Зак не может найти ни одного аргумента против неопровержимого факта: его прошибает от одной близости Аарона Мёрфи.
Факт: его кроет, когда чужие руки оказываются по бокам от него, чужие плечи - выше него.
Когда поднимает взгляд и смотрит на чужие губы так близко снизу вверх - тоже.
Аарон еще не сделал ни-че-го, Зак уже готов на в с ё... читать далее
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 16°C
• джек

[telegram: cavalcanti_sun]
• аарон

[telegram: wtf_deer]
• билли

[telegram: kellzyaba]
• мэри

[лс]
• уле

[telegram: silt_strider]
• амелия

[telegram: potos_flavus]
• джейден

[лс]
• дарси

[telegram: semilunaris]
• ронда

[telegram: mashizinga]
• даст

[telegram: auiuiui]
• цезарь

[telegram: blyacat]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Альтернативная реальность » // my secret friend


// my secret friend

Сообщений 1 страница 17 из 17

1

♦ берем две american dream внешки
♦ помещаем в атмосферу dark academy (не прочитав донну тартт)
♦ добавляем убийство
♦ вы восхитительны

https://i.imgur.com/795bYXT.png

Действующие лица

Эмма Палмер (это отсылочка к Лоре Палмер, а что) - бывшая девушка Дина, сестра Кэмерона
Кэмерон Палмер - лучший друг Зака
Маркус Фостер - бывший любовник Зака
Дин Винчестер ой Мориарти и Гарри Поттер - друзья Маркуса

[nick]Zachary Burch[/nick][status]oi[/status][icon]https://i.imgur.com/80EQ7J1.png[/icon][lz1]Закари Бёрч, 17 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> schoolboy<br>[/lz1]

Отредактировано Jim Horner (2022-10-14 17:25:09)

+9

2

Эмма поднимается с кровати, кокетливо поправляя волосы за ухо.

Отдергивает ткань вниз, разглаживая, словно это поможет юбке стать длиннее и забыть, где именно были чужие пальцы еще секунду назад. Аарон ловит глазами легкую нервозность на кончиках ее пальцев, перемещая удивленный взгляд на лицо, цепляясь за губы, те слегка опухли и теперь имели красивый темно-розовый оттенок(он ненавидел девчачьи помады, оставляющие жирный след, и на его губах тоже). Она кусает нижнюю, бросая осторожный взгляд, и отходит к столу, что стоял у дальней стены, ближе к окну, за которым солнце начинало набирать обороты, разгоняя пасмурное английское утро.
He is getting used to it. (ложь)

Эмма играет с ним в недотрогу, и ему нравится эта игра, как нравится и ей.

Ее ноготки перебором постукивают по какой-то тетрадке [разумеется, с однотипной скучно-серой обложкой], прежде чем открыть на первой странице и провести по дате в углу: 1 сентября.

- Мне кажется, у тебя даже почерк другой. – Говорит с улыбкой, и с присущим ей, как и всем остальным, суровым британским акцентом, что уже перестал так сильно резать уши, но все еще вызывал легкую усмешку. Anyways.

- Мне кажется, ты пришла сюда не тетрадки рассматривать. – Его руки по обе стороны от ее ладоней, чтобы касаться кожи большими пальцами, обжигая открытую шею дыханием. Аарон делает паузу и дует специально, с наслаждением рассматривая появляющиеся бугорки на коже.
– Мне кажется, - он делает шаг вперед, придавливая стоим телом к столу под ее томное "ах", не оставляя миллиметров между ними. – в дм ты расписывала, как сильно хочешь облизать мой член, нет? – Его ладони скользят по голым ногам вверх, задирая юбку на талию и сжимая ягодицу.

Эмма была сочной and she needs a dick.

Эмма говорит, что вообще-то не позволяла [но приходит к нему в самом коротком платье из гардероба] и, как последняя шлюха, вжимается упругой задницей в стояк, отчаянно дразня. Making

Эмма говорит, что просто хочет помочь адаптироваться [но не сдерживаясь, хватается ладонями за затылок, прижимая к собственной шее] и тихо стонет, ощущая мокрый язык. him

Эмма говорит, что она хорошая девочка [но как самая плохая, хнычет, умоляя ее отшлепать], и они сходятся на слове – послушная, пока меняются местами впопыхах и с придыханием, ударяясь локтями о стол и случайно скидывая пару книг. dying

Эмма говорит, что никогда этого не делала [но берет сразу так глубоко, что приходится задержать дыхание и запрокинуть голову назад, кусая щеку изнутри], и Аарон обещает ей, что у нее отлично получается, неотрывно разглядывая как ее губы скользят вверх-вниз. Остервенело, умело, быстро. for

Эмма просяще шепчет, чтобы снял майку, водя головкой по мокрым от слюны губам, поедая глазами, и тут же свободной рукой тянется к открывшемуся животу, ритмично сокращающемуся от разливающегося возбуждения. sex

Эмма становится на колени, слегка их разводя. Отвлекается на минуту, чтобы показательно облизать собственные пальцы, пристально смотря в глаза, мол, смотри на меня, только на меня, и Аарон смотрит как она этого хочет – с восторгом, вожделением и неприкрытым желанием. Смотрит, как прежде чем снова начать сосать, она запускает руку в трусики и блаженно стонет. Его ведет от ёё игры слишком быстро, но

Но сердце останавливается лишь в тот момент, когда затуманенные пеленой глаза встречаются с едва-знакомыми [разделенные отдраенным до блеска стеклом оконной рамы] не больше, чем в паре метров. Аарон сглатывает, и кладет руку на чужой затылок, закрывая Эмме любой возможный обзор – а следовательно и истерику[а хотелось бы для того, чтобы покрепче за волосы], пока он сам так бесстыдно смотрит.

Не смотрит – рассматривает.
Снова.

Они уже пересекались глазами в прошлую субботу и воскресенье, когда Мёрфи только приехал и бережно раскладывал три чемодана вещей. Аарон запомнил, потому что жара стояла неестественно сильная, и пришлось раскрыть окна. Запомнил, потому что не каждый день под твоими окнами ходит topless god. Тогда он лишь рукой помахал[его спалили], и выпил стакан воды, чтобы хоть как-то скинуть наваждение [с которым потом все равно пришлось разбираться в ночном душе].

Адреналин подскакивает к глотке и выбивает непрошеный стон. Где-то внизу довольно усмехается Эмма, не догадываясь – дело не в ней.

Аарон кусает тыльную сторону ладони, опуская взгляд вниз, потом снова в окно, с подначивающим и скребущимся восторгом обнаруживая встречный внимательный взгляд. Это вызывает мурашки и посылает импульсы.

- Тебе нравится, да?
Резкий выдох, до боли в грудной клетке. Под веками яркие разряды, сменяющиеся чужим лицом.
- Хочешь занять моё место или её?
Кусает губы, запрокидывая голову назад. Собственные мысли разгоняют слишком быстро, а в голове картинка, где у его члена два открытых рта и два просящих взгляда: голубой и карий. Аарон знает, что утонул бы только в одном.
- Теперь ты за мной подсматриваешь. I guess, we are equal now.

- Детка, не так быстро.

Говорит ей, смотрит на него.
Долго, цепко, возбужденно.

Его прошибает вопросом - нормально ли это, что его заводит не Эмма?
Хотя, у нее явно было свое преимущество - например, ритмично работающий рот.
И кто черт возьми, этот чувак.

Они встречались в коридорах школы, столовой, библиотеке, и кажется, у них был общий факультатив, но Аарон до сих пор не знал его имени, лишь пересекаясь глазами в коридоре дольше положенного[когда есть этот click, иначе не получается]. Мёрфи был слишком занят навалившейся административкой и домашкой, а потом на него еще навалилась Эмма и новые друзья.

Бросив последний взгляд и растянув губы в улыбке, Аарон обнимает лицо Эммы ладонями, не давая развернутся и глубоко целует, пропихивая язык в рот [показательно отрываясь, чтобы было хорошо видно, з-р-е-л-и-щ-н-о]. Она сама забирается сверху, обнимая ногами за талию и руками за плечи, тихо скулит, будто спрашивая, было ли ему хорошо.
Ей нужно о д о б р е н и е.

Они валятся на постель, чтобы избавить ее от лишней одежды.
Аарон больше не обернется, но ему до ужаса интересно: знает ли теперь его одноклассник выражение его лица, когда кончает кому-то на живот or it is their next lvl?

- Опаздываешь, mateeee. – Тянет Маркус, усмехаясь, пока не получает в ответ недовольный прищур. Аарон садится напротив, вытягивая ноги под столом, пиная друга, и откидывается на мягкую спинку резного дивана, в лучших традициях каких-нибудь магических школ.
- Duuuude, give me a break. – С максимальным калифорнийским, четко проговоренным и без затяжных интонаций, чтобы все вокруг скисли, приставляя пару пальцев ко рту в блевотных позывах.
- Хорошо повеселился с Эммой? – Мёрфи лишь удивленно поворачивает голову, склонив на бок и приподняв брови в немом вопросе. - Видел, как она от тебя выходила. Я бы посмотрел, она чертовски горячая.
- УУУУ….- раздается складно и громко, а пара ново приобретенных приятелей одобряюще хлопают по плечам. Аарон слегка улыбается, хотя ему это одобрение вообще нахуй не упало.
- Заходила уточнить по домашке. – Он пожимает плечами, по привычке пытаясь выгородить новую пассию, хотя, Эмме, кажется, было плевать, потому что стонала она в голос даже сквозь закрытый пальцами рот, не стесняясь. А может, просто хотела дать всем знать, что Аарона трахает она, остальные – мимо.
- Кстати, что это за пацан косит траву? Я сначала думал, местный садовник, но видел его в школе, у нас с ним даже общее занятие есть. Это типо наказание за поведение или не сделанную домашку? - Подхватывает со стола чужое яблоко, чтобы смачно укусить. Он так и не успел позавтракать.
- ООООО, чуваааак......

[sign]https://i.imgur.com/UCaCcuX.gif https://i.imgur.com/c8dKZD4.gif[/sign][nick]Aaron Murphy[/nick][status]shady[/status][icon]https://i.imgur.com/PVpJyrh.png[/icon][lz1]ААРОН МËРФИ, 17 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> american fucker<br>[/lz1]

Отредактировано Chase Parker (2022-10-12 20:35:19)

+5

3

— Пидор,

Дин выплевывает слово перед ударом, Зак выплевывает сгусток крови после.

— Ты же знаешь, я вообще-то не гей,

Маркус щекочет глупой фразой его губы, Зак щекочет усмешкой в ответ.

Все так говорят.
Перед поцелуем, перед тем, как расстегнуть ширинку, перед тем, как повернуться голой задницей.

Главное придумать себе оправдание.

Маркус целует его как изголодавшийся зверь. Соскучился за лето, милый?

— У меня есть девушка.

Аргумент мог сработать в первый раз, но не теперь, когда его ладонь течет вдоль живота ниже, под выглаженные брюки, чтобы под ними тоже все хорошенько погладить. Зак реагирует легко, быстро - прикрывает глаза и выдыхает. Охочий до прикосновений, всеми своими нейронами настроенный на сенсорное восприятие, может быть он тоже соскучился, но сейчас не отвечает на поцелуй, и не хочет себе признаваться в том, что его заводит боль в разбитой губе, кусай, пожалуйста, поднимает ясный взгляд и останавливает руку Маркуса.

Я это уже слышал. Тебе просто нравится целоваться украдкой, а потом смотреть, как твои дружки называют меня пидором и бьют по лицу, правда? — Бёрч отмахивается от прикосновений [это стоит ему больших усилий, чем хотелось бы], — может, тебя это заводит? — голос на пару тонов ниже, бархатистый, обволакивающий, так же движется его ладонь по ширинке поверх мятых брюк, нащупывает, сжимает, под ней член отзывается, крепнет, — я так и думал, — он усмехается вновь, все это ему кажется дурацкой игрой, только не он ее затеял и играть в нее больше не хочет.

Гладит сильнее, возбуждение прослеживается отчетливее. Закари приближается к его уху, невесомо целует и шепчет нежно, любовно:

Отъебись от меня, тебе не послышалось, — все касания прекращаются разом, дистанция возникает из ниоткуда, голос становится громче, — все кончено, Маркус. Только не надо скулить и кидать мне фотки своего стояка, жалкое зрелище.

Он уходит, показав средний палец через плечо в ответ на злобные выкрики Фостера.

В пустых коридорах ранним утром слышны только его шаги, четкие, уверенные. Шаги обрываются. В пустых коридорах этим утром слышны не только его шаги.

Бёрч идет на голос, на тяжелое дыхание, на такие знакомые звуки [сложно перепутать]. Его шагов больше не слышно. Не слышно, как он прижимается ухом к закрытой двери. Произносит «черт» тоже беззвучно.

Запоминает номер комнаты и поспешно уходит, огибает жилой корпус окольными путями, чтобы не встретиться с Маркусом, и когда осматривается по сторонам понимает, что сбежал из коридора только для того, чтобы получить место в первом ряду для зрелища, отзвуки которого слышал слабым эхом между стен.

Зак не может не смотреть.
В рассеянном, мягком свете тело новичка выглядит потрясающе.
Взгляд не опустить ниже тоже не может.
Выскользнувший из девичьего рта член блестит от слюны, и это уже не то жалкое зрелище, которым Маркус так отчаянно толкался в его ладонь, хныча от собственной слабости.

Вокруг него только ветер промозглый, юркнувший под рубашку [сегодня можно без пиджака и галстука, но Заку чертовски идет туго затянутый галстук], картинка теперь для него становится полной, он уже узнал тональность чужого стона и может слышать его как наяву. Кажется, что громче всего бьется его сердце. В груди, в ушах, в висках, а после обрушивается пульсацией внизу, туда приливает кровь внезапно, непрошенно, бесконтрольно. Губы пересыхают, он машинально их облизывает и сминает, чтобы приоткрыть, потому что дышать становится сложнее. Он сглатывает еле слышно и снова облизывается, а когда поднимает взгляд, чувствует себя так, словно не он застал парочку, а этот парень застал его за чем-то непристойным. Да, подглядывать непристойно [да, ему нравится].

Позже вечером в душевой, за опущенными веками и каплями на ресницах он встанет на колени и посмотрит снизу вверх, как послушный, хороший мальчик. Чуть позже, в своих фантазиях он займет ее место, смоет семя со стены и прижмется к ней спиной, чтобы отдышаться, чтобы осознать...

Сейчас он смотрит прямо, бесстыдно, без тени смущения. Румянец на светлой коже - от жара, которому плевать на уличную прохладу, он идет изнутри, распаляется сильнее от чужого взгляда. Его прошибает током от улыбки по ту сторону, пальцы подрагивают от подавленного желания прикоснуться к себе, такого сильного, что он не замечает, как начинает накрапывать дождь, как набирает силу, как остужает его кожу [ощущение, что от него пойдет пар].

— Ты что, потерялся?

Вздрагивает от прикосновения к плечу, от слов, нарушивших его вуайеристское грехопадение, всем телом поворачивается к Кэмерону, только теперь замечает дождь и зонт, которым укрыл его друг. Он обещает себе не оборачиваться, и сразу же нарушает данное обещание. Секунда - его язык у нее во рту, перетекающий в поцелуй горячий, тягучий, сладкий. Он хочет эти губы, и этот поцелуй, хочет удалить девчонку со сцены и украсть все его ласки и стоны. Кэмерон что-то болтает [господи, спасибо за болтливого друга, не замечающего ничего вокруг] про собрание в гостиной и про то, что он его искал, и принес ему яблоко с завтрака, но нужно зайти к Миссис Бишоп, забрать учебники, просто бесконечный поток экзистенциального бессознательного, который проходит мимо ушей ровно до упоминания имени его сестры.

А что у нее случилось? — Зак в своей голове, в своих мыслях все еще стоит в той комнате, он знает, что там происходит дальше, без его искушенного взгляда, — разве Дин не бросил Эмму еще перед каникулами? — ощущение неправильности происходящего накатывает только теперь, — Слушай, а этот Ченнинг Татум, наш новенький, ничего о нем не знаешь?

— Американец? Одни говорят, что его отец сбежал из США из-за какой-то криминальной схемы, другие - что они приехали за наследством, хрен разберешься, — друг отмахивается от этой темы как от скучнейшей, а у Бёрча все горит от желания разузнать побольше, охлаждается только страхом, что его вопросы будут слишком подозрительными, — так вот, Эмма мне говорит, что Дин тот еще мудак, мне ли не знать об этом, Кэм, — фыркает и указывает на свеженькую рану на губе.

Американец, значит.

//Миссис Бишоп говорит, что учебники уже в библиотеке и они опоздали. По пути в гостиную Кэмерон спрашивает, почему Зак пропустил завтрак. Закатывая на ходу рукава рубашки он лениво бросает привычное «проспал», зная, что друг уже не верит в эту отмазку и догадывается о том, что завтраки он пропускает одновременно с Маркусом, а иногда и ужины, когда Фостер зажимает его в тенях опустевших после занятий коридоров.

— Кстати, того новичка тоже не было на завтраке...
Дай угадаю, почему же.

Кадры с его обнаженным торсом, влажными от поцелуя губами - вспышками в голове, сменяющимися реальным изображением в гостиной. Он первым попадает в поле зрения, а после комментария друга - черт, он жрет твое яблоко, кажется, ты останешься голодным, - не слушая одобрительные комментарии про сестру Кэмерона, на слепом адреналине, на жгучем желании приблизиться, он подходит к парню, переступив через его длинные ноги в промежутке между столом и диваном, наклоняется и берет его за запястье.

— Любишь брать чужое? — кидает взгляд к двери, перед которой появился Дин, до которого еще не долетели слухи, а может он делает вид, что ему все равно. — Или у вас в Калифорнии не принято спрашивать? — плевать, если тот не из Калифорнии, плевать, если ему не удалось угадать, пути назад не было с того момента, когда они оказались в одной комнате, и посторонние взгляды, шуточки, свист, не помешают ему осуществить задуманное.

Зак тянет чужую руку с яблоком к себе, ведет нижней губой по глянцевой кожуре, собирая сок, вытекший из открытой мякоти, откусывает рядом, задевая кончиком языка чужие пальцы [как же свежа в памяти мысль о том, где они могли быть]. От парня еще веет жаром после секса, узнаваемый запах впивается в него, как живое существо когтями, он втягивает его носом, едва не прикрывая глаза от сумасбродного удовольствия. Яблочный сок щиплет разбитую губу и ему снова хорошо от этой боли. Он не отрывает прямого взгляда, пока дожевывает кусок, упирается рукой в диван [пальцами впивается в бархат], уже догадываясь, почему все притихли.

Смотри на меня.
Смотри, как я смотрел на тебя.
Смотри, но не трогай.

Слишком сладкое, — выпрямляется, большим пальцем вытирает каплю с уголка губ, — оно твоё.

[nick]Zachary Burch[/nick][status]oi[/status][icon]https://i.imgur.com/80EQ7J1.png[/icon][lz1]Закари Бёрч, 17 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> schoolboy<br>[/lz1]

+5

4

- ООООО, чуваааак......

Аарон безразлично ведет плечами назад, следя за выражением лица приятеля, чьи брови удивленно приподнимаются в легком смятении, и взгляд становится каким-то уж очень сфокусированным где-то над его головой, будто надвигается ураган. Язык тот проглатывает и выглядит насторожено, а Мёрфи беззаботно жуя, делает в воздухе пару круговых движений кистью, мол, come on, чего завис, мне же интересно [ты блять даже не представляешь насколько].

- Какого...?
У урагана светлые растрепавшиеся волосы и слегка безумные глаза, так близко - что дыхание перехватывает: сначала от неожиданности, затем от опаляющего касания, а после добирается раскатывающимся под кожей низким тембром. В вопрос он вникает не сразу[на самом деле не вникнет и потом, проматывая в голове этот момент], опускает глаза на закатанные рукава небрежного застегнутой белоснежной рубашки, он задерживается глазами на выступающих под кожей венах.

- Люблю просто брать. - Глазами показательно от рук к лицу, медленно, тягуче, изучающе, слегка вздергивая брови на разбитой губе. Вау, are you a bad boy or what? К слову, ему идет даже это, и можно заметить, как дергается губа в улыбке. - А что? Хочешь что-то предложить? - Звучит нагло и яро, глаза поджигаются азартом, опаляя зрачки интересом. Are you in? Он смотрит на цепкие пальцы на своем запястье, по его же течет яблочный сок.

Их цвет кожи - это сплошной контраст.
Его эмоции - сплошной контраст:
Похоть и легкое раздражение.

- И раз уж тебе интересно, у нас в Калифорнии принято спрашивать "What's up, babe?", - облизывает губы, слегка расслабляясь и разводя колени чуть в стороны. Первая мысль: ему будут бить ебало из-за Эммы - отступает, иначе бы уже прилетело, верно? Второй мысли - не существует, они ведь даже не знакомы[если не считать их hot secret minute]. - so, what's up, babe? - Кто-то перешептывается и хихикает, краем уха Аарон улавливает "странно, что он ему не врезал", "ничего себе, это что Бёрч?", "что вообще происходит?". Последнее, интересно и ему самому, поэтому он не сводит нахально-любопытного взгляда.

Вместо ответа - целое шоу. Но знаете, Аарону так даже больше нравится.
Он тащится от происходящего, усмехаясь глубоко в душе и делая отметку: fire
Делая пометку: He is fucking crazy
Запоминая в деталях: He is fucking hot

На деле же его рот поджат в тонкую линию, и он не сводит прищуренных глаз, следя за медленным движением чужого пальца по чуть опухшей губе. И может показаться, что он злится или в смятении, особенно, когда резким движением отталкивается от дивана с прямой спиной, чтобы перехватить запястье той самой руки, что устроила ему тут частное 18+, и притянуть к себе, заставляя наклониться.

Близко.

Чужие губы нахально выдают: "оно твое".

На диких животных инстинктах и каком-то необъяснимом притяжении той игры, в которую они играли утром и продолжают сейчас, Аарону хочется затолкать чужие пальцы в собственный рот, лишь для того, чтобы проверить какое на вкус это яблоко, и приебаться, что он ошибся: оно ведь кисло-сладкое. Но вместо этого он смотрит, пронзительно, и тянет уголок губ в усмешке, чтобы спросить с вызовом:

- А ты? - И не понятно, кто удивляется больше: он сам, этот охуевший от наглости парень или их зрители. Наверное, все-таки одноклассники, потерявшие нить происходящего, ожидающие очередную драку, а получившие дешевый американский флирт на максималках. - Или ты только смотришь? - Сопровождается громкой усмешкой, кусок информации понятный лишь им двоим, оголяющий нервы, напоминающий:

Я видел тебя.
Я смотрел НА тебя.
Я хотел тебя.

- Зак, какого черта ты творишь, уёбок?
Аарон выныривает, заигравшись, узнавая голос Маркуса, сочетаемым со скрежетом отъезжающего по паркету стула. Он нехотя переводит глаза в сторону, замечая разозленного друга, чьи кулаки упираются в стол, а на лице ходят жевалки.

Да расслабься, - хочет сказать он, но не успевает.
Маркус оказывается слишком близко, слишком быстро, толкает Зака(?) в плечо, выбивая с баланса. Остервенелым движением, он выхватывает яблоко из пальцев и разъяренно бросает в урну неподалеку от их стола. Преодолевает расстояние за пару шагов и хватает блондина за рубашку, подтаскивая к себе. Аарон вскакивает мгновенно, удивленно уставившись на смену ролей.

Его рука опускается на чужое плечо, в попытке разнять и отодвинуть.
Он явно не въезжает, но от Маркуса несет яростью с такой силой, что она поглощает все вокруг.

- Чувак, да успокойся ты! - на помощь приходит Гарри, лепечет что-то про отработки, про баллы, про отца, и это срабатывает, словно кнут - ауч. Тот отскакивает, как прокаженный.

- Не лезь к моим друзьям, Бёрч. - Бросает злобно, отходя обратно и садясь на свой стул, взгляд его тяжелый, уставленный в стену, а пальцы сжимают друг друга до побелевших костяшек и натянутой кожи.

Аарон так и стоит посередине, растеряно оглядывая Зака несколько секунд. Гарри, ловя его взгляд, отрицательно качает головой, кивая на диван, приглашая, прося. Кажется, что он упускает что-то важное, что-то понятное лишь тем двоим, и Аарон чертовски чувствует себя лишним. Шутка не приходит на ум, весь флер страсти, пыла и эмоций сходит на нет, оставляя неприкрыто отчужденным.

В кабинет заходит Миссис Бишоп, просит всех сесть по местам, ведь у них сегодня "очень много работы, включая субботник, леди и джентельмены".

[nick]Aaron Murphy[/nick][status]shady[/status][icon]https://i.imgur.com/PVpJyrh.png[/icon][sign]https://i.imgur.com/UCaCcuX.gif https://i.imgur.com/c8dKZD4.gif[/sign][lz1]ААРОН МËРФИ, 17 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> american fucker<br>[/lz1]

Отредактировано Chase Parker (2022-10-23 10:52:52)

+5

5

Напряжение между ними ощущается почти физическим явлением - невидимым, жарким воплощением юношеской сексуальной энергии, и если у одного из них импульс уже нашел выход, то у другого все кипит под кожей адреналином, разгоняемое пульсацией крови и ритмами сердца. От Закари веет, пышет природно-магнетическими разрядами, как сбитым дыханием, пока он испытующе смотрит в глаза напротив, и от ответа парня его обдает новой волной жара, он сдерживает желание сглотнуть и облизнуть губы, но это не заставляет его ни смутиться, ни улыбнуться, ни отреагировать хоть как-нибудь еще.

Вызов в чужом взгляде простреливает во всем теле, он точно понимает, о чем его емкий вопрос, и теперь марионеточные нити общественных моральных норм и дюжина чужих глаз удерживают его от варварского желания сесть на чужие бедра, запустить пальцы в темные волосы [сжать] и впиться губами в этот чертов американский рот [он бы и рад его заткнуть, но ему чертовски нравится то, что он говорит].

Бёрч улыбается. Недостаточно, чтобы проявились ямочки на его щеках, но в его лисьем взгляде пляшут озорные отблески понимания, секундного единения, яркого воспоминания, связывающего их теперь как двух сообщников в постыдном дельце.

Если в его голове и успел сформироваться ответ, то высказать его все равно было не суждено - тугое напряжение разрушается чужим вторжением, все наэлектризованное между ними ускользает, испаряется. Грубость со стороны Маркуса оказывается неестественной и слишком сильной, она возвращает его в реальность, где чужие перешептывания едва достигают его бронированного эго, только сам он оказывается без защиты и едва удерживается на ногах, по большей части - благодаря подоспевшему Кэмерону, вышедшему из такого же ступора, в каком были все невольные зрители.

Яблоко жалко - он остался голодным.

Маркус жарко дышит ему в лицо, и это уже дыхание не любовника, а врага, разъяренного, нападающего без предупреждения. В чужих глазах он видит слепую ярость, в словах - яд, а потому жалит в ответ:

Быстро ты нашел новых друзей. Узнаю методы твоего папочки, Фостер, учишься у лучших,

освободившись от нежелательной близости, он выдыхает, поправляет пятерней прядь волос, затем рубашку, делает несколько шагов назад.

Знает, что это было жестоко.
Все знают.

Поэтому возникает такая тишина, в которой не хватает стрекота сверчков. Взгляды осуждающие - все, кроме одного, не понимающего тонкостей их взаимоотношений. Но никто из них не знает, что произошло на самом деле.

Они не знают, что Маркуса задело то, как Бёрч его отверг. Закари догадывается: так нападают лишь раненые звери. Он пожалеет о том, что сказал, уже наверняка жалеет, и о разрушенной атмосфере, и обо всем остальном, что успел вынести за это короткое, но полное событий утро. Бросает взгляд на новичка мельком, только оценить, насколько изменится его отношение теперь. Хуже уже не будет, но лучше - могло бы быть, до этого момента.

Учительница не то чтобы спасает ситуацию, но снижает градус. Фостер не бросается на обидчика с новой силой в присутствии надзирательницы, Закари позволяет другу увести его в другую часть гостиной, в тень неподалеку от камина, за диванные спинки.

— Черт возьми, Зак, что это было? Ты вообще в своем уме?

Кэмерон пытается кричать шепотом, продолжает свою болтовню, пока Бишоп не делает ему замечание. Бёрч чувствует на себе колющий взгляд Маркуса и уже знает, что все это даром не пройдет, а разбитая губа - наименьшее из зол. Но ему не страшно. Досадно только. Он смотрит в сторону Аарона [кто-то упоминает его имя в коротком обмене фразочками].

Я просто подошел познакомиться, — отвечает он уже после, по инерции - шепотом, когда была дана отмашка идти за вещами и разбиться на команды. Все собрание прошло как в тумане, его удерживали на грани пульсирующая боль и капель от закончившегося дождя по карнизу.

— Мистер Бёрч, прошу вас задержаться на минутку, — в опустевшей гостиной голос мадам звучит повелительно, властно, а у него мурашки по затылку и желание вжать шею в плечи, как нашкодившему щенку, но он находит в себе силы стоять прямо, с гордо поднятым подбородком и кулаками, сжатыми в карманах брюк.

Кэм хлопает его по спине, говорит чтобы догонял, когда освободится, сочувственно смотрит и качает головой. Зак не понимает, почему тот продолжает с ним возиться, таким проблемным, отверженным.

— Что с вашей губой?

Врезался в дверь, — второй худший ответ после «поскользнулся, упал», но лучше он ничего бы не придумал, да и не хотел. Это кодовая фраза, означающая, что он не сдаст своих обидчиков и будет нести свою ношу до конца. Учительница сразу это поняла, сложила руки на груди, нахмурилась.

— Мистер Берч, вы у нас на хорошем счету. Постарайтесь, чтобы это не изменилось. Если у вас неприятности, можете мне сообщить.

Зак выдержал паузу, в которую успел изобразить порядочность и покорность, а в ответ только кивнул.

Я могу идти? Не терпится стать полезным для общества, — ужасная, подхалимская фразочка, по крайней мере он старался прозвучать так, чтобы не была слышна в его голосе метаирония, а когда его наконец отпустили, он сдержанно покинул кабинет неспешным шагом, чтобы за дверью тут же сорваться на бег.

//Палмер дождался его у открытых ворот, выдал перчатки, жилетку и какую-то палку с острым наконечником.

Этой штукой и убить можно, — с усмешкой шутит он, подбрасывая и взвешивая пику для сбора мусора в ладони.
— Нормальных уже не осталось, — фыркает Кэм в ответ и тянет его вперед, — угадай, с кем мы в группе.

Угадывать не пришлось, его он узнал по загорелым рукам и голливудской улыбке. Секунда сомнений - подойти или нет, и вот он уже переходит на бег трусцой, быстрым броском насаживает пустую мятую банку Доктора Пеппера, выцветшую от времени, поднимает взгляд на парня и говорит:

What's up, babe? — стараясь не выдать британский акцент или просто пародируя калифорнийский, он протягивает руку для пожатия. — Наше знакомство получилось немного странным,немного? Это еще мягко сказано,Я Зак. Закари Бёрч. Но ты можешь звать меня, — только без тупого прозвища для подката, пожалуйста, — Зак.

[nick]Zachary Burch[/nick][status]foxy[/status][icon]https://i.imgur.com/80EQ7J1.png[/icon][lz1]Закари Бёрч, 17 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> schoolboy<br>[/lz1]

+4

6

Two Feet - Love Is A Bitch

Касание к руке отзывается внутренней тревогой и дерганым движением в сторону, выводя из мыслей и замешательства. Аарон собирает пальцы в кулак, поджимает, отводит взгляд с едва различимой вдалеке светлой макушки в карие глаза напротив, слегка разворачивая голову к сидящему вполоборота другу, что совсем не смотрит на учительницу.

А смотрит на него.
Изучая.
Хмурясь.
Okay mom what did I do wrong?

Ну, кроме того, что кажется, был слишком вежлив с заклятым врагом? Хотя, его за две недели ни разу не уведомили об этом, не предостерегли, не просили обходить по дуге, не донесли кучу мерзких историй, даже имени в разговорах не называли.
Почему?

Аарон проматывает в голове по свежим воспоминаниям прямой и злой взгляд Зака, холодный и раздраженный, и такой горячий, полный сочащейся ненависти и обиды, Маркуса. В этом ребусе было слишком много запятых, было много напряжения, осуждения и недосказанности.
Это раздражало.
Сильнее бесило лишь ощущение быть лишним.
Непрошеным зрителем.
Cool story for his bro later on.

Аарон дергает уголок губ в улыбке, выгибая одну бровь, а Маркус лишь еле заметно нерадостно качает головой, поправляя галстук на шее [его привычный жест неодобрения, Мёрфи уже выучил]. Он, как всегда, при параде и с иголочки, будто и не суббота сегодня вовсе. Это иногда напрягало. Обычно такие педантисты, те еще маньяки, в плохом смысле.

Ему хочется сказать: mind your own business.
Ему хочется спросить: what the fuck is going on.
Он говорит глазами, но отвлекается [проигрывая эту напряженную войну в гляделки] на сообщение от Эммы, что удается посмотреть тайком, не получив замечания.

"?"
"что-то что стоит мне знать?"

"что-то что стоит мне знать?"

Набирает он быстро в ответ, пряча телефон, снова отдающий вибрацией по ноге. Аарон не смотрит, даже когда сигнал оповещения срабатывает снова. Эмма говорила о брате, Кэмерон был там. Это он попросил Зака вмешаться? И какое ему дело, с кем трахается его сестра? It's getting too complicated. И это лишь первые две недели.
Welcome to a private school.

Пару раз Аарон тяжело вздыхает, но уже от скуки. Его мысли скачут от окна к окну, как птица с ветки на ветку, лишь ловя обрывки фраз о том, какой замечательный и сложный год им предстоит, какие ценности в их школе, как они будут воспитывать баланс морали, восприятие мира, патриотизм и что-то еще.
Он мысленно зевает, но из вежливости сдерживается, раскрывая челюсти, но сжимая губы изо всех сил. Его клонит в сон, усталость бьет по телу, напоминая, что он проснулся рано. Сердце на долю секунды срывается с ритма, давя воспоминаниями о горячем сексе, взгляде Эммы, ее стонах и стройных ножках, раскинутых по кровати. О взгляде Зака, о чертовом яблоке, но Мёрфи обрывает все. Он не хочется в этом вариться, он не девчонка, чтобы задаваться кучей любопытных вопросов.

Он просто плывет по течению.
Которое сейчас уносит его в расплывчатые образы собственной кровати и теплого одеяла.
Еще чертовски хотелось кофе, но в этой глуши явно отсутствовал Starbucks.

- Эй, Аарон, на пару слов?
От вопроса в интонации нет ничего, лишь приказная просьба. Гарри неловко на них смотрит, говорит, что они с Дином займут им инструменты для уборки.
My man, better save me.

Они сворачивают к уборным, но останавливаются у огромного окна. Аарон смотрит на капли с той стороны, вспоминая Зака. Отлично, это наваждение теперь будет преследовать его везде? Гребанная ассоциациативная цепочка нейронов так понравилась мозгу, что теперь он при любом взгляде в окно, будет окутывать тело в легкую нервозность и возбуждение. Fucking thanks.

- Слушай, давай потом? - Маркус напрягается, поджимается весь, его плечи тянутся к ушам, словно пришло время обороняться, но Аарон кладет руку ему на плечо успокаивающий жестом. - Уверен, там история дольше, чем на три минуты, ладно? - Ему стоит усилий притвориться хорошим другом, на деле - у него нет настроения слушать чьи-то завывания и проблемы, кивать с понимающим видом, вбрасывая: конченный мудак. На деле, он просто не хочет слушать ничего такого про того, на кого словил сильнейший краш за свои 17-ть лет. - Не хочу влипать в неприятности с Миссис Бишоп. Она выглядит как МакГонагал на минималках, посылает мурашки. - Маркус успокаивается, немного расслабляется и по пути шутит, мол, не знал он, что у Аарона стоит на строгих училок. Он еще бы хотел спросить, на кого у того стоит в принципе[ответ бы его разочаровал], но не успевает, ведь их почти сразу распределяют по группах. Разным группам.

И если честно - это thanks God.

Он кивает Кэмерону, и это слегка неловко. Тянет руки к другим, представляясь, чтобы потом занять те пакетом и щипцами для сбора мусора. Они шутят несколько раз, говорят про америку, и их многострадальное "bottle of water", которое Мёрфи повторяет раз десять, четко проговаривая "r" и вопрошая: куда она у вас девается? Чтобы после разойтись по небольшим секторам. В глуши, разбиваемой иногда смехом и разговорами, а еще бегом по шелестящей траве.

Аарон смотрит в небо, хмурое и мрачное, такое он видел лишь пару раз в своем солнечном ЛА, где-то в феврале. Сейчас сентябрь, и одна капля дождя падает ему на щеку, разбиваясь вдребезги. Меланхолию убивает скрежет металла, и Мёрфи оборачивается, удивленно замечая компанию.

- Идиот, - Звучит тихо и как-то по-щенячьи.

Его губы дергаются, пытаясь сдержать улыбку, но не получается. Он наклоняет голову вниз и слегка вбок, позволяя себе смешок, раскрывающий губы в широкой улыбке, оголяющей зубы. Кончики волос трогают лицо, скрывая легкое смущение, потому что это самый тупой, но самый очаровательный подкат в его жизни.
Аарон в этом не признается.

- Странным? - Говорит, приподнимая брови, но протягивает руку и плотно обхватывает чужую горячую ладонь[а хотелось бы подбородок], не торопясь отпускать. Он смотрит в глаза, растягивая губы в улыбке. - Аарон Мёрфи. Теперь официально, да, - небольшая пауза, - Зак? - Звучит с вызовом, и вздернутым вверх подбородком, вот только рука выскальзывает из рукопожатия медленно, успевая огладить большим пальцем костяшки пальцев, будто тихо произнося мелкими разрядами:

Привет.

- Что расскажешь о себе, Зак? Кроме того, что не любишь сладкие яблоки и любишь косить траву, хм? - Выражение лица становится чрезмерно игривым, у бушующих гормонов, заводящих кровь в водоворот из удовольствия и предвкушения, пощады просить бесполезно. Он ощущает кожей, что они - на одной волне, поэтому подначивает сильнее:

- Давай еще угадаю о тебе факт? - Несколько шагов, зачерпывая ногами пожухлую листву до приятного ушам хруста. Как же ему хочется подойти сзади и тихо прошептать на ухо, но он пока держится далеко, но очень близко, иногда рассматривая землю в поисках мусора[слишком показательно, чтобы не заметить, какой у него на деле цепкий и грязный взгляд].

- Тебе нравятся коротко стриженные брюнетки. - Мёрфи ухмыляется от чужого удивления, ты ждал, что я скажу, что ты гей? Это было бы слишком просто. - Ревнуешь ко мне Эмму? - Он оглядывается по сторонам, лишь вдалеке замечая обрывки белых рубашек и чужих макушек, прячущихся за стволами деревьев. Он дожидается твердого "нет", и

Аарон не привык ждать.
Аарон привык просто брать.

Его шаг получается слишком широким, почти до касания чужих темных кроссовок, обдувая их обоих ветром от резкого движения. Он тянется вперед, вытягивая руку позади Зака, а сам довольно скалится, раскрывая губы и упираясь языком в уголок губ, чтобы после огладить несколько зубов.

- Ты пропустил, - говорит, поднимая щипцы с зажатой бутылкой из-под воды, рядом с их лицами, и когда Зак смотрит в сторону, Аарон смотрит на него. Точнее, его шею, спрятанную за воротом рубашки, думая о том, почему позади них, по классике жанра нет дерева. - Я думал, ты ответственный гражданин своей страны. - Цитирует он фразу, сказанную несколько раз Миссис Бишоп на их собрании.

Аарон привык брать.
Аарон привык дразнить.

Обходит по дуге, чтобы самому стать спиной к дереву и бросить почти пустой пакет возле ног, чтобы взглядом медленно снизу-верх, не смущаясь ни секунды. По подтянутой фигуре и подсвечивающимися очертаниям мышц под белой тканью. Он точно знает, какие они. Он видел.

- Сейчас бы закурить. Да, Зак?

[nick]Aaron Murphy[/nick][status]shady[/status][icon]https://i.imgur.com/PVpJyrh.png[/icon][sign]https://i.imgur.com/UCaCcuX.gif https://i.imgur.com/c8dKZD4.gif[/sign][lz1]ААРОН МËРФИ, 17 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> american fucker<br>[/lz1]

Отредактировано Chase Parker (2022-10-23 10:55:00)

+4

7

В памяти - каждый мимолетный взгляд:
первый раз на занятии через плечо новенький?, мельком в коридоре высокий, чуть пристальнее - в столовой красивая улыбка, напряженно через окно теперь он знает, и все сегодняшние ярче предыдущих - в одну коллекцию собирательного образа человека, который его зацепил незаметно, но крепко, и чьего имени он не знал до этого момента.

Тоже ветхозаветное, знакомое по воскресной школе с тринадцати, вызывающее желание встать на колени, но не для молитвы.

Его хочется повторить вслух.
Его хочется просклонять [простонать].

Идиот - звучит нежно. Мило.

Зак на секунду опускает взгляд, усмехается себе под нос и качает головой, раскаиваясь в плохо подобранном слове, извиняясь в таком первом впечатлении, но когда вновь смотрит в чужие глаза, находит в них негласное подтверждение: тебе же понравилось. Долгое рукопожатие - физическое подтверждение - не кажется неловким, вызывает мурашки. Он успевает заметить, что у Аарона красивые руки, а прикосновение кажется не менее интимным, чем эпизод с яблоком.

А еще люблю смотреть, забыл?

Молчит, растеряв часть собственной смелости, обретенной этим утром в опасной дозировке.
Думает: он со мной флиртует?
Хочет спросить: ты со мной флиртуешь?
Молчит,
до следующего вопроса,
когда молчать уже не в силах:

Брюнеты, — поправляет он, выдержав паузу, разгоняющую смыслы до новых высот, и пусть во множественном числе - неправильно, но загадочно, он знает, что никаким откровением его ориентация не будет, и не пытается удивить, — не угадал, не Эмму. Тебя.

Он не может ошибаться и считывать язык тела, все жесты и взгляды в неправильном ключе, они хорошо ему знакомы, именно такие, он привык к тому, что это не всегда приятно, но сейчас - будоражит, разгоняет сердцебиение, учащает дыхание. Смотрит на вытянутую прядь в пальцах парня слишком серьезно - теперь все точно однозначно, или это какая-то шутка?

Втягивает носом воздух с запахом озона, леса, прелой листвы, желая дотянуться до теплого запаха Мёрфи, но не в силах сделать шаг. Хорошо, что силы находятся у Аарона, он оказывается так близко, что Зака окутывает тем самым теплом чужого тела так, что хочется уткнуться в него носом.

Отвлекается на демонстрацию улова, улыбается,

— а я не думал, что на страже порядка в моей стране будет... — в голове с десяток прилагательных, жгучих, провокационных, наглых, но он выбирает нейтральное, потому что слова уже не важны. — Американец.

Закари, не подкатывай к своим одноклассникам, ты же знаешь, чем это может закончиться.
Не подкатывай к своим одноклассникам.
Не подкатывай к...

Ах, черт.

Атрибуты его войны с мусором падают на землю как оружие поверженного предводителя. Бёрч не проигрывает. Он знает цену победы и сдается, но сохраняет выдержку и терпеливо ждет, пока чужой взгляд остановится на его лице. Сует ладони в карманы и подходит несколькими короткими, нарочито неспешными шагами так близко, что мысок его кроссовка оказывается между чужими ступнями.

Я не курю, но... — сначала он смотрит на шею, потом медленно поднимает свои золотистые ресницы к подбородку, после - к глазам. Все, что крутится на его языке звучит пошло до одури, но слетает с него другое. — Мне понравилось то, что я увидел сегодня. — Шепотом в уголок чужих губ, чтобы прильнуть к ним своими полностью, теряя все самообладание.

Я могу лучше, чем она.

Если утром ему казалось, что Маркус целуется как изголодавшийся зверь, теперь он понимает, что все это время голодным был он сам. Фантомный привкус одного на двоих грешного яблока [Ева бы одобрила], идеального кисло-сладкого, тянет его сильнее в поцелуй, языком в открывшийся рот, пальцами снизу вверх по шее в волосы на затылке.

Аарон не останавливает. Зак тоже не останавливается и ему плевать, что кто-то может заметить, он ласкает чужой рот бесстыдно, напористо, насколько ему это позволяют, с щенячьей жадностью, довольно тихонько промычав, привставая на мысочки, чтобы оказаться еще ближе. Свободной ладонью он нетерпеливо тянет чужую рубашку вверх, выдергивая из брюк - он уже видел все, что под ней, и теперь ему жизненно необходимо потрогать, чтобы убедиться в реальности происходящего. Сует руку под ткань и ведет вдоль крепкого живота вбок, прижимается сильнее и переходит на поясницу, почти задыхаясь в быстром ненасытном поцелуе, разбередившем его разбитую губу до сладкой пульсирующей боли, он выдыхает в чужие губы на срывающийся стон, поддевает верхнюю языком и хватает их снова, ему все еще мало.

Углубленный французский - теперь не только их совместный факультатив.

Он ведь хотел познакомиться.
Познакомился поближе - губами, языком, ладонью под рубашкой.
Пусть сейчас без наблюдателей, но шелест листьев напоминает о том, что они не одни, иначе Бёрч не ограничился бы одними поцелуями, он бы уже стоял на коленях и расстегивал чужую ширинку, но... Ему становится чертовски важно, что Аарон о нем подумает.

[nick]Zachary Burch[/nick][status]foxy[/status][icon]https://i.imgur.com/80EQ7J1.png[/icon][lz1]ЗАКАРИ БЁРЧ, 17 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> schoolboy<br><b>nice dick:</b> <a href="https://sacramentolife.ru/profile.php?id=8548">american boy</a>[/lz1]

+5

8

Ему нравится наблюдать за ним. Ауч.

Нравится изучать его. В этом сквозит нотками собственничества.

Поведение, шаги, походка. Запах и то, как ведет плечами. Как сглатывает и тушуется, прячась под маской уверенности, не разбирая насколько серьезны шутки Аарона[настолько]. Шальной, но упрямый взгляд чуть снизу-вверх.
Переливающийся на солнце цвет глаз и тембр голоса, местами неуверенный, но все еще с дерзким вызовом. Я не соревнуюсь с тобой. - хочет прошептать, чтобы расслабить. Словами, руками, губами.

Аарон его давно пригласил, он уже поставил свой шах и мат на личное поражение, теперь оставалось только ждать, опираясь затылком о прохладный и влажный ствол дерева, на рубашке точно останутся следы, но так наплевать. Особенно, когда Зак двигается к нему навстречу расточительно медленно, вычерчивая под кожей желание положить пальцы на чужие запястья и резко притянуть к себе: Аарон трогает пальцами кору, сгоняя наваждение. Работает плохо.

- Да? - Звучит тихо, только для них двоих, пока Мёрфи следит за чужим взглядом, и давит в себе желание блядушно вытянуть шею, чтобы показать себя. - А зря, тебе бы пошло. - Голова уходит немного вбок, он замирает, будто прикидывая, как будет строится дым из чужих губ. Красиво.

Он хочет шепотом на шепот спросить, что именно ему понравилось. И даже прогибается в пояснице, чтобы проговорить четко в губы напротив, дразня в ответ, но не успевает.

Так бывает, что все ломается или строится по щелчку пальцев, по нажатию курка и выстрелу в воздух[сердце].
Так бывает, когда чего-то хочешь, потом получаешь - застываешь в растерянности.
Так бывает, когда Аарон не делает первый шаг, его это медленно плавит, чтобы потом сжечь за секунду.

Плотное касание к губам. Неожиданное. Необходимое. Ж е л а н н о е.
Вздох.
Воздух шумно через нос с замиранием, чтобы задержаться на пике от остроты ощущений, чтобы раскрыть собственный рот шире, тут же ощущая теплый язык, толкающийся внутрь - жадно. Не дышать. Потеряться от звенящих в ушах эмоций. Столкнуться зубами, и вспомнить - у него есть руки, которым самое место на бедрах, прижимать к себе за шлевки сильнее, вжимаясь самому, тонуть в поглощающем возбуждении, забывая, что не окружены четырьмя стенами.

Аарон на секунду отрывается, чтобы с шумным выдохом облизать горящие губы и опустить глаза вниз, на руку, ласкающую требовательно и ненасытно уже под рубашкой. Ему хочется также. Он забывается в ядовитом удовольствии и пальцами сжимает чуть раскрытую челюсть, смотря глазами на небольшую сочащуюся ранку. Они оба замирают, словно знают:
эта секунда только для них двоих.

Аарон садистки медленно ведет по разбитой губе языком, заходя за контур; лижет пошло и властно, подчиняя, до первого  еле уловимого стона, чтобы языком скользнуть внутрь, перехватывая инициативу и контроль. Задавая темп с быстрого на тягуче-медленный, слишком медленный для тока крови по их венам. Чтобы зубами ухватиться, прикусывая с силой, до хриплого стона, что отдается вибрацией.
Ему нравится улавливать чужое "ммм", когда второй рукой в волосы зарывается, чтобы потом вдоль спины на талию плотным хватом.
Ему нравится делиться своим "ммм", когда Зак так плотно прижимается, пальцами сжимая под ребрами.

Где-то с права слышится шелест, а затем хрустящий звук поломанных листьев. Аарон слишком лениво уводит голову в сторону, медленно моргая, губы все еще горят, а дыхание спутанное. Перед глазами стоит возбужденная пелена, ресницы опущены вниз, он под кайфом. Вот только Зак рядом дергается.

- Эй, - зовет тихим шепотом, разворачивая лицом к себе и обхватывая замученную ласками нижнюю губу своими, оттягивая и отпуская.- Это просто кролик, ты чего так дергаешься? Не любишь пушистых зверьков? - Усмешка расползается по лицу, и эта минута уходит на то, чтобы привести дыхание в норму. Аарону нужен еще один поцелуй, за которым он тянется, оставляя на губах легкое касание. Слишком невинное после того, что они тут устроили.

- Но ты прав, если Миссис Бишоп увидит, чем мы занимаемся вместо сбора мусора ... боюсь простой отработкой нам не отделаться, а тебя она вообще лишит гражданства, как неприличного гражданина. - Под тихий смешок ладони скользят по плечам выше, поправляя и разглаживая рубашку, приводя в божеский вид. - Она выглядит женщиной...с изюминкой. - Мёрфи пытается отвлечься глупыми разговорами от собственного стояка, но не может от чужого, который все-таки сжимает через легкую ткань штанов.
- Но она нас не может увидеть, где-нибудь у тебя, да? - Вопрос-предложение. Он поджимает нижнюю губу, прикусывая, и не сводит внимательного взгляда, блуждающего по лицу напротив.

Слишком быстро?
Для Аарона слишком медленно.

Слишком близко?
Для Аарона слишком далеко.

Он делает шаг вперед, задевая плечом скользящим движением, и разворачивается, чтобы громко втянуть запах носом, где-то на затылке, под светлыми волосами. Ему хочется оставить очередной поцелуй, но в таком случае, натянувшаяся ширинка на его штанах никуда не денется, поэтому Аарон подбирает свои щипцы и чужую палку, протягивая.

- И часто тут такие уборки? - Он не против, особенно, если они с Заком будут в одной команде, каждый раз. Он не против проявить инициативу и убрать какой-нибудь сектор только с ним в раннее, слегка морозное воскресное утро. - И откуда тут только мусора? Разве мы не живем в глуши, а все воспитанники не ощущают ценность природы и сотворения мира?? - Говорит он громче опять услышанные фразы, выпячивая грудь вперед и подбирая какую-то бумажку. Смеется.

- Давай угадаю о тебе какие-нибудь факты. - Они идут почти рука об руку, иногда случайно касаясь, и это бьет разрядом. - Только теперь серьезно. - Да, Зак, про Эмму просто была шутка. - Будет пять попыток, и за каждый правильный ответ - будешь должен, а потом поменяемся. - Он не дожидается согласия[потому что не нуждается в нем] и останавливается.
- Твой любимый предмет... - Складывает руки на груди, окидывая внимательным взглядом. - Литература? - Указательный палец упирается в висок, придерживая склоненную голову. - Твой любимый цвет - темно-синий? А еще ты ни черта не умеешь готовить. - Просто стоя друг напротив друга, Аарон снова ощущает подкрадывающееся напряжение, блаженством расползающееся по коже. Это то, что называют химией, не иначе. - Ты бы хотел полететь в Австралию? Ну и последнее, я же должен получить хотя бы один балл, да? Ты бы хотел мне отсосать, хах. - Не удерживается он, потому что разве можно, когда голубые глаза смотрят так пристально и испытывающе?

Нельзя.

[nick]Aaron Murphy[/nick][status]shady[/status][icon]https://i.imgur.com/PVpJyrh.png[/icon][sign]https://i.imgur.com/UCaCcuX.gif https://i.imgur.com/c8dKZD4.gif[/sign][lz1]ААРОН МËРФИ, 17 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> american fucker<br><b>total obsession:</b> <a href="https://sacramentolife.ru/profile.php?id=8709">with you</a>[/lz1]

Отредактировано Chase Parker (2022-10-23 10:54:24)

+5

9

flawless // the neighbourhood

Ему нравится ловить на себе такой взгляд. Ммм...

Когда он становится темнее, плотнее, наполняется необузданным, нескрываемым желанием, ему нравится еще больше.

Нравится ощущать жар чужого дыхания на своих губах и когда руки Аарона тянут к себе, становится тесно в открытом пространстве, в грудной клетке, в чертовой одежде. Он так близко, что чувствует все линии его тела, все острые контуры и выступающие части [внизу особенно], мимолетно злится на то, что не может избавиться от лишних преград, но довольствуется ощущением его горячей пластичной кожи под подушечками пальцев, не замечая, какими алчными становятся прикосновения уже обеих ладоней, словно он им больше не хозяин

[и себе тоже]

Не мог представить себе, что можно так целоваться - ни разу и ни с кем до этого момента.
Не мог представить себе, что можно так хотеть кого-то - сильнее, чем он может обуздать.

Его не пугают эти чувства и собственная отзывчивость: он предельно честен с собой и не робеет перед своими желаниями, зародившимися еще в тот момент, когда он впервые увидел Аарона, оформившимися и окрепшими при виде удовольствия на его лице через оконное стекло.

Он облизывается и тянется обратно к губам, не открывая глаз - успевает соскучиться за 0,00001 секунду - но чужие пальцы, не грубые, мешают, сжимая подбородок, он поднимает туманный, совершенно хмельной взгляд, шумно дыша приоткрытым ртом, в ожидании медленно ведет по своей верхней губе, а когда ловит такой же взгляд, становится серьезным, еще не зная, что произойдет, но чувствуя, насколько это важно.

А потом он стонет.
Цепляется за шею Аарона, за рубашку [прости что помял].
Бархатом языка сметает все рациональное, что могло еще в нем остаться после поцелуя, Зак ловит его губами, лижет робко, пробует, млеет и едва держится на ногах. Ммм аах. Увлекается новыми ласками, глубокими, медленными, вязкими, как патока, с наслаждением поддается парню, расслабляясь в его руках за секунду до...

Стонет еще раз, почти скулит от возбуждения, хлынувшего с новой силой на стыке блаженства и боли. В пограничной зоне между двумя противостоящими чувствами он узнает, каким ярким может быть удовольствие на контрастах и от удивления открывает глаза, смотрит на Мёрфи как на мессию, жмется к нему еще крепче и улыбается, демонстрируя ямочки на щеках, опускает взгляд, облизывает губы и касается их пальцами [на кончиках смазывается капля лениво выступившей крови].

Шорохи достигают ушей Зака, в которых еще резонируют жаркое дыхание и стоны, он неохотно возвращается из ласковой истомы в реальность, дёргается, отстраняется, как испуганный зверёк, но ещё держится за рубашку Аарона [безнадежно помял].

Его удивляет спокойствие одноклассника и на задворках его недоверчивой натуры зарождается тень подозрений, не имеющей под собой пока что ровным счетом ничего. И от того, как его утешают поцелуем - совершенно любовным, потрясающе нежным, - низким шелковым шепотом, - что-то про кролика, - от его мягкой усмешки и такого же опьяненного взгляда [ведь пили из одного источника, не отрываясь друг от друга], Бёрч притихает, невесомо касается губ Аарона и утыкается лбом в его плечо.

Нас могут увидеть, — желание стучится в дверь и напоминает ему: плевать, — это не очень хорошо, — произносит вполголоса, хрипловато [сам себя пытается убедить], заправляет рубашку парня аккуратно, заботливо, напоследок с выдохом сожаления проводит ладонями по его телу снизу вверх, синхронно кончиком носа по его шее, собирая его запах в ячейку памяти, кладет свою руку поверх той, что касается его ширинки, борется с искушением нажать сильнее, открывает рот и ведет по шее еще влажными, пульсирующими жаром губами, целует кадык и выше, почти под ухом. — Интересные у тебя вкусы, конечно, — тихо смеется, мягко отстраняет от себя чужую ладонь, но себя отстранить от Аарона никак не может, поднимает голову и внимательно, пытливо смотрит на него. — Да. После ужина. Двадцать четвертая комната.

Опускает взгляд на соблазнительный рот, не скрывая своего намерения и последующей борьбы с самим собой - нужно остановиться. Прикрывает глаза и вдыхает полной грудью, чтобы хоть как-то остыть, но когда Мёрфи оказывается у него за спиной, инстинкты снова готовы взорваться, он чувствует щекотку дыхания, сжимает кисть в кулак и впивается короткими ногтями в кожу, чтобы усмирить бушующее либидо.

but i just can't wait for love to destroy us

Он благодарен Аарону за все: за смелость, нежность, грубость, страсть. За каждое прикосновение и за умение перевести тему в безопасное русло. За улыбку, какую он давно никому не показывал.

Забирая дурацкую палку, не смотрит ему в глаза - не от смущения или сожаления, а от страха показать себя таким искренним.

Пару раз в сезон, — безразлично ведет плечом, ему сложно сосредоточиться и вернуться к прежним процессам. Он начинает чувствовать ветер, остужающий разгоряченное тело, становится немного зябко, пусто. — Воспитанники забывают о ценности природы, когда пьяны, — слушая милый сердцу тембр, постепенно приходит в себя, фыркает, и в подтверждение своих слов находит под кустом стеклянную бутылку из-под бурбона, поднимает ее на свет и трясет, проверяя, не осталось ли чего [как бы сейчас не помешало].

Плечом задевает плечо, мизинцем касается мизинца, но дистанцию создавать не собирается, как бы опасно ни было. Останавливается одновременно со своим спутником, облокачивается на тонкий ствол хлипкого деревца, зеркалит позу - складывает руки на груди и внимательно слушает, не позволяя эмоциям на его лице выдать правильные ответы.

Три из пяти, мистер Мёрфи, — притворно аплодирует, приближается к нему, — тест пройден, — правильные ответы он, конечно же, не скажет, чтобы другие не списывали.

Закари Бёрч в прежней своей комплектации, не растерявший предохранители и самоконтроль, улыбается, удерживая интригу, стряхивает с рубашки собеседника невидимую пыльцу, или все же остаток грязи от влажной коры.

Насчет последнего... Кто из нас хочет этого больше? — вскидывает бровь и проявляет свою наглую лисью полуулыбку.

Моя очередь, — утыкает пику вертикально в землю, кладет на нее запястья, — тебе не нравится Англия, в основном из-за погоды. Ты хорош в математике, так что это твой любимый предмет. А еще, — выдергивая орудие из земли, он пригвождает к земле прозрачную пленку, которую чуть не подхватил и не унес ветер, снова оттягивая момент откровения, — ты ни разу не спал с парнями.

— Вот ты где! Брр, как ты убежал так далеко?
Кэмерон остановился, наклонился и уперся руками в колени, чтобы отдышаться.
— Ты что, упал? Чего такой взъерошенный?

Да, — да в ответ на всё. Бёрч закатывает глаза, подхватывает мешок как алиби, как оправдание, а сам кидает взгляд украдкой на Аарона как на истинного виновника его безумного внешнего вида. Поправляет волосы, трясет башкой, как будто это сильно поможет.

Я как раз рассказывал Аарону, — делает многозначительную паузу, довольный тем, что разузнал имя новичка, — где у нас курилка, — не менее многозначительно поворачивается и подмигивает Мёрфи, чтобы подыграл в импровизированном спектакле, — ты, кажется, хотел закурить?

[nick]Zachary Burch[/nick][status]foxy[/status][icon]https://i.imgur.com/80EQ7J1.png[/icon][lz1]ЗАКАРИ БЁРЧ, 17 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> schoolboy<br><b>nice dick:</b> <a href="https://sacramentolife.ru/profile.php?id=8548">american boy</a>[/lz1]

+5

10

Зак говорит о ценностях и пьянстве, Аарон смотрит рассеяно.

Keep your eyes on me.

В голове все еще его стоны, вперемешку с тяжелым дыханием, теплые касания, подаренные ласковыми руками. Разве можно быть таким голодным, жадным и осторожным одновременно? Да, ах. Можно смотреть умоляюще-нетерпеливо. Можно цепляться губами так отчаянно-непристойно. Можно руками сжимать судорожно-ненасытно. Это закручивает и подчиняет, оставляя в голове лишь одно: "Двадцать четвертая комната".

Аарон придет.
Аарон уже мысленно там. Прижимает Зака к стене, теряясь в правильности действий, но совсем о них не беспокоясь.

- И что? Даже не расскажешь какие именно три? - Смотрит с усмешкой, отмечая, что мистер Мёрфи - звучит до безумия горячо, чертовски горячо, fuck. Они снова друг напротив друга. Снова не могут удержать руки при себе.

Аарон вскидывает брови в удивлении, замирая от провокационного вопроса и столь откровенного флирта[как будто не только он и был последние минут двадцать(что ощущались замершей вечностью)]. Губы растягиваются в улыбке, в глазах плещутся дьявольские огоньки.

Okay, Zack. Не останавливайся, Зак.

Пальцы ловко перехватывают чужую руку с плеча, останавливая на уровне подбородка. Долгий и пытливый взгляд,

Думаешь, сделал что-то не так? Думай.

а после голову в сторону повернуть и губами к запястью прикоснуться, глаза прикрывая. Медленным движением раскрыть губы, выпуская язык мягким касанием, чтобы после широким и мокрым следом повести вдоль большого пальца, останавливаясь на подушечке и упираясь в нее. Аарон медленно перекатывает голову, чуть разворачивая кисть и смотрит по-блядски томно из-под опущеных ресниц, слегка скрытых нависшей челкой, чтобы языком палец в рот затянуть и обхватить губами в плотное кольцо, накрывая теплом. Пропихивает язык так далеко как может, и тянет голову назад, обсасывая и слюнявя, как последняя шлюха.

All for you but I'm in control.

Поведение все еще рассеяно возбуждением и желанием, от них так просто не отделаться.

Do you like it? Is it an answer?
Нехотя отпускает чужое запястье, прикусив напоследок влажную кожу.

- Давай оставим это интригой. - Облизывает губы, медленно, показательно, just for him, ухмыляясь, потому что лицо Зака стоило любого представления и количества собранных микробов. Аарону так похуй. Он готов повторить это снова, и снова,
И снова.
Но чёрт, им надо успокоиться, ведь оптимально - у них не так много времени осталось на тет-а-тет, пока кто-то не кинется искать два пропащих тела в промозглом лесу.

Он слушает внимательно, оставаясь на расстоянии пары шагов. Тянет губы в улыбке, кивая пару раз, и удивляясь напоследок, закрепив брови и губы в изогнутом положении. - Зак Бёртч, не перестаешь меня удивлять, кто ты, чёрт возьми такой? Ответить не успевает, смахивая пьяное наваждением быстрым неровным движением к волосам, зачесывая те назад, и неловко кивая Кэмерону.

- Да, Зак, конечно, ужасно неуклюжий, - говорит, когда ловит на себе хитрый взгляд, - падает на разные поверхности, хах. - Например, его губы. - Хорошо, что я рядом, чтобы поддержать. - Подмигивает им обоим, и Кэмерон зависает в легком замешательстве и непонимании, но после быстро переключается, радостно рассказывая о правилах курилки. Оказывается, Миссис Бишоп даже разрешает им там ошиваться, если сильно не палиться [a.k.a использовать жвачки, санитайзеры и воняющий за километр парфюм].

- Ты назвал лишь три из пяти, так что баллы потом. - Шепчет на ухо с шумной усмешкой, проходя мимо, и оборачивается лишь когда обгоняет Кэмерона, который мгновенно ровняется с другом, задавая какие-то вопросы. Он смотрит быстро, но оценивающе, снизу-вверх, замечая как свет играет на красивых руках.
Аарон усмехается и не слушает чужой треп, разворачиваясь лицом вперед.
У Зака тоже отличный вид сзади.
Он вытирает чуть влажные ладони о штаны и поднимает с земли очередную бутылку колы.
Отличный вид.

Сигарет у него конечно же нет.
Ему на выбор радостно протягивают сразу три пачки, и Аарон старается взять не глядя, он ведь не душнила.
Оглядывается по сторонам, отмечая, что в закутке нет крыши и одна из четырех стен обвалилась и начала порастать мхом. В лучших традициях постимпрессионизма. So dramatic.

- Аарон, - обращается к нему, кажется, Ричард[у него всегда плохо с именами], протягивая зажигалку на вытянутой ладони. - Откуда ты к нам приехал? - Мёрфи пожимает плечами, чиркая пламенем и наклоняясь к сложенным в домик рукам, чтобы крепко затянуться и выпустить дым из уголка рта, но перед этим успеть мазнуть глазами по Заку.

Keep your eyes on me.

- А ты не угадаешь, mate? - Зажигалка, перекрученная в стиле карманного ножа на 180 градусов, оказывается возвращена владельцу на ровне с глубокой затяжкой. - Мне кажется, это даже слишком просто. - Дым приятно сидит в груди. Аарон хмыкает, перехватывая сигарету указательным и большим пальцем на манер косяка, и отправляет дым в сторону тонкой струей. На губах приятно горчит, и он бы разделил это ощущение.

- Говорят, ты из Калифорнии. Сан-Франциско?

- А что еще говорят? - Опустив подбородок вниз, выдает очередную порцию скомканного смеха. Ему даже интересно, насколько у Ричарда хватит яиц спросить хоть что-то из того, что летало по их школе: У тебя отец бандит? Вы бежали из страны? Вы родственники директора? Ты почти загремел в тюрьму? Ты трахаешь Эмму?

- Значит, Лос-Анджелес?

- Значит. - Эти аристократические повадки замыливания неприятных тем - охуенно раздражали, но сигарета успокаивает, обволакивая легкие дымом, как Аарон обволакивает Зака взглядом, при каждом удобном случае. Ауч.

- Класс, всегда мечтал побывать - В этот раз дым веревкой устремляется в небо, и Мёрфи раздражается, от глупых вопросов, от количества людей вокруг, и от того, что он стоит в лесу, в каком-то удаленном пансионате в жопе Англии.

- А я тут нет, представляешь, какое совпадение? - губы поджимаются в тонкую линию, чтобы изобразить фейковую улыбку. Кажется, Ричард воспринимает его слова за шутку, потому что он смеется и хлопает Аарон по плечу: а ты забавный парень.. Класс, теперь они приятели.
- ЭлЭй - деревня, если общаешься в особых кругах, там много пробок, мусора и бомжей. Уверен, что хотел бы побывать?

Аарон знает, что уверен.
All bitches want to see LA.
Ему плевать.
Но почему-то интересно, хотел ли там побывать Зак.

[nick]Aaron Murphy[/nick][status]shady[/status][icon]https://i.imgur.com/PVpJyrh.png[/icon][sign]https://i.imgur.com/UCaCcuX.gif https://i.imgur.com/c8dKZD4.gif[/sign][lz1]ААРОН МËРФИ, 17 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> american fucker<br><b>total obsession:</b> <a href="https://sacramentolife.ru/profile.php?id=8709">with you</a>[/lz1]

Отредактировано Chase Parker (2022-10-23 10:52:28)

+5

11

Там, в своем ожившем, разгоревшемся сердце, Зак еще чувствует тепло объятий и жар поцелуев [и если бы пламя было наказанием за его грехопадение, он бы попросил добавить угли]. Он все еще плавится под его взглядом, в его руках, от каждого касания его губ, не отпуская ни один из запечатленных в подсознании образов, к которым непременно обратится в уединении, но не сегодня.

Все слова, реплики, вопросы, кажутся лишними, риторическими, у них лучше получается говорить на совсем другом языке, но Закари поднимает снисходительный взгляд, подтверждая, что не ответит, еще не зная, что через мгновение его собьет с ног новое ощущение, и он пропадет в глазах напротив, гадая, что же произойдет дальше...

Волнение мимолетное не пытается скрыть - не так уж часто он позволяет себе соответствовать чужим ожиданиям. Юркнув языком по верхней губе, он смотрит на свою руку, на Аарона, и судорожно вдыхает. Прикосновение к запястью обжигает и вынуждает его свести брови, напряженно закусить нижнюю...

Зак не простит его за то, что он успел отыскать его уязвимость.

Наивно надеется, что Аарон не поднимет взгляда и не украдет его тайну, но все его ожидания рассыпаются вдребезги, все тайны перестают быть важными, а рацио выходит проветриться, не прощаясь. Мурашки и затаенное дыхание, он замирает, как загнанный зверь, только наблюдая. Палец в обволакивающем тепле чужого рта - даже не нужны примитивные аллюзии, - это запрещенный прием. Его блядский взгляд - это запрещенный прием.

// And now he's all that you can see.

Все между ними останется чертовой интригой.
Вопросы повиснут в воздухе и останутся без ответов.

Рядом с Кэмероном ему становится на секунду тревожно.

Он заметит.
Он поймет.

У Зака все на лице написано,

но прикосновения не оставляют следов.

Палмер не отличается эмпатией и наблюдательностью. Бёрч успевает взять себя в руки.

Хорошо, что ты рядом. Ведь мы падаем вместе.

Справедливо, — бросает вслед, взбивает мыском кроссовка ворох листвы, улыбку прячет. Эта игра ему по нраву.

Мешок с мусором сбрасывает у стены, устало припадает к ней лопатками, задирает голову: заботиться о природе так утомительно, вы бы знали, парни... Нет, вам лучше не знать.

Зак отрицательно вертит головой, отказываясь от сигареты, игнорирует недоуменный взгляд Дика - не собирается ничего пояснять и выдумывать оправдания. Сует ладони в карманы брюк, смотрит на разворачивающуюся перед ним мизансцену со стороны, сверху вниз, из-под полуприкрытых век [удобно скрывать направленность взгляда].

Смотрит, как Аарон берет губами фильтр, как уютно в его ладонях сидит зажигалка, как красиво отражается пламя в его глазах и дуреет от мыслей о том, как ложится табачный флёр на его телесный запах, становятся ли терпкими его губы. Ответным взглядом его простреливает, как разрядом, он остается неподвижным, пока не усмирится кроличье сердце, подменившее собой разумное человечье, а пока он отмечает, что красиво курить - не каждому дано, в то время как Мёрфи дано природой все самое лучшее, в том числе и личную фиксацию Зака на его руках, губах и сигарете.

Слушает диалог без особого интереса, бесстыдно рассматривает парня из своего укрытия в тени плюща - он готов поймать каждый взгляд Аарона. Вопросы-пустышки его разочаровывают, наскучивают, он неспешно выходит вперед, подвинув плечом неудачного интервьюера.

Говорит: Лос-Анджелес слишком напыщенный, переоценный и неприлично бутафорский, как декорация к малобюджетному кино. Город, спекулирующий на образе американской мечты, взращенной телевидением в головах людей, как раковая опухоль.

Он не будет милым.
И не будет робким.
Не будет молчать.

Зак занимает место перед Аароном, несколько секунд играет с ним в гляделки, неспешно вытаскивает руку из кармана и тянет к его губам, чтобы перехватить сигарету и поднести к своим. Это не ребячество даже, он курил раньше и с удовольствием украдет у Мёрфи одну затяжку и еще один - косвенный - поцелуй. Как с яблоком. Как в их негласных играх без прописанных правил.

Это не вызов и не провокация: попытка обрасти магическим невидимым защитным полем, создать иллюзию дистанции, которую сам же испытывает на прочность. Попытка взять удар на себя: пусть другие думают, что Зак помешался, выбрал себе новую пассию, пусть шутят и смеются, его репутацию вряд ли можно опустить еще ниже.

Бёрч затягивается медленно, но не глубоко - не делает ставку на зрелищность, выбирая вариант без риска закашляться с непривычки. Щекотку обволакивающего дыма игнорирует, выдыхает сдержанно, тянет, словно у них есть все время этого мира и нет свидетелей. Ему начинает нравиться испытывать людские умы на прочность и иметь зрителей, способных засвидетельствовать неоднозначность их взаимодействий.

Озвучить еще один факт, застывший на кончике языка вместе с табачной горечью, смелости не хватает, он проходит сквозь пальцы, контактом с чужими, пока он передает сигарету, сквозь пересечение взглядов и пространство между ними, слишком далекое, слишком близкое. Ты трахнешь меня сегодня.

Ричард разбивает тишину шуткой:

— Парни, может снимете номер?

Даже не догадывается, как он близок к правде. Зак считает его достаточно безобидным, не участвующим в разборках и распространении сплетен, туповатым, чтобы уловить что-то дальше своего носа, не готовый тратить свою энергию на что-то кроме возможности сунуть ладошку под юбку хорошенькой девчонки. Бёрч усмехается его «шутке», хлопает того по плечу и кивает Палмеру:

Пойдем, тут становится тесно, — не удерживается от взгляда на Мёрфи снизу вверх, вспоминая, где еще не так давно было тесно. — Кто-то же должен заботиться о природе.

Он не успевает сделать шаг. Шорохи листвы выдают приближение сразу нескольких людей, и первым ему преграждает путь Дин. Бёрч напрягается, отступает на полшага назад, но плечи держит ровно. Он готов к удару, к очередным оскорблениям, и ему было бы все равно, если бы не Мёрфи. Только не он.

Взгляд Зака холодеет. Следом за Дином появляется Маркус. Он кажется еще более жалким после всех его отчаянных манипуляций, и после того, что Бёрч испытал с Аароном, Фостер становится блеклым и незначительным, и все, что было между ними - тоже. И ему совсем не жаль.

[nick]Zachary Burch[/nick][status]foxy[/status][icon]https://i.imgur.com/80EQ7J1.png[/icon][lz1]ЗАКАРИ БЁРЧ, 17 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> schoolboy<br><b>nice dick:</b> <a href="https://sacramentolife.ru/profile.php?id=8548">american boy</a>[/lz1]

+4

12

- Так вот каким ты меня видишь.

Аарону нравится их небольшая, но осязаемая разница в росте.
Нравится смотреть снизу-вниз, снисходительно[флиртуя], игриво растягивая губы в улыбке.
Нравится получать ответный взгляд, что горит таким же вызовом.
Ни капли вины, но все грехи мира.
He is falling for it.

Мёрфи поджимает губы, чтобы не выдать усмешку, откровенно-пошлую. Только взгляд его прямой и потяжелевший, без права на отвернуться, как мотылек на огонь, без права на спасение. Дым обволакивает их обоих, приглушая краски, но не огонь в глазах. Аарон говорит:

- Я был прав. - И никто не понимает о чем он.
Тебе идет. И он хочет потом раскурить на двоих, выдыхая плотный дым в чужой рот, запечатывая тот в легких медленно скользящим поцелуем[под тихий завораживающий полу-стон, ах].

Касание к пальцам обжигает на долю секунды, и Аарону хочется положить ладони на теплую кожу, ощутить эти приятные волны, пока водит из стороны в сторону, запоминая изгибы. Комната 24.
Пока же они стоят посреди полуразрушенного дома, окруженные удивленными или недоверчивыми лицами.

Аарон лишь усмехается на чужой комментарий, ему нравится чувство юмора Зака.
Окей, ему нравится Зак.
Чью спину он так и не успевает проводить взглядом, замечая двух своих друзей, один из которых выглядит совсем не по-дружески настроенным. Класс, настроение для драм отсутствует полностью, но, кажется, миру на это поебать.

- А в Америке все любят used things?
Дин окатывает Зака долгим и презрительным взглядом, давая Аарону вклиниться или осознать нечто, что убегало от Мёрфи с того самого момента в зале для собраний, где Маркус психанул, словно ему под дверь насрали. Несколько раз. После грубо толкает в сторону, в объятия еще ничего не догоняющего Кэмерона[да, он про твоего друга и про твою сестру, просыпайся]. Но у Дина на сегодня, на эту минуту, у него совсем иная цель. - Или это только ты принципиально выбираешь шлюх?

- А ты действительно кретин или.. - он специально оставляет это или, интригуя всех собравшихся, и делает затяжку, затем рассматривая почти дотлевшую сигарету, осталось на один раз. Дым медленно покидает раскрытый рот, потому что его не выдыхают, а просто позволяют выйти, растягивая время, каждая секунда которого крепче сжимала пальцы Дина в кулаки. - притворяться у Эммы научился?

- Что ты сказал?
Мёрфи усмехается, когда Дин делает выпад вперед, застывая на месте, фактически в базовой стоке, словно предупреждая: возьми свои слова обратно, уёбок. Мёрфи похуй, потому что он из прошлой школы вылетел за драки. Мёрфи умеет за себя постоять.
Когда потребуется, а пока он еще более вальяжно растекается по стене, съезжая немного кроссовками вперед и упираясь затылком в стену. Последняя затяжка приятно скользит по горлу, заполняя легкие, и в этот раз Аарон, выпускает вверх ровное колечко дыма. Любуется пару секунд, переводя ленивый взгляд на звереющего Дина и обеспокоенного Маркуса.
Three. Two. One.

Он тушит сигарету, растирая по кирпичам черную краску пепла и показательно бросает бычок в один из пакетов.
Смотрит на Зака и хмыкает, как бы говоря: на страже порядка в твоей стране.

- Что если бы она под тобой кончала, то может быть и не бросила бы.
То самое сообщение, отправленное ею утром, сообщало, что она расскажет обо всем Дину, что она все сама уладит, что они уже давно не вместе, и это просто формальности. Очевидно, что-то пошло не так. Не то чтобы Аарону было уже до этого какое-то дело. Так похуй.

Но Дину - было.
И удивление на его лице расставляет кое-какие факты по местам.

- Ой, а что? Ты всем сказал, что это ты ее бросил? I'm so sorry, broooh. - Ни капли сожаления, и лишь огромная кривая ухмылка, перерезающая лицо, в конце концов освобождает резцы клыков, когда Дин хватает его за грудки, оказываясь перед носом за секунду.

Аарон улыбается, слегка взвинченный, слегка возбужденный.
В его глазах читается вызов.
В его глазах читается: и что?
Его губы нараспев произносят:

- What's up, honey buns?

Первым реагирует Маркус, подскакивая и хватая Дина за локоть, без попытки оттащить, но успокоить. Смиряет обоих друзей раздраженным взглядом - это все не входит в его планы. Это все ломает его планы. Но он еще не придумал, как все это исправить.

- Остыньте оба, - раздраженно рычит, буквально впиваясь глазами в Мёрфи, потому что уже успел понять - держать язык за зубами - не его стиль. - Дин, успокойся, если не хочешь проблем. И вообще, устройте тройничок, она не откажется.

Дин на удивление остывает, будто слово "проблем" измеетне абстрактное значение. Усмехаясь, выпускает из пальцев белую ткань воротника, собираясь сказать какую-то очередную едкую хуйню, но оказывается силой прижат к стене Кэмероном, который в дела сестры не лез, но спускать такое не собирался.

В воздухе витает "заткни пасть, мразь", "убери свои руки, уёбок", "я не при чем, что твоя сестра шлюха". Аарон не может расслышать все детали злого шепота, пока в спешке, пытается разнять уже этих двоих, сталкиваясь плечом к плечу с Заком, что оказался рядом слишком быстро, пытаясь оттащить своего друга.

- А ты что тут забыл, cocksucker? - Аарон быстро поднимает глаза. Ситуация начинает эскалировать слишком быстро, потому что руки Маркуса уже на чужих плечах. Он между двух огней. Между двух обещающих быть жаркими - драк.
- Или думаешь, что если будешь около него отираться, то Аарон разрешит тебе ему отсосать?

- Чувак, да ты заебал, в чем твоя проблема?! - Собственное имя жутко тригерит, и Мёрфи сначала с силой толкает Дина, разнимая из таким образом, и подходит уже к Маркусу, зло смотря в глаза. Это ощущение, что его все, блять, водят за нос, несказанно бесило! Кулаки начали чесаться, чтобы выплеснуть недовольство.

- Потеряйся нахуй, пидор! - Фраза, обращенная к Бёрчу, вместе с легким толчком, чтобы освободить пространство и сделать шаг вперед, столкнуться с Аароном нос к носу. Взгляд прямой и злой, так и кричащий: я не буду тебе врать. Аарон сомневается, но держит себя в руках. Его заебали эти интриги.

- Так что, блять? Или ты ревнуешь?

Вау. Тишина слишком оглушающая.
Он угадал какой-то жуткий секрет?
Но через секунду он обернется, и поймет, что секрет сейчас стоит со сложенными руками на груди, в виде Миссис Бишоп.

[nick]Aaron Murphy[/nick][status]shady[/status][icon]https://i.imgur.com/PVpJyrh.png[/icon][sign]https://i.imgur.com/UCaCcuX.gif https://i.imgur.com/c8dKZD4.gif[/sign][lz1]ААРОН МËРФИ, 17 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> american fucker<br><b>total obsession:</b> <a href="https://sacramentolife.ru/profile.php?id=8709">with you</a>[/lz1]

Отредактировано Chase Parker (2022-10-23 10:51:43)

+3

13

Нет.
Не таким.

Зак не видит в нем ни капли фальши.
Голливудского лоска - тоже.

Аарон привлекает своей природно-магнетической породистостью, выбивающейся из-под кожи вместе с пульсом. Она во взгляде, в жаре, исходящем от тела, в каждом его движении.

Hits different.

Завораживает. Вдыхает глубже, бесшумно втягивает носом дым, этот - приятный. Улыбается невесомо и на секунду опускает взгляд - не сочти за извинение.

Аарон говорит: я был прав.
Зак слышит: тебе идёт.

Курить. Близко быть. Смотреть прямо.
Идёт, когда занят рот.
Желание - тоже.

В нем набирает силу потребность ощутить тяжесть чужого тела на себе. Тягуче медленно, жадно водя ладонями по обнаженной спине, произнося его имя на безудержном стоне, сжимая темные волосы на затылке.

Пронизывает стрелами реальности. Он бы не удивился ни одной колкой фразе в свой адрес, но весь яд прыскает не в его сторону. Кэмерон непонимающе смотрит на Зака, на Дина, сжимает кулаки, готовый ринуться вперед, но Бёрч хватает его за плечо, удерживая от опрометчивого поступка. Теперь у него мир накреняется, меняет угол. Оказывается, не всегда все беды летят в него, но меньше всего ему хотелось, чтобы Мёрфи прочувствовал на своем опыте, в каком дерьме живет Зак.

Раскрывает рот, чтобы ляпнуть что-нибудь, переключить внимание Дина на себя [слишком привык], но осекается, Аарон успевает ответить быстрее. Ауч. Этот парень точно знает, чем зацепить. Бёрч загорается интересом, не замечая, что удерживает Кэмерона за рубашку, пока тот пытается сопротивляться [но ему хотя бы хватает ума молчать].

Зак видит в нем уверенность, непритворную, фундаментальную. Аарон делает красиво. Зак слишком напряжен, но не может не задержать взгляда на его шее, выступающем кадыке. Лучше бы он касался ее подушечками пальцев и целовал, чем тянулся сейчас растревоженным сердцем к нему, готовый броситься наперерез.

Сдерживает улыбку - ситуация ведь серьезная - но не может скрыть ее в глазах, когда смотрит в ответ на демонстрацию порядочности американца. Дурак. Дурак - нежно.

Потом - K.O.
Аарон не оставляет ни шанса.

Потом - шипит на Кэмерона, настороженно смотрит на Маркуса, пока тот смотрит в ответ [странно, оценивающе, будто взвешивает собственные будущие действия и просчитывает ходы]. Заку это не нравится. Это хуже, чем открытое столкновение, простое, как монетка, мальчишеское. У него в голове нечто большее.

Аарон испытывает.
Остается таким спокойным, что Бёрч и сам начинает расслабляться, но тут же дергается вместе с Дином, делает полшага, чтобы опять оградить Палмера, хотя бы друга он убережет от этих неприятностей. Постарается. Через секунду - проебет эту попытку, потеряв бдительность из-за Маркуса, снижающего градус своим вмешательством.

Никогда не видел друга таким злым. Он что-то шипит в чужое лицо, пока Бёрч хватает его за плечи и тащит назад, чертыхаясь себе под нос. Закари бьет по чужой руке, только коснувшейся его, молниеносно. Он пропускает мимо оскорбление [не цепляет, ведь сосал именно ты, и мог бы справляться с этим получше]. Слышит голос Аарона, задающий очень правильный вопрос. Зак громко усмехается и готовится стесать кулаки о чужое лицо и получить по своему, посильнее, чем утром, как будто этого было мало. Прикусывает нижнюю губу, чтобы напомнить себе - боль это не страшно. А в мыслях снова Мёрфи - боль может быть приятной.

Перед ним оказывается спина, о которой он только недавно думал в своем dirty mind, он опешил, отступил назад, чуть не врезавшись в Кэмерона, зацепился рукой за его предплечье, вновь не давая никакой власти злым словам Маркуса.

K.O. [2.0]

Бёрч не замечает, как дьявольски скалится из-за чужого плеча. Угадал (?)
Он замечает движение краем глаза, улавливает шуршание снаружи, узнает Миссис Бишоп каким-то внутренним чутьем. Он знает, что будет дальше, но успевает дотянуться до Аарона и дернуть его за рукав.

Тишина становится убийственной, все, что между преподавательницей и глупыми мальчишками - свист сквозняка и несколько вдохов сквозь стиснутые зубы.

— В нашем заведении ценится высшая нравственность. Ваше поведение противоречит фундаментальным принципам, которым мы здесь учим вас. Мне прискорбно обнаруживать вас в таком виде, за таким постыдным делом... — она делает небольшую паузу, оглядывает каждого [с ее способностью смотреть сквозь душу, это сродни шагу на эшафот], — делами, как курение, — она делает шаг к тайнику и вываливает оттуда всю подноготную, с таким трудом добытую учениками: сигареты, жвачки, зажигалки и спички, даже пара сложенных до маленьких свертков разворотов, вырванных из старых порно журналов (тот еще раритет, наследие), — и разжигание конфликтов.

Зак знает, что выдержит и тяжелый взгляд, ищущий правду, и последующие нотации в ее кабинете, и возможное наказание. Выдержит с прямой спиной и настырно вздернутым подбородком, не сказав ни слова наперекор, не издав ни звука наподобие того скулежа, который начинают некоторые парни, кичась своими богатыми высокопоставленными папочками. Уже там, среди темных стен и узких оконных пролетов, рассматривая выученный наизусть рисунок на ковре, он не выдаст ни одного имени, и не покраснеет, когда она спросит, чем же он занимался, раз собрал так мало мусора и зачем пошел в курилку со всеми. Он будет хранить те моменты в лесу как откровение, предназначенное только ему, и не выдаст его ни взглядом, ни уголком губ, едва не дернувшимся вверх от невольной улыбки.

Наказание выглядит не страшно - до ужина отсиживаться в библиотеке, как будто этого и так не было в его планах. Он касается пальцами страниц учебников, но думает о том, что они все еще пахнут табаком, а у Аарона еще были видны складки на рубашке там, где он хватался за ткань в своем отчаянном возбуждении. Зак не смотрит по сторонам, его взгляд описывает бермудский треугольник - Кэмерон - книга - тетрадь - и пропадает только тогда, когда он вновь отвлекается, думая совсем не о Софокле.

— Не оглядывайся, — вдруг произносит Палмер шепотом и опускает голову.

Больше всего на свете захотелось оглянуться.

— Там Маркус, — друг мельком поднимает взгляд, упирает кулак в щеку и чуть поворачивается, чтобы с той стороны не было видно, что он что-то болтает.

Оглядываться больше не хочется, лишь бы не видеть это лицо.

— Да что между вами происходит? — не выдерживает Кэм, срывается на какие-то сквозные истерические но все еще бесшумные нотки, — Почему Маркус пытается испепелить тебя взглядом? Он всегда пытается, но сейчас это выглядит особенно смертоносно.

Зак оборачивается.

— Спятил?! Я же просил не смотреть туда!

Он не скрывается, ловит на себе взгляд Фостера и вспоминает сообщения на экране блокировки телефона.
«Где ты?»
«Нужно поговорить»

«Да пошел ты нахуй, Маркус», — ответил бы Бёрч, но он хороший мальчик. Вежливый.

— Черт! Он идет сюда!

Кэмерон суетится, пытаясь создать видимость того, что он очень увлечен домашкой, смешно хмурит лоб, пока Зак неспешно отворачивается, уже зная, что Фостер зацепился за него и больше не отпустит.

— Можно тебя на минутку?

Сначала он чувствует едкий парфюм, только раздражающий его нос, затем видит ладони, опустившиеся на их стол, сжимающие его края слишком напористо для такого нарочито расслабленного тона. Зак откидывается на спинку стула и складывает руки на груди.

Говори здесь, либо не говори вовсе, — отвечает он и смотрит на бывшего прямо, давая понять, что на дальнейший диалог и уговоры не настроен. Не здесь, не сейчас, а лучше - вообще никогда, но знает, что придется. Скоро.

Маркус смотрит выжидательно, пошатываясь на пятках в нетерпении, но сдается, давит приторную улыбку, выпрямляется и уходит так же неслышно и стремительно, как подошел.

Бёрч выдыхает и прикрывает глаза. Кэм пинает его по щиколотке под столом. Он недоволен явно: на его лице все те же вопросы и даже больше, но Зак отрицательно качает головой, приставляет палец к губам, тшш.

[nick]Zachary Burch[/nick][status]foxy[/status][icon]https://i.imgur.com/NuPhqSh.png[/icon][lz1]ЗАКАРИ БЁРЧ, 17 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> schoolboy<br><b>nice dick:</b> <a href="https://sacramentolife.ru/profile.php?id=8548">american boy[/lz1]

+3

14

- Мистер Мёрфи, - размеренный голос холодным спокойствием разлетается по кабинету. - Мне горестно видеть вас, стоящим передо мной, при таких обстоятельствах.

Аарон слегка поджимает губы, прекрасно понимая, к чему ведет профессор.
Он крепче сжимает кольцом из пальцев запястье правой руки у себя за спиной и чуть расправляет плечи.
Yes, he is fucked.
Нет, ему не жаль.

- Присаживайтесь для начала. - Миссис Бишоп рукой указывает на стул перед огромным столом, заваленным папками и бумагами, но в каком-то логическом беспорядке. Аарон присаживается и сдерживает рвущийся наружу вздох, в голове флешбек двухнедельной давности:

- Да, главное, не будьте с ним слишком мягки. Мы сюда перевели сына, в первую очередь, ради дисциплины и воспитания. - Рука матери с силой сжимает плечо Аарона, сидящего на том же самом стуле. - Если он позволит себе какие-либо вольности, прошу вас немедленно сообщить мне лично и наказать его соответствующе, а лучше - суровей, чем соответствующе, он так быстрее запоминает преподносимые уроки.

Отца в комнате нет.
Her words are fucking embarrassing.
Аарон уже не ребенок.
Но, как ребенок, сидит с напряженной спиной и закрытым ртом.

- Миссис Мёрфи, нашу школу, прежде всего выбирают из-за уровня предоставляемых знаний и качества обучения, мы готовим молодых людей для поступления в Гарвард, Оксфорд и Стэнфорд. Но, ваша просьба была услышана.

- Не хотите поделиться, что именно произошло сегодня? - В ответ лишь предсказуемое молчание. - Вы собрали вокруг себя интересную компанию: мистер Фостер, староста класса, мистер Питерс, конечно, не всегда умеет контролировать эмоции, но тоже очень вежливый молодой человек... - Вежливый my ass, думает про себя Аарон, но лицо не отображает ничего. - но, больше всего, меня поражает участие мистера Палмера и мистера Бёрча, - сквозящая ожиданием пауза опять остается не заполнена, и Миссис Бишоп позволяет себе вздох с долей разочарования.

- Что ж, все остальные участники сия безобразия направлены в библиотеку, но не вы. - Её руки собираются в замок, чтобы через секунду оказаться у лица, скрывая подбородок и губы. Взгляд Миссис Бишоп прямой и внимательный, Аарон смотрит в ответ открыто и со смирением, ожидая каких-либо слов, включающих в себя "ваша мама будет крайне разочарована".

- Вам не следует видеться с одноклассниками все выходные; завтраки, обеды и ужины будут проходить у вас в комнате. Также, вы будете заниматься уборкой кабинетов, без какой-либо помощи до самого ужина. Если вы закончите с одним, то перейдете в другой, а завтра, завтра вы продолжите в свободное от учебы время. - Ручкой по бумаге, выводя короткие предложения.

- Надеюсь, вы используете это время, чтобы порефлексировать на тему: по какому вектору вы хотите, чтобы пошла ваша жизнь, а также, какие навыки необходимы для урегулирования конфликтов, о чем вы напишете мне ваши рассуждения и сдадите до следующей пятницы на минимум десять листов. - Она неспешно складывает листок в двое и протягивает Аарону.

- Вы свободны, отдайте это Миссис Мартин, и она вам все покажет. - Аарон поднимается и кротко кивает. - И, мистер Мёрфи, это первый и последний раз, когда ваши родители оставлены в стороне от происходящего. Идите.

Аарон не ожидал. В его глазах нечто наподобие благодарности, разбавленной уважением.
Он произносит тихое "Благодарю", и выходит из кабинета, лишь только сейчас замечая, как подскочил пульс и как быстро сердце бьет в груди. Эта женщина умела давить спокойствием и размеренностью, наводя легкий ужас.

Время тянется бесконечно.
Бесконечность тянется вечно.

На время уборки Аарон лишен телефона и успевает покопаться в себе; вспомнить предыдущую школу; угрозы, истерики и слезы матери, но самое главное - он успевает несколько раз прокрутить в голове весь сегодняшний день, уделяя особое внимание

таким светлым, но мутным глазам
таким жадным, но осторожным рукам
таким требовательным, но податливым губам

на его ширинке остаются пыльные следы от пальцев, когда мозг вбрасывает воспоминания слишком реалистично.

На часах без десяти ужин. Миссис Мартин просила не опаздывать, и да, она появляется на пороге ровно в срок, с подносом и протянутым телефоном, на экране которого горит фактически миллион уведомлений: от матери, Маркуса, Эммы и друзей из ЛА.

Аарон даже не смотрит.

Он ест в тишине, разъедающей его нетерпением, но нарочисто медленно делает все: накалывает курицу, подносит ко рту, жует практически 30 раз, как положено. Он медленно стягивает одежду и идет в душ, разлаживая по коже мыльную пену, с трудом не позволяя себе фантазировать. Медленно и дотошно чистит зубы, подставляя лицо под струи воды, те приятно разбиваются о губы и щеки, в очередной раз напоминая о чужих прикосновениях. Кажется, Аарон даже слышит тихие вздохи около собственного уха.
Он читает несколько страниц вслух, чтобы заполнить свои мысли, чтобы не прийти слишком рано, чтобы не выглядеть слишком нуждающимся, но по его лицу итак все будет понятно.

Он соскучился по джинсам и клетчатой рубашке.
Он зачесывает еще мокрые волосы в привычном хаотичном беспорядке.
Он так и не проверил свой телефон.
Он роется в тумбочке, распихивая по карманам пару резинок и лубрикант, захваченный в стиле "почему нет".
Он относит на кухню поднос, удивляясь пустым коридорам и тишине.
Он смотрит на цифры на двери, произнося про себя - двадцать четыре.
Он не слышит шума воды, но все равно заносит руку для стука, тушуясь.
Он кусает губы, пряча улыбку и резко нахлынувшее возбуждение.
Снова

Он стучит. Негромко.

Его сердце стучит громче, обгоняя по ритму дыхание.
Его пальцы горят, соприкасаясь с тканью джинс, разглаживая.
Его шея горит, от поднявшегося в крови адреналина.

Звук поворота замка, и Аарон сглатывает.
Его взгляд слишком внимательный, сосредоточенный на чужом лице, таком же взволнованном. Взглядом по мягким домашним штанам и футболке, что казались сейчас лишними. Он хочет пошутить, что ожидал его голым, но язык прирос к небу, во рту все пересохло вместе с губами, которые он медленно облизывает, наконец поднимая глаза обратно к чужому лицу.

Аарон хочет его. Сейчас.
И он не стесняется показать это взглядом и чуть окинутой назад головой, подставляя под обзор шею.

Да, Зак, там не хватает твоих губ и отметин.

- Не занят? -  Его голос тихий, но уверенный, голова чуть опущена вниз, и взгляд снизу-вверх.

Будь занят мной.

[nick]Aaron Murphy[/nick][status]shady[/status][icon]https://i.imgur.com/PVpJyrh.png[/icon][sign]https://i.imgur.com/UCaCcuX.gif https://i.imgur.com/c8dKZD4.gif[/sign][lz1]ААРОН МËРФИ, 17 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> american fucker<br><b>total obsession:</b> <a href="https://sacramentolife.ru/profile.php?id=8709">with you</a>[/lz1]

Отредактировано Chase Parker (2022-11-11 08:57:51)

+3

15

♫ wildhood // double dark

Быстрый взгляд к открывшимся дверям, разочарованный выдох, потеря интереса мгновенная - не тот.

Аарон не попадается ему на глаза ни в библиотеке, ни в коридорах, ни в столовой. В солнечном сплетении зреет тоска, распускается волнением, впивается корнями сожаления. Выражается в неровном постукивании карандашом о стол, нервозно трясущейся коленке, бесцельном ковырянии вилкой в остывшей еде, и взгляде, стремительно бросаемом к дверным проемам каждый раз при знакомом скрипе ручки, петель и хлопке после.

Кэмерон бесцеремонно влезает в кадр, загораживает обзор, Зак отклоняется всем телом, чтобы убедиться - сердечко на секунду екнуло, стоило только заприметить похожий разворот плеч, но следом снова разочарование - не тот.
— Ты кого высматриваешь?
Не важно,

Бёрч в очередной раз закрывается и не говорит ни-че-го. Он чувствует всем нутром, что друга это уже явно напрягает, тот начинает раздражаться от непонятных игр в гляделки, угроз, недосказанностей. Может быть, он теряется в догадках, может, уже понемногу смекает, в чем же заключаются все проблемы, но Зак не может позволить себе облегчить ему участь и просто все рассказать. Он хранит чужие тайны и не имеет права ими распоряжаться.

Зак уходит от вопросов, уходит с ужина, уходит прочь от окружения, следующего за ним цепкими острыми взглядами. Не прослеживает как обычно за тем, чтобы его исчезновение из столовой не было замечено Маркусом, но надеется, что тот отстанет от него хотя бы на этот вечер. Этот вечер оказывается более важным, чем он мог себе представить, просыпаясь сегодня утром.

В коридоре он несколько раз оборачивается, прислушивается к эху стен, улавливая голоса лишь вдалеке и не примечая ни одной подозрительной тени. В комнате сбрасывает с себя осточертевшую одежду, полностью состоящую из нитей дисциплины и праведности.

Он хочет поскорее согрешить.

Снять с себя нравственные цепи и маску хорошего мальчика, стать наконец собой. Смелым, раскрепощенным, откровенным и не готовым отказаться от своих желаний. В одном из них он почти сгорает. Под напором прохладного душа он трогает себя там, где не привык, чтобы представить, чтобы понять, не претят ли ему такие прикосновения, готов ли он на самом деле, и с мыслью об Аароне он припадает лбом к кафелю, открывает рот в беззвучном стоне и заставляет себя остановиться. Через несколько минут его выдаст лишь легкий румянец и блеск в глазах.

Блеск в глазах разгонится до пламени в одно мгновение - от стука в дверь, от пересохших губ, которые он спешит облизать, прежде чем нажать на ручку и потянуть на себя.

Смотрит напряженно, чуть с удивлением, будто уже не надеялся.

Ты пришел.

Входи,

приглашение многогранное, многоразовое, и много-чего-ещё.

Зак улыбается как дьяволенок.

Он не ждет ни секунды. Хватает за рубашку [снова помнёт], втягивает в комнату [к себе рывком] и закрывает дверь на замок.

Теперь не сбежать. Шанса передумать тоже не будет. Пути назад из комнаты двадцать четыре нет.

Где ты пропадал остаток дня? — Ему не очень хочется разговаривать, но все же не может не усмирить свое волнение нужным ответом, — наказание?

Он остается рядом, близко, его снова ведет. Уже успел потянуть носом запах свежести и чистоты, пытаясь добраться до естественного запаха Мёрфи, от этого он склоняет голову к его шее и поднимает взгляд. Возбуждение ложится приятной, тягучей тяжестью в теле, темнотой в глазах. Ему нужно так мало. Гладит ладонями крепкие руки под тканью рубашки снизу вверх, ближе, губами касается шеи сперва невесомо, потом смелее... Мажет томными поцелуями выше, приближается к губам, щекочет их сладким ментоловым дыханием, вновь облизывает свои губы с остатком прохлады,
и не целует.

Не позволяет поцеловать.

Ему нужно больше.

Ускользает из объятий, отходит вглубь комнаты, опирается задницей о письменный стол, на котором стоит единственный источник света - настольная лампа. Машинально поправляет штору, закрывающую весь доступ к картинке, разворачивающейся в его комнате в полумраке. В противовес спешке в лесу теперь он хочет насладиться всем медленно, постепенно, глубоко. Эхом отдается момент у дерева - улавливаешь? Сделаешь столько же шагов навстречу?

Ты так и не ответил тогда, — расстегивает пуговицы мягкой фланелевой рубашки, всего несколько, чтобы только оголить шею и плечо под медленно спадающей тканью, — это твой первый раз с парнем? — от него ещё веет теплой свежестью душа и волосы чуть влажные, но теперь он хочет весь впитать в себя запах чужих касаний. — I love frist times.

Мелкой дрожью обдает и щепоткой адреналина. Ведь в его комнате Аарон Мёрфи, и Зак не слезет с него до утра.

Он дожидается первых прикосновений чужих рук, наклоняет голову, оголяя шею во всей ее демонстративной покорности, с тревожным замиранием предвкушая, как желанные губы поймают дикий ритм его сердца, существующий в полной дисгармонии с мнимым спокойствием его взгляда и неспешными движениями. Шумно несдержанно выдыхает, хватается за бока Аарона, тянет к себе, кусает нижнюю губу, чуть не забыв о болезненном отклике.

I wanna be yours. — шепчет на ухо, задевая его губами и дыханием, и сдается в затеянной им же игре.

Целует снова первым, снова на грани отчаяния, руки опуская на его плечи, зарываясь пальцами в волосы, усаживается на край стола, удерживая бедра Аарона между своими коленками, раздвигая ноги шире, прижимая сильнее.

Как скоро он узнает, что под штанами Зака нет нижнего белья?

[nick]Zachary Burch[/nick][status]foxy[/status][icon]https://i.imgur.com/NuPhqSh.png[/icon][lz1]ЗАКАРИ БЁРЧ, 17 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> schoolboy<br><b>nice dick:</b> <a href="https://sacramentolife.ru/profile.php?id=8548">american boy[/lz1]

+4

16

Дверь позади захлопывается, и все что видит Мёрфи - это взволнованные от предвкушения глаза[такие же как у него].
Жаром отдают чужие руки на груди, дарящие скользящие касания. Губы он облизывает непроизвольно, подставляя шею под поцелуи, прикрывая глаза, словно под дурманом. Вдох-Выход. Он шепчет "наказание", потому что неожиданно язык отказывается функционировать, оставляя все мысли на приятных ощущениях. Распаляющих. Палящих дотла.

Он тянется за поцелуем, но утыкается губами в пустоту. Засовывает руки в карманы, откидывая голову назад и смотря с вызовом и восхищением. К щекам приливает кровь, его так заманчиво дразнят. Аарон разрешает ему играть с собой, провоцировать, изучать.
Он изучает в ответ расслабленную позу и замечает на руках волнительно выступающие напряженные вены. Нервничаешь? Предвкушаешь? Аарон смотрит на него пристально, лениво поднимая глаза с босых ног по чуть объемным пижамным штанам. Рубашка кажется тут абсолютно лишней.

До стола оказывается четыре шага.

Расслабленной походкой, чтобы ладонями в стол по бокам от бедер и слегка наклониться, сравнивая разницу в росте.
Привет.
Взгляд пьянеет от каждого сказанного слова, но Мёрфи не торопится отвечать, из-под опущенных ресниц следя за тем, как меняется выражения чужого лица. Его сердце где-то под ребрами заходится безумным темпом. Потому что да, это его первый раз, но Зак так умело расставляет акценты, избавляя от неуверенности, заполняя все собой и диким возбуждением вперемешку с предвкушением.

Зак приглашает, и Аарон не отказывается, припадая губами к нежной коже на шее.
Касание.
Еще одно.
И еще.
Пока это все не перерастает в такой необходимый поцелуй. Они стукаются зубами, и Аарон сжимает пальцами спину, желая прижать теснее. Ему катастрофически необходимо б-л-и-ж-е.

- Wanna be mine? Да..? - Выдыхает якобы удивленно, игриво, прикрывая глаза и разворачивая голову вбок, чтобы носом проехаться по щеке, а затем коснуться кончика чужого, чтобы своим мутным взглядом утонуть в глазах напротив. У Зака они такие яркие, но сейчас в них лишь отблески света и оглушающая тьма. Аарон успевает усмехнуться, зацепиться взглядом за пушистые ресницы и расслышать тихий вздох, как перед прыжком в воду.

Зак прыгает.
И тянет за собой.

Аарон ныряет следом, ныряет языком в горячий и податливый рот, ощущая слабый привкус крови. Его ведет. Он несдержанно мычит, когда одним движением поддается бедрами вперед, подхватывая ладонями под коленями, помогая сесть на стол. Боже, так хорошо. Поцелуй жадный, с упоением, перекрывая доступ кислорода, не давая перевести дыхание. Жизненно необходимо больше, глубже, еще.

Ладонями от колен вверх, несколько раз, сгребая пальцами ткань, сжимая в кулаки, пока губами яростно цепляется. Практически рычит, из горла вырывается приглушенное: "мм-мм-м", Аарону нужно больше, его накрывает с головой. Проворные пальцы протискиваются между ними, чтобы плотным хватом лечь на подбородок и затылок, фиксируя голову, затем отстраниться, заставив туманно посмотреть в глаза.

В приглушенном свете лампе, в играющих на лице тенях - это чертовски красиво.

- Ты такой.... - горячим шепотом блестящими от слюны губами вперемешку с возбужденным взглядом, - мне нравится... - ты мне нравишься - слишком очевидное читается в мечущихся глазах по лицу в ожидании подчинения и согласия. Пальцами с подбородка медленной дорожкой вниз, на шею, слегка сжимая и ощущая как под подушечками отдается пульсация. У Зака безупречная шея, и Аарон не может сдержаться; касается мокрыми губами, сначала невесомо кроткими поцелуями, чтобы после чуть раскрытыми повести вверх, цепляясь за кожу и оставляя горячий след. Язык мягкий, теплый, обжигает и широко мажет к самому уху, чтобы жарко, на выдохе: - you are my first time.

Они оба замирают, не дыша. Глаза в глаза. Confession makes it [him] hard.

Он кожей ощущает чужую довольную усмешку, что разбивается по спине мурашками, и это последний выстрел к старту. Поцелуй неосторожный, не на пробу, он нарастающий и дикий, он слишком собственнический для тех, кто увидел друг друга сегодня впервые. Аарону плевать. Он хочет так, он ненасытно лижет, кусаясь в процессе и плавясь от болезненных стонов. - Нравится? - Диким шепотом спрашивает в самые губы, нехотя отрываясь, прежде чем снова атаковать те собой на несколько секунд, ибо не в силах держаться подальше. Схватить пальцами за скулы, отстраняясь на уровень смешанного дыхания, направляя пьяный взгляд на себя и погибая, слыша тихое "да". С силой стискивает зубы, смотря на то, как Зак бросает на него возбужденный взгляд снизу вверх.

Ему тоже нравится.
Так безумно, отчаянно, до боли под ребрами и ширинкой джинс.

Аарон высвобождает несколько пуговиц его рубашки, трётся носом между ключицами, оставляя хаотичные поцелуи. Вдыхает пьянящий запах, почти мурча. Затылок колят мурашки от еле слышимого стона. Блять. Чужое возбуждение туманит рассудок, увлекая за собой. В горле пересыхает. Невыносимо. Губы беспорядочно жмутся к коже через ткань. Нетерпеливо.
Нахуй эту рубашку.

Он хватает чужую ладонь и с силой прижимает к своей ширинке, оставаясь на грани закатывания глаз, наслаждается трением и чужими жесткими и жадными прикосновениями. Он бесстыдно стонет куда-то в шею, кусая кожу, чтобы сдержаться. Так сложно сделать шаг назад, но он делает, слишком быстро подхватывая пальцами заебавшую рубашку, стаскивая через голову, у него нет терпения заниматься всеми пуговицами. Ладони сразу же касаются кожи разогревающими движениями, и Аарон зачарованно за ними следит, кусая губы. Тело Зака - это отдельным вид искусства, и он обязательно изучит каждый миллиметр, но позже, а пока, пока решимость не отступила, он запускает пальцы под плотную резинку пижамных штанов.

Со смешком вскидывает бровь, поднимая глаза на Зака.
- Неплохо, - мягкая ткань скользит вниз, оставаясь на уровне колен. Мёрфи с трудом удерживается от дешевого комментария в стиле: смотрю, ты рад меня видеть, вместо этого обхватывает ладонью горячий член, тут же поднимая глаза на Зака, со свистом втягивающего воздух. И его распаляет сильнее. Пара движений ладонью, и это им обоим кажется непростительно мало. Аарон сам в ахуе, но ощущение ему очень нравится, особенно вкупе с чужой реакцией.

Привычным жестом под колени, но теперь по столу внизу, и вот уже Аарон стоит на коленях, моргая на чужой член у лица. Бит сердца отдается в уши. Он несколько раз проводит языком по губам, обильно смачивая те слюной. Он сосал лишь однажды, в стельку пьяный, ничего не помня кроме слабого - было неплохо. Это странно ощущать во рту что-то горячее и объемное. Аарон плотнее сжимает губы, втягивая щеки и создавая вакуум, ему кажется, он делает что-то не так. Напрягается, но ощущает пальцы в волосах, расслабляясь.

Оказывается, это не сложно, он просто вспоминает, как нравится самому и повторяет: водит губами снизу-вверх, довольно неумело заглатывая и то лишь до середины, но рука знает как надо, помогая удержать темп. От стараний сбивается дыхание и тяжелеет в груди. В какую-то секунду Аарон поднимает глаза и теперь понимает, почему девчонки все время смотрят на него в процессе.

Потому что он сам хочет смотреть на Зака,
чьи щеки порозовели, из-под верхней губы, показались зубы в попытке сдержать стоны удовольствия. Черт, возбуждение закипает в нем, как вода при ста градусах, и даже больше, оно выпаривает его, удаляя все мысли и оставляя лишь желание сделать хорошо. И он делает. Губами, языком, рукой. Он смотрит открыто, как последняя шлюха, и преданно, как первая любовь. Он позволяет себе стон удовольствия и пальцами наконец-то справляется с собственной пуговицей на джинсах.
Дрочить себе левой - не самое продуктивное занятие, но не когда ты настолько возбужден. Скорость разрядки - минимальна.

Зак охуенно красивый.
Это сущее безумие.

В теплом свечении лампы за спиной его мышцы на руках играют почти переливаясь, поджатый, то и дело сокращающийся, живот слегка поблескивает от пота. Аарон знает эти движения бедрами, он не стесняется хлюпающих звуков и неумело занемевших губ, потому что видит, как Заку нравится. В нем абсолютно нет фальши.

Тебе нравится картинка? Нравится видеть свой член у меня во рту?

Он интуитивно отстраняется, так же рьяно додрачивая рукой, подставляя щеку под сперму, где-то про себя решив, что это пошло и красиво. Заку должно понравится. Ему нравится? Учитывая с трудом сдерживаемые стоны и ленивые толчки в руку - да. Аарону нравится, что Заку нравится, настолько, что он кончает фактически следом, от пары фрикций, прикрывая глаза и опуская голову вниз, жмурясь. Воздух с трудом проникает в легкие через сжатые зубы.

- Тебе придется одолжить мне брюки. - Звучит куда-то в оголенное колено, которому сначала достается влажный поцелуй, а затем касание мокрого от испарины лба. Аарон переводит дыхание через несколько глубоких вдохов и касается пальцами щеки. Это первый раз, когда на его лицо кто-то кончил. Он смотрит не моргая на переливающиеся пальцы и задумчиво подносит те к губам, пробуя на вкус. Впервые.

Он снимает через голову собственную рубашку, дотирая ей лицо и шею.
- И футболку, но немного попозже.
Он никуда не собирается.

[nick]Aaron Murphy[/nick][status]shady[/status][icon]https://i.imgur.com/PVpJyrh.png[/icon][sign]https://i.imgur.com/UCaCcuX.gif https://i.imgur.com/c8dKZD4.gif[/sign][lz1]ААРОН МËРФИ, 17 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> american fucker<br><b>total obsession:</b> <a href="https://sacramentolife.ru/profile.php?id=8709">with you</a>[/lz1]

+2

17

Зак не может найти ни одного аргумента против неопровержимого факта:

его прошибает от одной близости Аарона Мёрфи.

Факт: его кроет, когда чужие руки оказываются по бокам от него, чужие плечи - выше него.
Когда поднимает взгляд и смотрит на чужие губы так близко снизу вверх - тоже.

Аарон еще не сделал ни-че-го, Зак уже готов на  в с ё.

В нем течет ласковое электричество, прошивающее навылет от прикосновения губ к теплой коже. Разряд - искрами. Разряд - мурашками. Разряд - бесстыдным, неподдельным удовольствием.

Все в его теле отзывается на каждый контакт, он прижимается под натиском чужих рук, ему тоже хочется ближе. Ему нужно тесно. Так, чтобы тяжело было даже дышать. Успевает только мимолетно кивнуть - вербального ответа не требуется, все будет ясно без слов. Податливо поворачивает голову, чуть отклоняя назад, чтобы было удобнее, неосознанно тянется навстречу новым ласкам, но глаза не закрывает, прямо смотрит в ответ, прочитывая те же мысли, те же желания, что так довлеют над его собственным разумом.

Как в отражении.
Радужки, обрамленные той же безудержностью, что вырывается через мгновение в терпком, жадном поцелуе, сбивающим с ног, как взрывная волна. Зак блаженно стонет в ответ на мычание, давит голенью на чужие бедра, не оставляя и миллиметра расстояния между ними, скользит к краю стола, ощущая стремительно (синхронно) нарастающее напряжение, да, держи меня так. Жмурится от удовольствия и млеет от того, как по-хозяйски орудует чужой язык у него во рту, он позволяет все и отвечает с не меньшим напором, ммм да, целуй меня так.

Нетерпеливые руки выдают его вожделение, он хватается за рубашку, комкает в ладони, оттягивая вниз, пока другой сжимает волосы на затылке, целуя глубоко, несдержанно, размазанно [развязно], открывая рот шире в стремлении получить еще больше, и получает - властную хватку, не дающую шанса отстраниться, поднимает расфокусированный, пьяный от возбуждения взгляд.

Какой?

Не важно. Слова не подойдут, он едва слышит, едва различает их, у него в ушах бьется собственный пульс, в груди - неровное дыхание, он тянется за поцелуем, призывно облизывая губы, только смутно улыбается и оглаживает ладонями спину, уже привычно задирая ткань, чтобы касаться разгоряченной кожи.

Ответом ему будет движение пальцев, нежное, едва ощутимое, но не менее обжигающее, а после - шумный вдох с замиранием сердца и тающий на губах медленный, затаенный выдох с наклоном шеи в ожидании ласк, что ей предназначены. Размытая линия поцелуев срывает дрожащий выдох с приоткрытых губ, жаром языка и произнесенных слов его опаляет, Зак впивается пальцами сильнее в кожу на широкой спине, словно это может его спасти, замирает от удовольствия и почти не дышит.

Взглядом ясным в ответ, пробужденным ото сна.
Он думал, что невозможно желать сильнее.
Теперь он знает - возможно.

Откровение.
Исповедь.

Как раз перед тем, как согрешить без сожалений.

Его легкая усмешка утопает в новом несдержанном поцелуе - самоконтроль это не про нас, да? - Зак порывисто хватает его губы своими, скользит языком вдоль чужого, подаваясь вперед, ловит безумный ритм, также хаотично, безумно блуждая ладонями по бокам, плечам, рукам, и снова к спине,

нравится.
Да, — с  п р и д ы х а н и е м.
(боль - тоже)

Поднимает подбородок, взглядом сверху вниз, блестящими от влаги губами обозначает улыбку, ведет ладонью по животу, дергает за край джинс к себе, жмурится довольно, ловя каждое спешное прикосновение сквозь ткань, ведомый чужой ладонью крепко сжимает ширинку - то, что под ней, выбивает из него очередной стон - гладит безжалостно, сильно, тянет железку вниз, рычит в висок, злясь на мгновение, что не может справиться с застежкой одной рукой, мимолетно целует, ощущая собственной кожей чужой стон, а следом - секундную потерю контакта, поспешно и беспрепятственно выбирается из рубашки, упирается одной ладонью в стол, ощущая чужие на своем теле и на своем... Мммх...

Запрокидывает голову, цепляется ладонью за шею Аарона, еле сдерживаясь, едва вздрагивая - ему совсем не стыдно. Тихий смешок в ответ на комплимент, его забавляет похвала и удивляет способность Мёрфи что-то говорить, с его собственных губ больше не способны срываться слова - только мычание и громкие вздохи, особенно - мгновением позже, от ощущения горячего рта на своем члене. Несдержанно стонет, забывая о том, где он находится и какие тонкие здесь стены, опускает взгляд и пальцы следом в темные пряди, нежно, с отчаянным одобрением, ведь это Аарон перед ним на коленях, и Зак на грани от одного этого факта. Еще один неопровержимый.

{это сильнее его.
это сводит с ума}

Как же хорошо. Настолько, чтобы потеряться в ощущениях, забыть обо всем, позволить самосознанию сконцентрироваться лишь в одной точке - там, где его сжимают настойчивые губы, обжигает бархатом рта, ласкает горячий язык, лишая рассудка окончательно. Забывает, как дышать, сердце заходится в тяжелых ритмах, кровь пульсирует ниже, ниже, ниже. Слышит стон, неприлично протяжный, и не сразу осознает, что это его голос звучит так блядски. Хватается сильнее - за волосы, за плечо, не сдерживая собственные бедра, закусывает губу в попытке вернуть контроль над собой, но стоит опустить взгляд, как его вышибает обратно в иррациональное, бессознательное, животное.

В его глазах - тьма, помноженная на двоих.

Больше тянуть не в силах, ждал слишком долго, хотел слишком безумно. Ему словно достаточно одного вида. Одного поднятого взгляда. Одних губ, так сладко краснеющих на его члене. Он будет смотреть, двигая запястьем отточенно, будет смотреть, орошая гладкую кожу перламутром, поблескивающим в тусклом свете. В моменте - это больше, чем он испытывал когда-либо.

Аарон хорош с любого ракурса [но с этого - особенно].
Аарон цепляет так, что Зак забывает обо всем, кроме его голоса, его губ, его тела.

Гораздо позже, — поправляет с усмешкой и кивает, от произнесенных слов ощущает щекотку, от поцелуя - мурашки приятные. Снова он раскрывает чужие секреты, сам того не подозревая. — Что еще для тебя в первый раз? — Наблюдает за тем, как губ касаются испачканные им пальцы, невольно приоткрывая собственный рот, — сумасшедший, — отнимает рубашку до того, как ткань соберет последние следы, хорошо, что я тоже.

Задыхаясь от восторга, от наслаждения, которое ему доставило молодое божество из религии, которую еще не создали, Бёрч блаженно улыбается, ведет кончиками пальцев по другой щеке, берет пальцами за подбородок, приподнимая его лицо - взгляд идет следом, смотрит сверху вниз и тянет к себе в объятия, совершенно нагой, открытый, уязвимый. Поворачивает его лицо к себе той стороной, где еще белёсо  блестят в свете лампы несколько мелких капель, касается сперва самым кончиком языка, затем ведет им всем по щеке, как виновник, исправляющий последствия своей оплошности. Это первый раз, когда он пробует себя на вкус.

Мёрфи - во главе пантеона.

Зак наконец-то может им любоваться. Рассмотреть его полностью, так близко, без лишних преград и ненужных свидетелей. Трогать. Везде, где хочется, изучая каждый плавный изгиб его рук и плеч, русло его позвоночника. Прямой нос, красивый контур губ, очерченные тенями мышцы как из учебника по академической графике - будоражит, распаляет тлеющее возбуждение. За взглядом следуют руки. Робко ведёт подушечками по его губам, соединяя свой взгляд с глазами напротив, переступает через окончательно опустившиеся к его щиколоткам штаны, касается его рта дрожащим дыханием, медленно, осторожно, приоткрывая губы своими, приласкав верхнюю кончиком языка в безмолвной расслабленной благодарности.

Это только начало.

С головой ныряет в омут поцелуя, медленного в каждом движении, глубокого в настойчивости языков, приторно тягучего и обжигающего уже распаленные губы, облизанные и искусанные вновь - становится привычным [приятным]. Отталкивается от стола, не отрываясь от ласк, обвивает руками его шею, поворачиваясь и увлекая за собой к постели.

Шепчет в самые губы, едва различимо:
I'm
  all
    yours.

Пара шагов - километрами, хватаясь за губы желанные снова, впивается пальцами в бока, тянет чужие джинсы вниз, не преминув погладить  в е з д е. Совсем не настойчиво (I swear).

Ты меня удивил, — удивил - не то слово. Поразил. Смертельно. Восхитил. Убийственно. Вдохновил. Незаконно.

Зак откидывает одежду подальше и не хочет о ней больше вспоминать. Проходится поцелуями влажными по шее, произносит на ухо, трогая его губами, обжигая дыханием: you're so good,

и не произносит {to me},

кусает мочку, хищно потянув на себя и отпустив с улыбкой. Дьявол в его глазах не собирается больше ждать.

Произносит: my turn.

Оставляет мягкий любовный поцелуй на его губах, запечатывая все, что было до. Губами следует ниже, целуя неприлично мокро, каждый след мягко блестит в теплом свете, он отстраняется и толкает Аарона в грудь, не дав ему выбора, кроме как сесть на подпирающую бедра кровать, ставит одно колено на одеяло между его ног, поднимает голову и смотрит мгновение сверху вниз повелительно, но это только игра. Чужие нетерпеливые руки на себе ощущает с блаженством, закрывает глаза, позволяя нажимать и щупать где угодно, склоняется к нему, запуская пятерню в его пряди, снова губ не касается - облизывает свои так близко к чужим, что непременно задевает, прикусывает нижнюю, сначала свою, потом - его.

Смотрит вниз и ухмыляется. Похабно, дерзко. Уже?
Опускает руку вниз и трогает его член самыми кончиками пальцев раздражающе нежно, щекотно?, так нравится.

Красивый.
Красивый,

Обхватывает ладонью правильно, крепко, начинает двигать кистью смело, ритмично. Зак встает на колени. Целует низ живота, ведет ладонями по бедрам, хватает одной снова, собирает губами естественную смазку, ведёт ими по всей длине и языком обратно, снизу вверх, ощущая выступающие вены, дойдя до головки задерживается на ней языком, поднимает взгляд и погружает в рот с довольным вибрирующим мычанием, глубже, расслабленно и мягко опускаясь.

Зак умеет доводить до исступления - молча.
Доставляет удовольствие ртом, когда не бросает вызывающие на бой фразы.

Здесь его опытность и уверенность может отрезвить, но он так отчаянно хочет показать Аарону, что он может лучше, чем смазливая девчонка, которая сосала ему с утра.
Он поднимает темный взгляд, обрамленный светлыми ресницами сразу -
смотри на меня.

Смотреть - это то, что мы оба любим делать.
Но теперь можно гораздо больше.

Bring me some paradise.

[nick]Zachary Burch[/nick][status]foxy[/status][icon]https://i.imgur.com/80EQ7J1.png[/icon][lz1]ЗАКАРИ БЁРЧ, 17 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> schoolboy<br><b>euphoria:</b> <a href="https://sacramentolife.ru/profile.php?id=8548">mm... Aaron..[/lz1]

+4


Вы здесь » SACRAMENTO » Альтернативная реальность » // my secret friend


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно