Зак не может найти ни одного аргумента против неопровержимого факта: его прошибает от одной близости Аарона Мёрфи.
Факт: его кроет, когда чужие руки оказываются по бокам от него, чужие плечи - выше него.
Когда поднимает взгляд и смотрит на чужие губы так близко снизу вверх - тоже.
Аарон еще не сделал ни-че-го, Зак уже готов на в с ё... читать далее
СЕГОДНЯ В САКРАМЕНТО 16°C
• джек

[telegram: cavalcanti_sun]
• аарон

[telegram: wtf_deer]
• билли

[telegram: kellzyaba]
• мэри

[лс]
• уле

[telegram: silt_strider]
• амелия

[telegram: potos_flavus]
• джейден

[лс]
• дарси

[telegram: semilunaris]
• ронда

[telegram: mashizinga]
• даст

[telegram: auiuiui]
• цезарь

[telegram: blyacat]
RPG TOP

SACRAMENTO

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » None of my business


None of my business

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

Улицы Сакраменто | 3/11/2022 | 23:41:16

Desiree&Maxhttps://media1.giphy.com/media/qOTjHqisFBe2MG9aOR/giphy.webp?cid=6c09b952255885f5154d7a2aff9de996a1aa1b312249ebcf&rid=giphy.webp&ct=g

Добрый самаритянин или похотливый усатый развратник?

+2

2

С тех пор как Юджин покинул их обитель, Дезире не находит себе места. Хотя прошло уже очень много времени.

Очень.

Много.

Времени.

Ушло в никуда. Дезире не успевает за ним следить. Так и не научилась приходить вовремя и вовремя уходить. Стоя на пороге их маленького кондо, которое когда-то казалось чертовым оазисом посреди пустыни соблазнов, искушений, грязи, похоти, Дезире больше не узнает, не чувствует, не синхронизируется с этим местом. Всегда были одни и те же стены, их цвет, такие же комнаты, но в одной из них раньше обязательно сидел он. И обязательно должен был быть включён рассеянный свет торшера в общем зале. Иногда Юджин мог сидеть там и читать, и Дезире казалось, что постепенно она узнаёт, что это такое, когда у тебя есть дом, а в доме есть кто-то, кто по-настоящему переживает за тебя.
С тех пор, как Юджин покинул их обитель, Дезире больше не хочет возвращаться «домой». Теперь эти стены пропитаны таким же алкоголем, сексом и сигаретами, как и любые другие места, в которых она бывает в этом городе.

- Дез, ты принесла?

Билли Бобби Браун не уточняет что, а Дезире попросту молчит. Агрессивно молчит. Сжимает челюсти и проходит мимо комнаты с открытой дверью, откуда долбит топорный хэви металл.

- Эй, эй, красотка, куда ты втопила?

Большой Би высовывает нос наружу. Нос у него и вправду очень заметный. Картошкообразный. И сам он похож на того, кто давно уже не поднимал жопу с дивана, но, как водится обычно, его лично все более чем устраивает, пока есть psp и прочие радости зависимой от земных удовольствий жизни.

Дезире замедляет шаг и останавливается нехотя. Она знает, что лучше не провоцировать Большого Би, его эмоциональный диапазон, терпение и такт приравниваются к нулю. Зато Дезире может долго молчать.
Она поворачивается и рисует на губах подобие улыбки, хотя ее глаза остаются абсолютно поникшими и безжизненными.

- Я выдула много коктейлей сегодня, Би, - кивает на дверь туалета за спиной, - что ты там хотел?

- Что, опять обкатывала хуй своего голден боя? - его влажный и довольно мерзкий рот улыбается, он проводит по нему ладонью и осматривает Дезире с головы до ног, проводя экспертизу по износу товара.

Дез криво тянет уголок губ и ничего не отвечает. Он же и без того сам все прекрасно знает. В данном случае это ведь даже не вопрос.

- А где Джина? Я хотела передать ей свою часть ренты заранее. Меня не будет на выходных.
- А Джины тоже не будет пока… Давай мне. Я заплачу.

Дезире точно знает, что Джина никогда не пропускает плату за дом, она бы точно предупредила, если бы куда-то внезапно сорвалась. Особенно потому что никогда никуда внезапно не срывается.

- Она говорила, что ушла в прачечную, вернётся вечером. Я лучше подожду, - дергает головой и делает шаг в сторону ванной комнаты. Би вроде бы оставляет ее в покое, но по-странному провожает ее взглядом до самого толчка.

Незапертая по глупости дверь открывается, пока Дез сидит на унитазе с опущенными до щиколоток трусиками.

- Так ты принесла? - бесцеремонный Би так и не дождался своего сканчика, привезённого «хорошими друзьями» Слейтера из экзотических мест. Дез от неожиданности вжимается в стульчак и скрещивает ноги.

- Черт, Би! Я сейчас подойду. Все я принесла. Выйди, а?

Би пялится на ее ноги. Его речь замедляется.

- Так давай я это, ну, сам достану. Ты это… - шмыгает большим носом, - скажи, где лежит.
Дезире вздыхает и говорит, что добро лежит в сумочке.

- Только принеси ее сюда.

Параллельно поднимает трусы и хочет по-быстрому их надеть, если он сейчас метнётся в прихожую. Но Би пленён гладкой кожей. Би подходит ближе, наклоняется и рукой хватает девчонку за колено толстыми пальцами, ведет выше по бедру.

- Всегда хотел пощупать, как там в пизде у шлюхи.

Дезире понимает, что у Бобби, скорее всего, какие-то проблемы с женщинами. Она поняла это, как только он въехал сюда, но сначала не придавала этому значения. Тому, например, что у неё время от времени стало пропадать нижнее белье, и что один и тот же гость с ником, похожим на нечто из «игры престолов», давно стал завсегдатаем в общем чате, но никогда не берет приват, потому что такое удовольствие уже в другом ценовом диапазоне. Не для нищебродов из съёмной комнаты в кондо.
Это было даже забавно. Приятно. Дезире привыкла делиться всем, что имеет.

Но теперь она понимает, что попала в капкан из-за собственной снисходительности. Би больше не угарный сосед, не доебистый торчок, сидящий к тому же на видеоиграх. Теперь Би больше не Би. Это какой-то другой незнакомый ей человек, который нагло тянется к ее промежности, но Дез зажимает его руку крепкими бедрами.

- Ну все, Бибо, пошутили и хватит. Давай я просто схожу за сумкой. И мы накуримся, идёт?

Ослабляет хватку ногами, он вроде тоже успокаивается, но это длится недолго.

- Я быстро, никто не узнает.

Без разговоров он расстёгивает ширинку и достаёт возбужденный член. На фоне его тела он кажется маленьким и в целом вся эта картина — жалкая. Бобби начинает медленно дрочить. Дез — подташнивает.

- Или хотя бы пососи.

Дезире продолжает молчать и сидеть обездвижено, смотря мимо него. Бобби звереет, его движения рукой становятся быстрее, и он грубо хватает ее за лицо, поворачивая к себе и придвигаясь ближе объемными бёдрами.

- Давай, сука, соси!

Не было ещё таких случаев, когда Дезире отказывалась открывать рот по первому запросу, но прошло достаточно времени с того периода ее жизни, и теперь в хуях Дез стала более разборчива. Ей удаётся отпихнуть его от себя, высвободить место, чтобы сойти с гребаного толчка и пуститься в бега вон из ванной, а дальше — из дома, если потребуется. Но Бобби это ни хрена не нравится. К этому моменту он любой ценой хочет получить свое, быстро настигает ее по дороге в прихожую и валит прямо на пол. Для увальня он достаточно крепок, из-за разницы в комплекции и весе Дез очевидно проигрывает.

Боб задирает юбку, пока та стремится встать. При падении Дезире здорово ушибает колени и локти — в теле пронзительная боль. Его руки трясутся, но на удивление он уверенно и крепко вставляет, и Дез издаёт вопль неприязни.
Все происходит быстро.

Билли Бобби Брауну достаточно тридцати секунд, чтобы кончить. Он оставляет ей подарок внутри и гордится этим. Кримпай. Он видел это в порно.

Дезире не хочет смотреть на Бибо, когда он встаёт и равнодушно, молча уходит обратно в свою комнату. Для него не произошло ничего. Для Дезире? Технически — тоже. Трахаться с незнакомцами по душевным критериям ничего не стоит, очень много стоит в долларовых знаках. Но так было в прошлой жизни, теперь ей становится (немного) противно и даже (чуточку) горько, что ей воспользовались, как туалетной бумагой. Если богатые и старые перверты из прошлого могли позволить себе всякое, они хотя бы платили немалые деньги.

Бобби не заплатил и не заплатит ничего. Она с него ничего не может взять. И в этом вся соль.

Дезире встаёт, на автомате идёт вымывать сперму в биде, дальше берет свою чёртову сумочку со сканком (вот же жирная сволочь, вытащил, пока была в ванной) — или уже без него — и выходит в ночь.

Она хочет на рефлексе звонить Слейтеру, но понимает, что ему наплевать на нее.
А ей? Ей тоже наплевать на Слейтера. Это не тот человек, кому хочется рассказать что-нибудь душещипательное. Это тот человек, с кем классно ездить по ночному городу и выть на луну по приколу, расплёскивая дорогое шампанское в золотой бутылке.

И тогда Дезире просто бродит по темным улицам, понимая, что в кондо она в ближайшее время больше не вернётся.

В донер-закусочной с неоновым фламинго на двери и табличкой «открыто», она садится на высокий стул в своем коротком платье и крутит в телефоне список последних звонков, сообщений, чужих сториз, чтобы найти себе место. Сначала думает вписаться в какую-то лгбт-тусовку в Лавендер-Хайтс, но она не брала сегодня денег, так как за нее везде платил Слей, и понимает, что добираться туда на своих двоих — такая же хреновая затея, как договариваться с Бобби минутами ранее.

Дезире дёргает коленкой и кусает губы, оглядываясь по сторонам. Замечает в углу молодого мужчину, который тоже цепляет ее взглядом и теперь пристально наблюдает всякий раз, как она снова начинает вертеть головой в поисках не пойми чего. Она, в свою очередь, думает, что ей достаточно на сегодня мужского внимания, и когда чувствует, как рядом с ней на пустующем месте вырастает его фигура, Дезире напрягается.

Отредактировано Desiree Mort (2022-11-08 05:52:49)

+6

3

Какое-то крэйзи реалити из телека пялится на Макса, а Макс пялится на него. Наверное, он никогда не научится выбирать канал, для этого тоже нужен навык. В отелях Миллер тупо щелкает, пока не наткнется либо на футбол, либо на мультики. Идеально, если это Элвин и бурундуки или любимая, но не очень удачливая Удинезе в очередной раз пропускает уже второй за семь минут мяч...
Сегодня - особый повод. В гордом одиночестве Макс отмечает переезд в свой просторный и довольно унылый дом. Еще вчера это местечко казалось холостяцким раем: стильное жилище в неплохом районе, почти в пригороде. Соседи - замечательные, все, как один, семейные люди (если верить риэлтору). Тем лучше, никакая случайная разведенка не будет вешаться и беспардонно появляться на пороге в самый неподходящий момент.
Сегодня на него глядели уже абсолютно бездушные стены, два ярких пятна - его оранжевый с белым тонкий свитер с коротким рукавом и бутылка просекко на столе. Пить шампанское ему кажется чем-то слишком французским, чтобы заслуживать его итальянское внимание. А к любому другому алкоголю, кроме вина, он настолько равнодушен, что вряд ли и через год здесь найдется что-то крепче пятнадцати градусов.
Этот дом он нашел далеко не сразу и почти от отчаяния: между жизненной необходимостью сидеть тихо и не светиться и беззаветной любовью к себе победила вторая. Макс даже пытался сделать усилие над собой, снять что-то неприметное в очень простом районе, поехал смотреть, но кроме пары симпатичных потенциальных соседок и невероятно привлекательной цены на уродство, ловить там особо нечего.
Тогда он обошел квартиры гораздо более привлекательные, в центре или почти в центре. Огромный недостаток был именно в том, что это квартиры. Нельзя просто так взять и поселить человека из одноэтажной Европы в апартаменты, пусть даже и дорогие. Он просто в них задохнется от отчаяния, захотев однажды утром выйти попить кофе во двор в одном халате.
Тогда риэлтер (порядком взбешенный нерешительностью взрослого усатого "австралийца") предложил Максу сравнительно небольшие домики в новом спальном районе. Здесь всего две спальни, кабинет и гостиная. Лаконично и сердито. Правда, вообще не дешево. Неожиданно Макс согласился. Конечно, не ожидал только риэлтор, Миллеру давно надоело шататься целыми днями по чужим домам, а традиция снимать дом, когда есть возможность купить, по мнению Миллера-Дель Дзотто, вообще не поддавалась никакому логическому объяснению. Но все же, спалиться на такой фигне очень не хочется. Аренду отследить куда сложнее, чем покупку жилья. И если на его хвосте все еще сидят итальянские друзья, то лучше бы ему быть поосторожнее.

Люди на экране что-то говорят, объясняют камере, плачут. Наверняка ведь что-то важное в их жизни происходит, но Макс мыслями слишком далеко, чтобы проникнуться тем, что кто-то кого-то предал, изменил, бросил...как просто! В телевизоре кажется, будто жизнь очень однозначная: так делать хорошо, а вот так плохо. Детали и ситуации не в счет, вторичные выгоды - тоже. А в реальной жизни только это и имеет значение.
Макс поднимается с дивана и стремительно подходит к столу, чтобы открыть-таки свою "праздничную" бутылку. С остервенением обрывает зубами обертку с пробки и привычным коротким жестом, наклонив прекрасное Valdobbiadene на сорок пять градусов, освобождает белый дымок томившегося несколько лет игристого вина. Звук пробки получается довольно звонким, но какая разница, если в доме, кроме Макса, только несколько безумцев, тратящих свою жизнь на то, чтобы другие люди по ту сторону экрана рассматривали их под микроскопом.
Похоже, пока мужчина валялся на диване перед телевизором, его мысли забрели в неправильное русло, они не должны были там оказаться, но все равно отправлялись туда с завидным постоянством. Пока сознание направляло все свои силы на размышления о рабочих вопросах, образ Хельги продолжал всплывать где-то на фоне. Оно и ясно, теперь это вещи почти не разделимые. Было бы неплохо бросить все, как есть и придумать себе новый проект подальше от нее. С каждым днем он яснее понимал, что эта женщина может в два счета переиграть его, если только захочет. Значит, надо придумать условия, в которых ей будет выгодно играть за него.
Именно эта мысль заставила его вскочить и срочно занять чем-то руки, а если получится - и голову.

Бокалов в новом доме нет. Тарелок, вилок, ножей - тоже. В этом доме вообще ничего нет. До того, как глотнуть давно известный по вкусу напиток прямо из горла, Миллер захватывает свободной рукой пиджак, одиноко висящий у входной двери, и выходит из здания. Наверное, идет за бокалами...

...на улице уже не просто темно. Такие сумерки бывают только в городах с мягким климатом и чаще всего осенью или ранней весной. Солнце заходит за горизонт и черное покрывало за считанные секунды скрадывает любые тени, нет никаких полу- или недо-. Просто очень темно. Бутылка просекко наполовину пуста. Сегодня для Макса все наполовину пустое, а не полное. На него напала та самая тоска, какая приходит к деятельным, словоохотливым людям в моменты, когда делать им больше нечего и вокруг никого нет.
Город засыпает, просыпается голод. Рано или поздно он должен был услышать эту пустоту в желудке и увидеть закусочную с вульгарным неоновым фламинго на входной двери. Он смотрит на ручку этой самой двери, потом на красивую бутылку темного стекла в руке...плевать, даже выпитое наполовину, это просекко будет самым дорогим, что есть в этой забегаловке.
Мужчина все еще уверенной рукой распахивает дверь, отодвигая отвратительную розовую птицу, и пересекает помещение ровно по диагонали, усаживаясь в самом дальнем углу. Отсюда видно всех. Или будет видно, когда хоть кто-нибудь решит зайти сюда.
Макс ставит бутылку прямо перед собой, никого из персонала это не смущает. Скорее всего, он наименее странный тип в этих местах, даже если принимать во внимание его бросающиеся в глаза усы. Оглядев полупустое помещение - мебели здесь немногим больше, чем посетителей, то есть, почти ничего - Миллер идет к стойке, чтобы заказать что-то съедобное в прикуску к своему просекко и почти сразу возвращается на место. Он слышит звук открывающейся двери у него за спиной, экстраверт в нем радуется: вот он уже и не один. Почему-то персонал, работающий в заведении, в таких ситуациях воспринимается как кто-то из противоположной команды, как будто любой человек в мире сейчас может быть на твоей стороне, если пройдет через ту же самую дверь, которой воспользовался ты, но только не официант и не бариста. Они всегда играют против вас.
Снова устроившись на своем месте, мужчина с интересом рассматривает новоприбывшего. Вернее, новоприбывшую.
Ну-ка, повернись еще раз...мы уже встречались, кажется... - он ее уже где-то видел!
Действительно, несколько дней назад он смотрел квартиру и столкнулся с ней на лестничной клетке. Она тогда что-то выронила из сумочки, а он вернул ей. Конечно, какой-нибудь студент старших курсов или дантист не запомнили бы лица совершенно случайной девушки, но опыт Макса в мошенничестве и просто откровенном вранье научил его не забывать лица однажды увиденного человека, это может оказаться в последствии очень важным. Вот как сейчас, когда ему крайне одиноко и скучно.
Он поднимается со своего места, заботливо прихватывая с собой бутылку - единственного пока что друга, и направляется к девушке, не особо размышляя о том, как начать разговор. Для него они уже знакомы, и девушка, конечно, не могла забыть его умопомрачительных усов.
- Привет! Какой сюрприз увидеть тебя здесь! - совершенно искренне, даже немного наивно выдает Макс, присаживаясь рядом со знакомой.
- Будешь просекко или что-то из здешнего?

Отредактировано Max Miller (2022-11-22 01:55:26)

+1


Вы здесь » SACRAMENTO » Реальная жизнь » None of my business


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно