. Пальто длинное строгого кроя, внизу — светлый брючный костюм)

Не столько.
Не в том количестве, чтобы уметь обмануть.
Не в том количестве, чтобы вести мошеннические махинации.
И не в том, чтобы понимать, под чем именно он подписывается иногда.

Однажды Максин ему говорит:
— Что за оффшорные счета в Нигерии?
— Какие счета?
— Чарли… Твои. Не обманывай меня.
— Это Гольтц. Я подписался под ним. Бреннт оформил их до конца.

Бреннт.
Максин закатывает глаза.

Айзек Бреннт  был ее сокурсником около шести лет назад. Они неплохо общались, но для дружбы имели слишком разные цели: он хотел ее трахать, она хотела, чтобы он помогал ей с IT.
Никто ничего не получил из желаемого.
Спустя несколько лет Айзек стал работать в той же компании, что и Чарльз. Спустя еще год — очаровательного Чарли повысили до босса. Айзека — нет.

Они виделись на встречах компании, вежливо кивали друг друга и расходились.

Макс улыбалась ему снисходительно.
Кто-то создан для того, чтобы руководить другими. Айзек просто был не из них.
(Макс, конечно же, была)

Последний их разговор состоялся еще на четвёртом курсе, когда пьяная Макс выдыхала в рот Айзеку сигаретный дым. Ее руки опирались на его плечи, а ее тело нависло над ним:
— Я предпочту трахнуть собственного брата, чем тебя. Не обижайся, Бреннт.
Ее язык пройдёт вверх по щеке, остановится на уровне уха и прикусит мочку. Она знает, что у него встанет. А еще — что он будет зол.
Но кто будет помнить об этом потом?

(Айзек будет)
Максин вспомнит, когда будет поздно)

Прежде чем заехать в участок, она едет на работу к Чарльзу. Максин встречают внимательными взглядами, она проходит спокойно мимо столов. Кивает Гольтцу (словно бы это не он использовал ее мужа), улыбается ему и отказывается остаться, чтобы выпить чай.
— Максин, ты же знаешь… если понадобится какая-либо помощь, ты можешь ко мне обратиться в любой момент, — его рука на ее плече, гладит плавно и медленно. Как животное, которое можно спугнуть. Одли ему улыбается и облизывает пересохшие губы. Ее зелёные глаза встречаются с его карими.
— Благодарю тебя, Виктор.

(Не благодарит.
Подыгрывает ему)

(Виктор Гольтц был ублюдком. Но харизматичным ублюдком. Поэтому он получал всё)

— Ты не подскажешь, где сидит Айзек?
— О, вы знакомы?
— Мы вместе учились. Я хочу узнать у него про Гэвина. Мне не нравится наш адвокат.
— Давай я дам тебе своего? Я могу оплатить, не представляю, как ты со всем справишься сейчас одна.
— Виктор… — ладонь аккуратно цепляет его руку, сжимает ее мягко (ебаная лицемерка), — Я буду тебе безумно признательна. Скинешь номер? Деньги не нужны. Но я бы все равно хотела получить консультацию Гэвина. А с ним в универе общался только Айзек.
— Он на втором этаже. Первый кабинет слева, ты увидишь его.
— Что бы я без тебя делала?
Макс наклоняется и целует его в скулу.
Уходит.
ЕБАНАЯ ЛИЦЕМЕРКА!

А это только первый акт.

Максин появляется в кабинете Айзека и лишний раз убеждается, что за столько лет ничего не изменилось. Все тот же претивший ей минимализм во всем, все то же полное отсутствие потребности в чем-либо. Все та же серость. И та же злость.
Откуда она взяла последнюю? Макс не знала, но ощущала своим нутром.

(Это на меня? Или на мир вокруг?)

— Привет.

Он поднимает на нее глаза.

Макс улыбается, и ловит в себе странное чувство — чувство собственной власти.
Оно шло еще из времен университета, когда она могла позволить себе сделать что-нибудь, что заводило его; могла немного поиграться, зная, что он не посмеет пойти дальше.
Могла.

А сейчас?

Сейчас она садится напротив. Никаких сексуальных деталей (разве что она сама — как деталь), никакого томного взгляда.

Айзек знает, что Максин тоже знает. Про то, что он руководит основными процессами в компании и, тем более, что оффшорные счета делает он.
Что акции автоматически приобретаются на бирже в определённые часы — благодаря ему.
Что коды прописывает он.
Что сливает их в даркнет тоже он.

А Чарльз… Чарльз улыбается. Чарльз на свету.

Но ведь документы теряются, коды оказываются полны ошибок и следы стираются даже в федеральных программах.
Главное — постараться.

(Главное — чтобы ты это мог)

(Макс еще не понимает, что дает Айзеку то, что есть у нее.

Что отдает.

Свою власть
Над собой)

[icon]https://i.ibb.co/WstNbwx/image.jpg[/icon][status]no control[/status][nick]Maxine Audley[/nick][lz1]МАКСИН ОДЛИ, 28 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> ресторатор<br><b>married:</b> <a href="ссылка на профиль">charles</a>[/lz1]

+5

3

Did you ever asked yourself a specific shits?

What's your brains worth on the black market?

I did.

I did and I got the answers.

Во рту горечь со вкусом кофе из автомата, здесь, у них в офисе. Привкус медленно исчезает. Когда во рту не так терпко, становится сложно сосредоточиться. Айзек молча поднимается, берет кружку (белая, стандартная кружка, такие подают в любом кафе, с миниатюрной декоративной ручкой, сбоку — какой-то логотип) и игнорит чье-то рабочее уточнение. Откуда она у него вообще? Кружка. Речь о ней. Поставить её в отверстие кофе-машинки. Внутри белой полости бежевый налет разноуровневых разводов. Развод на разводе. Развод на разводе.

Ощущаешь себя в прострации, пока автомат мерно шумит. В фоновой работе мозг на автомате отсчитывает сколько это займет секунд.

Ещё одна чашка. Ещё один кофейный развод.

Каждый следующий отсчитывает дни недели точнее календаря. Первый был в понедельник. Чарльз подходит к его столу (секретарша часов назад притащила рабочие бумаги, бесконечный список процессов и требующихся от него задач), морщится сквозь терпеливый вздох.
— Снова развел срач?
Айзек трет пальцами переносицу, прежде чем флегматично поднять взгляд. Эти чистота-дрочеры. Эти порядко-филы. Он заебется объяснять, что упорядоченность — не здесь. Не в ебаных ручках и кружках от чашки на столе, потому что опять проебал где-то подставку. Вздохнет тоже.
— Это мешает моей работе?
Бельмо глаз Чарльза видит весь офис. Его глаза широко раскрыты, он сейчас раздражен. Эмоциональное напряжение заставляет его активно потеть. Смотришь на то, как тебе высказывают, и тебе на это глубоко похер. Самоутверждение — основная человеческая потребность, и занимаемый пост мотивирует подтверждать её с каждой мнимой угрозой, пускай даже очередной. Зато с женой — он каблук. Да похер.

Похер - похер - похер, понедельник отложится на подкорке мозга в папке "черного списка". Во вторник Айзек впишет имя Чарльза в "второстепенный контакт" на оффшорный счет. В среду Чарльз скажет — побрейся, ты выглядишь, как дерьмо.

Похер. Похер - похер.

В среду Уолтер спрашивает его под жужжание автомата, — не хочешь кружку помыть? Мне мерзко на неё даже смотреть.
— Так не смотри.
— Айзек, ты здесь не один. Ты существуешь в коллективе.
— И?
— И это неуважительно.
— Знаешь, что такое неуважительно?
Кофемашина пищит и выводит на электронный экран "not enough water", ебануться с того, что всем вокруг что-то надо.
— Ты продаешь головной мозг на черном рынке. Головной мозг, не пригодный для пересадки, с живыми клетками. Пятьсот тысяч долларов — вот такой, нахуй, ценник. И в конечном счете, вот это — Айзек тыкает пальцем Уолту в висок, тот отшатывается, а прищур становится негативным, — на выходе на "прилавок", стоит столько же, как вот это, — прикладывает палец к своему лбу.
— Вот это, нахуй, неуважительно.

Остаток среды и четверг к нему никто не подходит. Бесконечные ебаные повторяющиеся дни. Побриться, кстати, он так и не надумал.
И кружку мыть тоже не стал.

В пятницу утром парень-электрик устанавливает новые светодиодные потолочные лампы, сначала стоит на раскладной лестнице, со скрежетом сворачивает-разворачивает её, с ботинок на полу остается грязь. Стоит на лестнице, а потом залазит в щиток. Щелкает, щелкает, щелкает рубильники.

Щелчок и Айзек видит свое отражение в черном экране отрубившегося мака. По виску последовательно концентрируется нерв.

Самообладание разъебывается в клочья, у парнишки-электрика средней длины русые волосы на затылке. Сжать их, следом со всей дури ебнуть бошкой об стол. Такое же действие, как щелчок переключателя, разве нет? Такое же бессмысленное, но результативное. Компьютерная сессия вырубилась, закрыв программы в ходе работы, ну а сейчас, вырубишься ты.
Удар об стол. Удар об стол. Временное зависание, чтобы поставить в диану стакан карандашей и ручек. Финальный удар головой об стол.

Экран перед ним загорается ярким светом, идет загрузка. Ничего из этого только что не произошло.

Очередной внетелесный опыт.

Нерв уходит с виска, парень-электрик слезает с лестницы. Выдает "ой, простите". Я не специально.

Айзек думает — как из личности сделать биомассу? Есть несколько правил, но каких? Правила должны быть везде. Кофе опять кончилось в его кружке.

Парень-электрик забирает лестницу и уходит, и прежде, чем Максин Одли придет, он чувствует легкий флер её духов.

Её "привет" встретит недружелюбный взгляд "что ты здесь делаешь?" Связано ли это как-то с тем, что произошло с Чарльзом в среду? Вариация имени — Чарльз — к слову, раздражала его всегда. Первую пару минут Айзек делает вид, что сконцентрирован на коде программы. Привычно флегматичен и незаинтересован.

Айзек знает — если Максин пришла к нему, она не встанет и не уйдет. Не, не пришла. Снизошла.

Тогда в колледже считал, что она играет. Львицы в дикой природе перед спариванием несколько раз заставляют самцов их догнать. Смотрел выпуск нэйшнл джиографик с центральной африки. Сначала самка просто ложится, катается на спине, вытягивается, и, когда подходит лев, начинает игру. Думал, что их "игра" кончится на выпускном, когда Максин повисла на его шее. Навис над ней, но услышал из её губ сквозь сигаретный дым  «‎я лучше трахну брата, чем тебя, Бреннт»‎. А курить ей шло.

Горький привкус во рту — любимый.

Сейчас Максин Одли сидит перед ним, а мозг фоном играет в теорию вероятностей. Два дня подряд её Чарльз активно пытался связаться с ним. Когда проводишь параллели, становится ясно многое, но математика — наука точных вариантов. Целостная картинка пока не строится, но основные направления, куда может пойти этот разговор, он уже прикинул. Безэмоционально оглядывает Максин.

Сука выглядит дорого.

Лощеная сука всегда велась на фронтальный, люксовый фасад.

Его фасад — изнутри.
Сделки в даркнете тоже бывают высшего класса. Об этом ты пришла поговорить? Выражение сменится, теперь в нем намек на "хах".

— Привет, — в этом офисе ты смотришься чужеродно. Дорогая одежда, изящная укладка волос, брендовые украшения, осанка, взгляд. Умение держать подбородок. Выдает в тебе суку. Даже сквозь неприязнь, Айзек думает, что это — красиво. Эффект чужеродности нравится ему. И раз она здесь, стало охота его усилить.

Ты столько раз была в этом офисе, и ни разу не сказала мне свой "привет". Не здоровалась, не заговаривала, не замечала. И если ты сидишь здесь сейчас, значит ты — в дерьме.

Снизошла
до дерьма.

Молча берет визитку, оперевшись локтями на стол, мелким неаккуратным почерком выводит адрес и время. Бар с названием "SKULL", тебе там точно понравится. Хэви метал, пригород, бухие драки и местный колорит. Ходил туда подростком, жил рядом, качал бошкой под Кобейна. Может вспомнишь, кстати, звал тебя туда, но ты отказала.

Давно было, помнишь свои слова?

Рука протянет визитку по столу, его пальцы грубые, сразу после костяшки по нарастающей идет шерстяной покров. И спина такая же. Больше всего волос — выше члена. Максин протягивает миниатюрную ладонь с маникюром, на безымянном два изящных кольца.

Даже чтобы взять визитку, она его не касается.

Выражение перейдет в чуть более выраженное "хах". Да нихера она на деле, не помнит. И спасибо тоже не говорит.

___________

— Two large beers.
Максин опаздывает, а значит, он делает за неё выбор. Громкость музла выкручена так, что тебя слышно только, когда ты рядом. Тебя слышно только, когда ты почти рот в рот. Айзек предвкушает физическое несоответствие.

Когда у тебя математический мозг, заточенный на расчеты, только несовершенство может по-настоящему вдохновить.

Несовершенство, дефекты, грязь. Все порно, которое он смотрит — категории extreme.

— What??
— Two large beers.
Максин все ещё нет, но у него есть терпение. Максин, может быть, львица, но тогда он — рептилия. Всегда был хладнокровным и всегда умел ждать. Ставит кружки на стол, конденсат сразу намочит картонную подставку с лого.

И ждет, ждет, ждет. К напитку не притрагивается. Пена с верхушки уже исчезла.

Медленно зарождающееся чувство мести. Повышенный градус где-то в грудной клетке, и какой-то секундный отсчет вперед внутри головы. Сейчас вперед, потом будет назад. Остывать. Максин осознанно опаздывает, что ж. Сегодня он дрочил в душе и кончил, когда представил её лицо.

Когда она, наконец, приходит, Айзек снова ничего ей не говорит. Пододвигает кружку к ней, не дает зацепить себя в зрительном контакте. Потом ловит его сам. Смотрит, долго, без выражения.

Несовершенство, дефекты, грязь.

Если она пришла и сюда, то в зависимом положении. За опоздание нужно отплатить, хотя б немного морально. Спокойно скажет:

— Я сегодня дрочил и кончил, представляя твое лицо.

Хер знает, услышала ли она. Морально немного отпустило. Кивнет ей на сидение не через стол, а рядом с собой.

Мы обсуждаем вещи, которые нельзя орать сквозь хэви-металл.

Айзек вернет в угол губ свое "хах". Даже не губ. Улыбнется только глазами.

So, MaxinE, you need of my help now? Listening you.

Снизошла до дерьма.

[nick]Isaac Brennt[/nick][icon]https://i.imgur.com/3v566ZF.jpg[/icon][lz1]АЙЗЕК БРЕНТ, 35 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> центральный отдел нервной системы Проекта, анархист<br><b>fucking:</b> <a href="https://sacramentolife.ru/profile.php?id=8317">some of her (faces) mouths</a>[/lz1][status]C3H5N3O9[/status][sign]-[/sign]

Отредактировано Ethan Hault (2022-09-29 16:03:54)

+5

4

Ей не нравится, как он на нее смотрит

Максин привыкает к уважению как к ежедневной составляющей своей жизни: благодаря деньгам, статусу, сначала отцовской фамилии, потом — супружеской. Благодаря собственной работе, внешнему виду, уму.

Все ее уважают.
Кто не уважает — тот послушно делает вид
(Как она его делала около пяти минут назад рядом с Виктором Гольтцем. Хочешь хорошо жить? Вертись)
(Виктор Гольтц на недавнем благотворительном вечере (два? три месяца?) подошел к ней и предложил заняться сексом.
Сделал глоток из бокала виски, ухмыльнулся и произнес:
— Не хочешь провести как-нибудь вместе вечер?
Вик, ты забыл, что я замужем?
— Это будет хороший вечер, Максин. А потом хорошая ночь.
Макс мягко ему улыбнулась, наклонилась поближе и произнесла вкрадчиво — нет. Больше трахаться он ей не предлагал.)

Чарльз брал ее поступательно, нарастая, заходя на всю глубину. Никогда не оставлял на теле следов, целовал нежно. Ей нравился секс с ним, по этой причине она тоже вышла за него замуж.

Никто не рвал ей белье, не крутил запястья, не пытался сожрать. «Слава Богу» — думает Макс после их первого секса, когда даже причёска практически не изменилась. Она была сверху, они трахались в квартире, которую он снимал, когда приезжал в Сакраменто. Макс не кончила, но ей всё равно понравилось (кончала она через раз).
Чарли ей соответствовал.

Айзек — нет.

Айзек поднимал вверх брови, стоило ей опуститься рядом с ним на поточных лекциях. Имел вечно сосредоточенное флегматичное лицо с девизом на лбу «мне похуй на тебя и все, что вокруг». Девочки шутили, что оно не меняется, даже если ему подрочить. Линтон время от времени хотелось это проверить — поставить эксперимент — убедиться, что с ней он будет хрипеть.
(— О, только не строй опять физиономию. Тебе что, не нравится моя компания? — сумка LV оказывается рядом с его потрепанной от Nike. Максин садится к нему, как будто он ей занимал.

Ответа он ей не даст.
Но подвинется.
К ней.
Макс думает — есть)

Она ничего у него не списывает, но часто советуется или время от времени спрашивает. Ей нравится его интеллект, ему нравится, что она симпатичная. На выпускном она должна была ему дать.

И она даже думает об этом. Но в ту ночь не хочет.
(В ту ночь, выдыхая дым ему в рот и вжимаясь так, чтобы его ощутить, Макс уезжает к Осу)

(Максин надо брать)
(Если трахать ее, не заботясь об уважении, стонет она гораздо сильней)

Айзек не движется, когда она заходит внутрь. Не движется, пока садится на стул, закидывает одну ногу на другую и смотрит на него. Взгляд уводит, потом резко ловит. У Максин что-то дёргается внутри. Потом она поймёт, что это что-то было животный инстинкт.

Беги, пока не поздно, детка. До детки сейчас не дойдёт.

Макс кладёт руки на стол.

Привет на привет, у него прямой взгляд. Он прекрасно в курсе, зачем именно она пришла и что от него хочет. Протягивает визитку, на нем этот сраный SKULL (она его помнит еще со времен университета. Кажется, он приглашал ее туда с ним посидеть. Макс пожала плечами в тот день и сделала вид, будто не слышала, сейчас узнает его корявый почерк и буквы до того, как приблизит бумажку к себе). Кивнет. Улыбнётся(всегда улыбается).
(Лицемерка)

Хочешь достигать большего — лжешь. Это закон природы и общества, Макс срать на моральную составляющую и скотские манипуляции. Ее нагибали — она нагибает — все просто и правила ее устраивают.

В конце концов, единственный честный человек в ее жизни — это муж. Ему с ней далеко не так повезло.

Бреннт.

Весь заросший с грязной кофейной кружкой на столе. Мог бы выглядеть более прилично, но ебал в рот общественные приличия. Социум как конструкт его не волнует, индивид — как представитель этого социума — тем более. Максин пять лет назад как приятно пахнущая пизда — очень.

Ничего не происходит.

SKULL так SKULL.

Ни тогда, ни сейчас не говорит ему, что мог бы выбрать место и получше, и что она предпочитает такие.  Понимает, что выбор совсем не случаен. 

Айзек хочет показать ей грязь.

Выходя, Макс задумается: ты такой злопамятный, Бреннт? Это уже не модно.

Не оборачивается и не благодарит. В конце концов, он же не Гольтц. Виктору, когда уходит, еще раз улыбается.

Когда Макс сядет в машину, почувствует, что скулы свело. Лицемерие заставляет расплачиваться застывшими мышцами. Ей нужно будет отъехать в соседний квартал, чтобы выдохнуть. Перестать трястись. Расплакаться. Уткнуться в руль и взвыть в голос. Откинуть назад голос и выдать тяжёлое fuck. Поправить макияж и волосы и поехать в участок.  От встречи с Айзеком ее начинает знобить, но она откидывает нарастающую тревогу. Это будет не более, чем встреча. Просто встреча.

Ей нельзя показывать ему слабину.

Айзек всю жизнь считает себя рептилией, но для Максин он пёс. Псы чувствуют страх. И бросаются на тебя, когда поворачиваешься к ним спиной.
(Из кабинета тогда Одли выходит лицом к двери. В машине жалеет об этом пиздец как) Следит за каждым ее движением и ищет участки на теле, в которые будет можно вгрызться клыками. От него у нее может быть бешенство. Максин давит в себе омерзение (потом ее будет тошнить. Много тошнить).

Блять.

Громкое блять раздастся в участке, когда Чарли выведут к ней.

— Ты говорила с Гольтцем? Почему он до сих пор не пришел?
— Забудь про Гольтца, — Макс садится напротив, отодвигает стул и тянет ладонь к мужу, чтобы крепко сжать его пальцы. Так она ему говорит, не произнося ни слова: молчи. Слушай меня. Слушай меня и делай, как я сказала. Не спорь, малыш, все будет хорошо.

Добавляет беззвучно — и Бреннта. Они не наша проблема.

Потом Чарльз поймёт, в чем именно дело. Когда играешь в лицемерие, ведешь игру до конца. Сейчас он может оказаться в тюрьме, но кто будет следующим — неизвестно. Может, далеко не Гольтц и не Бреннт. Может (если все будет так, как она хочет), никого из них там не окажется. Может, он будет и дальше с ними работать.
Подписывать документы.
Значиться вторым лицом на оффшорных счетах.

Или нет. Она решит и скажет ему, что делать дальше.

Мир подчинен лицемерию. Так, блять, и играй.

— Мы заплатим залог, завтра ты вернёшься домой.
— Они не возьмут залог.
— Если они не берут залог, значит он назначен не в достаточном размере. Я разберусь.
Она тянется к нему и целует его в губы, толкает язык и приближается еще.
— Я скучал по тебе.
Макс улыбается (впервые за день не лживо) и шепчет ему на ухо: без тебя всё пусто. Возвращайся домой.
Он произнесет: я вернусь.

Она ему верит. А он верит ей.

——

В SKULL она приезжает без каблуков. Надевает джинсы, корсетный топ, косуху из гардероба Чарльза. У нее голая шея — неизвестно, что там за контингент. Часы и браслеты тоже снимает. Никакого BVLGARI или Cartier.

Прежде чем зайти внутрь, Макс снова пытается подавить в себе омерзение. Делает глубокий вдох в тачке. Потом выдох. Потом плюет и выходит. Все говно. И Айзек говно, и место, куда он ее заставил прийти.

Стоило ли ожидать чего-то еще?

Никакого уважения у сукина сына. Одли видит его в глубине этого дерьмо-паба. С двумя огромными кружками пива. Когда она такое пила последний раз? Блять.

Приближается — ухмылка появляется на его лице. Она остаётся в косухе, он показывает ей головой, чтобы села к нему.

Все вокруг грязное.
И Макс чувствует, как грязь липнет к ней.
(Только бы не стошнило. Только бы не стошнило, блять)

— Ты не мог выбрать еще более шумного места? — ее ни черта не слышно, — МНЕ ТЕБЯ НЕ СЛЫШНО!
Держит дистанцию.
— Я не пью пиво.
Вздыхает. Ну конечно. Делает глоток.

Она наклоняется ближе. От него пахнет сигаретами, и это первый раз, когда ей нравится его запах.

Айзек близко. Борода ему, кажется, даже идет. Хочется немного подправить, но отодвигается назад обратно.

Он смотрит на нее. Ей не нравится его взгляд.

А потом говорит.

«Я сегодня дрочил и кончил, представляя твое лицо».

Макс даже не передернет. Услышит. Оближет губы.
Так же спокойно ответит:
— Только лицо?

Псам нельзя показывать собственный страх.

Maxine knows the rules.

Does Isaak know them?

(Yes.
But only to break)

(The main rule — Maxine)

[nick]Maxine Audley[/nick][status]no control[/status][icon]https://i.ibb.co/WstNbwx/image.jpg[/icon][lz1]МАКСИН ОДЛИ, 28 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> ресторатор<br><b>married:</b> <a href="ссылка на профиль">charles</a>[/lz1]

Отредактировано Lottie Vexler (2022-09-29 10:55:37)

+4

5

Строчка из STAIRWAY TO HEAVEN на стене туалета.

Под ней надпись «WHORE» и чей-то криво нацарапанный телефон. Слева — вроде как дерево, кто-то херово перекрыл свастику. Местная цензура объебаться как хороша. Айзек стряхивает кончик члена, сутулясь, заправляет его обратно в штаны. Надпись «ARE YOU AWAKE?».

Надпись JESUSFUCKINGCRISTALMIGHTY.

Надпись PROTEST IS A PROJECT.

Застегивает ширинку. Стена туалета как доска объявлений, способ излиться кроме возможности банально просто отлить. Бессмысленные послания, как молитвенные записки на стене плача. Клочки бумаги в священных расщелинах. Паломники истинно верят, что каждая строчка заключает в себя мощнейший посыл. И меняет мир.

В одной из кабинок взрывается спуск воды.

JESUS ВИДИТ, КАК ТЫ МОЧИШЬСЯ.

Каждая надпись меняет мир.

Айзек сквозь металлистов возвращается за столик к Максин. О, ещё не ушла? Даже пьешь пиво. Сделала один показушный глоток, заметил, как горло отдалось спазмом через силу. И видел тень отвращения на её лице. Это вместо «спасибо», когда съебала из офиса? Вместо «до свидания»? Или вместо «привет»? Сложит локти на стол, нависая над кружкой с молчаливым ебалом. Думаешь, упрощу тебе жизнь, начав разговор, лощеная ты сука? Сука. Лощеная. Лощеная сука. Лощеная сука лощеная высокомерная охуевшая сука, сука.

Глоток пива разъест горечью слизистую рта. На лице не дрогнет ни одна мышца. Айзек пьет и Максин пьет тоже, пауза заполнит растянувшееся молчание. Олдскульный рок бьет по ушам, все электронные аккорды по памяти проигрываются в голове раньше. Максин Одли, ты столько, блядь, потеряла, пока терлась с Чарльзом, что забыла, как жить эту жизнь. Впервые за сколько лет пахнешь пивом? В первый?

Ещё, пахнешь иначе, чем тогда до.

Смесь запахов выдаст шампунь, дезодорант, кондиционер, ненавязчивое и чистое, ничего не ударит в нос. Черная кожа куртки слабо пахнет кожей. У пива (у этого), если зажмуриться, запах горящей серы. И... всё.

This time no perfume, Maxine? No perfume for me?

Это он замечает в ней (запах), часы-браслеты нет (взгляд).

В этой жизни не так много вещей торкает его. Банальная пресыщенность достижениями. Ты хочешь решить уравнение и найти свой икс — ты находишь. Не понимаешь — разбираешься — опять сидишь всю ночь — хер ли дерьмово выглядишь? Ты вообще сегодня спал? Жизнь, состоящая из вопросов. Большинство из них ставят запрос ребром, загораются в голове выдуманными планками. Планка, планка, планка. Конечная точка, решенное уравнение, звуковой барьер. Началось всё с простого: сколько можешь не спать? Где физический лимит твоего собственного тела?

Сколько может сопротивляться сознание? Наладь с ним связь.

Началось, а закончилось: what's your brain worth?

Айзек слушает гудки, пока там не снимают трубку. Внятно произнесет, — я хочу продать свой собственный головной мозг.
— Что, извините?
— Я хочу продать мозг.
— ??
— В смысле, посмертно, тупая шлюха.
Шлюха вешает трубку, Айзеку смешно.

Сочетание некоторых качеств характера — на выходе, смертельно нахуй опасная, деструктивная смесь. У Бреннта она есть. Это его амбиции, его знания, его нездоровое любопытство ставить перед собой странные цели. Аморальные, упаднические, провокационные. Иногда (в расслабленном состоянии) лишенные здравого смысла и абсолютно тупые.

Какое-то время спустя Зейн направит его. Амбиции найдут себе применение. Кайе скажет — просто отбитость. Скажет за спиной это тихо одной лишь Кэсс. А амбиции приживутся.

Ну а Одли ответит, не сменив выражение, не смотря в глаза, — только на лицо.

Есть такое понятие, как достижение целей. Религия Айзека основана на нём вся.

Кинет мрачный взгляд на лицемерную суку, думая о том, насколько её оскорбит поход с ним в сортир.

"С кем, с тобой?" Позвать Оса? Зато ставка сыграла. Максин отказала ему, затем просто съебла (?).

Через раз — не съебла.

***

Края кабинки сортира кончаются в футе от пола. Если опустить взгляд снаружи, станет хорошо видно количество ног. Расположение в пространстве дорисует фантазия. Кроссовки и туфли лицом к лицу. Кроссовки и туфли в одном направлении носками, прям друг за другом. Или коленки, поставленные на пол. Все сделают вид, что не замечают ничего.

Ничего и не происходит.

STAIRWAY TO HEAVEN Брент закрыл её спиной. На Максин та же кожанка с первой встрече, он выдыхает рядом с её лицом сигаретный дым, опираясь локтем на стенку чуть выше её головы. Не в лицо, рядом с лицом. И пока курит, читает её эмоции. Анализирует язык тела. Вместо яркой издевки суки, контролирующей ситуацию — ей однохуйственно, целое нихуя. Но ведь это не так. Просто держишь лицо. Снизошла до дерьма.

Я не попал в твой типаж.

Молча скинуть кожанку с её плеч, пусть падает на пол (всё равно не твоя, а Чарльзу понадобится не скоро). Под другую тональность взгляда держать с лощеной сукой сухой зрительный контакт. Обжечь огоньком сигареты фильтр. Небрежно скинуть так же на пол. Склонить голову, приценившись взглядом (мысленно — на том выпускном раз за разом её ебать).

Некоторые уравнения решают годами. Запастись терпением, расписать формулу, подобрать возможные варианты отходных путей, просчитать вероятности, а потом найти тот ебанный Х. Или Y (или ХХ & XY). Поиск аргументов, чтобы воссоздать равенство. Блузка слетит туда же на пол, указательные пальцы цепанут лямки бюстгальтера, оттянут их вверх, чтобы сбросить с плеч. Все ещё однохуйственно? К нужной формуле он придет. Застежка между лопаток щелкнет, сговорчиво. Её полуголое тело контрастирует в резком свете LED ламп.

FUCKINGJESUSCRISTALMIGHTY. Под этой хуйней потом выведет формулу.

Ты не понимаешь? Ты проебала то равенство.

Ты задала уравнение. Х, это — твоя жизнь, Максин.

Влечение всего лишь одно из его (уравнения) составляющих. Ну а секс — это больше, чем социальный конструкт.

Теперь расстегнуть молнию на её строгой деловой юбке, дать ей упасть в ноги, прежде чем наклониться, чтобы стянуть вниз полностью белье. Это не пошло, я устанавливаю симметрию. Симметрия контрастирует с несоответствием. Ему нрав не столько картинка, сколько собственное удовлетворение — Максин Одли сейчас полностью раздетая перед ним, и где? В этом дерьме.
(Это место — дерьмо), сколько лет этой фразе? Вырвалась из твоего рта. Что вырвется сейчас?

Ни-че-го. Ведь ничего и не происходит. Сегодня ничего не произойдет. Это первый контакт. Считай, что я слушаю твою просьбу. Непрерывно запускаю нейронные процессы, чтобы понимать, как тебе помочь. Выглядит, как два пальца, расстегивающие ширинку.

Но, Максин, это же только фасад.

Смотришь так, как смотрят с вжатым в висок дулом пистолета.

В строчке между символами и цифрами — сейчас повторяющиеся движения рукой. Каждое из них сдвигает крайнюю плоть с головки. Сейчас похуй на цифры. Бреннт опирается локтем на стенку изнутри кабинки туалета, обязательно рядом (повыше) с её головой (на её лице сейчас его тень) и смотрит ей в глаза, пока дрочит себе рукой. Дышать ему нравится через рот. Дышать так, чтоб она слышала. Контекст глубже, читать нужно между строк. Выглядит, как будто я дрочу на тебя в туалете СКУЛЛА, а ты вся раздетая и твои шмотки на полу. Вокруг всё в надписях. С рандомной периодичностью пару раз хлопает дверь.

Смотришь так, как будто дуло пистолета вставили тебе в рот.

Кто-то дергает ручку. Бреннта ничего не сбивает с ритма.

Кто-то говорит "ой", потом видит одежду в щели на полу. Кто-то говорит "сука, завидно, блядь."

Ритм всё время одинаковый. Айзек знает, чтоб кончить быстро, ему надо минуты две. Выверенно дрочить, концентрируясь на картинке. Грудь, задница, пизда лицемерной суки — эти скобки он раскроет по очереди, последовательно, потом. Сейчас заводит лицо. Смотришь так, как будто просунула в это блядское дуло язык.

В ответ слышишь щелчок (предохранитель слетел).

Ничего на самом деле не имеет значения. Кроме уравнения — ничего.

Как кончит, сперма будет стекать вниз по её торсу, в ложбинку изгиба бедра, и вместо STAIRWAY TO HEAVEN ты услышишь только остывающее дыхание, глубокий вдох, выдох, глубокий вдох — когда заправит член в джинсы и застегнет молнию ширинки. Взглянет ещё раз интенсивно в глаза и оставит так.
Нет, сделает кое-что, прежде чем оставит. Сто двадцать секунд в скобках стоял один и тот же вопрос. Намокла? Придется нарушить свое же правило (сегодня только лицо), но до икса ещё далеко. Формула столько раз ещё наебнется, что похуй. Рука пойдет вниз, в выражении похуй. А что сегодня с её?
Когда высунет палец — он будет сухим.

Что случилось, Максин, не прислушалась к телу? Снизошла до дерьма. Теперь проходим инстинкты.

Снизошла до дерьма — снизойди и до них.

***

Ещё одна сигарета, пока будет курить у входа в SKULL, ожидая Максин. Сколько минут ей надо, чтоб привести себя в порядок? Ранее, начатый ей разговор оборвался на середине. Айзек его оборвал, просто встал и сказал, ты идешь за мной. Сказал, идешь молча. Сказал, договорим потом. Если тебе нужно, добавил.

Его любимая целесообразность. Ей нужно найти решение своей формулы. Ему — его.

Когда Максин выйдет, спросит на похуе, — так сколько тебе нужно, чтоб он сидел?

Я могу всё. Вопрос в отдаче. У тебя два варианта, пойти на сотрудничество или же нет.

Два варианта, запомни. Вот только...

Did you miscalculate which of them is THE WORST?

[nick]Isaac Brennt[/nick][icon]https://i.imgur.com/3v566ZF.jpg[/icon][lz1]АЙЗЕК БРЕНТ, 35 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> центральный отдел нервной системы Проекта, анархист<br><b>fucking:</b> <a href="https://sacramentolife.ru/profile.php?id=8317">some of her (faces) mouths</a>[/lz1][status]C3H5N3O9[/status][sign]-[/sign]

+4

6

Ос внимательно смотрит на неё.
Смотрит. Смотрит. Смеется. Смех нервный и неискренний, Максин прекрасно об этом в курсе, но кивает и подыгрывает. Делает шаг назад.

Ос не позволит себе потерять достоинство. У Макс внутри что-то дрогнет, но лишь едва. Между сомнительным будущим и успешным, она не позволит себе выбрать первое никогда.

Это тоже про чувство достоинства. Только её.

Он уходит из комнаты.
(Его лицо так скривится, что Максин почувствует эту боль)

Они не будут разговаривать сначала несколько дней, потом недель, потом месяцев. Счет пойдет на годы.
Осборн стоит в стороне на дне ее свадьбы, подарок окажется в кипе прочих, забудет поздравить ее не с одним днем рождения.

Макс — нет.

Они же трахались, в конце-то концов. Он же ее брат, в конце-то концов.

Оса сейчас рядом нет.

Блять.
(Иногда Макс искренне скучает по нему)

Максин облизывает пересохшие губы, но у нее пересох весь рот.

Айзек ей говорит «ты же в курсе, как заключаются сделки?», Максин прекрасно об этом в курсе.
Никогда не трахалась за рестораны, но всегда знала, что могла бы с Гольтцем, чтобы получить больше. IT — выгодная инвестиция. Владельцы таких компаний — лучшие инвесторы из всех: они умные, щедрые и дают остальным сигнал — вкладывать нужно сюда.

Встань на колени и раздвинь ноги — в тебя войдут все деньги этого мира.

В случае с Айзеком — выйдут из тюрьмы.

У нее пересох весь рот.

Максин поднимает бровь, делает еще один глоток пива, улыбается ему (ухмыляется) — не скрывая оскал. Проводит языком по зубам (клыкам), думает: ты опять решаешь высшую математику, Бреннт? Тебя не заебало уравнивать весь мир под себя?

А потом встаёт, положив руку ему на плечо (небольшой тактильный контакт — читай: «я могла бы, но…». «Но» — это ты, Бреннт. «Но» — мы снова на выпускном, Бреннт. «Но» — у тебя недостаточно средств. Под средствами понимается вся его жизнь. Уравнение не находит переменную Х) и уходит из SKULL, пока за спиной так и остается гореть вывеска с надписью «ARE YOU GONNA TAKE THIS HIGHWAY TO HELL?”.

Макс отвечает:
yes.
Hell to the yes, dickhead.

(— Ты же в курсе, как заключаются сделки?
— А ты в курсе, с кем?

У Максин хороший вид сзади. Ей придется за это ему заплатить)

Шесть лет назад они сидят с девочками в баре.
На стенах надписей нет. В их университетском парке это был один из лучших и дорогих, как следствие. Музыкальные виниловые диски вместо картин, фотографии во всю стену — с автографами великих звезд. Один коктейль — от шестнадцати баксов — не для студентов, а для детей миллионеров, политиков и бизнесменов. Максин повезло быть одной из них.

Она пьет мохито (впереди древнегреческий, небольшой градус позволит слушать лекцию более вовлечённо), перелистывает страницы конспектов — половину по эконометрике списывала у Бреннта. Он видел, но промолчал.

Макс тогда наклоняется к нему чуть ближе обычного, заглядывая за плечо. Ногти сомкнутся на предплечье, чтобы подвинуть в сторону.
— Мне так будет удобнее. Ты не против?

Айзек скажет взглядом ей «против», но все равно поддастся ей.
Он ей поддастся. Девочки замечают всё.

— Да ладно, признайся, ты отсосала ему за последний зачёт.
Макс смеется, остро и звонко. За зачет и правда спала, но не с ним. У Осборна хорошо работал мозг. Еще лучше — свой собственный, но секс как бустер позволял учить все быстрей.
— Ни разу не брала его члена в рот.

Буква m из чистого золота бьется о ключицы в такт движениям Макс.

— Смотрит он на тебя не так.
— Они все смотрят не так.

Что-то внутри нее хочет ему отсосать. Это она знает еще несколько месяцев назад.

Может представить, как именно это будет делать — как он контролировать — больно врезаясь в волосы и заставляя заглатывать до самого основания, чтобы упираться в нежные стенки горла и давить на них.

Ос берет ее обходительнее. Скорее более собственнически. С ноткой издевки, иронии и желания взять свое.

В Бреннте есть звериное нутро. Y, который ей неизвестен. Следом за ним идет Х. Они вместе — XY, XX. Уравнения с двумя переменными решаются на занятиях высшей математики, Айзек должен найти ответ.

Максин позволяет себе ничего не искать.

Через шесть лет придется встать на колени и узнать чужой аргумент.  Она уходит из бара, чтобы вернуться в него опять. Через шесть лет появится новый секрет.

Возможно, когда эта история закончится, она набьет себе на лопатке SKULL. Возможно — где-нибудь на руке.

«Идешь за мной»

Ей хочется проблеваться.

Перед глазами STAIRWAY TO HEAVEN. Перед глазами JESUSFUCKINGCRISTALMIGHTY. Перед глазами его лицо, она на него не смотрит. За его головой JESUS ВИДИТ, КАК ТЫ МОЧИШЬСЯ. Впору добавить: БОГ ВИДИТ, КАК ТЫ СЕБЕ ДРОЧИШЬ. ДЕЛАЙ ЭТО УСЕРДНЕЕ.

Он говорит ей идешь за мной, и она идет, потому что теперь ей приходится принимать правила его игры. Вчера вечером у нее не взяли деньги. Ей сообщили, что Чарльз Одли по особому распоряжению не может выйти под домашний арест до суда под залог. Им очень жаль, естественно. Они хотели бы ей помочь, естественно.

Максин не кричала в кабинете у адвоката. Кивнула, ушла молча. Вернулась домой — выжрала бутылку виски — расплакалась только тогда.
Позвонила отцу и попросила его поднять свои связи. Трясущимися пальцами наливала себе еще один стакан, слушая тусклый голос самого сильного мужчины в своей жизни.
«Прости, малышка. Они сказали даже мне «нет».
Никто не отказывал ее отцу никогда.

Следующим вечером Максин пришла в SKULL. Взяла две пинты пива. Села за тот же стол.

Айзек тоже пришел.

Сильным мужчиной придется быть теперь ей самой.

х х х

Они в кабинке грязного туалета.
Они в кабинке грязного туалета.

Он смотрит на нее, она не видит его лица. Его руки оказываются на ее плечах и сбрасывают на пол куртку — Макс может физически ощутить, как ко лбу приставили ствол.

Он расстегивает ее блузку (это Dior, последняя весенняя коллекция. Придется выбросить, стоит зайти домой), блузка тоже падает на пол. Молния юбки движется бесшумно.

Бюстгальтер — La perla — скидывается вниз.

Если опустить глаза, можно увидеть, как ее достоинство валяется где-то там же в грязи. Максин не моргая переводит взгляд с его глаз на фон позади.

Не думай о нем только не думай о нем.

Шероховатые кирпичные стены за головой Айзека похожи на месиво грязи в стойле у лошадей. Постарайся отключить сознание — увидишь на них узоры. Постараешься еще сильнее — может быть, даже не блеванешь. Гордись собой, девочка. Сегодня впервые тебя трахнут в таком мерзком месте.

Он наклоняется над ней, расстегивает ремень и ширинку. Одли возвращает глаза на него.

Теперь она смотрит на него.

Дрочил на мое лицо? Иметь будет еще приятнее.

Губы сжимаются плотно, в ней не хватает дерзости, чтобы ему нахамить. SKULL похож на выблядский клуб, таковым и является, Айзек ему соответствует. Она — нет, поэтому он решает выебать ее именно здесь.
Несоответствие, чтобы восстановить симметрию. График выстроен идеально по точкам. Осталось провести линию (осталось вставить линию), но он не делает этого.

Когда она понимает, что он дрочит, смотря на ее лицо — ствол пистолета по ощущениям оказывается у нее во рту.

Он движется выверенно в одном темпе, Максин вжимается в стенку кабинки туалета и считает секунды в своей голове. Сколько ему будет нужно, чтобы кончить? Она ставит на две с половиной минуты.

Это будет их первый X. Айзеку будет достаточно ровно двух — в голове отсчет бьется на 120-ом вдохе, Бреннт тяжело дышит. Он нарисует Y на ее теле собственной спермой.

Не факт, но она так почувствует.

А потом его палец окажется в ней, и дуло пистолета не во рту, а в ней самой, а ее самой больше нет.

Осечка отсутствует, ее размазывает по стенке, собирать остатки собственной гордости придется в этом грязном пабе самой, потому что Айзек оставляет ее одну. Подбородок дернется в желании разрыдаться, но до боли прикусит собственный язык, чтобы заставить себя двигаться дальше. Максин так движется всю свою жизнь, ибо времени на истерики — нет.
Поднять одежду с пола («бля, а можно и мне так перепадет?» - кто-то пытается постучаться, звуки отдаются приглушенным фоном), одеваться спокойно, не торопясь. Поправить каждую складку на юбке, воротник рубашки, волосы встряхнуть, чтобы они аккуратно легли. Единственное, что на ней осталось (единственное, что он оставил) — туфли.

Сегодня в SKULL Максин приехала так, как никто никогда здесь не бывал.

Айзек хотел контраст. Несоответствие. Одли это ему дала.

Когда она уходит из паба во второй раз, за ее спиной все еще будет гореть ARE YOU GONNA TAKE THIS HIGHWAY TO HELL? Ответа ждать уже смысла нет.

Все, что она думает, пока приближается к Бреннту это не показать ему себя. Грязь, отвращение, боль. Не показать ему, как противно ей подходить к нему и как противно от того, что он прикасался к ней.
(В душе сегодня ночью она будет так жестко тереть кожу, что сдерет ее местами, оставляя кровавые полосы на теле. Полосы останутся на ней самой), покроют ее всю, заставят достать материнский ПРОЗАК из коробки сокровищ)

Каждый шаг — я тебя ненавижу.
Я тебя ненавижу.
НЕНАВИЖУ СУКА СДОХНИ ГРЯЗНАЯ МРАЗЬ.

Максин подходит к нему и улыбается. Язык исследует дуло пистолета, проникая внутрь, проходится по стенкам, чмокает.

Она так его и не коснулась.

— Мне нужно, чтобы он вышел. Сейчас.

На стене в SKULL остается еще одна надпись:
ALL ASSHOLES WILL DIE. I’M GONNA KILL THEM. I’M GONNA MAKE YOU PAY.

У Максин Одли обломанные черные ногти.

I’m looking at you, Isaac.

I’M GONNA MAKE YOU PAY.

[nick]Maxine Audley[/nick][status]no control[/status][icon]https://i.ibb.co/WstNbwx/image.jpg[/icon][lz1]МАКСИН ОДЛИ, 28 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> ресторатор<br><b>married:</b> <a href="ссылка на профиль">charles</a>[/lz1]

Отредактировано Lottie Vexler (2022-10-15 13:58:56)

+3

7

— Мне нужно, чтобы он вышел. Сейчас.

Единственное, что делает Айзек, прежде, чем уйти — отрицательно цокает языком. Поправляет воротник куртки, и следом его силуэт жрёт чернота улицы.

DARKNET IT'S A SAFEST PLACE FOR YOUR CHILDREN. Это самодельная наклейка на его рабочем столе, написанная от руки (каждая буква прочерчена по десятку раз, Бреннт машинально водит рукой под собственные нейронные процессы, мышцы требуют повторяющихся движений, концентрация замыкает круг только так). Дешевка проходит мимо его стола и спрашивает, что это.
Что значит, что даркнет — самое безопасное место для ваших детей.
Дешевка работает пару месяцев и второе имя Бреннт дает ему — Жополиз. Вылизанный кто-то там из дальней родни Чарльза, с разгруженным от дерьма столом и выглаженной рубашкой. Галстук на нём то есть, то нет, а слово «имидж» вылетает из его рта в помещении в первый рабочий день. Имидж ходить в качалку в обеденный перерыв. Имидж сортировать ярлыки на экране в ровные столбики. Имидж раздвигать Чарльзу половинки жопы и проходиться по пучкам волос языком. Или Чарльз там бреет?

Айзек щурится, подставляя в уравнение категоричность Максин. Категоричность, избирательность, характер избалованной суки. На автомате болтает в пальцах тупой карандаш.

— Эта надпись, — Дешевка Упорядоченные Ярлыки не отъебывается, — может вызвать противоречивую трактовку. Может вызвать полемику.
— Полемику... Стэн, — Дешевка вставляет, что он Стивен, — у меня встречный вопрос.
Это важный момент, первый осознанный диалог. Диалоги с Бреннтом здесь никто не заводит. Стивен наклоняется, внимая словам.
Про себя Бреннт усмехнется, вслух спросит, у Чарльза есть волосы на жопе?
Дешевка округлит глаза и спросит, что?
Бреннт уточнит, вокруг ануса.
Дешевка уязвленно мотнет головой, удивление на живой мимике лица сменится глубоким внутренним отвращением. В ответ полетит тактичный протест, а Бреннт жмет плечами — думал, ты знаешь.

Дешевка Упорядоченные Ярлыки больше не начинает бесцельные разговоры. Когда Айзек на смене, все работают молча. Когда Айзека нет — все обсуждают его.

ДАРКНЕТ — САМОЕ БЕЗОПАСНОЕ МЕСТО ДЛЯ ВАШИХ ДЕТЕЙ. Задавать об этом прямой вопрос — демонстрировать собственные умственные ограничения, а морализм часто обрубает возможность широко мыслить. Представь, что тебе нужно сделать заказ на рабочий тротил. Двадцать кило тротила лежат на первой странице гугла. Новостные сводки, научные статьи, тупые обывательские вопросы, и каждый щелчок мышки уводит тебя все дальше от реальности. Каждый следующий щелчок собирает данные о тебе. Нейросети помечают пакет действий как «подозрительный», а поток личной информации копится-копится-копится, и когда тебя придут брать, агенты CISA будут в курсе, на какое порно ты дрочишь. И вот здесь, на этом месте, лента отматывается назад и вместо гугла всплывает Даркнет.
Представь, что тебе нужны 20 кило тротила. Или чистый кокаин. Или опиойды, похуй, что тебе нужно, если есть спрос, значит будет товар.
Представь, нельзя называть вещи своими именами.
Представь, под каждой пустой аватаркой может быть агент цифровой безопасности.
Представь, есть кодекс правил коммуникаций для эффективной продажи товара, но никто не скажет тебе, где его найти.
Представь, ебаный список формальностей — цель охоты продавцов, покупателей и федералов. Представь, что информация обновляется каждый день. Представь, каково тем, кто её контролирует, в вопросах распределения завуалированной рекламы так, чтобы её можно было найти. Найдешь — запустишь цепочку фильтров через сеть контактов — от непроверенных до тех, кто нужен тебе. В Даркнете ценится анонимность и никто не палит своё лицо.

Представь.

ПРЕДСТАВЬ, КАК РЕБЕНОК МОЖЕТ КУПИТЬ ДВАДЦАТЬ КИЛО КОКАИНА. Дешевка не высек корень сути за барьером морали. But that's true, DARKNET IS A BEST PLACE.

У него, кстати, сегодня встреча с анонимом после смены. Вышел на замыкающий цепочку контакт. Textin' Maxine: you coming too.

Textin' Maxine: office. afterwork

You comin'
Её where даже не прочитает.

Безысходность — результат её попытки решить уравнение, по итогу поучительная история будет за ним. Константы сменны, осталось найти способ их достижения. Вот только возможности сейчас — не в руках Максин. Залог не прошел, деньги тут не сработают. Айзек видит потребность быстрых целей в её глазах, но скорость сейчас всё только сломает.
Или нет. Или ему просто влом торопиться. В офисе полутемно и никого больше не осталось, Максин здесь, и в тишине слышно только мерные щелчки клавиш. Через минут двадцать Бреннт оторвет от экрана взгляд. Бреннт скажет, пошли.

На улице скажет, нет, оставь тут машину.

Сколько лет лощеная сука не ступала ногой в метро?

— Знаешь, почему на центральных станциях нет общественных туалетов? — Айзек пропускает её вперед на эскалаторе, в прямое поле своего зрения, рука на поручень опускается сзади её. Ткань свитера касается её кожанки. Даже когда она делает вид, что не слушает, Бреннт знает, что она не пропустит ни слова, сбавляет тон, — в них проще всего оставить взрывчатку. Заминируешь круговую ось, останется нажать кнопку. Весь центр города уйдет под землю, — таким тоном обычно заигрывают, он тихий и низкий, ей на ухо, но Айзеку чужд полный спектр эмоций, нейтрально выдаст итог, — но власти не хотят этого. В этом месте, — эскалатор кончится и вернется разница в росте, Бреннт сожмет Максин за локоть, замедлит её шаг, — ты больше всех под наблюдением. А когда ты больше всех под наблюдением, — они стоят посреди прохода, человеческий поток омывает их с разных сторон, — ты сливаешься в ебаной толпе.

Каждые три минуты громкоговоритель объявляет название станции. Чем дальше от центра, тем сильней редеет толпа. Айзек называет их: пограничный контингент. Мигрант в грубой рабочей форме открыто пялится на Максин и бельмо его глаз контрастирует со смуглым лицом. Айзек думает, индус или пакистанец. Айзек думает, или турок. Айзек думает, точно будет дрочить. У себя дома, воссоздав мысленную картинку. Видит, что лицемерная сука заметила.
В вагоне с ними подростки-цыгане, алкаш, мигранты-рабочие и черная беременная баба с двойной коляской. Чем дальше от центра — тем хуже район. Эта ветка конкретно выделена красным во всех тур-гайдах. ВОЗДЕРЖИТЕСЬ ОТ ПОСЕЩЕНИЯ В ТЕМНОЕ ВРЕМЯ СУТОК БЕЗ ГИДА. Все вокруг трутся на грани распада личности.

Визуально Максин несоответствует здесь так же, как в туалете SKULLa. На цифровом экране черта доступных станций сократилась до трех. У старика рядом с Максин на глазу бельмо.

Несовершенство, дефекты, грязь. Раздетая ты смотрелась бы здесь контрастней. Но вряд ли встанет при таком кол-ве чужих глаз.

Знаешь, почему они не трогают тебя? Подумай, Максин. Подумай, лощеная сука Максин.

Вне метро сразу бьет атмосфера окраины мегаполиса. Бреннт знает, сука не отойдет от него ни на шаг. Зачем он её взял? Мозг сгенерирует ответ сразу. Благородства в мотиве не завезли, Бреннт взял её с собой сюда просто так. Смысл найдется в процессе. Ты знала, что ДАРКНЕТ — это не вайфай, не компьютер, не монитор? Ты знала, что это риск?

Бреннт взял её с собой, потому что у неё нет возможности отказаться.

Бреннт взял её в частности, потому что смог. Это власть с ограниченным сроком годности. Бреннт говорит, сейчас зайдем в клуб. Бреннт говорит, не вздумай ничего пить. Бреннт говорит, перед этим надо кое-что сделать.

Бреннт говорит, отойди со мной. А потом говорит: представь.

Представь, у меня с собой кое-что, что нельзя, но нужно пронести внутрь. Представь, что это тянет на внушительный, серьёзный срок.
Представь, что ко мне предвзят ебучий секьюрити.
Представь, взамен этого нам дадут флешку, которая потенциально может очень сильно интересовать лицемерку тебя.
Представь, у меня с собой гондон и я расскажу тебе, как проносят запрещенные вещества на зону.
Представь, что я рассказываю это тебе, только, чтоб посмотреть на твое лицо.

Фонарный свет не достает до нас обоих сейчас. Представь.

Бреннт достает мелкий сверток — пускай будет скидка, расстегнет ей кожанку, безэмоционально задерет верхнюю одежду и примерит его в одну чашку бюстгальтера. Действует с размеренностью и холодом, с каким запрягают лошадей, кинет короткий взгляд ей в глаза. Скажет, не улыбайся, когда тебя будут лапать.

DARKNET IS A SAFEST PLACE FOR KIDS BUT WE'RE NO MORE KIDS NOW. EVERY MISTAKE IS A REAL SHIT.

Секьюрити так же беспристрастно выполняет свою работу. Их пропускают внутрь, и — как тебе здесь? SKULL был номером раз, это — номер два. Расслабься теперь. Здесь тоже дерьмо.

The whole scenario could be different. Но по другому ты когда-то не захотела.

Пока они будут ждать, Айзек покажет на место рядом с собой на двойном разъебанном в хлам диване. Говорит ей, у порно есть скрипт и есть сюжет. Говорит, ты знала, что это не одно и то же?

Максин хочет знать, что она тут делает. Хотя ответ знает и сама.

Представь, что пожар горел где-то полгода, прежде чем кто-то это заметил. Прежде, чем кто-то обратил внимание на происходящее. Прежде, чем огонь дошел до линии передач твоего дома. Прежде, чем в воздухе запахло жженой резиной и проводку коротнуло так, что вышибло свет.

Тебе стало темно.

— О Чарльзе, — будешь слушать внимательней, чем все слова до, — сколько у вас было встреч, прежде чем ты ему дала?

Весь мой мир состоит из цифр. Что делать с данными — решу сам. Поиск ебанного икса в твоем уравнении есть взаимообмен.

I'll show you places you've never been before.
You - show me those where I have not been.

SKULL been first. THIS is the second.

[nick]Isaac Brennt[/nick][icon]https://i.imgur.com/3v566ZF.jpg[/icon][lz1]АЙЗЕК БРЕНТ, 35 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> центральный отдел нервной системы Проекта, анархист<br><b>fucking:</b> <a href="https://sacramentolife.ru/profile.php?id=8317">some of her (faces) mouths</a>[/lz1][status]C3H5N3O9[/status][sign]-[/sign]

+7


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » cost of minds


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно