Зак не может найти ни одного аргумента против неопровержимого факта: его прошибает от одной близости Аарона Мёрфи.
Факт: его кроет, когда чужие руки оказываются по бокам от него, чужие плечи - выше него.
Когда поднимает взгляд и смотрит на чужие губы так близко снизу вверх - тоже.
Аарон еще не сделал ни-че-го, Зак уже готов на в с ё... читать далее
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 16°C
• джек

[telegram: cavalcanti_sun]
• аарон

[telegram: wtf_deer]
• билли

[telegram: kellzyaba]
• мэри

[лс]
• уле

[telegram: silt_strider]
• амелия

[telegram: potos_flavus]
• джейден

[лс]
• дарси

[telegram: semilunaris]
• ронда

[telegram: mashizinga]
• даст

[telegram: auiuiui]
• цезарь

[telegram: blyacat]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » кризисный (эпи)центр


кризисный (эпи)центр

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

Сан-Диего | конец октября 2021

Catarina Amarante / Mark Gemell
https://i.imgur.com/06rQtbz.gif https://i.imgur.com/44oUYhh.gif

ost АИГЕЛ – Тебе кажется

[nick]Mark Gemell[/nick][status]КоКоКо[/status][icon]https://i.imgur.com/VwUwZCy.jpg[/icon][sign]APW [/sign][lz1]МАРК ГЕМЕЛЛ, 29 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> сотрудник женского кризисного центра, peckerwood<br>[/lz1]

Отредактировано Lisa Clover (2022-10-24 23:01:26)

+1

2

Облизывает пальцы: на те налипает сахарная пудра, а за салфетками лезть лень. Мария — их архивариус — в честь скоро Хэллоуина по традиции готовит тыквенный пирог, которым Катарина сейчас и ужинает, не постеснявшись утащить перед патрулированием два куска. Тот вкусный. Похож чем-то на мамин. Возможно потому, что Мария возраста ее матери. Или потому что неистраченную заботу вываливает на коллег. В любом случае все в выигрыше. О лишних калориях и не думает: у нее физической нагрузки более чем достаточно на работе и в зале после работы. Когда усталость валит с ног, можно не думать. Между ногами зажат стаканчик с кофе. Годы, проведенные в патрульной машине, учат хитростям. Только пальцы облизывать было бы приятнее. Сезар бы за такое пожурил. Мужское обручальное кольцо на золотой цепочке рядом с крестиком под формой будто жжется. Продолжает есть пирог.

— Диспетчер свободным машинам. Вызов 2024 Полк-авеню. Домашнее насилие, — оживает реакция. Оставшийся во рту кусок Катарина проглатывает одним движением, словно удав.

— Сержант Амаранте, 1275. Я недалеко. Выезжаю, — голос поставлен четко, а буквы отлетают от зубов, точно пули из табельного оружия. Начинала работать в то время, когда рации еще были старые и плевались помехами через слово, отчего коммуникация порой усложнялась значительно. С новым мэром потом стало получше. Она в полиции уже почти пятнадцать лет. Чувствует разницу. И отказывается сидеть в кабинете: ей на роду написано сдохнуть при исполнении служебных обязанностей. Зато похоронят с пафосом. Мотор взревает моментально — автомобильный парк им тоже обновили.

До Полк-авеню ехать несколько минут. Домашнее насилие похожее на красную тряпку для быка, и она не стесняется подъехать с мигалками, пусть и без звукового сопровождения: вечер все-таки поздний. К ней иногда возникают вопросы у ОВР из-за чрезмерно крутого нрава, а потому лучше обойтись без жалоб. Хотя бы в этом месяце.

— SDPD, откройте дверь, — повышает голос, чтобы быть услышанной, и тарабанит в дверь. Свободная рука лежит на кобуре. Так, на всякий случай. Это рефлекс, въевшийся в кожу. От него не избавиться: даже в гроб положат вместе с табельным Глоком, вложив тот в руку. У нее пристрелянная пушка. Но дверь не открывают, хотя оттуда слышались крики. До того, как она начала стучать. У нее нет объективных причин врываться — все же частная собственность, но, с другой стороны... — SDPD. С Вашего адреса поступил вызов. Откройте дверь, — повторяет, продолжая монотонно долбить в дверь. Катарина уперта до патологии, и мало чего смущается. Домашнее насилие опасно тем, что далеко не все оставляют официальную жалобу, довольствуясь редкими звонками в 9-1-1 уже в момент конфликта. И вот с этим она точно ничего поделать не в состоянии.

— SDPD... — повторяет, когда дверь перед ней открывается, но не полностью: исключительно чтобы получилось выбраться на порог женщине с дрожащими руками и всклокоченными волосами. Но за нее спиной наметанный взгляд успевает заметить настороженную мужскую фигуру. Пасет, чтобы не сказала ничего лишнего. Катарина показывает значок.

— Сержант Амаранте. С Вашего адреса поступил вызов. На Вас напали? — голос звучит строго, пока сама осматривает явно пострадавшую, кутающуюся в махровый халат. На шее видны алые пятна, грозящие превратиться в полноценные гематомы. Такие остаются от удушения, как и красные от полопавшихся капилляров глаза, смотрящие в ответ испуганно.

— Н-н-нет. Всего лишь недоразумение, — женщина говорит дрожащим тоном, тщетно пытаясь дрожь скрыть. — Мне жаль, что так вышло. Я оплачу штраф, если нужно, — спешно выдает букву за буквой, озираясь, видимо, чувствую мужчину за спиной через дверь.

— У Вас кровь на виске, мэм. Все точно в порядке? — все-таки не отстает Катарина, чувствуя раздражение: все идет по накатанному сценарию. Раз за разом. Сейчас эта женщина скажет, что все в порядке, а потом вернется в дом, куда полиции без ордера или разрешения зайти путь закрыт, чтобы ее снова избили. И снова. И снова. Повезет, если не до смерти.

— Да-да. Все в порядке. Просто ударилась о дверцу шкафа. Не заметила. Не успела обработать, — произносит женщина, снова оглядываясь назад. И сглатывает. Катарине хочется отодвинуть ту и, зайдя в дом, просто вмазать тому ублюдку, что сделал это. Вместо лишь сжимает челюсти.

— Хорошо, — буквально выплевывает, едва удерживаясь от того, чтобы не схватить эту идиотку за грудки и встряхнуть хорошенько. — Если понадобится помощь, звоните, — последнее слово произносит с интонационным нажимом. — Доброй ночи, мэм.

— Доброй ночи, — женщина спешно захлопывает дверь прямо перед носом у сержанта. Катарина отходит с порога и тихо рычит: для остальной злости сгодится груша в зале после дежурства. — Сержант Амаранте, 1275. 10-99 вызов Полк-авеню, — хотя нихера не в порядке. Диспетчер принимает ее отчет. Но, прежде чем вернуться в машину, замечает на пороге соседнего дома мужчину, наблюдающего за происходящем. Действует скорее на инстинктах, чем осознанно, когда, пересекая газон, подходит ближе. Показывает значок.

— SDPD, сержант Амаранте. Не могли бы Вы уделить мне пару минут?

[nick]Catarina Amarante[/nick][status]где предел, края?[/status][icon]https://i.imgur.com/3j1v0AH.gif[/icon][sign]п у л я стала умней
в ходе кровопролитий
[/sign][lz1]КАТАРИНА АМАРАНТЕ, 37 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> патрульный сержант SDPD[/lz1]

+1

3

Сочная яблочная плоть хрустит на лезвии [чуткий слух ловит глухой стук издалека]. Капли сока брызжут на пальцы [доносится резкий мужской голос как сквозь зубы]. Следом в неосторожном порезе возникает кровь [женщина коротко кричит и замолкает]. Становится тихо. Он задумчиво выдавливает каплю, смотрит, как та копится на подушечке большого, и потом растирает подушечкой указательного. Не морщится – не больно. Никак. Больше досаждает навощенная кожура, которая не жуется, а застревает между резцами и клыками. Он царапает о нее язык, пытаясь достать. Сплевывает в раковину. Смотрит в кухонное окно. У него не горит свет, в окне напротив – приглушен. Там в полумраке возникают и исчезают резкие тени. Не разобрать, что происходит.

Тишину нарушает короткий сигнал подъезжающей патрульной машины [он не доедает яблоко и до половины, оставляет его на столе]. Из полицейской машины выходит женщина, спешит [он выходит из дома на террасу перед ним и начинает поливать белые гиацинты в керамических горшках].

Мэри вызвала копов, потому что наконец осмелилась. Она звонила из кухни [он видел, когда мыл яблоки]. Она прижимала трубку к голове как щит [он видел, как следом влетел Родриго и вырвал его у нее]. Так все началось [он не моргал, пока от удара Родриго по стене рядом с ее головой не погас свет]. Такая статистика: женщины становятся жертвами домашнего насилия каждые девять секунд [Родриго бьет Мэри без определенных временных интервалов]. Немногие обращаются за помощью [это дает ей надежду, что каждый раз – последний и что он исправится]. Большинство молчат и молятся, чтобы не насмерть [это ее слова – так она сказала, когда провела три дня в шелтере месяц или два назад, прежде чем вернуться домой]. Они верят, что все будет хорошо. Он видел их сотни [не в окнах дома на против, а ближе]. Обманываются все до единой.

Полиция среагировала быстро, офицер стучит в дверь. Стучит еще. Снова [его цветочных горшков меньше, чем у нее терпения]. Наконец Мэри открывает, но в этот раз ей достаточно трех минут. Офицер остается перед закрывшейся дверью [закон охраняет частную собственность, но не Мэри, которая не хочет им защищаться]. Он думает о том, чтобы вернуться в дом, но только офицер вдруг резко сворачивает с пути к своей машине и направляется к нему. Жесткая кожура все еще у него в зубах и царапает язык.

Он не переживает.

– Слушаю вас, сержант, – смотрит на нее с высоты террасы. Девять секунд. Восемнадцать секунд. Двадцать семь секунд. Мэри не выбегает, одумавшись. Никто не вызывает сержанта по рации. Все молчат. Марк молчит тоже, но иначе.

Ему – никак.

[nick]Mark Gemell[/nick][status]КоКоКо[/status][icon]https://i.imgur.com/VwUwZCy.jpg[/icon][sign]APW[/sign][lz1]МАРК ГЕМЕЛЛ, 29 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> сотрудник женского кризисного центра, peckerwood<br>[/lz1]

Отредактировано Lisa Clover (2022-10-25 20:18:41)

+1

4

Ее инициативность — клеймо. Иногда капитан шутит, что и сержанта ей не стоило давать: учит желторотых патрульных плохому. Инициатива наказуема, и за это у нее в личном деле пометки: не увольняют, потому что женщина и цветная — в эпоху тотальной толерантности в системе образуются дыры. Идеалистов не любят куда больше раздолбаев, а Катарина как раз из таких, и если бы и уволили, то с пометкой "слишком яростно верит в закон". Потому не может сесть в машину и поехать в неприметное место доедать кусок тыквенного пирога. Окна в доме, куда ее вызывали, темны, и это лишь значит, что в той темноте могут прятаться любые монстры. Кажется, видела одного за спиной напуганной женщины. Полиция должна защищать. Как защищать тех, кто о защите просить боится? Катарина считает, что не все просьбы должны быть четко сформулированы и запротоколированы, а потому подходит к соседнему дому ближе. У нее нет полномочий, но это не повод бездействовать.

Сосед — на вид молодой парень с лейкой в руке, резко контрастирующей с общим образом. Похож на ультраправого, если быть честной. Из тех, кто гасит в подворотнях мексов до кровавых соплей только потому, что те мексы. Инстинкт копа на него делает стойку, как собака-ищейка роет пол рядом с сумкой, в которой спрятана наркота. Стереотипы в ее работе порой играют злую шутку, и Катарина старается смотреть ш и р е. Вот только обзор все равно по итогу сужается до точки прицела. Большие пальцы цепляются за пояс с рацией и значком. Так ближе к кобуре. Если что, ее палец не дрогнет.

— Простите, что отвлекаю. Но у меня есть пара вопросов. О Ваших соседях, — ей приходится поднимать голову, чтобы зацепить взглядом глаза парня. Тот выше и стоит на террасе, тогда как под подошвой ее форменных ботинок хрустит гравий дорожки. Она и сама невысокая — повод для окружающих оценивать стереотипно. Им кажется, что миниатюрная женщина-офицер ничего им не сделает. Эта иллюзия быстро разбивается отработанными ударами. Под формой у Катарины сухие мышцы. Под мышцами неутихающая ярость. Смерть Сезара сделала ее жестче. И даже сейчас не улыбается, хотя могла бы сыграть роль милой дамочки-полицейского. У нее напряженный взгляд и четко выделяющиеся скулы. Родинка над губой не выглядит кокетливо.

— Не замечали ли Вы ничего подозрительного? Быть может, они нарушают общественный порядок? Или доставляют неудобства из-за шума? — спрашивает осторожно, точно ее вызвали из-за чересчур громко играющей музыки после полуночи. Вопросы отдают формализмом, но Катарина с бульдожьей хваткой вцепляется в лицо садовода-полуночника. Ему не спится, раз решил подышать воздухом и полить цветы? Или что-то иное привлекло его внимание? Соседи многое замечают, и еще о большем умалчивают. Он может послать ее прямо сейчас, потому что у нее нет объективных причин интересоваться. Женщина из дома 2024 на Полк-авеню сказала, что вызов был ложным, и закрыла дверь перед носом. Катарина запоминает адрес, чтобы потом узнать больше подробностей в базе. Просто у нее есть Глок 21, который отлично помогает расправляться с монстрами — только бы те дали повод.

[nick]Catarina Amarante[/nick][status]где предел, края?[/status][icon]https://i.imgur.com/3j1v0AH.gif[/icon][sign]п у л я стала умней
в ходе кровопролитий
[/sign][lz1]КАТАРИНА АМАРАНТЕ, 37 <sup>y.o.</sup><br><b>profession:</b> патрульный сержант SDPD[/lz1]

0


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » кризисный (эпи)центр


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно